Гувернантка для дочери дракона

Глава 12 Полёт на драконе во дворец

Оливия

В бочке воняло перегаром, видимо, здесь хранилась какая-то брага, но нам повезло, что они оказались пусты. Кое-как разместившись внутри, я прижимала к себе Николь как можно ближе, страх, что бочка может развалиться, не покидал. Не хотелось, чтоб нас так быстро нашли. От страха дрожали и руки, и ноги. В ушах стоял звон, поэтому мыслить ясно не получалось.

Я прижала Николь к себе ещё сильнее, потому что снаружи послышались шаги. Как же было страшно, внутри всё скрутило тугим узлом, мешая нормально сделать вдох. Послышалось шуршание, потом женский визг, и что-то упало.

— Нашёл, — раздался мужской крик, в этой тишине он показался оглушительным.

— Поднимайтесь наверх, с вами больше ничего плохого не случится, — вещал всё тот же мужской голос.

Девушки что-то ему отвечали, а я не могла разобрать, даже из бочки вылезти не могла от страха. Николь сама ко мне прижималась, дрожа всем тельцем.

И вот над нашей головой пробился лучик света – крышку сняли, и показалось мужское лицо. Гладковыбритое, с прищуренными серыми глазами и мягкой улыбкой.

— Вылезайте, вам больше ничего не угрожает, — сказал мужчина и подал руку.

А у меня ноги онемели, я даже пошевелить конечностями не могла, не то чтобы встать. Я попыталась подняться с Николь на руках, но у меня не получилось. Тогда мужчина протянул руки к малышке, но она вцепилась в меня ещё сильнее.

Тогда он просунул руки в бочку, взял меня за попу и стал поднимать наверх. Я терпела это ровно до того момента, пока он нас не вытащил и не стал мою пятую точку наглаживать.

Вот тут я уже не стерпела и влепила ему звонкую пощёчину. Правда, тут же испугалась последующей реакции от него. Но он только мотнул головой на выход и прикрыл щеку рукой. Я пропустила его вперёд, совершенно не зная, куда идти.

Прижала к себе Николь сильнее и пошла в сторону лестницы. В нос ударил морозный воздух вперемешку с тухлятиной, а когда поднялась на палубу, то увидела, что повсюду валяются мёртвые тела в луже крови.

Я прижала Николь к себе так, чтобы она не видела этих ужасов, и закрыла глаза, представляя себе, что я нахожусь где-нибудь в другом месте, чтобы подавить подступающую тошноту, но выходило плохо, хотя главное, чтоб малышка этого не видела.

— Николь? — услышала я знакомый мужской голос и открыла глаза.

Напротив нас стоял граф. Николь завозилась в моих руках, а когда повернула голову, проговорила едва слышно, почти пропищала:

— Папочка.

Мужчина бросился бежать к нам, но остановился в двух шагах и стал внимательно осматривать наш внешний вид, закипая при этом от злости.

— Папочка, мне было так страшно, как хорошо, что ты нас спас, — сказала Николь и потянулась к отцу. Мужчина хотел взять её, но потом попросил меня закрыть ей уши и повернулся к двум мужикам, видимо, это были пленные, которых я сразу не заметила.

— Ключи, ублюдки, а то я вам сейчас буду отрывать конечности, пока не найду, ну? — сказал граф, а я аж вздрогнула от его голоса. Вроде бы не кричал, а у меня мороз по коже прошёлся.

--- Ваше Величество, мы нашли похитителей, --- услышала я, как один из мужчин, по комплектности похожий на графа, со светлыми волосами с кем-то разговаривал, --- что теперь делать?

--- Всех во дворец! --- ответил ему властный мужской голос. У них что, и телефоны есть? Может быть, я смогу позвонить родным и сообщить, что со мной всё в порядке, чтоб не переживали.

Пленники заерзали, к ним подошёл один из мужчин с защитными пластинами на одежде, забрал ключи у одного из пленных и стал расстёгивать кандалы и ошейники. Граф взял на руки Николь, чтоб нас тоже освободили от оков, аккуратно прижимая её к себе, чтоб не касаться содранной кожи на ручках и ножках. Она обвила его своими маленькими ручками и ножками, как обезьянка, уткнулась ему в шею и заплакала, а у меня сердце сжалось оттого, что я ничем не могу ей помочь. Была бы моя воля, я бы взяла на себя её страх и боль.

--- Арррррр, --- я вздрогнула от прокатившегося как будто бы рёва дикого зверя, но я никаких животных здесь не увидела.

Я видела, с какой ненавистью он посмотрел на пленников, но сдержался, видимо, их хотят допросить. И тут я вспомнила про книгу, которую нашла в тайной комнате, куда мы с Николь спрятались, думаю, графу стоит её почитать, ведь там было написано про Николь и её магию.

— Подождите, — крикнула я мужчине, вытаскивая книгу из кармана платья и протягивая графу, — вот, думаю, вы должны её прочитать. А потом пошла догонять остальных. Совершенно никакого желания не было здесь задерживаться.

Двое мужчин подошли к борту корабля и, повернувшись к девушкам, о чём-то с ними начали разговаривать, а после вокруг них появилась дымка, и уже через пару секунд в воздухе зависли огромные… драконы. Как такое возможно? Между тем девушки подходили к драконам с опаской, а те осторожно брали их в лапы и взлетали, пленников также в лапы взяли, вот только с ними никто церемониться не стал.

Затем подошли ещё мужчины и, превратившись, подхватили оставшихся девушек и взлетели. А я смотрела с замиранием сердца на эту картину, ведь драконов я видела только по телевизору, а тут живое величественное существо. Хочется и спрятаться, и взгляд при этом отвести невозможно.

И пока я стояла и смотрела, как величественные существа взмывают в воздух, ко мне подошёл граф.

— Вы полетите со мной. Простите, забыл ваше имя. — Я опять вздрогнула от неожиданности. Честное слово, ещё немного, и я буду дёргаться и заикаться на постоянной основе. Перевела взгляд на мужчину и ответила, задав интересующий меня вопрос:

— Оливия, — кажется, я уже срослась с этим именем, хотя оно мне нравится больше моего, — а это не опасно? — я посмотрела в сторону улетающих драконов.

Но мужчина не ответил, передал мне Николь и отошёл. Я приготовилась к тому, что меня также понесут в лапах. Но вот дымка прошла, а дракон завис около борта корабля и не спешил меня хватать, а только выставил крыло. А я зависла, рассматривая его, и мне до одури захотелось потрогать его крыло и чешуйки. Я терпеть не могу змей, их холодные неприятные тела, но от крыла шёл жар, и я начала водить по нему рукой, ощущая, как меня тянет к нему прижаться, а дракон в ответ начал урчать, напоминая большого кота, которому добрая хозяйка решила за ушком почесать.

Я улыбнулась, ну до чего же милота. А потом в своей голове услышала, как граф просит меня поторопиться. Я сперва думала, что мне послышалось, но, когда он повторил, я поняла, что я каким-то странным образом его слышу, а потому обратилась к Николь:

— Николь, зайка, твой папа просит, чтобы мы залезли к нему на шею, нужно лететь.

Малышка кивнула, я помогла ей забраться по крылу и удобно устроиться между наростами, а сев сзади неё, ещё и крепко её к себе прижала. Она откинула на меня голову и затихла, а я почувствовала, как будто бы мы оказались в тёплом коконе.

Прилетев к дворцу, дракон приземлился на открытое пространство, а после принял человеческий облик. Я хотела обнять и поцеловать графа в щёку, тем самым поблагодарить его за спасение, но передумала в последний момент, что у него есть невеста, о поступках которой он не в курсе. Но я не хочу навязываться, пусть сперва с ней разберётся.

В сердце кольнуло, я что, ревную? Да ладно, глупости всё это. Я, может, не сегодня-завтра домой вернусь, а он найдёт себе другую невесту. Он граф, а значит, и невеста должна у него быть знатная, а не какая-то попаданка без роду, без племени. Так, не нужно грустные мысли в голове собирать и копить.

Я тряхнула головой, сухо поблагодарила графа за спасение, и мы молча пошли, судя по окружающей обстановке, через чёрный ход. Граф открыл неприметную дверь, и мы вошли в тускло освещённое факелами узкий каменный коридор. Мужчина шёл молча, держа на руках Николь, а я семенила за ним следом.

Пройдя коридор, по которому гулял сквозняк, мы подошли к лестнице, по которой стали подниматься на более светлый этаж. Здесь даже красные ковровые дорожки лежали с каким-то странным замысловатым золотым рисунком, на стенах висели гобелены с изображением величественных драконов, каких-то битв и охоты, а ещё были красивые праздничные гобелены, где все были очень красиво одеты и поднимали кубки за большим накрытым столом.

Пройдя ещё немного по коридору, мы остановились около дверей, когда граф открыл их с использования магии, мы вошли в просторное помещение. Здесь всё было просто: камин, который мужчина тут же затопил, аккуратно передав мне перед этим малышку, большая кровать, сверху застеленная синим покрывалом, балдахин со струящейся лёгкой синей тканью, шкаф и дверь, которую я сразу и не заметила.

— Сейчас подойдёт служанка, — сказал граф, подходя к двери и открывая её, — располагайтесь и будьте как дома. С этими словами он вышел, а я попыталась разбудить Николь.

— Малышка, давай я тебя помою, и мы ляжем спать, хорошо?

Она слабо кивнула, я положила её на кровать, а сама пошла исследовать то, что было за неприметной дверью. Как я и думала, здесь находилась купель. Пока я думала, как открыть воду, в покои зашла служанка, набрала воды, и пока я мыла Николь, она сменила постельное бельё, оставив нам ночные сорочки и лёгкий перекус.

Аккуратно намыв Николь, стараясь особо не задевать её болячки на ручках и ножках, я стала их обрабатывать мазью, которую оставила служанка, и перевязывать мягкой тканью, видимо, вместо бинтов. После перекуса мы забрались с Николь в кровать. Я её обняла, и она быстро уснула, но, когда я сама стала засыпать, прижалась ко мне и закричала:

— Мама, мамочка, не бросай меня. Я так сильно по тебе скучаю, вернись ко мне, мамочка.

— Не плачь, моя хорошая, всё будет хорошо, — пытаясь успокоить, говорила я и гладила её по голове, а у самой текли слёзы из глаз. И на душе в этот момент как будто плотину прорвало, я обняла её, прижала к себе и, глотая слёзы, произнесла:

— Я с тобой, моя девочка, я тебя никогда не брошу.

И в этот момент комнату озарило золотое сияние, а потом так же быстро пропало, только мерцающие золотые искры медленно опустились на нас и исчезли, будто бы в кожу впитались. А малышка успокоилась в моих объятьях, перестала плакать и засопела, а следом за ней уснула и я, почувствовав себя на своём месте.