Женщин обижать опасно

- Ну, как, Яша, посветлело в голове? - спросила она через некоторое время. - Но имей в виду, подонок, на моем подносе лежит ещё один наполненный шприц. - Приподняв салфетку, мстительница показала ему шприц. Если ты посмеешь нарушить условия нашего договора, то получишь ещё одну порцию яда, и тогда уже никакое противоядие тебе не поможет. Ну, как, будешь вести себя как пай-мальчик?

В голове у него ещё был туман, и её слова доходили до него как сквозь вату. Общий смысл он понимал, но в висках будто отбойные молотки стучали, сердце колотилось, а по затылку, по шее и спине стекали струйки пота. Во рту все ещё было сухо, язык шершавый, как терка.

- Итак, ты сейчас подпишешь документы, и после этого живи. Договорились?

Яша молча кивнул - язык все ещё не слушался.

- Вот и молодец, - похвалила его Алла. - Хоть и не сразу, но въехал. Но лучше поздно поумнеть, чем быть хладным трупом, не так ли?

"Может быть, намеченный план не удался? Или возникли непредвиденные осложнения?..", - подумала Серафима, закуривая новую сигарету и опять отдавшись своим воспоминаниям.

... Новые подруги из Клуба одиноких сердец помогли Серафиме устроиться в нотариальную контору, и у неё появился твердый и весьма неплохой заработок. Потом она устроилась в юридическую консультацию, чтобы обзавестись клиентурой.

Занявшись привычной работой, Сима сразу преобразилась. Даже подъем артериального давления её уже не смущал - она постоянно носила с собой портативный тонометр и лекарства и принимала гипотензивные средства, если давление повышалось. Ко всему привыкаешь, даже к болезни. Дочь не могла нарадоваться, что мать опять стала бодрой и энергичной.

- Ну, теперь моя душа за тебя спокойна. Ты при деле, ожила и похорошела, и я могу выйти замуж, - сказала она. В то время за ней как раз начал ухаживать Владимир Дьяконов, и она решила, что с помощью его денег наконец-то сможет отплатить отцу.

- Неужели ты из-за меня не выходила замуж? - ахнула Серафима.

- Да куда ж я от тебя денусь? - рассмеялась Регина. - Какие мои годы! Замужество от меня никуда не денется.

Сима только покачала головой. Ну надо же!

Она попросила в долг у членов Клуба, и ей без звука собрали двенадцать тысяч долларов. Дочь об этом не знала - Серафима решила сделать ей свадебный подарок. Купила однокомнатную квартиру в Братеево и выкроила немного денег на свадьбу. Сватья обставили квартиру и тоже внесли свою лепту в расходы. Отец новобрачной на свадьбе отсутствовал - Регина его не пригласила, да и вряд ли он пришел бы.

Сима стала тещей и уже предвкушала, что скоро станет бабушкой - вскоре дочь сказала, что беременна. Но бабушкой ей стать не довелось - на сроке 18 недель у Регины случился выкидыш. Видно, волнения в связи с болезнью матери не прошли для неё бесследно. Потом у неё было ещё две беременности и опять выкидыши.

Регина тяжело переживала каждый случай. Навещая её в больнице, Серафима видела, что глаза у неё заплаканы, она подавлена, взгляд потухший. При матери старается сдерживаться, а наедине с собой, конечно же, горюет о своих не родившихся детях.

"Дочка во многом повторяет мою судьбу, - с грустью думала Серафима, сидя в больничной палате возле кровати Регины и поглаживая её руку. - Я очень хотела детей, но не могла себе позволить, и моя любимая доченька тоже очень хочет стать мамой, да не получается..."

С мужем у неё тоже не все ладно. На все расспросы Регина отвечала, что они живут нормально, но ведь материнское сердце не обманешь... Ее когда-то веселая, жизнерадостная и активная дочка теперь была постоянно чем-то подавлена, стала молчаливой, веки частенько припухшие - опять плакала.

Ее муж Владимир и в самом деле оказался никчемным. Красивый молодой человек, высокий голубоглазый блондин, - вот и все его достоинства. Как и Регина, он закончил юридический факультет, пристроился было в адвокатуру, но не преуспел. Завалил несколько перспективных дел, за которые взял солидный аванс и уже успел его потратить, а потом перезанимал, чтобы вернуть. Очень любил блеснуть красноречием, но не желал вникать в суть дела, и потому получил прозвище "краснобай". К тому же, оказался морально нечистоплотен. В итоге на его адвокатской карьере поставили крест. Все клиенты предпочитали обращаться к солидным, уже зарекомендовавшим себя адвокатом с хорошей репутацией и богатым опытом, а не к смазливому Володе Дьяконову, который ничего не умел и не желал учиться мастерству. Последние полтора года он не вел никаких дел и практически ничего не зарабатывал. Тем не менее, именовал себя адвокатом, заказал шикарные визитные карточки и с важным видом раздавал их всем. Правда, клиентуры от этого не прибавлялось.

Серафима предлагала ему перейти в нотариальную контору, где трудилась сама, или в юридическую консультацию, но избалованный зять любил поспать до двенадцати дня и не желал "отсиживать" положенные часы на работе.

Во время последней встречи с дочерью Сима сказала, что в их нотариальной конторе скоро снова освободится место - шестидесятитрехлетняя Изольда Валентиновна оповестила коллег, что через два с половиной месяца станет бабушкой, и тогда уйдет с работы. Но Регина ответила:

- Я не могу ждать два с половиной месяца, мама. Надоела нищета. В фирме отца я буду для начала получать шестьсот долларов, а со временем, глядишь, стану его правой рукой, и тогда мой оклад существенно повысится.

Видимо, Регине и в самом деле надоело ждать милостей от кого-то. На мужа надежды нет, и она решила зарабатывать сама. В ней давно уже нет прежней непримиримости - стало быть, дочь изменила отношение к отцу и простила его. Не зря говорят, что время все лечит.

"Хоть и больно это сознавать, но в Регине есть не только мои черты, но и отцовские. Сейчас она невольно проявила эгоизм и моральную жестокость по отношению ко мне. Что ж, яблочко от яблони... И все равно это моя дочь, какой бы она ни была".

Недаром есть притча: сын ударил мать, а та его спрашивает: "Ты не ушиб руку, сыночек?"...

Теперь они с дочерью поменялись местами. Когда-то Регина презирала и ненавидела отца, а она, Серафима, оправдывала мужа и не желала принимать информацию, характеризующую его с негативной стороны. За два года общения с подругами из Клуба одиноких женщин она стала презирать весь мужской род, в том числе, и мужа. Мало того, возненавидела его, наконец осознав, что Гоша всегда был законченным эгоистом.

Когда-то ей казалось, что все трудности они переносили вместе, и их тяжесть легла пропорционально на плечи обоих. Продумав все, Сима поняла все трудности достались ей одной. Она разрывалась между институтом, больными родителями и своим временным домом, но Гоша не желал жить с её родителями, и ей приходилось целый день носиться по городу, хвататься за любую подработку, чтобы оплатить услуги сиделки и аренду квартиры. И все потому, что её муж желал жить отдельно. Все хлопоты в связи с похоронами тоже были на ней, Гоша палец о палец не ударил, чтобы ей помочь. Долги потом отдавала тоже она, вкалывая на двух-трех работах, и даже не брала положенный декретный отпуск. Потом сидела ночами в детской, когда дети болели, а муж в это время преспокойно спал, хотя утром им обоим на работу. Отработав полный рабочий день, Серафима вела домашнее хозяйство, когда у них ещё не было денег нанять помощницу. В их фирме она совмещала две должности - юриста и главного бухгалтера, а её муж осуществлял общее руководство. Именно Сима улаживала все конфликты, возникавшие по бизнесу, считая это своей обязанностью как юриста.

Гоша всегда имел самый сладкий кусок. Даже в трудные времена, когда болели её родители, и потом когда у них были большие долги, она его ни в чем не ограничивала. Муж всегда был с иголочки одет, любил вкусно поесть, предпочитал хорошие спиртные напитки, приобрел машину, хотя в то время они ещё не выплатили долги. Сима носила домой тяжелые сумки с продуктами, а её муж раскатывал на личном автомобиле и знать не знал, сколько стоит буханка хлеба. Все в доме тащила на себе она. В том числе, бытовое обслуживание мужа. За все годы Гоша ни разу не взял в руки обувную щетку, чтобы почистить собственные ботинки, не говоря уже о прочем. И уж подавно не отказывал себе ни в чем, когда они встали на ноги. Дочь права - он покупал заграницей одежду на десятки тысяч долларов, а она ходила в колготках "Леванте" за тридцать пять рублей. И так всегда.

И точно так же Гоша поступил с нею при разводе. Он не привык себе ни в чем отказывать и не собирался стать вдвое менее богатым. Купил себе новую, молодую жену, новую машину, новую квартиру и наконец живет так, как ему хочется, может пригласить двести человек гостей, чтобы пустить пыль в глаза - это он всегда любил, - а с прежней женой это бы не прошло. Показухи Сима не терпела. Да и вообще была слишком нравственной, слишком правильной. В общем, не пара безнравственному эгоисту Георгию Новицкому.

"Почему я столько лет была такой слепой и не видела очевидного?" этот вопрос Сима задавала себя не раз.

Бывший муж использовал её - как бесплатную рабсилу, как верную соратницу, умную и деловую, осторожную и практичную, неутомимую и трудолюбивую. А когда она заболела и вышла из строя, утратив работоспособность, то стала просто обузой, балластом. И он избавился от балласта.

Осознав все это, Серафима его возненавидела.

"Сколько бы ни прошло лет, я не прощу. Дождусь своего часа и отомщу", - решила она тогда.

Брат и сестра сидели напротив друг друга, держа в руках бокалы с вином. Сейчас Регина уже не испытывала ни тревоги, ни беспокойства.

"Хорошо, что с утра я приехала к Сереже, - думала она, улыбаясь брату. - Он прав - в трудную минуту можно рассчитывать только на своих родных".

На душе уже было спокойно. Она расскажет маме, пусть не все, а лишь часть правды, и та ей поможет. Мама очень мудрая женщина, к тому же, опытный юрист, придумает, как её защитить. За эти два года мама уже пришла в себя и опять бодра и энергична. Об отце они вообще не вспоминают - будто его и не было в их жизни. Конечно, мама его не простила, как не простила и она сама. И ему предстоят сильные потрясения.

Регина никогда не бросала слов на ветер. Два с лишним года назад она пообещала отцу, что ему тоже доведется на собственной шкуре познать низость и предательство, стать жертвой, ощутить себя одиноким и несчастным, - и сдержала свое слово. Она с ним поквиталась и довольна содеянным. Теперь самое главное - выйти сухой из воды. И в этом ей поможет мама.

В случившемся есть ещё одна положительная сторона - они с мамой опять будут вместе. Эти два года, прожитых врозь, были очень тягостными для Регины. Но она не могла вернуться к матери, пока не осуществит свою месть.

Теперь её маме уже не придется так много работать. Регина постоянно твердила ей, что нельзя так перегружаться, на что та неизменно отвечала: "Видно, я законченный трудоголик, дочуля. Не могу без работы, в этом вся моя жизнь". И хотя Регина догадывалась, что мама копит деньги, чтобы купить ей другую квартиру, получше и поближе к её дому, но так и не смогла её переубедить. Но теперь ей это удастся - уже нет необходимости во второй квартире.

"Если только мне удастся избежать обвинения в убийстве", - мелькнула мысль, но Регина её отогнала.

Одарив Якова насмешливым взглядом, Алла выглянула за дверь и тихим голосом позвала:

- Серафима Николаевна, зайдите, пожалуйста.

Вошла Сима, держа в руках черную кожаную папку.

- Вот он, подонок, который возомнил себя круче яйца вкрутую. - Боевая подруга, усмехаясь, показала в сторону кровати. - А сейчас он совсем всмятку. Объясните, пожалуйста, какие документы ему предстоит подписать. За это время его мозги придут в порядок, руки дрожать перестанут, и он сможет весьма достоверно поставить на документах свой автограф.

- Это дарственные на ваш загородный дом со всеми постройками, гаражом и участком земли в пятнадцать соток, на московскую квартиру и принадлежащий вам автомобиль марки "Лексус". Все дарственные оформлены на вашу бывшую жену, Розу Михайловну Паршину, - четко выделяя каждое слово, произнесла Сима, показывая ему бумаги. - А это генеральная доверенность, позволяющая ей распоряжаться всем принадлежащим вам имуществом, вашими банковскими вкладами, счетом вашей фирмы "Кентавр" и совершать от вашего имени любые операции с недвижимостью и коммерческие сделки.

- Ты все понял, Яша? - спросила Алла, забирая бумаги у Серафимы. Но до него ещё не дошло, и он таращился на них, не в силах осознать, что у него забирают все. - Ну, соображай быстрее, гигант мысли! - поторопила она. Хотя твое понимание нам и на хрен не облокотилось, но мне почему-то хочется, чтобы ты проделал все сознательно и хотя бы сейчас понял, что за все в жизни приходится платить.

- Я это не подпишу, - наконец выдавил Яков, но его голос звучал еле слышно.

- Подпишешь, - уверенно произнесла Алла, взяв с подноса третий шприц.

- Но я же останусь вообще без всего, - произнес он еле внятно.

- А Розу ты выгнал тоже без всего. - Верная боевая подруга сдернула с него одеяло и замахнулась шприцем.

- Стой! - вскрикнул Яша.

- Стою, - усмехнулась она, держа шприц наготове.

- Но я же все это заработал. - Его речь была немного смазанной, но уже более отчетливой.

- Да что ты говоришь? - издевательским тоном спросила Алла. - Хочешь, расскажу, как ты все это "заработал"? И назову фамилии людей, которых ты "кинул" и разорил? Могла бы устроить вам и личную встречу, но у меня нет на это времени. У тебя, кстати, тоже. - Она показала ему шприц и многозначительно улыбнулась.

- Фирму-то хоть оставьте, - решил поторговаться он, поняв, что сила на её стороне.

- А зачем? - пожала плечами Алла. - Чтобы ты и дальше продолжал свое "кидалово"? Нет уж, псевдокоммерсант хренов, кончилась твоя лафа, пришла пора платить по счетам. А сколотить новую контору я тебе не позволю, уж можешь мне поверить, я слов на ветер не бросаю.

Она видела, что противник уже почти сломлен, и решила его дожать:

- Кстати, не надейся, что выйдя из больницы, наедешь на Розу и заставишь все вернуть. Твоя бывшая жена теперь находится под сильной защитой и в полной недосягаемости для тебя. В данный момент она загорает вместе с сыном у теплого моря и в ближайшие годы вряд ли вернется в Россию. Когда встанешь на свои конечности, поинтересуйся, кто я такая. - Алла достала из кармана визитку и положила на тумбочку. - И поймешь, что со мной шутки плохи.

Подвесив многозначительную паузу, она некоторое время насмешливо разглядывала Якова, потом обернулась к Симе:

- Представляете, Серафима Николаевна, этот по головке траханный пытался меня полапать! И даже зазывал прийти к нему вечерком поразвлечься. Ну, я не стала откладывать дело до вечера. Славно мы развлеклись, правда, Яша?

Тот подавленно молчал, не найдя достойного ответа. Несмотря на её улыбки и ироничный тон, от этой женщины исходила почти физически ощутимая угроза.

- На данном этапе мой сюрприз - единственное доступное тебе развлечение. На ногах ты будешь ещё очень и очень не скоро, - мнимо участливым тоном продолжала Алла. - Перелом шейки бедра срастается долго, а может и вообще не срастись. С таким переломом не светит даже покататься в инвалидном кресле, у тебя же ещё кусок копчика отвалился, а это вообще полный абдуценс. Так что ты ещё не скоро сядешь на свою многострадальную жопу и, тем более, не сможешь ходить. Как же тебя так угораздило, а? издевательски поинтересовалась она. - И передних зубов лишился... И так-то не красавец, рыло свиное, а в беззубом виде да ещё с десятидневной щетиной вообще на бомжа похож. Кстати, ты скоро бомжом и станешь - ни кола, ни двора, ни фирмы, ни работы, ни прописки. Все твои документы у меня водительские права и оба паспорта - российский и заграничный. Все твое движимое и недвижимое имущество я быстренько продам, а фирму закрою. Роза уже дала мне генеральную доверенность. - Обернувшись к Симе, верная боевая подруга попросила: - Серафима Николаевна, дайте, пожалуйста, доверенность. - Когда та передала ей документ, Алла поднесла его к лицу Якова. - Видишь, тут черным по белому все прописано. Так что скоро у твоего имущества будут другие владельцы, а тебе останутся лишь воспоминания.

Дав ему время вволю полюбоваться на генеральную доверенность на её имя, она вернула её Симе и заявила уже другим, напористым и деловым тоном:

- Ну, хватит тратить мое время, больше я не намерена попусту стирать язык об зубы. Или немедленно подписывай все бумаги, или я тебя сейчас уколю. И не надейся, что сможешь брыкаться - я тебя живо вырублю. А после того, как ты подохнешь, Розе так и так все достанется. Серафима Николаевна, дайте, пожалуйста, его завещание.

Сима открыла папку и достала ещё один документ. Взяв его, Алла поднесла лист к его лицу.

- Читай сам. Видишь, все свое движимое и недвижимое имущество - здесь все подробно перечислено, - ты завещаешь своей бывшей жене, Розе Михайловне Паршиной, которая будет растить вашего сына Александра. Подпись свою узнаешь? Похожа? - Увидев, что Яков перевел на неё недоуменный взгляд, Алла рассмеялась. - Вижу, что узнал. Профессионалы сработали, ни одна экспертиза не подкопается. А в книге нотариальных актов твое завещание уже официально зарегистрировано, все оформлено честь по чести, с нужными печатями и подписями. В принципе, нам на дарственных и генеральной доверенности твоя подпись без надобности - асы своего дела нарисуют на них твой автограф, но мне очень хочется, чтобы ты сделал это собственноручно. Желается мне, чтобы ты совершил это сознательно, вдумчиво и проникновенно, понимаешь? Так что выхода у тебя нет, паршивец. Хоть подписывай, хоть не подписывай, - нам это без разницы. Разница есть только для тебя. В первом случае ты остаешься в живых, а во втором - с точностью до наоборот. Что ты предпочитаешь?

По его лицу было видно, что он уже сломался. Удовлетворенно улыбнувшись, боевая подруга взяла у Симы папку и ручку, положила на папку первый документ и показала, где нужно расписаться.

- Вот здесь пиши полностью фамилию, имя и отчество, а вот тут ставь только подпись. Не забудь поставить число.

Когда Яков подписал первую дарственную, Алла положила вторую, и так все остальные документы. Посмотрев на результат, она показала бумаги Серафиме:

- Видите, Серафима Николаевна, то, что написано им собственноручно, и то, что подделано, абсолютно идентично. Правда, сейчас его рука слегка подрагивала, но ничего страшного, ни один эксперт не оспорит, что он расписался сам.

Сима кивнула и улыбнулась, а Алла показала все документы Якову:

- Вот, убедись сам, что твоя собственноручная роспись нам без надобности. Так что все сегодняшние мероприятия я провела лишь в воспитательных целях. А вдруг ты хоть что-то осознаешь?.. Есть шанс, правда, небольшой, что наконец-то ты станешь полезным членом общества. А если не станешь - туда тебе и дорога. Пуля виноватого найдет.

- Блестяще, Алла! - восхитилась Серафима, когда они вышли из хирургического отделения и остановились перекурить на лестничной площадке. - Пока я ждала вас, беспокоилась, не возникли ли непредвиденные осложнения, но вижу, что все прошло по намеченному плану.

- План пока не завершен. У меня для Яшки ещё один сюрприз имеется... загадочно произнесла верная боевая подруга.

- А что было в шприце, которым вы его пугали?

- Всего лишь снотворное. А потом, чтобы у него немного просветлело в мозгах, я ввела ему кофеин.

- Откуда вы все это знаете? - удивилась Сима.

- Общаться с врачами полезно. Между делом можно незаметно выяснить много интересного. Что самое забавное - этот подонок поверил, что в первый раз я ввела ему яд. Вот что значит психотерапия! Лидия Петровна, наш общий психиатр, как-то рассказывала о суггестии, в просторечии внушении. Психиатры могут внушить пациенту все, что угодно. Лидия Петровна говорила, что больному можно дать любое безвредное лекарство и внушить, что это самое эффективное средство от его болезни. Пациент верит врачу, и лекарство помогает. А я внушала Якову, что ввела ему яд, мол, у него уже язык отнимается и вообще он не в силах даже пальцем шевельнуть, и этот придурок всему поверил! Слабак он и трус, потому и дрожит за свою поганую жизнь. Перед теми, кто от него зависит, разыгрывал из себя крутого, а на поверку мешок дерьма и одни понты.

- Вы и в самом деле решили продать все его имущество?

- Конечно. Продам, пользуясь генеральной доверенностью, и все вопросы ко мне, а не к Розе. Это на самый крайний случай. Но интуиция мне подсказывает, что наш псевдо-крутой Яша рыпаться не станет. Обломать труса легко.

- Но Роза боится с ним связываться.

- А мы не будем посвящать её в детали. Скажем, что сурово поговорили с Яковом, он осознал и добровольно все отдал. У нас же на руках дарственные, в которых черным по белому все написано.

- И все же я немного опасаюсь, как бы он ей не отомстил. Вас Яков боится, но может отыграться на Розе.

- Не отыграется, - уверенно заявила боевая подруга. - Паршивец Яшка надолго залег на больничную койку. По моей просьбе Алексей Петрович пока к нему никого не пустит, а с его телохранителями я на днях пообщаюсь. Яшке ведь даже платить им нечем. Он теперь нищ, сир и убог. С его заместителем я тоже поговорю и не сомневаюсь, что найду с ним общий язык. Согласно документам, я теперь могу делать с фирмой "Кентавр" все, что угодно. Так что эта контора "кидал" скоро прекратит свое существование. А Яшкиного заместителя пристроим куда-нибудь, чтобы был на глазах, и обратим в соратника. Сдается мне, что он не питает нежных чувств к своему подлецу-боссу.

- А как с Розой?

- Она с сыном уже в Италии, на вилле моей подруги Ларисы. Ее там ни одна собака не найдет. А у Яшки теперь нет средств ни на поиски бывшей жены, ни на оплату услуг киллера. Да и ни к чему ему нанимать киллера - он ведь от смерти бывшей жены ничего не выиграет. Они разведены, в случае чего все наследует её сын, так что Яшке ничего не обломится. Кстати, Сима, составьте Розе завещание, в котором она все оставляет своему сыну. Пусть Яшка получит ещё один сюрприз и не тешит себя напрасными надеждами. За то время, пока он валяется в больнице, мы оповестим весь деловой мир, что он теперь бомж, да и вообще с ним не стоит иметь дела, подробно обрисуем все его махинации, так что после выписки из больницы мерзавца ожидает ещё один неприятный сюрприз. О том, что Яков Паршин лежит в загородной больнице, никто пока не знает, а сам он не имеет возможности сообщить - мобильник у него забрали, до телефона на посту он ещё не скоро доберется, а персоналу Алексей Петрович строго-настрого запретил звонить по просьбе этого пациента. Да медсестры и сами не станут выполнять его просьб. Яшка так хамски себя ведет, что его все ненавидят. Сунет медсестре пять-десять рублей и считает, что осчастливил. Яшка же скупее скупого рыцаря.

- А как вам удалось подстроить, что он попал именно в эту больницу, а не в московскую?

- Все получилось само собой. Как говорит Ирина, я положилась на Бога и на удачу. Получилось спонтанно, но ведь получилось!

- Выше всех похвал, Алла! - с искренним восхищением произнесла Серафима.

- Стараемся. - Верная боевая подруга шутливо склонила голову. - Сима, скажите честно, а вы не боялись участвовать в подобной авантюре? Насколько я знаю, вы дама законопослушная, к тому же, юрист со стажем, и раньше никогда не занимались сомнительными делами.

- С вами я ничего не боялась. - Она немного помолчала, глядя на собеседницу и раздумывая, сказать ли все, потом решилась. - Я немало наслышана о вас. Члены нашего Клуба считают вас чуть ли не героиней.

- Да бросьте! - махнула рукой та. - Не вгоняйте меня в краску, Сима. Честно, я вовсе не напрашиваюсь на комплименты. Мне всегда становится неловко, когда люди начинают говорить высокопарные слова.

Серафима снова помолчала, подбирая слова:

- Мне и в самом деле раньше не приходилось принимать участие в авантюрных мероприятиях. И я, и другие члены нашего Клуба старались все сделать в рамках закона. Я в курсе, что некоторые нотариусы, идут на сделку со своей совестью, и за немалое вознаграждение принимают участие в различных махинациях, оформляют поддельные документы. Подобное мне всегда претило. Мы в своем кругу знаем юристов, готовых за деньги поступиться принципами, и презираем их. Но сегодня я, будучи юристом с большим стажем, не испытывала никакого психологического дискомфорта. Наоборот, я безоговорочно приняла ваш тезис, что зло должно быть наказано, и с плохими людьми нужно действовать своими методами. И если их невозможно наказать в законном порядке, то допустимы иные средства. Рядом с вами испытываешь уверенность. Я с первой же минуты не сомневалась, что у вас все получится, хотя и знала, кто таков Яков Паршин, - у меня была возможность с ним общаться. Мне не удалось выколотить из него даже минимальное содержание на сына, а в целом впечатление было омерзительное - негодяй из негодяев, ничего святого, патологически жаден и вообще премерзкий тип. Но когда я составляла все эти документы, то была абсолютно уверена, что вам удастся заставить его подписать.

- Общение с психиатром обогатило мой интеллект знанием человеческой психологии, - рассмеялась Алла. - Ну, и плюс эффект неожиданности.

- Сегодняшние события обогатили и меня - новыми впечатлениями - и придали уверенность, что и с моим делом все получится.

- А у вас проблемы?

- Да.

- Расскажите, в чем дело.

Серафима кратко изложила суть махинаций бывшего мужа, в результате которой он лишил её всего.

- Так давайте и с Гошей разберемся!

- Нет, Алла, - покачала головой Серафима. - Ни к чему вам утруждать себя ещё и моими проблемами.

- Да какие труды, Сима! - Верная боевая подруга явно обрадовалась. Это же мне самой в кайф - люблю погонять адреналин в крови.

- Но почему вы делаете все сами? Ведь у вас есть фирма, которая этим занимается.

- "Самаритянки" ревностно оберегают меня от дел. Даже скрытничают, засранки! Олег, мой любимый мужчина и лечащий врач, строго-настрого запретил им вовлекать меня в дела, и они, сговорившись, дружно блюдут мой покой. От руководства фирмой меня тоже ненавязчиво оттеснили. И опять Олег постарался. Мол, мне нужно набираться сил, рекомендуются только положительные эмоции и никаких стрессов. Не понимают они, что для меня самые положительные эмоции - когда я при деле! Вот сегодня я вновь ощутила небывалый эмоциональный подъем. Честное слово!

- Попробую разобраться со своим делом сама, - твердо произнесла Серафима.

- Отомстить самой, конечно, приятнее... - согласилась боевая соратница. - Но если вам потребуется напарница, я всегда "за". - Достав свою визитку, Алла приписала свой адрес и протянула её собеседнице. Спасибо вам за помощь, Сима. Вы потратили субботний день, но зато поучаствовали в правом деле. Звоните, если возникнет экстремальная ситуация, и не забывайте, что мне это только в кайф. А теперь давайте прощаться. Мне ещё нужно зайти к Алексею Петровичу и поблагодарить его за содействие.

Попрощавшись, Серафима пошла в сторону лестницы, а боевая подруга вернулась в отделение.

Регина ещё раз набрала номер домашнего телефона матери и опять в трубке слышались длинные гудки. Мобильный тоже не отвечал.

- Сереж, я не пойму, куда же подевалась мама?

- Может быть, принимает в юридической консультации?

- Но сегодня суббота!

- Ах да, - спохватился он. - У меня, и будни, и выходные - рабочие дни, вот все и перемешалось. И в самом деле - где же мама?.. Может быть, заболела?

- Тогда бы она позвонила тебе. У меня-то телефона нет. Кстати, в твое отсутствие было несколько звонков, но я не стала брать трубку, а теперь жалею - вдруг это мама звонила?

- Она бы дозвонилась мне на работу.

- В выходные они часто собираются в своем Клубе одиноких женщин, вспомнила Регина. - Наверное мама у Ирины, председательницы их Клуба.

Она набрала номер телефона Ирины Кузнецовой, и та сказала, что члены их Клуба собирались вчера, была и её мать, выглядела, как обычно, и было непохоже, что плохо себя чувствует.

Брат и сестра успокоились.

- Наверное, мама поехала к клиенту, она ведь работает ещё и адвокатом, - предположил Сергей.

- Пожалуй, - согласилась Регина. - Скоро ей не придется так много работать.

- Ожидаются большие изменения?

- Ожидаются, - кивнула сестра.

- Можете меня поздравить, Алексей Петрович, все получилось тип-топ! весело заявила Алла, входя в ординаторскую и убедившись, что врач там один.

- Я в этом не сомневался, - улыбнулся он. - Укололи его и хорошенько попугали?

- Да, я отчаянно тренировалась и в конце концов научилась делать уколы. Удалось все проделать так, что Яшка и не заметил, что я действую всего лишь одной рукой. Чтобы он утратил бдительность, я ему отчаянно зубы заговаривала, продемонстрировала все свои женские прелести, и все получилось, как надо.

- Олегу повезло, - с одобрительной улыбкой произнес Алексей Петрович. - Передавайте ему привет.

- Увы! Ваш привет передать не смогу, поскольку Олег не в курсе моих похождений и не знает, что я бывала в вашей больнице.

- Вы ему ничего не сказали? - удивился хирург.

- Не так-то просто быть возлюбленной врача, - вздохнула она, а когда собеседник удивленно вскинул брови, пояснила: - Олег блюдет мой режим, рекомендует беречься, а если я не слушаюсь, сердится. Да и вообще говорит со мной строгим тоном, как врач с бестолковой пациенткой, а у меня сразу душа ухает в пятки и обратно не возвращается.

- Не преувеличивайте, - рассмеялся Алексей Петрович. - Не верю, что Олег может разговаривать с вами строгим тоном, как не верю и тому, что у вас душа в пятки уходит, и что вы позволите кому-либо разговаривать с вами в резком тоне.

- Плохо вы знаете своего коллегу... - Алла притворно пригорюнилась. Олег, хоть и справедлив, но строг и лют.

- Не может быть! Я знаю его много лет.

- Все мы с возрастом не хорошеем... - Она изобразила унылую мину, но, не выдержав, рассмеялась. - Конечно, я преувеличила. Но иногда что-то проще скрыть, чем долго оправдываться. Олег уверен, что в данный момент я валяюсь дома с книжкой. Я специально испортила наш домашний телефон, и Олег звонит мне на мобильный. А я томным голосом отвечаю, что увлечена чтением, и даже подробно пересказываю ему сюжет прочитанной книги.

- Я не буду читать вам нотации, раз вы их не любите, хотя с точки зрения врача...

- Алексей Петрович! - взмолилась Алла. - И вы туда же!

- Все-все! - Он, улыбаясь, поднял руки вверх, мол, ваша взяла. - В понедельник мы переведем в палату Паршина троих больных. Викентий Михайлович намеревается вернуть ему пресловутые сто долларов, они жгут ему руки. Не буду кривить душой - мы иногда берем деньги у пациентов, но лишь у тех, кто не отдает последние. Брать деньги у такого хама, потеснив других пациентов, - и мне, и моим коллегам претит.

- Алексей Петрович, спасибо и вам, и Викентию Михайловичу за то, что вы предоставили возможность потолковать с Яшкой наедине. Сами понимаете, в присутствии других больных мой план бы не удался. И все же позволю себе ещё раз поэксплуатировать ваше хорошее отношение - пусть Викентий Михайлович повременит отдавать эту сотню Яшке. И вторая просьба - хотя бы несколько дней подержите Яшку в палате одного.

- Хотите навестить его ещё раз?

- Не исключено. Грозиться шприцем уже не придется, этот трусливый подонок полностью деморализован. И тем не менее, на всякий случай я бы хотела, чтобы Яшка был в изоляции и не мог кого-либо попросить позвонить, пока мы не доведем наш план до конца.

- А вы не боитесь мести Якова?

- Не боюсь, - рассмеялась боевая подруга. - У него при виде меня сразу начнется медвежья болезнь.

- Но он может кого-то нанять.

- А у него нет денег. Такие дела в кредит не делаются. Сейчас сила только у того, кто обеспечен в финансовом отношении. Потому я и решила лишить Яшку всего и оставить нищим. От души порадуюсь, если он станет типичным бомжом.

- Сурово вы с ним обошлись, - улыбнулся Алексей Петрович.

- Вы считаете, что Яшка Паршин этого не заслужил?

- Полагаю, вам виднее.

- Как-нибудь, когда выберу свободную минутку, приеду и подробно расскажу про его художества. Он ведь десятки людей разорил и оставил в нищете. И ничего в его поганой душе не всколыхнулось. У него и фамилия соответствующая - сам паршивец, и фамилия Паршин. Вот мы и урвали с этой паршивой овцы клок паршивой шерсти. Пусть теперь познает всю страсть в избытке. Как говорили древние латиняне, - нет преступления без наказания. И мы его и наказали. Спасибо за помощь, Алексей Петрович.

- Всегда рад, - улыбнулся он. - Тем более, что в итоге справедливость восторжествовала.

- Да, я довольна, что отомстила не только за Розу, но и за тех, кого Яшка разорил. Кстати, я выясню, кто эти люди. Думаю, Роза не будет возражать, если они получат компенсацию. Все нажитое Яшкой добыто преступным путем. Вот мы и экспроприировали у экспроприатора и вернем награбленное ограбленным.

- Я постараюсь продержать Паршина одного столько, сколько смогу. Правда, вряд ли больные, которые лежали с ним в этой палате, пожелают вновь туда вернуться. Пренеприятный тип, немало крови попортил своим хамским поведением и персоналу, и другим пациентам.

- Теперь Яшка будет шелковый. Хамский гонор я с него сбила. А если опять начнет выступать, позвоните мне. Я опять приду со шприцем.

Оба от души рассмеялись.

- Думаю, что Паршину предстоит немало неприятностей. Он оскорбил Зину Филозову, старшую медсестру приемного покоя, и она подала на него в суд. Как только Яков сможет передвигаться самостоятельно, ему предстоит быть ответчиком в суде.

- Отлично! - вскричала боевая подруга. - На адвоката у Яшки теперь денег нет, так что получит подонок за всю масть!

Для завершающего этапа задуманного плана Алле нужно было увести хирурга из отделения. Дежурная медсестра Аня уже так натерпелась от хамских выходок Якова Паршина, что не войдет в его палату, сколько бы тот ни выл и ни матерился.

- Алексей Петрович, спасибо, что вы пришли на работу в субботний день. А теперь давайте я отвезу вас домой, - предложила боевая подруга.

Хирург согласился, и они вместе вышли из отделения. Толик ждал в больничном вестибюле.

- Ой, я же забыла отдать Ане халат и шапочку! - вполне натурально спохватилась Алла. - Алексей Петрович, Толик доставит вас домой, а я поднимусь в отделение, ладно? А потом, мой верный оруженосец, приезжай сюда за мной.

Попрощавшись, врач направился к выходу, Толик за ним.

Она снова поднялась в хирургическое отделение и вошла в палату. Яков отчаянно зевал и тер глаза здоровой рукой. Некоторое время Алла молча рассматривала его, а когда он перевел на неё взгляд, подошла к кровати и многообещающе сказала:

- У меня ещё один сюрприз для тебя, паршивец.

Взявшись за край кровати, она резким движением перевернула её, сбив систему вытяжения. Яков свалился на пол и взвыл дурным голосом. Вернув кровать в прежнее положение, Алла обошла её, склонилась над истошно орущим пациентом и издевательским тоном произнесла:

- Теперь твои переломы долго не срастутся, если вообще срастутся. А твой треснувший копчик наверняка треснул ещё больше. Будешь остаток жизни ссать под себя, ублюдок. Это тебе за то, что ты лишил здоровья мою подругу Ларису. А также за то, что по твоей вине, скотина, Сашенька родился раньше срока и так тяжело болел. Ты отнял у них здоровье, а за это поплатишься собственными костями. Вой-вой погромче, - без тени сочувствия подбодрила она. - Все равно тебя никто не услышит. Проваляешься на полу до утра, весь обоссанный. А чтобы ты не беспокоил других больных своим мерзким воем, я приму меры.

Взяв с подноса последний шприц, верная боевая подруга с размаху вколола его в ягодицу Якова через трусы. Тот и дернуться не успел.

- Спи, паршивец, - усмехаясь, пожелала она. - Это хорошее снотворное, до утра точно проваляешься. А завтра узнаешь обнадеживающую новость, что остаток жизни тебе предстоит кататься в инвалидном кресле. Больше не сможешь пакостить хорошим людям. Получил то, что заслужил, подонок. Женщин обижать опасно!

Николай еле дождался, пока самолет совершит посадку, и бортпроводницы пригласят пассажиров к выходу. Попрощавшись с симпатичной стюардессой, он чуть ли не бегом помчался по "рукаву", соединявшему выход из самолета со зданием аэропорта, прошел через "зеленый коридор" - таможенную декларацию он заполнил заранее, чтобы не тратить времени, - и сразу позвонил Алле:

- Я в Шереметьево. Только что прилетел. Соскучился так, что аж скулы сводит. Увидимся?

- Непременно, - пообещала она.

Встретиться с ним и в самом деле нужно. Можно, конечно, и по телефону сказать: "Коля, нашему роману конец. Я теперь с Олегом", - но не те у них отношения, чтобы дать отставку по телефону.

Николай не рядовой любовник, с которым можно распрощаться по телефону и забыть, как пройденный этап жизни. Мужик он классный, что и говорить. За девять месяцев их романа вспоминается только хорошее. Таких мужчин по телефону не посылают. К тому же, он теперь в их команде, и она сама объявила об этом друзьям, а ему два месяца назад сказала свою любимую фразу: "Мы с тобой одной крови, ты и я", - означающую, что они единомышленники, родственные души, соратники. Не только любовники, но и друзья. "Мы с тобой классная пара", - ответил он, и Алла согласилась - да, они и в самом деле прекрасная пара.

Пусть она его не любит - что с того? Есть привязанность, которая значит не меньше, чем любовь. Единодушие с мужчиной, которому ты можешь со всей уверенностью сказать: "Мы сделаны из одного теста", - тоже немало значит.

- Встретимся на нашей квартире? - спросил Николай.

- Давай, - согласилась Алла. Правда, раньше они встречались в этой квартире не для разговоров...

Договорившись, что приедет через час, она убрала мобильник, подумав, что этот субботний день насыщен событиями. Неплохо, что Олег остался на вторые сутки отдежурить за заболевшего коллегу - ей удалось провернуть кучу дел.

"Не подозревает мой любимый мужчина, что меня нельзя надолго оставлять без присмотра, - мысленно усмехнулась Алла. - Я успела встретиться со Славкой, а теперь еду к Николаю".

Одевшись, она вышла из квартиры в сопровождении верного оруженосца, села на пассажирское сиденье "вольво" и задумчиво уставилась в окно. Не умела Алла Дмитриевна Королева, железная бизнес-леди и верная боевая подруга, вести финальные разговоры с экс-любовниками. Раньше она вообще не вела таких разговоров. "Бывай, дорогой, больше мне не звони", - вот так прощалась Алла с надоевшим любовником.

Что сказать Николаю? "У меня теперь есть другой мужчина, и для тебя нет места в моей жизни"? Мелодраматично. Да и вообще, любые разговоры мужчины и женщины на аналогичную тему выглядят мелодрамой. Зачем слова, если и так все ясно? Николай все понял уже на следующий день после операции, навестив её в реанимационной палате. Ничто не дрогнуло в его лице, когда он смотрел на любовницу и Олега, соперника, но она-то его отлично знает! Коля не тот человек, который будет изображать из себя Васисуалия Лоханкина. С нею он страстный любовник, а в иных ситуациях сдержан.

Когда-то, ещё до их близкого знакомства, Алла считала его опасным зверем, хищником в джунглях бизнеса. Может быть, в джунглях бизнеса Николай Кузнецов и хищник, но с нею он совсем другой.

Коля не раз видел её с Олегом. Нужно быть совсем слепым или полным кретином, чтобы не понять, в каких они отношениях. Николай не слепой и не кретин. Как раз наоборот, очень умен и проницателен. Он лишь делал вид, будто ничего не замечает.

"Почему?" - задумалась Алла.

Может быть, он, как и Слава, надеялся, что это всего лишь роман врача и пациентки? Что их отношения ограничатся больничными стенами, а потом потихоньку сойдут на нет? Или Николай думал, что у Аллы опять будет два любовника, как было раньше, пока не погиб Виктор? Что Олег всего лишь занял место погибшего любовника? Виктора он не считал серьезным соперником, может быть, и Олега тоже? Или ему безразлично, сколько у неё любовников, и быть вторым для него вполне приемлемо?

В их последнюю встречу с Виктором Николай сказал: "Бессмысленно ревновать Аллу - её нужно принимать такой, какая она есть, и благодарить судьбу, что повезло удостоиться внимания столь неординарной женщины. Эта женщина может все, потому ей все позволено. О многом я и раньше знал, но относился спокойно к этой стороне её жизни, и был уверен, что это всего лишь игра, точнее, поиск. Алла подсознательно искала партнера, который ей нужен, и нашла, поэтому тут же дала отставку всем прежним любовникам. А ревновать к тому, кто уже в прошлом, бессмысленно. Прошлое - это прошлое. Правда, она ошибалась, полагая, что нашла сразу двух настоящих мужчин, и ей предстоит выбор. На самом деле, её выбор уже предопределен, и у меня нет никаких сомнений, что в итоге я окажусь единственным". Магнитофонную запись их разговора Алла слышала и ни на секунду не усомнилась, что Коля говорит искренне.

Судя по его поведению, Николай и в самом деле не ревнив, а к прошлому относится адекватно. У него тоже были десятки любовниц, которых он расценивал всего лишь как постельных партнерш. У нее, Аллы, - аналогичная ситуация. Но те партнеры - уже прошлое, а Олег - настоящее и будущее.

Что думает Николай об этом? Сейчас он едет в машине на встречу с ней. О чем он размышляет? Готовится к предстоящему разговору? Или полагает, что, как и прежде, разговоров не будет, а все будет, как всегда?

- Мам, это я... - услышала Серафима какой-то необычный голос дочери.

- Региночка, что случилось?

- Можно я приеду к тебе?

- О чем ты спрашиваешь, дочуля! Это и твой дом тоже. Ты чем-то встревожена?

Регине не хотелось говорить на эту тему по телефону, и она постаралась придать голосу максимально жизнерадостные интонации:

- Я у Сережи, буду у тебя через час.

- А почему ты одна навестила брата? Поссорилась с мужем?

- Нет, я с ним не ссорилась. Наша невестка уехала в командировку, а Сережа скучает в одиночестве. Мы посидели с бутылкой вина, поболтали.

Регина порадовалась, что её голос звучит ровно, и мама, похоже, успокоилась.

- Мам, я тебе много раз звонила. Ты даже по субботам работаешь?

- Приятельница попросила о небольшой услуге. - Серафима решила не говорить ей об участии в Аллиной затее. В общем-то, никакого особого секрета нет, но все же не стоит посвящать дочь, что она нарушила собственные этические принципы и составила нотариальные документы без согласия клиента. Все ж она мать, а Регина ещё начинающий юрист. С точки зрения воспитания её пример для дочери не достоин подражания.

- Ладно, мамуль, я выезжаю.

У Аллы были ключи от квартиры Николая, но она оставила их дома. Но даже если бы ключи были у неё с собой, она бы вряд ли ими воспользовалась. Или все же не стала бы так акцентировать, что их отношения перешли на иной уровень, и подчеркивать это с первой минуты такими мелочами?..

Поднимаясь в лифте на восьмой этаж, Алла подумала, что обычно Николай всегда приезжал раньше неё и встречал её, уже успев принять душ, в халате, или обернув бедра полотенцем, или вообще без ничего... От этих воспоминаний у неё сладко заныло сердце, и она ощутила знакомое волнение. Все ж как любовник Коля очень хорош. И не только как любовник.

Именно в тот самый момент, когда Алла мысленно произнесла эту фразу, Николай распахнул дверь, и она увидела, что он в джинсах и пуловере.

- Почему ты... - успела лишь сказать Алла, а потом поняла - все о чем она только что думала, - полнейшая чепуха. Никаких разговоров! Есть Он и Она. И не нужно никаких слов.

Закрыв глаза, Алла шагнула ему навстречу, и через минуту их одежда разлетелась по всей прихожей...

Регина выглядела непривычно бледной и напряженной

- И все же что-то случилось, доченька, - опять встревожилась Серафима. - Не нужно от меня ничего скрывать. Я ведь твоя мать. Неизвестность тревожит меня ещё больше. Лучше скажи правду. Наверное, поссорилась с Володей?

- Нет, мам. Его убили. Надеюсь, ты не будешь переживать? - В тоне дочери не было и намека на издевку, - она просто волновалась, как новость отразится на матери. Спохватившись, Регина поправилась: - Я по-дурацки выразилась. Хотела сказать, что не стоит тебе из-за него переживать - он был наипоследнейшим подонком. И я ничуть о нем не горюю.

- Я тоже не могу сказать, что очень скорблю о нем. На мой взгляд, Володя был плохим мужем.

- Это ещё мягко сказано... Смотри, что я нашла. - Порывшись в своей сумочке, Регина извлекла смятую коробочку, на которой было написано: Ergometrini maleas.

- Что это, доченька?

- Эргометрин. Причина трех моих выкидышей.

- Зачем же ты его принимала?

- Это не я принимала. Это мой муж травил меня эргометрином.

- Чтобы у тебя случился выкидыш?

- Именно так. Пустую упаковку я случайно обнаружила в мусорном ведре в тот день, когда у меня случился первый выкидыш. Вначале удивилась - что за незнакомое лекарство? Вроде бы, у мужа отменное здоровье. И сама не знаю, почему, спрятала её, но вскоре забыла о ней. Потом у меня произошел второй выкидыш, и все симптомы повторились. Но и тогда я ничего не заподозрила. А при третьем выкидыше опять все было точно так же. Как только я почувствовала первые признаки, тут же заглянула в мусорку и опять нашла точно такую же коробочку. Отнесла её своему врачу и спросила, что это за лекарство. Она сказала, что это очень сильное маточное сокращающее, категорически противопоказанное при беременности, потому что вызывает тоническое сокращение мускулатуры матки и асфиксию плода. Говоря попросту, ребенок погибает и исторгается из полости матки. И я тоже могла погибнуть от кровотечения. Не имея телефона, я бы не смогла даже позвонить в "скорую", а уж дойти до уличного телефона-автомата и подавно. Хорошо, что моя соседка была дома, но если бы её не оказалось, это чревато риском смертельного кровотечения.

- Неужели Володя так жестоко поступил с тобой?

- Как видишь. Три выкидыша за два года.

- Но почему он это сделал? Неужели нельзя было договориться, что дети у вас будут попозже!

- Мой покойный муж не хотел детей, а я очень хотела, и мне было все равно, от кого родить, хотя я его не любила. Мне было уже двадцать четыре года, когда я за него вышла, - давно пора стать матерью. А Володя всю душу мне вымотал, чтобы я предохранялась. Я делала вид, будто принимаю контрацептивы, лишь бы он отстал. А когда беременела, муж устраивал истерику и требовал сделать аборт, но я не соглашалась. И он нашел другой способ избавиться от ребенка... - Регина закрыла лицо руками и некоторое время посидела молча. Потом убрала руки и посмотрела на мать яростными, сухими глазами. - Это же самое настоящее детоубийство! Во время последней беременности я уже ощущала толчки, разговаривала со своим будущим ребенком, знала, что родится девочка... Если бы муж не убил моего ребенка, у меня сейчас была бы дочь...

Две последние беременности была от Кирилла, но Регина решила не говорить матери, что у неё есть любовник. Да его, в сущности, уже нет вчера она не зря мысленно сказала себе "никогда". Регина и Кириллу не говорила, что беременна от него, хотя встречалась с ним не только ради секса, но и ради зачатия. С мужем последнее время они очень редко были близки, но в пьяном виде он иногда к ней приставал и буквально насиловал её. По срокам все более или менее совпадало. О том, что у неё есть любовник, муж не подозревал. Да и вообще ему было наплевать на нее. И ребенок от неё не нужен, и сама она ему была не нужна.

- У тебя ещё будут дети, - попыталась утешить её Серафима.

- Вряд ли, - покачала головой Регина. - Есть шанс на всю жизнь остаться бездетной.

- Давай сейчас не будем загадывать, доченька. Этого никто не может сказать наверняка.

- Ладно, мам, замнем этот разговор.

- Региночка, а ведь у тебя больные почки... Этот препарат мог отразиться на них?

- Наверное. Пока я этим вопросом не занималась. Будет время - схожу к врачу.

- Тебе нужно подумать о своем здоровье, доченька.

- В настоящий момент у меня другие заботы, мама.

- Да, я понимаю.

- Последнее время я ела только то, что принесла домой сама, - боялась, что муж подсыплет мне ещё какую-нибудь отраву, уже не эргометрин. В его кейсе я обнаружила книги "Судебная токсикология" и "Лекарственные средства". Видно, он серьезно готовился стать отравителем - осваивал теорию, читал специальную литературу, выбирал не яд, легко обнаружимый при вскрытии, а какое-то лекарство. Ведь судебные токсикологи определяют известные яды, а лекарства - далеко не все. Я тоже ознакомилась с книгами, которые штудировал покойный супруг, и теперь знаю, что многие лекарственные препараты в больших дозах могут вызвать смерть.

- Какой ужас! - Лицо Серафимы исказилось тревогой, но она быстро взяла себя в руки. - Значит, твой муж получил по заслугам.

- Мамуль, можно, я пока поживу у тебя?

- Опять ты задаешь ненужные вопросы! Да я мечтала всю жизнь быть со своими детьми, но считала, что молодые должны жить отдельно.

- Лучше бы я не выходила замуж и жила с тобой. Никакой радости это замужество мне не принесло. Одни разочарования.

- Как говорится, не было бы счастья... Теперь будем жить вместе.

- И вместе ходить в ваш Клуб одиноких женщин? - Регина наконец улыбнулась.

- А почему бы и нет? - улыбнулась в ответ Серафима. - По крайней мере, там тебе никто не причинит огорчений.

- Так и сделаем. А ребенком, если получится, я обзаведусь с помощью искусственного оплодотворения.

- Ты не хочешь больше замуж?

- Не хочу, - уверенно заявила дочь. - Мне и одного раза с лихвой хватило. Тем более, что теперь я не разведенная, а вдова...

- А что случилось с Володей?

- Отравился. - Регина криво усмехнулась. - Не одному ему травить других.

- Отравление как причина смерти - это со слов следователя?

- Да. И тело выглядело соответственно. Володя лежал на полу, весь скрюченный, как дохлый таракан, наевшийся дихлофоса, а лицо синюшное и перекошенное жуткой гримасой. Малоприятная картина, мам.

- Не нужно тебе этого вспоминать, дочуля. Что случилось, то случилось. Как я понимаю, тебе сейчас нужен хороший адвокат?

- В общем-то, не помешает.

- Что у тебя с алиби?

- Фактически нет. Точнее, нет именно на то время, когда муж был отравлен. Вчера, в пятницу, отец в два часа уехал на переговоры, и я сразу ушла с работы.

- Так. - С минуту подумав, Серафима придвинула к себе телефон. Набрав номер мобильного верной боевой подруги, она услышала: "Абонент временно недоступен или отключен. Попробуйте позвонить позже". - Я хотела познакомить тебя с очень умной и энергичной женщиной. Алла сама предлагала мне помощь, если возникнет экстремальная ситуация, и наверняка придумает что-то дельное. Но её сотовый пока не отвечает.

- А зачем городить огород, мам? Я скажу, что была у тебя, вот и все, а ты подтвердишь.

- Нет, Региночка, этот вариант не годится. В пятницу я была на работе, вначале в юридической консультации, а потом поехала в нотариальную контору. И там, и там меня видели многие люди. Ты же юрист и знаешь, что это значит. Лучше уж никакого алиби, чем то, которое легко рассыплется.

- Тогда я скажу, что была у твоей приятельницы Аллы.

- Именно об этом я хотела с ней договориться. Но если не дозвонюсь, то и этот вариант отпадает - мы же не знаем, где и с кем Алла провела пятницу. Тебя уже допрашивали?

- Какой-то молоденький стажер, потея и конфузясь, задал мне несколько вопросов. А в квартиру мы вошли вместе с Милой, моей соседкой, и вместе обнаружили тело.

- Региночка, ты же понимаешь, что когда дело касается отравления...

- Конечно, понимаю, мам. Потому и говорю, что алиби у меня фактически нет.

"А может быть, я люблю и его тоже?.." - спросила себя Алла, открыв глаза и с улыбкой глядя на Николая.

Как можно с точностью определить - любишь ты этого человека или нет? Нет индикатора чувств, нет мерила, которым можно оценить, кого любишь больше, кого меньше. Если с этим человеком эмоционально комфортно, - может быть, это и есть любовь?.. С Виталием и Казановой ей тоже психологически комфортно, но они просто друзья. А с Николаем по-другому. Он великолепный любовник, но у неё было немало хороших любовников, которые в эмоциональном плане ничуть не всколыхнули её душу. Так что дело не только в сексе. Тогда в чем же?

Заниматься анализом собственных чувств ей было непривычно. Раньше она вообще никаких чувств ни к одному любовнику не питала, за исключением, пожалуй, Славы Миронова.

Но прежняя Алла осталась в прежней жизни.

- Почему ты встретил меня в одежде? - не сдержала она любопытства.

- Я вошел всего за несколько минут до твоего прихода и сразу зазвонил телефон. Я разговаривал, стоя у окна, и видел, как ты подъехала и вышла из машины. Сбегать в душ я уже не успевал, - с улыбкой пояснил любовник.

"Надо же - как все просто объясняется, - мысленно усмехнулась Алла. А я уже нагородила сто бочек арестантов - мол, он одет, потому что тоже приготовился к серьезному разговору. Да Коля не тот человек, который станет выяснять отношения! Мне ли его не знать! Мы же с ним из одного теста!"

- Ничего не говори. - Умница Николай уже все понял по её задумчивому виду. - Я люблю тебя, а все остальное не имеет ровным счетом никакого значения. Мы и раньше встречались, когда хотели встретиться, и впредь будем встречаться.

"Но ты же хотел, чтобы я вышла за тебя замуж..." - вела с ним мысленный диалог Алла.

И опять любовник догадался, о чем она думает.

- Все это не суть важно, - снова повторил он то же самое другими словами. - Я хотел, чтобы ты стала моей женой, обманывая сам себя, что ты будешь только моей, хотя и сознавал, что это возможно лишь на какое-то время. Теперь я понял, что официоз лишь ускорил бы наш разрыв. А я не хочу тебя терять. Если мы останемся каждый на своей территории, то наши отношения будут более продолжительными. Я и раньше был твоим любовником, и теперь остался в том же качестве. Ничего не изменилось. Помнишь, я тебе сказал, что не боюсь даже оказаться в тюрьме, если ты пообещаешь меня не бросать?

- Конечно, - кивнула она, вспомнив свой ответ: "Обещаю", - и слова любовника: "Тогда я вообще ничего на свете не боюсь".

- Так что не забывай про свое обещание, - ещё раз напомнил Николай. И если ты его сдержишь, то я и в самом деле ничего на свете не боюсь.

"Ну и дура же я была, намереваясь расплеваться с ним! - выругала себя Алла. - И чего напридумывала всякой ерунды! Что, в сущности, изменилось? Да, в моей жизни появился Олег. Но от этого Коля не стал менее привлекательной личностью. Отличный мужик, превосходный любовник, настоящий мужчина. Почему нам непременно нужно расстаться, если теперь я с Олегом?.. Как говорила мне в детстве бабушка: "На руке десять пальцев. Какой из них тебе не нужен, какой можно отрезать?" Хоть и десять пальцев, но все нужны. Хоть в моей жизни трое мужчин, но они все мне нужны".

- Стажер спрашивал, где ты была днем?

- Нет. Они же ещё точно не знают времени смерти. Мила подтвердила, что в квартиру мы вошли вместе, и было это в половине девятого вечера.

- Региночка, этот факт может сыграть против тебя - мол, намеренно обзавелась свидетельницей, задача которой - подтвердить, что ты пришла с работы, и вы вместе с ней обнаружили тело.

- Понимаю...

- А чем ты мотивировала, что вначале зашла к соседке и лишь потом домой?

- Я должна была вернуть ей долг.

- Она так срочно требовала его вернуть?

- Утром я взяла у неё пятьсот рублей и обещала отдать вечером.

- Плохо дело, дочуля... - вздохнула Серафима. - Не дай Бог, попадется не формальный, а въедливый следователь и будет развивать версию о предумышленном убийстве - мол, ты все заранее спланировала, намеренно утром заняла деньги, чтобы был повод вечером зайти к соседке и обзавестись свидетельницей твоего возвращения с работы. Кстати, она к тебе зашла по собственной инициативе?

- Нет, я сама её пригласила.

- Еще хуже. Все один к одному.

- Но пока меня никто ни в чем не подозревают.

- Обязательно будут подозревать, когда не найдут другой кандидатуры.

- Там на столе стояла бутылка виски и два стакана, и Мила их видела. Она первой вошла в комнату.

- Наличие двух стаканов ни о чем не говорит. Например, ты их оставила на столе ещё с утра, а твой лентяй-муж, разумеется, не удосужился отнести лишний стакан на кухню, и пил из второго. И ещё один нежелательный штрих почему в комнату первой вошла соседка?

- Так уж получилось. Я купила французских пирожных - Мила их любит, и пошла на кухню приготовить чай, а она сунулась в комнату.

- Нетипично для соседки. Обычно гости идут туда, куда их приглашает хозяйка. Ты позвала её на кухню?

- Нет, я пошла первой и была уверена, что она пойдет за мной, а Мила зачем-то заглянула в комнату.

- Это в её характере?

- Да, Мила очень любопытна, всюду сует свой нос и обожает сплетни. От неё ушел муж, и она счастлива утвердиться во мнении, что у других мужья ещё хуже, чем её бывший супруг.

- А с Володей они были в приятельских отношениях?

- Нет, Мила все время ругала его, мол, бездельник, лентяй, поздно встает, на работу не ходит.

- Тогда тем более непонятно, зачем ей нужно было идти в комнату. Она знала, что твой муж дома?

- Я сказала, что он должен принести деньги, - хвалился, что нашел клиента, и тот пообещал аванс.

- Когда Мила пришла с работы?

- Я её не спрашивала. Обычно она, как и я, приходит в семь. А я в пятницу вернулась позже обычного.

- У неё нет привычки подглядывать в дверной глазок?

- Думаю, что есть. Ее дверь как раз напротив нашей.

- Значит, она могла видеть, что днем кто-то заходил в вашу квартиру.

- Мила мне этого не говорила. Если бы что-то видела, то непременно сказала бы. Отъявленная сплетница.

- Вы все время были с ней в квартире с тех пор, как обнаружили тело?

- Нет, она пошла звонить в "скорую" и в милицию, а я осталась дома.

- Почему ты сама не позвонила?

- Я сказала, мол, боюсь оставить Володю одного, - вдруг он без сознания и очнется.

- Но ты сразу поняла, что он мертв?

- Конечно. Любой бы понял.

- И тем не менее, говорила соседке, будто твой муж, может быть, жив?

- Да, рассказала ей про эпилептический припадок, который видела у прохожего.

- Но ведь при эпилептическом припадке человек не застывает в скрюченной позе. Какое-то время бьется в судорогах, а потом засыпает или встает и засыпает через некоторое время. Тело и конечности во время сна имеют обычный вид и лицо не синюшное. Во время припадка лицо становится сине-багровым, но после припадка приобретает обычный цвета.

- Я же всех этих тонкостей не знала.

- Но отличить мертвого от живого ты можешь, дочуля. И следователь, узнав, что у тебя юридическое образование, непременно к этому прицепится.

- Скажу, что очень испугалась. Тело и в самом деле выглядело устрашающе.

- Если человек мертв, то можно испугаться. Но ведь ты для соседки развивала версию, что твой муж всего лишь без сознания. А когда человек без сознания, ему нужно немедленно оказать посильную медицинскую помощь или вызвать врача.

- Но мы же вызвали "скорую".

- Сразу или спустя какое-то время?

- Вначале мы некоторое время разговаривали, а потом Мила пошла звонить.

- Тоже подозрительно - почему ты сразу не побежала за врачом, а вела разговоры с соседкой.

- Скажу, что растерялась.

- Сказать-то можно все, что угодно... Но лучше говорить очень взвешенно. В присутствии Милы ты к телу подходила?

- Нет.

- А должна была подойти. Первое, что обычно делает человек, увидев неожиданно тело, если оно не сильно изуродовано, подходит к нему в надежде оказать помощь. По крайней мере, если нет явных признаков смерти.

- А там были явные признаки.

- И при этом ты вела совершенно излишние разговоры. Нужно было немедленно послать соседку звонить, а самой с воплем ринуться к телу мужа.

- Хорошо, мама, в следующий раз так и сделаю, - нарочито послушно, но с едва уловимыми ироническими интонациями, произнесла Регина.

Серафима посмотрела на дочь, и хотя веселье было не ко времени, от души расмеялась.

- Умница ты моя! - сказала она, отсмеявшись. - Рада, что ты не унываешь и сохраняешь способность иронизировать. Я и в самом деле слишком увлеклась юридической стороной дела и по привычке впала в строгий тон. Но говорю сейчас больше для себя, чтобы ничего не упустить и хорошо подготовиться к допросу у следователя. Ты сказала соседке, что твой муж должен получить аванс от клиента. При осмотре эти деньги нашли?

- Понятия не имею. Меня никто об этом не оповестил. А какое это имеет значение?

- Во-первых, это укладывается в твою версию - ты заняла у соседки денег в расчете на то, что сможешь вернуть ей долг из аванса, полученного мужем. Во-вторых, это говорит о том, что Володя уходил или встретился с кем-то дома. И этот человек тоже станет подозреваемым.

- Тогда наличие денег противоречит данной версии, - возразила Регина. - Зачем же вначале давать ему деньги, а потом травить?

- Но, согласись, не каждый, подсыпав яд, станет дожидаться смерти жертвы, а потом обыскивать её. Тем более, если сумма незначительна, и убийца может ею пренебречь.

- Логично, - признала дочь.

- А понятие "клиент" можно толковать очень широко. Адвокат, произнося слово "клиент", имеет в виду человека, которому требуются его услуги. Но Володя был никчемным адвокатом. Сомневаюсь, что кто-то мог обратиться к нему как к профессионалу. В более широком, а не юридическом смысле, под клиентом подразумевается любой человек, с которого можно получить энную сумму. Тот, кто выясняет информацию о ком-то, тоже может именовать его "клиентом". И шантажист может назвать жертву шантажа "клиентом".

- Я тебя поняла, мам. На допросе нужно сказать, что с мужем разделался "клиент"?

- Именно так, - подтвердила Серафима. - И тогда ты будешь не единственной подозреваемой.

- Мне кажется, Володя и в самом деле занимался грязными делами... задумчиво проговорила Регина. - Я не очень-то вникала в его жизнь - мне был притивен и он сам, и все, что с ним связано. Последнее время я уже с трудом терпела его присутствие и радовалась, когда мужа не было дома. Он часто уходил куда-то, а когда возвращался, - на его физиономии было написано или раздражение, разочарование или довольство - очевидно, в зависимости от того, удалось ли дельце, или нет. Но я старалась даже не смотреть на него его рожа была мне омерзительна. Когда мы учились в институте, Володя считался красавчиком, а в последнее время много и часто пил, глазки заплыли, лицо стало одутловатым. Потасканный плейбой. - Она передернула плечами и скривилась в гримасе отвращения. - А уж его провинциальные замашки!.. Меня тошнило от мужа и в переносном, и в прямом смысле - от него все время несло сивухой. Если с вечера пил, то на следующий день обязательно опохмелялся, но немного, и внешне было почти незаметно. Отправляясь по "делам", сосал "антиполицай", чтобы отбить запах спиртного, но дома не утруждал себя этим, и вся наша квартира провоняла перегаром. А уж после того, как я узнала, что он меня травит... Видеть его не могла! Вначале думала - что же за бессердечная скотина!.. Подсыпать жене лекарство, от которого она может погибнуть, и при этом жить с ней под одной крышей и даже иногда приставать в постели... Потом поняла, что он просто выродок, и нормальные человеческие чувства у него отсутствуют. Ему хотелось получить мою квартиру, и я сказала себе, что этого не будет никогда. Эту квартиру заработала ты - с какой стати позволять ему что-то присвоить! Я считала дни, когда наконец избавлюсь от него...

- Региночка, что ж ты заранее не озаботилась алиби?

- Так получилось мама... В определенной мере все произошло спонтанно, и я оказалась перед фактом. Прости, мамуль, я не могу тебе всего рассказать... Пока не могу... Это так мерзко...

- Не переживай, доченька, все уже в прошлом. А за будущее не тревожься, все будет в порядке, я тебе обещаю, - оптимистично пообещала Серафима, и дочь посмотрела на неё с благодарностью и уважением - её мать такая же, какой была всегда, энергичная, неунывающая, сразу взяла инициативу в руки, не лезет в душу и не выспрашивает о том, о чем сейчас даже думать не хочется. - Значит, для следствия мы намеренно акцентируем версию шантажа. Я тоже внесу свою лепту и на допросе выскажу свое мнение. А ты не говори ничего конкретно, мол, это тебе только сейчас, уже после Володиной смерти, пришло в голову, когда ты анализировала, кто его отравил, а раньше мало знала о делах мужа, потому что днем ты на работе, а Володя преимущественно дома или где-то бывал, но ты не знаешь, где именно, и с кем он встречался. Пусть будет широкий круг возможных подозреваемых и мотивов.

- Может быть, прямо сказать следователю: "Мой муж занимался шантажом"? И тогда все логично - человек, которого он шантажировал, принес ему деньги, но не всю сумму, а лишь задаток, а потом отравил, зная, что отвязаться от шантажиста невозможно, и тот будет постоянно требовать ещё и еще.

- Неплохая версия, - одобрила Сима. - Но нужно её тщательно продумать. Ты не должна говорить напрямую, что твой муж шантажист, мол, это всего лишь твои предположения, основанные на том, что Володя говорил по телефону измененным голосом, не называя себя, назначал своему собеседнику встречу в неподходящем месте для беседы адвоката с клиентом и ставил условием, чтобы тот пришел один, и грозил, что, в противном случае, некие сведения станут известны заинтересованному лицу, или велел положить определенную сумму в назначенное им место.

- Ничего себе - не напрямую! - всплеснула руками дочь. - Да весь этот набор приемов типичен для начинающего шантажиста! Не нужно заканчивать юридический факультет, чтобы понять: типичный шантаж и вымогательство. Следователь мне скажет: "Что же вы, мадам, будучи юристом, не выяснили, чем занимается ваш супруг, и не приняли соответствующие меры?"

- Ты права, Региночка, - смутилась Серафима. - Нет у меня опыта моделировать противоправную деятельность.

- Полагаю, мне не нужно активно чернить покойного мужа - это будет подозрительно. Достаточно сказать правду: Володя нигде не работал, но деньги у него водились. Мне он их не давал и прибеднялся, но кормил обещаниями, что наметилось перспективное дело, и скоро у него будет большая сумма, которой нам хватит на хорошую квартиру и многое другое. Но я точно знаю, что периодически его карман пополнялся из неизвестного источника, у него появлялись новые дорогие вещи, он много раз приходил навеселе и явно из хорошего ресторана, постоянно приносил домой виски, а его тоже бесплатно не дают. Все это чистейшая правда, и пусть следователь сам строит версии и выясняет происхождение денег. Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять - мой покойный муж занимался темными делишками.

- Кстати, появилась замечательная версия! - воодушевилась Сима. - Если Володя приносил домой виски, то и эту бутылку мог сам принести. Допустим, ему подарил некто, заинтересованный в неразглашении какой-то информации...

- А я скажу следователю, что в четверг, накануне его смерти, в нашем баре было пусто, - подхватила Регина. - Следовательно, в пятницу муж сам принес виски или кто-то ему принес.

- Отлично! Теперь осталось дозвониться до Аллы. Если у тебя будет надежное алиби, то все остальное - ерунда.

Утром Серафима встала первой и на цыпочках, чтобы не разбудить дочь, направилась в кухню. Она плохо спала эту ночь - беспокоило, что так и не дозвонилась до Аллы. Сейчас Сима решила, что в воскресное утро наверняка её застанет. Но опять Аллин мобильник не отвечал.

"Что же делать? - размышляла Серафима. - Без алиби Региночке нельзя идти на допрос. Неопытный стажер её почти ни о чем не расспрашивал, но следователь будет более дотошен. Завтра ей надо взять больничный лист, чтобы выгадать время..."

В кухню вышла дочь. Она выглядела на удивление свежей, будто ничего не произошло.

"В двадцать шесть лет все переносится легче и следов на лице не оставляет, - подумала Сима. - К тому же, родители тяжелее переносят то, что происходит с детьми, чем сами дети".

- Не смогла дозвониться Алле, - пожаловалась она. - У нас с ней связь только по мобильному - её домашний телефон испорчен. Но если не найду Аллу... Дочуля, тебе нельзя идти на допрос неподготовленной. У тебя нет ни алиби, ни адвоката. В нашем Клубе есть юристы, но они специалисты по гражданскому праву, а не по уголовному. А тебе нужен хороший адвокат, профессионал. Он проинструктирует тебя, что говорить, о чем умолчать. Давай поедем к Ирине, председателю нашего Клуба, и попросим её сделать тебе алиби.

- Думаю, она не откажется. Мы с ней знакомы.

- Не исключено, что Аллу положили в больницу, потому её сотовый не отвечает.

- А что с ней?

- Ирина говорила - тяжелое огнестрельное ранение. Раздроблена плечевая кость, повреждена артерия. Алла до сих пор в гипсе. Может быть, у неё что-то случилось с раной...

- Тогда звони Ирине. Времени терять нельзя.

- А завтра сходи в поликлинику и скажи врачу, что у тебя опять проблемы с почками, - нужно взять больничный лист, чтобы избежать допросов. Заодно и обследуешься, не подорвал ли отравитель твое здоровье. Я тоже с утра позвоню на работу и скажу, что приболела. В этой ситуации нам постоянно нужно быть вместе.

Доехав до дома Ирины, Серафима ещё раз набрала номер Аллиного телефона и, наконец, та отозвалась своим обычным:

- Я!

- Слава Богу, дозвонилась до вас! - обрадовалась Сима и спохватилась, что забыла поздороваться: - Здравствуйте, Алла, это Серафима Новицкая.

- Привет, Сима. - "Здравствуйте" верная боевая подруга говорила только малознакомым людям, а с Серафимой они уже прошли боевое крещение.

- Я вчера весь вечер не могла до вас дозвониться.

- У меня было одно пикантное дело, и я отключила мобильник, чтобы не затренькал в самый неподходящий момент. - Алла не любила посвящать кого бы то ни было в свою личную жизнь и, понятное дело, не собиралась сообщать Симе, что провела ночь у Николая, пока её любимый мужчина на дежурстве. Чую, у вас что-то стряслось.

- Да. Мне срочно нужна ваша помощь. Мы с дочерью сейчас направляемся к Ирине Кузнецовой. Не могли бы вы подъехать туда, и мы вчетвером все обсудим?

- Запросто. Скоро буду.

Больше всего Алла жалела, что из-за загипсованной руки не может водить машину. Все остальное она уже наловчилась делать одной рукой, но в машине однорукой тяжело. Но верный оруженосец не подкачал и довез её до дома Ирины в рекордный срок.

К её приезду Серафима с дочерью уже успели посвятить хозяйку дома в случившееся, и им прошлось ещё раз все повторить.

- Так, нужно решить, кто из нас делает Регине алиби. Ирина, где вы были в пятницу, 2 марта?

- Дома. Одна.

- Отлично! Соседи часто видят, что к вам приходят многие женщины, всех и не упомнят, и не опишут. Значит, по нашей версии, Сима пришла к вам с дочерью скоротать денек-вечерок.

- Но ведь в пятницу я была на работе, - возразила Серафима. - Меня там многие видели.

- Тогда вашу кандидатуру вычеркиваем из списка и заменим моей. Кстати, дамы, вы играете в преферанс?

- Нет, - почти одновременно ответили все трое.

- Жаль. Но это поправимо - я вас научу. По моему твердому убеждению, любая приличная женщина должна играть в преф. Во-первых, это очень развивает мозги, во-вторых, учит быстро просчитывать разные ситуации, в-третьих, дает знание прикладной психологии, а в четвертых, преферанс считается игрой преимущественно мужчин. А поскольку женщины могут все, и ничуть не хуже мужчин, то и в преферанс они тоже должны играть блестяще, получше особ мужского пола, чтобы и в этом утереть им нос. И я, и моя подруга Лариса на равных играем со многими партнерами-мужчинами, а по отношению к остальной массе мы, как игроки, на порядок выше. Теперь я обучила ещё одну подругу, Светлану, и она тоже стала кидать фишки будь здоров!

- Вообще-то я не люблю картежные игры... - сказала Ирина.

- Как любит повторять моя любимая подружка Лара: "Преферанс - не картежная игра. Картежные игры - это очко, сека, тыща, подкидной дурак и прочие". После этой фразы, произнесенной высокомерно-пренебрежительным тоном, с соответствующей презрительной миной, мужчины конфузятся, ощущая себя умственно неполноценными.

Остальные дамы рассмеялись. Сейчас и Сима, и её дочь полностью расслабились. Как просто среди подруг, которые тебя понимают, поддержат и помогут решить проблему, не задавая ненужных вопросов...

- Алла, а где вы были в пятницу? - спросила Регина.

- Та-ак... - Верная боевая подруга наморщила лоб, припоминая. Столько событий произошло за эти дни, что все в голове перепуталось. Наконец она вспомнила. - Я была в Кашире.

- Тогда не стоит говорить, что вы тоже были у Ирины.

- Ну, Кашира слишком далеко, - возразила Алла. - Туда московские следователи не потащатся.

- Вы такая яркая, вас легко запомнить, - поддержала дочь Серафима. Кто-то совершенно случайно мог увидеть вас в Кашире.

- Мир тесен, но не настолько. Этот человек должен знать, что муж Регины отравлен, а она в пятницу якобы играла со мной в преферанс, хотя на самом деле я красиво отдыхала в провинциальном ресторане, и при этом ненужный свидетель должен иметь желание подгадить ей и оповестить следствие о том, что я нагло вру. Вряд ли на свете существует столь осведомленный свидетель, потому ничего опасного в своем лжесвидетельстве не вижу. Алиби, подтвержденное двумя незаинтересованными свидетельницами, никто не оспорит. Мы с Ириной будем уперто стоять на своем - 2 марта вторую половину дня провели с Региной, и точка! И пусть застрелятся от злости. В этом случае у нас вырисовывается ещё один полезный свидетель - мой верный оруженосец Толик. Регина, ты потом спустить вниз и покажись ему, чтобы он тебя запомнил. Толик подтвердит все, что угодно. Теперь давайте придумаем повод, по которому мы собрались.

- Ко мне подруги приходят без всякого повода, - пожала плечами хозяйка дома. - И по одной, и по двое, и по двадцать человек.

- Ирина, как же просто иметь вас в качестве алиби! - захлопала в ладоши Алла. - В следующий раз, когда алиби понадобится мне, назову вас, и у меня не будет проблем.

- Я не против, - улыбнулась та.

- Значит, мы с Региной просто зашли к вам поболтать. Я вроде как не совсем здорова, потому веду праздный образ жизни и шатаюсь по приятельницам. А Регина?

- Раньше я не раз бывала у Ирины, и мне не нужно придумывать повод, сказала девушка.

- Отлично! Отсутствие повода - самый уважительный повод. По крайней мере, для прекрасной половины человечества. Теперь - сколько мы знакомы?

- Можно сказать, что с того времени, когда вы расследовали гибель Вали, - предложила Ирина.

- Нет, о расследовании в ментовке ни слова, - отмела версию боевая подруга. - И вообще о моем хобби следователю не говорите. Лучше так. Валя подруга моей сокурсницы Тамары. Узнав о её гибели, Тамара позвала помочь с похоронами других наших сокурсниц, в том числе, меня. А члены вашего Клуба тоже пришли помочь, вот мы и познакомились. Значит, с Симой мы знакомы примерно два месяца и с Региной - столько же. Познакомила нас Серафима. К примеру, обе пришли ко мне домой, а предлог - Регине была нужна высокооплачиваемая работа, и вы решили поинтересоваться, нет ли в моей фирме вакантного места юриста.

Достав визитную карточку, Алла протянула её девушке:

- Выучи адрес моей фирмы и телефоны.

Бросив взгляд на визитку, Регина сказала:

- А я знаю этот адрес. Я там бывала... - Она вдруг смутилась и прикусила язык.

Верная боевая подруга поняла, что девушка зачем-то приходила к "самаритянам" - офисы её фирмы "Прима" и "Самаритянина" располагаются в одном здании, - но решила пока не муссировать этот вопрос.

- Нет, этот вариант не годится, - на ходу переиграла она, поняв, что ни к чему светить перед следователем связь Регины с "самаритянами". - Тогда скажем, что мы познакомились у меня дома. Регина, запомни мой домашний адрес, а Симе я его уже дала.

Алла продиктовала свой адрес, и девушка записала его на обороте её визитки.

- Развиваем мысль далее. Скажем, что в "Приме" вакантной должности юриста не было, и Регина решила пасть в ноги отцу и согласиться на любую должность, лишь бы хорошо платили. Мы с нею время от времени встречались у Ирины и посвящены в перипетии её семейной жизни. Насчет эрготамина и прочего ты, Регина, следователю молчок, поняла? Не педалируй вопрос, будто бы у вас была образцово-показательная семья, скажи, мол, всякое бывало, как и у всех нормальных людей, но мы женаты всего два года, поэтому чувства ещё не остыли, оба хотели ребенка, ну и прочее в том же духе.

- Если я буду говорить о Володе только хорошее, как же мне подкинуть версию о шантаже?

- А ты не говори напрямую. Мол, я любила мужа и не собираюсь чернить его. Может быть, у него и были какие-то дела, потому что... И далее перечисляешь: у него водились деньги, куда-то он ходил, но не работу, поскольку постоянного места службы у него не было, виски приносил, звонил иногда по своему мобильнику и как-то непонятно, загадочно говорил, но я не подслушивала, поскольку не имею такой вредной привычки. В общем, говори туманно, намеками, не уставая повторять, что тебе не хочется плохо говорить о муже, мол, какой бы он ни был, но ты его любила, и все такое прочее.

- Тебя наверняка спросят, не боялся ли Володя кого-то, не было ли у него врагов, недоброжелателей, - вмешалась Ирина.

- В этом случае скажи, что, похоже, у него некоторое время назад, например, в январе-феврале, были проблемы - твой муж очень нервничал, старался, чтобы ты не слышала, о чем он говорит по сотовому телефону, закрывал дверь в комнату, понижал голос. Причем, Регина, ты должна вызубрить все это назубок. Новые детали при следующих допросах можешь добавить, мол, только что вспомнила, но они должны четко кореллировать с уже сказанным. Уяснила?

- Уяснила.

- Кстати, а почему ты не на работе?

- Так сегодня же воскресенье.

- Надо же! - спохватилась Алла. - Как я есть теперь женщина нетрудовая, то мне что будни, что выходные - все едино...

- Меня, наверное, на днях вызовут на допрос.

- Не трусь. Девушка ты, как я погляжу, отважная, так что все будет хоккей. Но не вздумай бежать на допрос по первому вызову, изображая законопослушность. Чем позже окажешься в кабинете следователя, тем лучше. За это время мы многое разузнаем и подготовимся к любым неожиданностям. Запомни, Регина: пока тебе не вручили повестку и ты не расписалась в получении, никуда не ходи. Переданные тебе через соседей повестки со спокойной совестью спускай в мусоропровод. Если они расписались в получении - пусть сами и идут к следователю, раз такие сознательные. А пока твоей подписи на бумажке нет, - живи спокойно. Тянем время, чтобы качественно подготовиться к допросу. Моя подруга Лариса, оказавшись в похожей ситуации и совершенно не зная расклада, побежала по первому звонку следователя и в итоге на допросе так облажалась, что тот вцепился в неё мертвой хваткой, напрочь забыв про всех остальных подозреваемых. Не повтори судьбу моей подруги, иначе погоришь, поняла, Регина?

- Поняла, - кивнула девушка.

- И ещё - на вызов по телефону плюй с высокой колокольни. В органах напряженка с кадрами, некому разносить повестки за копеечную зарплату, потому следователи норовят вызывать свидетелей по телефону. Насмотрелись отечественных детективов и туда же! Делают вид, будто не в курсе, что абонент может вежливо послать, напомнив о процессуальных нормах. Значит так: если тебе звонит следователь или опер и приказным тоном велит явиться туда-то и во столько-то, милым голоском отвечай: "Пришлите, пожалуйста, повестку, а то я туговата на ухо и не расслышала ни вашей фамилии, ни всего остального".

- Алла, зачем дразнить гусей! - Регина вспомнила, что она закончила юрфак.

- Хорошо, про тугоухость можешь опустить, но требуй, чтобы тебе непременно прислали повестку по тому адресу, по которому ты прописана. А поскольку ты теперь проживаешь у матери, пусть ждут, как снега в июле.

- Но зачем тянуть? Приду, все расскажу, оповещу о своем алиби, и все.

- Ой, ну и дурашка! - всплеснула руками верная боевая подруга. - И ты веришь, что после этого следователь поцелует тебе ручку и вежливо, под локоток, проводит до двери, извинившись за причиненное беспокойство?

- Ну, может быть, не так, но все же они должны допросить жену погибшего.

- У Ларисы было алиби, а её полтора месяца почти ежедневно вызывали на допросы, и каждый раз этот моральный мордобой длился от четырех до шести часов. За эти полтора месяца моя подруга постарела лет на десять, хотя ни в чем не виновна. Ее всю трясло от хамства следователя и его стремления вызнать все про её любовников и сексуальные забавы - с кем, где, как, в какой позе и как часто она отдавалась. Ну, может, я чуть утрирую, но то, что следак проявлял просто-таки маниакальное упорство в желании перетрясти её постель и, образно говоря, подглядеть в замочную скважину, - абсолютно точно. Ларка дамочка деликатная, утонченная, хорошо воспитанная, у неё язык не поворачивался дать ему достойный отпор, хотя все его многочасовые иезуитски-вуайеристкие расспросы не имели никакого отношения к расследуемому делу. А меня он вызвал всего два раза, именно потому, что я вела себя нагло: вот те кукиш, чё хошь, то и купишь! Причем, у меня имелся увесистый мотив, но не было алиби, точнее, я намеренно подставилась, будто у меня его нет. Вот так-то, милая моя.

Девушка глядела на неё с удивлением и, кажется, не очень верила сказанному.

- Ну, что ты меня смотришь, как солдат на вошь? - рассмеялась Алла. Все было в точности так, как я сказала. Так что на будущее знай, насколько предвзято ведется следствие. Причем, наш следователь Прохоров вообще не удосужился заняться другими версиями, а именно одна из них в итоге оказалась верной. И этот придурок до сих пор не знает, кто убийца. Это только мы знаем - я, Лариса и частный сыщик Виталий Рылеев. А дело закрыли, списав на бандисткие разборки. Так что чем дольше ты будешь фаловать следователя, не являясь на допрос, тем лучше. За это время он найдет другого мальчика для битья. А явишься первой - всю душу вымотает. Ему же нужно изображать из себя, будто работает. Вот он и будет, за неимением других подозреваемых, вызывать тебя каждый день и спрашивать одно и то же, - терпения им не занимать, - пока ты не офонареешь в сотый раз отвечать на один и тот же вопрос. А ему-то что? Подшил протокол допроса в дело, папочка пухнет, и у начальства никаких претензий - следователь работает. И станешь ты в итоге единственной подозреваемой, потому что других, например, мифических жертв шантажа, операм искать неохота. Где их искать? Твой Вован нигде не работал, друзья-приятели вряд ли в курсе его дел, списка его клиентов, понятное дело, нет. Кстати, у него была записная книжка?

- Да. Ее забрали во время обыска.

- Обыск был крутой или так себе, по верхам?

- По-моему, формальный.

- В общем, семейные перины в поисках припрятанных драгоценностей не вспарывали?

- Нет, - засмеялась Регина. - Забрали фотографии и разные бумажки из секретера.

- Ну что ж, ход мысли следствия мне нравится, - удовлетворенно отметила верная боевая подруга и пояснила: - Вдову сильно не трясли, её первичный допрос поручили безусому стажеру, а изъяли записную книжку и фотоснимки, что означает - искать собираются в его окружении, а не в семье. Но ты не расслабляйся! - погрозила она пальцем Регине. - Как им надоест глазеть на фотки и обзванивать его знакомых, они на тебя переключатся.

- Хорошо. Я выучу свою версию назубок и не приду на допрос, пока не получу повестку лично в руки и не распишусь в получении.

- У покойника было много друзей-приятелей? - спросила Алла и сама засмеялась абсурдности произнесенной фразы.

- Довольно много.

- Тогда немало воды утечет, пока опера обзвонят всех, кто указан в его записной книжке, и всех допросят. Пусть пока работают в этом направлении, глядишь, что-то интересное накопают. А мы будем держать следствие под контролем.

- Как это? - удивилась Регина.

- Моя приятельница Наташа - адвокат. Дама с большими связями в ментовских и следовательских кругах. Когда я занимаюсь каким-то расследованием, она проникает везде, снимает копии с акта патологоанатомической и криминалистической экспертизы и с протоколов допросов, общается с операми и следаками, - в общем, держит руку на пульсе.

- Алла, а нельзя ли с ней договориться, чтобы она стала адвокатом моей дочери? - спросила Серафима.

- Запросто. Наташа адвокат по уголовным делам. На допросы будешь ходить только вместе со своим адвокатом, - обратилась боевая подруга к Регине. - Лариса вон хорохорилась: "Чего мне бояться? Я же невиновна! А прийти с адвокатом означает, что мне есть чего бояться". А в итоге полтора месяца мытарств в ущерб здоровью и красоте. А был бы с ней адвокат, он бы быстро приструнил хама-следователя и заставил его соблюдать конституционные права своей клиентки. И запомни, Регина, ещё одну простую истину: пока суд не вынес тебе приговор, ты невиновна. Даже если против тебя железобетонные улики. Не-ви-нов-на! - четко и раздельно произнесла Алла. - Хоть ты и закончила юридический, но когда человек сам оказывается в роли подозреваемого в убийстве, он со страху про все на свете забывает. Можешь вести себя, как угодно, но! - в рамках закона, - и не сгибаться перед следователем. Чем нахальнее и уверенне будешь держаться, тем меньше крови из тебя выпьют, ты уж поверь, милая. Мне уже трижды доводилось быть свидетелем по мокрому делу, и хотя у меня нервы почти как канаты, но, должна признаться, это не вызвало у меня положительных эмоций. А уж тебе, по первому разу, и подавно не будет от допросов большой радости. Так себе удовольствие, честно говоря. И чем меньше часов ты проведешь в следственной части, тем больше сохранишь душевного здоровья.

- Спасибо, Алла, - поблагодарила Регина за все сразу.

- Кушай на здоровье, - отозвалась та своей обычно фразой, которую произносила всегда, когда её благодарили.

Серафима хотела тоже поблагодарить верную боевую подругу, но, вспомнив её слова о том, как та не любит высокопарных слов и выражения благодарности, решила воздержаться.

- Кстати, дамы, у меня идея, - провозгласила Алла. - Пойду-ка я сама к следователю, добровольно, не дожидаясь, пока меня вызовут. Наташа разузнает, что известно на данный момент, выяснит, кто ведет это дело, и я, как законопослушная гражданка, явлюсь исполнить свой гражданский долг. Мол, слышала, что погиб зять моей приятельницы, и буду без зазрения совести клеветать на покойного. И такую красочную легенду распишу про его деятельность на попроще доморощенного шантажа, что на ближайшее время у следователя работы будет невпроворот. А ты, Регина, лишь туманно намекай, не особенно акцентируя этот аспект. И все будет тип-топ. На допросе я, как бы между прочим, вверну и про твое алиби. Мол, сидели мы в ту пятницу с Региной у нашей общей приятельницы Ирины Кузнецовой, чаевничали и сплетничали, как водится у благородных дам, потом я подвезла девушку к ближайшей станции метро, а через час бедняжка Региночка звонит мне и сообщает душераздирающую новость, что её любимого мужа отравили именно в тот момент, когда мы наслаждались ореховыми батончиками. И я, господин следователь, пришла вам сказать, что так мерзавцу и надо!

Она поведала все это красочно и эмоционально, играя и лицом, и голосом, с меняющимися интонациями, энергично жестикулируя и гримасничая, а все три зрительницы от души рассмеялись.

- Кстати, Регина, у вас с убиенным хазбендом одинаковая фамилия?

- Его фамилия Дьяконов, а моя - Новицкая. Я не захотела менять фамилию, уж очень она у него неблагозвучная, а в сочетании с моим именем просто дикость.

- Да уж, сочетание королевского имени "Регина" с поповской фамилией "Дьяконова" - не пляшет, - согласилась верная боевая подруга. - Есть такое понятие Regina probationum, что в переводе с латыни означает "Царица доказательств". Следовательно, Регина, ты - царица, а брак с потомком дьякона - постыдный мезальянс, который вовсе ни к чему подчеркивать.

Сейчас Алла была в ударе, вновь оказавшись при деле и почувствовав эмоциональный подъем, и решила ещё немного повеселить собеседниц:

- В студенческие годы у меня был приятель по фамилии Мошонкин. Судьба господина Мошонкина печальна - не смог найти девушку, пожелавшую стать его супругой по причине неблагозвучности его фамилии, и остался холостяком. На полном серьезе, - заверила она, видя, что собеседницы рассмеялись, полагая, что это очередной розыгрыш. - А я советовала ему сменить фамилию на другую, к примеру, Членов, Эректор, Сперматозавр, а ещё лучше - Трахтенберг, тогда бы он точно устроил личную жизнь. Будущая жена, конечно, не пожелала бы стать мадам Трахтенберг, но зато как обнадеживает и будоражит женское воображение!.. - Дав зрительницам отсмеяться, Алла продолжала: - А у моей приятельницы свадьба расстроилась, когда она не пожелала взять фамилию мужа - Тютькин! То ли господин Тютькин очень гордился своей фамилией, то ли просто желал продемонстрировать будущей благоверной, кто из них мужчина, но уперся рогом, и все. А она училась в медицинском. Врачу иметь такую фамилию - это ж страсть господня! Представьте себе, больные приходят на прием и спрашивают: "В этом кабинете какой врач принимает?", - и в ответ слышат: "Тютькина!"

Все три зрительницы разыгрываемого Аллой спектакля опять чуть не покатились со смеху.

- И моя приятельница справедливо решила, что иметь мужа, желающего осчастливить её такой фамилией, - чревато для психического здоровья. Теперь гордо носит очень элегантную фамилию Иванова и счастлива. Правда, замуж она так и не вышла.

Когда дамы отсмеялись, верная боевая подруга продолжала уже другим, деловым тоном:

- Упомянув вскользь, что в тот день, когда было совершено сие злодеяние, мы с Региной сидели у нашей общей приятельницы, я незаметно наведу и на саму Ирину как свидетельницу полной непричастности супруги погибшего. А к следователю приеду на машине Толика и он тоже засвидетельствует, что видел Регину в пятницу. Если в короткий срок трое людей подтвердят её алиби, то следователь не будет её напрягать. На допрос, конечно, вызовет, чтобы в деле был протокол, но зато у нас будет фора по времени, а у следствия множество версий. А вы, Ирина, тоже активно капайте следователю на мозги в аспекте шантажа. Неважно, что наши с вами показания будут различаться - ведь мы имеем в виду разных людей, жертв шантажа. Я навру, что кто-то из моих знакомых обратился к Вовану как к адвокату и чистосердечно рассказал ему кое о чем в надежде, что тот сохранит сие в тайне, а потом отказался от его услуг, мол, адвокат из него никудышный, а Вовчик стал его шантажировать.

- Вас попросят назвать фамилию этого человека, - сказала Серафима.

- Это не проблема. Многие мои знакомые подтвердят мои слова, не боясь, что их обвинят в убийстве шантажиста. Я продумаю перспективные кандидатуры и заранее договорюсь с ними. Жаль, что у меня нет врагов, а то могла бы с чистой совестью и честными глазами возвести поклеп на заклятого недруга мол, именно про него в наших светских бизнес-кругах поговаривали, что он стал жертвой недостойного адвокатишки Владимира Дьяконова. А от кого слышала, не назову, мол, я такая забывчивая, такая рассеянная, и память у меня девичья... И даже болезнь, как ее... забыла название, ну, вы сами должны знать, господин следователь, у вас она наверняка тоже есть, очень модная нынче болезнь.

Снова сделав паузу, чтобы собеседницы отсмеялись, верная боевая подруга продолжила свой второй спектакль одного актера:

- Между прочим, порядочная женщина не передает сплетни... - подвесив выразительную паузу, Алла закончила: - Она их сочиняет! Сплетни потому и бессмертны, что там вовсе не обязательно называть источник информации. Достаточно произнести с заговорщицким видом: "Доверю тебе большой секрет, только ты никому не рассказывай. Мне говорили, что..." или "Одна очень сведущая дама сказала...", - а дальше врать, сколько захочется.

- Я попрошу Николая, чтобы он выступил в качестве объекта шантажа, высказалась Ирина.

- Правильно, - одобрила Алла, глядя на бывшую жену своего любовника. Совсем недавно она заявила ей, что решила расстаться с Колей, а сама... Правда, угрызений совести по этому поводу боевая подруга не испытывала. Ирина рассталась с мужем без надрыва и даже совершила неординарный поступок во имя будущих отношений подруги с Николаем. - Коля человек бесстрашный и, не моргнув глазом, рискнет подставиться. А при необходимости мы и ему сделаем железобетонное алиби. Команда у нас большая, на всех хватит лжесвидетелей.

- Меня ведь тоже будут допрашивать, - сказала Серафима.

- Разумеется. И вы тоже дуйте в ту же дуду: мол, не хотели лезть в личную жизнь дочери, но зятек у вас был так себе, говнистый, в общем-то, паренек, и в ваших юридических кругах гуляет слушок про его неблаговидные дела.

- Такие разговоры и в самом деле ходят.

- А вы сгустите краски в аспекте шантажа. Можете даже назвать мифическую фамилию мнимого клиента, которого Вован шантажировал. Такую, каких в Москве сотни. Органы замучатся проверять. Или не называйте точно, а делайте вид, что у вас тоже модная болезнь под названием "склероз", и фамилия клиента то ли Сидоров, то ли Коновалов, то ли Кузнецов, в общем, парнокопытная. А Сидоров - парнокопытный от словосочетания "сидорова коза", - пояснила она, дождавшись, когда собеседницы отсмеются. - Совместными усилиями мы так задурим голову следователю, что дело об убийстве гражданина Дьяконова разбухнет до десяти томов, а потом благополучно отправится в архив.

Попрощавшись с хозяйкой дома, гостьи спустились вниз. Верная боевая подруга подвела Регину к "вольво" и сказала верному оруженосцу:

- Толян, погляди-ка на эту красотку и запомни её. На следующей неделе поедем с тобой к следователю, и ты скажешь, что именно эта девушка по имени Регина в пятницу, 2 марта в половине восьмого вечера вместе со мной вышла из подъезда этого дома, - назовешь адрес, - мы обе сели в твою машину, и вскоре она вышла возле станции метро "Кутузовский проспект".

Толик быстро стрелял, но быстро соображать не умел. Некоторое время он недоуменно таращился на свою повелительницу, потом в его не густо отягощенных серым веществом извилинах произошел некий процесс, и верный оруженосец ещё больше изумился:

- Дак в пятницу мы ж в Кашире были!

- Забудь это, как страшный сон! - велела Алла. - 2 марта мы с тобой были здесь, на Кутузовском проспекте. Ты привез меня сюда в два часа дня, и я пробыла у своей приятельницы Ирины Кузнецовой до половины восьмого вечера. Я у неё бывала неоднократно, и ты подтвердишь на допросе, что не раз привозил меня к Ирине.

- Это которая кого-то мочканула, что ль? - зачем-то проявил совершенно ненужную осведомленность преданный Санчо Панса, - видно, от большого ума.

Сима с Региной вздрогнули и растерянно переглянулись - о том, что Ирина совершила убийство, им, разумеется, было неизвестно.

- То-олик! - укоризненно покачала головой Алла. - Ну что за выражения в дамском обществе! Нужно говорить не "мочканула", а "промочила ноги".

Было похоже, что Регина с Симой и самом деле списали все на бедный словарный запас Аллиного водителя, перепутавшего Божий дар с яичницей, или просто не были знакомы с уголовно-бандитским сленгом, и тут же выбросили этот несущественный эпизод из головы. Сам же виновник запоздало осознал, что невольно проболтался, и его удрученная физиономия являла собой искреннее раскаяние.

- А вот про эту даму, которую зовут Серафимой Николаевной Новицкой, скажешь, что это моя приятельница, знакома я с ней месяца два, она несколько раз приходила ко мне домой. И ни слова о том, что вчера мы с ней были в поселке "Зарядье".

- Ага, - кивнул тот, решив, на всякий случай, ограничиться минимальным вербальным общением.

- Дамы, пока расслабьтесь и отдыхайте. За эти дни ничего экстраординарного случиться не должно. А я, изображая законопослушность, завтра же помчусь к следователю. И позвоню вам, как пройдет мой спектакль для одного зрителя.

Предсказание верной боевой подруги не сбылось. Утром следующего дня позвонила Серафима:

- Алла, у нас опять неприятности. Убита Катерина, вторая жена моего бывшего мужа.

- Когда?

- В ту же пятницу, что и Володя, 2 марта.

- Та-ак... Это уже серьезно. Откуда вы узнали?

- Гоша позвонил Сереже, а тот мне. Отец разыскивал Регину, позвонил соседке с нижнего этажа, - у них была такая договоренность на крайний случай, - та сказала, что с мужем Регины случилось несчастье, но дома её нет. Видно, мой бывший муж догадался, что дочь у меня, но сам не решился звонить, и попросил сына.

- В трудную минуту ваш экс-супруг все же вспомнил о детях... А зачем ему понадобилась Регина?

- Гоша не объяснил причины, лишь требовал, чтобы она срочно с ним связалась.

- Регина ему уже звонила?

- Пока нет. Вначале мы решили посоветоваться с вами.

- Давайте не будем обсуждать это по телефону. Не возражаете собраться у меня?

- Конечно, нет! Куда скажете, туда и поедем.

- Тогда я сейчас приглашу Ирину к себе. Надо же мне хоть немного побыть дома, а то мой любимый мужчина скоро совсем от рук отобьется. Сказав это, Алла почувствовала неловкость - у людей сложная ситуация, а она дурачится. Вчера её попытки их развеселить увенчались успехом, и все расстались в прекрасном настроении, но сегодня это уже не уместно - судя по голосу, Серафима очень встревожена. - Жду вас, Сима. Позвоню и адвокатессе, может, она уже что-то выяснила по делу Владимира, и озабочу её новым делом.

- Но ведь сегодня понедельник. Регина должна выйти на работу.

- Позвоните сами и скажите, что дочь больна, а потом прикройтесь больничным листом.

- Хорошо, - согласилась Серафима.

Затем Алла позвонила Ирине и пригласила её к себе. Только она положила трубку, раздался звонок адвокатессы:

- Алла, я оказалась рядом с вашим домом. Могу заехать.

- Приезжайте, Наташа, у меня есть для вас новое задание и ещё одна подзащитная.

Через десять минут адвокатесса сидела напротив верной боевой подруги с чашкой крепкого кофе, - именно такого, какой она любила, - и Алла рассказала ей о взаимоотношениях Серафимы и Георгия Новицких, а также его новой, ныне покойной жене Катерине.

- Значит, именно Серафима Новицкая будет моей второй подзащитной? уточнила адвокатесса.

- Да. Похоже, Сима не утерпела и реализовала свой план мести. Она человек очень деликатный, поэтому решила не обременять меня своими проблемами и разобралась с ними сама. На неё вряд ли подумают - они с бывшим мужем не виделись три года, и весьма сомнительно, что женщина будет столько времени ждать, чтобы отомстить. Зато Гоше изрядно потреплют нервы. Кстати, не исключено, что именно он убил супругу. Судя по всему, мадам Новицкая номер два особой нравственностью не отличалась. Гоша уехал с работы в два часа, мог неожиданно нагрянуть домой, застал там жену с любовником и наказал.

- Хорошо, я выясню все.

- А что удалось узнать по делу Дьяконова?

- Судебно-медицинский эксперт уже по клинической картине, в частности, положению конечностей тела, свидетельствующему о так называемых тетанических судорогах, и глазному дну с большой степенью вероятности предположил, что это отравление препаратом, повышающим рефлекторную возбудимость центральной нервной системы, а именно, спинного мозга, и вызывающим генерализованные рефлекторные реакции.

- Ой, Наташа, у меня мозги набекрень от этих умных слов! Скажите все обычным русским языком, - взмолилась Алла.

- В общем, это препарат типа стрихнина, вызывающий сильные болезненные судороги, затруднение дыхания, а большая доза вызывает удушье.

- Вот теперь все ясно, - перевела дух верная боевая подруга.

- Это был первый случай в практике дежурного эксперта, он очень заинтересовался и сразу провел вскрытие и токсикологическое исследование. Его предположение подтвердилось - Дьяконов отравлен секуринином, по действию этот препарат близок стрихнину.

- А где был секуринин?

- В бутылке виски, стоявшей на столе, была огромная доза. Следы препарата обнаружены и в одном из двух бокалов.

- А во втором?

- Там чуть-чуть виски, на самом донышке, но без секуринина.

- Пальчики есть?

- Да, на обоих бокалах. На том, в котором обнаружен секуринин, отпечатки пальцев Дьяконова, а на втором - множество смазанных отпечатков и два вида пригодных для идентификации. Одни тоже принадлежат Дьяконову, вторые - пока неизвестному человеку. На бутылке виски тоже множество пальцевых узоров разных людей, в том числе, и погибшего.

- Что-то непонятно... - задумчиво произнесла Алла. - Как же могло получиться, что второй собутыльник пил чистый виски, а покойный отравленный, если наливали из одной бутылки, начиненной секуринином?

- Здесь может быть такое объяснение - вначале убийца налил виски себе, потом подмешал секуринин в содержимое бутылки и из неё налил Владимиру или тот сам себе налил.

- Слишком канительно и трудоемко. Проще было сыпануть жертве в бокал. В бутылку насыпать труднее. Как выглядит секуринин?

- В чистом виде порошок, а аптечная форма в виде таблеток или раствора.

- Раствор тоже трудно без воронки налить в бутылку.

- Не так уж и трудно, если знать, в каком кухонном шкафу взять воронку. Например, открыть бутылку на кухне, плеснуть в один бокал чистый виски, а потом влить раствор секуринина с помощью воронки в бутылку, налить из неё во второй бокал и вынести все это в комнату.

- Думаете, все это проделала хозяйка дома?..

Адвокатесса выразительно пожала плечами.

- А пальчики на втором бокале, часом, не Регинины?

- Пока дактилоскопическое исследование не проводилось. Дежурный эксперт лишь визуально установил, что отпечатки на бутылке и одном из бокалов принадлежат Дьяконову, а с остальными эксперты будут разбираться на неделе.

- У покойного обнаружены какие-нибудь деньги?

- Да, в его портмоне было пятьсот долларов.

- Во что он был одет?

- В темно-серые брюки и голубую рубашку.

- То есть, явно не по-домашнему? - уточнила Алла.

- Да, скорее всего, Дьяконов кого-то ждал. Или собирался куда-то отправиться, а к нему неожиданно нагрянул посетитель. Брюки на нем дорогие, рубашка тоже.

- Франт! На какие ж шишы он так шикарно одевался?

- Насколько я знаю из своих профессиональных кругов, - не на адвокатские гонорары.

- Есть предположение, что Вован занимался шантажом.

- Мне известно о некоторых неблаговидных делах Дьяконова, но о шантаже я не знаю.

- Наташа, пустите такой слушок, ладно? А когда придете с Региной на допрос, скажите, что многие ваши коллеги считают Владимира Дьяконова шантажистом.

- Это клевета, Алла, - покачала головой адвокатесса.

- Ну, Ната-аша... - проныла верная боевая подруга. - Ради спасения хорошего человека можно слегка преступить черту.

- А вы полагаете, что моя подзащитная имеет отношение к смерти мужа?

- Думаю, да. Регина явно что-то скрывает. И мотив у неё есть. Вован-то и в самом деле подонок - травил её эрготамином, лишил возможности стать матерью.

- Вы предполагаете, что днем она заезжала домой, предложила мужу выпить, плеснула себе для видимости, попросила что-то принести с кухни, а в это время влила раствор секуринина в бутылку? Потом они выпили, и Регина молча смотрела, как муж корчится в судорогах?

- Ну, может быть, не молча, а высказала все, что о нем думает. - Алла не смогла удержаться от столь любимого ею черного юмора.

- Однако ей ни к чему оставлять на столе бокал с собственными отпечатками пальцев, - возразила адвокатесса.

- Регина - хозяйка дома. Посуду моет она, в бар ставит тоже она. В случае чего может сказать, мол, мыла стаканы без моющих средств, просто сполоснула их водой, вот и остались её давние отпечатки пальцев.

- Вы склоняетесь к мнению, что Регина отравила мужа?

- Невиновный ведет себя по-другому. Во время разговора мы старательно обходили вопрос о её причастности, а основной целью было отмазать её. Понятное дело, даже если человек невиновен, он озабочен своим алиби. Но Регина ни слова не сказала, где была с двух часов, когда ушла с работы, до половины девятого, когда пришла домой. Она не скрывает своего отношения к мужу и вовсе не опечалена его смертью. Почему же не говорит, где была?

- Алла, а вы не думаете, что Регина убила Екатерину Новицкую?

- Точно! - воскликнула боевая подруга. - Сима, при всем негативном отношении к бывшему мужу и его новой жене, все же не тянет на убийцу. Она порядочная, благополучная и во всех смыслах положительная женщина...

Тут Алла вспомнила про Ирину Кузнецову - тоже порядочную, благополучную и во всех смыслах положительную женщину, - и прикусила язык.

"Да уж... Если очень припрет, то даже приятная во всех отношениях дама может решиться на убийство. Женщин из Клуба одиноких сердец обижать опасно. Они умеют постоять за себя".

- Отравление - это, скорее, женский вариант убийства, - сказала Наташа. - Не каждая решится ударить чем-то тяжелым мужчину, не у каждой есть на это физические силы, далеко не каждая владеет оружием, а вот подмешать яд, - это чисто по-женски.

- Теперь понятно, почему Регина темнит, где была с двух часов до половины девятого. Видимо, навестила сучку Катьку и решила в один день убить сразу двух зайцев - и в прямом, и в переносном смысле.

- Не вижу логики, зачем ей нужно было проделать это в один и тот же день.

- Логика может состоять именно в том, что любой человек подумает: здесь нет логики. Мол, эта с виду невинная девушка не могла совершить сразу два преступления. Тем более, что между ними нет видимой связи. Кстати, мне только что пришло в голову, что связь-то как раз была - если Вован спал с Катькой, которая имела привычку ложиться под любого. Другая причина: первое убийство могло помешать второму. Если бы вначале Регина отравила мужа, началось бы следствие, и тогда ей не удалось бы поквитаться с Катериной. И наоборот - следствие по делу второй жены отца могло помешать ей убить мужа. А так одним приемом Регина избавляется сразу от двух ненавистных ей людей. И третья причина - мы сделали ей алиби на период с двух часов до половины восьмого. И это автоматически становится алиби и на время убийства Катерины.

- Разве вам уже известно, когда она была убита? - удивилась адвокатесса.

- Пока нет. Но по логике вещей это должно было произойти именно в то время, когда Георгий Новицкий и Регина ушли с работы.

- Это в том случае, если один из них виновен в убийстве. Но убийцей может оказаться кто-то другой.

- В общем-то, да, - вынуждена была признать Алла. - Я слишком зациклилась на кандидатуре Регины. А на самом деле это могло быть случайным совпадением. Вована Дьяконова убил кто-то из его клиентов, а Катерину один из её дружков, коих, судя по всему, у неё было немало, и вряд ли, став мадам Новицкой, она автоматически превратилась в верную жену.

- Я постараюсь выяснить, где был Георгий Новицкий в предполагаемое время убийства. И если у него алиби, а следствию станет известно, что бывшая жена и дочь резко негативно настроены к Екатерине, то именно их могут взять в разработку.

- Значит, наше алиби поможет, по крайней мере, Регине. А Симу мы сейчас расспросим, где она была в тот день, и при необходимости сделаем ей алиби. Наташа, не хотите поучаствовать в лжесвидетельстве?

- Нет, Алла, на противоправные действия я не пойду, - твердо заявила адвокатесса.

- Вот за это я вас очень уважаю, - серьезным тоном произнесла верная боевая подруга. - Люблю принципиальных людей. Хотя лжесвидетельство ради правого дела я не считаю большим грехом, но не могу не оценить вашу позицию.

Наташа оставила её лирические излияния без ответа. Она вообще была дамой деловой и немногословной, лишенной сантиментов, и не любила тратить время на лишние слова.

- Алла, не удивляйтесь, что Регина не хочет откровенничать. Признаться в совершенном преступлении нелегко. Мотив известен лишь самому убийце, а другие люди могут осудить его.

- Вы полагаете, что у Регины, ко всему прочему, был и меркантильный мотив? Убийство Катерины устраняет её как наследницу Гоши, сам он может оказаться в тюрьме, и все его состояние достается Серафиме, Регине, её брату и ребенку Гоши от второго брака, так?

- Не исключено. Хотя в этом случае речь о наследовании не идет, но если Новицкий будет осужден на длительный срок, то за это время Серафима и дети от первого брака могут прибрать к рукам его фирму.

- Не собираюсь их осуждать, даже если все трое сговорились подставить Гошу. Он их ограбил, а теперь они поменяются с ним местами. За свою подлость Гоша сядет в тюрьму и пусть благодарит судьбу, что остался в живых. Теперь мне понятно, зачем Регина устроилась в фирму отца - она стала там своим человеком, со временем вникнет во все детали и с полным основанием возглавит фирму. Что ж, ещё одной умной и красивой бизнес-леди станет больше. Я этому только рада.

- Но если у Георгия Новицкого есть компаньоны, они могут воспрепятствовать этому, - возразила Наташа.

- Выясните, кому сейчас принадлежит фирма "Атлант". Три года назад её фиктивным хозяином был Борис Бортник, но Гоша сделал его зиц-председателем, не желая делиться с женой и детьми. Не думаю, что Бортник до сих пор числится хозяином фирмы, - Новицкий уже успокоился, что Серафима не опасна.

- Я все выясню, - пообещала адвокатесса.

- Наташа, скоро здесь появятся участницы действа. Ни слова, ни намека на тему, которую мы с вами обсуждали. Раз Регина не пожелала посвятить нас в свою тайну, делаем вид, что она не имеет отношения к обоим убийствам. Хотя было бы лучше, если бы Регина все рассказала, но если у неё иное мнение, то нам остается лишь подыгрывать.

- Согласна, - кивнула Наташа. - Адвокат обязан хранить в тайне сведения, доверенные ему клиентом, но в наше время люди боятся даже адвокатов. Владимир Дьяконов тому пример.

- А вы точно знаете, что Вован замешан в грязных делах?

- Я была адвокатом одного коммерсанта из Ярославля, которого обманул и фактически разорил московский деловой партнер. Узнав об этом, мой клиент с тремя друзьями приехал в Москву и пригрозил, что если он не отдаст требуемую сумму, то ему не поздоровится. А тот, как потом выяснилось, записал разговор на магнитофон, потом проконсультировался с Дьяконовым, и вместе они подали дело так, будто мой клиент и его друзья вначале угрозами вымогали у него крупную сумму, потом похитили его, увезли в подмосковный город и там продержали целый месяц в холодном погребе, пока он не отдал все, что они требовали. Дьяконов с помощью своих знакомых даже обзавелся фиктивным заключением медицинской экспертизы, в котором были описаны многочисленные следы побоев, ожоги, следы на запястьях от веревок. Они и свидетелями обзавелись. Те подтвердили, что, мол, слышали стоны из соседского погреба, но боялись вмешиваться. Пришлось мне привлечь частного детектива Леонида Кудрявцева, и он выяснил, что это оговор, иначе не миновать бы моему клиенту уголовного наказания за похищение с целью выкупа.

- Вы знакомы с Леней Кудрявцевым? - удивилась Алла.

- Это мой бывший муж.

"Ну и ну... - подумала верная боевая подруга, отводя глаза, чтобы не встречаться взглядом с собеседницей. - Это что ж такое получается... Мои любовники - сплошь бывшие мужья моих приятельниц?.. Ирина-то хоть знает, что я любовница Николая, а знает ли Наташа, что я была любовницей Лени?"

Оказалось - знает.

- Не стоит забивать себе этим голову, - сказала адвокатесса, поняв по её виноватому виду, о чем она думает. - Мы с Леней расстались давно, без слез и скандалов, детей у нас нет, делить нам нечего. Просто мы с ним очень разные. Я, видимо, слишком рациональна и прагматична, а вы - эмоциональны и очень привлекательны. Как раз тот типаж, который импонирует Леониду.