- Рафаэль сейчас в Санта-Исабель, - сообщила женщина, даже не поздоровавшись со своим гостем, - ему повезло, он уже нашёл покупателя, так что совсем скоро мы сможем покинуть Коста-де-Эсмеральда и уехать туда, где нас никто и никогда не найдёт.
- Вы решили, куда поедете, Алла? - Участливо спросил её собеседник.
- Пока нет, это будет решать Рафаэль. Сейчас он занимается продажей поместья, а как только всё решит... - Женщина горько вздохнула, огляделась по сторонам, а потом, немного помолчав, медленно опустилась на диван.
- Я всё понимаю, Алла, - нерешительно начал Олег, которому чисто по-человечески было жаль сидевшую напротив него женщину, - наверное, это очень тяжело, вот так, неожиданно уезжать, бросая то, что так дорого, то, что создавалось таким трудом...
- Однажды мы уже делали это. Мы спрятались на этом крошечном, забытом Богом и людьми островке в надежде, что никто и никогда не найдёт нас. И мы были счастливы, больше двадцати лет мы прожили в мире и покое, а последнее время даже стали забывать о том, что нам угрожает! Знаете, Олег, - немного помолчав, произнесла она, - Давид познакомился с русской девушкой, и сегодня она была здесь.
- Что? Русская девушка? - Олег заметно напрягся, - Она приходила к вам?
- Да, она была здесь и задала мне вопрос, услышав который я едва удержалась на ногах. Думала, что помру от ужаса, хотя и была морально готова к такому.
- Что вы ей сказали, Алла? Неужели...
- Я сказала ей то, что она САМА ХОТЕЛА услышать. Я сказала ей, что Давид - сын Ивана Милериса.
Глава 4.
Вернувшись в отель, Маша ещё долго не могла успокоиться, находясь под сильным впечатлением от того, что услышала от матери Давида. Ни ласковые бирюзовые волны Карибского моря, ни прекрасные пейзажи буйной тропической зелени, ничто не могло оторвать Машу от её тяжёлых размышлений, мысленно Маша была далека от всей этой беззаботной курортной жизни, напрочь забыв о том, что приехала сюда с целью расслабиться и отдохнуть, причём не только физически, но и морально!
Вспоминая признание Аллы, девушка испытывала очень противоречивые и странные чувства. Умом она давно осознала то, что сходство Давида и покойного Ивана не может быть простым совпадением, и была вполне готова к тому, что её предположение подтвердится, но вот где-то в душе Маша по-прежнему чувствовала, что НЕ ВЕРИТ в то, что услышала сегодня. Что это было? Может, ревность? Она ревновала Аллу к любимому певцу, кумиру детства и юности, представляя, что когда-то у них были любовные отношения, после которых и родился Давид? Или же она просто до конца не верила в то, что узнала от матери Давида? Маша включила планшет и, открыв нужный ей сайт, ещё раз перечитала то, что, как ей казалось, она уже знала наизусть. А именно биографию Ивана. Особенно внимательно девушка прочитала последнюю часть биографии певца, а потом, бросив планшет на кровать, встала и озабоченно прошлась по комнате. Как странно! Она точно помнила дату рождения Давида, так как он ей сам вчера сказал, когда у него День Рождения, и при этот отсчитав девять месяцев от этой даты, она наткнулась на очень удивительный факт - в момент зачатия Давида Ивана УЖЕ НАХОДИЛСЯ В КОМЕ! Он лежал в неподвижном, бессознательном состоянии уже больше месяца, его жизнь поддерживали приборы, из чего следовало, что зачать ребёнка женщине Милерис на тот момент уже никак не мог! Маша потёрла виски, которые готовы были взорваться от сильного напряжения. Но что же тогда получается? Она опять произвела нехитрые математические подсчёты... Нет, нет и ещё раз нет. Если только Алла родила Давида не через девять месяцев после зачатия, а через десять с половиной? Но даже тут ничего хорошего не складывалось, ибо Маша отлично знала, что за день до того несчастья, Иван прилетел в Москву с зарубежных гастролей, в которых находился больше трёх месяцев! Он объехал тогда всю Восточную Европу, был в Израиле, США, Канаде, Японии! И где, скажите тогда, он мог пересечься с простой русской женщиной, которая вдобавок ко всему ещё и была замужем! "Я, наверное, схожу с ума, - подумала девушка, подходя к окну, - или же я совсем запуталась, капаясь в чужом прошлом. Но если Давид не сын Ивана, если Алла меня обманула, то кто он тогда? Какое он имеет отношение к Милерису? И чем тогда можно объяснить их удивительное сходство?!"
Маша умылась прохладной водой и спустилась в холл отеля, где было полно иностранных туристов, вернувшихся с экскурсии. Они что-то бойко обсуждали между собой, показывая друг другу фотографии, сделанные во время поездки на фоне самых живописных мест Коста-де-Эсмеральда. Маша, взяв в баре стакан ледяного сока, молча присела на диванчик и, неторопливо потягивая свой сок через трубочку, подумала, продолжая наблюдать за иностранцами, которые казались ей сейчас абсолютно счастливыми людьми: "Может, мне тоже съездить на какую-нибудь экскурсию? Хоть отвлекусь немного! А то приехала в такую даль и сижу в отеле, ломаю голову над чужими семейными тайнами... Не место и не время сейчас изображать из себя детектива-любителя! Надо отдыхать и наслаждаться жизнью!"
Твёрдо решив, что с копанием в чужих секретах покончено, Маша встала и, допив свой сок, решила изучить предложенные гидом экскурсии. Конечно, она могла бы поехать и с Давидом, который, как ей казалось, мог бы дать ей побольше полезной информации о здешних достопримечательностях и красотах, но встречаться с ним после сегодняшнего девушка откровенно боялась! Хватит с неё того, что она нагло вторглась в его семью и задала очень неприятные вопросы его матери. Понятно, что Давид не узнает о её визите, и, конечно, он ни в чём не виноват, но отчего-то ей стало тяжело думать о возможной встрече с этим парнем, возможным сыном Ивана Миллериса. Хотя почему возможным? Развить эту мысль Маша не успела, так как в коридоре, который вёл к лифтам, она столкнулась с Олегом, который едва не сшиб её с ног - так быстро тот мчался в сторону лифта. Причём, что удивило Машу ещё больше, он совершенно не отреагировал на их встречу, поскольку был занят телефонным разговором. Против своей воли (Маша не любила подслушивать чужие разговоры) она услышала следующую фразу:
- Да, всё решено. Они уедут в ближайшие дни. Куда - по телефону не буду говорить, вдруг кто-нибудь услышит. Я надеюсь, что теперь эту семью не найдёт никто, даже...
Дальше Маша ничего не слышала - пришёл лифт, и Олег с телефоном вошёл в него, в то время как сама девушка продолжала стоять в коридоре, затаив дыхание и боясь, что Олег всё же подойдёт к ней, прервав или закончив свой, судя по всему, очень важный разговор. Но этого не произошло, чему по идее Маша должна была бы только радоваться - все эти непонятные разговоры и попытки ухаживания Олега девушку напрягали, но вот один факт, который вспомнился также неожиданно, как и появился сам Олег в этом злочастном коридоре, почему-то опять заставил Машу задуматься о том, что же НА САМОМ ДЕЛЕ творится на этом райском, и как ей поначалу казалось, абсолютно спокойном и безмятежном острове. Как вы уже и догадались, воспоминанием Маши было то, как она случайно увидела Олега около поместья Фернандесов!
...Уже почти час Лилия Стрелецкая пыталась отыскать что-то новое в своём гардеробе, однако, перетряхнув все свои платья, блузки, юбки, костюмы и кардиганы на десятый раз, женщина сдалась и в отчаянии решила, что сегодня она останется дома, пропустив крупную премьеру в одном из самых известных театров Москвы. Женщина грустно вздохнула, подойдя к огромному, в пол-стены зеркалу и критически осмотрела своё отражение. А ведь когда-то она была моделью! Участвовала в конкурсах красоты! Играла в телесериалах! Какие были времена! Эх, молодость, молодость... Почему мы начинаем по-настоящему ценить её только тогда, когда она уже собирается покидать нас, не оставляя ни малейшей надежды на то, что планирует задержаться хотя бы на пару лет? Да хотя бы на годик! Нет, всё бесполезно! Конечно, фигура Лилии по-прежнему точенная - стройные ноги, осиная талия, упругая грудь! Да, есть лишние килограммы, морщины на лице, которое, благодаря дорогостоящим пластическим операциям, сохранилось почти таким же, какое было больше двадцати пяти лет назад, когда это лицо считали чуть ли не самым красивым лицом России! Сейчас Лилии по-прежнему многие давали только сорок, некоторые вполне и тридцать пять могли дать, но самой Стрелецкой от этого было как-то не весело. Хотелось быть моложе! Да и не верила она в эти самые тридцать пять! Сорок как минимум! И то при хорошем макияже, отдохнувшая, подтянутая. Что бывало, к сожалению, далеко не каждый день. Возраст напоминал о себе не только внешне, внутренние органы тоже часто подводили, да и бессонница стала верным спутником бывшей королевы красоты на протяжении последних двадцати с лишним лет.
В комнату заглянула Аурика и поинтересовалась, когда она, Лилия, выходит. Шофёр уже ждёт около дома, приготовил машину.
- Скажи ему, что я никуда не еду! И приготовь мне зелёный чай! Побыстрее!
- Но, Лилия Витальевна, Рома уже...
- Что Рома? Что Рома уже? - Не выдержала Лилия, - Если я говорю, что не еду, значит, я не еду! И точка! Всё, иди, чай готовь! А то вылетишь с работы и прямиком в свою молдавскую деревню отправишься!
Аурика бесшумно удалилась. Она знала характер своей хозяйки и потому в таких случаях старалась не проронить лишнего слова, боясь нарваться на новый взрыв гнева Лилии. А сама Лилия опять опустилась на мягкий пуф перед зеркалом и насмешливым тоном спросила у своего отражения:
- Ну, что, первая красавица Москвы, опять нервы не выдержали? А ведь частенько они у тебя пошаливают последние годы! Может, уехать куда-нибудь на время, мысли в порядок привести, отвлечься? Например, в Париж? Хотя, что я там забыла, в этом Париже? Эх, вот гардероб обновить точно не мешало бы...
Вечером Лилии позвонила Вика. Полным именем она несостоявшуюся свекровь не называла никогда, хотя разница в годах у них была приличная. Но Вика любила Лилию, как родную дочь, и поэтому позволяла ей подобное обращение.
- Что случилось, Лилечка? - В голосе Вики звучало искреннее беспокойство. - Ты не приехала на премьеру! А мы так ждали тебя!
- Я плохо себя чувствую, Вика, - упавшим голосом сообщила Лилия, - сил не было собираться, ехать... Как там всё прошло? Как впечатления от премьеры?
- Прекрасно! Я ни минуты не пожалела, что приехала! Постановка очень интересная, актёры сыграли отлично, атмосфера прекрасная... Лиля, давай я загляну к тебе на днях? Я же переживаю за тебя, милая! Что там у тебя опять? Может, тебе ко врачу съездить?
- Не беспокойся, Вика, всё нормально. Небольшая хандра... С кем не бывает? А за тебя я рада, что у тебя такие хорошие впечатления от этого вечера остались!
Они поговорили ещё немного, а потом Вика сообщила, что в ближайшие дни, возможно, уедет из Москвы по каким-то семейным делам, пожелала Лилии скорейшего выздоровления и отключилась. А Лилия взяла другой телефон, который держала для самых личных контактов, и увидела послание от своего очередного поклонника, с которым совсем недавно познакомилась в Италии. Темпераментный красавец Лео из Неаполя очень хотел снова увидеть свою русскую красавицу и предлагал вместе отдохнуть на его вилле, где-то на Сицилии. Лилия отключила телефон, ничего не ответив влюбленному итальянцу. Потом ответит. Никуда этот дурачок не денется! Сколько у неё было таких воздыхателей! Сколько романов! Подарков! Интересных предложений! На старости лет будет что вспомнить! Да вот только сейчас Лилия почему-то вспоминает лишь одного. Вспоминает постоянно, как будто выполняет обязательный ритуал. Вспоминала того, кого никогда и не забывала. Да и как его можно забыть! Ведь из-за него она больше всех пролила слёз! И сердце её сильнее всех болело по вине этого человека! Но ведь любила, любила... Стрелецкая вынула из тумбочки фотографию, заделанную в деревянную рамку. Это их совместная фотография! Самая первая! Юная и влюблённая Лилечка тогда ещё верила в то, что их союз вечен, а её любовь взаимна и принесёт ей только счастье. А как может быть иначе, если ей выпало такое счастье - встречаться с самим Иваном Милерисом, кумиром миллионов женщин! И он тоже её любит! Любит! Лилия горько усмехнулась и убрала фотографию обратно. Если бы она тогда знала, наивная молоденькая Лилечка, по уши влюбленная в сладковолосого восточного красавца... Если бы знала, ЧЕМ для неё закончится эта любовь!
Вернувшись домой с очередной тренировки, Давид в очередной раз убедился в том, что в его семье что-то творится, а мама по-прежнему пытается делать вид, что всё в порядке, всё как обычно! Но только Давид интуитивно ощущал её обман, а также он был уверен в том, что внезапный отъезд отца в столицу связан как раз с этими проблемами, которые родители почему-то продолжают всячески скрывать от него. Но Давид больше не собирался им подыгрывать и решил пойти на откровенный разговор с матерью прямо сейчас. Сейчас или никогда! Он должен узнать правду!
- Прекрати, сынок, - выслушав его вступительную речь, ответила Алла, пытаясь сохранить спокойное выражение лица, - не придумывай того, чего нет. Рафаэль уехал по делам, он завтра вернётся и сам тебе расскажет, что... Что ничего страшного не происходит! - Женщина сочиняла фразы на ходу, и было заметно, что это давалось ей совсем не просто.
- Мама, ради Бога! - Давид уже не скрывал своего раздражения, чего делал крайне редко в общении с родителями, - Я не маленький и отлично вижу, что происходит что-то очень неприятное, но от меня вы это скрываете! Ты и папа! Оба! Как будто мне не двадцать четыре года, а максимум десять... Пойми, я никогда не поверю в то, что у нас всё нормально, и что папа уехал по срочным делам, причём что именно это за дела мне никто не объясняет!
- Ты прав, - помолчав, сказала Алла, опустив взгляд, - у нас есть кое-какие проблемы. И папа тебе всё объяснит. Как только вернётся из столицы. А потом... Потом нам, возможно, придётся уехать!
- Куда? - Услышав последнее, Давид разволновался ни на шутку. Теперь он точно знал, что ситуация действительно очень серьёзная, но до конца суть проблемы понять не мог. Хотя кое-какие мысли у парня уже появились, и он тут же поспешил их озвучить, - Мама, куда мы должны ехать? И зачем? От кого мы бежим? Неужели... у папы опять проблемы с теми людьми, от которых вы сбежали из России и Колумбии?
- Да, - твёрдо ответила Алла, стараясь при этом не смотреть сыну в глаза, - ты прав, это действительно ТЕ САМЫЕ люди! Они опять нас преследуют, Давид, и поэтому мы должны уехать из Коста-де-Эсмеральда как можно скорее!
- Нет! Мама, но... Как же наше ранчо? Как же бизнес папы? Он, что... Нет, только не говори, что он хочет всё продать? Что? Уже продал? - Давид не поверил своим ушам, - Нет, это какая-то дурная шутка... Папа всё продал и хочет бежать с острова... Но куда? Зачем? И почему нельзя решить эти проблемы с помощью полиции? Да-да! - Его тут же осенила великолепная идея, - У моего друга, из Кампо-Алегре, у Але брат работает в полиции! У него есть связи в столице! Я сам знаю Эдуардо, он отличный парень и может нам помочь...
- Нет! - Алла умоляюще посмотрела на сына, - Только не полиция! Прошу тебя, Давид, не вмешивай в это дело никого, иначе будет только хуже! Они, эти бандиты, имеют очень большие связи, - лихорадочно соображая, женщина была вынуждена сочинять на ходу, даже не задумываясь о том, насколько правдоподобно звучат её объяснения, - поэтому они могут убить и нас, и твоих друзей! Да-да, они не побоятся убить даже полицейского, поверь!
Взяв с сына клятву молчания, Алла поспешила удалиться - решила сходить в церковь, а Давид, оставшись в поместье совсем один, едва не завыл от бессилия и отчаяния. Они должны уехать из Коста-де-Эсмеральда! Навсегда! И где-то скрываться, прятаться всю жизнь! Но как же его жизнь, его друзья, его увлечения? Как же их поместье, которое было смыслом жизни его отца? Давид был готов разреветься, как в детстве, до чего ему было больно, обидно и страшно! Да, именно страшно, ибо неизвестность будущего Давида пугала так, как он ещё никогда ничего не боялся. Вся его жизнь прошла здесь, на этом прекрасном острове, и о будущем Давид до сегодняшнего дня даже не задумывался. Оно виделось ему абсолютно безоблачным и на сто процентов определённым. И вот, в один миг, когда Давид меньше всего этого ожидал, всё рухнуло, будто на их райский остров, налетело невероятной силы цунами... Или землетрясение. И у них больше нет ни земли, ни поместья, а сам Давид ходит по руинам своей прежней жизни, в надежде отыскать хоть что-то уцелевшее.
От отчаяния парень выскочил на улицу и сел за руль своего автомобиля. В тот момент он плохо понимал, что делает и куда едет. Перед его глазами пронеслась вся его жизнь. Он держался за руль, совершенно не глядя по сторонам. На одном из поворотов машина Давида едва не столкнулась с огромным трейлером, и понимая, что находится на волоске от гибели, Давид начал быстро крутить руль, но при этом где-то внутри себя парень ощутил такой ужас, какой прежде ещё не испытывал. Ему было ЗНАКОМО это чувство! Страх от приближающейся смерти!
...Когда Давид всё же добрался до Плайя-Реаль, единственным его желанием было напиться текилы до бессознательного состояния, забыться, а там будь что будет. Он не хотел думать о том, что будет завтра с ним и его семьей. Смертельная опасность, угрожающая ему и родителям, почему-то пугала его меньше, чем желание родителей во чтобы то ни стало уехать из Коста-де-Эсмеральда. Бросать всё - поместье, друзей, дорогие сердцу места - для Давида было равносильно убийству или заточению в тюрьме. Но сейчас он не хотел думать об этом, стараясь всячески отогнать от себя страшные мысли о том, что с ним и его семьей будет дальше. Он шёл вдоль моря, совершенно не глядя по сторонам. Потом остановился, размышляя, куда ему идти дальше, как вдруг позади себя услышал знакомый голос...
Давид оглянулся. Это она! Та самая рыжеволосая девушка из России. Сейчас она показалась ему особенно симпатичной - рыжие волосы заплетены в смешные хвостики, а на загоревшем от горячего южного солнца личике проступили милые и такие необычные для кожи местных смуглянок веснушки...
- Мария! - Он шагнул к ней, при этом испытывая сильное облегчение. Ему показалось, что на душе стало чуточку полегче.
...В жизни каждого человека наступает такой момент, когда ему обязательно нужно выговориться. А точнее поговорить по душам с каким-то человеком, которому он доверяет и который, как он считает, сможет его понять. В жизни Давида этот момент наступил, и поэтому, увидев Машу, он тут же, особо не задумываясь, зачем он это делает, рассказал девушке всё о том, что произошло с его семьей.
- Я привык к этому месту, - заканчивая свою историю, сказал Давид, при этом рисуя на песке какие-то непонятные геометрические фигуры, - здесь для меня всё родное, здесь мой дом, мои друзья... И я не знал, что проблемы с этими людьми всё ещё существуют. Но теперь... Теперь я понимаю, почему мама так волновалась за меня, когда я куда-то уезжал один или общался с иностранцами. Она боялась этих бандитов, от которых когда-то папа бежал из родной Колумбии.
- Значит, вы срочно уезжаете? - Маша слегка нахмурилась , - Продаёте всё и убегаете из страны?
- Да, именно так! Мы бежим! Мария, ты представляешь? Мы теперь всю жизнь будем скрываться! И самое главное, я не знаю, от кого и зачем! - Он со злостью швырнул небольшой камешек, который валялся на песке, в море, и опять повернулся к девушке, - Я ничего не понимаю, Мария. Ни-че-го! Мне кажется, что это просто дурной сон, кошмар, из которого хочется побыстрее проснуться...
- Всё это очень странно... - Немного помолчав, протянула Маша, глядя куда-то вдаль, - почему твои родители решили бежать именно сейчас? И почему они боятся обратиться в полицию? Неужели, эти люди настолько могущественны и опасны, что... Нет, всё равно я не понимаю...
- Я хочу уехать в Россию, - неожиданно произнёс Давид, серьёзно посмотрев на неё, - если нам придётся уезжать с острова, то я бы хотел вернуться в Россию. Больше я никуда не хочу ехать.
- Я могу помочь тебе. Если ты действительно этого хочешь...
- Спасибо, - он осторожно взял её за руку, - да, я действительно хочу в Россию. Пусть родители едут, куда хотят, а я хочу побывать в Москве. И жить хочу там...
- Но ты же никогда не жил в нашей стране... Нет, я не говорю, что у нас плохо, вовсе нет! Просто... Ты привык к другому климату, другим обычаям...
- Понимаешь, Мария... Я не знаю, как это объяснить, чтобы не показаться тебе сумасшедшим, но... У меня иногда возникает такое чувство, что я уже ЖИЛ в России! Что я говорил по-русски, видел снег, жил в окружении русских людей... Всё это уже было, я точно помню. Я помню русские церкви, пейзажи, даже зиму иногда вспоминаю... Снег, сугробы... Хотя я никогда этого сам не видел, понимаешь?
- Это голос крови. Ты же русский наполовину.
- Возможно. Но у меня такое чувство, Мария, что меня с Россией связывает нечто большее, чем просто кровь. Например, по отцу я колумбиец, но я совсем ничего не чувствую к Колумбии. И испанский, несмотря на то, что я его с детства знаю и свободно говорю на нём, для меня не такой родной, как русский. Знаешь, мне говорили, что в детстве я больше говорил по-русски, чем по-испански, а это значит, что русский язык мне роднее...
Маша тяжело вздохнула и, немного помолчав, заверила его, что обязательно ему во всём поможет. Они ещё немного поговорили о возможном переезде Давида в Россию и о перспективах его тамошней жизни, а потом... Это произошло будто бы само собой, тот поцелуй, о котором доселе Маша и мечтать не смела, но сейчас, когда копия, точная копия её любимого Ивана стояла перед ней, девушка не смогла устоять перед таким соблазном. Давид наклонился к ней, обнял, погладил по мягким, слегка вьющимся волосам, в которых играл огонь заходящего за горизонт солнца. Сейчас она казалась ему особенно прекрасной! Причём, не только внешне, но и внутренне - после этого разговора он почувствовал в Маше родственную душу, о встрече с которой он так давно мечтал. Поцеловав Машу, Давид испытал прилив нежности и счастья. Его больше не пугало его туманное будущее и неизвестность, теперь его жизнь обрела смысл, который подарила ему эта хрупкая рыжеволосая девушка....
...Алла почти заснула, сидя на диване в гостиной, когда до неё донёсся звук подъехавшей машины. Женщина резко вскочила, поправила платье и торопливым шагом направилась к дверям. Давид, наконец-то, он вернулся!
- Сынок, я волновалась за тебя! Ты уехал из дома в очень плохом настроении, и я очень боялась, как бы ты глупостей каких не наделал... Скажи, где ты был?
- Да тут я был, мам, ездил к морю да так... Прокатился по окрестностям. Нужно было проветрить голову и всё спокойно обдумать.
- Понимаю тебя. Но я всё же волновалась, ты уехал в таких расстроенных чувствах...
- Мне и сейчас ненамного лучше, мама, - не стал обманывать её Давид, присаживаясь в кресло, - но я хотя бы всё обдумал и кое-что решил для себя.
- И что? Что ты решил? - Алла присела рядом с сыном.
- Я уже взрослый, мама. Скоро мне будет двадцать пять. И я вполне могу жить самостоятельно...
- Конечно, но... Давид, к чему ты клонишь? Неужели, ты хочешь остаться здесь, на острове? - У Аллы опять в душе похолодело от ужаса. Не дай Бог, если Давид принял такое решение! Убедить его уехать будет очень трудно, а пугать сына жестоким мафиозо, для которого не существует никаких рамок и законов, женщина уже устала. Она никогда не умела красиво сочинять и уж, тем более, нагло и цинично лгать сыну.
- Нет, мама. Я уеду отсюда. Хотя мне будет очень грустно, но... Я всё решил. Я уеду в Россию.
Если и существует ад на Земле или какое-то его подобие, то для Аллы сейчас было бы легче оказаться там, чем услышать от сына подобный ответ. А сын, тем временем, не замечая, что твориться с сидевшей рядом матерью, продолжал:
- Я хочу переехать в Россию, мам, в Москву. Недавно я познакомился с одной девушкой... Она русская. Удивительная девушка, мама! Я хочу поехать с ней... Хочу жить в России, на своей исторической Родине, хочу там работать. Я уверен, что папины знакомые меня там не тронут, а прятаться всю жизнь и жить под чужими документами я не хочу. Это не жизнь, мама. Я хочу сам строить свою судьбу, даже если я потом и пожалею об этом...
- Ты... ты не знаешь, что говоришь! Ты сошёл с ума, Давид, спятил! Не можешь ты ехать в Москву, не можешь...
Дальше Алла не могла говорить. Рыдания душили её, а обида и страх, захлестнувшие её в тот момент, полностью лишали возможности нормально говорить. Она выбежала из комнаты, стараясь не слышать того, что кричал ей сын, пытаясь догнать её, и только оказавшись в своей спальне, запертой изнутри, перед иконой Пресвятой Девы, женщина смогла перевести дух.
- Девушка...Русская девушка... Это она! Эта рыжая девица, которая приезжала сюда! Это она во всём виновата! Она! Но я не позволю ей разрушить наши жизни, нет... Своего сына я буду защищать как тигрица, и если надо, то уничтожу эту проклятую девицу!
С такими словами женщина схватила со стола мобильный телефон и дрожащими от волнения руками начала набирать чей-то номер, при этом мысленно посылая всевозможные проклятия в адрес Маши.
Глава 5.
Сразу после вкусного ужина, на который сегодня подавали национальные блюда карибской кухни, Маша поднялась в свой номер и сделала видеозвонок Алёне. Разумеется, начали разговор девушки с обсуждения отдыха Маши - Алёна просила в деталях описывать ей свои впечатления от Коста-де-Эсмеральда, тамошней природы и экскурсий, и несколько раз спрашивала Машу о том, не завела ли та курортный роман с местным мачо или кем-то из отдыхающих.
- Нет, курортных романов у меня точно нет, - рассмеялась Маша, вспоминая сегодняшний поцелуй с Давидом. Нет, не могла она назвать поцелуй с сыном Ивана банальным курортным романом. Это было нечто большее, гораздо большее, чему Маша ещё не смогла найти какого-то определения или объяснения. Но она была так счастлива, что ей казалось, будто она может взмахнуть крыльями, внезапно появившимися у неё за спиной, и взлететь, медленно паря над землей, над чудесным морем...
- По тебе не скажешь, что у тебя нет никакого романа, - тут же заметила Алёна, - ну, Машка, колись, кто там у тебя! Рассказывай всё в подробностях, а то я уже умираю от любопытства.
- Перестань, Алён... Лучше помоги мне вот в каком деле, - Маша начала издалека, - только не спрашивай, зачем мне это нужно, я тебе при встрече всё объясню...
- Конечно, я помогу, говори в чём проблема, - с готовностью подхватила Алёна.
- Покопайся на форумах и сайтах про Ивана, пообщайся с кем-нибудь из его окружения, если сможешь, конечно...
- Ты о Милерисе? - Алёна нетерпеливо перебила подругу, - Прости, Маш, а с какой стати ты о нём вспомнила, отдыхая на курорте? Ах, ладно, ты ж просила - без вопросов... Могу Александру написать, ну, гитаристу его, помнишь мы с ним переписывались одно время? Он мне тогда всё комплименты писал и в Москву приглашал? В принципе, могу с ним списаться, если надо, только что спросить-то?
- Спроси - с кем у Ивана был роман незадолго до той аварии? Ну, кроме Стрелецкой, про неё и так в прессе достаточно. Пожалуйста, попытайся как-нибудь это выяснить - была ли у него ещё какая-то женщина в то время. Это очень важно!
- Мдя, ты меня всё больше и больше удивляешь, подруга. Я-то думала, что ты там морем и солнцем наслаждаешься, да обществом горячих латиносов, конечно, а она... Нашла где о Милерисе вспоминать! Нет, я, конечно, сама часто Ивана вспоминаю, но это уже перебор. Мы уже им отболели, подруга, пусть Иван покоится с миром, нечего ворошить прошлое...
- Алёна, это не прошлое! Для меня сейчас это очень важно... Ладно, так и быть, я тебе кое-что объясню. Я узнала, что у Ивана есть сын!
- Сын? - Алёна заметно побледнела и изменилась в лице, - Но откуда ты это взяла?
- Я сама его видела! Своими глазами... Он - молодая копия нашего Ивана, понимаешь? И поёт также. А его мать сама призналась мне, что родила его от Ивана...
...Заснуть в ту ночь ему так и не удалось. Пролежав несколько часов в постели с открытыми глазами и даже без намёка на лёгкую дрёму, Давид встал и спустился в сад. Ночь была по-настоящему южной и тёплой. Он присел на резную скамейку возле дом, задумался, залюбовался разбросанной по ночному бархату неба паутинкой звёзд. Закрыл глаза, с наслаждением вдыхая сладкий аромат ночных цветов. Но перед его глазами уже стояла другая картина! И в ней не было ни буйной тропической растительности, ни бирюзовых волн моря, ни раскидистых пальм... Пейзажи, которые видел Давид, были ему совершенно не знакомы - абсолютно голые, без единого листика деревья, чёрная, местами покрытая жёлтой сухой травой, земля. А с неба падают белые хлопья снега! И он радуется этому снегу, которым, постепенно белея, покрывается тёмная земля. Он ловит снежинки, прыгает от радости. И слышит чей-то голос... Тут Давид резко открыл глаза и вскочил. Ему показалось, будто его кто-то звал.
Оглядевшись по сторонам, молодой человек убедился, что в саду никого нет, но спокойнее на душе не стало. Давид задумался. Что это было, что за видение его только что посетило? Ведь он так отчётливо видел снег, деревья без листьев и даже слышал чей-то голос! Откуда взялось это воспоминание? Из прошлой жизни? Давид поёжился, несмотря на то, что на улице было достаточно тепло. Опять эти странные ощущения! Видения, страхи, голоса... Может, он постепенно сходит с ума? Нет, ему надо с кем-то поделиться своей проблемой. Но с кем? С кем?
...Сразу после завтрака, Маша решила прогуляться вдоль моря, на всякий случай прихватив с собой мобильный. Девушка надеялась, что ей позвонят Давид или Алёна, а потому расставаться со средством связи ей не хотелось ни на минуту.
Когда Маша уже бродила по пляжу, на котором несмотря на весьма ранний для курортной жизни час, было уже прилично много народу, позади себя она услышала чей-то знакомый голос.
- Почему не купаетесь, Мария? Водичка сегодня идеальная, прямо вылезать не хочется!
Она оглянулась и увидела Олега, который был одет в светлые спортивные шорты и майку. Он явно был в хорошем настроении и надеялся, что девушка разделит это прекрасное утро вместе с ним.
- Маша, вы подумали насчёт экскурсии? У меня сегодня свободный день, и я мог бы вас свозить на Агуа-де-Диаманте, например! Ну, как вам моё предложение? Обещаю, что к ужину мы вернёмся.
Все попытки Маши вежливо отказаться от предлагаемой случайным знакомым прогулки, были пресечены в корне - Олег не желал ничего слушать и настаивал на своём - они должны поехать к водопаду, а желания самой Маши его, похоже, совсем не интересовали.
Всю дорогу до Агуа-де-Диаманте Маша была будто на иголках. Она боялась, что её ищет Давид, а также не знала, что будет говорить, если ей позвонит Алёна и расскажет о том, что узнала от музыканта Милериса. Ей совершенно не хотелось впутывать во всё это Олега и, тем более, рассказывать ему про Давида и Ивана! Но,к счастью для Маши, всю дорогу до водопада её телефон молчал, а сам Олег совершенно не докучал её разговорами, чего поначалу опасалась девушка. Напротив, он молча вёл машину, и по его лицу было заметно, что он поглощен своими мыслями, которые для него куда важнее разговоров с Машей. За несколько километров до национального парка, на территории которого находился водопад, Олег предложил Маше выпить чего-нибудь прохладительного в небольшом кафе, возле которого они неожиданно затормозили. В парке, по его словам, напитки стоят намного дороже - там на всём местные делают деньги, как и в любом другом месте, куда ежедневно приезжают сотни туристов со всего мира.
Кафе оказалось небольшим, но уютным и немноголюдным. Мулатка в ярком платье принесла им прохладительные напитки, но Маше не очень хотелось пить. Больше хотелось умыть лицо прохладной водой, смыть с себя дорожную пыль и освежиться. Олег не стал возражать против её желания, и Маша убежала в туалет. Там она, первым делом, конечно, проверила мобильный, но, к счастью, ни одного пропущенного звонка не было, и Маша, немного расслабившись, решила умыться и привести себя в порядок...
Через десять минут, когда Маша возвращалась в зал кафетерия, девушка сразу же заметила, что Олег сидит к ней спиной и разговаривает с кем-то по мобильному, совершенно не обращая внимание на то, что происходит вокруг. Маша замедлила шаг и прислушалась.
- Я же сказал - не надо ничего предпринимать! Я сам займусь этой проблемой. Обещаю, что решу всё сам, Алла, можете не волноваться...
Алла? Маша замерла. И в этот момент Олег обернулся и, сразу заметив её, поспешил завершить свой разговор и отключить телефон.
- Звонили из России, - натянув на лицо безмятежную улыбку, сообщил он, - садитесь, Маша, я тут салатиков заказал, подумал, вдруг вы проголодались дорогой...
- Спасибо, - быстро ответила Маша, двигая к себе тарелку с овощным салатом. Аппетита у неё, конечно же, не было, а в голове крутилось лишь одно - неужели то, что она слышала, всего лишь очередное совпадение? Или она мыслит в правильном направлении, и Олегу звонила мать Давида? Но зачем? Что связывает его с этой семьей?
Москва, 2021 год.
...Сидя за столиком небольшого, но уютного московского кафе, профессор Белецкий в сотый раз помешивал стоявший перед ним кофе, который уже давным-давно остыл, но Михаил Иосифович даже не притрагивался к напитку. Он ждал, всматриваясь во всех, входящих в зал посетителей. Опять не она! Чёрт! Он выругался про себя, чего делал крайне редко. Только если уж очень доведут, как сегодня. Потом отодвинул от себя холодный кофе, достал мобильный и уже хотел было повторить последний вызов, как...
- Ждали меня, профессор? - Она села напротив него и велев молоденькому официанту принести ей минеральной воды, усмехнулась, - Извините, пробки в городе. Не по своей вине задержалась. Ну, так что, когда ОН приедет в Москву?
- Это пока не решено. Сами понимаете, всё не так просто. Но оттягивать его приезд я тоже больше не могу. Иначе будет подозрительно.
- Вы уверены, что он ничего не помнит?
- Гарантировать ничего не могу, к сожалению. Но... Скажем так, это очень маловероятно.
- И всё же вероятность есть? Пусть даже самая минимальная?
- Мой человек изучает этот вопрос. Но откладывать его приезд я больше не могу.
- Конечно, ведь вы надеетесь прославиться на весь мир! - Она горько усмехнулась, - Может быть, Нобелевскую премию даже получите! За свою работу! Хм... Работу! - Она хлебнула воды из стакана, сморщилась и, отодвинув стакан, добавила, значительно понизив тон, - А ведь я много знаю о вас, Михаил Иосифович. И если я сама пойду ко дну, то и вас за собой потяну. Так и знайте!
Белецкий на мгновенье замялся, не зная, что ответить на явную угрозу, а его собеседница, поняв, что ей удалось добиться желаемого, тут же подозвала официанта и попросила принести ей ликёра.
- Я уверяю вас, - нервно сглотнув, сказал Белецкий, стараясь при этом не встречаться с ней взглядом, - что никто ничего не узнает. Даже если он ЧТО-ТО вспомнит, в это никто не поверит. Поэтому прошу вас не беспокоиться.
- И всё же нам лучше не встречаться с вашим... Ну, вы сами поняли, о ком я. Поэтому я пока на время уеду из Москвы. А там видно будет. Надеюсь, что вы понимаете, профессор, как вам самому это невыгодно.
Он опять промолчал. Отвечать было нечего. Всё уже сказано, теперь оставалось только ждать. Белецкий молча посмотрел на сидевшую напротив него женщину. Она выглядела вполне спокойно - взяла со стола бокал с ликёром, пригубила его, потом криво улыбнулась и добавила:
- Вам бы следовало расслабиться и подумать о хорошем. В конце концов, вы можете стать знаменитым. В какой-то степени вы сейчас должны чувствовать себя Богом...
- Вы не понимаете, о чём говорите. Я тысячу раз пожалел о том, что сделал! Уверяю вас! - Он тяжело вздохнул, помолчал немного, глядя куда-то вдаль, а потом начал медленно подниматься из-за стола, - Я сам заплачу за всё, - сказал он, подзывая к себе официанта, - если, конечно, вы не хотите ещё что-нибудь заказать...
- Нет, я сейчас поеду домой. Буду готовиться к отъезду. Позвоните мне сами, когда всё будет известно.
Коста-де-Эсмеральда, 2021 год
Телефон, выполнявший функции фотоаппарата, выключился неожиданно, когда Маша меньше всего этого ожидала. "Батарейка разрядилась" - с досадой подумала девушка, убирая устройство в сумку. Вот уже третий час они с Олегом бродили по заповеднику "Агуа-де-Диаманте", и всё это время Маша снимала природные красоты карибского острова, не переставая, даже забыв, что её телефон не был заряжен перед поездкой. Теперь до неё никто не дозвонится и снимать нельзя! Она остановилась и решила хоть немного сама, без постоянного фотографирования и съёмок на видео, полюбоваться открывшимся перед ней пейзажем. Настоящий рай! Экзотические цветы и растения на каждом углу, разноцветные, пархающие в воздухе бабочки, стаи розовых фламинго, птички колибри... И, конечно же, сам водопад! Величественное, неповторимое зрелище! Огромные потоки сверкающей в лучах солнца воды с силой падают с крутого обрыва в озеро. Нечто подобное, по словам Олега, он видел только на Ниагарском водопаде, когда ездил в командировку в Чикаго. Маша же, которой никогда прежде не приходилось видеть ничего подобного, буквально замирала от восторга, глядя на это грандиозное творение природы. На некоторое время девушка даже забыла обо всём, что заполняло её мысли все последние дни, что она провела на этом чудесном, райском острове. Однако забвение длилось недолго, и стоило молодым людям покинуть парк, как мысли Маши опять вернулись к тому, что она услышала совсем недавно от своего спутника. Девушка практически не сомневалась в том, что Олег общался с матерью Давида!
- Какую же красоту может создать природа, - восхищенно говорила девушка, когда они уже покинули заповедник, - человеку никогда не создать ничего подобного, как бы он ни старался. Даже сейчас, когда у человека под рукой современные технологии и огромные знания в различных областях науки, соревноваться с природой нам бесполезно.
- Почему? - Олег внимательно посмотрел на свою собеседницу. Несмотря на то, что он был погружен в свои невесёлые мысли, высказывание Маши его задело за живое. - Простите, Мария, но вы, наверное, далеки от современной науки, раз так думаете. Сегодня наука зашла очень далеко, поверьте. И сегодня человек действительно может поспорить с природой.
- В чём? Разве человек может создать сам, без природного участия хотя бы малую часть того, что создано природой? Вся эта красота вокруг - горы, леса, море, небо - всё это создано природой. Как и мы с вами тоже. Сам человек творение природы, и с этим невозможно поспорить. И никакая наука, никакие современные технологии не сможет повторить этого.
- Вы ошибаетесь, Мария. Очень ошибаетесь. Сейчас человек добился невозможного, и скоро мы сможем победить самое страшное, что есть в нашей жизни. Человек сможет победить смерть.
- Интересно, как это возможно, Олег? Неужели, реально воскресить умершего человека? Или вы говорите о каком-то чудо-лекарстве от всех болезней, которое может гарантировать человечеству бессмертие?
- Возможно и такое, - уклончиво ответил тот, и тут же сменил тему, предложив Маше купить сувениры, которое продавались в лавках у выхода из заповедника. Понимая, что он не хочет больше продолжать их спор, Маша поддержала тему сувениров, про себя подумав, что ей надо бы что-то купить для родителей, коллег и друзей - возвращаться без подарков из поездки в далёкую и экзотическую страну девушке было просто неприлично. А Олег, наблюдая за тем, как она рассматривает посуду и украшения, выполненные местными мастерами, опять подумал, что будь он сейчас на самом деле на отдыхе, то непременно увлёкся бы этой удивительной девушкой. Но сейчас ему было не до этого. Главное, это помочь Алле и Рафаэлю. А также не допустить, чтобы Маша узнала правду про Давида. Тяжело вздохнув, Олег направился к Маше...
Зайдя в гостиную, Алла увидела сына и тут же решила опять завести с ним разговор о предстоящем отъезде. Дело в том, что пять минут ей звонил муж из столицы, и сообщил о том, что поддельные паспорта у него на руках, и в скором времени они покинут Коста-де-Эсмеральда, и отправятся в Южную Америку.
- Я не хочу препятствовать вашему решению, - сказал Давид, внимательно выслушав мать, - вы можете ехать, куда считаете нужным. Но я уже всё решил. Если мы не можем остаться здесь, на Коста-де-Эсмеральда, то я поеду в Россию. В другие страны я не поеду.
- Но что ты будешь делать в этой далёкой, холодной стране, сынок? Ты же там никогда не был и не представляешь, что это за страна!
- Это далёкая и холодная страна, как ты выразилась, мама, твоя Родина! И моя тоже! Я же русский наполовину! И я отлично знаю русский язык! А вообще, мама, я тут подумал на досуге и пришёл к выводу, что вы с отцом ведёте себя странно. Вы боитесь именно России, при этом говоря, что прячетесь от колумбийской мафии. Не логичнее ли было бы спрятаться именно там, в далёкой и холодной России, где никакая мафия нас точно не найдёт!
- Они везде нас найдут, Давид, это такие люди... Они не остановятся ни перед чем! Для них не существует никаких границ и препятствий...
- И всё же это выглядит очень странно, мама, - задумчиво произнёс Давид, продолжая пристально смотреть на Аллу, - мы больше двадцати лет спокойно жили здесь, на этом острове, где полно колумбийцев, и где этой самой мафии нас найти было совсем не сложно, а сейчас, вместо того, чтобы сбежать действительно подальше от них - в Россию, Китай, Австралию... Не знаю, куда ещё, мы будем прятаться от них в Южной Америке! Признайся, мама, вы с отцом скрываетесь не от колумбийской мафии, а от кого-то из России! Ведь это очевидно! К сожалению для вас, мама, я уже не ребёнок и прекрасно вижу, что происходит у меня под носом!
С такими словами парень резко повернулся и направился к выходу. Он отлично понимал, что всё бесполезно, и здесь он не найдёт ответа на свои многочисленные вопросы. Но также он знал, что есть ещё один способ выяснить правду, и именно этот вариант он и прокручивал в голове, когда садился в машину, намереваясь ехать, конечно же, в Плайя-Реаль!
Олег чувствовал себя разбитым после сегодняшнего путешествия к водопаду. В другое время он был бы доволен тем, что провёл почти целый день в обществе такой милой и приятной девушки, как Маша, но сегодняшняя их прогулка не была для Олега романтическим приключением, он просто хотел увезти девушку подальше от Фернандесов, опасаясь, что разозлённая любопытством девушки Алла, может причинить ей вред. Он тяжело вздохнул. И надо было этой хорошенькой рыжеволосой красотке оказаться фанаткой Миллериса! От этих мыслей его отвлёк звонок с рецепшна. Его срочно вызывал вниз сеньор Фернандес, который ждал его в холле отеля. Подумав, что это Рафаэль, который уже вернулся из столицы, Олег быстро оделся и поспешил вниз. Какого же было его удивление, когда вместо Рафаэля он увидел перед собой Давида! Олег поначалу очень растерялся, но потом, быстро сообразив, что делать, тут же поспешно увёл парня на улицу, сказав, что он как раз собирался прогуляться до городка перед сном. А про себя лихорадочно думал только об одном - хоть бы Маша не увидела их вместе!
- Родители хотят уехать из страны, - сказал Давид, как только они вышли из отеля, направляясь в сторону набережной, где по вечерам обычно гуляли отдыхающие, - они говорят, что бегут от какого-то давнего папиного врага из Колумбии, который хочет всех нас убить, но я им не верю. Я знаю, что всё это как-то связано с Россией и с вашим приездом, сеньор. И я хочу знать правду. Кто вы и зачем вы приехали? И от кого на самом деле бегут мои родители? Или от чего?
Понимая, что любой его ответ может ещё больше навредить Фернандесам, Олег, лихорадочно соображая, что ему сказать Давиду, решил потянуть время вопросами. Начал спрашивать того, мол, почему ты так решил, что говорят родители и прочую ерунду. Но Давида это, похоже, разозлило ещё больше.
- Вы считаете меня дураком, да? - Он уже почти кричал на своего собеседника, - Я устал, что все вокруг мне лгут. Надоело! Хочу знать правду! И я знаю, что вы можете мне её сказать.
Тем временем они уже вышли с территории отеля, но решили идти не на набережную, где им всё равно не дадут спокойно поговорить - вечером там было очень шумно, а из многочисленных кафе, которые стояли вдоль набережной, наперебой играла громкая музыка, и потому Олег и Давид пошли на пляж, где вечером было почти безлюдно.
- Я не в курсе проблем ваших родителей, Давид, - Олег решил, что лучше всего ему пока просто изображать непонимание, - но я бы посоветовал вам дождаться отца и самому с ним поговорить. Уверен, он сможет ответить на ваши вопросы.
Давид хотел что-то ответить, но в этот момент они услышали чей-то крик. Оба мужчины мгновенно обернулись на этот крик и переглянулись между собой. Без сомнений, кричала женщина. И тут же, всего через несколько секунд спустя, они увидели высокую тёмную фигуру, которая, конечно же, принадлежала нападавшему на кричащую женщину. Сейчас этот мужчина бежал в противоположную от них сторону, туда, где заканчивалась территория отеля и начинались буйные заросли вечнозелёного тропического леса.
- Помогите! - Донеслось до них снова. Мужчины ускорили шаг, направляясь к тому, кто звал на помощь. Долго идти не пришлось, так как вскоре на песке они увидели девушку, которая пыталась подняться, но почему-то не могла сделать это самостоятельно.
- Что с вами? - Первым отреагировал Давид, - Что произошло, сеньорита?
Какого же было его удивление, когда наклонившись над пострадавшей, он увидел, что ею оказалась никто иная, как его недавняя подруга, российская журналистка Мария Горностай!
Глава 6.
Несмотря на то, что на обратном пути до Плайя-Реаль, Машу всю дорогу клонило в сон, оказавшись в номере отеля, девушка быстро поняла, что лечь пораньше и отдохнуть после утомительной прогулки, у неё не получится. Первым делом Маша связалась с Алёной, надеясь узнать какие-нибудь новости.
- Как же я тебе завидую, Машенька! - Воскликнула Алёна, едва услышав голос подруги, - А у нас, представь, опять пошёл снег! Все дороги занесло! Ужас, а не погода, одним словом. Сугробы такие, как зимой. А у вас там, наверное, как всегда, тепло...
- Да, даже дождя сегодня не было, - похвалилась Маша, - но к ночи обещают грозу! Сейчас уже вечер, и на небе, похожи, собираются тучи, так что скоро начнётся...
- Всё равно это лучше, чем сугробы снега по колено! Ладно, подруга, как я понимаю, ты звонишь не о погоде поговорить. Узнала я тут кое-что, кажется...
- Что именно? - Голос Маши дрогнул от волнения, - Что ты узнала?
- Списалась по твоей просьбе с Александром, гитаристом Ивана. Прикинь, подружка, этот стареющий ловелас меня тут же вспомнил! Увидел мои новые снимки из Египта, которые я выложила в соц. сети и сказал, что я ещё больше похорошела... Ой, извини, опять я не о том. Так вот, я его спросила про Ивана и его последнюю любовь. Сказала, что интересно вот стало, с кем мой кумир был последние дни своей жизни, кто была та женщина, о которой он, наверняка, думал в последние минуты...
- И что? Что тебе сказал Александр? - Маша больше не могла ждать, её сердце билось так, будто в любую секунду готово было выскочить из груди.
- Это была НЕ Стрелецкая, вот что мне сказал этот ловелас, Маша! Это была ДРУГАЯ ЖЕНЩИНА! Накануне того несчастья наш Иван влюбился в другую...
- Кто она? Кто была эта женщина? Как её звали?
- Она была израильтянкой, Маш. То есть она родилась в СССР, но потом её семья иммигрировала в Израиль. Наш Иван познакомился с ней, когда давал концерт в Иерусалиме. И сразу же влюбился в неё...
- Она была замужем? - Маша уже понимала, что спрашивает полнейшую ерунду, но всё же не смогла удержаться от вопроса, который мог бы поставить окончательную точку в этой истории.
- Нет, дорогая, она точно не была замужем. Она была музыкантшей. И потом они с Иваном встречались в Берлине и Праге, где тот давал концерты после Израиля. У них, кажется, было серьёзно, по крайней мере Саша так сказал. Иван был очень увлечён этой девушкой и был готов порвать со Стрелецкой.
Быстро поблагодарив подругу за проделанную работу, Маша наскоро попрощалась с ней и тут же отключилась, желая остаться в тишине и подумать над тем, что она только что узнала. Информация, которую она только что получила от подруги, настолько застала её врасплох, что девушка даже забыла о своей усталости, и сама не помня как, Маша поспешно выбежала из своего номера. И только оказавшись на улице, возле отеля, девушка поняла, что она даже забыла электронный ключ, и теперь она не могла самостоятельно войти в номер, для этого теперь требовалась помощь работников отеля.
- Нельзя же так бурно на всё реагировать, ведь я уже не ребёнок! - Прошептала самой себе раздосадованная девушка, - Теперь вот придётся разбираться с этим входом. И как я могла быть такой невнимательной? Выбежала из номера, как ошпаренная, а всё потому, что Алёна подтвердила мои подозрения. Не были знакомы мать Давида и Иван! Она лжёт, я в этом абсолютно уверена. И теперь это становится ещё более очевидным! Последние месяцы своей жизни Иван провёл за границей, где влюбился в девушку из Израиля! А когда вернулся в Россию, то, наверняка, был занят более важными делами - объяснением со Стрелецкой, например. Конечно, чисто теоретически можно допустить такой вариант - Иван вернулся в Москву и, уставший, огорченный разлукой со своей израильской возлюбленной, встретил Аллу, которая его соблазнила, и они провели вместе ночь. Последнюю ночь в жизни Ивана. А потом... Почти через десять месяцев... Интересно, может ли беременность так затянуться? Но пока это единственное логичное объяснение, которое приходит на ум, хотя и эта версия, конечно, так себе. И всё же... Если Алла меня обманула, и Давид не сын Ивана, то тогда КТО ОН? И как в таком случае объяснить их сходство?
Неожиданно вынырнув из своих размышлений, Маша вдруг поняла, что пока она пыталась разгадать тайну рождения своего нового знакомого, ноги унесли её на пустынный пляж, где в такое время суток уже редко можно было встретить отдыхающих. И особенно сегодня, когда с моря дул неприятный порывистый ветер, само море сильно штормило, а всё небо было покрыто тёмными грозовыми тучами.
- Точно будет гроза, - Маша подняла голову и заметила, что на небе не видно ни одной звезды. Только размытый силуэт Луны едва проглядывает сквозь тёмное покрывало грозовой тучи. Маша поёжилась, но уходить не хотелось, ибо из-за истории с ключом её ждал неприятный разговор на рецепшне. А хотелось расслабиться и немного побыть в тишине, разложить по полочкам свои мысли и просто успокоиться. Переварить информацию, как обычно говорит в таких случаях Машина мама. Вот и сейчас Маша именно переваривала информацию.
Вдыхая сладкий запах экзотических цветов, который тянулся с берега, и свежий, пропитанный водорослями и йодом, аромат моря, Маша шла по пляжу, отдаляясь от отеля и набережной, с которой доносился шум музыки и голоса отдыхающих. Маше сейчас хотелось тишины и уединения, а потому она шла в том направлении, где начиналась курортная зона городка, и где было тихо и можно было побыть наедине со своими размышлениями, морем и ветром. Снова и снова прокручивая в голове слова Алёны, Маша совсем не заметила, как возле неё появился какой-то человек, лица которого она так и не разглядела. Не успела. Мужчина быстро схватил её и повалил на землю, замахнувшись над её лицом своей громадной рукой...
- Помогите! На помощь! - Это всё, что в этот момент могла выкрикнуть испуганная девушка, - Помоги...
Удар, который нанёс её обидчик, был такой сильный, что Маша, казалось, вот-вот потеряет сознание, но она всё ещё могла говорить и потому повторила призыв о помощи, всё ещё надеясь на чудо. И в этот момент ей показалось, как со стороны отеля по пляжу метнулись две мужские фигуры. Они явно услышали её крик и бежали на помощь. Похоже, их увидел и нападавший на неё бандит, ибо в следующую минуту он сам бросился бежать, правда, совершенно в противоположную сторону...
- Что с вами? Что произошло, сеньорита? - Услышала она, и подняв голову, увидела над собой такое знакомое, даже казалось родное лицо...
Первые пять минут Маша прорыдала на плече Давида. Он всячески пытался её успокоить, пытаясь узнать, не причинил ей вреда нападавший. Сквозь слёзы Маша заверила его, что негодяй не успел ничего ей сделать, только уронил на песок и ударил. И тут же убежал, увидев их с Олегом. Сам Олег всё это время стоял в стороне, молча наблюдая за тем, как Давид утешал Машу, считая, что сейчас не время ему вмешиваться и заострять внимание Маши на том, что они с Давидом знакомы. Вот этого ему сейчас хотелось меньше всего! Мало того, что ему перед парнем нужно объясняться, так теперь ещё и Маша, наверняка, захочет понять, что именно связывает его с Фернандесами. Тяжело вздохнув, Олег подумал про себя, что сейчас не время думать об этом, хотя тут же промелькнула мысль, что пора как-то выпутываться из этой истории, и чем скорее, тем лучше.
Давид сам решил вопрос с ключом от Машиного номера - ему это было не сложно, так как на рецепшне в тот вечер была его знакомая. А Олег, тем временем, принёс для Маши чашку чая из бара, при этом пытаясь убедить её показаться врачу.
- Со мной всё в порядке, правда, - отхлебнув немного чая, ответила девушка, - я только испугалась, честное слово! Правда, - она невесело усмехнулась, отставив в сторону чашку с недопитым чаем, - теперь придётся замазывать синяк на лице и носить тёмные очки, чтобы не пугать отдыхающих.
Вскоре вернулся Давид и предложил помочь Маше набраться до номера. То же самое предложил и Олег. Девушка заверила обоих, что в этом нет необходимости - она уже пришла в себя, шок прошёл, а чувствует она себя вполне нормально.
- Ты не запомнила лицо нападавшего? - Неожиданно спросил Давид, помогая Маше подняться с дивана.
- Нет, я не успела его рассмотреть. Да и темно было! Я даже не поняла его намерений... Кто это был - вор, маньяк или просто хулиган. Хотя я сама виновата в том, что произошло, - Маша тяжело вздохнула, вспоминая о том, как она, пытаясь убежать от людской толпы, оказалась на пустынном пляже, - не надо было мне идти в ту сторону пляжа, да ещё и в такое время.
- Вообще, всё это очень странно, - задумчиво произнёс Давид, - в нашей стране совершенно нет преступности, а уж в Плайя-Реаль нападения на туристов вообще большая редкость. Полиция очень строго наказывает грабителей и просто хулиганов, у нас с ними не церемонятся, как в других странах Латинской Америки...
- Извините, мне срочно нужно отойти, - перебил его Олег, - нужно позвонить домой, в Москву...
И не дожидаясь ответа Маши и Давида, он быстрым шагом направился к лифту, по пути достав из кармана свой мобильный. Страшная мысль сверлила мозг Олега, и ему очень хотелось убедиться в том, что он не прав, иначе...
- Алла? - Услышав, что ему ответили, сказал он, - На Марию Горностай только что напал неизвестный, когда она гуляла по пляжу. С ней всё в порядке, но... Вы не имеете отношения к этому нападению? Скажите честно, Алла, не вы ли подослали этого мужчину, чтобы он напал на Машу?
- Что с этой девицей? - Игнорируя его вопросы, поинтересовалась женщина, - Её побили? Ограбили?
- К счастью, негодяй, который напал на неё, не успел ничего сделать. Мы с Давидом очень вовремя подоспели...
- С Давидом? Мой сын тоже там ? О, Господи, опять он с этой русской...
- Алла, послушайте меня внимательно! Маша может обратиться в полицию. Этого человека могут найти. Вы понимаете, чем это для вас обернётся?
- Прекратите сейчас же! - Раздраженно бросила женщина, - Я не позволю вам ни в чём меня обвинять. Эта девица сама во всём виновата! Она сама виновата!
На этом Алла отключилась, в сердцах швырнув свой мобильный в угол. И поднимать его женщина не собиралась. Она нервно прошлась по комнате, потом повернулась, остановившись перед огромным букетом роз, которые она срезала всего несколько часов назад. Это были золотисто-кремовые, полураспустившиеся бутоны, раньше это был один из любимых сортов Аллы. Но сейчас женщина вовсе не любовалась прекрасными розами, напротив, подойдя к ним поближе, она вдруг начала яростно обрывать лепестки цветов, кроша их на пол.
- Проклятая девица, - шептала Алла, продолжая уничтожать несчастные, ни в чём не повинные цветы, - я не позволю ей отнять у меня сына, не позволю...
Она остановилась лишь тогда, когда от роскошного букета остался лишь один нетронутый цветок. Отойдя от вазы, женщина медленно опустилась на стоявший рядом диван и, закрыв лицо руками, тихо заплакала.
Москва, 2021 г.
Стоя перед открытыми чемоданами, Лилия Стрелецкая в очередной раз прикидывала в уме, всё ли она взяла из того, что ей может понадобиться в поездке.
- А вообще, зачем я ломаю голову над какой-то ерундой? - Она отошла от чемодана и подошла к зеркалу, - В Европе я могу купить себе всё, что захочу. Тем более, что уже давно пора обновить гардероб и избавиться от этого, давно вышедшего из моды, старья.
В дверь постучали. Лилия нехотя откликнулась, ожидая, что это опять Аурика с какой-нибудь бытовой ерундой - снова сломался электрический чайник, например, или посудомоечная машина.
- К вам пришли, - услышала она за дверью тоненький голосок служанки, - это Виктория Милерис.
- Предложи ей что-нибудь выпить и скажи, что я скоро выйду, - сказала Лилия, при этом думая о том, что привело к ней Вику. Спустя пятнадцать минут Лилия уже сидела напротив давней подруги и рассказывала ей о своём решении уехать из Москвы.
- Как? Ты уезжаешь? Но надолго ли, дорогая? - В голосе Виктории она уловила заметное разочарование.
- Я пока ничего не решила, Вика. Но думаю, что пока некоторое время побуду в Европе. Хочу навестить знакомых, живущих за границей, отдохнуть от Москвы, обновить гардероб...
- У тебя появился поклонник, Лиля? Тот самый, о котором ты тогда говорила, да? Это к нему ты собираешься?
- Между нами нет ничего серьёзного, поверь, Вика, у меня таких поклонников... Да ты сама всё знаешь. Вряд ли этот станет исключением. Он, конечно, приятный мужчина, да и моложе меня аж на двенадцать лет, но я не воспринимаю его всерьёз.
- Ты всё ещё любишь Ваню, не так ли? - Виктория внимательно посмотрела на собеседницу, - Ты так и не смогла забыть его?
- Такие, как Иван, не забываются, Вика. Ты и сама это прекрасно понимаешь. Он был особенным. Таких на свете больше нет.
- Я тебя отлично понимаю, - Виктория горько вздохнула. В этот момент она как будто постарела на пару десятков лет - на лице вдруг прорезались старческие морщины, сапфировые глаза потускнели, уголки губ опустились вниз, - очень жаль, что вы с ним так и не поженились! Вы были такой красивой парой, дорогая. И у вас могли быть такие прекрасные дети...
Виктория не могла сдержать слёз. Достав из кармана кружевной платок, женщина начала поспешно вытирать покрасневшие глаза, она будто бы стеснялась этих слёз, слёз по сыну, которого давно должна была оплакать и со смертью которого давно должна была смириться.
- Я всё понимаю, - Лилия пересела на диван и взяла подругу за руку, - дорогая, не стесняйся своих слёз, прошу тебя. Я сама часто плачу, вспоминая Ивана... Да, мы могли стать с тобой родственницами, если бы...
- Ты и так мне как дочь, Лилечка! - Насухо вытерев лицо, Виктория поспешно спрятала платок и улыбнулась. И в эту же минуту опять сильно преобразилась, снова сбросив с плеч пару десятков лет. Это опять была молодая энергичная женщина, очень элегантная и решительная, которую никак нельзя было назвать старухой. - Только ты тогда поддержала меня в моём горе! Если бы не ты, дорогая, я бы, наверное, тогда сошла с ума! Спасибо тебе за всё, Лилечка! И, пожалуйста, звони мне почаще из Европы. Я буду очень скучать по тебе, родная моя.
"Если бы ты только знала, Виктория Милерис, - думала в это время Лилия, наблюдая за сидевшей рядом с ней женщиной, - если бы ты знала, КТО на самом деле во всём виноват..."
Коста-де-Эсмеральда, 2021 год.
...Он снова увидел это лицо. На сей раз даже более отчётливо, чем прежде. Холодные серые глаза, похожие на цвет грозовых туч, немного раскосые, которые смотрят из-под чёлки пепельно-русых волос. Это была незнакомая женщина, но Давида почему-то пугало её лицо. И сейчас, когда видение стало таким явным, таким реальным, он, наконец, понял, что именно его пугало. Её взгляд. В нём Давид уловил такую ненависть, с какой он никогда ещё не встречал за всю свою жизнь. Эта светловолосая сероглазая женщина была полна ярости, она хотела причинить ему зло, и он отчётливо понимал это, чувствую почти смертельную опасность. Кто она? Почему он опять видит это лицо? И этот страх? Он опять чувствует сильный страх, но на сей раз смертельная опасность исходит от этой женщины. Давид открыл глаза и увидел, как молния озарила его комнату. После чего последовал сильнейший раскат грома, ударило где-то совсем близко, кажется, прямо над их домом. Давид подошёл к окну. Ливень, какой бывает только в тропиках, хлестал по стеклу, щедро поливая склонившиеся к земле растения в саду. Глядя на дождь, Давид снова и снова о Маше, вспоминал её огненно-рыжие волосы, такие нежные и приятные на ощупь. Ему хотелось гладить и целовать их, они казались ему волшебными... Давид вдруг вспомнил, как в далёком детстве, когда мама читала ему европейские сказки (в том числе и русские), мальчик часто рисовал в своём воображении героев сказок. Принцы и царевичи ему казались высокими, стройными и очень мужественными блондинами с аккуратной бородкой и добрыми тёмно-синими глазами. Принцессы же, а также царевны и другие главные героини сказок, выглядели в представлении Давида очень миниатюрными, лёгкими, казалось бы воздушными, с очень нежной белой кожей и мягкими золотисто-медными кудрями. Сейчас, вспоминая Машу, Давид вдруг понял, что привлекло его в этой девушке. Конечно, она напомнила ему тех самых принцесс из далекого и очень счастливого детства. Она была живым воплощением его детских грёз.
Но кто же эта женщина из его странных видений? И почему в её взгляде столько злобы, ненависти и... боли? Да, именно боли! Новый раскат грома заставил Давида вздрогнуть. Хотя он никогда не боялся грозы, но сейчас ему было очень неспокойно на душе, и гроза только усиливала его непонятно откуда взявшуюся тревогу.
- Кто я такой? - Прошептал он, всматриваясь в чёрное небо, которое только что рассекла пополам белая стрела молнии, - Почему иногда мне кажется, что я не тот человек, которым я как бы являюсь? Но кто я тогда? И откуда эти странные ощущения, воспоминания, видения? Может, я не здоров, и все тревоги моих родителей связаны именно с этой моей болезнью, о которой они мне никогда не говорили?
Эта мысль показалась Давида логичной. И как же он раньше не догадался до этого! Теперь нужно было серьёзно поговорить с родителями. Причём лучше поговорить с отцом. На его откровенность Давид больше рассчитывал, а мать... Она сильно переживает, и в глубине души Давиду было очень жаль её. Вот только закрывать глаза на правду он больше не собирался. И как бы тяжело ему ни было, он должен знать всё о том, что так тщательно скрывали от него родители.
Наутро от ночного ливня остались лишь многочисленные лужи, день был необыкновенно солнечным и жарким. Мужчина, спрятавшись под раскидистой пальмой, то и дело оглядывался по сторонам. Не идёт ли тот, кого он ждёт. Нет, тишина, слышно лишь голоса птиц из леса и шум ветра. Мужчина недовольно сплюнул и посмотрел на часы. Неужели его обманули? Такого он не допустит, ни в коем случае! Он не такой идиот, чтобы даром рисковать своей жизнью!
- Извините, - услышал он негромкий голос позади себя. Обернулся. Конечно, это она! Не обманула! Пришла всё же, хотя и опоздала на целых десять минут.
- Я уже давно вас жду, - тут же выпалил он, - вы принесли...
- Да, вот ваши деньги,- женщина вынула из кармана свёрток, - задержалась из-за того, что...
- Это не важно. Мне всё равно, почему вы задержались, - он быстро пересчитал деньги, - но этого мало! Мы договорились о сумме, которая вдвое больше этого!
- Вы тоже плохо сделали свою работу. Вас чуть было не поймали! А девчонка отделалась лёгким испугом!
- А вы чего хотели? Что бы я убил её? - Мужчина изумленно посмотрел на свою заказчицу.
- Нет, но хотя бы покалечили. Сломали бы ей руку или ногу. Или бы так напугали, что она улетела бы домой первым же рейсом!
- Ну, знаете... Мы о таком не договаривались, сеньора Фернандес. А сумму вы обещали мне больше. Так что или денежки, сеньора, или я заговорю. Расскажу всё вашему сыну...
- Вы не посмеете! - Голос Аллы (а это была именно она) задрожал от испуга, - Вас посадят в тюрьму! И вы ничего не докажите... Ничего!
Он лишь усмехнулся в ответ, а потом, вынув из кармана брюк мобильник, включил в нём диктофон, на который он только что записал весь их разговор.
- Вы отправитесь в тюрьму со мной! Имейте в виду! И не вздумайте больше меня обманывать! Гоните деньги, скорее, иначе потом вы очень пожалеете об этом...
...Наутро Давид и Маша встретились в порту Плайя-Реаль, где решили вместе позавтракать и обсудить всё то, что произошло накануне. К счастью, Машин синяк был почти незаметен (конечно, тут не обошлось без тонального крема, но результат был на лицо), да и чувствовала себя девушка значительно лучше, чем вчера.
- Пообещай мне, что больше не будешь вечером заходить в безлюдные места, - серьёзно сказал Давид, внимательно глядя на Машу, - конечно, у нас очень безопасная страна, и подобные нападения здесь большая редкость, но, как говорится, береженного Бог бережёт. Лучше не рисковать.
- Ты прав, я действительно вчера поступила очень необдуманно. И уже извлекла из этого урок. Поэтому даю торжественную клятву, что этого больше не повториться, - она виновато улыбнулась, - обещаю, что впредь буду более осмотрительной и осторожной. Но... Давай оставим эту тему, ладно? Лучше расскажи, как прошёл разговор с твоей мамой? Ты сказал ей о своём решении уехать в Россию?
Давид ответил не сразу. Он опять смотрел молча на Машу и думал про себя о том, как же она красива. Сегодня она была особенно хороша в изумрудно-зелёной блузке, на которую огненными волнами спадали её прекрасные рыжие волосы. И он опять вспомнил о своих детских фантазиях. Странно, но только сейчас он вдруг понял, что его рыжеволосая белокожая принцесса существовала не только в его фантазиях. Она была настоящей, из плоти и крови, и в данный момент сидела напротив него с аппетитом поедая банановый йогурт.
- Прости, я задумался, - он тут же отвёл взгляд в сторону, посчитав, что девушке может не понравится, как пристально он её разглядывает, - что касается моей мамы, то ситуация очень сложная... Мария, мои родители настаивают на переезде в Южную Америку, а когда мама услышала о моих планах насчёт России, она очень сильно испугалась и умоляла меня отказаться от этой затеи.
- Она не хочет тебя потерять, и это логично, - высказала своё предположение Маша, - ведь она твоя мать и очень тебя любит.
- Нет, Мария, дело не в этом! Я отлично знаю маму и могу тебя заверить, что всё не так просто, как кажется. Они с отцом явно что-то скрывают от меня, а самое главное - я просто уверен, что бегут они вовсе не от колумбийских бандитов, которые якобы хотят за что-то отомстить моему отцу, нет! Они бегут от чего-то другого, и Олег, этот русский, который вчера помогал тебе после нападения. Кстати, ты знаешь его? Вы знакомы?
- Ну да, - Маша немного смутилась, явно не ожидав такого вопроса, - мы летели вместе из Москвы, познакомились в самолёте, и тут, в Плайя-Реаль тоже иногда общались...
- Этот тип очень странно себя ведёт. Когда он первый раз меня увидел, Мария, клянусь вам, он смотрел на меня так, будто увидел перед собой гуманоида с другой планеты! А потом он несколько раз пытался разговорить меня, задавал очень странные вопросы о моём детстве, моих увлечениях и т.д. Но самое странное, Мария, ведь именно с его приезда всё и началось! До того, как этот тип появился в нашем доме, всё было спокойно, и родители даже не думали о том, чтобы куда-то уезжать. И тем более так срочно! Мария, я чувствую, что человек, от которого мы бежим находится в России, он как-то связан с этим Олегом. И это никак не связано с колумбийской мафией и вообще с каким-то криминалом. Я уверена, что за всем этим стоит что-то совсем другое...
После этого разговора молодые люди отправились на острова, которые так хотел показать Маше Давид. Для этого он взял на прокат катер, желая сделать сюрприз девушке. И сюрприз удался на славу - уже через полчаса Маша оказалась в раю, настоящем раю, о котором прежде даже и мечтать не могла. Здесь всё казалось нереальным, даже сами краски, которые её окружали. Если бы Маша увидела всё это на фотографиях, она бы обязательно подумала, что это фотошоп, что такого не может быть в природе... Слишком уж бирюзовым было море, слишком белым песок и слишком зелёной буйная тропическая растительность, в которой то и дело проскакивали и другие цвета и оттенки - это были цветы, которые тоже казались чересчур яркими и огромными.
- Мы можем дождаться здесь заката, - прошептал на ухо девушке Давид, - и тогда ты поймёшь, что такое настоящий рай...
- Да я уже в раю, Давид! Такой красоты я ещё нигде не видела, клянусь тебе.
- И главное мы с тобой вдвоём, - опять прошептал он, после чего коснулся губами её губ. Девушка ответила на его поцелуй, и молодые люди, забыв обо всём на свете, упали на мягкий, словно персидский ковёр, песочек, где продолжили любить друг друга и наслаждаться долгожданным одиночеством.
- Как же я давно этого хотела, - шептала девушка, наслаждаясь его ласками и поцелуями, - не останавливайся, прошу тебя... Я так люблю тебя, Ваня...
- Ваня? - Давид резко отстранил девушку и сел на песок. Он явно был в шоке. - Ты назвала меня..
Маша ничего не ответила на это, а лишь отвернулась от него, поспешно одёргивая блузку. Ей было очень стыдно. Красота этого острова, а также ласки Давида заставили её забыть обо всём, она просто потеряла голову, почувствовав себя Евой в настоящем раю. Но как она могла перепутать имена и назвать Давида Ваней? Неужели она так и не увидела в нём, Давиде, его настоящую личность, продолжая воспринимать его только как копию любимого певца, кумира детства...
- Прости меня, - она по-прежнему боялась смотреть ему в глаза, но понимала, что должна хотя бы попытаться объяснить ему ситуацию, - я не знаю, что на меня нашло. Вокруг такая красота, мы одни и...
- И ты представила, что я это давно умерший Иван Милерис, да? - Он горько усмехнулся. - Теперь понятно, почему ты всё это время общалась со мной. Ты хотела быть не со мной, не с Давидом Фернандесом, а С НИМ! Господи, каким же я был идиотом! А ведь ты мне понравилась, Мария, очень. Я даже начал... начал влюбляться в тебя! Но сейчас я понимаю, что это было глупо с моей стороны. Ты всегда смотрела на меня и видела ЕГО, этого Ивана! Который давно умер! Я, я сам тебе никогда не был интересен!
Потом он замолчал, быстро разделся и нырнул в воду. Маша, разумеется, не последовала за ним, а наоборот, отошла в сторону, сделав вид, что рассматривает пальмы. На самом деле она просто не хотела, чтобы он видел её слёзы. Красота райского острова за считанные секунды померкла для девушки, теперь она больше не видела этого непривычного для неё буйства красок, она вообще ничего не замечала вокруг себя, а все её мысли были связаны лишь с той глупостью, которую она только что совершила. Девушка отчётливо понимала, что одна её фраза, одно слово, одно имя перечеркнули всю историю их отношений с Давидом. А ведь ещё несколько минут назад она чувствовала такой счастливой! Маша горько вздохнула, присев на песок. Он был очень мягким, словно манная крупа, а на нём лежали выброшенные из моря ночными волнами ракушки. Маша подняла одну из этих ракушек и положила в карман шортиков, которые были надеты на ней. Ей вдруг остро захотелось унести с собой хоть кусочек этого райского места, где она могла быть такой счастливой... Девушка смахнула слёзы и встала. Давид всё ещё плавал. Наверное, это помогало ему успокоиться. Он появился спустя полчаса. Видимо, вдоволь наплавался и выглядел более спокойным, чем был перед купанием.
- А ты почему не плаваешь? - Небрежно спросил он Машу, упав на песок, - Водичка замечательная! И намного чище, чем там, около Плайя-Реаль!
- Я не хочу купаться, - нехотя ответила девушка, и немного подумав, добавила, - мне очень обидно, что всё так вышло. Давид, мне очень жаль, что...
- А мне не жаль, - он оборвал её на полуслове, - и уже ни капли не обидно. Я уже успокоился и всё понимаю. Я изначально должен был это понимать. Ведь я похож на него, очень похож. Только, конечно, он был лучше меня. Он же был знаменитость, звезда эстрады. Понятно, что он куда интереснее, чем я, простой агроном!
- Не говори так, Давид, умоляю. И потом, ты тоже мог бы стать певцом, у тебя такой же голос, как у Ивана, ведь он... - Маша хотела сказать "ведь он твой отец", но вспомнив обещание, данное Алле, резко замолчала.
- Я не хочу быть певцом и не хочу быть таким, как он, Мария! - В сердцах выкрикнул Давид, хватая с песка свои джинсы и футболку, - И если тебе нужна копия твоего кумира, то ты зря надеешься, я никогда не стану таким, как он. Никогда.
На это Маше нечего было возразить. И сказать тоже было нечего. По сути Давид был прав - всё это время, что они провели вместе, она постоянно сравнивала его с Иваном, пытаясь найти объяснение их удивительному сходству. Сам Давид её не интересовал. Да, ей было приятно с ним, ей нравились его ухаживания, его разговор с таким необычным для неё акцентом, но каждый раз, когда он прикасался к ней, когда целовал её, смотрел ей в глаза, она, пусть даже и на подсознательном уровне, думала об Иване, представляя его на месте Давида.
Когда они уже были в порту Плайя-Реаль, Маша всё же решилась спросить то, что волновало её сейчас больше всего.
- Так что ты решил с поездкой в Россию? Всё остаётся в силе? Ты хочешь переехать в Москву?
- Прежде я должен разобраться в тайнах моей семьи, - ответил он, даже не посмотрев на Машу, - и тогда я точно решу, что буду делать дальше и поеду ли куда-нибудь с этого острова. Но прежде я должен всё выяснить.
Простились они прохладно, Давид даже не пообещал, что позвонит Маше, да и она, конечно, ни на что не намекала. Она понимала его состояние, хотя ей было очень больно. Несмотря ни на что, ей очень не хотелось его потерять. Как когда-то она потеряла Ивана...
"Не говори ерунды, - это был её внутренний голос, - они никогда тебе не принадлежали. И поэтому ты не могла их потерять"
"Но ведь Давид говорил, что я ему нравлюсь" - Маша мысленно возразила самой себе.
"Да, нравилась, но этого мало. Сейчас он всё понял и смотрит на тебя иначе. А ты всегда его воспринимала только как копию любимого певца!"
На это Маше нечего было возразить, и она, ускорив шаг, направилась к своему отелю...
Глава 7.
Москва, 2021 г.
Сангрия закончилась весьма неожиданно, что окончательно испортило настроение Лилии. Но ничего не поделаешь! Значит, нужно заняться чем-то другим. Тяжело вздохнув, женщина встала из-за стола и подошла к комоду, в котором хранила альбомы с фотографиями. Немного постояв, она всё же достала оттуда один, самый старый альбом, и прижав его к груди, начала вспоминать...
При рождении ей повезло лишь в одном - она родилась в Москве, что в те годы уже можно было считать удачей. Родители Лилии были приезжими - отец родился в небольшом посёлке на Западной Украине, а мамины родители были коренными жителями рязанской области. Семья Стрелецких жила в общежитии, где у них была лишь небольшая комната, а всё остальное было общим - кухня, ванная, коридор. Родителей Лилии это вполне устраивало, так как к лучшим условиям они просто не были приучены от рождения. Амбиций у них тоже особо не было - лишь бы была крыша над головой, самая простая еда и дешёвая одежда. Отец иногда выпивал, но буйным алкоголиком никогда не был. Выпьет, посидит полчаса у телевизора и захрапит на всю комнату. Мать это вполне устраивало. Она никогда ни на что не жаловалась, и Лилю приучала быть такой же - довольствоваться тем, что есть и не засматриваться на то, что им, простым смертным, недоступно. "Лучше синица в руке, чем журавль в небе, Лиля, - то и дело повторяла мать, - Выше своей головы не прыгнешь. Лучше жить и радоваться тому, что имеешь, чем мечтать о том, что всё равно никогда твоим не будет..." Лиля для вида соглашалась с матерью, а про себя молча недоумевала, как её мама, будучи такой красивой женщиной, согласна жить в таких условиях и не хочет ничего менять! Да она бы на месте мамы... Впрочем, тогда Лиля ещё толком не знала, чтобы она делала, окажись на месте мамы. Но одно Лиля знала точно - так, как мама, она свою жизнь прожить не хочет, и никакая синица в руке ей не нужна. И журавль тоже. Ей нужен павлин- роскошная, экзотическая птица, которая величественно расхаживает по королевским дворцам. Именно в таком дворце и должна жить она, Лилия Стрелецкая! А не в комнате метр на метр с облезлой мебелью, которую всю заблевал отец, будучи в нетрезвом состоянии. Больше всего Лиля любила ходить в гости. К своим одноклассницам, которые жили в отдельных квартирах. И в этих квартирах была красивая дорогая мебель, ковры, дорогая посуда, вкусная еда. С раннего детства Лиля умела выбирать подруг, и такая дружба приносила ей немало пользы. Подруги отдавали ей надоевшую им одежду, угощали вкусными конфетами, на праздники делали подарки. Такие, которых родители не могли ей сделать - например, маленький флакончик с туалетной водой, разноцветные заколки, набор импортных карандашей и прочие приятные мелочи. Родители одной из Лилиных подружек частенько ездили в командировки за границу, откуда привозили всякие диковинные, непривычные для Лили вещи. Она любила бывать у них в гостях, так как подружка частенько угощала её импортными сладостями, а также показывала ей подарки родителей, которые те привозили из каждой заграничной командировки.
"У меня тоже однажды всё это будет, - думала Лиля, глядя на красивые китайские платья, которыми хвасталась подружка, - и платья китайские, и обувь югославская, и джинсы, и красивые кофточки, и много чего ещё. Я не хочу быть такой, как мама. Я буду стремиться к лучшей жизни, и я уверена, что у меня всё получится".
Тяжелее всего Лиле приходилось после летних каникул. Подружки хвалились перед ней отпусками у моря и поездками за границу, в то время как Лиля могла рассказать им только, о том, как они с мамой ездили в родную мамину деревню, где она жила в комнате на десять человек и весь отпуск торчала либо на огороде, помогая бабушке полоть грядки, либо на мутном пруду недалеко от их полуразвалившегося дома.
Когда Лиля перешла в девятый класс, у неё начали появляться первые поклонники. Несмотря на то, что Лиля одевалась очень просто (точнее говоря, её так одевали родители), к пятнадцати годам девушка похорошела и буквально за несколько месяцев превратилась из гадкого утёнка в роскошного лебедя. У неё были красивые серые глаза, чуточку раскосые, что придавало её лицу некую оригинальность, а также роскошные пепельные волосы, очень редкого оттенка, которые красивым серебристым водопадом струились по её худеньким плечикам. Мальчики стали всё чаще куда-то приглашать красавицу, но Лиля не торопилась с выбором. Она ждала настоящей удачи. И дождалась.
Это случилось уже после того, как Лиля закончила школу. Отучилась она хорошо, но круглой отличницей не была. Всю свою юность Лиля грезила о карьере актрисы, однако о поступлении на актёрский факультет ей пришлось забыть - родители дали ей понять, что это невозможно, и Лиля была вынуждена выбрать профессию поскромнее - она решила учиться на экономиста. В те годы это было престижно, хотя мечтала Лиля, конечно, о другом. В тот летний вечер Лиля и две её подруги бродили по улицам Москвы, обсуждая планы на будущее. Обе Лилины подруги были безумно влюблены в своих парней и говорили лишь о них и о том, как хотят побыстрее выйти за них замуж.
"И что хорошего в этой любви? - Думала Лиля, краем уха слушая мечты подруг, - Выйдут замуж за нищих студентов, переедут в общежитие, и будут жить также, как мои родители. Каждый день одно и то же - работа и плита. Пьяный муж и орущие дети. И это счастье? Мечта жизни? Как же это смешно!"
Она едва слышно усмехнулась, но подруги, поглощенные своими мечтами о семейной жизни даже не обратили на это внимание. Потом девушки решили зайти в кафе - поесть мороженого, и когда они втроём расположились за одним из столиков, к ним подошёл мужчина, который внимательно смотрел на одну из них. Этой счастливицей, конечно же, была Лилия Стрелецкая.
- Девушка, я вас давно приглядел, - сказал он, обращаясь к Лиле, - только не пугайтесь, я не буду к вам приставать. У меня есть предложение получше. Я хочу пригласить вас поучаствовать в конкурсе красоты.
И в подтверждение серьёзности своих слов оставил свои координаты и адрес, куда Лиля должна прийти, чтобы попасть на конкурс. Конечно, Лиля считала себя красивой. И была уверена, что именно благодаря своей незаурядной внешности она сможет добиться многого в этой жизни. Но в такой неожиданный успех сразу не поверила. Всю ночь обдумывала заманчивое предложение, взвешивала все "за" и "против", а наутро, разумеется, втайне от родителей, всё же рискнула. Взяв с собой одну из подруг, которая была с ней накануне вечером.
На конкурс Лилю приняли, правда, написали много условий. Нужна была новая одежда, косметика, умение ходить по подиуму и прочее. Разумеется, Лиля не собиралась сдаваться без боя. Она заняла в долг, но купила всё необходимое. Потом неделю тренировалась, ходила с книжкой на голове. Было очень тяжело, но Лиля выдержала. Родители были очень недовольны этой затеей и требовали от дочери немедленно взяться за ум. Они считали, что ничего хорошего из этого конкурса не выйдет, а из Лили могут сделать шлюху.
- Да лучше быть шлюхой, чем жить так, как вы! - В сердцах выкрикнула девушка. - Вот скажи, мама, что у тебя за жизнь? Стоять целый вечер на этой грязной кухне? Мыть за папой блевотину? А с утра опять на работу бежать, по любой погоде...
- Замолчи! - Отец не выдержал и ударил дочь по лицу, - Твоя мама достойная женщина...
- Достойная женщина? - Лиля криво усмехнулась, - Да что же тут достойного, в такой жизни? Жить с вонючим алкоголиком, это, что ли, достоинство?!
Отец опять замахнулся, но его остановила мать. Она рыдала и умоляла его не бить Лилю. В тот же вечер Лиля ушла из дома. Жила у подруги, родители которой всё лето проводили на своей подмосковной даче. Конкурс Лилия выиграла, так как ей удалось соблазнить одного из главных его организаторов. И здесь Лиля всё рассчитала верно - она не просто соблазнила влиятельного человека, она ВЫГОДНО ПРОДАЛА свою девственность, обменяв её на титул королевы красоты. Дальше был ещё конкурс, показы моделей, съёмки в музыкальных клипах, в рекламе. Институт Лиля, конечно, бросила, не проучившись и полгода, о чём впоследствии ни капли не жалела. У неё был богатый любовник (тот самый, которому она вручила свою невинность за титул королевы красоты), который покупал ей дорогие подарки и возил на престижные заграничные курорты, а также раскручивал её карьеру. Мечта Лили, наконец-то, сбылась - она попала в тот мир, который с раннего детства считала своим, теперь она была на СВОЁМ МЕСТЕ, там, где должна была быть.
Разумеется, любовника Лилия позже сменила. Нашла телепродюсера, который помог начинающей звёздочки, наконец, добраться до её давней мечты - большого экрана. Правда, начинала Лилия с телесериалов, которые в те времена только-только начали сниматься в России. На центральном ТВ их было тогда ещё совсем немного, и по сей причине актёры, которые там снимались, на другой день просыпались знаменитыми. После этого имя Лилии Стрелецкой стало появляться в газетах, журналах и на ТВ - у неё брали интервью, приглашали на фотосессии и модные ток-шоу. Всё изменилось в тот момент, когда на пути Лилии появился он, Иван Милерис, восточный красавец с неповторимым голосом и невероятным мужским обаянием. Бедная Лилия, она так долго отказывалась признавать, что влюбилась по уши в Ивана, но не смогла Лилия устоять перед чарами того, в кого были влюблены миллионы женщин всего мира. Любовь ворвалась в её жизнь подобно урагану, снося всё на своём пути. Лилия была готова оставить карьеру, бросить все свои мечты и стать покорной домохозяйкой, которая будет печь блины и ждать своего мужа с гастролей, не требуя от него никаких объяснений и не закатывая ему сцены ревности из-за того, что в жёлтой прессе появились его фотографии с какой-нибудь юной моделькой. Ведь именно такую жену и хотел Иван! Чтобы сидела дома, рожала детей и не задавала лишних вопросов. И Лилия была на это согласна, пока однажды...
На этом её мысли оборвались. В порыве чувств женщина швырнула на пол альбом, из которого посыпались, словно осенние листья с деревьев, старые фотографии, и тихо заплакала, уткнувшись лицом в собственные ладони.
- Нет, я не могу уехать сейчас, - неожиданно произнесла Лилия, - пусть я рискую собственной жизнью, но я должна ЕГО увидеть. Даже если это будет последним, что я сделаю в этой жизни...
Коста-де-Эсмеральда, 2021 г.
Весь вечер Маша бродила по городу, пытаясь отвлечься от грустных мыслей. Фотографировала немногочисленные достопримечательности Плайя-Реаль, сидела в кафешках, смотрела на море, пытаясь таким образом хоть немного отвлечься. Под вечер Маша решила, что завтра она поедет в Санта-Исабель, разумеется, одна и на целый день - только так она сможет хотя бы на время забыть о Давиде. Здесь, в Плайя-Реаль, это казалось ей практически невозможным.
Вернувшись в отель, Маша позвонила домой, а потом созвонилась с Алёной, которая опять общалась с Александром, гитаристом Милериса. Тот даже приглашал её в Москву и настаивал на личной встрече.
- И что ты ему ответила на это предложение? - Маша рассмеялась. - Согласилась или нет?
- Да ты что, Маша, я растерялась в первый момент, а потом сказала, что подумаю, чем наверняка его сильно огорчила. Хотя он вроде ничего такой! И не старый совсем. Он же был моложе Ивана на пять лет. Нет, конечно, до Ивана ему далеко, но нужно отметить, что выглядит он для своих лет весьма неплохо.
- Ты ему ничего не рассказала про... Давида? - Маше с трудом удалось произнести имя своего нового знакомого.
- Нет, а что я ему скажу? Что у Ивана есть внебрачный сын? Хотя... Это могло бы стать сенсацией, я понимаю, но... Кстати, Маша, слушай. Он же мне вчера показал фотки этой Илоны, ну, той девицы, в которую Иван влюбился в Израиле! Я была в шоке!
- Что? Такая страшная? Или, наоборот, невероятная красотка, даже красивее Стрелецкой в молодости?
- Нет, Маш, не в том дело, просто... - Алёна помедлила, - Эта девица была очень похожа на тебя, подруга! Такая же рыжеволосая, худенькая, фигурой похожа, да и в лице есть некоторое сходство.
- Что? - Услышав такое, Маша совсем растерялась. - Не может быть...
- Может быть, дорогая! И такое тоже может быть. В этой жизни я уже вообще ничему не удивлюсь, подруга. А Сашка сказал вчера, что у Ивана с детства была тяга к рыжеволосым женщинам, он с детства их любил, говорил, что именно такими он представлял принцесс из сказок.
- Но он же во всех интервью говорил, что ему нравятся блондинки! Такие, как Стрелецкая.
- Это он имидж себе такой создавал. Джентльмены предпочитают блондинок, - Алёна усмехнулась, - да и потом он же был жгучий брюнет, а таких почему-то всегда ставят в пару с блондинками. У него и в клипах всегда одни блондинки были, и на фотосессиях ему блондинок обычно подгоняли. Имидж у него был такой.
После разговора с Алёной, Маша вышла на балкон своего номера и посмотрела на небо. Нет, сегодня дождя точно не будет. На небе не было ни единого облачка, только звёзды загадочно мерцали, проникая своими острыми, бело-голубыми лучами из бесконечных глубин далёкого космоса. На эти же самые звёзды и Давид, который после такого неприятного расставания с Машей направился вовсе не домой, а к своему другу Алехандро, живущему недалеко от Плайя-Реаль.
- Что ты будешь делать дальше, Давид? - Приятель присел рядом с ним и протянул бутылку пива. - Холодное, выпей. Тебе расслабиться надо...
- Сейчас мне уже ничего не поможет, - Он нехотя открыл бутылку и, сделав из неё глоток, добавил, - Я чувствую себя таким потерянным, Але. Мне даже домой идти не хочется.
- Да брось ты хандрить, амиго! Это всё из-за этой рыжеволосой, да? Ты из-за неё такой?
- Она видит во мне этого... Ивана Милериса или как там его звали, - Давид поморщился, - скажи, Але, почему я так похож на него? Как ты думаешь, а?
- Ну, дык это ж нормально! У каждого в этом мире есть двойник! Я сам читал об этом.
- Но мы с ним похожи не только внешне. Маша говорит, что у нас и голоса похожи... И ещё эти странные видения! Але, иногда мне кажется, что я какой-то другой, не такой, как все. С детства такое ощущение! Как будто я это не я, и я сам себе не принадлежу, понимаешь?
- Честно? - Але громко захихикал, - Не очень. Ты какую-то ерунду городишь, старик. И слишком заморачиваешься из-за этих своих фантазий! Никакой ты не другой, ты такой же, как все. И не хандри, лучше подумай, что делать будешь. Уедешь в Россию или останешься здесь?
- Прежде я поговорю с отцом, Але. И он-то мне точно скажет правду. А потом я решу, что буду делать и куда направлюсь. Но всё это потом, сейчас главное дождаться отца.
...Рафаэль Фернандес прибыл в Кампо-Алегре на рассвете, но его жена уже не спала, она ждала его и была очень рада его возвращению.
- Пришлось отдать очень большие деньги, но уже через 2 дня будут готовы наши новые паспорта, -рассказывал он, наливая себе ещё кофе, который уже успела приготовить к его приезду Алла, - поместье уже продано, а деньги будут переведены на наш счёт в самое ближайшее время...
- Мы поедем в Южную Америку?
- Да, в Чили. Там живёт Серхио, мой старый приятель, мы с ним учились вместе в Москве. Для начала поживём там, а потом посмотрим, куда поедем дальше. Хотя мне очень тяжело уезжать с этого прекрасного острова, я не жалею, что принял это решение. Так мы спасём нашего сына.
- Давид не хочет с нами ехать, - немного помолчав, сказала Алла, - наш сын, Рафаэль, хочет поехать в Россию.
- Что за чёрт? - Рафаэль вскочил с места, швырнув на пол салфетку. В один момент у него пропал аппетит. Он нервно прошёлся по комнате, потом повернулся к жене, и темпераментно размахивая руками, произнёс, - Как Давиду только в голову пришла такая безумная идея? Нет, этого нельзя допустить, Давид не может уехать в Россию, только не это, нет!
Тяжело вздохнув, Алла была вынуждена рассказать мужу обо всём, что творилось во время его отсутствия, включая и визит Маши к ним домой.
- Ты правильно поступила, когда сказала этой девице, что Давид сын Ивана, - сделал заключение Рафаэль, внимательно выслушав жену, - но мы не должны допустить, чтобы Давид поехал в Россию. Если он там окажется, то всё раскроется, и все узнают правду о том, кто он такой..
- И кто я такой? - Рафаэль и Алла вздрогнули, услышав за спиной голос сына, - Папа, настал момент истины. Ты должен мне сказать всю правду. Почему мы бежим с Коста-де-Эсмеральда? И почему вы с мамой так боитесь того, что я поеду в Россию? Папа, я уже не ребёнок и прекрасно понимаю, что никакими проблемами с мафией тут и не пахнет! Вы боитесь не мафии, вы боитесь, что раскроется какой-то страшный секрет, ваш с мамой секрет, и этот секрет как-то связан со мной. Я всё понял, отец.
- Да, сынок, ты прав, - понимая, что отступать больше некуда, произнёс Рафаэль, - ты должен всё узнать прямо сейчас...
- Нет, Рафаэль, не надо! Прошу тебя! - Алла была близка к истерике, однако муж будто бы не слышал её мольбы, он подошёл к сыну, усадил его рядом с собой и попросил выслушать его внимательно, не перебивая. Поняв, что всё бесполезно, Алла выбежала из комнаты, громко рыдая, однако отец и сын никак не отреагировали на это, им было сейчас просто не до неё.
- Кто я, отец? - Дрожащим голосом спросил Давид, - Кто я на самом деле?
- Ты... ты такой же человек, как и все мы, Давид, и ты появился на свет также, как и все. Тебя родила Алла, она твоя мать, но... Ты не был зачат также, как все остальные люди на свете. Ты... ты...
- Кто я? И почему я так похож на этого умершего певца? Ведь это не случайно, да?
- Да, сын, это не случайно. Когда Иван Милерис уже был в коме, один сумасшедший доктор взял образцы его ДНК и... Он решил сделать один эксперимент, так как Иван умирал, и было мало шансов возвратить его к жизни, и тогда этот профессор сделал... его клона. Он сделал клона из клеток Ивана и...
- Клона? - С удивлением переспросил Давид, - Я ничего не понимаю, пап, фантастика какая-то. Клонирование, сумасшедший доктор, ДНК... Но при чём тут я? - И тут Давида осенила страшная мысль, которая доселе просто не могла прийти ему в голову, настолько невероятной она ему показалась, - Ты хочешь сказать, пап, что я... я... клон? Клон Ивана Милериса? Это меня сделали из клеток, которые взяли у Ивана, да?
Ответа не последовало. Всё было понятно по взгляду Рафаэля.
- Как это случилось, папа? Расскажи мне всё, пожалуйста! - Он умоляюще посмотрел на отца, и тот, немного помолчав, начал вспоминать историю, которая началась почти тридцать лет назад в далёкой Москве...
...Будучи студентом одного из крупнейших ВУЗов Москвы, молодой Рафаэль Фернандес очень любил ходить в гости к своим российским друзьям, которых у него было немало, и которые к превеликой радости Рафаэля довольно часто звали его к себе домой. Рафаэлю нравилась атмосфера, царящая в российских семьях, очень нравилась русская кухня (особенно он любил солёные и маринованные грибы с вареной картошкой и чёрным хлебом под бокальчик ледяной водочки), он обожал русский язык и русские застольные песни. Даже в родной Колумбии Рафаэль никогда не чувствовал себя так хорошо, как в Москве - здесь ему всё казалось родным и близким, будто бы в своей прошлой жизни он был коренным москвичом, говорящим по-русски. Даже холодные снежные зимы не пугали Рафаэля, наоборот, ему нравилось смотреть на заснеженные московские улицы, он обожал гулять зимними вечерами и ловить маленькие снежинки, которые тут же таяли на его перчатках.
В Аллу Рафаэль влюбился буквально с первого взгляда. Именно о такой девушке он и мечтал, о настоящей русской красавице - белолицей, розовощекой, с косой до пояса. Он долго за ней ухаживал, делал всевозможные сюрпризы, приглашал в рестораны, читал стихи. Алла была сиротой и по сей причине у неё было много комплексов. Она тоже почти сразу заинтересовалась смуглокожим кареглазым иностранцем, но признаться в этом боялась, даже самой себе. Проверяла его, а заодно и свои чувства. И с каждым днём всё больше влюблялась в его непослушные чёрные волосы, в его необычный акцент, в карие глаза, в белозубую улыбку... После окончания учёбы Рафаэль остался в России, так как у него имелись собственные деньги - наследство его родителей, и он, хорошенько всё взвесив, решил продать всё своё имущество в Картахене и навсегда обосноваться в Москве, вместе с Аллой и их будущими детьми. У молодых были огромные планы, особенно они мечтали о ребёнке, так как считали, что настоящий семейный очаг возможен только в том доме, где есть собственные дети. Они оба росли без родителей и, возможно, именно это и сблизило их - желание создать свою собственную семью. Всё бы шло идеально, да вот только забеременеть Алла всё никак не могла, что очень огорчало и её саму, и Рафаэля. Примерно через год после свадьбы, поняв, что естественным путём у них ничего не получается, молодая пара решила обратиться к врачам. Сначала прошла обследование Алла, но у неё никаких проблем не обнаружили, наоборот, врачи даже удивились, как с таким идеальным здоровьем у неё целый год не получается забеременеть. Чудеса прямо какие-то! Тогда пришлось пройти обследование Рафаэлю, и тут-то всё и выяснилось! Бесплодием страдал он, Рафаэль, и никакое лечение в те годы не могло ему помочь излечиться от этого недуга. Медики искренне сочувствовали молодой паре, советовали подумать над усыновлением (мол, сколько детишек нуждаются в родительской любви, и у вас тогда будет семья настоящая), но один из врачей, который работал в одном из крупнейших медцентров Москвы предложил другое, более нестандартное решение - искусственное оплодотворение. Да, Алла родит ребёнка от другого мужчины, но измены никакой не будет. То есть физического контакта с донором. Она даже не будет знать его имени. После долгих раздумий, споров и бессонных ночей супруги согласились. Так хотя бы ребёнок будет родным для Аллы. А то, что у него другой отец, Рафаэль клятвенно пообещал забыть, тем более, что его в их жизни никогда и не будет. Алла легла в медцентр, где её лично исследовал сам профессор Белецкий, известный доктор, который занимался только важными персонами. Но Алле повезло, Белецкий взялся лично за её проблему, заверив её, что уже через девять месяцев она будет счастливой матерью очень красивого и здорового малыша. Алла была на седьмом небе от счастья, когда ей объявили, что всё прошло нормально, и она беременна, причём без каких-либо осложнений. Был тёплый весенний дождь, зацветала сирень и в воздухе пахло летом, до которого уже было рукой подать. Алла и Рафаэль гуляли прямо под дождём, счастливые, то и дело целуясь на глазах у изумлённых прохожих. Наконец-то, у них будет полноценная семья! Их малыш! Да, именно их, Аллы и Рафаэля, ибо другого отца у него просто не может быть. Алла чувствовала себя на седьмом небе от счастья, ощущая, как в её чреве растёт ребёнок. Её сын! В том, что будет мальчик, она почему-то не сомневалась. И доктор Белецкий, который всегда сам занимался обследованием Аллы, тоже уверял её, что родится мальчик. Он был очень внимателен к Алле на протяжении всей её беременности, а на последних месяцах уговорил её лечь в больницу, чтобы не рисковать здоровьем малыша. Алла тогда немного забеспокоилась - может, всё-таки есть какие-то проблемы, да ей про них не говорят. Но Михаил Иосифович уверил её, что всё в порядке, просто лучше будет, если она последние пару месяцев в их медцентре побудет. Рафаэль, конечно, тоже волновался, но все доктора заверили, что с Аллой и ребёнком всё хорошо, и он опять успокоился, готовясь к тому счастливому моменту, когда, наконец, возьмёт на руки ИХ с Аллой сына. Иначе он этого ребёнка не называл даже в мыслях. Это был их общий ребёнок, будущий наследник состояния Фернандесов.
Подошло время родов. Алла, конечно, волновалась, но вопреки её ожиданиям, роды прошли легко и без осложнений. И для неё, и для малыша. Мальчик родился абсолютно здоровеньким и очень красивым - смугленький, с длиннющими чёрными ресницами и огромными тёмно-синими глазами.
- Я никогда не видела таких красивых детей! - Говорила медсестра, которая помогала принимать роды, - Поздравляю вас, будет настоящий сердцеед!
Белецкий появился сразу после рождения Давида. Прибежал раньше Рафаэля. И заметно волновался, что выглядело очень странно. Но Рафаэль и Алла делали вид, что всё нормально, между собой, правда, обсуждая такое непонятное поведение профессора. Что это его вдруг ТАК волнует новорожденный? Но на этом странности не кончились. Прошло две недели после родов, Алла и малыш чувствовали себя отлично, молока у Аллы было много, и вообще все медсестры и врачи в один голос удивлялись, почему профессор всё ещё держит их в больнице. А Белецкий с загадочным видом говорил, что малыша надо ещё обследовать, но тут же заверял Аллу, что с маленьким Давидом всё в порядке. Первым не выдержал Рафаэль. Однажды, выходя из палаты супруги, он направился не на улицу, а в кабинет профессора. И потребовал объяснений - что, мол, такое творится с ЕГО ребёнком, почему их с Аллой всё никак не выпишут.
- С вашим сыном? - Профессор ехидно ухмыльнулся, - Давид - не ваш сын, должен вам напомнить.
- Он МОЙ сын! Мой и больше ничей! - Эта ухмылка окончательно вывела Рафаэля из себя, - И вы не имеете права так со мной говорить. Скажите, что с моим сыном? Почему вы его не выписываете? И что за обследования вы постоянно проводите, зачем они? Говорите, чёрт вас возьми, профессор, что происходит?
Белецкий, немного помолчав, пообещал завтра им всё объяснить. Вместе с Аллой. И на другой день профессор сдержал своё обещание...
- Ты не представляешь, Давид, что мы с твоей матерью испытали в тот момент, - Рафаэль опять посмотрел на сына, который за всё время его рассказа не проронил ни слова, - этот Белецкий объяснял нам, как он хотел воскресить умирающего Милериса, как рискнул взять у него образцы ДНК, как сам, обманув своих сотрудников, провёл операцию искусственного оплодотворения яйцеклеток Аллы. То есть, никакого оплодотворения там и не было... Он удалил всю генетическую информацию её яйцеклетки, заполнив её уже готовым ядром, в котором содержалась генетическая информация Милериса. Алла фактически стала суррогатной матерью, хотя...
- Тогда выходит, что я не ваш сын, - это было первым, что сказал Давид после того, как Рафаэль поведал ему историю его появления на свет.
- Биологически да, но... Тут всё очень сложно, Давид. Но самое сложное было убедить этого доктора молчать о своём эксперименте. Ведь он очень хотел рассказать всему миру о своём удачном опыте! И хотел заявить в прессу о том, что родился клон Ивана Милериса.
- А он, этот Иван, уже умер, когда я родился?
- Нет, но он был в коме. Умер он, когда тебе было полтора месяца. И тогда этот Белецкий как обезумел. Сначала он приходил к нам каждый день, умолял нас пойти с ним к матери Ивана, а потом... Потом он вдруг исчез. Поначалу мы не верили своему счастью, но потом поняли, что это знак свыше и однажды, бросив всё, просто уехали из России, поняв, что только так мы можем быть уверены в том, что этот сумасшедший нас больше не побеспокоит. Сначала мы уехали в Колумбию, но потом, поняв, что там он тоже может нас найти, перебрались сюда, на этот тихий прекрасный остров.
- Почему вы оставили меня? - Эта фраза далась парню с трудом, - Ведь я... я не ваш сын, я всего лишь копия... я клон... я даже не человек!
- Ты человек, нормальный человек, Давид! Знаешь, я много читал о клонировании. Ты такой же, как все, уверяю тебя, твоё отличие заключается лишь в способе твоего зачатия. В остальном ты ничем не отличаешься от остальных.
Но Давид этого не слышал. Он вспоминал своё детство - как родители волновались, если он вдруг заболевал обычной простудой или гриппом, как мама переживала из-за его постоянных ссадин и синяков. Как будто он был каким-то особенным! А ведь и правда, он особенный. Он даже и не человек вовсе. Он клон, генетическая копия умершего человека. Какой-то учёный психопат взял кусок кожи или волоса у лежавшего в коме Ивана, из которого получил генетический материал для создании копии... КОПИЯ! Теперь Давиду стало понятно очень многое, но от этого становилось только хуже. Кто он? Человек или всего лишь продукт удачного эксперимента? И кто его родители? Да и могут ли быть у клона родители? А душа? Есть ли у него душа? На этот вопрос он тоже не знал ответа. Но, наверное, нет. Как у копии человека может быть душа? Душа была у Ивана, но он мёртв, а это значит, что... О, Господи, как страшно! Очень страшно!
Ни слова не говоря, Давид встал и направился к выходу. Рафаэль даже не попытался его остановить, прекрасно понимая, что сейчас сыну надо побыть в одиночестве.
...Автобус остановился в самом центре города, и Маша, накинув на плечи свой рюкзачок, вместе с другими пассажирами, которых несмотря на столь ранний час, было немало, вышла на улицу. Она приехала в город Санта-Исабель, столицу Коста-де-Эсмеральда, и ориентируясь по карте, которую купила в отеле, девушка направилась в сторону исторического центра.
В отличии от небольших городков с побережья, центр Санта-Исабель был почти весть застроен бетонно-стеклянными многоэтажками, но также здесь были и старинные постройки, выполненные в колониальном испанском стиле. Особенно Машу поразил главный кафедральный собор города - он был огромный, с разноцветными башенками, и по своему стилю чем-то напоминал творения архитектуру каталонца Антонио Гауди. Войдя во внутрь собора, Маша замерла от того, насколько огромным было это архитектурное сооружение. Казалось, что его купола должны упираться в облака! Подойдя к алтарю, Маша немного постояла, размышляя обо всём, что случилось с ней за последнее время. Девушка никогда не была религиозной, но каждый раз, приезжая на экскурсию в какой-нибудь собор или монастырь, она невольно ловила себя на мысли, что она молча, про себя пытается общаться с Богом. Также произошло и на сей раз.
- Господи, - едва слышно прошептала Маша, глядя на висевшее над её головой распятье, - помоги мне разобраться в своих чувствах. К Давиду и к Ивану. И пусть Давид простит меня. И... пусть он выяснит всё, что от него скрывают. Пусть он найдёт, наконец, правду.
Потом Маша долго бродила по старинным узким улочкам исторического центра. Здесь архитектура напоминала ей города Южной Европы, особенно Испании - эдакая смесь готического, романского и мавританского стилей. Затем она вышла на площадь с поющими фонтанами, где Маше страшно захотелось посидеть в одной из уютных кафешек, отведать местных деликатесов, глядя на главную улицу столицы Коста-де-Эсмеральда. Выбрав столик и сделав заказ, Маша на всякий случай проверила свой мобильный. Пропущенных звонков не было. Тяжело вздохнув, она снова убрала телефон и принялась ждать свой заказ, попутно разглядывая улицу. Заказ принесли быстро, и Маша, отведав вкуснейшего красного вина, принялась поглощать неизвестное ей блюдо, приготовленное из местных морепродуктов, которое к радости Маши оказалось невероятно вкусным.
Закончив обед, Маша отправилась дальше. После полудня стало невыносимо жарко. Маша была вынуждена нацепить на голову бейсболку, но и это не принесло облегчения. Захотелось к морю, но Маша решила потерпеть - ей очень хотелось ещё немного посмотреть город. Она вышла к деловой части, где бетонно-каменные многоэтажки становились всё выше, а зелёных газонов и клумб было всё меньше. В конце концов, Маша не выдержала - жара становилась нетерпимой, а здесь, в центре города, где полно людей и машин, было просто нечем дышать. Маша допила купленную в пути минералку и, остановившись, последний раз сфотографировала небоскрёбы, окутанные плотной завесой смога. После этого Маша поспешила в метро, на котором планировала добраться до автостанции. Пора было ехать обратно, в Плайя-Реаль.
Глава 8.
Приехав в отель, Маша в первую очередь приняла прохладный душ, после которого ей удалось немного расслабиться. Дневная жара её сильно утомила. Маша завернулась в полотенце и посмотрела на часы - подходило время ужина, но ей совершенно не хотелось есть. Больше хотелось поплавать, но было уже достаточно поздно для посещения пляжа. Девушка хотела опять проверить телефон, как вдруг в дверь громко и настойчиво постучали:
- Мария, откройте, это Олег! - Услышала она за дверью, - Откройте, это срочно! Надо поговорить!
- Я сейчас спущусь вниз, через пять минут! - Крикнула ему в ответ Маша, - Подождите меня в холле, пожалуйста!
- Ладно, но только побыстрее, пожалуйста. Я жду вас в холле.
Через пять минут Маша уже выходила из лифта. Она сразу увидела Олега и по его обеспокоенному виду поняла - что-то случилось. И это связано с Давидом. Других причин так срочно вызывать её на разговор у него просто нет.
- Где Давид? - Это был его первый вопрос, как только она подошла. - Он был сегодня с вами?
- Нет, я не видела его сегодня. Я провела весь день в Санта-Исабель, одна... А что случилось? Что с Давидом?
- Пойдёмте на улицу, Мария, там поговорим спокойно, - он осторожно взял её под руку и повёл к выходу. Маша не сопротивлялась.
- Давид ушёл из дома рано утром, - сказал Олег, как только они оказались в более-менее безлюдном месте, - он поссорился с родителями и сбежал. Его мобильный не отвечает. Друзья тоже ничего о нём не знают. Алла и Рафаэль с ног сбились, никак не могут его найти.
- Что произошло? Почему это случилось? Это связано с их отъездом?
- В общем-то да, - нехотя ответил Олег, - они поссорились, и Давид ушёл из дома. И как сквозь землю провалился. Я вот и подумал, что вы можете что-то знать...
- Нет, я ничего о нём не знаю. Он мне даже не звонил сегодня, - немного помолчав, Маша внимательно посмотрела на него и решительно спросила, - Давид знает ПРАВДУ, да?
- Какую правду? - Олег пытался сохранять спокойствие, но в первый момент его буквально передёрнуло от Машиных слов.
- Прекратите, Олег, я знаю, что вам всё известно. Я сама видела, как вы приезжали к Алле, и Давид рассказывал мне, что вы общаетесь с его родителями. Вы ведь знаете, что Давид - сын Ивана Милериса?
- Нет, Мария, вы ошибаетесь! Давид не сын Милериса, это не правда...
- Правда! И вы все по какой-то причине не хотите, чтобы об этом узнала пресса. Поэтому родители Давида и хотят бежать из страны, а вы им в этом помогаете, Олег.
- Да, я помогаю им, это правда. Мне очень жаль эту семью, ведь они ни в чём не виноваты. Это всё Белецкий со своими экспериментами. А теперь, когда обо всём узнала мать Ивана Милериса...
- Что? - Маша на секунду замерла, - Мать Ивана? Она знает, что у неё есть внук и хочет его увидеть? Но ведь это абсолютно нормально, что она хочет увидеть внука...
- Вы ничего не знаете, Мария. Давид ей не внук, и он не сын Ивана Милериса. Алла вас обманула. Она сказала вам это, чтобы вы отстали и не копались больше, пытаясь найти объяснение сходству Давида с Иваном. Но вы сами подумайте, Мария, разве отец и сын могут быть ТАК похожи? Да, дети бывают похожи на своих родителей, но они никогда не бывают и не могут быть ПОЛНОЙ КОПИЕЙ одного из них. Единственный способ создать копию человека, его полную копию, это клонирование, Мария. И именно на это и пошёл Белецкий, зная о том, что Иван Милерис скоро умрёт. Он решил его КЛОНИРОВАТЬ.
- Клонировать? О чём вы говорите? - Маша неожиданно рассмеялась, - Это какой-то сумасшедший дом! Вы сошли с ума, Олег, это не правда, это не может быть правдой!
Она смеялась, плакала, кричала. Он взял её за руку и отвёл на пустынный пляж. Но Маша всё ещё отказывалась ему верить. Чушь какая-то! Какой-то профессор, помешанный на клонировании, который оказался давним знакомым матери Ивана. И который взял у него кусочек кожи (или волос?), чтобы создать клона. Потом он воспользовался яйцеклетками Аллы, которая решила сделать искусственное оплодотворение в этом же медцентре. Так она забеременела, считая, что вынашивает собственного ребёнка, а на самом деле она носила клона. Клона Ивана Милериса.
- Теперь я понимаю, очень многое понимаю, - голос Маши дрогнул, - но что теперь мы все будем делать? И что будет делать сам Давид?
...Давид объявился на другой день. Молча прошёл мимо родителей, выпил кофе, перекусил найденным в холодильнике и ушёл к себе. Алла пыталась с ним заговорить, но Рафаэль её останавливал - мол, посмотри, в каком сын состоянии. Ему нужно время, чтобы всё осмыслить. Потом, все разговоры потом.
Через несколько часов в дом Фернандесов приехала Маша. Алла, разумеется, была не рада её визиту, а вот Рафаэль, наоборот, принял девушку радужно. Алла, недовольно поджав губы, удалилась из гостиной, ничего не объясняя ни мужу, ни гостье, а её муж, усадив Машу в кресло, а потом сам усевшись напротив неё, спросил:
- Полагаю, что Олег вам ВСЁ рассказал, не так ли?
Маша кивнула. Рафаэль, немного помолчав, предложил ей лично поговорить с Давидом. Маша посчитала это бестактностью, но Рафаэль считал иначе, и они вместе направились в комнату Давида. Остановившись перед его дверью, Рафаэль постучался, а потом на чистом русском языке попросил сына открыть.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги