Иллюзия защиты

16.

С костром тоже ничего не вышло, из головы вылетело, что спички нужны. Постояла на берегу просто, повертела в руках подкову. На одной стороне подковы была надпись – «Шатиловский конный завод». Вот что осталось от конезавода, железяка с надписью! Размахнулась, собираясь бросить ее в воду, пусть уж и она утонет, но не хватило ярости, жалко стало. Представилось, что она висит в моем кабинете на стене, а я хозяйка конезавода с таким названием – Шатиловский! Я прижала подкову к груди и тихонько поклялась.

- Папа, мама! Я все сделаю, но наш конезавод возродится! Жизни не пожалею! – потом подняла подкову к небу и прокричала:

– Я жизнью клянусь, я продолжу ваше дело!

Как только прокричала, вдалеке сверкнула молния и проворчал гром, мне показалось это знаком, уверенность вернулась ко мне, и я сразу почувствовала себя лучше. Села на скамейку, потом легла и, глядя в вечернее летнее небо стала представлять свой будущий конезавод, пусть он будет не здесь, не в этих краях, но он будет. Пусть пройдет много времени, но я утру нос зажравшемуся банкиру! Я – Ева Шатилова!

- Ева! Ева-аа! Проснись милая! Ты плачешь во сне… я пришел, не плачь… - кто-то звал меня, очень нежно, целовал мои руки.

Открыла глаза и увидела огромные шоколадные очи. Только что во сне видела их, только их обладателем был мальчик лет двенадцати, с темными бровями, пушистыми темными ресницами и светло-русыми волосами. Очень красивый мальчик, с необычным именем. Тимоша. А я была маленькой визгливой пятилетней, или помладше, девчонкой, с веселыми светло-карамельными хвостиками. Мы смеялись и играли в догонялки, потом малышка упала и разбила коленку. Она плакала и звала Тимошу, мальчик дул на ранку и потом сказал – «не плачь малышка моя, вот возьми леденец». Он протягивал мне мои любимые леденцы. И тут меня разбудил Тимур. Я села на скамейке, не совсем понимая со сна, где я и что здесь делаю.

- Ну что, успокоилась? – он вытирал мои мокрые щеки, заглядывая в глаза. – Ты чего здесь делаешь? Почему плачешь? Кто обидел?

- Это не я плакала, – увидев удивленные глаза парня, пояснила:

- Это девочка, во сне.

Сколько же я проспала, уже почти сумерки наступили. Машина Тимура стояла на своем обычном месте с включенными фарами. По воде пробегала рябь от ветра, а небо заволокли тучи. Старая плакучая ива раскачивала ветвями, те, которые спускались к самой воде, полоскались в речных волнах. Погода портится… Вот и переночевала на лавочке. Даже природа против меня.

- Ты звала меня, – Тимур присел рядом на лавку.

- Кто? Я? Нет, не звала.

- Ты плакала и звала – «Тимоша, помоги!»

- Да говорю же, сон приснился, – я рассказала Тимуру свой сон. Он странно улыбался, гладил мою руку.

- Ясно! Только все равно ты меня звала! Ты чего тут? Я обыскался тебя. Приехал в твой дом – там эти… у Зябликовых ты так и не появилась. Тогда я понял где ты. А вещи твои где?

Я рассказала ему про все. Сначала Тимур молчал, потом вскочил со скамьи, отошел и выругался чуть слышно. Потом повернулся ко мне.

- Поехали!

- Куда?

- К Зябликовым тебя подброшу, а сам… по делам надо, – он выглядел злым и решительно настроенным на что-то. Я подошла к нему.

- Тимур, не надо… я сама разберусь. Не лезь в это дело. Я завтра с утра пойду и просто заберу свои вещи. А Султана он мне отдаст, он по закону мой…

- Ева! Ты не понимаешь! Не лезь в это осиное гнездо! Ты даже не представляешь… поехали. А завтра я сам все решу и привезу тебе твои вещи. Только не ходи туда больше! – он схватил меня за руку и потащил к машине. В салоне было тепло и уютно… а еще я не хотела к Зябликовым, о чем и сказала Тимуру.

- Почему? – он сидел за рулем, но не заводил мотор.

- Не хочу. Тетя Лена снова будет плакать, жалея меня, жалея моих родителей, свою работу… а у меня сердце не каменное… я лучше здесь, на лавочке.

- Ну да! Не заметила, там гроза намечается. Ладно, поехали тогда ко мне, – он завел мотор. К Тимуру тоже было ехать как-то неприлично, что ли, но лучше уж к нему, раз деваться некуда.

Мы приехали в наш райцентр, в тридцати километрах от моего дома. Это был небольшой, но благоустроенный поселок городского типа. Тимур снимал небольшую однокомнатную квартиру в серой пятиэтажке на втором этаже. Мне его жилье понравилось, уютно так, есть все что нужно. Пока он возился на кухне, я присела на диван, думая о своей жизни, что мне делать дальше.

К моему величайшему изумлению я обнаружила, что за моей спиной мотается моя холщевая сумочка в виде планшета. Даже не заметила ее, пока не наклонилась снять обувь. Еще больше удивилась, когда обнаружила внутри кошелек с приличной суммой денег и мой паспорт. Видно тетя Лена повесила ее на меня и положила деньги и документы, вдруг пригодились бы на похоронах… Я и подкову засунула в сумку – все мое богатство…