Женщин обижать опасно

Хотя Алла спала всего четыре часа, но проснулась бодрой. К приезду верного оруженосца она уже успела навести справки в "скорой помощи" и обзвонить все московские больницы, но Якова Паршина ни в одной не оказалось.

- Толян, наш клиент пропал, - заявила она, как только тот переступил порог её квартиры. - В московских больницах его нет. Может, Яшка насмерть примерз задом ко льду и до сих пор сидит там?

- Дак его могли в тамошнюю больницу отвезти, - выдвинул вполне резонное предположение Толик.

- Ну, голова! - восхитилась Алла. - А я и не сообразила. Думала - раз Яшка москвич, то его непременно отвезут в Москву, ведь "Зарядье" совсем близко от кольцевой дороги. А как же нам узнать, в какую больницу его закинули? У меня нет справочника подмосковных телефонов.

- Ха! Щас сгоняем на Ярославку да найдем.

- Умен ты, Толян, не по годам! - оценила его смекалку боевая подруга. - Тут одна закавыка - скоро Олег придет после дежурства.

- Дак я один сгоняю, а ты дома сиди.

- Неинтересно мне дома... Давай сделаем так - дождемся Олега, потом он ляжет спать, а мы улизнем. Надо только придумать легенду.

- Скажи, что по магазинам поедешь.

- Верно! - обрадовалась Алла. - Против такого ломового аргумента моему любимому мужчине крыть нечем. Святое дело - размяться шопингом. Очень повышает настроение и жизненный тонус. Тем более, мне и в самом деле нужно купить пару костюмов - что-то я ещё больше вширь раздалась, пока валялась в больнице.

Услышав, что открывается входная дверь, Алла тут же растянулась на кровати, взяла лежащую на тумбочке книгу и раскрыла на первой попавшейся странице.

- Ты выйди к Олегу, - шепотом велела она Толику. - А я буду лежать, будто бы блюду постельный режим, как мне предписано.

Верный оруженосец направился в прихожую, но боевой кот Персиваль, конечно же, опередил его и с радостным "Мя!" вылетел к хозяину первым. После этого из прихожей некоторое время доносилось обоюдное воркование, звуки поцелуев и, наконец, в спальне появился Олег с Персом на руках.

- Привет, мой дорогой, - заулыбалась Алла, приподнявшись. - Как прошло дежурство?

- Нормально. Как ты себя чувствуешь?

- Отлично! - Она и в самом деле чувствовала себя хорошо. - Выспалась, бодра, весела и полна сил.

- Чем занималась?

- Как видишь. - Алла показала ему книгу. - Раз меня отлучили от расследования реальных криминальных дел, читаю, как раскрывают преступления книжные герои. Все бока себя отлежала, скоро пролежни появятся, пожаловалась она, вставая с кровати и делая вид, что разминает затекшее тело. - Теперь ты займи мое место.

- Да, я немного посплю. Ночью меня вызывали в первую хирургию к тяжелой больной, не удалось прилечь даже на полчаса.

- Тогда ты отдыхай, а мы с Толиком съездим по магазинам.

- Не стоит, Аллочка, - покачал головой любимый мужчина. - От перепада температур у тебя разболится рука.

- Да она совсем не болит! И голова не кружится. Что хорошего сидеть в четырех стенах! Мне нужно дышать воздухом.

- Против прогулки возражений нет. Но ты же собралась по магазинам.

- А я совмещу полезное с приятным - прогулку с шопингом, - не сдавалась Алла.

- Лучше ограничься прогулкой. Примерки - дело утомительное, а с рукой в гипсе - тем более.

- Но мне совсем нечего носить, - жалобно заныла она. - Я ни в один костюм не влезаю.

- Разве тебя сейчас нужны костюмы? Ты же не ходишь на работу. Можно одеть пуловер.

- Да? А юбки-брюки? Мои юбки уже на талии не сходятся. - Олег не нашелся, что возразить, а Алла решила его дожать: - Одно из трех: или я обновляю гардероб, или сажусь на диету и не стану есть черную икру и прочую калорийную еду, которую ты в меня впихиваешь!

Угроза подействовала, и он сдался:

- Ну, ладно, только не долго.

- Быстро только дети делаются, милый, - заявила Алла. - Шопинг - дело творческое, вдумчивое. На мой размер проклятые капиталисты почему-то шить не желают, а отовариваться в "Трех толстяках" я, сам понимаешь, не стану. Так что процесс обновления гардероба займет энное количество времени. - Не дожидаясь возражений, она вначале поцеловала любимого мужчину, потом чмокнула сэра Персиваля в розовый носик и объявила: - Все, мои дорогие, я вас временно покидаю.

Олег посадил котенка на постель и направился в ванную. Увидев, что любимая хозяйка уходит, Перс помчался за ней - он всегда всех встречал и провожал. Расстроенный, что любимца придется оставить дома, Толик взял его на руки, поглядывая на свою повелительницу. Та поняла его немой вопрос и шепотом ответила:

- Нет, Толян, Персюху придется оставить дома. Иначе вся наша конспирация насмарку.

- Дак Олег знает, что я завсегда его с собой возил. Перс любит кататься.

- Ладно, уговорил, - согласилась Алла. Постучавшись в дверь ванной, она громко сказала: - Олежек, сэра Персиваля мы возьмем с собой. Ты будешь спать, а ему станет скучно. Да и я по нему скучаю.

- Хорошо, - донеслось из-за закрытой двери.

Подмигнув верному оруженосцу, боевая подруга шепотом произнесла:

- Ну, ребята, поехали на дело. Операция вступает во вторую фазу.

Больницу, в которую доставили Якова Паршина, они нашли быстро. Узнав в приемном покое, что пациент лежит в хирургическом отделении, Алла оповестила своего Санчо Пансу:

- Схожу туда, познакомлюсь с его лечащим врачом. Пусть моя загипсованная рука послужит на пользу делу - для начала скажу, что мне нужна медицинская помощь, а потом сориентируюсь по ходу дела.

Через полчаса она вернулась, чрезвычайно довольная:

- Класс! Яшка сломал шейку бедра, левую плечевую кость, выбил несколько передних зубов - видимо, саданул себя по морде собственной пушкой, когда навернулся с крыльца. И что самое приятное - у него треснул копчик. А это очень больно - по себе знаю. Однажды упала с подоконника и сильно зашибла свой любимый копчик. Но у меня был всего лишь ушиб, а у Яшки - капитальная трещина с ущемлением важных нервов. Этот подонок ещё долго не сможет передвигаться на своих конечностях. Получилось даже лучше, чем я предполагала. Его лечащий врач хорошо знает Олега. Слово за слово, и мы прониклись взаимной симпатией. Я обрисовала подвиги паршивца Паршина, и теперь Алексей Петрович наш союзник. Он даже дал распоряжение сестре-хозяйке, и та мне выдала Яшкин паспорт и связку ключей.

- А на кой тебе ключи?

- Нужно залезть в его дом и взять документы.

- Зачем? - не понял верный оруженосец.

- Надо, - загадочно произнесла Алла. - Жаль, что придется ждать до завтра, когда Олег уйдет на работу.

- Дак давай щас слазим, - предложил Толик.

- Как же ты среди бела дня полезешь через забор?

- Дак на фиг через забор-то! У тя ж ключи есть. Откроем калитку да зайдем вместе.

- Ну, Толян, ну, умище... А я-то голову ломала, как все проделать. И в самом деле - вдвоем-то сподручнее, я все нужные документы быстро найду, а ты ведь не знаешь, где и что искать. Да и от соседей таиться не придется. Если кто-то нас увидит, скажем, что Яшка просил принести в больницу кое-какие вещи, и сам дал нам ключи.

Через десять минут они были в поселке. На всякий случай оставили машину в соседнем переулке и пешком дошли до дома Якова. Переулок был пуст. Злоумышленники без проблем открыли калитку и входную дверь. Алла прошлась по всему дому и обнаружила кабинет хозяина на втором этаже. Какой же новый русский не обзаведется кабинетом! И сейф в кабинете был - все как положено. На связке ключей, врученных Алле сестрой-хозяйкой, обнаружились и ключи от сейфа. Все нужные документы оказались там.

- Толян, поищи-ка во дворе Яшкину пушку, - велела боевая подруга, когда они вышли из дома и заперли входную дверь. - Скорее всего, он её от неожиданности выронил, сам себя шваркнув по зубам. Может, в суматохе про неё забыли, и она до сих пор валяется в кустиках. А нам его ствол пригодится. Если найдешь, бери аккуратно, чтобы сохранить Яшкины пальчики. Пусть только этот паршивец попробует плохо себя вести, мы его так подставим - не обрадуется.

Верный оруженосец и в самом деле нашел "смит-и-вессон" хозяина дома. По льду тот отлетел далеко и валялся возле гаража. Алла очень обрадовалась, что у Якова оказался револьвер - она любила играть в гусарскую рулетку. Среди принадлежащих ей четырех стволов был и "смит-и-вессон", и сейчас боевая подруга быстро прикидывала в уме, как обыграть наличие двух револьверов одинаковой марки. Ничего дельного ей на ум пока не пришло, и она решила: "Пусть мой арсенал пополнится ещё одной пушкой. Мало ли пригодится водицы напиться. Яшка ещё ничего не сделал такого, чтобы пускать в ход оружие. Он уже и так наказан, а будет ещё больше наказан. Если все получится, как задумано, его ствол я сохраню на память об этом случае".

Уложив оружие со всеми предосторожностями в целлофановый пакет, довольные взломщики заперли калитку и вскоре выехали из поселка.

- Так, мой верный Санчо Панса, все нужное у нас в руках, - радовалась боевая подруга, просматривая папку с документами. - Пусть паршивец некоторое время поваляется на больничной койке и поймет, что его крутизну теперь ни к какому месту не приложишь. А также - что ни за какие деньги здоровье не купишь, поэтому лишать других людей здоровья весьма чревато своего можно напрочь лишиться. Это я ему доходчиво разъясню при личной встрече. За это время Яшка медленно, но верно дойдет до нужной кондиции.

Проводив на работу любимого мужчину, Алла прошлась по квартире, держа сэра Персиваля правой рукой и раздумывая, чем бы заняться. Прошло три дня с тех пор, как они уложили Якова Паршина в больницу. Вчера вместе с верным оруженосцем они проводили Дину и Розу с сынишкой в аэропорту Шереметьево. Они уже звонили, что благополучно долетели, в Палермо их встретил шофер Ларисы. Купаются, загорают и наслаждаются жизнью.

А сегодня Алла заскучала и сейчас раздумывала, не заехать ли к Ирине может, ещё одной из её подруг требуется конструктивная помощь? "Это мы завсегда, с нашим толстым удовольствием", - сказала себе верная боевая подруга, решив немедленно созвониться с председательницей Клуба обиженных женщин и договориться о встрече.

Услышав звонок телефона, Алла обрадовалась - может, интересное дело само плывет в руки?

- Привет, напарница, - услышала она голос своего друга Виталия Рылеева.

- Привет, напарник, - весело отозвалась боевая подруга. Уж кому-кому, а ему она всегда рада.

- Давно не виделись, я уже соскучился.

- Желаешь пообщаться?

- Желаю. И дело есть.

- С криминальным душком? - ещё больше обрадовалась Алла.

- С криминальным, - подтвердил тот, но без особого воодушевления.

- А чего не слышно радости в голосе? Или ты уже перестал быть сыщиком?

- Давай при встрече.

- Приезжай.

Если у напарника есть деловой разговор, ни к чему тратить время на болтовню по телефону.

Сев в кресло напротив Аллы, Виталий с ходу приступил к делу:

- Напарница, Ленька попал в беду.

Со своим давним другом Леонидом Кудрявцевым Виталий когда-то работал в уголовном розыске. Несколько лет года назад тот ушел из органов и по его рекомендации устроился сыщиком в частное детективное агентство, в котором Виталий работал до того, как стал личным телохранителем Аллиной подруги Ларисы. В мае прошлого года он познакомил Леню с верной боевой подругой, и они стали любовниками. В общем-то, банальная интрижка - встречались, когда у обоих было время и желание, без лишних слов пару часов интенсивно занимались сексом, а потом расставались до следующего раза. И бизнес-леди Алла Королева, и частный детектив Леонид Кудрявцев лишним временем не располагали, так что встречи были эпизодическими, и со временем их связь сама собой затухла. Они сохранили хорошие отношения, при случае передавали друг другу привет через Виталия, но не виделись более полугода.

- Что с ним? - спросила Алла.

- Он под следствием.

- Какая помощь нужна?

- Двадцать пять тысяч долларов.

- Взятка, чтобы развалили дело? - догадалась она.

- Да.

- Без проблем. - Верная боевая подруга потянулась к телефону, чтобы позвонить своему заместителю, но Виталий придержал её руку.

- Ленька вряд ли сможет отдать тебе долг. Для частного сыщика это большие деньги.

- Как я понимаю, альтернативы нет? - Алла все ещё держала руку на телефонной трубке.

- Я приехал посоветоваться. Может быть, мы с тобой найдем другой путь.

- По моему глубокому убеждению, если проблему можно решить с помощью денег, - это самая малая цена решения проблемы. Для меня, как ты, наверное, догадываешься, это не такая уж большая сумма.

- Леньке будет мучиться, что он не в состоянии её вернуть.

- Так он не в курсе?

- Нет. Ленька бы ни за что не согласился.

- Ему больше импонирует оказаться на нарах?

- Он не верит, что его посадят, хотя все к тому идет.

- Расскажи-ка все подробно, напарник.

- Лиза, бывшая Ленькина жена, вышла замуж за бандита Руслана Мальцева. Тот живет в Кашире, и она переехала к новому мужу вместе с ребенком.

- А почему Ленька с ней развелся? - перебила его Алла.

- Она сама от него ушла. В то время он ещё был опером. Понятно, какая жизнь у оперативника - рабочий день не нормирован, приходит поздно, язык на плечо, отпуск - когда придется, а не как у белых людей. Вот Лиза и не выдержала. Вначале пыталась его вразумить, потом забрала ребенка и ушла к матери, а через год познакомилась с Русланом и вышла за него замуж.

- И Ленька приревновал и слегка его членоповредил?

- Не совсем так. Руслан крепко закладывает за воротник, а в пьяном виде куражится и издевается над Лизой, оскорбляет её ребенка. Поначалу она терпела побои, а потом позвонила Леньке. Тот взял пару ребят из нашего детективного агентства и поехал в Каширу. Пообщался с её супругом, пригрозил. Тот задирался, мол, свистну своим дружкам, и от вас мокрого места не останется. Ну, и схлопотал по фейсу. Это, вроде бы, произвело на него впечатление, и Ленька с коллегами отбыли, успокоенные. А Руслан отыгрался на Лизе - избил так, что она попала в больницу с сотрясением мозга, переломами трех ребер, разрывами селезенки и кишечника. Потом у неё был перитонит, она уже третий месяц лежит в больнице. Ленька этого не знал - Лиза была в тяжелом состоянии и не могла позвонить. По её просьбе месяц назад бывшая теща сообщила ему о случившемся. Их ребенок сейчас у нее. Ленька опять взял наших ребят - Женьку Верника и Сашку Малахова, - и навестил подонка. Когда наши ребята пришли в его квартиру, там был дым коромыслом - Руслан с тремя дружками привели двух девчонок, продавщиц из рыночных палаток, напились до скотского состояния и всласть поизмывались над девицами. Обе были раздеты, изнасилованы, все тело в синяках, порезах, у одной ноги окровавлены. Наших было трое против четверых бандитов. Получилась приличная потасовка с пальбой, в конце концов, Ленька с друзьями их одолели. Дали по ушам, спеленали и вызвали наряд. Приехали местные менты, и ребята рассказали, как было дело. Девицы все подтвердили. После этого всю кодлу повезли в отделение и сдали дежурному. Тот составил протокол, Ленька с ребятами его подписали и отбыли в Москву.

- А потом господ бандитов навестили господа адвокаты, дело развалили и навесили это дело на Леньку и его друзей, - догадалась боевая подруга.

- В общих чертах так, но конкретика ещё хуже. Прокурор Каширы плотно связан с бандой1, в которой состоят Руслан с дружками. И не только прокурор. Многие местные менты находятся на содержании бандитов. После того, как Ленька с ребятами уехали, дежурный позвонил начальнику отделения, приехал купленный капитан, и они составили новый протокол. По нему получается следующее. Приличные, законопослушные граждане отмечали день рождения в квартире своего друга Руслана Мальцева, и вдруг явился бывший муж нынешней супруги хозяина квартиры вместе с двумя неизвестными. Руслан его впустил, поскольку знаком с ним, и вежливо пригласил за стол. А эти трое, угрожая оружием, устроили в квартире форменный погром, всех избили, а для острастки стреляли в Руслана и его друзей. Потом незваные гости связали хозяина квартиры и его гостей и у них на глазах били и насиловали их девушек.

- Чьи были стволы, и кто палил?

- Все три ствола принадлежат Руслану и его дружкам. Но Ленька с ребятами отобрали у них оружие.

- Оставив на нем свои пальчики, - продолжила Алла. - Оружие не зарегистрировано, и теперь не докажешь, что оно принадлежало бандитам.

- Именно так, - подтвердил сыщик.

- Здесь неувязка - почему у связанных гостей оказались пушки нападавших?

- И эту неувязку обыграли. По их сценарию, соседка, услышав выстрелы и крики из квартиры Руслана, позвонила в милицию. Приехал наряд и отобрал оружие у нападавших, то есть, Леньки и его друзей.

- Почему же, в таком случае, наряд не доставил "нападавших" в отделение?

- По протоколу наряд их доставил. А задержанные, мол, отказались давать показания и подписывать протокол без адвоката. Их якобы отвели в камеру, а позже один из них попросился в туалет. Когда дежурный открыл дверь, задержанные сбили его с ног и скрылись. В деле есть акты медицинской экспертизы. Там подробно описаны все синяки Руслана и его команды, - они их действительно получили во время потасовки, - а также девиц. У дежурного якобы обширный кровоподтек на левой голени - то ли сам себя хорошенько пнул, то ли вообще не было никакого синяка, а акт экспертизы - фикция.

- Бандитов, само собой, отпустили. И сейчас запуганные ими девицы подтверждают все, что нужно Руслану с друганами, так?

- Так, - кивнул Виталий.

- Ловко... А Ленька на свободе?

- Нет, все трое уже арестованы, сидят в каширском СИЗО.

- Из-за банального мордобоя?

- Там ведь не только мордобой. Им шьют целый букет, из которого незаконное ношение оружия и нанесение телесных повреждений - самые легкие статьи УК. А самая тяжелая - изнасилование со всем отягчающим антуражем.

- Круто... И срок светит большой, и в камере урки могут их отпетушить. Неужели менты шьют дело даже своим?

- Если хорошо заплатят или начальство прикажет, - запросто. В органах много новых, случайных людей, которые занимаются не теми делами. Прежний неписаный кодекс чести давно забыт.

- Но тех, кто продается, можно перекупить, предложив большую цену, чем им заплатили.

- Против прокурора никто не попрет. Как он приказал, так и будет.

- А бандиты чистенькие... Ни хрена себе - законники! - прокурор на жалованье у банды и сажает своих, чтобы угодить главарю, который ему платит.

- Да это уже давно не новость, напарница. Не только в Кашире творится беспредел, а по всей России.

- И, понятное дело, за тяжкие телесные повреждения, нанесенные жене, подонку Руслану ничего не будет.

- Само собой.

- А когда бедная Лиза выйдет из больницы, Руслан снова будет над ней измываться... Она ведь даже развестись с ним не сможет - он её вконец запугает и замордует. А Ленька будет валяться на нарах и уже не сможет её защитить.

- В том-то и дело.

- Ладно, напарник, не кручинься. - Боевая подруга заговорила деловым тоном. - Леньку мы, само собой, отмажем, а Лизу защитим. Женщин обижать нельзя!

- Ты что-то придумала?

- Ага. Как я понимаю, движущая сила всего это дерьмового дела продажный прокурор?

- Да. Если бы он не уперся рогом, все можно было бы уладить. С ним уже говорил наш с Ленькой бывший начальник. И из МУРа к нему приезжали, а тот стоит на своем - мол, я обязан соблюдать закон, а тут налицо состав преступления, сами посмотрите протоколы и акты экспертизы. У одной девицы разрыв влагалища, было сильное кровотечение. Эти ублюдки бутылку ей засунули. Она до сих пор в больнице. Кроме того, множественные кровоподтеки, ожоги, выбиты два передних зуба. У второй разбита бровь, и она чуть не лишилась глаза, и тоже множество следов побоев. У обеих взяты влагалищные мазки и подтверждено, что имел место сексуальный контакт с несколькими мужчинами. Обе подтвердили, будто бы Ленька с друзьями, угрожая оружием, насиловали их, в том числе, в извращенной форме.

- И, понятное дело, никто не стал проводить анализы, что сперма принадлежит отнюдь не Леньке со товарищи.

- Разумеется.

- Паспортные данные всех участников у тебя есть?

- Да. - Виталий полез в карман за записной книжкой и переписал все данные на листок.

- ФИО и адресок продажного прокурора тоже укажи, - попросила Алла. Когда сыщик записал все, что требовалось, верная боевая подруга многообещающе добавила: - Как говорил дон Корлеоне, я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться.

Яков Борисович Паршин пребывал в пресквернейшем расположении духа. Ну, надо же, какая незадача! - получить бытовые травмы, да не где-нибудь, а на пороге собственного дома, банальнейшим образом поскользнувшись! Кому сказать - засмеют. И самое печальное - так не вовремя. Через неделю предстоят очень важные деловые переговоры, завершающий этап работы, которой он посвятил целых три месяца. Осталась лишь самая малость, и контракт, а затем и две сотни зеленых кусков были бы у него в кармане.

И что теперь? А теперь он, Яков Паршин, состоятельный человек, валяется в какой-то вшивой загородной больнице, сломанная рука подвешена через систему блоков на вытяжение, правая нога в гипсе, от четырех передних зубов остались лишь пеньки. Правда, правая рука цела, и он может подписывать документы, да что толку! Напыщенный провинциальный миллионер Феликс Рогов не пожелает довезти свой жирный зад до этой Богом забытой больнички, чтобы подписать контракт. Да и нельзя его сюда приглашать пострадает его, Якова Паршина, реноме. Убогость обстановки произведет на миллионера Рогова нежелательное впечатление, а ведь столько денег, времени и сил угрохано на то, чтобы показать, какой он, Яков Паршин, богатый и надежный бизнесмен! И вот этот богач, владеющий солидным счетом в банке и двумя особняками - в Москве и за городом, - очутился в облезлой, давно не ремонтированной палате, стойко провонявшей мочой, больничной бурдой и запахом нищеты! Нет, Феликс Рогов не из тех, кто поверит, что это всего лишь роковая случайность.

Наверняка Вовка, мнящий себя его компаньоном, уже в курсе, что Яша Паршин валяется в подвешенном состоянии с тонной гипса на конечностях, сам от его имени обработает Рогова, сговорится с бухгалтером, и они на пару обтяпают дело, пока шеф не способен передвигаться и контролировать ситуацию. А валяться ему, судя по всему, предстоит не один месяц. За это время Вовка своего не упустит, сволочь, давно лелеет мечту урвать солидный куш. И ведь урвет, гаденыш, задатки у малого есть, далеко пойдет, если его не остановить.

Вот ведь попал, а! И винить некого. Разве что неудачливого ночного воришку, но того уже и след простыл. Попадись он сейчас ему в руки, Яша бы приказал своим охранникам так измордовать наглеца, что тот навек зарекся бы лазить по чужим гаражам. Даже на пьянчужке Захаре, исполняющем обязанности дворника, злость не сорвешь. Накануне он расчистил дорожку перед домом, а за случившееся ночью дворник не в ответе.

"Надо бы сторожа взять, что ли, - вяло размышлял Яша. - А где его поселить? Не в доме же? Еще не хватало, чтобы всякая рвань шлялась по моему особняку! Но пока меня нет, кому-то надо охранять дом... Этот чертов ворюга, узнав, что хозяина нет, может снова залезть. Свистнет мою тачку или пошурует в доме..."

Вчера, будучи сильно не в духе, он наорал на своего лечащего врача, не очень-то выбирая выражения. А чего церемониться со всякой нищей швалью! Хирурга Яша невзлюбил с первого взгляда, и, похоже, эта нелюбовь была взаимной. Алексей Петрович Сорокин, его лечащий врач, с точки зрения Якова Паршина, был озлобленным неудачником и потому не жаловал состоятельных людей, к каковым относил себя Яша.

Потом Яков одумался, решив, что с эскулапом надо договориться по-хорошему, а то застрянешь в этой чертовой больнице надолго. Велел медсестре позвать врача, а та с виноватой улыбкой сказала, что Алексей Петрович сейчас занят. Яша ещё пару раз велел ей передать врачу, чтобы тот зашел к нему в палату, и часа в четыре хирург заглянул и с ходу заявил, что столь возбудимому больному явно нужно подлечить нервишки. Он, мол, сделал для пациента все, что должен был сделать с точки зрения хирургической помощи, а его расстроенные нервы - в компетенции психиатра. Но поскольку консультанта-психиатра в их бедной специалистами больнице нет, он назначил ему консультацию невропатолога, а к нему очередь, но все же на днях его навестит невропатолог, чтобы назначить успокоительные. А сам, сволочь, смотрел на него с откровенной насмешкой. И никакого разговора не получилось. Только Яша попробовал приступить к делу, а врач с озабоченным видом посмотрел на часы и заявил, что его рабочий день уже закончился.

"Вот ведь гад, а! - злился Яков наедине с собой. - И глядит так, будто я у него просил взаймы без отдачи! Ну, погоди, сволочь, придут мои охранники, дам им инструкции, они быстро научат тебя уму-разуму".

- Напарник, мне нужна девица без комплексов и фотограф. Найдешь?

- Найду, - пообещал он.

- Наш продажный прокурор повторит бесславный путь бывшего генпрокурора. Увековечим его постельные забавы с платной жрицей любви. А для полной идентификации - сразу с двумя. Так что потребуются две симпатичные девицы, умелицы по части минета и прочих постельных забав. Пусть оденутся не по-проститучьи, а поскромнее, чтобы сойти за девушек из приличной семьи. У фотографа, помимо фотоаппарата, должна быть видеокамера. А журналистку, которая все это красочно преподнесет, я сама найду.

- Между прочим, в юности я увлекался фотографией. Да и в детективном агентстве львиную долю работы составляла слежка за неверными супругами и фотосъемка их развлечений. Так что могу все сделать сам.

- Годится, - одобрила верная боевая подруга. - Лишние свидетели нам ни к чему. А с видеокамерой ты и подавно управишься.

- Без проблем. Она у меня есть ещё со времен работы частным сыщиком.

- А для кого предназначались двадцать пять кусков баксов?

- Для милицейского наряда и дежурного отделения, куда доставили Руслана с друганами.

- Договоренность с ними уже есть?

- В общих чертах. Им и хочется, но очень боязно.

- Сколько человек в наряде?

- Двое и водитель.

- Получается чуть более шести кусков на брата? Нет, напарник, за такие бабки они против прокурора с его бандой не попрут.

- Потому они и боятся. Кашира город маленький, а им там жить. В Москве было бы проще - они могли устроиться в другое милицейское подразделение и быть под его защитой. А в Кашире прокурор царь и Бог. Да и банда там творит, что хочет.

- Значит, будем действовать с головы, с которой сгнила эта рыба. В принципе, можно было бы сунуть наряду и дежурному побольше зелени, но почему-то мне не хочется тратить свои трудовые деньги на эту мразь. Если они способны закопать своих по чьей-то указке, то им нужно дать не взятку, а по морде.

- Ленька с ребятами уже не сотрудники органов. А к тем, кто ушел на вольные хлеба, в ментовке отношение как к отщепенцам.

- Да это не суть важно. Если эти суки позволяют себе участвовать в грязном деле и вешать немалый срок на ни в чем неповинных ребят, то совать им бабки я считаю безнравственным.

- Раньше я не видел иного выхода.

- Выход нужно искать там, где вход. Купленный прокурор заварил это дело, он и должен его закрыть. И, разумеется, возбудить дело против тех, кто действительно насиловал и бил девчонок. Руслан, ко всему прочему, должен ответить за то, что искалечил жену. Пусть эти ублюдки не надеются остаться безнаказанными. Еще раз повторю: женщин обижать опасно.

- Здравствуйте, Георгий Натанович.

- А, каширский шалун! - презрительно-пренебрежительным тоном отозвался собеседник, глядя на него с усмешкой. - С чем пожаловал?

Владимир мысленно обругал его всеми матерными словами, которые знал. С какой стати этот чертов сноб что-то из себя корчит?! А сам он разве не с мелочевки начинал? Тоже в свое время был никем. А теперь разбогател и относит себя к элите общества, к тому же, уверен, что ему позволено вытирать ноги о тех, кто ещё не богат. Но это дело наживное. Не знает старикан, что скоро все его богатство будет принадлежать тому, кого он презрительно именует "каширским шалуном".

"Пусть потешится напоследок, - мстительно подумал Владимир. - Недолго осталось старику куражиться".

Он постарался сдержаться и произнес обычным тоном:

- Сейчас в Москве находится бизнесмен Феликс Рогов, очень состоятельный человек, миллионер. Он приехал по договоренности с Яковом Паршиным и сейчас готов вложить двести тысяч долларов в проект, который предложил ему Паршин. Двести тысяч - только начало. В будущем - ещё больше.

- Что ж он, совсем безмозглый дурак, что связался с Яшкой? - тем же презрительным тоном отозвался Георгий Натанович. - Ни один деловой человек Паршину и руки не подаст, не говоря уже о том, чтобы вкладывать деньги в так называемый проект. Какие у Яшки могут быть проекты?! Он же шакал, типичный "кидала". Сдружился в уголовным авторитетом и потому ощущает себя безнаказанным.

Владимир терпеливо выслушал собеседника, приказывая себе обуздать эмоции. Наконец ему удалось вставить слово:

- Феликс Рогов живет в Магнитогорске. В Москве бывает очень редко - не нравится ему столичная суета, да и здоровье не позволяет часто ездить. Он очень тучный, у него сахарный диабет, гипертония, было два инфаркта. Паршин сам ездил к нему.

- И задурил провинциалу мозги, - перебил его Георгий Натанович, а Владимир промолчал, не желая обсуждать скользкую тему.

- Сейчас Рогов приехал ради заключительного этапа. У него есть означенная сумма, которую он готов вложить в дело, но это не предел. Он может вложить и несколько миллионов.

- И ты хочешь перепродать его мне, - снова перебил собеседник.

- На то, чтобы его обработать, я потратил три месяца. - Владимиру удалось выдержать нейтральный тон. - Теперь Рогов готов к деловому сотрудничеству, хотя раньше не доверял московским коммерсантам.

- Набиваешь себе цену? - В голосе Георгия Натановича опять звучала насмешка, мол, все твои приемчики мне известны, не проведешь.

- Яков Паршин исчез. Он должен был встретиться с Роговым ещё позавчера, но его нет дома, мобильный и домашний телефоны не отвечают, секретарша понятия не имеет, где её шеф. Уже больше недели никто не знает, куда он делся.

- Значит, кто-то отплатил этому "кидале", - без тени сочувствия произнес собеседник. - Поделом ему, давно пора. - И тут же его голос приобрел иные интонации - хищник почуял добычу. - Значит, Рогов остался без присмотра, горя желанием вложить капитал в перспективное дело?

- Да.

- Сколько ты хочешь? - взял быка за рога Георгий Натанович.

- Десять процентов от суммы сделки, - не моргнув глазом, ответил Владимир.

- Жирно, - хмыкнул матерый хищник. - Чтобы получить десять процентов, нужно крепко потрудиться.

- Я его три месяца обрабатывал, - с ноткой обиды произнес Володя.

- Ну, не для меня же ты старался, - отмел его аргумент собеседник. Ты ж на Яшку работаешь. И мне известно, что за весьма скромное вознаграждение. Так что о десяти процентах и не мечтай. К тому же, не ты Рогова обрабатывал, а Паршин. Ты-то чем можешь заинтересовать магнитогорского миллионера? Это, голубчик, не твой уровень. И вряд ли когда-либо ты достигнешь такого уровня.

Георгий Натанович не упустил возможности ещё раз унизить его и показать дистанцию между ними - мол, я богач, а ты - так, шелупонь, мелочевщик. Владимир снова призвал на помощь все силы, чтобы сдержаться. Помогли ему и злорадные мысли: "А вот тут ты, старикан, ошибаешься. Этого уровня я достигну, и очень скоро, и все, что ты сейчас считаешь своим, будет моим".

- Яшка хоть и шакал, но запудрить мозги мастак, - продолжал собеседник. - К тому же, у него в Москве есть особняк стоимостью минимум десять миллионов долларов, а это прибавляет веса. Да и вообще Паршин выглядит преуспевающим дельцом, весь антураж он хорошо освоил. Так что, не приписывай себе чужих заслуг. Ты ещё даже не шакал, а щенок.

Терпеть подобные моральные пощечины у Владимира уже не было сил, и его лицо невольно исказилось. К тому же, у него опять разболелась голова. Увидев его гримасу, Георгий Натанович рассмеялся:

- Не нравится? А ты что думал? Возомнил, будто можешь говорить со мной на равных и ставить мне условия? Не-ет, голубчик, этого не будет никогда. Ты получишь пятьсот долларов за то, что познакомишь меня с Роговым, и ни цента больше. А дальше я все сделаю сам, твое участие мне не требуется.

- Он не станет с вами разговаривать, - пробурчал разочарованный малым вознаграждением Владимир. Он рассчитывал на гораздо большую сумму. Десять процентов этот прожженный делец, конечно, никогда бы не дал, но пятьсот баксов - просто смешно, когда речь идет о таком крупном контракте.

- Станет. - В глазах собеседника таилась снисходительная усмешка. - В принципе, я мог бы тебе вообще ничего не давать. Сам выясню, в какой гостинице остановился магнитогорский миллионер и проведу с ним переговоры. В отличие от Паршина, я занимаюсь делом, а не "кидаловом", так что сумею убедить его вложить деньги в мой бизнес.

- Рогов сразу почует подвох, - продолжал упираться Володя. - Он очень осторожный и недоверчивый. Меня Феликс Аркадьевич уже хорошо знает и доверяет, а с незнакомым московским бизнесменом даже разговаривать не будет. Чтобы с ним познакомиться, нам пришлось прибегнуть к рекомендациям очень солидных людей, да и то он долгое время был насторожен. Его уже не раз обманывали, теперь Рогов стреляный воробей.

- Значит, ты меня с ним познакомишь, - легко решил проблему Георгий Натанович, не сомневаясь в его согласии.

- За пятьсот долларов - нет. - Владимир упрямо сжал губы. Он интуитивно чувствовал, что с этого хищника можно получить больше - тот уже заглотил наживку, глаза горят, от своего ни за что не отступится. - А если вы попытаетесь выйти на него сами, я встречусь с Феликсом Аркадьевичем и расскажу ему про мошеннические дела Паршина. После этого, не сомневаюсь, он немедленно уедет в Магнитогорск и больше никогда не захочет иметь дела с московскими бизнесменами.

- Ладно. - Собеседник понял, что придется немного раскошелиться. Получишь пятьсот долларов, когда нас познакомишь, и ещё три тысячи в тот день, когда мы с ним заключим контракт.

- За знакомство - три тысячи, - решил поторговаться Владимир. Ему очень нужны были деньги. Он знал, что прожженный жук ни за что не даст такой суммы, но пусть сейчас выдаст хотя бы аванс. Чем больше попросишь тем больше будет задаток. А если старикан заглотит крючок, то потом уже не соскочит, и с него можно вытянуть приличную сумму, намекая на возможность открыть глаза Рогову на кое-что...

- Я сказал - пятьсот, - жестко произнес Георгий Натанович. - И только после того, как я познакомлюсь с Роговым. Знаю я тебя. Слупишь с меня комиссионные, а потом побежишь к другим бизнесменам, и им тоже пообещаешь свести с магнитогорским миллионером, готовым вложиться по-крупному. Соберешь со всех задаток, а Рогов ни с кем не подпишет контракт и укатит в свой Магнитогорск. Но знай, если ты будешь вести за моей спиной двойную игру, то поплатишься за это. - В голосе собеседника прозвучала откровенная угроза.

Весь вечер Регина провозилась на кухне, хотя дел особых не было. Но сидеть в комнате, видеть, как муж наливается виски, и слушать его пьяное бахвальство было невыносимо. Раза три он появлялся на кухне, держа в руке стакан, и, прислонившись к двери, пытался вызвать её на скандал. И опять ей приходилось, стиснув зубы, изо всех сил сдерживаться, прибегая к привычной формуле аутотренинга. Перечить ему опасно - под пьяную руку муж мог и руку на неё поднять, и такое бывало.

"Скоро ты за все поплатишься", - мысленно обещала ему Регина, ожесточенно натирая до блеска раковину, чтобы оправдать свое присутствие на кухне.

Мебель в их квартиру купила родня мужа и не поскупилась. Хоть квартира и небольшая, в богом забытом Братеево, зато хорошо обставлена.

"Лучше бы свекровь дала денег на двухкомнатную квартиру, - думала Регина. - Тогда моей маме не пришлось бы занимать, да и мне не пришлось бы ютиться с ненавистным мужем в одной комнате".

Самое ужасное - спать с ним на одной софе. Он давно уже к ней не лез, и Регина была этому рада. Еще не хватало - спать с этим вонючим подонком! Но даже просто лежать на одной софе, дыша сивушным амбре, которым провоняла вся комната, - было невыносимо, и она оттягивала этот неприятный момент.

Уже поздно, но муж никак не угомонится. Еще бы! Ему же не на работу. Будет колобродить полночи, а утром продрыхнет до полудня. Потом продерет заплывшие от пьянки поросячьи глазки, махнет пару бокалов виски, нацепит свои дорогие тряпки и отправится "по делам", как он называет свою грязную деятельность.

"Прикончат тебя за твои так называемые "дела", - радовалась Регина. А если нет, то я подсоблю".

С Ларисой Алла не виделась со дня выписки из больницы. Хотя все друзья полагали, что она набирается сил и отдыхает, у неё сейчас не было времени даже на то, чтобы потрепаться с любимой подругой. Созванивались каждый день, но ведь хочется по старой памяти посидеть за рюмкой чая и поболтать на животрепещущие женские темы.

- Привет, дорогая! - весело оповестила Алла о своем приходе, входя в кабинет Ларисы.

- Привет, - сыграла их привычный ритуал подруга.

- Чудненько выглядишь в своей любимой персиковой гамме.

- А ты, в своем любимом красном, как всегда, великолепна и агрессивно-сексуальна, - не осталась в долгу Лара.

- Вариант: ты - мне, я - тебе, и обе довольны. Чтобы избавить тебя от расспросов о моем самочувствии, отвечу с ходу: самочую себя замечательно. А чтобы продолжить светский диалог, поинтересуюсь, как твое здоровье?

- Тоже замечательно.

- Ну и славненько.

- Чем занимаешься?

- Есть одно дельце. Только, подруга, Олегу про это молчок.

- Опять криминал? - встревожилась Лариса.

- Да почти нет. Помнишь Леньку Кудрявцева, с которым Виталька меня познакомил, желая пристроить в хорошие руки?

- Конечно, помню.

- Так вот, он арестован, под следствием. Не могу оставить в беде мужика, с которым когда-то делила койку.

- А как ты собираешься ему помочь? Надеюсь, не с помощью вооруженного нападения на тюрьму?

- Нет, старушка, я теперь решила воздерживаться от стрельбы. Одна умная баба, кстати, бывшая супружница Николаши, поделилась опытом хорошо обдуманной мести, так что взять меня за жопу не удастся.

- А кому ты собралась отомстить?

- Одному продажному подонку. Как говаривал один мой приятель, подтащим, оттрахаем и оттащим. И все будут довольны. Ну, и ещё кое-кого накажем до кучи, чтоб неповадно было баб обижать. И за око выбьем мы два ока, а за зуб всю челюсть разобьем.

- А для тебя это не рискованно? - продолжала тревожиться Лариса.

- Никакого риска, дорогая, - заверила боевая подруга. - Всего лишь от души повеселюсь. Помнится, ты как-то раз обмолвилась, что в Кашире у тебя есть деловой партнер.

- Не получилось у нас делового партнерства. Владимир Захарович жмот и перестраховщик.

- Ничего, дорогая, я быстро обломаю каширского Вовчика. Любой человек рождается доверчивым, бесстрашным и жадным. Даже если из перечисленных качеств у Владимира Захаровича осталась только жадность, я попробую реанимировать в нем доверчивость и бесстрашие.

- Да ну! - скривилась Лара. - Не стоит тратить на него время мелкота, не нашего с тобой уровня коммерсант. С ним каши не сваришь.

- А я попробую сварить с ним кашку-малашку. Дай-ка мне его координаты.

Взяв лежащий на столе органайзер, Ларисы отыскала адрес и телефоны Владимира Захаровича Ванина и переписала их для подруги.

- На днях, когда Олег будет на дежурстве, командирую сама себя в славный город Каширу и постараюсь незаконными методами принудить стражей закона, погрязших в коррупции и беззаконии, блюсти интересы законопослушных граждан. Как тебе моя игра слов на тему закона, а, дорогая?

Всю первую половину дня у Регины раскалывалась голова. У неё не было с собой лекарств, и сейчас она раздумывала - сбегать ли в аптеку. Но, поразмыслив, решила, что её отсутствие на рабочем месте может быть замечено, а выслушивать выговор ей совсем не хотелось. И так настроение паршивое, лишний втык вовсе ни к чему.

Опять она почти всю ночь не спала. Пьяный муж угомонился только под утро, а до этого бродил по квартире, бренча льдинками в своем проклятом стакане. Налив очередные "два пальца" виски, со звоном чокался со вторым бокалом и громогласно желал себе удачи и будущих благ, потом оглушительно хлопал дверями - раза три сходил в туалет, несколько раз зачем-то зашел в ванную, потом притащился в комнату, включил свет и долго рылся в секретере.

Регина делала вид, что спит, накрылась с головой, от души желая ему подохнуть мучительной смертью.

Последние недели Володя стал пить гораздо больше обычного. Раньше его посиделки наедине с бутылкой случались пару раз в месяц, да ещё раза два он возвращался навеселе, а теперь пьет чуть ли не каждый день. С чего бы это?

Денег он ей почти не давал, так, мелочь, если в холодильнике было совсем пусто, и при этом преспокойно тратился на дорогой виски. С тех пор, как Регина поняла, что он её травит, она ела только йогурт и кисломолочные продукты, которые каждый день приносила сама. Из холодильника ничего не брала - наверняка муж подсыпал в еду отраву. Откладывала порцию горячего, делала вид, что разогрела её, а потом аккуратно перекладывала в пакет, заворачивала в несколько слоев газеты и выбрасывала. Использовала чай их пакетиков - вдруг супруг подсыпет отраву в заварочный чайник! Свои лекарства, которые ей приходилось принимать, держала на работе, чтобы муж не подменил таблетки. Ничего себе, веселенькая жизнь! - сосуществовать на одной территории с отравителем!

Как ни старалась Регина отогнать эти тягостные мысли, но они сами навязчиво лезли в голову. Да и как об этом не думать, если приходится быть все время настороже! Да и супруг, о существовании которого хочется забыть хоть ненадолго, постоянно о себе напоминает! Лежа в постели и пытаясь отрешиться от раздумий, она слышала, как тот пытался кому-то дозвониться это в три часа ночи! Видно, как и любому пьянчуге, ему хотелось "поговорить". Видимо, его мобильник не работал, - может быть, батарейки сели или он забыл оплатить абонентскую плату, - и муж, раздраженно ворча: "Чертова мобила, что это с ней...", - с пьяным упорством снова и снова пытался набрать номер.

Измученная бессонницей, Регина не могла позволить себе встать. Если сейчас выйти на кухню или даже в туалет, муж непременно увяжется за ней, начнет опять выговаривать, какой жлоб её отец и какая она никчемная жена, будет цепляться, пока не добьется своего, и её нервы не выдержат. И тогда опять разгорится безобразный скандал.

Однажды она так разозлилась, что, не помня себя, схватила кухонный нож и замахнулась. И убила бы. Запросто. Но он успел перехватить её руку и так вывернул, что потом долго болело плечо. Теперь Регина боялась связываться с ним пьяным.

Единственное утешение - что терпеть осталось недолго.

Владимир Захарович Ванин был безмерно рад, что удалось заключить контракт с крупной московской фирмой на столь выгодных условиях. Чтобы ещё больше расположить его к себе, Алла обещала посодействовать заключению договора на аналогичных условиях с компанией "Алкор" и другими фирмами, принадлежащими Вячеславу Валерьевичу Миронову, и новоиспеченный деловой партнер совсем расчувствовался. Терпеливо выслушав его словоизлияния на тему, как он счастлив иметь дела со столь очаровательной бизнес-леди, и прочее в том же духе, боевая подруга наконец вклинилась в словесный поток собеседника:

- Владимир Захарович, чтобы закрепить наши отношения и перевести их на неформальный уровень, могу ли я обратиться к вам с личной просьбой?

- Буду рад, - с готовностью закивал новоиспеченный партнер.

- Собственно, у меня даже две просьбы. Первая - помогите мне снять приличную квартиру. В Кашире я, кроме вас, никого не знаю, и мне не к кому обратиться с подобной просьбой.

- Вам нужна здесь постоянная квартира или лишь на время вашей командировки?

- Всего на два дня - сегодня и завтра.

- Тогда могу предложить вам свой загородный дом. Сегодня пятница, впереди уикэнд. Место очень живописное, гарантирую - замечательно отдохнете. Можете жить там сколько душа пожелает. У меня там и крытый бассейн, и сауна...

- Спасибо за заботу, Владимир Захарович, - перебила его Алла, - но завтра я должна быть в Москве. В будущем планирую приезжать в Каширу и тогда с удовольствием воспользуюсь вашим предложением. Но сейчас мне нужна квартира в городе.

- Тогда живите в моей городской квартире, - предложил партнер, - а я проведу уикэнд за городом.

- Годится! - обрадовалась она - это и в самом деле был оптимальный вариант. - И вторая просьба - мне нужно познакомиться с городским прокурором.

- О, это ещё проще. - Каширский бизнесмен просто-таки весь лучился желанием услужить московской деловой даме, к тому же, очень привлекательной. Видимо, имел в отношении неё не только деловые планы. Прокурор Эдуард Савватеев мой бывший одноклассник, мы до сих пор приятели. Готов познакомить вас хоть сию минуту - прокуратура недалеко от моего офиса.

- Вы просто клад, Владимир Захарович, - капнула ложку лести в будущую бочку его несбывшихся надежд хитрованка Алла. И решила, что слишком много лести не бывает: - Мужчина, бесценный во всех отношениях... - Сделав многозначительную паузу, она посмотрела на него с особой улыбкой. Убедившись, что собеседник совсем поплыл, верная боевая подруга доверительно поделилась: - Племянник моей приятельницы попал в беду. Знаете, эти избалованные шалопаи порой очень огорчают своих родителей... Мальчик из обеспеченной семьи, ни в чем не знал отказа... Но связался с какими-то подонками. Детали опущу, вам это вряд ли интересно. Моя приятельница, узнав, что я еду в Каширу, - а её сестра живет здесь, слезно молила меня поговорить со здешним прокурором, и я согласилась выступить посредником. Ну, вы меня понимаете... - Алла снова сделала многозначительную паузу, но уже с другим значением.

- Разумеется, - закивал собеседник.

- Так что намекните прокурору, мол, люди не бедные... Подтекст, надо полагать, он уразумеет.

- Вне всякого сомнения, - заверил партнер.

- На ваш взгляд, прокурор наш человек? - Алла выразительно посмотрела на него, мол, мы, бизнесмены, прекрасно знаем, что без зеленой взятки в присутственные места соваться не следует.

- Наш, наш, - с готовностью подтвердил Владимир Захарович.

Алла ничуть не сомневалась в ответе. Взяточник обычно не придерживается кодекса чести: беру только у одной стороны, а все остальные не подступайтесь. То, что прокурор куплен бандитской группировкой, не означает, что он не черпает из других источников. Она могла бы и не зондировать сейчас почву, но ей нужно было проделать все в наикратчайшие сроки. Если Владимир Захарович заранее намекнет бывшему однокласснику, а ныне городскому прокурору, что ему светит энная сумма, то все свершится гораздо быстрее.

- Владимир Захарович, вижу, мы с вами единодушны. У меня лишь одно маленькое сомнение - в размерах суммы. В Москве, как вы сами понимаете, другие цены... - Алла снова сделала паузу, чтобы собеседник продолжил сам. И тот оправдал её надежды:

- Думаю, десять тысяч долларов - вполне приемлемо.

- Именно эту сумму я и привезла. - Расстегнув сумочку, она продемонстрировала партнеру пачку долларов в банковской упаковке. - Буду очень признательна, если вы заранее предупредите прокурора о нашем разговоре и обо всех меркантильных аспектах.

- О чем речь, Алла Дмитриевна! - Владимир Захарович оскалил безупречную металлокерамику в почти голливудской улыбке.

- Деликатную встречу с прокурором я планирую провести в вашей квартире, - доверительным тоном продолжала верная боевая подруга. Общаться в прокуратуре не хочется... Я законопослушная дама, но в подобных учреждениях у меня почему-то начинается сердцебиение...

Партнер понимающе кивнул, продолжая сверкать металлокерамикой.

- Давайте посидим втроем в приличном ресторане, познакомимся, а потом вы оставите нас наедине, и я договорюсь с прокурором тет а тет. - Увидев, что псевдоголливудская улыбка сползла с лица собеседника, - видимо, тот решил провести весь вечер в её приятном обществе, - Алла обворожительно улыбнулась: - Если сегодня мне удастся выполнить просьбу моей приятельницы, то завтра я вам позвоню, и мы чудесно проведем время... - Партнер просиял, а боевая подруга решила ковать железо, пока не остыло: - Не будем терять времени, дорогой мой. Быть может, мне удастся так быстро управиться, что остаток вечера я проведу в более приятном обществе... - Обозначив взглядом и улыбкой, кого именно подразумевала под "более приятным обществом", она попросила: - Позвоните ему, пожалуйста, и пригласите пообедать в ресторане, где появление прокурора в обществе дамы не вызовет нездорового ажиотажа.

Партнер потянулся к телефону и договорился с бывшим одноклассником о встрече в час дня.

- Кстати, вы женаты, Владимир Захарович? - кокетливо спросила Алла.

- Нет, - расцвел улыбкой тот.

- Чудесно... - Она ещё подпустила игривости в и без того игривый взгляд. - А господин прокурор?

- Женат, - быстро ответил деловой партнер, видимо, решив лишить её иллюзий.

Мысленно усмехнувшись его примитивному мышлению, верная боевая подруга пояснила, сменив игривый взгляд на невинный:

- Не хочу, чтобы наша деловая встреча стала причиной семейного раздора. Мы всего лишь пообедаем, потом быстро завершим дела, и господин Савватеев вовремя вернется домой, как и положено образцовому семьянину.

Похоже, Владимир Захарович совершенно успокоился, что бывший сокурсник не станет соперником, и опять продемонстрировал ей безупречную металлокерамику, видимо, считая собственную улыбку неотразимой.

Открылась дверь, и вошел Алексей Петрович. Выражение лица бесстрастное, будто и не было вчера разговора на повышенных тонах. Просто пришел на утренний обход, а на пациента ему по большому счету начхать.

От этой мысли Яков снова завелся - он не какая-нибудь гопота голозадая, чтобы этот нищий докторишка смотрел на него свысока! Он - Яков Паршин, человек, известный своим крутым нравом! И не таких обламывал! А уж деревенского эскулапа и подавно обломает.

- Доброе утро, - сдержанно поздоровался хирург. - Как дела?

- Да какие могут быть дела в вашей вшивой больнице! - раздраженно отозвался Яша.

- Мы выполнили вашу просьбу - перевели всех больных из этой палаты, и у вас теперь почти палата-люкс. Можно лежать в одиночестве и предаваться философским мыслям. Наконец-то у вас есть время и возможность подумать о своей жизни и сделать правильные выводы.

В тоне врача звучала едва уловимая насмешка, и Яков разозлился ещё больше: "Вот гаденыш! Слупил с меня на пару с заведующим сотку баксов, и ещё насмехается!"

И все же он решил на этот раз сдержаться. Этот эскулап такой вредный, сучонок, если его тронуть против шерсти, он тут же встает в позу и на любую просьбу с самым серьезным видом отвечает, что это не положено. "Да уж, не положено!.. - опять разозлился Яша. - Пока в карман не положишь, - конечно, не положено!"

- Я ещё раз требую, чтобы возле палаты дежурили мои охранники.

- Разве вашей жизни угрожает опасность?

- Мало ли... - многозначительным тоном произнес Яков. - Охранники всегда при мне.

- Где ж они были, когда вы получили травмы? - В голосе хирурга опять промелькнула насмешка.

- Они охраняют меня днем.

- Не вижу необходимости в их присутствии, - непреклонным тоном заявил врач.

- А я вижу, - уперся Яков.

- В таком случае вам нужно было лечиться в частной больнице или в той, где подобное допустимо. В нашем стационаре присутствие посторонних не позволяется, и мы не намерены делать исключений для кого бы то ни было. Это хирургическое отделение, и здесь свои порядки. Не мы их устанавливали и не нам их отменять.

"Черт с тобой, - решил Яша. На самом деле ему вовсе не нужны были телохранители, дежурящие возле его палаты. Но ведь так положено - если шеф в больнице, то бодигарды неотлучно при нем. Что ж - зря им зарплату платить, что ли? Он будет валяться на больничной койке, а охранники - груши околачивать? И им за это платить? Еще чего! Нашли дурака! Правда, у него не профессиональные телохранители, просто крепкие ребята, больше для видимости, потому их услуги обходятся дешево. И все же, выплачивая им ежемесячную зарплату, Яков Паршин каждый раз кривился - за что им платить-то! Катаются с ним на машине, покуривают, поглядывают по сторонам, - и это работа? Будь на то его воля, он бы вообще их не нанимал, но как же бизнесмену ездить без охраны! Уважать не будут, мол, ты на фиг никому не нужен и никто на твою жизнь не покусится. - Ладно, велю им посменно охранять дом, - решил он. - Один пусть сидит там днем, второй ночью. Сторож обошелся бы дешевле, можно взять алкаша, и за бутылку он покараулил бы дом, пока меня нет. Но пока я в больнице, пусть мои придурки хоть как-то отрабатывают свою зарплату. Вдруг ещё какой-то грабитель позарится - дороже обойдется".

Встреча в ресторане прошла по намеченному сценарию. Очевидно, Владимир Захарович уже успел шепнуть прокурору заветные слова, и тот отнесся к московской даме с полным доверием.

Поначалу они представились друг другу по имени и отчеству: Эдуард Владимирович и Алла Дмитриевна, - но уже после третьего бокала коньяку она произнесла прочувствованный тост "за настоящих мужчин" и предложила выпить на брудершафт. Предложение вызвало бурное одобрение, и они стали называть друг друга по именам.

Алла была в ударе - острила, в лицах рассказывала анекдоты и забавные истории, демонстрируя свои врожденные актерские данные, умело кокетничала, мило улыбалась, не скупилась на неприкрытую лесть и подчеркивала, как ей приятно общество на редкость симпатичных мужчин, принимала ответные комплименты, смеялась их неуклюжим шуткам и бородатым анекдотам, отчаянно флиртовала с обоими, и оба устроили соревнование за её внимание. Ее висящая вдоль тела загипсованная левая рука никого не смущала - Алла с сокрушенным вздохом призналась, что является злостным нарушителем правил дорожного движения и очень любит быструю езду, из-за чего, мол, два месяца назад попала в аварию. Прокурора она проникновенно именовала то "Эдиком", то "Эдичкой" и ему это очень нравилось. Видно "нетленку" своего тезки Эдуарда Лимонова он не читал, потому не уловил саркастический подтекст. Владимира Захаровича Алла для равновесия называла "Володенькой" и "Вовчиком", а иногда "Вованом", и тот тоже не узрел аналогии с тупым персонажем анекдотов про новых русских.

В общем, её собутыльники преисполнились уверенности, что находятся в обществе дамы, приятной во всех отношениях.

Когда прокурор уже достиг нужной кондиции и смотрел на неё маслеными глазами, Алла выразительно посмотрела на Владимира Захаровича. Но то ли тот перешел грань, когда ещё понимаются намеки, то ли никак не желал лишаться её общества, но многозначительный Аллин взгляд на него не подействовал. "Володечка" продолжал сыпать комплиментами, прикладываться к ручке и время от времени норовил приобнять Аллу за плечи, демонстрируя желание облобызать хотя бы щечку. Она уже с трудом удерживалась от желания приложить его так, чтобы "милый Володечка" оказался под столом, да там и остался. Не выдержав его слюнявых нежностей, Алла одарила его сердитым взглядом и от души наступила ему на ногу своей тонкой шпилькой. От неожиданности тот аж подскочил и вытаращился на нее, но встретив её взгляд, сразу понял, что ему пора.

- К сожалению, вынужден вас покинуть. - Владимир Захарович с видимой неохотой встал. - На три часа у меня назначена важная встреча, поеду трудиться.

Он ещё раз приложился к Аллиной ручке, изъявил желания завтра непременно с ней встретиться и, наконец, попрощался.

Судя по выражению лица прокурора, уход бывшего одноклассника его ничуть не огорчил, как раз наоборот. Они выпили за приятное знакомство и его продолжение, потом ещё раз - за то, что судьба порой дарит неожиданные подарки, и им повезло встретить друг друга, а затем ещё не раз по аналогичным поводам. Посмотрев на красную, лоснящуюся физиономию своего визави, Алла поняла, что нужная степень подогретости алкоголем уже достигнута, и пора переводить отношения в партер.

- Володя был столь любезен, что предоставил мне на пару дней свою квартиру, - проникновенно глядя ему в глаза, сказала она. - Эдичка, может быть, нам с тобой пора сменить декорации и познакомиться поближе в другой обстановке... - Алла подвесила многозначительную паузу и тот, конечно же, понял, что под этим подразумевается.

- С удовольствием, - обрадовался Эдуард Владимирович.

"Видимо, все российские прокуроры любят халявный секс. Или берут пример с экс-генпрокурора... - мысленно усмехнулась верная боевая подруга, оглядывая расплывшуюся фигуру своего визави и его обширную плешь, кокетливо прикрытую прядью зачесанных справа налево волос. - Прав классик: беда России - дураки и дороги. Дурак не способен научиться ни на своем, ни на чужом опыте. Ведь экс-генеральный прокурор слетел со своего кресла именно за сексуальную неразборчивость. Но нет, сластолюбивый Эдик, вопреки здравому смыслу, не сделал правильных выводов из этого печального опыта... Бывший одноклассник ему четко разъяснил, что он получит взятку. С какой стати небедная дама, в довесок к немалой сумме, станет платить собой? Тем более, когда дело касается всего лишь племянника приятельницы. Любой мало-мальски думающий и самокритичный мужик, посмотрев на себя и на меня, осознал бы, что он отнюдь не того полета птица, чтобы соответствовать моему уровню, и озаботился бы вопросом: почему такая женщина делает ему недвусмысленные авансы? А этот продажный придурок, залив зенки халявным коньяком, поверил всей той чепухе, которую я несла, и возомнил себя привлекательнее Алена Делона... Причем, ничуть не сомневается, что мне не терпится остаться с ним наедине и опробовать его в койке. Уже яйца жиром заплыли, член даже домкратом не поднимешь, а туда же - желает приобщиться к Большому Сексу..."

Эти саркастические размышления, разумеется, ничуть не отразились на её лице. Она с улыбкой дождалась, пока будущая жертва отодвинет её стул и согнет руку кренделем, взяла Эдика под руку и выплыла из ресторана, всем своим видом демонстрируя присутствующим - они отправились "в нумера".

- Тебе не стоит садиться за руль, Эдик, - проявила заботу Алла, увидев, что прокурор направился к темно-синей "тойоте". - Я приехала сюда на машине, мой шофер нас отвезет.

- У меня тоже есть шофер, - заупрямился тот, решив продемонстрировать московской гостье, что хоть Кашира и не Москва, но некоторые каширяне из числа избранных тоже не лаптем щи хлебают.

- Хорошо, поедем на твоей, - проявила покладистость верная боевая подруга. - А потом ты его отпусти. Домой тебя отвезет мой водитель.

Однако прокурор с упрямством крепко нетрезвого человека стоял на своем:

- Нет, я привык ездить со своим шофером.

- Как пожелаешь, мой дорогой, - согласилась Алла. - Тогда я велю своему водителю ехать за нами.

Она поискала взглядом "вольво" верного оруженосца и, увидев, что тот мигнул фарами, знаками показала, что поедет с прокурором. Толик ещё раз мигнул фарами, мол, все понял.

Эдик из всех сил пытался играть роль галантного кавалера, хотя, судя по всему, опыта галантных ухаживаний у него было маловато, а быть может, и вовсе не было. Оказавшись на заднем сиденье, Алла мысленно пожелала себе сохранить выдержку - на случай, если спутник сразу перейдет к активным действиям. На её счастье, тот воздержался от лапанья - видно, хотел сохранить реноме при шофере. А может быть, ещё не выпил до той кондиции, когда мужчина сам себе кажется неотразимым сердцеедом.

Кашира - городок небольшой, движение на дорогах не сравнить с московским, и через четверть часа они вошли в подъезд недавно отстроенного девятиэтажного здания и поднялись на шестой этаж.

- Открой дверь сам, - сказала Алла, достав из сумочки ключи.

Видимо, Эдуард Владимирович частенько бывал в квартире приятеля и чувствовал себя здесь почти хозяином. В отношении этикета он явно был не подкован. Вначале сам снял пальто и ботинки, напялил домашние тапочки, вынудив гостью стоять посреди прихожей в ожидании, пока спутник поможет ей раздеться. Потом, присев на корточки, стал шарить в обувном отделении шкафа-купе. Алла не сразу сообразила, что он там ищет, а когда прокурор вынырнул из недр шкафа, держа в руках кислотно-розовые женские тапочки с меховой опушкой, еле удержалась от смеха.

- Нет, Эдик, подобную обувь я не ношу, - пояснила она. - Предпочитаю остаться в своей.

И в самом деле - на ней элегантный наряд и туфли на высокой шпильке, зачем ей переобуваться в эти кичевые тапочки! Да ни одна уважающая себя женщина не наденет это убожество. К ним бы ещё стеганный синтетический халат - для законченности образа домохозяйки со стажем. Славно же она будет выглядеть - костюм от Армани и тапочки израильского, а то и турецкого производства, очевидно, предназначенные для случайных партнерш неженатого Владимира Захаровича.

"Вот в этом и проявляются плебейские корни новых русских, - мысленно усмехнулась Алла. - Каширский бизнесмен Володечка отгрохал квартиру за сотню-другую зеленых кусков, а для своих любовниц купил сторублевые тапочки".

Возможно, Эдуард Владимирович вознамерился прямиком направиться в спальню, но у гостьи были другие планы.

- Давай вначале выпьем, - предложила она, углядев в одной из комнат кресла с высокой спинкой, вполне подходящие для реализации задуманного плана. Алла вошла первой, села в кресло, закинула ногу на ногу и с многозначительной улыбкой добавила: - К чему спешить, дорогой?

Прокурору не возражал, по-хозяйски прошел к бару и вскоре уставил столик напитками на любой вкус. Когда в бокалах заискрился коньяк, Алла "вспомнила", что согласно французской традиции, закусывать сей благородный напиток нужно твердым сыром, и Эдуард Владимирович отправился на кухню. Ей понадобилась всего минута, чтобы подсыпать в его бокал лошадиную дозу циклобарбитала. Это снотворное прекрасно растворяется в спирте, имеет слабогорький вкус и не перебьет коньячный букет, так что прокурор ничего не заметит.

Когда будущая жертва появилась и с торжественным видом водрузила на стол тарелку с небрежно наструганными кусками сыра, боевая подруга сидела в кресле в той же позе и безмятежно курила, покачивая носком туфли.

- Пьем до дна! - объявила Алла и первой подала пример. Прокурор не заставил себя ждать.

"Сразу видно - не пьет, и не отучишь", - с усмешкой подумала она, откусывая кусочек сыра и кивком показав, что самое время налить по второй. Выпили по второй, потом по третьей.

Алла могла перепить любого крепкого мужчину, но в ресторане сачковала. Собутыльники, увлеченные ухаживаниями, даже не заметили, как она, делая вид, что смакует благородный напиток, в подходящий момент выливала его под стол. В данный момент верная боевая подруга была ни в одном глазу, зато прокурор от ядерной смеси коньяка с циклобарбиталом сразу поплыл.

Екатерина Новицкая лежала на полу комнаты лицом вниз. Шелковый ковер вокруг её головы пропитался кровью. Пятно имело форму полукруга и казалось, что её голова увенчана нимбом бордово-коричневого цвета. Длинные светлые волосы слиплись от запекшейся крови. Чуть в стороне валялась шестикилограммовая гантель, один из её съемных дисков был в крови.

- Осмотр произведен 2 марта, в девятнадцать часов сорок пять минут при электрическом освещении, - диктовал протокол осмотра дежурный следователь.

На кухне оперативник допрашивал Аню Фадееву, няню сынишки Новицких.

- Я ни в чем не виновата, - всхлипывала девушка. - Мы с Никки пришли, а хозяйка там лежит...

- Успокойтесь, никто вас не винит, - увещевающим тоном произнес оперативник. - Расскажите все по порядку. Никки - это их сын?

- Да. Его зовут Наум, но хозяйка называет его Никки. Называла... поправилась няня и опять заплакала. Наконец она утерла слезы и продолжала: - Малыш недавно болел, у него был гайморит. Сегодня после обеда он спал всего полчаса - нос все ещё заложен, ему трудно дышать. Обычно мальчик просыпается в половине пятого, в пять я кормлю его полдником, а потом, если он здоров, мы идет на вторую прогулку. А сегодня он уже в три часа проснулся и заплакал. Хозяйка рассердилась, что сын опять будет капризничать, и велела мне идти с ним гулять. Я говорю: "Да как же гулять в такую погоду?! На улице холодно, ветер, а малыш ещё не совсем здоров. Да и полдником надо его накормить". А она мне: "Ты отведи его в зал игровых автоматов, он очень любит играть. А полдником накорми в каком-нибудь приличном кафе. Возвращайтесь часов в семь". Дала мне денег и велела поскорее одевать Никки. Я не могла её ослушаться. Но сделала по-своему привела его к себе домой, мы так часто делаем, когда она велит погулять подольше. Я живу рядом, Никки любит у меня бывать. А что хорошего гулять с ребенком по четыре часа в холодную погоду! Он часто простужается, а потом хозяйка ругает меня, что не доглядела. Я накормила малыша полдником, мы с ним поиграли, а к семи вернулись сюда. Никки я сразу отвела в его комнату, а сама пошла к хозяйке, спросить, можно ли мне уйти. Захожу, а она лежит на полу, в крови... - Закрыв лицо руками, девушка разрыдалась.

Дождавшись, когда она успокоится, оперативник спросил:

- А её муж днем заезжает домой?

- Нет, никогда. Его офис далеко отсюда.

- Когда он обычно приходит?

- Я точно не знаю, поздно, наверное. В семь я привожу Никки, потом кормлю его, а часов в восемь или в половине девятого ухожу, если хозяйка разрешит.

- И до половины девятого её муж ни разу не вернулся с работы?

- Я у них всего третий месяц работаю. Хозяйка очень требовательная, мне говорили, что у них няни долго не удерживаются. Да и я бы ушла, но жалко малыша, я к нему привязалась, и он ко мне. Мать-то больше по магазинам катается. Бывает, как только я приду, сразу уезжает и возвращается только часов в семь-восемь. А нам с Никки без неё лучше.

- Неужели целыми днями ездила по магазинам?

- Я не знаю, где она бывала.

- Но возвращалась с покупками?

- Иногда да, иногда с пустыми руками, но мне всегда говорила, что была в магазинах. А, ещё она в дамский клуб ходит, - вспомнила девушка. - Там бассейн, массаж, процедуры всякие. Подруги у неё в этом клубе.

- А любовник у неё был?

- Не знаю... - Девушка смотрела испуганно.

- Вы сказали, что часто водили Никки к себе домой. Именно хозяйка велела вам гулять с ним подольше?

- Да, если она была дома, то и с утра, и после обеда велела гулять несколько часов. Говорит, что мальчику нужно побольше двигаться.

- У хозяйки есть машина?

- Есть.

- Когда она отправляла вас на длительную прогулку, вы не замечали, что в ваше отсутствие в квартире кто-то побывал?

- Да ведь квартира большая, в некоторые комнаты я и не захожу. Мое место - детская, кухня, ванная, туалет.

"Мадам лежит почти голая, в совершенно прозрачном пеньюаре, - подумал оперативник. - Для кого она так сексуально оделась? К приходу мужа? Кто их знает, этих новых русских, может, у них принято, чтобы молодая жена встречала супруга полуголой?.. Или все же дамочка выпроваживала няню с ребенком, чтобы развлечься с любовником?.."

- Сколько лет её мужу?

- Точно не знаю. Под шестьдесят.

"А ей на вид лет двадцать пять. Вполне могла утешаться в объятиях молодого любовника, имея старого мужа. Или все же она соблазняла своим сексуальным нарядом супруга, чтобы тот побольше бабок ей отстегивал?.."

- А хозяйка всегда ходила дома в прозрачном пеньюаре?

- Нет, первый раз на ней такой увидела.

- Еще какая-то прислуга в доме есть?

- У них были и повар, и горничная, и экономка, но все быстро увольняются. Характер у хозяйки тяжелый... При мне она уже нескольких человек нанимала, но они больше недели не удерживаются. Я-то все время провожу с Никки или гуляю с ним, ко мне она меньше всех цеплялась. Да и деньги мне очень нужны, а платила она много, вот я и терпела...

- Аня, раньше вы когда-нибудь видели в её комнате гантели?

- Нет, не видела. Но я ведь в её комнату всего на минутку заходила спросить, можно ли мне идти домой.

- А она занималась спортом? Ходила в тренажерный зал?

- Не знаю.

- А её муж?

- Наверное, это его гантели, - предположила девушка. - Обычно я приходила в восемь утра, хозяин в это время ещё был дома. У него в другом конце квартиры есть специальная комната для гимнастики. Когда я проходила по коридору, то слышала звуки, будто занимаются гимнастикой. Может, он со скакалкой подпрыгивал или ещё как-то тренировался.

"Молодился старичок... - мысленно усмехнулся оперативник. - При молодой жене приходится следить за собой и сгонять жирок. Но почему его гантель оказалась в комнате супруги? А судя по всему, это её личная комната - одни шкафы, набитые тряпками, да туалетный столик, уставленный парфюмерией и косметикой. По телосложению мадам непохоже, чтобы она ходила в качалку и занималась с железом. Неужели муж застал её с любовником, потом сбегал в тренажерный зал за гантелей и шарахнул неверную жену по виску?.. Зачем? Если старикан был в аффекте, мог бы схватить любой подвернувшийся под руку предмет. Да и не убивают богатые мужья своих жен собственноручно... Ему по средствам оплатить услуги киллера, а сам был бы чист. Или вышвырнул бы её без гроша, пригрозив, что наймет людей, и ей переломают руки-ноги... Что-то нескладно получается в отношении старикана. Или её любовник прибил? Тоже не складывается. Зачем ему бегать в тренажерный зал за гантелей хозяина? Пока он туда добежит, пока обратно, Екатерина могла бы позвать на помощь, высунувшись в окно, или спастись бегством, покинув квартиру. Или она побоялась выбежать полуголой - соседи потом расскажут об этом мужу?.. Но зачем любовнику убивать Екатерину в её квартире? Похоже, он бывал тут не раз, его могли видеть соседи. Да и сегодня его, возможно, кто-то видел. А вообще-то мадам вела себя неумно. Что за необходимость встречаться с любовником в собственной квартире? Неужели она не могла снять любовное гнездышко для свиданий?.."

Видя, что собутыльника уже совсем развезло, и он с трудом фокусирует взгляд, Алла открыла сумочку, достала пудреницу, пачку долларов и диктофон, включила его и, делая вид, что припудривает носик, приступила к основной части своего плана:

- Эдик, вот десять тысяч долларов, как мы договаривались. Они в банковской упаковке, но если хочешь, пересчитай.

- Да ладно, - махнул рукой прокурор, пьяно мотнув головой и покачнувшись.

- Все, как в аптеке, но, тем не менее, спасибо за доверие.

- Не за что, - автоматически откликнулся прокурор, даже не глядя на лежащую на столе пачку долларов.

Алла про себя порадовалась, что хотя он уже вот-вот отключится, но дикция у него не смазана.

- Володя рассказал тебе о существе проблемы?

- Угу, - промычал тот.

- В общем, ты берешься развалить это дело?

- Угу...

Прокурор уже не держал фокус, тараращась осоловелым взглядом куда-то в пространство, и не воспринимая сказанного собеседницей.

- Ничуть не сомневалась, что мы с тобой поймем друг друга. Опыт, как состряпать дело и как его развалить, у тебя есть и, полагаю, немалый. Уж кто-кто, а ты в этом большой спец, господин каширский прокурор.

Голова Эдуарда Владимировича свесилась на грудь, и принимать участие в дальнейшей беседе он уже был не способен. Что ей и требовалось. Больше Алла боялась, что прокурор захрапит и испортит ей запись, но тот ненужных шумов не издавал, и она получила возможность с блеском доиграть свою роль до конца:

- Если завтра Кудрявцев, Малахов и Верник окажутся на свободе, ты получишь ещё десять тысяч долларов. Дело-то шито белыми нитками, ты ведь и сам это знаешь - сам его сфабриковал. Нужно восстановить подлинный, достоверный протокол, где написано, что именно Руслан Мальцев вместе с дружками Ганеевым, Курченко и Зотовым избили и изнасиловали Варламову и Соломатину, что именно им принадлежит оружие, и именно они из него стреляли, а Кудрявцев, Малахов и Верник отобрали у них оружие и вызвали наряд милиции. Ну, и все прочее, чтобы невинные люди, которых ты засадил по указке бандитского главаря, оказались на свободе. Ты уже все понял и постараешься исправить то, что напортачил, верно, Эдуард Владимирович?

Сделав паузу в пару секунд, Алла ответила за него, постаравшись воспроизвести интонации прокурора:

- Угу. - Правда, для того, чтобы произнести этот "ответ", особых усилий от неё не потребовалось.

- Вот и умничка, - сказала она, уже своим обычным голосом. - Кроме того, месяцем раньше Руслан Мальцев избил жену и нанес ей тяжкие телесные повреждения. Разумеется, его нужно привлечь к ответственности. Это дело правое, но я понимаю, что главарь банды, которому ты служишь, вряд ли обрадуется. Поэтому в виде моральной и материальной компенсации ты получишь ещё десять тысяч долларов. Мальцев, Ганеев, Курченко и Зотов, само собой, должны понести заслуженное наказание за избиение, изнасилование и прочие преступные деяния. Если они будут осуждены по максимуму, ты получишь ещё тридцать тысяч долларов. Ну, как, Эдик, берешься за все это?

Алла ещё раз "ответила" за него, в точности скопировав его голос, а потом с воодушевлением заявила:

- Отлично! Давай, Эдичка, выпьем за успех дела и скрепим наш договор страстным поцелуем. Я не против дальнейшего развития наших отношений в желательном для нас обоих направлении, но сегодня меню заказываешь ты. На десерт получишь оплату натурой. Раз ты пожелал, чтобы осуществились твои сокровенные желания, пусть так и будет. Глубоко сочувствую, что твоя консервативная коряга-жена совершенно не способна понять мужских желаний. Невеста Кудрявцева и подруга Верника согласились на твое требование и устроят тебе секс-сеанс в духе экс-генпрокурора. Обещаю - получишь неописуемые ощущения. На всю жизнь запомнишь.

Выключив диктофон, верная боевая подруга убрала его в сумочку, встала и некоторое время насмешливо взирала на спящего Эдуарда Владимировича.

- Слабоват оказался господин прокурор во всех отношениях, - сказала она в пространство.

Открыв входную дверь, Алла впустила в квартиру Виталия, Толика и двух девиц.

- Первый этап удался, - оповестила она подельщиков. - Дальше действуем по намеченному плану.

Все прошли в гостиную, где сладко спал прокурор. Виталий посадил его прямо, чтобы голова опиралась на спинку кресла, и приготовил фотоаппарат. Алла подошла к Эдуарду Владимировичу и, взяв со стола пачку долларов, встала так, чтобы прокурор был сфотографирован вполоборота, а на его закрытый глаз набросила прядь волос, до того прикрывавшую плешь. Сыщик с разных позиций снял, как Алла протягивает зеленую пачку прокурору, - они решили потом отобрать кадр, на котором Эдуард Владимирович будет выглядеть наиболее естественно, в соответствии со сценарием. Затем она вложила доллары Эдику в руку, чуть наклонила его голову, чтобы не было видно закрытых глаз, и встала рядом, склонившись у нему и заговорщицки улыбаясь, мол, мы свои люди и хорошо друг друга понимаем, что уже было озвучено ею на магнитофонной пленке. Отсутствие улыбки на лице прокурора вполне достоверно кореллировало с интонациями его немногословных ответов. Учитывая, что в кадр попадали стоящие на столике многочисленные бутылки и полупустые бокалы, невыразительность его речи была вполне адекватной количеству выпитого. Виталий в разных ракурсах снял и этот сюжет. Затем из кармана прокурорского пиджака был извлечен бумажник и вложен в лежавшую на коленях левую руку прокурора, а правой он будто бы засовывал доллары в бумажник. После этого Алла забрала свои деньги и спрятала в сумочку со словами:

- Не собираюсь из-за этой гниды становиться взяточницей. Зеленый цвет мне и самой к лицу.

Бумажник вернули в карман Эдика, а Алла налила в бокалы коньяк. Виталий снял их в профиль - вот они чокаются, при этом верная боевая подруга переплела свои пальцы с пальцами прокурора, чтобы его рука была на весу. Следующий сюжет в рамках записанного на диктофон разговора - Алла и Эдуард Владимирович будто бы целуются в ознаменование скрепления их взаимопонимания и дальнейших неформальных отношений.

- Сделай-ка побольше красочных снимков, как мы с ним бурно обнимаемся, - попросила Виталия верная боевая подруга. - Пусть мое лицо будет анфас, а я изображу неземную страсть.

Сдерживая смешок, сыщик отснял все, что нужно.

- Теперь, девочки, ваш выход, - обратилась Алла к девицам, которые с неподдельным интересом глазели на происходящее действо. - Одна садится Эдику на колени, обнимает, вторая сидит рядом, целует и все такое прочее, что положено для разогреву. Потом сфотографируем, как одна из вас лезет ему в штаны, демонстрируя неописуемый интерес к тому, что там нащупала, затем со страстным видом расстегивает ему ширинку, а другая в это время взасос целует, но чтобы было видно часть Эдиковой рожи. Его закрытые глаза будут свидетельствовать о том, что он уже вовсю балдеет и предвкушает ожидающий его праздник плоти. Потом вы его в четыре руки полностью раздеваете, фиксируя каждый эпизод для фотосъемки, затем сами раздеваетесь на фоне голого прокурора и так далее. Ну, не мне вас учить. Работайте, птички.

Девицы под её чутким руководством принялись отрабатывать свой гонорар. То ли они прониклись, то ли их воодушевило щедрое вознаграждение, то ли постановщица спектакля сумела их вдохновить, то ли они были хорошими профессионалками, - во всяком случае, свою роль каждая исполнила с блеском.

- Какая классная порнушка получается, а! - восхитилась верная боевая подруга, когда все трое оказались в костюмах Адама и Евы. - Думаю, многие люди с удовольствием посмакуют эти кадры. Прокурор города в роли порнозвезды! Бывший генпрокурор просто-таки изойдет черной завистью!

После этого действие переместилось в спальню. Виталий с Толиком, кряхтя, донесли тучное тело Эдуарда Владимировича до кровати и уложили на спину.

- Так, девочки, ваши дальнейшие действия будут не только на фотографироваться, но и сниматься на видеокамеру, - наставляла проституток Алла. - Поэтому работать на совесть. Я вмешиваться уже не буду, никаких посторонних голосов при видеозаписи быть не должно. Только типичные звуки и страстные восклицания. Побольше говорите сами, восхищайтесь его мужским достоинством и прочими частями тела, обращайтесь к нему по имени, называйте ласковыми словами, чтобы не было заметно, что сам он молчит. Начинайте с минета, участвуйте обе, старайтесь, чтобы его вялый член не попадал в кадр. Потом сами садитесь на него то лицом к камере, то спиной. Когда одна меняет позу, вторая страхует, закрывая своим телом опавшее Эдиково достоинство, делая при этом вид, будто бы ласкает его. Давайте вначале потренируйтесь, чтобы на записи все получилось lege artis, то есть, наилучшим образом.

Девицы принялись за дело. Они и в самом деле оказались хорошими профессионалками, в паре явно сработались, и все получалось экспромтом. Удались им и страстные стоны, и учащенное дыхание, и неподдельный экстаз, и скорость, и ритм, и легкость смены поз. Да и фантазия у них оказалась богатая.

В общем, главный режиссер, она же верная боевая подруга, осталась довольна. Одна проблема - молчащий Эдуард Владимирович. То, что у него закрыты глаза, не выпадало из сценария, его неучастие в процессе - тоже, девицы все делали сами, но вот то, что он не издает ни звука, Алле не нравилось.

- Черт, без озвучки фильмец будет не тот, - досадливо проговорила она, и тут вдруг верный оруженосец проявил инициативу:

- Давай, я залезу под кровать и оттуда буду сопеть и стонать. А девки пусть погромче воют, чтоб меня не очень слыхать. А когда надо, я заору, будто кончил.

- А сможешь? - с сомнением посмотрела на него Алла.

- Не боись, все будет путем, - заверил тот.

- Тогда мы с сыщиком поработаем в два смычка - он будет с фотоаппаратом, а я с видеокамерой. С ней я и одной рукой управлюсь. А по ходу дела буду издавать одобрительные возгласы. Раз идет съемка, то, само собой, в комнате должен быть и оператор. На видеокассете будут три женских голоса и один мужской, исполняющий обязанности голоса прокурора. Получится все по сценарию - трое женщин устроили ему секс-сеанс. Никаких мужчин, кроме распростертого на постели тела.

Так и сделали. Алла отошла с видеокамерой подальше, чтобы голоса звучали менее явственно, периодически отпускала то азартные реплики, то восторженные междометия, а Виталий, наоборот, подошел поближе, чтобы снять крупный план, и встал так, чтобы не попасть в поле зрения видеокамеры. Толик из-под кровати вполне натурально изображал частое, нарастающее в своей интенсивности дыхание, периодически стонал, а когда одна из девиц учащенно задышала, ритмично затряслась и залепетала положенные слова, мол, вот-вот наступит вожделенный экстаз, верный оруженосец вдруг неожиданно проявил актерские способности и глухо завыл с ней в унисон.

Вряд ли прокурор когда-либо слышал, как он сам издает аналогичные звуки в постели, а будущие зрители и подавно этого не слышали, так что все получилось lege artis, и верная боевая подруга осталась довольна.

- Молодцы все! - похвалила она. - Если сам прокурор не пожелает выкупить пленку в обмен на мое деловое предложение, то, не сомневаюсь, найдутся другие покупатели этой порнушки.

Выдав гонорар девицам, Алла велела им подождать в соседней комнате, пока Виталий освободится и, как было обещано, отвезет их в Москву. Сыщик, приехавший в Каширу на день раньше, заранее договорился с местным фотографом, что тот быстро проявит фотопленку и отпечатает снимки в двух экземплярах.

- Толян, глянь-ка в прокурорские документы и спиши его домашний адрес. Когда снимки будут готовы, отвезешь их Эдиковой супруге. Пусть полюбуется. Боюсь, что она будет единственной, кому эта порнушка не понравится, и волос на Эдикиной голове вскоре сильно поубавится.

Регина с трудом выбралась на своей остановке из битком набитого автобуса. Черт побери, как же надоело дважды в день толкаться в общественном транспорте! Но что делать - теперь у неё нет машины. Хоть московские дороги перегружены и не угадаешь, где попадешь в пробку, но все же ехать, пусть и черепашьим шагом, на своей машине, слушая музыку и покуривая, и втискиваться в часы пик в автобус, - это далеко не одно и то же. Да и остановка далековато от дома. Сегодня ветрено, а в этих проклятых новостройках ни деревца. С тропинки, ведущей к дому, просто сдувает. Правда, тяжелый пакет придает устойчивости, но тоже мало радости тащить каждый день продукты, выдергивая сплющенный пакет из месива тел автобусных пассажиров. А универсама поблизости ещё нет. Есть магазинчик в полуподвале, но там пятьдесят сортов водки, ещё столько же пива, множество бутылок разных марок, дорогой колбасной нарезки и замороженных полуфабрикатов, а обычных продуктов не купишь.

"Надоела, как же надоела эта нищета!" - жалела себя Регина, наконец, добравшись до подъезда. В этом убогом районе дешевое жилье, и жильцы соответствующие. Многие получили квартиру взамен снесенных хрущеб. А кто живет в хрущебах? Понятно, кто.

Благосостояние жильцов дома и его категорию теперь можно легко определить по маркам припаркованных автомобилей и количеству и породе собак, которых хозяева выводят на прогулку. Возле их подъезда сиротливо притулились лишь облезлый "Москвич" и парочка "Жигулей" не первой свежести. А собак в их подъезде всего две - двортерьер Тишка, подобранный её соседкой на улице, да полуслепая от старости болонка Чапа. Тишка, как все дворняжки, добрый и умный пес, но Чапа... Регина с детства любила собак, но настоящих псов, умных и верных, а не таких, как этот лохматый клубок шерсти, от которого ни пользы, ни радости. Еле ковыляет, но благородной старостью тут и не пахнет. Частенько старушка Чапа не может дотерпеть до улицы и оставляет лужицы в лифте, а то и надует кому-то на ногу. Регина уже испытала это на себе. Чапа, видно, и раньше умом не блистала, а на старости лет совсем поглупела. Уже не отличает знакомых людей от незнакомых и на всяких случай тявкает на всех, скалится и пытается тяпнуть. Из-за этого Регина уже лишилась не одной пары колготок, что не прибавило ей симпатии к этой шавке.

Поднявшись на свой этаж, она позвонила в квартиру соседки. Утром Регина занимала у неё пятьсот рублей, обещала вечером отдать.

- Мила, это я, - сказала она, когда глазок заслонился тенью. Дверь открылась, явив монументальную фигуру стодвадцатикилограммовой женщины, разменявшей пятый десяток, но, тем не менее, кокетливо именовавшей себя "Милой". - Пойдем, я отдам тебе долг. Володя говорил, что сегодня у него будут деньги. Я купила свежие французские пирожные. Если их не раздавили в автобусе, посидим у меня, попьем чаю.

- Пошли, - с готовностью согласилась Мила, большая сластена. Посидеть на соседской кухне, посплетничать, полакомиться вкусненьким, - вот и все радости одинокой женщины. Ее муж давно сбежал к другой женщине, которую Мила презрительно называла "суповым набором" - та весила вдвое меньше её.

Передав пакет с продуктами соседке, Регина нашарила в сумочке ключи и открыла дверь.

- Володя, это я, - громко произнесла она, первой войдя в прихожую. Не дождавшись ответа, посторонилась и пропустила Милу. - Спит, наверное.

- Что это он все время спит да спит? - вполголоса ворчливо отозвалась соседка. - Ты с утра до вечера на работе, а твой муженек только после полудня продирает глаза. Что у него за работа такая? Неужели ему деньги платят за то, что он валяется на диване? - Видно, Миле хотелось продемонстрировать, что не у неё одной непутевый муж, предпочитающий "суповой набор" женщине в теле, есть и другие экземпляры, ещё похуже. И она это тут же подтвердила: - Мой-то, хоть и дурак дураком, но деньги зарабатывал. А твой совсем непутевый.

- Да ладно, - отмахнулась Регина, уже успев снять верхнюю одежду, пока соседка проводила сравнительный анализ непутевых мужей. - Пошли на кухню, я чайник поставлю, а потом разбужу мужа.

Она направилась в кухню, а любопытная Мила заглянула в комнату. И тут же раздался её вопль:

- О-е-ей! Ой, мамочки родные!

- Что такое? Чего ты так орешь? - спросила Регина, выглянув в коридор.

Продолжая вопить, Мила стояла в дверях комнаты, округлив от ужаса глаза, и показывала рукой внутрь. Регина подошла к ней и заглянула поверх её плеча.

Владимир лежал на полу, на спине, лицо посинело и исказилось жуткой гримасой, руки с вывернутыми кистями и скрюченными пальцами были прижаты к груди, согнутые в коленях ноги подтянуты к животу. "Как у дохлого таракана", - подумала Регина.

- Что это с ним, а? - обратилась к ней Мила.

- Не знаю. Приступ какой-то. Давай вызовем "скорую".

- Да он же мертвый! - взвизгнула соседка.

- А может быть, просто упал и потерял сознание? Однажды я видела у прохожего припадок эпилепсии - он внезапно упал головой на асфальт, бился в судорогах, а потом затих. Давай подойдем и посмотрим, что с ним.

- Я боюсь, - заныла Мила.

- Я тоже, - призналась Регина. - Надо скорей вызвать "скорую", может быть, Володя расшиб себе голову и без сознания, а мы теряем время. Его мобильник не работает, придется звонить от Лиды.

В их доме ещё не провели телефон, а мобильный был только у соседки этажом ниже.

- Пошли звонить, - наконец обрела способность действовать Мила.

- А как же мы его одного оставим? Вдруг он придет в сознание, и ему будет нужна помощь?

- Тогда ты оставайся, а я пойду звонить. - Соседка решительно направилась к входной двери. Уже открыв дверь, она обернулась: - На всякий случай позвоню-ка я в милицию, мало ли что, а вдруг его избили до потери сознания. Точно, его кто-то пристукнул! - осенило её. - Загляни в комнату там на столе стоит бутылка и два стакана. Значит, к нему кто-то пришел, они выпили, а потом тот шарахнул его по голове, и капут. Или финку под сердце. Регинка, я побежала, а ты ничего до приезда милиции не трогай.

Алла сидела в кресле, которое верный оруженосец принес для неё из кабинета хозяина дома, и курила очередную сигарету. За эту ночь она выкурила уже пачку, ни на минуту не сомкнула глаз, но усталости не чувствовала. Да какая, к черту, усталость! Как раз наоборот - самый настоящий охотничий азарт!

Верная боевая подруга ни на минуту не сомневалась, что её план сработает, но ей нужно было завершить его уже сегодня. Олег после дежурства задержится, но к его приходу ей уже нужно быть дома, а от Каширы до Москвы двести километров.

Сейчас Алла жалела, что не озаботилась взять с собой шприц и несколько ампул кофеина, - тогда удалось бы разбудить прокурора быстрее, и голова у него была бы посвежее. На данный момент неизвестно, в каком состоянии он проснется. Мужик, у которого с похмелья трещит голова, а в душе, будто кошки нагадили, не очень-то понятлив и сговорчив.

То, что эту ночь Эдуард Владимирович не ночевал дома, - и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что полностью укладывается в сценарий, - мол, так увлекся плотскими утехами, что напрочь забыл о семье. А плохо то, что гулящий супруг, помимо воли, будет терзаться, виниться и размышлять, что сказать дражайшей половине в свое оправдание, и не сможет сосредоточиться на главном.

Когда прокурор заворочался, закряхтел, застонал, вполголоса крепко выругался и, наконец, проснулся, Алла встретила взгляд его заплывших с похмелья глаз лучезарной улыбкой.

- Доброе утро, Эдик! - весело приветствовала она его.

Тот некоторое время усиленно соображал, кто она такая, что тут делает, где он и как здесь очутился.

"Где Кура, где мой дом?.." - солидарно с его натужными размышлениями мысленно произнесла боевая подруга.

Наконец в его мутном, похмельном сознании обозначился какой-то просвет. Эдуард Владимирович откашлялся и хриплым голосом ответил:

- Здравствуйте.

- Неужели после всего, что было, мы опять на "вы"? - улыбнулась Алла.

- А что было?.. - осторожно спросил он.

- О-о! Много чего! - жизнерадостно сообщила она. - Сам убедишься. Желаешь ещё поваляться в натуральном виде или все же оденешься, и мы продолжим разговор в цивильном обличье?

Оглядев себя, прокурор обнаружил, что лежит обнаженным, - Алла в качестве меры дополнительного психологического воздействия не стала набрасывать на него одеяло - после двух бутылок коньяка не замерзнет.

- Ну и здоров ты пить, Эдичка! - Она изобразила голосом искреннее восхищение. - Три бутылки коньяку - как с куста! - Боевая подруга намеренно преувеличила выпитое собутыльником, чтобы оправдать его головную боль, поганое настроение и общее недомогание - судя по страдальческой гримасе собеседника, его самочувствие было, мягко говоря, ниже среднего. - Может, желаешь похмелиться?

- Я не похмеляюсь. - Эдуард Владимирович попытался ответить уверенно и с достоинством, но получилось слабовато и неубедительно.

- Ну, как знаешь, - пожала плечами Алла. - Так что ты решил - будем общаться в теперешней позиции или все же встанешь?

Наверное, ему было неловко лежать раздетым перед одетой дамой, да и похвастаться атлетической фигурой он не мог, не говоря уже об интимных частях тела, но похмельный и по этой причине плохо соображающий прокурор никак не мог придумать, как выйти из щекотливого положения. Не просить же даму выйти, пока он оденется! Но и одеваться при ней тоже неловко. К тому же, поблизости не наблюдалось его одежды - она осталась в кабинете хозяина дома, но Эдуард Владимирович этого не знал. А Алла не собиралась облегчать ему жизнь - чем сильнее тот будет унижен, тем быстрее все завершится.

Наконец прокурор нашел какой-никакой выход. Сдерживая стон - видно, голова трещит, просто мочи нет! - сел на кровати, сдернул изрядно помятое вчерашними игрищами черное шелковое покрывало и завернулся в него. Алла едва сдержала смешок - настолько комично выглядела его тучная фигура, задрапированная в черный шелк.

- Я на минутку, - буркнул он и нетвердой походкой направился к двери, - все ж от термоядерной смеси коньяка с циклобарбиталом силы в мышцах и вообще в организме не прибавляется.

Посетив туалет и ванную, поплескав холодной водой в лицо, Эдуард Владимирович вернулся в спальню. Алла заранее налила в высокий стакан минеральной воды и подала страдальцу. Тот выпил одним махом, тяжко вздохнул и обессилено сел на край кровати - других посадочных мест, кроме кресла, в котором сидела гостья, в комнате не было.

- Эдик, махни-ка стопарик, зачем так издеваться над собственным организмом! - проявила понимание проблемы боевая подруга. - Не ради облегчения похмелья, а лишь для того, чтобы расширить сосуды и снять головную боль.

Не дожидаясь ответа, она сходила в кабинет и принесла бутылку коньяка и бокал. Щедро плеснув живительной влаги, Алла протянула бокал прокурору. Судя по тому, как тряслись его руки, её мнение: "Не пьет, и не отучишь", оказалось верным.

- А ты? - запоздало спохватился он, уже приготовившись выпить и задержав руку у самого рта.

- И я тоже выпью с тобой за компанию. Не смогла одной рукой унести бутылку и два бокала. Сейчас принесу себе питейную посуду.

Она снова сходила в кабинет и принесла чистый бокал. Хотя было видно, как Эдуарду Владимировичу хочется выпить, но, надо отдать ему должное, он её дождался - так и сидел с полным бокалом, тупо уставившись перед собой. Алла налила себе, чокнулась с собутыльником и, подмигнув ему, выпила. Смаковать напиток на глазах у несчастного страдальца, опрокинувшего свой бокал одним махом, верная боевая подруга не стала. "Я же не садистка", мысленно усмехнулась она, наливая по второй, - это заветное желание Алла прочла в глазах прокурора.

После второй порции коньяку в голове у Эдуарда Владимировича заметно просветлело, и он даже нашел в себе силы улыбнуться:

- Что, здорово вчера погудели?

- Еще как! - с энтузиазмом подтвердила боевая подруга. - А потом девочки устроили тебе классный секс-сеанс и исполнили твои самые сокровенные желания. Все, как ты просил.

- Я просил?.. - удивился он.

- А кто же? Ты выдвинул это непременным условием. Мол, бабки само собой, но это не то, что греет мою душу и тело. На, сам полюбуйся. - Алла бросила ему толстую пачку цветных фотографий. Некоторые снимки попали к нему на колени, но большая часть рассыпалась у его ног, живописно усеяв ковер. Прокурор уставился на них ошалелым взглядом. И в самом деле - было на что посмотреть, фото получились весьма красочные. Там были снимки трех участников - прокурора и девиц. Его фотографий с Аллой среди них не было до них ещё очередь дойдет.

Дав ему вволю полюбоваться, боевая подруга встала и подошла к стоявшей в углу видеодвойке.

- Это ещё что! А какой классный фильм получился! Мечта импотента! При виде этой порнушки даже у мертвяка встанет.

Включив воспроизведение, она дала Эдуарду Владимировичу возможность досмотреть "фильм" до конца. Тот так обалдел, что не вымолвил ни слова за все время, пока на экране телевизора в разных позах переплетались обнаженные тела и раздавались страстные стоны и восклицания.

- Ну, как, понравилось? - весело спросила Алла. - Высший класс, правда? Все, как ты хотел. Тебе желалось, чтобы эти сексуальные подвиги были увековечены, а я пошла навстречу твоим пожеланиям и поработала фотографом и оператором. Теперь можешь любоваться снимками и видеофильмом всю оставшуюся жизнь.

Эдуард Владимирович до сих пор не произнес ни слова и лишь обалдело качал головой.

- Ничего не помню... - наконец жалобно простонал несчастный, обхватив руками голову и медленно раскачиваясь из стороны в сторону.

- Ничего удивительного. - В её голосе не было и тени сочувствия к его моральным и физическим страданиям. - Выжрав три бутылки коньяку, и в самом деле наутро трудно что-то вспомнить.

- Обычно я так много не пью... - попробовал он хоть как-то оправдаться.

- Все пьянчуги так говорят, - отрезала жестокосердная Алла. - Ну, это дела прошлые. А теперь поговорим о будущих. Дабы не повторяться и освежить твою память, для начала давай послушаем, о чем мы с тобой вчера договорились.

Ткнув кнопку "Play" магнитофона с заблаговременно поставленной аудиокассетой, она дала прокурору прослушать вчерашнюю запись. По его лицу было видно, что он с трудом понимает, о чем идет речь. Для стимуляции его мыслительного процесса боевая подруга достала из сумочки ещё одну пачку фотографий, на которых она якобы вручала прокурору взятку.

- Ну, уяснил? - напористо спросила Алла, а когда Эдуард Владимирович перевел на неё тоскливый взгляд, добавила: - Резюме из вчерашнего: мы с тобой договорились, что сегодня ты даешь распоряжение освободить Кудрявцева, Малахова и Верника и, само собой, снять с них все обвинения, а их место в СИЗО займут Мальцев вместе с дружками Ганеевым, Курченко и Зотовым, и бандиты получат по всей строгости закона.

- Это шантаж... - не очень уверенно запротестовал прокурор.

- Шантаж, - ровным тоном подтвердила Алла.

Тот сразу сник. Свесил голову и уныло разглядывал лежащие у его ног фотографии. Похоже, его так и не посетила ни единая светлая мысль, как выпутаться из этой щекотливой ситуации.

- Это ещё не все. - Верная боевая подруга достала из сумочки несколько листов с отпечатанным на компьютере текстом и протянула своему визави. Ознакомься, Эдик. Хоть писала и не мадам Кислинская, а малоизвестная журналистка по фамилии Еремина, но фактура чувствуется сразу. Вчера она тут побывала и посмотрела на ваши постельные забавы, - не моргнув глазом, соврала Алла. - А потом так впечатлилась, что тут же отправилась к ближайшему компьютеру и за пару часов написала текст, отразив все, и фамилии действующих лиц, и обстоятельства дела. Завтра эту статью вместе с фотографиями, и видеокассетой и аудиокассетой я разошлю во все московские газеты. В местные боевые листки, само собой, посылать не стану - во-первых, у тебя там наверняка все схвачено, а во-вторых, пора тебе, Эдичка, выходить на общегосударственный уровень. На всю страну прославишься. Достойная смена бывшему генпрокурору.

Посмотрев на поникшего Эдуарда Владимировича без всякого сочувствия, Алла решила, что пора переходить к главному. Но что-то его вид ей не понравился. Он все ещё сидел, понуро опустив плечи и свесив руки между колен, и даже не пошевелился, пока она живописала, что его ожидает.

- Может, ещё плеснуть коньячку, чтобы думалось веселей? - спросила верная боевая подруга. Расценив его тоскливое молчание как знак согласия, налила коньяку и сунула бокал ему в руки. - Давай, Эдик, махни и соглашайся. Сам понимаешь, крыть тебе нечем.

Прокурор пошевелился, тяжко вздохнул, задумчиво посмотрел куда-то в пространство, а потом в несколько глотков выпил коньяк. Посидел, ощущая, как живительная влага бежит по пищеводу и согревает желудок, и перевел взгляд на Аллу. Хотя на его опухшем лице с заплывшими щелочками глаз трудно было увидеть проблеск мысли, но она догадалась, о чем он думает, - мол, кто ты против меня, дамочка?.. Я сейчас для виду на все соглашусь, а потом звякну своим людям, и от тебя даже воспоминаний не останется.

- Зря ты строишь по моему адресу кровожадные планы, Эдик, усмехнулась верная боевая подруга. - Совладать со мной тебе не удастся, ведь ты ещё не знаешь, с кем связался. А если бы знал, то никогда не посмел бы мечтать, что тебе удастся со мной разделаться. Я тебе не по зубам, запомни это, дурень. Да и банда, на которую ты работаешь, мне до физды дверцы. Во-первых, я никого не боюсь, а после того, как в меня стреляли, получила индульгенцию на отстрел ублюдков разных мастей. Всем, кто приблизится ко мне на расстояние выстрела, живыми не уйти. Мне не страшны ни АКМ, ни снайпер, потому что я не боюсь умереть и твердо уверена погибнуть от бандитской пули мне не суждено. Зато тем, кто попытается на меня покушаться, я не завидую. Советую навести справки о Вячеславе Валерьевиче Миронове, в узких кругах известном как Мирон. Так вот - уже четыре года я его верная боевая подруга. И если с моей головы хоть волос упадет, от вашей каширской банды не останется даже кусочков, которые можно положить в гроб. Мой Мирон за один день разделался с гадючником авторитета Саввы, а в его банде была не одна сотня головорезов, не чета вашей сраной бандешке. А лично ты, Эдик, умрешь долгой и очень мучительной смертью. Это я тебе гарантирую. Не веришь - можешь позвонить Мирону, если не забздишь, конечно. - Достав из сумки свою и Славину визитку, Алла положила обе картонки на стол. - Или пусть главарь вашей банды ему позвонит и познакомится ради обмена опытом. И если он посмеет невежливо разговаривать, то Мироновы ребятки быстро обучат его манерам. Вообще-то можно было не затевать всю эту мудень с аудиозаписью, фотосъемкой и видеосъемкой. Слава Миронов мог послать ребят, которые быстро вразумили бы тебя и твоих подельщиков, но мне захотелось пощекотать себе нервы. В итоге я получила колоссальное удовольствие. А ты, Эдик, заруби на своем толстом носу: женщин обижать опасно! У хороших женщин всегда найдутся хорошие защитники. Да и сами боевые дамы могут за себя постоять. А теперь звони своим подельщикам и отдай все необходимые распоряжения.

Она придвинула к нему телефон, но прокурор не спешил выполнить её приказание. То ли не все понял из сказанного, то ли судорожно искал выход.

- Не зли меня, мудила грешный, - с угрожающими интонациями произнесла Алла. - Пока я говорю с тобой спокойно, но если рассержусь, то договариваться тебе будет не с кем. Приедут Мироновы ребятки и расхреначит всю вашу бандитскую шарагу к едрене фене.

Наконец Эдуард Владимирович обрел дар речи:

- А это?.. - Он показал на валяющиеся на полу снимки.

- Порнопродукцию я оставлю тебе на добрую память. Можешь показать друзьям, мол, и я был рысаком и кое с кем, кое-как иногда мог. Но! - Она подняла вверх указательный палец. - Фотографии отдам только после того, как мои друзья окажутся на свободе. А Руслан Мальцев должен получить на всю катушку и за избиение жены, и за изнасилование Варламовой и Соломатиной. А его друганы - в соответствии с содеянным. Этих четверых бандюганов ты должен засадить, причем, надолго.

- Вы меня без ножа режете... - простонал Эдуард Владимирович, от переживаний даже забыв, что они давно на "ты".

- Это твои проблемы, - жестко оборвала его Алла.

- Вы слишком многого от меня требуете... - попробовал поторговаться прокурор.

- В самый раз. Как говорил Киса Воробьянинов, торг здесь не уместен.

- Но не все от меня зависит... - продолжал он канючить.

- Значит, надавишь на тех, от кого это зависит, - тем же жестким тоном заявила она. - По всему видать, что ты и твои коллеги повязаны одной веревочкой, тоже мне, законники хреновы! В джунглях законов царит закон джунглей. Если бы не было продажных прокуроров и прочих взяточников в органах, с бандитьем давно бы покончили. По-вашему, закон обратной силы не имеет, а в теперешней жизни он и прямой силы не имеет. Потому что такие, как ты, "служители закона" на службе у тех, кто нарушает законы!

- Но на каком основании можно возбудить дело против Мальцева, Ганеева, Курченко и Зотова? - Эдуард Владимирович невольно заговорил заискивающим тоном. - Потерпевшие не дадут против них показаний.

- Если ты сумел состряпать дело против невинных людей, но по отношению к виновным и подавно изловчишься, на то ты и прокурор. Позаботься о том, чтобы все потерпевшие отказались от ложных показаний, свидетельствующих против Кудрявцева и его друзей, и дали нужные - заметь! - правдивые показания. Причем, ты, Эдик, отвечаешь за их безопасность своей жизнью. Если хотя бы с одной из потерпевших что-то случится, то здоровья у тебя сильно поубавится или ты совсем его утратишь. Трупу крепкое здоровье вовсе не обязательно.

- Я же не веду следствие... - продолжал он вяло упираться.

- Не придуривайся, Эдик, - презрительно скривилась Алла. Все знают, что это дело сфабриковано по твоей указке. Значит, дашь другие указания, вот и все.

Тяжко вздохнув, морально сломленный прокурор качнулся вперед - видимо, у него не было сил встать. Угадав его намерение, она подала ему телефон. Эдуард Владимирович прокашлялся, набрал номер и как только абонент ответил, в его голосе неожиданно, в резком контрасте с его непрезентабельным внешним видом, прорезались начальственные интонации:

- Борисенко? Это Савватеев. Дело Кудрявцева, Малахова и Верника нужно немедленно закрыть за отсутствием состава преступления. Немедленно, повторил он. - Выполняй.

Видимо, его собеседник выразил удивление или задавал уточняющие вопросы, но прокурор не стал вдаваться в объяснения.

- Без объяснений! - его голос набрал ещё большую начальственную силу. - Делай как велено.

- Нужно извиниться перед ними и немедленно отпустить, - шепотом подсказала верная боевая подруга.

Прокурор мрачно покосился на нее, но все же повторил с теми же барственно-начальственными интонациями:

- Нужно извиниться перед ними и немедленно отпустить.

- Возбудить дело в отношении Мальцева, Ганеева, Курченко и Зотова и сегодня же задержать их, - снова подсказала Алла.

Эдуард Владимирович скривился и отрицательно помотал головой. Она насмешливо улыбнулась и вполголоса оповестила его:

- Значит, не договорились.

Собрав с пола фотографии, верная боевая подруга сунула их в сумку, вынула кассету из магнитофона и подошла к видеодвойке. И тут прокурор сдался.

- Позвони Федулову и скажи, что я велел задержать Мальцева, Ганеева, Курченко и Зотова, - приказал он своему собеседнику, выдержав уверенный тон. - Немедленно приезжай в прокуратуру. Я скоро приеду и поясню детали.

Повесив трубку, Эдуард Владимирович утер пот со лба и посмотрел на неё затравленным взглядом.

- Ничего не бойся, кроме своего страха, - "успокоила" его жестокосердная Алла, ответив на его мученический взгляд презрительной усмешкой. - Хотя "телефонное право" никто не отменял, но не надейся, что отделаешься всего лишь телефонным звонком. Результат я желаю получить незамедлительно. Сейчас ты оденешься, и мы поедем вместе. Лично скажешь своим подельщикам все, что нужно, а я дождусь, пока Кудрявцев с ребятами выйдут из СИЗО, а на их место придет вторая смена, то бишь Руслан Мальцев и три его другана. Давай, поторапливайся, уже половина девятого. Хоть сегодня и суббота, но ради правого дела придется потрудиться в выходной день. Ничего, в гробу отдохнешь.

Видя, что прокурор не двинулся с места - то ли ослабел от переживаний, то ли стесняется спросить, где его одежда, верная боевая подруга решила облегчить ему жизнь:

- Твоя одежда в кабинете. Гувернеров поблизости нет, так что придется тебе пройти туда самостоятельно. Шевелись, Эдик, - уже сердитым тоном проговорила она, видя, что тот все ещё сидит, и вид у него жалкий. - Хоть ты и задрапировался, как в тогу, но на древнеримского патриция почему-то не тянешь. Честно говоря, твой вид эстетического чувства не вызывает. К тому же, черный цвет наводит на кое-какие ассоциации... Напомню, что твоя жизнь - в твоих руках.

Наконец Эдуард Владимирович нашел в себе силы встать и, опустив голову, пошел к двери. Минут через пять он появился уже одетым. Выглядел каширский прокурор неважно - щеки заросли щетиной, веки набрякли, под глазами типичные похмельные мешки, белки глаз приобрели красноватый оттенок и при этом отливали желтизной, цвет лица землисто-серый. Да и выхлоп от него был соответствующий.

- Иди хоть умойся, побрейся и зубы почисти, - брезгливо обронила Алла. - А то, похоже, будто тебя только что выпустили из вытрезвителя. Что о тебе подумают подчиненные! Ты же, хоть и насквозь продажный, но пока ещё прокурор.

Не сказав ни слова, ещё больше униженный Эдуард Владимирович поплелся в ванную. Через четверть часа он умылся, побрился, щедро облился хозяйским одеколоном, прикрыл плешь сохранившимися волосами, но, тем не менее, лучше выглядеть не стал.

- Да уж, красотой ты не блещешь... - покачала головой верная боевая подруга, сознательно унижая его, чтобы держать в узде. То, что прокурор разговаривал с неким Борисенко с начальственными интонациями, ей очень не понравилось - слишком быстро Эдуард Владимирович сумел сменить растерянно-униженный тон на приказной. Неумный, да к тому же, похмельный мужик вполне может взбрыкнуть, например, вспомнить, что облечен властью, и выкинуть неожиданный фортель. Она решила давить до последнего, пока намеченный ею план полностью не осуществится:

- Эти порнофотки я тебе дарю, как и обещала. А магнитофонную кассету, снимки, как ты берешь взятку, и видеокассету получишь, когда Мальцев, Ганеев, Курченко и Зотов лягут на нары. Не обольщайся, что тебе удастся соблюсти политес в отношении твоих кормильцев-бандитов. Напрасные надежды удел дураков, помни это, Эдик.

Прокурор подавленно молчал, а Алла напомнила:

- Не забывай, что это дело будет контролировать Слава Миронов.

- Меня убьют... - прошептал он.

- Не убьют, - без тени сочувствия произнесла она и многозначительно добавила: - Пока.

Эдуард Владимирович вздрогнул и испуганно уставился на нее, а Алла пояснила:

- Пока ты соблюдаешь все условия нашего договора. А если отступишь хоть на йоту - тогда точно убьют. Своих подельщиков-бандитов не бойся, они тебе ничего не сделают, ты им нужен. Попугать - попугают, но вся бандитская распальцовка рассчитана лишь на слабонервных.

Достав из видеомагнитофона кассету-адаптер, верная боевая подруга вынула маленькую кассету от видеокамеры и положила её в сумку. Закрутила пробку на коньячной бутылке и сунула бутылку и бокал Эдуарда Владимировича в целлофановый пакет, - а вдруг в Эдикиной голове опять помутнеет, и ему потребуется коньячный допинг?.. Посмотрела на прокурора долгим взглядом и презрительно обронила:

- Ну, надо же, какие ничтожные личности вершат российское правосудие!

- Кирилл, это я. Где ты был вчера?

- Дома. Я на больничном. А что?

- Да нет, просто так спросила.

Регина задумалась, стоит ли назначать свидание. Вообще-то настроение отнюдь не для любовных утех... Она позвонила любовнику, надеясь, что тот подтвердит - вчера всю вторую половину дня они были вместе. Но раз он провел вчерашний день дома, с женой...

"Может быть, Линка была на работе?" - загорелась Регина надеждой.

- А где была твоя супруга?

- К сожалению, тоже дома.

"Я тоже сожалею об этом, - подумала Регина. - Если Линка узнает, что ведется следствие, и Кирилл подтвердил, что 2 марта во второй половине дня был со мной, эта змея нарочно примчится к следователю и заявит, что её благоверный провел этот день с ней. Почему Кирилл мне так ответил? Догадался, что мне нужно алиби, а он не может мне его сделать?.."

Оказалось, что любовник сожалел вовсе не по этому поводу.

- Лина вчера нарочно осталась дома и весь день пила из меня кровь, привычно начал жаловаться он. Не могла отказать себе в этом удовольствии. Вызвала к ребенку врача и сказала, будто у него была температура. Получила больничный лист, и теперь будет терзать меня денно и нощно.

"Как всегда, Кирилл думает только о себе, - отметила Регина. - Даже не поинтересовался, почему я спросила, где он был вчера, почему у меня встревоженный голос... Мои проблемы его совершенно не волнуют. Нет, Кирилл не опора, не спутник жизни. Правильно я сделала, что не вышла за него замуж. От него бы я сразу родила, а потом мучилась бы с бесхарактерным мужем. Вроде бы, и придраться не к чему, у Кирилла нет резко выраженных недостатков, но он какой-то гелеобразный, не имеет собственного хребта, куда поставишь, там и расплывется бесформенной тушей... Ни на что не способен, не может принять самостоятельного решения. Жалуется мне на Линку, а сам не может её приструнить, рявкнуть на неё или разойтись. Нет, Кирилл не мужчина. Пусть и дальше сосуществует со своей супругой. Не я его женила, сам женился".