Гусси. Защитница с огненной скрипкой

Глава 3

Я тут без конца толкую о Ритуалах, какие они важные, да как защищают нас от Погибели и что их надо в точности соблюдать, потому что от этого зависит безопасность всего посёлка. И всё же я так и не собралась объяснить, что же это за Ритуалы такие. Это упущение, и я прошу меня извинить.

Давайте-ка я подробно опишу всё, что мы делали в тот день, когда уехал дедушка Вдова, и что повторяли каждый день, раз за разом. Конечно, за исключением того, что с нами постоянно был дедушка Вдова – он задавал ритм гимнам и молитвам, выпевал Таинства, следил, чтобы я не переврала ни одного звука, ни одной ноты в гимне.

Первым делом в это тёмное и страшное утро мы со Сверчком вышли за ворота и три раза обошли вокруг посёлка противосолонь (это значит против часовой стрелки, если вы не знаете). Мы шли друг за другом, не поднимая глаз от земли, заполнив сердца благодарностью за прах под ногами. Это действительно важная часть Ритуалов – что творится у тебя в сердце и чем заполнены твои мысли. Дедушка Вдова называет это нашими стремлениями, и мы всегда должны следить, чтобы они были правильными. Потому что, как он говорит:

– Куда ведут стремления, там и твоё сердце.

Вот нам и следует держаться чистых стремлений и благодарности в сердце, пока мы делаем этот обход. Иногда это совсем непросто, почти невозможно, всё равно как бежать с полными пригоршнями воды: того и гляди, все благие стремления и благодарность прольются сквозь пальцы. Но сегодня это было не так трудно, когда буря грозит на горизонте и вдобавок дедушка Вдова уехал. Я сразу смогла сосредоточиться, а сердце и тело пронизали нужные стремления. И знаете, что? Мне становилось легче с каждым шагом противосолонь вокруг посёлка. Обычно у меня уходило два часа, но сегодня я шагала быстрее и уложилась в полтора.

Честно говоря, я здорово перепугалась. Что, если нельзя было так спешить? Надо сделать всё заново – или нет?

«Спокойно, Гусси, – сказала я себе. – Нет правила, определяющего скорость ходьбы по время Ритуалов. Просто не спеши так в следующий раз, и всё обойдётся».

Потом мы спели «Утренний гимн». Это песнопение в честь восхода, торжественное, полное силы и света. Ну вообще-то я его не пела. Его пел дедушка Вдова. Я играла на скрипке, и эта торжественная мелодия словно поднимала солнце на небо – хотя сегодня его вряд ли вообще увидишь. Оно и к лучшему, вы уж поверьте. Я как возьмусь петь – ровно бородавочник захрюкал. Не очень-то торжественно выходит, знаете ли. Дедушка Вдова просто говорил мне, что надо с этим смириться, – каждый поёт, как может.

– Тому, Кто Слушает, неважно, как звучит твоё пение, – повторяет он. – Тому, Кто Слушает, важны твои стремления.

Может, оно и верно, но я по-прежнему стараюсь не петь, если без этого можно обойтись. Честно говоря, меня всё же немного тревожило то, что пение должно быть красивым, но вам кто угодно скажет, что в песне мелодия в десять раз важнее слов. И вдобавок Сверчок всякий раз принимается подвывать и тявкать – наверняка повторяет мои слова, только по-собачьи. И я старалась верить, что этого довольно.

Ну вот, мы и закончили. Первые из Ритуалов выполнены, а ещё десяти нет.

Я присела передохнуть на крыльце у дедушки Вдовы и смотрела, как к нам приближается буря. Синие лезвия молний пронзали воздух. Я попыталась прикинуть, как далеко до грозы, считая секунды между вспышкой и грохотом, но молнии сверкали так часто, а грохотало так непрерывно, что невозможно было ничего понять. Всё, в чём можно было быть уверенной, – это что буря очень сильная и идёт прямо на нас. Я ведь не говорила, как часто в пустыне случаются бури, нет? Раз пять в год, и никогда они не приходят поздней осенью, как сейчас. То есть вы понимаете: было что-то ненормальное в этой буре – в чёрных провалах туч, в рокоте грома, в низких молниях, бивших в землю, как небесные мечи, – что-то странное и угрожающее. Пожалуй, мэр Беннингсли был прав. Наверное, лучше было бы дедушке Вдове сегодня остаться. Может, я всё же недостаточно хороша.

Вот только такие мысли совсем не помогут мне отстоять посёлок – ни за что и никогда. И придётся мне быть достаточно хорошей. Иначе никак.

Так что подняла свою задницу с крыльца и занялась Дневными восхвалениями, для чего захватила пригоршню песка и пропустила его сквозь пальцы так, чтобы ветер превратил его в ярко-жёлтое полотнище и тут же разметал на песчинки, чтобы где-то в другом месте поднять в вихре в виде песчаного демона. Я старалась сделать всё безупречно, как сделал бы дедушка Вдова, даже постаралась таким же отвлечённым взглядом проводить песок. Потом прикоснулась мизинцем к губам и к сердцу, и так три раза, потому что только три раза дают уверенность в том, что это сработает. Я взялась за скрипку и сыграла короткую весёлую джигу под названием «Гимн полуденному светилу». Мелодию, которая придаёт сил даже в самую жару. Там слова самые простые – про солнце и дождь, ветер и звёзды, как славно потрудилась вселенная, создав это место и поселив нас здесь, и как это прекрасно, не так ли? Я даже рискнула прошептать слова себе под нос в такт мелодии, просто чтобы усилить Ритуал. Я любила «Гимн полуденному светилу» – он приносил свет даже в самый неудачный день.