Ида Премудрая

Глава третья. Он само совершенство, от улыбки до жестаааа

К вопросу о совершенных мужчинах…

Жизнерадостное гудение телефона разбудило ранним утром. И это я поклялась себе выспаться!

А еще мне снился сон! Волшебный… Кирилл… Его губы скользили по моему разгоряченному телу, и я готова была молить о…

— Да!

— Привет… — как-то осторожно проговорила Вася. — Ты… не одна?

— Я?…

Откинула волосы со лба — и даже рассмеялась. Так отреагировала на звонок, будто меня и на самом деле прервали на чем-то… на чем-то прервали.

— Случилось что? — по сердцу тупым ножом резанула тревога. — Васька?

— Не-не-не! Все хорошо. Федор тебе привет передает.

— Фу… Напугала. Тогда — что?

— Извини. Понимаешь… Тут объявился ооочень настойчивый друг Федора. Не постеснялся отвлечь нас от медового месяца…

Я рассмеялась. «Ай да прекрасный незнакомец! Припекло? Что так?!»

— Ну что ты сразу, — услышала я голос Федора. — Кирилл он… своеобразный. Но…

— В общем, этот своеобразный… Спрашивал твой номер телефона.

— Вааась. Будь другом, а?

— И?

— Не давай. Уговори Федора. Надо — пусть сам найдет!

Не. Я добрая и милая. Но сейчас во мне что-то злорадное и ехидное плясало ритмичный ирландский танец под звонкий стук каблучков.

— Хорошо. Не дадим, — не стала спорить со мной подруга.

— Фотки моря пришли! — попросила я.

Уже прощаясь, услышала задумчивый голос Федора:

— Ну, тетю Лену он знает. Так что инкогнито сохранять долго…

И довольный смех Василисы. Который, признаюсь, меня озадачил.

Ближе к обеду я уже была в том самом центре, где вчера едва не был поставлен крест на моей карьере. Поскольку девицу я уволила, а новую еще не нашли — пришлось проводить занятия самой. Тем более я обещала пострадавшей группе компенсацию.

Как всегда, перед тем как встретиться с группой — настройка. Сесть. Успокоиться. Расслабиться. Услышать мир в душе и ощутить себя частью мира. Сначала не получалось. Но потом я стала вспоминать.

Первый зал, мои первые ученицы… Я, еще мало что знающая, но отчаянно делающая вид, что все под контролем.

Это сейчас центры йоги чуть ли не на каждом углу. Фитнес-центры, бассейны, культ здорового образа жизни и правильного питания. Все занимаются телом и здоровьем. Кто-то и правда на пользу, но чаще всего, к сожалению, во вред. Что только не делают девчонки и мальчишки с собой. Особенно молодые. Чтобы кому-то что-то доказать…

Еще лет пять назад все это не было так уж популярно. Чтобы завоевывать аудиторию пришлось попотеть. Ко мне шли, прежде всего, с бедами. Потому что болит. У кого — тело. У кого — душа. Тут уж как карта ляжет…

А еще ко мне почему-то потянулись беременные. Почему-то им было легче, когда рядом так же кряхтел в позе собачки или неуклюже выгибал спину в кошечке. И понеслось…

— Ида! — окликнули меня.

Открыла глаза.

— Да?

В дверях стоял Кирилл.

— Я записался на индивидуальные занятия.

И непокобели… непоколебимо направился ко мне. Торжественный такой. Тренировочные штаны на самых бедрах, совершенный обнаженный торс, босые ноги… Сосредоточенное лицо.

Плавный шаг ко мне… Не по прямой, а чуть со смещением. Он часом ничего не попутал?

Любопытно. И в чем он мне предлагает индивидуально потренироваться?

Ну, в лучшем случае — прекрасным сексом. Потому как на стиль змеи я не согласная.

— Ида… Я тебя искал.

Ммммм… какой баритон. Упасть, отдаться, и будь что будет! Я внимательно изучила поверхность пола. Свой коврик для йоги. Не… Что-то не то…

— Скажите-ка мне, Кирилл. У тебя черный пояс по чему?

Он замер.

Скажите, пожалуйста.

— А кто тебе рассказал?

Еще и скрытный. И про службу упоминал. Уж не разведчик ли он часом? Бонд. Кирилл Бонд.

Тут я не выдержала и рассмеялась.

— А что? Это государственная тайна?

Он сурово поджал губы.

Ах ты! Мое бедное сердце! Оно… трепещет. Ну, почти.

— Для того, чтобы ее не выдать, — я сделала шаг к нему, — не надо было обнажаться.

Провела ладонями по его телу. Задержалась на груди. С удовольствием послушала, как понеслось вскачь сердце. Кончиками пальцев коснулась кубиков на прессе, спустилась к завязкам на спортивных штанах.

О! Какой хриплый вздох! Просто… музыка!

— Ида!

— Да?

Я, глядя ему в глаза, шагнула назад.

— Тебя надо было Адой назвать.

— Это еще почему?

— Ты просто Ад ходячий.

Вот это было обидно. Если все так плохо — чего пришел?

— Ида Викторовна! — послышался голос администратора.

Мы с Кириллом сцепились взглядами. Никто из нас первым опускать глаза не собирался.

— Ида Викторовна! Там группа беременных пришла!

— Благодарю за занятие. Было… познавательно…

Он отступил назад. Поклонился, сложив руки лодочкой перед грудью — и исчез.

— Ида Викторовна… Кто это? — прошептала администратор, молитвенно сложив руки на груди.

— Бог, — мрачно согласилась я с ее мыслями.

Ну, наконец-то! На сегодня — все, можно ехать домой.

Встреча с Кириллом состоялась, занятия окончены, производственное совещание, где я, как директор центра высказала все, что на сердце у меня — тоже. Посмотрела, как работают другие девочки. Жить стало легче. Коллектив у меня замечательный! Все умнички. Всех люблю. На каждую можно положиться.

Именно поэтому в мозгу, словно надоедливая муха августовским днем, зудел вопрос: если все мои специалисты такие хорошие и пригожие, то… почему никто не сообщил о том, что происходит?!

Я, конечно, недовольство свое показала, но в целом — народу сильно повезло. Пусть благодарят Кирилла — его появление этому способствовало. Настроение было — лучше некуда. И все из-за него. Придется себе в этом признаться. Ну, просто глупо делать вид, что это не так. Но это еще не значит, что я теряю голову, а посему сотрудников ждет переаттестация — и не только в нашем центре. Надо будет выделить деньги на хорошие курсы и отправить туда самых активных и перспективных. Хуже не будет. А то расслабились…

Думая таким образом (конструктивно и эффективно — кто молодец?) ближе к ночи, отправилась домой. Машина, как всегда, стояла на крытой парковке. Сейчас поеду домой. Хочу вина и сыра! Сегодня — можно, я заслужила! Устрою себе вечер усталой женщины — залезу в ванну…

— Стой, красавица… Куда торопишься?

Что? Это кто в приличном месте?

— Что. Надо? — просто не веря, что это происходит со мной, уставилась на живописную группу молодых людей.

Какие-то рыбьи глаза, кривые ухмылки. Мамочка… Судорожно стала соображать, что у меня в сумке. Ничего, что могло бы меня защитить…

— Слышь ты, тетя! Ты Ленку зачем кинула?

— Какую Ленку? Куда кинула?

— Ты не гони! Чтоб завтра же взяла обратно!

— А? — тут до меня стало доходить.

Ленка. Ну конечно! Леночка. Леночку просили устроить на работу ее бабушка и дедушка. Академики, кажется. Еще одни мамины хорошие знакомые из «очень, очень интеллигентной, исключительно порядочной семьи». Вся эта история ну никак не ассоциировалась со всем… этим!

Нет, девица, конечно, та еще, но… Вступить в такое… добро — это ж совершенно мозгов не иметь!

— Ну че встала, рот раззявила? А? Тетя?

Монстр, сплюнув, пошел на меня. Я медленно отступала. Господи… помоги мне, пожалуйста…

— Эй! Да ты…

Визг тормозов заглушил поток крепких слов. Из темноты выскочил черный Мерс, снес шлагбаум и влетел на стоянку.

— Ида!

Миг — и я оказалась вне круга обступивших меня парней. Еще миг — и они разлетелись. Как… кегли.

Страйк…

— Ааааааа…. Ееееее… оооооо…. — разнеслось над полупустой стоянкой — Ты че, дядя? Совсем?!

Еще несколько ударов. Рука, нога — все мелькало, будто кто-то поставил кассету на перемотку. Меня поразило спокойное, абсолютно отрешенное лицо Кирилла. Четкие, скупые движения. Он сам не произнес ни звука.

А еще я почувствовала, что мужчина сдерживается. Сдерживается, чтобы не убить.

Вскоре это поняли и Леночкины друзья.

— Ходу! Ходу! Ходу!

Отморозки бросились врассыпную.

— Ты как? — Кирилл замер на месте.

— Нормально…

А голосок дрожит, как у овечки хвостик.

— Иди сюда.

Я кинулась к нему, обняла, почувствовала, как подрагивает сильное тело.

— Ты ранен?

— Нет, конечно. Просто в какой-то момент испугался, что покалечу… Или убью.

— А давай-ка уберемся отсюда.

Он кивнул:

— Поехали.

Короткий взгляд на любимого алого мужчину — Купера. Печального и покинутого.

— Я пришлю кого-нибудь за твоей машиной, — кивнул мой спаситель.

Так бывает? Я не успела подумать, как мою проблему решили. Все происходящее сильно смахивало на сон.

Кирилл молча вел машину. Мягко, уверенно. Так, как будто ничего и не произошло. А мне вдруг стало так страшно… Представила, чем могла закончиться наша встреча с… шавками этими. А потом меня как молнией ударило — у Кирилла могут быть проблемы из-за меня! И…

Я уткнулась головой в колени.

— Тихо, тихо…

Меня гладили по голове и плечам, как маленькую девочку, разбившую коленки и расколошматившую мамину любимую вазу заодно.

— Адская ты женщина. Не плачь… Ну, пожалуйста…

Он прижал меня к себе, и я вдохнула запах моря. Почему я опять слышу запах моря? Это парфюм? Вроде… нет. Просто… Просто так хорошо бывает только на море…

Всхлипнула. Вцепилась в его рубашку и зарыдала еще горше, навзрыд, не сдерживаясь. В такт щелкала включенная аварийка. Хрипло дышал Кирилл.

— Прости, — всхлипывала я. — Прости…

— За что? — прижался он губами к макушке.

— Я… так давно не плакала, эта слабость, она… И… я тебя подставила. И…

— Подставила? Ты?! — было слышно, как он улыбается.

- На стоянке — камеры. Ты… номер машины…

— Ида! — мое сердце замерло пойманной птичкой. — Не говори глупости. Я бы никогда не простил себе, если бы не смог помочь женщине. Тем более…

Я изо всех сил пыталась взять себя в руки, дышала глубоко, ну, пыталась, по крайней мере, но… ничего не получалось.

— Заедем в аптеку? — предложил Кирилл.

Отрицательно помотала головой, с ужасом думая о том, как я подниму лицо. Глаза опухшие и красные от слез, тушь растеклась… А он рядом. И хочется быть неотразимой… Стоит ли говорить о том, что я разревелась опять?

— Тебя отвезти домой? — тихо спросил он. — Или?..

— Или? — я все-таки посмотрела ему в глаза.

— Или ко мне. В номер.

— К тебе.

Первого своего появления в этом роскошном номере я просто-напросто не помню. Наверное, к счастью… Этим вечером вновь захлестнули эмоции, так что звездный час для бархатных кресел и огромных, во всю стену зеркал…будем считать, что пока не настал.

Наверное, завтра я во все это просто не поверю. Парковка, бандиты, Кирилл Бонд и «хэппи энд». Кому рассказать… Не поверят же! Да я и сама себе не верю. Так бывает в кино. Так не бывает в жизни! Во всяком случае в МОЕЙ жизни.

Как же я позволила себе настолько расклеиться? Как могла… Стоп. Нельзя себя ругать ни при каких обстоятельствах! Для этого есть чужие люди. И не совсем чужие. Мама, например. Мама! Я совсем забыла! Свидание. Нееееет! Только не это!

— Что будем на ужин? — спросил меня Кирилл.

Я очнулась и обнаружила, что он до сих пор держит меня на руках. Как внес в номер, так и… Нет, приятно, конечно. И прижимает так крепко. Вот только о чем я думаю, не понятно? Я в номере, на руках у такого мужчины… Видимо, это стресс.

— Что тебе заказать? — меня наконец-то опустили в кресло.

— На твоё усмотрение.

В общем, так. Я подумаю об этом завтра. Обо всем. Об этом. Завтра. Не сегодня. Не сейчас…

Кирилл распорядился, чтобы ужин принесли через сорок минут и утащил меня в душ.

«Все пройдёт, все пройдёт!» — пела вода, утешая, лаская, смывая ужас сегодняшнего вечера. Я закрыла глаза.

Кирилл, ревнуя, касался меня наперегонки с летящими во все стороны хрустальными брызгами, наши руки скользили по намыленным телам, вода затекала в рот, мы хохотали, целовались…

Удивительно все-таки мое тело реагирует на его прикосновения. Я вся горю и слышу запах моря. Забываю обо всем.

Все равно, что было. Все равно, что будет. Есть только «здесь» и «сейчас». Только я и он. И это прекрасно! Мы смотрим друг на друга, а видим бескрайнее небо, стоим в душе, а слышим шум волн…

— Все! — скомандовал мужчина и, вновь подхватив меня на руки, понес в кровать.

Я замерла буквально на несколько минут, пока он ласково полотенцем сушил мне волосы.

— Ты похожа на рысь, — прошептали мне в самое ухо. — Или на котенка.

— Рысь мне нравится больше…

— Агрессивная? — мужчина навис надо мной.

— Дикая! — я провела ладонями по напряженным плечам.

— Ну, не знаю… Сегодня ты — маленький, смертельно перепуганный котенок.

— Ах, так?

— Конечно.

— Ну, я тебе сейчас покажу…

Я вдруг почувствовала, что горы готова свернуть, чертовски хочу есть, а этого мужчину сожру прямо сейчас!

Даже в ту ночь после свадьбы так не было… Видимо, адреналин сильнее алкоголя. Мы словно с цепи сорвались, бросились друг на друга как два голодных тигра!

— Кирилл…

— Ида! Я с ума схожу рядом с тобой, я…

В дверь раздался требовательный стук.

— Кто это?!

— Сейчас… Черт! Сейчас…

Я завернулась в халат, Кирилл кое-как замотал простынь вокруг бедер и пошел открывать.

На пороге стоял парень в алой куртке портье.

Кирилл издал странный звук, похожий на рычание, но потом все же взял себя в руки и голосом, способным заморозить воду на экваторе, проговорил:

— Чем обязаны?

Молодой человек со счастливой улыбкой доброго волшебника, несущего радость людям, извлек из-за спины крошечное блюдечко, и, картинно сдернув с него белоснежную салфетку, провозгласил:

— Комплимент от отеля!

На подносе лежало печенье. Три желтые ромашки с серединкой из повидла. Курабье. Так кажется оно называется…