Императрица. Попала так попала!

Глава 9

Дзержинский ехал в пролетке в Петропавловскую крепость. Он еще не отошел от разговора с этой красивой женщиной с ее смешным немецким акцентом, который вдруг исчезал посреди разговора, а затем вновь появлялся. Дзержинскому даже показалось, что императрица будто вражеский шпион пытается выдать себя за немку, ей совсем не являясь.

Сраженный логикой императрицы, легко доказавшей, что все беды русскому народу нужно ждать только от врагов императора, который после посещения столичного завода и бараков, в которых выживают семьи рабочих, так впечатлился обманом, которым его окутало его окружение, что решил изменить жизнь своего народа, сделав ее лучше, чем за границей. По словам императрицы императору угрожают все, даже его родственники, которым наплевать на свой народ. А еще больше врагов у Николая — среди правительств европейских стран, которые в течении сотен лет стремятся уничтожить Россию, опасаясь ее успехов.

Когда императрица спросила о готовности встать на сторону своего народа и бороться с его внешними и внутренними врагами, Феликс, помолчав, спросил — А как же с гонением католиков и евреев? Я сам атеист и не верю в Бога, но борьба с католицизмом с помощью казаков, как было два года назад в Крожах, преступление!

Императрица кивнула — Да, губернатор тогда перегнул палку! Скоро готовится указ о свободе выбора веры. И католики и протестанты и старообрядцы и мусульмане получат возможность строить за свой счет свои церкви и мечети на окраинах городов. Этот указ будет содержать отказ Российского государства от оценки религиозного содержания того или иного движения; отсутствие государственной или общеобязательной религии. не признает, не оплачивает, не субсидирует никакую религию. Следовательно, будут отменены в бюджетах государства, губерний и городов все расходы, относящиеся к отправлению культов. Однако в указанные бюджеты могут быть включены расходы на функционирование церковных служб и на обеспечение свободного исповедания религий в таких государственных учреждениях как лицеи, колледжи, школы, приюты и тюрьмы. Этот указ будет воистину революционным — ни в одной стране мира церковь не отделена от государства. Этот указ до тех пор не будет подписан, пока я не найду ответа на вопрос что же делать с евреями. Причем даже не с иудеями, а именно еврейским населением России, который живет по закону черты оседлости.

Дзержинский растерялся — А что с ним не так?

— Конечно, изначально ничего антисемитского во введении черты оседлости не было. Евреям еще при Иване Грозном запретили находиться на территории Московии. С присоединяемых территорий их нещадно изгоняли и даже на ярмарки в приграничных городах не пускали. «От врагов Христовых не желаю интересной прибыли», — начертала императрица Елизавета Петровна на докладе Сената, просившего допустить евреев из Польши и Литвы временно торговать в Риге. Но после разделов Польши и присоединения Крыма гражданами империи стали сразу несколько миллионов евреев, которых приписали к мещанскому и купеческому сословиям, что — по сравнению с крестьянством — давало даже ряд привилегий. Но нужно было их как-то ассимилировать, а ничего не получалось: евреи как жили замкнутыми общинами со своим самоуправлением, ревностно оберегая свои религиозные традиции, так и живут. Да к тому же они чрезвычайно предприимчивы — в мелкой торговле, посредничестве, ростовщичестве и виноторговле им нет конкурентов. Когда евреям разрешили торговать в Смоленске, «смоленские купцы написали специальное прошение императрице Екатерине Второй о том, что они испытывают крайние трудности в конкуренции: поскольку еврейские купцы были связаны с единоверцами за границей, товары у них были дешевле. Они просили обязать еврейских купцов торговать только на территориях, на которых они проживали раньше. Это прошение и послужило прообразом черты оседлости». Само понятие «черта оседлости» появилось при его Величестве Николае Первом. Евреям запретили селиться вне территорий, на которых они проживали на момент присоединения Польши к России. Исключения были сделаны разве что для купцов первой гильдии, врачей и бывших солдат-кантонистов, прослуживших в армии двадцать пять лет. Да еще еврейкам-проституткам с желтым билетом разрешили жить в любой точке страны. Правда, при этом евреев-преступников ссылают в Сибирь — туда, где до этого им селиться было нельзя. Еврейская молодежь всеми правдами и неправдами стремится получить образование, снимающее с них ограничения черты оседлости. Беда в том, что для большинства населения страны они так и остались чужаками.

Федикс, смущаясь, возразил — Но с евреев, принявших христианство, ограничения автоматически снимаются.

— Это были попытки ассимиляции, впрочем, правоверные иудеи находили способы обходить ограничения. Черту оседлости по-любому придется отменить, скорее всего этот указ увидит свет уже в начале следующего года. Вот только что делать с шестью миллионами граждан, которые мечтают о своем государстве в Палестине и не желают участвовать в строительстве Российского государства! Этого опасаются все чиновники Российской империи, только поэтому указ не подписан.

Помолчав минут пять, императрица едва заметно вздохнула и улыбнулась — Россия кишит иностранными шпионами и провокаторами. По моей инициативе создано министерство государственной безопасности. При министерстве создано высшее военное училище, которое будет готовить разносторонне развитых сотрудников с обязательным изучением минимум двух языков, правоведения, методов оперативной работы и розыска, обучению слежке и уходу от нее. Сотрудники МГБ будут работать и внутри России и за рубежом. Я предлагаю вам, господин Дзержинский место в этом училище.

— Почему я, как вообще вы обо мне узнали?

— Наверное потому что я императрица и я обязана знать о всех гражданах своей империи. Знайте — я лично буду следить за вашими успехами.

В сентябре 1894 года Иосиф Джугашвили сдал приёмные экзамены и был зачислен в православную Тифлисскую духовную семинарию. Там он впервые познакомился с марксизмом и к началу 1895 года вступил в контакты с подпольными группами революционных марксистов, высланных правительством в Закавказье. Тогда же в тифлисской газете «Иверия» было опубликовано несколько стихов за подписью «И. Дж-швили» и «Сосело». Например «Утро» в древних грузинских, или скорее персидских канонах:

Раскрылся розовый бутон,

Прильнул к фиалке голубой,

И, лёгким ветром пробуждён,

Склонился ландыш над травой.

Пел жаворонок в синеве,

Взлетая выше облаков,

И сладкозвучный соловей

Пел детям песню из кустов:

'Цвети, о Грузия моя!

Пусть мир царит в родном краю!

А вы учёбою, друзья,

Прославьте Родину свою!'

Мать — Екатерина Георгиевна — происходила из семьи крепостного крестьянина Геладзе села Гамбареули, работала подёнщицей. Обременённая тяжёлым трудом женщина пуританских нравов, она часто колотила своего единственного выжившего ребёнка, но была безгранично предана ему, она старалась дать своему ребёнку образование и надеялась на такое развитие его карьеры, которое ассоциировалась у неё с положением священника. Ради него она выучилась кройке и шитью, освоила новую по тем временам профессию модистки. Стала достаточно зарабатывать, чтобы обеспечить возможность Иосифу учиться.

В августе в их съемной комнате появился незваный гость, предложивший Екатерине Георгиевне работу в Санкт-Петербурге модисткой и предложением перевода ее сына из семинарии в Императорский Санкт-Петербургский университет на только что открывшийся факультет «Экономики и управления», в котором в течении пяти лет помимо экономики студентов должны обучать основам сельского хозяйства и организации бизнеса. Обещанная стипендия в двадцать рублей и бесплатное проживание в общежитии с возможностью после окончания обучения стать государственным чиновником десятого класса табеля о рангах, коллежским секретарем, что приравнивалось к армейскому поручику сыграли свою роль и Екатерина Георгиевна дала свое согласие.

Так судьба занесла Иосифа Джугашвили и его мать в Санкт-Петербург, где Екатерине Георгиевне предоставили отдельную комнату в одном из доходных домов, выкупленных императрицей для нужных людей неподалеку от ее работы.

Очередной указ императора касался армии и флота — Впредь запрещалось мордобитие и телесные наказания в принципе. В училищах запрещены были под страхом отчисления любые притеснения старшими младших. Наказанием за дедовщину стали дисциплинарные батальоны, в которые в качестве наказания можно было угодить на срок до трех лет. Указ Николая II касался и сокращения срока службы на год: в пехоте и пешей артиллерии до 3 лет, а в остальных родах войск — до 4 лет. В Российской империи были введен обязательный призыв для всех граждан империи кроме как и в 1881 году подлежащих освобождению священников, врачей, учителей, а вот коренные народы Средней Азии, Крайнего Севера и Дальнего Востока теперь подлежали мобилизации, причем хороших охотников и следопытов надлежало зачислять в отдельные егерские полки, право распоряжаться которыми было только у Генерального штаба. Для отслуживших срок службы и желающих служить сверхсрочно, срочно формировались два полка контрактников (через пять лет из них должна была сформироваться дивизия), в которых рядовой за свою службу получал как унтер-офицер сверхсрочник, то есть двадцать пять-тридцать пять рублей в месяц. В военных частях вводилось обязательное получение солдатами начального образования — теперь офицеры и унтеры обязаны своих подчиненных обучать грамоте и арифметике (Благодаря чему практически все мужское население России должно стать грамотным).

Солдаты и унтер-офицеры находились на полном государственном обеспечении: они получали униформу, обувь и питание, которое по калорийности соответствовало нормам для людей, занятых тяжелым физическим трудом. Кроме того, рядовой солдат имел 50 копеек карманных денег в месяц, а старшие унтер-офицеры получали по 4 рубля. Унтер-офицеры, выбравшие сверхсрочную службу, зарабатывали от 25 до 35 рублей в зависимости от должности и стажа. Семейные унтер-офицеры, снимавшие жилье, получали дополнительную выплату от 5 до 15 рублей в месяц, размер которой зависел от места службы. Раненые солдаты после выписки из госпиталя получали единовременное пособие от 10 до 25 рублей. В случае полной потери трудоспособности им полагалась пенсия до 20 рублей в месяц, а при частичной потере — от 3 до 8 рублей. Государство также заботилось о семьях мобилизованных солдат: им выплачивали по 4 рубля в месяц на каждого члена семьи, оставшегося без кормильца.

Все золотоносные месторождения, которые я помнила, занесла на карту и в сопровождении казаков в начале июня на них были отправлены горные инженеры и студенты выпускных курсов, которым их поход засчитают как преддипломную работу.

А с наступлением зимы, закупив в США пять комплексов многочерпаковой электрической 150-литровой драги с бесконечной цепью, вместе с паровыми электростанциями, работающими на дровах, были отправлены на месторождения в среднем течении Вачи (при устье ручья Ныгри), на реку Сухой Берикуль в Томской губернии (на отобранные прииски у купцов Поповых, Рязанова, Казанцева, Баландина). На следующий год планировалось закупить еще десяток таких драг и электростанций для освоения золотоносных рек Сибири.

Золотодобыча способствовала развитию торговли в Сибири. Объём торговли хлебом и фуражом в Енисейской губернии вырос с 350 тысяч рублей в 1830-е годы до пяти миллионов рублей к концу 1850-х. В 1859 году на золотые прииски Енисейской губернии было поставлено около 2 миллионов пудов хлеба. С учетом затрат на доставку, золотопромышленники Енисейской губернии тратили ежегодно на закупку мяса и лошадей до 500 тысяч рублей серебром. В 1854 году для иркутских золотых промыслов было закуплено 200 тысяч пудов мяса. На прииски Енисейской губернии в конце 1850-х годов поставлялось до 15 тысяч голов рогатого скота. Вывоз рыбы из Туруханского края в 1840-х вырос в три раза в сравнении с 1820-ми годами.

После указа о монополии добычи золота купцы пытались подбить своих бывших рабочих на нападения на геологов и инженеров, однако прибывшие с ними казаки быстро навели порядок и купцы-бунтовщики были казнены с полной конфискацией имущества, а работяги устраивались мыть золото уже в государственные прииски.

Николай, узнав о обстановке в Красноярске — показной роскоши, кутежах, карточных играх, драках и воровстве, вскипел и потребовал навести жесткий порядок в Сибири. Добило императора известие о том, что красноярский золотопромышленник Никита Фёдорович Мясников изготавливал визитные карточки из чистого золота.

Николай изучал проект футбольного стадиона, под трибунами которого помимо раздевалок и душевых должны разместиться несколько спортивных залов, в том числе тренажерных, когда к нему ворвался Великий князь Сергей Михайлович, который через свою любовницу Матильду Кшесинскую был связан с французскими фирмами, рассчитывающими на русские оборонные заказы, за что передавали через балерину крупные взятки и драгоценные подарки для Великого князя.

— Николай! Это уже ни в какие ворота не лезет энергия твоей супруги!

Николай оторвал взгляд от проекта и начал закипать, при этом не показывая вида, что он готов прибить своего родственника чернильницей — Что опять стряслось? Честное слово, ваши нападки на мою жену начинают меня уже утомлять.

— Твоя жена толком не разбираясь в артиллерии, категорически отказала французским производителям орудий Шнейдер и Сен-Шамон в обновлении артиллерийского парка и закупке снарядов. По ее велению Ванновский начал переговоры с Круппом о строительстве в России двух заводов по производству орудий и снарядов к ним и приобретении патента на производство крупповских орудий. Так же около двадцати молодых артиллеристов отправляются в Германию для обучения проектирования и изготовления орудий. Мало того, Ванновский хочет заказать немцам создать сто пятьдесят двух миллиметровую осадную пушку и модернизировать уже принятую на вооружение полевую гаубицу такого же калибра. Немцам уже заказана разработка легкой сто пяти миллиметровой полевой гаубицы с дальностью стрельбы до двенадцати с лишним тысяч метров.

В кабинет императора тихо вошла его мать и неожиданно для всех усмехнулась — А вы уверены, Великий князь, что французы превосходят немцев, на которых мы с ее Величеством Александрой Федоровной и сделали ставку?

Сергей Михайлович кивнул — Я как артиллерист точно знаю, что французы превосходят немцев.

Мария Федоровна склонила голову набок, под ее пристальным взглядом посетитель отвел глаза в сторону — Как же так, орудия Круппа выиграли франко-прусскую войну двадцать пять лет назад, а Россия должна отказаться от них в пользу проигравшей стороны? Тогда завтра предлагаю убедиться в этом на полигоне, где нам продемонстрируют стрельбу из французских и немецких орудий. В случае превосходства разработок Германии вы, Великий князь, подадите в отставку со службы и никогда больше не будете досаждать моему мужу, продвигая во вред обороноспособности России некачественное вооружение ради дорогих подарков, которыми уже как рождественская елка обвешалась ваша любовница Кшесинская.

Николай с интересом посмотрел на Сергея Михайловича — Вот как! А как же мой указ о коррупции? Или Романовы за нарушение императорского указа не подсудны? Так для начала можно и великокняжеского титула лишить!

Мария Федоровна довольно улыбнулась — Так мы будем проверять чьи орудия лучше?

Сергей Михайлович побледнел — Я с вашего позволения изучу подробнее сильные и слабые стороны немецких и французский орудий.