Императрица. Попала так попала!

Глава 12

Сегодня я заслушивала военного министра.

Ванновский сетовал на увеличивающийся расход на содержание столичного гарнизона — Ваше Величество! Самой большой статьей расходов является жилье. При воинских частях существуют полковые квартиры, однако их катастрофически не хватает, поэтому многие офицеры снимают жилье. В Петербурге аренда трех-или четырехкомнатной квартиры обходится в сорок-восемьдесят рублей в месяц. По вашему предложению зарплаты военных пересмотрены. Поручик получает семьдесят пять рублей в месяц плюс десять рублей караульных. Капитан — сто пять рублей, полковник — сто сорок рублей, генерал — начальник дивизии — сто пятьдесят рублей, командир корпуса — сто семьдесят пять рублей. Кроме основного оклада, офицеры могут получать дополнительное жалование. Поручик — пятнадцать рублей в месяц, капитан — сорок рублей, подполковник — пятьдесят пять рублей, а полный генерал — сто двадцать пять рублей, которые выделяются на представительские расходы. Помимо оклада, офицеры получают столовые деньги, которые зависят от занимаемой должности, а не от звания. Например, командир роты получает тридцать рублей в месяц, командир полка — двести двадцать пять рублей, а начальник дивизии — триста пятьдесят рублей. Высшие чины, имея такие доплаты, могут устраивать так называемые «открытые столы», доступные для подчиненных офицеров.

Я покачала головой — Вы ввели для офицеров бесплатное питание в офицерских столовых. Столовые деньги необходимо отменить. А вот с квартирами, тут я предлагаю строить при каждой отдельной военной части помимо казарм для солдат жилой городок с квартирами для офицерского состава и их семей. Генералам же выдавать жилье рядом с штабами. Я жду от вас программу строительства там, где это необходимо, казарм и офицерских многоквартирных домов. И пора освободить столицу от большинства армейских частей. Согласно вашего же доклада в столице сложилась необходимая для жизни и службы инфраструктура. Но она максимально рассчитана примерно на пятьдесят тысяч человек. Примерно столько насчитывают полки Гвардейского корпуса за вычетом пехотной дивизии, кавалерийской и артиллерийской бригады, стоявших в Варшаве.

В случае войны в «учебках» Петрограда, Москвы, Киева и других крупных городов будут «мариноваться» несколько миллионов человек. В нечеловеческих, надо признать, условиях. Потому как в ротную казарму, скажем, лейб-гвардии Преображенского полка на Кирочной улице, рассчитанную на двести-двести пятьдесят человек, я уверена, что втиснут минимум две тысячи.

Учебой пребывание солдат в запасных ротах назвать можно с большой натяжкой. Учить военному делу такие массы людей в условиях города объективно невозможно. А тут подоспеет еще одна проблема — субъективная. Кому учить? При дефиците пехотных строевых офицеров на фронте, где кадровиков на взводных и ротных должностях заменят прапорщики военного времени, тылу достанутся крохи. Гвардия будет сражаться и умирать на фронте. А в ее казармах в столице и пригородах будут не находить себе места от безделья призывники, которые не успеют стать не только гвардейцами, но и просто солдатами. Вернувшиеся после ранения в запасные роты кадровые солдаты-гвардейцы составят ничтожное меньшинство, и влиять на ситуацию не смогут. А некоторые, морально убитые войной, и не захотят. Парадоксально, но отправить всю эту массу народа на фронт также не представится возможным. Их там попросту некуда будет деть, так как дивизий в прифронтовой полосе было вполне достаточно, крупных операций, а стало быть, больших потерь, не будет предвидеться в первые дни войны. Этого развития ситуации вам нельзя допустить. Создавайте учебки сроком обучения три месяца ближе к театрам военных действий, на Востоке и на Западе.

Ванновский удивленно вскинул брови домиком — С кем воевать будем, государыня-матушка?

— Почему-то я уверена, что ближайшая война ждет Россию на Востоке. По докладам министра госбезопасности англичане планируют построить для Японии сильный тихоокеанский флот и натравить японцев на войну с нами.

Ванновский пожал плечами — Я удивлен, ваше Величество! Даже если это так, то что нам сможет противопоставить Япония? Это же дикари мелкие, которые и оружия нормального не имеют.

Я вздохнула — Когда они получат самое совершенное оружие и флот, то поставив под ружье своих воинственных самураев, они могут быть очень опасны своим количеством. Сколько у нас военных частей на Востоке? Это нужно менять. Япония в момент мобилизации сможет выставить армию полмиллиона человек. Минимум столько должно быть в Сибири и на Дальнем Востоке с нашей стороны. Разработайте план дислокации к одна тысяча девятисотому году на Востоке полумиллионной армии с запасами снарядов и патронов. Начинайте строить крепости на Востоке. И обеспечьте империю знатоками японского, корейского и китайского языков. Я жду от вас розыска таких специалистов, даже если они из низшего сословия. Введите обязательное изучение помимо немецкого еще и японского языка во всех кадетских училищах и высших военных училищах Сибири, которые, кстати, необходимо увеличить вдвое. И дайте задание артиллеристам разработать новое оружие: назовем его минометы. Вот примерный эскиз миномета — Ванновский взял лист ватмана — Самое главное: создать мину.

Выслушав принцип работы миномета и его устройство, Ванновский засомневался — Разве может быть эффективной эта мина против мощного снаряда?

— Я уверена, что стоит разработать и испытать. А потом будем делать выводы. Как обстоят дела с созданием снайперских прицела и винтовки?

— Фабриканты Трындины приняли заказ, обещают предоставить опытный образец через три месяца. Ваше техзадание на винтовку и патроны к ней передано на сестрорецкий завод.

Сергей Иванович Мосин учился в Тамбовском, а затем в Воронежском кадетском корпусе; затем обучался в Михайловском артиллерийском училище. После окончания училища с золотой медалью был произведён в чин подпоручика и отбыл к месту службы в Царское Село. В 1872 году зачислен в Михайловскую артиллерийскую академию, во время прохождения учёбы был произведён в чин поручика в 1872 году, капитана по полевой конной артиллерии в 1874 году. В 1875 году окончил академию с золотой медалью и направлен на Тульский оружейный завод.

Ехать в Тулу Мосина заставили обстоятельства, в том числе семейного характера: его отец уже долгое время находился на службе у тульских помещиков Арсеньевых. Чувство сыновнего долга требовали быть поближе к отцу. Одновременно Сергея Ивановича, слывшего среди товарищей «научным сухарём» и «схимником», захватило чувство любви к Варваре Николаевне Арсеньевой, которая была замужем за Николаем Владимировичем Арсеньевым, сыном хозяина поместья, воспитывала двух маленьких сыновей и вела затворнический образ жизни. Её муж в основном проводил время в Москве и Петербурге. Летом 1879 года произошло объяснение в любви между молодыми людьми, получившее взаимную поддержку. Объяснение Мосина с мужем Варвары Николаевны закончилось вызовом на дуэль, на что муж написал жалобу начальству, за которой последовали трое суток домашнего ареста. Вызов повторился в помещении Дворянского собрания и в присутствии множества свидетелей, но после новой жалобы последовали две недели домашнего ареста. Через четыре года Мосин предъявил Арсеньеву просьбу о расторжении брака. Тот потребовал 50 тысяч рублей в обмен на развод. Денег не было. Через восемь лет Мосин создал винтовку, которая дала необходимые средства для соединения с Варварой Николаевной. В 1891 году, спустя 16 лет после первой встречи, их судьбы соединились. 21 апреля 1894 года полковник Мосин был назначен начальником Сестрорецкого оружейного завода, куда и прибыл вместе с женой и тремя пасынками.

Через год Сергея Ивановича посетил сам военный министр — Здравствуйте, господин полковник! Я к вам с необычной просьбой. Вот техническое задание на создание винтовки для снайперов, на которой будет крепиться оптический прибор, увеличивающий видимость минимум в четыре раза. Но есть одно но! Разработка этого оружия должна вестись в условиях максимальной секретности.

Мосин развернул лист ватмана, на котором винтовка была изображена в продольном разрезе. — Тэкс, патрон используется семь и шестьдесят два на пятьдесят четыре миллиметра, магазин на двадцать пять патронов, хм! Возможность ведения автоматического огня! И возможность одиночного огня с переключателем режимов стрельбы, дульный тормоз на стволе, возможность закрепления снизу штык-ножа. Интересная разработка! Это же прорыв в оружейном деле! Кто этот изобретатель, я хочу пожать ему его руку? Довольно толково изложен принцип работы механизма заряжания. А это что за чертеж? Хм, похоже этот цилиндр, накрученный на ствол, погасит звук выстрела за счет распространения газов вот по этим каморам. Интересное решение.

Ванновский ухмыльнулся — Вы, господин полковник, сможете ей лишь поцеловать ее руку, если ее Величество Александра Федоровна вас к ней допустит.

— Это надеюсь, не шутка? Государыня императрица так хорошо разбирается в оружейном деле?

— А вы думаете, что она просто так смогла поступить в Академию генштаба и успешно проходит в ней обучение?

— Я думал, что это лишь байки, а оно вот как! Значит предназначение этой винтовки — обеспечение лучших стрелков оружием для уничтожения на удалении командиров, пулеметных и артиллерийских расчетов? Задачку вы подкинули мне, господин военный министр. Но я с удовольствием ею займусь.

— Еще раз напоминаю — К разработке винтовки должны быть допущены минимум людей, в ком вы уверены, что не продадут ее чертежи вражеским шпионам. Но это еще не все, вот эскиз пистолета под новый патрон — девять на девятнадцать миллиметров, под него также нужен глушитель. (Ванновский не знал, что винтовка была по сути советской винтовкой АБС-36, а пистолет — немецким люгером).

Тимоха Светляков получил фамилию в приюте, работники этого богоугодного заведения дарили детям фамилии, звучавшие, по их мнению, красиво и необычно: Ландышевы, Птицыны, Цветковы или Светляковы. Светляковых было с десяток человек. Первые годы жизнь в приюте была похожа на выживание в дикой природе: кормили мало и не сытно, розги считались ественным инструментом воспитания, старшаки жили за счет малышей, отнимая у тех еду и заставляя за себя делать черную работу, которую должны были выполнять наравне со всеми.

От такой беспросветной жизни многие сбегали и сам Тимоха не раз подумывал об этом, достигнув семи с лишним лет. Все изменилось как по волшебству: приют расформировали, назвав учреждение суворовским кадетским училищем и вместо старого состава директора и воспитателей появились отставники-унтеры и отставники подполковник в качестве начальника училища и пятеро командиров рот в званиях штабс-капитанов и капитана. Для начала всем объявили, что в училище вводится главное правило: старшие помогают во всем младшим и не пытаются за счет их устраивать свою жизнь. За нарушение внутреннего устава училища, в котором обязательными условиями были прописаны беспрекословное выполнение приказов командиров и прилежное обучение и дисциплина, полагалось отчисление. А отчисленных ждало только одно — содержание в обычных приютах.

Поначалу Тимохе и многим другим было непонятно — ну переведут в другой приют, ну и что? Но вот только после того, как их здесь стали кормить три раза в день кашами и супами с мясом, достаточным количеством хлеба и в качестве напитков после каждого приема пищи разливали по кружкам подсахаренный чай или компот из сушенных яблок или клюквы, то разницу между училищем и приютом почувствовали сразу. Мало того, физические наказания были отменены, вместо них появился карцер. После двух попаданий в карцер ждало отчисление.

Всех воспитанников по субботам ждала баня и выдача чистого постельного белья и исподнего. Помимо грамоты ввели обучение иностранных языков: немецкого, английского и китайского. Каждый день начинался с бега по периметру территории и гимнастических упражнений в течении получаса, затем уроки в классах, строевая подготовка, джигитовка (для этого в конюшне завели десяток лошадей), изучение английского бокса, который преподавал один из ротных, и борьбы, инструктором которой был назначен пятидесяти пятилетний кубанский казак из платунов.

От такой сытой жизни нормальный человек никогда не захочет отказаться, как думал Тимоха. Однако перемены не все оценили и человек двадцать все же отчислили. Иностранные языки благодаря введению обязательного общения в течении суток только на одном из них, давались многим без особого труда. Вот только с китайским у большинства были проблемы. А вот Тимоха через три месяца уже мог выстраивать на китайском простые предложения.

Согласно указания сверху все выявленные среди воспитанников таланты в математике, иностранных языках и даже в рукопашном бое фиксировались и в управление кадетскими училищами подавались ежемесячные списки таких детей.

Потому то через четыре месяца Тимоху вызвал к себе ротный — Собирайся, воспитанник Светляков. Сегодня тебя переведут в другое училище.

Тимоха жалобно сглотнул и едва удержал желание расплакаться — За что, господин штабс-капитан? Я же не нарушал устав, позвольте мне остаться.

Комроты усмехнулся — Дурачок! Там такое же училище, как и здесь, только в него направляются со всех подобных заведений лучшие воспитанники. Помимо тебя еще семеро отправятся на новое место. Считай это как перевод из обычной армейской части в привилегированную гвардейскую. Если после окончания нашего училища выпускники получат звание старшего унтер-офицера, то выпускники кадетского училища имени Кутузова получат погоны фельдфебеля или подпрапорщика в зависимости от оценок в своем аттестате. После окончания учебы ты сможешь без экзаменов поступить в любое военное училище. Вот только я думаю, что к тому времени для таких башковитых как ты и училище будет создано с более высоким статусом.

Действительно, новое пристанище оказалось практически таким же, только располагалось за городом и белье стирали не в прачечной, а отдавали жительницам села, жители которого благодаря появлению рядом училища, отстроенного за несколько месяцев из качественного бруса и имевшего свою электростанцию, получили постоянный приработок, помимо стирки поставляя продукты питания. При училище был свинарник на две сотни голов, за которым приходилось ухаживать всем воспитанникам. Поначалу бедным хрюшкам отходов не доставалось и их кормили, тратя приличные деньги. Когда же воспитанники вникли, что жизнь у них стабилизировалась навсегда и нет нужды есть в запас через силу, сметая все со стола до последней крошки хлеба, вот тогда из кадетской столовой и начался подкормка подшефных животных остатками еды.

В новом училище помимо китайского и двух европейских языков изучали японский и корейский. Помимо бокса и пластунских приемов кадеты изучали ушу, которое преподавал нанятый в Китае тридцати трех летний мастер тайцзи стиля Ян. Ян Шаохоу был известен на родине своей компактной «малогабаритной» техникой, был яростным бойцом и требовательным учителем. Ян начал заниматься тайцзи в 7 лет в Пекине под руководством своего отца Ян Цзяньхоу, дяди Ян Баньхоу (который официально усыновил его) и деда — основателя стиля тайцзи Ян — Ян Лучаня. Ян Шаохоу, получив приглашение в столицу российской империи запросил огромную по меркам Китая сумму в золоте, будучи уверенным, что наниматель откажется. Однако к его удивлению русский дипломат согласился и с неохотой пришлось отправиться в соседнюю страну. Инструктор был очень властным человеком и, как и его дядя Баньхоу, требовательным учителем, которого интересовали только те ученики, которые выдерживали его суровые методы обучения. Зачастую, преподавая в Пекине, он заставлял учеников принимать низкую стойку, выполняя упражнения под столами для приготовления пищи, предпочитал демонстрировать, а не объяснять, и не старался сдерживать удары. Часто, едва скрестив руки со студентом, он внезапно атаковал с огромной силой, и ученик не знал, что делать. Такой подход привлекал немногих, но на самом деле он предпочитал ограничивать себя и уделять больше времени и внимания преподаванию.

Когда Ян Шаохоу впервые увидел своих подопечных, которым согласно контракту он должен научить всем тонкостям своего стиля, китаец поначалу растерялся — детишки питались нормально всего три месяца и необходимо было ввести для них щадящие тренировки, укрепляя их организм. Ян знал английский, корейский и японский языки, будучи полиглотом. Русский он освоил уже через пару месяцев, подружившись с инструктором-пластуном. Казак прошел обучение у инструкторов лейб-гвардии казачьего полка ее Величества императрицы и благодаря своим знаниям основ айкидо заинтересовал китайца источником полученных знаний. Узнав, что эти знания получены от русской императрицы, китаец удивился и попросил начальника училища в случае посещения учреждения императрицей доложить ей о его просьбе получить от нее несколько занятий.