— Что это было? — пытливо спрашиваю я Аню.
Мы сидим у нее дома.
После выставки прошло несколько дней, всё это время, до вчерашнего вечера, не могла найти в себе силы, чтобы написать или позвонить подруге.
Набравшись мужества, собрав всю свою силу воли, хочу разобраться в ситуации, посмотреть в невинные глаза подруги. Как ей духу то хватило, подкатывать к моему мужу!?
Стараюсь держать себя в руках, но так и подмывает устроить скандал! Накричать, бросаться с обвинениями и, наконец, выяснить, почему после стольких лет нашей крепкой дружбы она поступила вот так!
А подруга ведёт себя, как ни в чем не бывало! Порхает по комнате, словно бабочка.
— Ты заметила, да!? Ох, было нечто невероятное. Совершенно не могу сидеть на месте! Это такой триумф! Моя первая серьёзная выставка, такой размах, столько людей пришло! А главное каких людей!
— И каких же? — бросаю я, гораздо резче, чем сама того хотела.
Держи себя в руках!
Не зря же есть поговорка, что своих врагов нужно держать рядом.
— Как каких? — удивляется она. — А ты? А Влад!
О, как интересно. Мой муж уже для неё просто Влад. Мило. Очень мило.
А Аня тем временем продолжает, не замечая моего негодования.
— Представляешь, сама чита Тополевых посетила такое мероприятие, современную выставку. Да одни фотографы наделали миллион снимков!
“Да ещё каких, где ты едва не виснешь на рукаве у моего мужа…”, - едко думаю я.
— Я так благодарна, что ты привела его, это прям супер! Спасибо!
— Ага, — сухо киваю.
— Разумеется я рада, что ты пришла. Твоя поддержка была очень важна! Спасибо! Сразу после выставки несколько покупателей заинтересовались полотнами. После продажи, и я получу свой процент! Сам Тополев… Ох, интересно, наши снимки будут в журнале про искусство? Думаю, да! А ты, как считаешь?
Я хмурюсь. Вот на ком стоило жениться Владу, Аня похоже без ума от него.
— И? — поднимает брови Аня, поскольку пауза затягивается.
— Я считаю, что ты клеилась к Владу, вот что я считаю, — резко говорю я, не выдерживая.
Вижу как лицо Ани меняется. Она краснеет, затем резко бледнеет, опускается на диван напротив меня.
— Что? С ума сошла? — говорит на выдохе.
— Скажи, что не было такого!? А я сперва и не заметила, как ты отчаянно желала, чтобы он пришёл на выставку! Стояла и кокетничала там с ним! И так посмотрит и сяк, и волосы поправит, а потом и фотографы появились, тут уж, конечно, грех не прижаться поближе.
Я так зла, что больше не могу держать это в себе. До сих пор гложит обида на Влада, на то, как он поступил со мной после выставки, хотя Аня то тут уже ни при чем. Но моему негодованию нужен выход, иначе я просто с ума сойду.
— Ты совсем что ли!? — хлопает ресницами Аня.
— Не строй из себя наивную дуру! Захотела оказаться на моём месте, кто ж против! Только теперь, так то, он мой муж! Я думала, мы подруги, а ты так поступаешь со мной. Плевать мне на Влада, он мне не нужен, но ты то, как ты могла!?
— Капец ты, — вздыхает Аня. — Я даже не стану оправдываться, потому что, мне не за что. Если хочешь знать, я хотела, чтобы он пришёл на выставку, это правда. Тополев очень влиятельный человек, а мне лишняя реклама бы не помешала. Но не надо обвинять меня в чем бы то ни было. Я бы никогда не пошла на нечто такое, о чем ты говоришь. Я действительно считаю, что он неплохой человек, симпатичный и вежливый… так почему бы тебе…
Я перебиваю.
— Вежливый!? — выкрикиваю я.
Из глаз начинают бежать слезы, я смеюсь и плачу. Настоящая истерика.
— Если хочешь знать, этот вежливый человек изнасиловал меня сразу по приезду домой, прямо до дворе! На заднем крыльце! Вот и вся вежливость.
Слезы катятся по щекам…
Не хотела же плакать, но остановиться не могу.
Аня бросается ко мне, обнимает за плечи, вытирает слезы рукой.
— Боже, милая моя. Я и подумать не могла, что за красивой картинкой скрывается настоящий тиран! Мне так жаль. Мирочка, дорогая моя. Я никогда не предам тебя, ты знаешь…
— Прости, — шепчу я, — мне показалось…
— Не извиняйся. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, я всегда тебя поддержу. Ты знаешь это.
— Знаю, — киваю я, всхлипывая и вытирая слезы. — И я хочу попросить тебя, сделать для меня кое-что…