Хочу ребенка от Деда Мороза

Глава 3

Марина

Бросаю оценивающий взгляд на своего спасителя в образе Дедушки Мороза. Какой-то сюр, но даже забавно, что моим спасителем стал не какой-то дворник, бизнесмен или пожилой мужчина, а вполне себе молодой мужчина в карнавальном костюме.

Мужчина ведет машину и ни о чем не переживает. У меня же переживаний полная голова.

Нужно как-то признаться папе, что я ушла от Кирилла. Порадовать его тем, что он был прав, и с Ульяновым у меня ничего не вышло. Признаюсь в том, что ничего в жизни не добилась. Ни профессии толковой, ни семьи, ни-че-го!

У меня правда ничего нет! Я никак себя не проявила! Ни как жена, ни как талантливый специалист, ни как мать. Никакого толка от меня для общества.

Папа и так уже несколько месяцев требует, чтобы я вернулась домой и работала у него. Чтобы взялась за семейное дело, а не тратила себя на мужика, который за семь лет даже попытки к чему-то серьезному не предпринял.

Я даже переехала к нему случайно. Просто мою арендованную квартиру затопило, и Кирилл предложил переждать у него. И я осталась на шесть лет в его доме.

И самое ужасное, что сейчас я с папой совершенно согласна. Сейчас согласна, когда Кирилл это сделал. Выгнал меня на улицу практически раздетой, а я только неделю как после простуды.

Ненавижу его!

А если и правда себе все женские органы застудила бы? Что, если уже застудила и никогда не стану мамой? Что, если эта выходка мощно ударит по моему здоровью?

— Марфуш, не хмурься! Пугаешь меня! — звучит со стороны водителя.

— А? — не сразу понимаю, что он сказал.

— Говорю: не хмурься, — повторяет он, мягко улыбнувшись. — Пугаешь меня своим молчанием и этой непонятной гримасой на лице. Непонятно, злишься ты или пакость какую-то задумала.

— Простите!

— Что у тебя на уме? — Глеб от меня не отстает, скорее всего, решив, что он психолог, и, если он со мной не будет говорить, я точно глупость сделаю. — О расставании грустишь?

— Нет! — восклицаю я, гневно сжав кулачки. — Ни о чем не жалею! Пусть катится колбаской!

— Правильно! — поддерживает меня Дедушка Мороз без бороды и совсем не седой. — Ты еще бутербродик назло ему съешь!

— А вот возьму и съем! — восклицаю, вгрызаясь во второй кусок. — Фот так ему! — рычу, жуя бутерброд. — И еще ему! — вновь кусаю.

Глеб отворачивается, пряча свою улыбку, но я-то все вижу и чувствую. Смешно ему. А у меня трагедия! Я семь лет жизни сейчас перечеркнула.

Я доверяла Кириллу! Верила ему и его обещаниям, что все будет хорошо. Верила, что он меня любит! А он… Разве нормальные люди так делают⁈ Разве выгоняют зимой людей?

— А можно я с вашего телефона папу наберу? — обращаюсь к Морозову, рукой вытерев слезы. — Может, он сможет что-то сделать?

— Бери, — протягивает мне свой смартфон.

Аккуратно забираю из его рук телефон и включаю его. На экране высвечивается фотография моего временного водителя в окружении котят. Самых разных. Не породистых, но очень милых. И Глеб на этом фото сам как котенок милый, светлый и очень красивый.

— Это… — поднимаю взгляд на мужчину.

— Это питомник, которому я помогаю, — отвечает он, снова улыбаясь. — Он рядом с моим домом. Корм им закупаю и за свет плачу. А там за это мне котят дают первому потискать. Это самый масштабный улов был. Семнадцать котят приютили. Я в их власти. И мне очень нравится эта фотография! Даже не проси ее сменить на твое фото! Я не соглашусь! Я слишком самовлюбленный, — ловит мой взгляд и поигрывает бровями.

— Это мило. Даже очень, — признаю и протягиваю ему смартфон обратно. — Разблокируешь телефон? — прошу Дедушку Мороза.

— Семнадцать, десять, девятнадцать.

Ввожу код и странно кошусь на Морозова, который спокойно отдал мне пароль от собственной жизни. В наших реалиях телефон — это все! Мозг, душа, связи и даже воспоминания.

Кто вообще называет код от телефона незнакомому человеку? Маньяк какой-то!

К кому я вообще села в машину?

Забиваю в поисковике название компании отца. Нахожу сайт его фирмы, который делала сама, а в самом углу — номер телефона.

Набираю номер и прикладываю телефон к уху.

— Добрый день! Приемная «Лопатин-софт», — представляется папина секретарша. — Меня зовут Ирина!

— Ирина, меня зовут Марина Лопатина, — представляюсь я в ответ. — Мне нужно связаться с папой. Григорием Лопатиным. Я телефон потеряла. Не могу его номер найти и лично набрать.

— Пару минут, — бросает женщина. — Уточню информацию.

Бросаю взгляд на водителя, думая, что он подслушивает. Но этот странный человек пританцовывает под еле слышные звуки из динамиков.

Дурачок какой-то!

Ох, у мужчин все просто! Что у этого, что у Кирилла! Никаких забот! А у меня их куча. Даже завидую этому Деду Морозу.

— Марина, — голос папы появляется в телефоне.

— Пап, это я!

— Что случилось, Марина? — взволнованно спрашивает отец и словно бьет в яблочко с первого удара. — Этот дурак тебя бросил, да?

Он что, за мной следит? Откуда все знает?

— Пап!

— Так я и знал, что ты не справишься! — продолжает папа, словно бы и не слышит меня. — Знал, что этот урод поматросит тебя — да бросит! Где ты? Я приеду и заберу тебя! Говори! И не реви! Будь сильной! Приедешь, устрою тебя к себе! И сам тебе жениха выберу! Достойного! Сразу на тебе женится! И…

Ну нет! Знаю я его кандидатов!

— Пап, это… — перебиваю его. — Я замуж выхожу, и вообще — скоро у меня будет ребенок! Звоню сказать, чтобы ты в планы на следующий год вписал свадьбу дочери! И вообще… я телефон потеряла! Скажи маме, чтобы не волновалась! — восклицаю и отключаюсь.

Громко дышу, глядя перед собой.

Что я только что натворила⁈ Зачем это сказала⁈ Зачем папе соврала⁈

Где я теперь жениха и ребенка ему найду⁈

Папа будет в ярости, когда узнает об обмане!

Неуверенно оборачиваюсь в сторону Морозова, почему-то ища в нем какую-то поддержку или утешение.

— Обратно не повезу, — предупреждает он меня мрачно. От того улыбчивого и расслабленного мужчины не остается и следа. — Он тебя замуж не возьмет. Да и детей от тебя не хочет! Ты ему не нужна.

— Я не хочу обратно, — признаюсь ему. — Не к Кириллу. Он четко дал мне понять, что у нас нет будущего. А папа… Я что-нибудь придумаю! Выкручусь!

Несколько минут едем в тишине. Морозов все так же мрачен, а я думаю о том, как быть с папой.

Он точно не оценит моего обмана. И теперь от него помощи можно не ждать. Не в ближайшие дни. Если сейчас позвоню и попрошу денег, он обязательно напомнит о том, что я замуж собралась, и предложит попросить денег у «жениха».

И все станет еще хуже!

Ну кто меня за язык тянул?

— Приехали, — вырывает меня из мыслей Морозов. — Выходи. Я уже за тебя все придумал, — вздыхает он и выходит из машины первым.

Оглядываюсь по сторонам, заметив, что мы за городом, но подальше от того коттеджного поселка, где я жила. Машина Морозова припарковалась во дворе какого-то дома в стиле хай-тек.

Моя дверца открывается, и Глеб появляется рядом со мной. Несколько секунд на меня смотрит, как будто что-то для себя решая, и, кивнув своим мыслям, заговаривает:

— Выходи давай, — тянет он мне руку.

— Что происходит⁈ — отодвигаюсь от него подальше. — Зачем мне выходить? Где мы? Зачем⁈

— Я помогу тебе, — как-то грустно произносит он. Кажется, борьба в его голове не закончилась еще. — Останешься пока у меня. Документы восстановим, и поедешь к отцу.

— Не поеду к нему! Не хочу! — восклицаю я. — Не надо! Я не хочу замуж по его указке и работать, как он скажет!

— Выходи давай, Марфуша! — тянет руку ко мне еще больше. — В дом пошли! Здесь холодно! Заболеешь! Моя кофта тебя греет, но на улице не май!

— Я не пойду к вам домой! — возмущенно заявляю ему. — Вообще, зачем я с вами поехала? Я вас не знаю! Я…

— У тебя выбора нет, Марина! — поджимает он губы. Кривится и продолжает. — К этому уроду возвращаться? Или у тебя друзья есть, которые приютить могут?

— Нет у меня подруг больше… — расстроенно вздыхаю и принимаю его руку.

— Тогда у тебя, может, есть другой вариант, к кому идти? — продолжает рассуждать Глеб, и самое ужасное, что он прав.

Вариантов у меня и правда нет. Ни телефона, ни документов, ни одежды.

У меня никого нет! Все мои подруги остались дома, а здесь, в Москве, не удалось ни с кем подружиться. Мои знакомые часто не нравились Кириллу и…

— А вдруг ты маньяк? — спрашиваю его, но в дом с ним иду.

Идеальная жертва. Сама в ловушку пошла.

— Я благородный маньяк, Марфуш, — к моему собеседнику возвращается веселье. — И ты в выигрыше! Если переспим — то ты точно останешься беременной. А если будешь беременной, то я женюсь на тебе! Разве не этого ты хотела? Разве не это ты сказала своему отцу? — ловит он меня на слове и доказывает, что он все же подслушивал. — Дедушка слов на ветер не бросает, внученька. И если ты загадала ему желание, то он его выполнит!

— По твоему мнению, я хочу ребенка от Деда Мороза? — недоверчиво интересуюсь у него, пока тот открывает дверь и впускает меня внутрь.

— А ты не хочешь?

— Нет! — восклицаю и вхожу в дом. — Новые отношения мне не нужны! Тем более с первым встречным!

— Именно поэтому ты заходишь в дом первого встречного, — верно подмечает он, зайдя следом и закрыв дверь.

Оборачиваюсь и посылаю ему прищур. Мстительный и многообещающий.

Зря я это все делаю.

Не стоило садиться к нему в машину и куда-то ехать. Я его не знаю. Он может оказаться кем угодно! Даже серийным убийцей или потрошителем.

Надо как-то у него вновь телефон попросить и как-то дозвониться до мамы. Попросить ее денег прислать. Снять себе отель и уйти. А там самой документы восстановить.

Не нравится мне с этим чудиком в одном пространстве быть.

С какого черта он мне помогать решил? Точно маньяк! Еще и привез непонятно куда. Заставил выйти из машины. Я же могла подождать его в машине, пока он кому-то там позвонит. Разве нет?

Маньяк!

Нужно делать ноги!

Но не сейчас. И не в открытую! Нужно сделать вид, что все хорошо, и будто я ему доверяю, а как придет время, сбежать через окно.

Правда, голой я уже набегалась. Нужно одеться перед этим.

Значит, мой план такой: стащить у Деда Мороза одежду и сбежать от него. Обворовать его и разрушить неизвестный мне план.

Прохожу вглубь дома. Морозов все это время неторопливо следует за мной, словно бы прочитал мои мысли и разгадал мой план.

Оглядываюсь по сторонам, оценивая интерьер.

Пустовато, однако. Но сейчас такой стиль называют минимализм. Мебель есть, но словно бы все необжитое. Холодное и пустое.

— Я камин включу, — заговаривает Морозов и выходит на шаг вперед. — Не предполагал, что вернусь сюда до Нового года. Поэтому дом не грел, да и домработницу отпустил на праздники к семье. Рассчитывал, что у родителей останусь.

— Ага.

— Пойдем, — произносит он и берет меня за руку, точнее, за запястье. Тянет он меня на второй этаж.

— Зачем мне это⁈ — изо всех сил сопротивляюсь и начинаю кричать. Не успела сбежать. Сейчас он что-то со мной сделает. — Куда ты меня тащишь⁈

— У меня наверху есть вещи матери, — останавливается он и растерянно оборачивается ко мне. — Она купила их сюда на те случаи, когда отец в командировке. Ей не нравится одной дома быть. Приезжает ко мне, и мы пару дней вместе проводим. Вещи в ее комнате, в шкафу. Там все женские штучки есть. Даже эти… как они… рачки. Ой, крабики!

— Вещи твоей мамы? — недоверчиво переспрашиваю.

— Ага, — кивает он и отпускает меня. Идет наверх первым, не прекращая говорить. — Будут великоваты, возможно, но точно теплее этого будут, — указывает на мой наряд.

Следую за ним. Мужчина заходит в одну из комнат и достает из шкафа свитер, байковые брюки на шнуровке. Протягивает все мне.

— Переодевайся, — дарит мне улыбку. — Или можешь что-то сама выбрать, — указывает взглядом на шкаф. — Я выйду, чтобы не смущать тебя. Пока камином займусь. Чувствуй себя как дома.

Как дома… Точно чудик… И какой у него план? Зачем я ему?

— Ага, — киваю и жду, пока он выйдет.

Дверь закрывается, и я выдыхаю, почувствовав себя немного лучше. В безопасности. Опасность там, за дверью, а по эту сторону я предоставлена сама себе.

Взгляд цепляется за комод. На нем куча фотографий в рамках. Подхожу поближе, чтобы полюбопытствовать и получить хоть какую-то подсказку, во что вляпалась.

На фотографиях одна и та же женщина с мальчишкой. Везде он разного возраста, как и женщина. Но ее улыбка узнаваема.

Легко узнаю в мальчишке Морозова. Можно по фотографиям изучить, как рос Глеб Морозов. Понять, кто этот мужчина, который спас меня и выкрал, а сейчас непонятно чего от меня хочет.

Спортсмен. Богатый мальчик. Улыбака. Прекрасный вкус. Глаза такие, что утонуть можно в тот момент, когда он улыбается.

Улыбка и правда красивая. Очаровывает, а в голове появляется навязчивая мысль увидеть эту красоту вживую. Потрогать и впитать в себя эту энергию и мужскую силу.

Он сам такой красивый и милый, что невольно начинаю улыбаться.

Мотаю головой, стряхивая непонятное наваждение.

Но все это не должно затуманить мне разум!

Я намерена сбежать!

Да!

Он чудик! Мне небезопасно с ним!

Быстро переодеваюсь в предложенное Морозовым и выглядываю в окно. Высоковато. Не спрыгнуть.

Нужно с первого этажа бежать! Да!

Приоткрываю дверь и выглядываю в коридор. Никого нет, а с первого этажа доносится звук закрывающейся входной двери.

Морозов вышел! А это значит, что путь открыт!

Идеально!

Со скоростью пантеры несусь вниз и, быстро оценив обстановку, решаю вылезать в противоположной от входной двери стороне. Морозов точно пошел к машине. Когда он вернется в дом, то пойдет на второй этаж ко мне. Поэтому у меня хороший шанс покинуть дом, пока его здесь нет. А после сбежать с территории дома, пока Морозов будет искать меня на втором этаже.

Все же я гений! И просто так не пропаду!

От Деда Мороза сбежала и, как выкрутиться перед папой, тоже придумаю!

Несусь вперед и, к своему счастью, оказываюсь в постирочной. Маленькое, почти что крошечное окошко на стене привлекает мое внимание.

Через него и сбегу!

Тесновато, но, если постараться, пролезть можно.

Забираюсь на стиральную машинку и, открыв окно, выглядываю через него. Вижу поленницу дров. По ним можно будет аккуратно спуститься на землю.

С трудом сдерживаю свою радость от того, что у меня все получается. Я спасусь от чудика Дедушки Мороза!

Спасибо, конечно, что спас меня, но мы незнакомы. Он чужой, непонятный мне мужчина.

Решительно вздохнув, карабкаюсь на волю.

Свобода дается трудно.

Окошко и правда маловато. Приходится прикладывать немалые усилия, но в итоге удается наполовину выбраться, а дальше не выходит. Ягодицы не пролезают просто.

— Давай уже! — рычу сама на себя. — Ну! — рывок, и ничего. — Давай, толстушка! Подожми одно место!

— Лучше аккуратнее лезть, — раздается голос сбоку. Немного насмешливый и забавный. — Можешь занозу получить, если так сильно будешь цепляться за дрова. И ты бедрами покрути, Марфуш! Должно помочь!

Резко поворачиваю голову в сторону звука, не на шутку испугавшись.

Морозов стоит все в том же костюме Деда Мороза и с топором в руках. И с одним поленом, которое до этого, кажется, рубил.

Черт, он же пошел камин разжигать! А для этого дрова нужны!

Черт! Вот я невезучая! Попалась!

— А я это… — тяну, испуганно глядя на Деда Мороза-дровосека.

И что же придумать?

Воздухом вылезла подышать?

Забыла, через какую дверь вошла в дом?

— Погулять решила? — подкидывает мне варианты Мороз, ослепительно улыбаясь. — Но дверь не нашла? И окно пошире тоже?

— Сбежать я решила! — восклицаю громко и на эмоциях. — Ты же явно маньяк! Притом непонятно какой!

— А, ну ладно, — спокойно соглашается он, берет табуретку и садится передо мной. — Продолжай выбираться тогда. Я поддамся своим маньячным желаниям и буду за тобой наблюдать и думать, что с тобой делать!

— Не вылезу!

— Почему же? — ухмыляется он. — Передумала?

— Я застряла! — признаюсь ему и демонстративно делаю рывок вперед. Как и ожидалось, ничего не получается.

— Я вижу, — довольно улыбается, а мне вмиг хочется в него чем-то кинуть или глаза ему выцарапать, чтобы не видел. Чтобы не смеялся и из его глаз исчезли эти смешинки.

— Помоги! — молю его. — Пожалуйста!

— Зачем мне помогать своей жертве сбежать, Марфуш? — хмыкает он, продолжая улыбаться. — Разве так поступают маньяки?

Ну нет! Это уже ни в какие ворота!

Я точно сяду за его убийство!

Зачем он издевается?

Зачем меня спас? Вытащил из сугроба, чтобы оставить застрявшей в его окне⁈

— Да я тебя сейчас расцарапаю! — кричу. — Выпусти меня немедленно!

— Ты вначале вылези, а потом царапай, красавица!

— Выпусти меня! — продолжаю гневаться. — Я буду кричать! Соседи сбегутся!

— Малыш, ну ты меня балуешь! — встает он со своего места и подходит ко мне, но так, чтобы мои руки все же до него не дотянулись и он не пострадал. — И кричать она будет, и царапаться будет! Прям все мои пристрастия угадываешь, девочка! Еще одно — и джекпот сорвешь!

— Придушу! — рычу.

— Не очень люблю, но можно, — прикинув и покачав головой, выдает он свои мысли.

Издевается, дурак!

Ну ничего!

Я выберусь рано или поздно!

Я ему устрою!

— Укушу! — все свои намерения относительно него озвучиваю.

— Бинго! — восклицает он. — Мне нравится твой план!

— Я скажу в полиции, что ты меня украл! Что похитил! Пытал и… — рычу, и на эмоциях мне удается протиснуться немного.

Пара таких рывков — и я вылезу.

О да! Это победа! Выползу, и тогда ему конец!

Сяду в тюрьму! Реализуюсь как убийца! Тоже в каком-то смысле успех в жизни!

— Продолжай, Марфуш, — тянет моя жертва, которая, кажется, ничего не боится в этой жизни. — Мне интересно! Я просто хочу знать, что скажу адвокатам! Они должны заранее линию защиты выстроить.

— Ты меня бесить начинаешь! Жутко бесить!

— Приятно слышать! От беса до любви один микро-шаг! — произносит и достает свой телефон. — Пару минут, Марфуш. Отвечу на звонок. С другом планы были. Пришлось из-за тебя их поменять. Но я быстро! Не скучай!

И с телефоном отходит в сторону.

Пользуюсь тем, что он занят, старательно двигаю бедрами, намереваясь втихую сбежать.

Через какое-то время мне удается протиснуть ягодицы. А это значит, что я свободна. Ноги вытащить будет несложно.

Только удача сегодня не на моей стране.

Делаю резкий и уверенный рывок вперед — и вместе с поленьями, на которые очень надеялась, лечу вниз. Больно ударяюсь о землю, и острая боль пронзает ладонь.

— Артем, потом! — раздается громкий крик, и вот он — мой Дед Мороз перед мной. На коленях. Испуганно сканирует меня с ног до головы. — Ты цела? Что болит? Ничего не сломала? — обеспокоенно спрашивает он.

— Рука, — указываю ему и поднимаю ее вверх. Жалуюсь, как маленькая девочка, но почему-то хочется. Хочется жалости к себе.

Вся левая ладонь в крови, которая сочится из раны с краю.

Пытаюсь пошевелить пальцами, и, к счастью, это удается сделать без проблем. А это значит, что ничего не сломала.

— Просто покорябала, — поднимаю доверчивый взгляд на Морозова. — Ничего страшного!

— Ноги? — продолжает он свой осмотр.

— Двигаются, — демонстрирую ему, встав на ноги. — Но немного болит бедро. Вот здесь, — признаюсь и касаюсь бедра. — Немного отдает вниз, но это ушиб. У меня уже такое было.

Решаю не говорить, что при опоре на ногу отдает в стопу.

На бедре будет хорошенький синяк. Но главное, что ничего не сломано.

Уже хорошо!

Дед Мороз аккуратно подхватывает меня на руки, даже не интересуясь, нужно мне это или нет.

— Куда мы?

— В дом, — отвечает, не останавливаясь. — Рану обработать и посмотреть, что с ногой. Пока не проверю, что все целое, тебе лучше самой не ходить, чтобы не повредить ничего.

Доверчиво смотрю ему в глаза, не веря, что он это делает. Не кричит, не злится, а просто, взяв на руки, несет в дом.

Внутри Глеб опускает меня на диван и достает из шкафа аптечку. Находит необходимое и принимается обрабатывать мне раны на руке, а затем заматывает бинтом.

— Не больно? — заботливо интересуется он и дует на мою ладонь, а я и слова сказать не могу.

Разве так бывает?

Чтобы мужчина жалел?

Это только в турецких сериалах, а мы в реальности!

Кирилл на меня обычно кричал. Говорил, что я не девушка, а какое-то чудище неуклюжее.

Ну а что я могла с собой поделать, если такая? Разве можно как-то избавиться от неуклюжести? Я с детства такая.

И если с этим я ничего не могла сделать, то со слезами умела справляться. Папа всегда твердил, чтобы не ревела, как маленький ребенок. Что взрослая и боль должна уметь переносить. И я переносила…

— Кроме руки и бедра ничего не болит? — продолжает Глеб, проверив на подвижность и мое бедро.

Штаны снимать не заставил. Просто понажимал на разные точки на бедре и вынес вердикт, что ушиб средний. Обещал мазь заказать.

— Не-а… — качаю головой. Следующий вопрос вырывается сам по себе. — А ты точно не маньяк?

— Малыш, я обычный человек, — с улыбкой тянет он. — А ты девушка, которая попала в беду. Я просто хочу тебе помочь — и все. Мне не сложно! Я же не связываю тебя, в подвале не запираю. Я даже тебе комнату личную выделю!

— Просто так помогаешь?

— Конечно, котенок! Просто так! — отвечает он с милой улыбочкой, но в его глазах есть что-то неопознанное. Не то скрытый умысел, не то желание что-то скрыть. — От тебя мне ничего не нужно, Марфушка. Вокруг меня куча девчонок, которые на меня вешаются. Если я захочу близости, мне легче одну из них позвать, чем тебя принуждать.

Не понимаю…

И зачем ему эта возня с незнакомой девушкой?

— Правда⁈

— Да и возиться с тобой дольше, — продолжает Морозов, и на его губах вновь появляется эта издевательская улыбка. — Надо подвал где-то найти… Веревку… Долго репетировать у зеркала смех маньяка. Долго и энергозатратно!

Дурак!

— Все, Марфуш, не грусти! — щелкает меня по носу. — Сейчас выдам тебе куртку, и пойдем рубить дрова. Я тебя больше одну не оставлю! — предупреждает меня Дед Мороз. — Кто тебя знает. Вдруг в следующий раз через унитаз сбежать захочешь. Это уже МЧС вызывать придется.

Ой, дурак!

Я там не пролезу…

Хотя идея хорошая!

Киваю и надеваю принесенную им куртку. На мгновение даже утопаю в аромате, исходящем от одежды. Пахнет вкусными мужскими духами.

Но быстро беру себя в руки.

На улицу меня относят на руках. Сажают на табурет, на котором совсем недавно сидел Морозов. И дают важное задание: пересчитать все поленья.

Хотя смысла в этом никакого.

Поэтому задание игнорирую. Вместо этого молча оцениваю своего Деда Мороза.

Красив. Силен. Спортсмен, судя по телосложению и фотографиям. Добрый. Милый. Заботливый.

Чувство юмора в каком-то смысле у него хорошее. Немного пугает меня, но это всегда так, когда человека не знаешь.

В остальном Мороз — идеальный, я бы сказала…

Чтобы доказать папе, что я не совсем потеряна — мне нужен ребенок. Я должна реализоваться хотя бы как мать.

Да! Я хочу ребенка от этого Деда Мороза!

Ребенок будет красив, умен и с красивыми глазами.