Женечка Мечтальон. Правильно загаданные желания сбываются

12 октября 2023 года. Израиль

Я получила это письмо, поднимаясь по трапу корабля с двумя детьми, тремя чемоданами и гитарой. В ужасе оглядывалась по сторонам, думая, куда прятаться, если вновь зазвучит сирена. Руки дрожат, сердце стучит, но нужно сохранять спокойствие, дабы внушить детям чувство безопасности. В чемоданах немного одежды и много памятных и значимых вещей, собранных за семь с половиной лет, что я прожила на Земле обетованной. Теперь я снова в пути и не знаю, когда вернусь и вернусь ли вообще… Однажды я уже уехала на пару недель из России и задержалась в Израиле на много лет. Все эти годы я мечтала отсюда уехать, но были причины, по которым не могла этого сделать. Когда же возможность появилась, это произошло столь неожиданно, что я оказалась не готова. Я ждала подходящего времени, подыскивала место, куда можно поехать. Сейчас неподходящим кажется вообще все, но, видимо, затягивать больше нельзя.

Надо мной синее небо, море спокойное, тишина. Ничто в пространстве не говорит о том, что буквально пару часов назад я, дети, моя падчерица (дочка первого мужа, которую я воспитывала с 10 лет) с годовалым сыном, которые прилетели погостить к нам за неделю до войны из Москвы, сидели, охваченные ужасом, в детской комнате, которая использовалась в качестве бомбоубежища. В Израиле при проектировании квартир и домов закладывается отдельная комнатка, где семья может укрыться во время воздушной атаки.

Письмо перевернуло мне душу. Промелькнули годы, проведенные в Израиле, и появилось ясное ощущение, что жизнь очень интересно меня ведет. Вопрос только куда.

– Мам, а если ракета прилетит, и пока мы ждем отплытия, корабль начнет тонуть, что из вещей спасать? – спросил кто-то из детей.

– Спасать надо не вещи, а друг друга.

– А если, пока нас нет, в наш домик ракета прилетит, там все наши вещи сгорят?

– Я уверена, что все будет хорошо и ракета ни в корабль, ни в дом не прилетит. Но эти обстоятельства, родные мои, показывают нам истинную ценность вещей. Вы это плохо помните, но когда вам было четыре и шесть лет, мы прилетели в Израиль всего с одним чемоданом. Потом неожиданно остались и прекрасно прожили с этими вещами первые два года. И даже каким-то образом их количество увеличивалось со скоростью света. Эти два года я не летала в Москву, потому что совсем не было возможности. Но благодаря этому опыту я поняла, что вещи не имеют большой ценности. Я точно знала: главное, что при мне голова, руки, ноги и вы, мои дети. И еще одно! Дело, которое я создала здесь и которое продолжит жить, помогая тысячам людям верить, расти духовно и творить добрые дела. Важно не то, что мы взяли с собой, а то, что мы оставляем здесь и в своем сердце. Все остальное – дело наживное. Сонечка, вот ты что оставила в Израиле?

– Я оставила там свою дружбу, нашу «Монополию», в которую мы играли по вечерам, большой телевизор, который ты купила, чтобы посмотреть «Властелина колец», много воспоминаний и наш дом. Но я взяла с собой магнитики с фотографиями. Спасибо, что посоветовала.

– Илюша, а ты?

– Я оставил Израилю свое детство.

Письмо напомнило обо всех других чудесах и событиях, которые случались благодаря моей жизни здесь. И я оставляю величайшую благодарность этой стране.

Время. Пора отправляться. Я вдруг остановилась, поставила рюкзак, сбежала обратно по трапу, встала на колени и поклонилась Святой земле. Капелька слезы скатилась по щеке и ушла в сухую почву. Вернемся ли мы? Сейчас это неизвестно. Как я не хотела здесь жить, и как же теперь трудно покинуть это место без обратного билета! В последний год, перестав наконец сидеть на чемоданах, я начала жить так, будто это мой дом: купила машину и кучу уютных вещей, пошла учиться актерскому мастерству, стала изучать язык. Я полагала, что, когда подготовлю себя к другой стране, тогда все спокойно продам и уеду. Но неожиданно пришлось все бросить и бегом бежать отсюда. И какая ирония! Теперь я и дети бесконечно скучаем по нашему дому и тому укладу жизни, который нам удалось создать. Очередной круг замкнулся. И сейчас как будто все нужно начинать заново. Но, к счастью, с новой, более высокой и относительно устойчивой ступени. Видимо, какие-то уроки я усвоила. Спасибо, Израиль, и спасибо, Екатерина, за «дзинь» в моем телефоне с вашим письмом. Все было не зря.

Когда корабль отплывал от берега в сторону Кипра, я не знала, что нас ждет дальше. И сейчас, сидя, как оказалось, уже не в своем доме в Москве (об этом расскажу в следующих главах), пишу эти строки, которые мне очень нелегко даются. Все переживания и воспоминания поднимаются, и накрывает меня не только теплый плед, связанный мною в подарок одному значимому для меня человеку и волею судьбы вернувшийся ко мне, но и холодная, ноющая тоска. Тоска по тому дому, хотя я никогда не считала его своим, по тем людям и событиям, которые остались в прошлом. Как все-таки часто мы начинаем что-то очень сильно ценить, когда теряем это! Печальная действительность. Но я не унываю, – ведь у нас есть будущее. А еще настоящее, которое важно ценить как самое реальное и важное, что есть в жизни.