Женьшеневая карамель

Глава 3. Торговец звёздами

У Тэджи дежавю. Снова она сидит в офисе, рабочий день близится концу, а Кан Тэхён что-то активно печатает на компьютере. Только на этот раз Джи не бездельничает, а ждёт ответ от их продюсера по поводу утверждения сценария.

Несмотря на неприятное прошлое с новым напарником, Тэджи всё-таки взяла себя в руки и все эти несколько дней проявляла исключительную заинтересованность в написании сценария к пилотному эпизоду. И на удивление, Тэхён действительно стал вести себя весьма профессионально, что их совместная работа наконец-то сдвинулась с мёртвой точки, хоть и не без пассивной агрессии. Нужно быть начеку — прощать его никто не собирается, как и делать вид, что ничего между ними не было.

…словно он не превратил университетские будни в ад.

Она больше никому не позволит использовать себя в качестве груши для битья. А тем более, не допустит, чтобы Кан Тэхён снова вернул её в те дни — ни за что на свете. Если понадобится, Джи сама заставит его себя бояться — с неё хватит.

Сценарий им дался не только кровью и потом, но ещё и жаркими спорами — Тэхён утверждал, что у Тэджи нет «чуйки», а она заявляла, что Тэхён слишком трусливый, чтобы выйти за рамки. Работа была проделана не маленькая — в первую очередь над собой. И, придя к некому компромиссу, они закончили сценарий, а теперь лишь ждут, когда продюсер Пак Хумин его прочитает. И если он его одобрит, то механизм будет запущен, и дальше сценарий направится к менеджеру потенциального ведущего. А если уже и он одобрит, то впереди их всех ждёт не одна неделя непрерывной работы. Ну а там: успех шоу, новый проект по написанию сценария для дорамы… Свадьба с Ким Джинсо.

Из мысленного лабиринта по выбору цвета салфеток для свадьбы, предпосылок к которой ещё и в помине нет, выбивает звенящий в ушах хлопок двери. В кабинет врывается Пак Хумин, держа в руке пачку сценария, и в бахроме рваных джинсов Тэджи путается волнение. Даже Тэхён, которому всё это время, казалось, было без разницы на судьбу плода их совместного творчества, отрывается от монитора и с надеждой смотрит на начальника.

Настал момент истины.

— Через час эта версия сценария должна быть у менеджера Чона, — со смачным шлепком Хумин швыряет сценарий на стол Тэджи, которая тут же вздрагивает. — Я уже обо всём договорился. Он будет ждать вас в офисе, — серьёзно объявляет он, переводя взгляд с Джи на Тэхёна. — Адрес сейчас вышлет мой секретарь.

— Так это значит, что сценарий утвержден? — неуверенно уточняет Тэджи, глядя на продюсера снизу вверх.

Отчего-то, когда лучший друг её брата, превращается из просто Хумина в продюсера Пака, Тэджи начинает его побаиваться. Это у них в гостях он для неё почти как второй брат, а в этих стенах — он её начальник. Начальник, который явно не собирается ни с кем сюсюкаться.

— Это значит, что сейчас вы с Тэхёном поедете отстаивать честь своего детища, — всё так же серьезно отвечает он, снова переводя взгляд на Тэджи. — Ну, или вернётесь героями с подписанным контрактом. Смотря как пойдёт, — пожимает плечами, едва заметно усмехаясь.

Ему весело, а Джи страх берёт от новости, что сейчас им с Тэхёном придётся презентовать сценарий менеджеру приглашённой звезды. За неделю ни единой сплетни о том, кто им будет. Полная неизвестность — непонятно к чему готовиться. Только Шиву успел ляпнуть, что готовиться стоит ко всему, но от этого не легче.

— А с какой стати должны ехать именно мы? — по тону становится понятно, что Тэхёна не очень-то прельщает внеурочная работа. — Разве это входит в наши обязанности?

— В ваши обязанности входит написать качественный сценарий, — поясняет Хумин. — А так как его качество сейчас под большим вопросом, то я не собираюсь выслушивать недовольства сам. Это целиком ваша ответственность.

От сказанных им слов становится в разы хуже. Кажется, Тэджи поторопилась, посчитав, что после двадцати восьми наконец-то стала ответственной. А что, если менеджер звезды будет задавать вопросы, на которые Джи не сможет дать ответы? А если ему совсем не понравится сценарий, и их с Тэхёном выгонят с позором? Они ведь подведут всю команду. Но ещё хуже, если Тэхён свалит всю вину только на Джи. Что тогда делать? О карьере сценариста можно навсегда забыть. Как и о работе над дорамой. Как и о свадьбе с Ким Джинсо.

…этого нельзя допустить.

— Я так понимаю, что теперь у вас есть всё, чтобы добраться до офиса, — голос Хумина возвращает на землю, как и вибрация смартфона на столе — помощница прислала адрес офиса. Тэджи даже не успевает вчитаться в текст оповещения, всплывшего на экране, как Хумин наклоняется над её рабочим столом, бессовестно разглядывая фотографию Ким Джинсо на заставке её телефона. — Не забудьте распечатать вторую копию сценария, — он поворачивает на неё голову, и Джи поспешно отворачивается, чтобы не столкнуться с Хумином нос к носу. — Вас уже ждут, так что, поторопитесь.

Надо было устраиваться обыкновенным секретарём. Пока принтер выплёвывает один лист сценария за другим, Джи будто находится в невесомости собственных мыслей. Словно она не в офисе, а в буддистском храме — лучше всякой медитации.

Последний лист лениво выскальзывает в лоток, и Тэджи забирает стопку, закрепляя её большим зажимом. Уже было собирается сказать Тэхёну, что они могут ехать, но его место пустует, а на вешалке у входа больше нет бежевого пальто.

— Замечательно, и куда он делся? — задаёт вопрос в пустоту, хотя уже и так знает, что Тэхён уехал на встречу без неё.

— Кого-то потеряла? — Минхёк появляется в офисе, будто из неоткуда, точно всё это время караулил под дверью.

— У тебя есть одна попытка угадать, — Джи устало кивает в сторону пустующего стола Кан Тэхёна. — Хумин поручил нам отвезти сценарий в офис менеджера. А этот козёл уже слинял, — жалуется она, подходя с своему столу, чтобы забрать сумку и выключить компьютер.

— О, то есть Хумин одобрил сценарий? — воодушевляется Хёк. — Поздравляю!

— Одобрить, может, и одобрил. Только теперь две копии сценария нужно отвезти в офис менеджера Чона. И если ему тоже понравится, то дело в шляпе, — старается говорить более утвердительно, сама себя убеждая, что сценарий отличный. Если бы был совсем ужасный, то Хумин не пропустил бы его.

— А вторая копия у Тэхёна на столе?

Чёрт, это паразит даже не удосужился взять с собой первый экземпляр. Он ведь его в руках держал — логично же, что должен был забрать. Джи с досадой смотрит на стол Тэхёна, не замечая, как в уголках губ скапливается яд отвращения:

— Блеск, — выплёвывает она, сжимая в руке стопку сценария. — Я ему извозчик, что ли? Ещё и на такси придётся потратиться.

— Может, он просто забыл? — наивно предполагает Минхёк.

— Да одному Богу известно, что творится в его голове, — шипит она, глядя на Хёка исподлобья.

Зачем было забирать сценарий со стола Тэджи, если всё равно он оставит его? А если бы Минхёк не заметил? Они бы явились с одной копией и попали в просак.

— Пойдем, я провожу тебя до такси, — Хёк подходит к вешалке, снимая их куртки.

— Спасибо, — улыбается Джи, всё же забирая с чужого стола проклятый сценарий. — Ты прости, что я достаю тебя нытьём на тему «Кан Тэхён».

Ей действительно от этого не по себе. Но держать всё в себе просто невыносимо. Иначе в один прекрасный день Тэджи схватит его белоснежные проводные наушники, обмотает вокруг шеи и задушит чёртового Кан Тэхёна.

— О, не переживай, — расплывается в ехидной улыбке Минхёк, подавая Джи куртку. — Я фильмы смотрю не с таким интересом, как слежу за вашими взаимоотношениями. На работу хоть с попкорном приходи, — усмехается он и наигранно уклоняется от стопки бумаги, которой замахивается Джи, шипя что-то нечленораздельное сквозь стиснутые зубы.

До начала встречи ещё двадцать минут, и такси тормозит возле типичного офисного здания, железный скелет которого обтянут стеклянным панцирем. Джи всегда было интересно, какого сидеть там — на верхних этажах — смотреть на человеческий муравейник и получать баснословную зарплату. Но жизнь распорядилась так, что ей предстоит средний оклад, до тех пор, пока не выпишут первые премии за успешное начало проекта. И то, если после этой встречи проект вообще состоится.

— И что это было? — Джи сложно контролировать высоту своего голоса, когда внутри неё всё вскипает от возмущения.

Тэхён стоит у входа в здание и лениво отрывает взгляд от телефона, блокируя экран:

— А что, ты думала, мы как старые друзья поедем вместе в одном такси? — язвит он, убирая мобильник в карман пальто.

…одет с иголочки, что аж тошно.

— Я думала, что тебе хватит совести взять с собой хотя бы один экземпляр сценария, а не оставлять этот талмуд мне, — она демонстративно трясёт стопкой бумаги перед его лицом, пытаясь вызвать чувство вины, что явно бесполезно.

— Пошли, — безэмоционально произносит он, отворачиваясь и направляясь к стеклянным дверям, за которыми виднеется роскошный холл.

Хуже надменного Кан Тэхёна может быть только чересчур разговорчивый охранник, который выдаёт одноразовые пропуски. Но Джи слишком поздно поняла, что не стоит так заинтересованно поддерживать с ним беседу. Теперь она судорожно семенит за Тэхёном по первому этажу в поиске лифтов — сейчас опоздают.

— Вот кто тебя за язык дёрнул спросить у него: «Как нам пройти к лифтам?» — возмущается Тэхён, парадируя голос Джи — и совсем не похоже. — У нас в запасе было двадцать минут, чтобы самим этот чёртов лифт найти, а теперь, мы ещё и опаздываем, — не замедляя шаг, он вскидывает запястье, сверяя время на часах.

Он ведь специально делает это настолько демонстративно, чтобы пристыдить Джи.

— И в итоге, я оказалась права! Тут не все лифты поднимаются до верхних этажей, — она пытается оправдаться, но какой уже с этого толк? — Я же не думала, что он начнёт нам всю свою жизнь пересказывать.

— Ну, зато теперь ты знаешь по именам всех его семерых детей, но не имеешь ни малейшего понятия, где тут указатель, — фыркает Тэхён, а Джи даже со спины видит, как он закатывает глаза.

Тэхён резко останавливается, изучая табличку желанного указателя, а Тэджи едва не впечатывается носом в его широкую спину. Он всегда был таким широким?

— Ещё целых три минуты, мы успеем. Лифты-то скоростные… — всё ещё подбирает аргументы Тэджи, как Тэхён резко меняет направление движения на сорок пять градусов, увеличивая между ними расстояние. — Да он издевается, — выдыхает Джи, срываясь с места и переходя на медленный бег, чтобы догнать коллегу.

Заметно, что его нервы тоже начинают сдавать. Это понятно по тому, как он в очередной раз вскидывает запястье с часами и притоптывает носком лакированного ботинка, пока они ждут лифт. Почему так долго не приезжает? Джи нажимает кнопку вызова ещё несколько раз, но цифра на табло над автоматическими дверями остаётся без изменений.

— Перестань. Нажато уже, — Тэхён одёргивает её за рукав, косо поглядывая на мужчину в белой рубашке, который вызвал лифт до их прихода. Типичный офисный планктон. — Хочешь сломать и по лестнице пробежаться на восемьдесят пятый этаж?

— Да не сломается он от этого, — дуется Джи, освобождая руку и удобнее подхватывая стопку бумаг. — Тебе лишь бы ко мне придраться!

— Больно ты мне нужна, — закатывает глаза Тэхён, скрещивая руки на груди. — Мне это клацанье на нервы действует.

— Твоим нервам, только позавидовать можно. Не прибедняйся.

Он ведь совсем непробиваемый. И кого сейчас из себя строить пытается? Подумаешь, опоздают. Хумин сообщил о встрече в последний момент, так что, это его вина.

— Вот только не надо меня сейчас провоцировать, — цедит Тэхён, и вена на его шее начинает заметно пульсировать. — И так всю неделю как на иголках из-за этого сценария.

Это он ей сейчас об этом говорит? Да Джи несколько ночей не спала, чтобы не облажаться. Они вместе работали, а он сейчас всё выставляет так, будто один тащил на себе этот вагон ответственности.

Но наконец-то прибывший лифт и не даёт Тэджи ляпнуть что-то лишнее. Мужчина в белой рубашке пропускает их вперёд, и Тэхён заходит в лифт первым — тот ещё джентльмен.

— Ты кнопку нажала? — спрашивает Тэхён, когда мужчина в рубашке нажимает кнопку закрытия дверей.

— Нет, — не глядя на него, хмыкает Джи.

— Ты ближе стоишь, так сложно нажать? — похоже, Тэхён заводится с полуоборота.

— Нажми сейчас, не вижу проблемы.

— Ты ближе стоишь, почему не нажмёшь? — стоит на своём.

— Ты первым зашёл, почему сразу не нажал?

И пока они перебрасываются пустыми вопросами, то даже не замечают, как мужчина самостоятельно нажимает кнопку «85».

Вот с Тэхёном всегда так. Переваливает ответственность на других, обвиняя всех вокруг, а сам святоша. Хотя во всех своих бедах виноват только он сам. Но разве кто-то когда- то это признает?

Где-то на шестидесятом этаже Тэджи понимает, почему избегает поездок в метро в час пик. Видимо, только что закончилось какое-то совещание. Потому что двери лифта ещё не успевают целиком открыться, а в кабину уже просачиваются офисные клерки. Пара секунд, и Джи даже не может разглядеть кудрявую голову Тэхёна — между ними теперь непреодолимая живая стена. Приходится отступить к дальней стене, и Тэджи надеется, что Тэхёна сейчас припечатало точно так же, как и её.

У входа какая-то ругань. Видимо, кто-то очень торопится и не намерен дожидаться следующий лифт. И мужчина в рубашке, который теперь стоит прямо впритык к Тэджи, в последний момент успевает выставить руку, чтобы избежать неловкой близости.

Но вот проблема, Джи уже до ужаса неловко. Она будто зажата в ловушку, выхода из которой нет. А этот незнакомец единственное, что отделяет её от превращения в отбивную. Потому что в противном случае её бы точно по стенке размазало.

В носу чешется от аромата мужского одеколона, что хочется чихнуть. И Джи отворачивает голову, чтобы не сделать это прямо мужчине в лицо. Но даже глядя куда-то в сторону, у Джи не исчезает ощущение, что её лицо пристально изучают.

Конечно, Тэджи выбивается из общей массы серой массы офисных пресноводных. Рваные джинсы, бордовая куртка — она не из этого аквариума. Ещё и макияж к концу дня скорее всего поплыл. Отличный кандидат едет представлять их проект потенциальной звезде.

…это провал.

— Надеюсь, что Ваш парень не приревнует? — шёпотом ухмыляется незнакомец, явно обращаясь к Тэджи.

— Он не мой парень, — она тут же морщит нос от отвращения, поднимая на мужчину взгляд. Смущения, как и попытки чихнуть, словно не бывало.

В карих радужках незнакомца поблёскивает неприкрытый интерес, но Джи игнорирует это. Как кто-то вообще мог подумать, что между ней и этим придурком Тэхёном есть что-то, кроме взаимной неприязни?

— Значит мне повезло, — самодовольно ухмыляется мужчина, не сводя с Джи взгляд.

Это он сейчас заигрывает с ней? Как дёшево, для работника такого роскошного здания.

Хорошо, что лифт снова останавливается и люди начинают освобождать кабину, выходя на восемьдесят пятом этаже. Тэджи бы тоже не мешало последовать за ними. И она неловко улыбается мужчине, безмолвно намекая, что ей уже пора — как же жаль, она не услышит очередной подкат. Незнакомец чуть сдвигается в сторону, но руку не убирает, что Джи приходится не без труда просочиться под ней, поскорее выходя на нужном этаже.

Не оборачивается, но абсолютно точно знает — он смотрит ей вслед.

— Тебя всё же не раздавили, — даже как будто с досадой произносит Тэхён, поджидая Джи возле лифта.

— Не дождёшься от меня такой радости, — тянет театральную улыбку Тэджи, тут же стирая её следы, будто тряпкой из микрофибры.

А что ещё можно было от него ожидать? Но лишнего времени на выяснение отношений больше нет. И Джи уже уверенным шагом идёт по коридору к прозрачным дверям, над которыми красуется большая табличка: «Звёздный менеджер Чон Сындже». Где-то за спиной раздаётся надменное фырканье Тэхёна, но Джи игнорирует это — скоро, может, даже привыкнет.

— Здравствуйте! — тут же приветствует девушка-секретарь, как только они заходят в приёмную. — Чем могу помочь?

— Добрый день! — улыбается в ответ Тэджи, вежливо кланяясь. — Мы к менеджеру Чону от продюсера Пака по поводу одобрения сценария. Нам сказали, что он нас уже ожидает.

— Одну минуточку. Я сейчас проверю, — девушка тут же начинает искать что-то в своём компьютере. Скорее всего, расписание звёздного менеджера.

— Какой ещё «добрый день», ты на часы вообще смотрела? — зло шепчет Тэхён, отворачивая голову в сторону, чтобы секретарь не услышала.

— Раз такой умный, в следующий раз сам говори, — так же шепотом отвечает Тэджи, прикрывая рот ладонью, как будто невзначай.

— Да я в следующий раз вообще… — снова начинает причитать он, но закончить не успевает:

— Кан Тэхён и Мин Тэджи, правильно? — уточняет секретарь, перебивая его.

— Да, — отвечают в один голос, тут же косясь друг на друга. Подобная синхронность им не свойственна.

— Прошу прощения, но господин Чон немного задерживается… — уже начинает извиняться она, как переключает внимание на хлопок стеклянной двери позади сценаристов: — Господин Чон, — тут же воодушевляется секретарь, кланяясь только что вошедшему начальнику. — К Вам сценаристы Кан Тэхён и Мин Тэджи.

Они пришли ещё раньше самого звёздного менеджера. И стоило Тэхёну выносить ей мозг, раз всё и так складывается хорошо? Джи поворачивается на вошедшего менеджера, победно ухмыляясь. Но тут же теряется, глядя, как Чон Сындже улыбается им во все тридцать два белоснежных зуба.

Это ведь тот флиртун из лифта — быть не может. Только теперь на нём красуется пиджак в тон серым брюкам, а вот аромат одеколона всё такой же. Или он просто до сих пор стоит у Тэджи вперед носом?

Менеджер Чон кланяется им, и Джи приходится поклониться в ответ, хотя, на само деле, хочется всучить ему папки сценариев и выбежать прочь. Пусть Тэхён сам с ним разбирается — они явно поладят. У этих двоих точно найдётся что-то общее, например, стрелки на брюках.

— Прошу прощения за опоздание, — любезно извиняется менеджер Чон, протягивая Тэхёну руку для рукопожатия. — Пришлось проехать лишние пару этажей за забытым пиджаком, — усмехается он. — Надеюсь, Вам недолго пришлось ждать?

Он переводит взгляд с Тэхёна на Джи, и тут же становится очевидно, что он её тоже узнал. Ну ещё бы — он же так пялился. Наверное, каждую пору на её лице успел пересчитать, пока они ехали эти проклятые двадцать пять этажей нос к носу.

Теперь непонятно, что хуже: если Чон Сындже раскритикует в пух и прах их сценарий или если Чон Сындже утвердит сценарий и им придётся видеться каждый день на съёмочной площадке. На кону стоит слишком большой куш. Как бы Джи не хотела избежать неловкости, опять чертовски некомфортно. Но она попытается избегать Сындже на съёмочной площадке, если он всё же одобрит сценарий. Потому что в противном случае без работы останется не только сама Джи, но и целая съёмочная группа. А ведь они только-только познакомились с Минхёком. Не хотелось бы, чтобы рабочая дружба вот так глупо оборвалась.

Такие как Чон Сындже всегда флиртуют. У них точно нет проблем с самооценкой, как и нет дефицита женского внимания. Такие как он обожают блистать и чувствовать на себе заинтересованные взгляды. Чон Сындже уже знает, что неотразим — чёрные волосы, правильные черты лица, выразительные глаза, широкие плечи и спортивное телосложение. Девушки таких просто обожают. Да и справедливости ради, костюм сидит на нём отменно. Две верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, будто он не в офисе, а на свидании, но для его статуса немного сексуальности не повредит.

…он ведь торгует звёздами.

Вот только Тэджи не воспринимает его как потенциальный объект внимания. Сейчас на его столе окажется её судьба. В присутствии этого ловеласа Джи только и может, что прокручивать у себя в памяти лучшие моменты сценария, успокаивая себя. Но на ум приходят лишь косяки.

Лукавая улыбка украшает лицо звёздного менеджера. Но Тэджи старается не подавать виду, будто её выбивает из колеи то, что он смотрит прямо в глаза. Повышенное внимание не приносит ей удовольствие. Скорее лишь напрягает.

— Так значит Мин Тэджи? — как будто для справки уточняет он. — Приятно встретить Вас снова. Жаль, что не так близко, как я привык, — он произносит это вполне обыденно, а у Джи глаза на лоб лезут.

…как и у Тэхёна.

Боковым зрением она замечает, как Тэхён пялится на неё, будто прося объяснения, которое Джи и сама не прочь получить.

— Я бы предпочла видеться только в сугубо рабочей обстановке, — неловко отвечает она, но достаточно чётко, чтобы дать понять — его флирт тут неуместен.

Благодаря этому ловеласу Чон Сындже, теперь Тэхён будет думать, что Джи ещё и распутная женщина. Потому что, если не знать, как всё было на самом деле, то можно нафантазировать всякого. Тэджи не любит оправдываться, а тем более, не хочет делать это перед Тэхёном. Но теперь точно придётся. Ей будет спокойнее, если у него не будет лишнего повода использовать какую-то информацию против неё.

На лице Сындже не отражается какого-то явного недовольства — он ведь профессионал. Но по тому, как меняется тон его голоса, когда он приглашает сценаристов в кабинет, и так понятно — его мужское эго задето. И кажется, добиться внимания Мин Тэджи теперь для него может стать делом принципа.