Инженер для инквизитора

Глава 43

Марина удивленно распахнула глаза, а щеки у инквизитора слегка порозовели, делая сурового мужчину трогательно растерянным. Он разжал руки и чуть отступив от нее, произнес:

— Лира… Мариэль… то есть Марина… Я… Это не то, что вы подумали!

А что она собственно должна была подумать, по его мнению? Даже смешно немного стало, а от вида испуганного и смущенного инквизитора и вовсе было невозможно сдержать расползающуюся улыбку.

— Простите, — выпалил Максимиан и сконфуженно отошел от нее, повернувшись спиной и вытащив что-то из кармана брюк.

Локти согнуты, голова наклонена вниз — слишком знакомая поза для любого современного жителя ее прошлого мира. Подойдя ближе, Марина заглянула ему через плечо, но что у Максимиана в руках разглядеть не успела — он вздрогнул от ее присутствия и опустил руки.

— Извините, я не хотела лезть в ваши дела, — мягко сказала она, — мне любопытна сама вещица. Что это?

Он протянул ей тонкий металлический футляр, больше напоминающий визитницу переросток, размером как раз со смартфон.

— Это средство связи. В Орусе совсем недавно появился талантливый артефактор и это его изобретение. Он сам пришел к нам в бюро и предоставил парочку экземпляров на пробу. Я всего неделю пользуюсь, но уже оценил все его плюсы и преимущества. Называется магофон.

Да ла-а-а-адно…

Глаза у Марины жадно загорелись, а Максимиан, будто консультант на процентной ставке в салоне связи, начал перечислять все его достоинства:

— Тонкий, ударопрочный, легкий. Раньше нам приходилось пользоваться уменьшенной версией почтовых шкатулок, но сами понимаете на службе может всякое случится и ломались они быстро, а стояли немало. Плюс всегда нужно было при себе иметь запас бумажек и карандаш, а здесь все это не нужно. Великолепное изобретение, думаю его ждет большое будущее.

И он даже не представляет, насколько большое, а вот Марина точно знает. Как и то, что она, кажется, нашла еще одного двойника.

Так уж вышло, что с приходом в жизнь сотовых телефонов появился и своего рода этикет, связанный с ними. Вещь эта слишком личная, а у инквизитора так и вовсе там может быть секретная информация, поэтому хоть руки у Марины и чесались посмотреть ее со всех сторон, но она, заранее готовая к отказу, вежливо спросила:

— Могу я взглянуть поближе?

— Конечно, — спокойно ответил Макс и передал ей в руки прямоугольник.

Он сдвинул верхнюю пластину вбок, напомнив этим Марине старые телефоны-слайдеры, открыв серый экран, если его можно так назвать. Сбоку в рамку были встроены три маленьких синих кристалла.

— Большое серое поле для написания текста, — пояснил Макс, — а за каждым кристаллом тот, кому я могу написать. — Он указал на средний и сказал: — Это Георг. Про остальных я вам, к сожалению, не могу сказать, простите. Неудобно, что писать можно всего троим, в отличии от той же шкатулки, но артефактор работает над этим, заверив, что в будущем обязательно доработает этот момент. Сказал, что у магофона будет запас кристаллов, которыми можно обменяться, но сколько пока знает.

— А чем писать? Пальцем? — спросила Марина.

— Нет, — усмехнулся он так, будто она абориген, впервые увидевший ножницы.

Эх, инквизитор, знал бы ты правду…

Однако ущемлять мужчину, выпячивая свою осведомленность и уж тем более говорить о том, что подобные вещицы в ее мире прошлый век Марина не собиралась. Как и рассказывать возможности сенсорного экрана, которые человеку этого мира она все равно не объяснит, даже если бы разбиралась в этом.

Хочет он игрушкой похвастаться — пусть хвастается, а Марина будет удивляться и восторгаться. К тому же ей действительно было интересно.

Макс подцепил угол ногтем с той стороны, где были кристаллы, и сбоку отделилась тонкая палочка.

— Это стилус. Нужно писать им, а когда закончите дать импульс по кристаллу того, кому хотите написать.

Точно двойник делал. Теперь Марина в этом окончательно убедилась, услышав слово «стилус».

— Можете попробовать и написать что-нибудь Георгу, — улыбнулся Макс.

Она с радостью забрала у того стилус и написала:

«Георг, шляпы с широкими полями вам абсолютно не идут».

Поднесла серый экран поближе и увидела еле заметные ячейки, да и сам текст вблизи больше напоминал магнитную доску для детей, только улучшенной версии. Поставила стилус на средний кристалл и дала легкий импульс. Текст быстро стал стираться сплошной полосой сверху вниз. Удивительно.

Она крутила вещицу в руках сдвигая и задвигая крышку и старалась не усмехаться над «магофоном». Додумался же кто-то до такого названия.

Вдруг вещица завибрировала, причем грубо и жестко, как на старых кнопочных телефонах, никакой там мягкой вибрации как у современных. Марина уже хотела сдвинуть крышку, как Макс положил сверху свою руку:

— Позвольте я сначала проверю, вдруг это для меня послание.

— Да, конечно, — она без вопросов отдала магофон ему.

Проверив послание, Макс усмехнулся и молча протянул ей.

«Зато вы, Мариэль, всегда прекрасны и неотразимы».

Текст был написан от руки, но оно и неудивительно, видимо и ее послание пришло ему в том же виде. Эх, надо было рожицу еще подрисовать. Открыла бы им смайлы.

Она вернула магофон владельцу и Максимиан снова как-то замялся, и быстро произнес:

— В общем это письмо из магофона мне пришло, и вы его почувствовали, когда мы… там… стояли.

— Понятно, — изо всех сил сдерживая улыбку ответила Марина.

То есть он всю эту демонстрацию и презентацию местного телефона затеял лишь для того, чтобы она не подумала, что у него рядом с ней что-то там в штанах вибрирует?

Это было мило.

Она еще некоторое время понаблюдала за сконфуженным инквизитором, все-таки не часто подобное зрелище можно лицезреть, но не став его мучить дольше, сказала:

— Очень интересный артефакт. Могу ли я узнать кто его изобрел? Или он работает только на ваш департамент и это секретная информация?

— Что вы, никакой секретности, — улыбнулся Макс. — Это работа Юлиана Клиффорда. Талантливый парень, далеко пойдет. Думаю, заманить его к нам в отдел разработок, пока остальные не разглядели этот самородок.

— Разумное решение, инквизитор, — согласилась с ним Марина.

А ей самой нужно в срочном порядке написать этому Юлиану и окончательно убедится в догадках. И разузнать все про то, есть ли в этом мире акции или их замена, чтобы финансово поддержать подобное начинание, а заодно и обогатиться в будущем. Марина то знает, к чему со временем приведет это изобретение и грех не воспользоваться этим знанием.

Эх, похоже большая часть ее гонорара с тюрьмы уйдет на покупку акций, но оно того стоит.

— Как у вас продвигаются дела с проектом? — спросил Макс.

— Хорошо. Скорее всего через неделю уже можем возводить подземный этаж. Нужно только дождаться результатов от Силаниса и можем начинать строительство, — она немного замялась, но раз уж Макс в курсе, стоит пояснить: — Я сказала вам три недели с запасом. Все еще не могу привыкнуть к тому, что если что-то пойдет не так, то можно магией все быстро подвинуть, а это значительно упрощает работу всех.

Максимиан подошел ближе, вторгаясь в ее личное пространство, а после и вовсе приобнял за плечо и склонившись, прошептал на ухо:

— Когда через неделю будете выходить на стройку помните о том, что мы обсуждали до этого. Вы должны меня соблазнять, а я соблазняться. Мне нужно время чтобы выяснить и вычислить тех, кто вам угрожал, а для этого придется пока делать вид, что все идет по их плану.

— Но ведь неделя еще не прошла, зачем вы меня сейчас обнимаете? — смущенно спросила она.

— Мы стоим возле окон и нас прекрасно видно с улицы. Лучше начать заранее, — он взял ее руку и подняв к губам, медленно поцеловал, заставляя Марину неосознанно задержать дыхание. — Уже поздно. Я провожу вас до комнаты.

— Хорошо, — тихо сказала она, а ее ладонь уже положили на мужское предплечье и повели к лестнице.

Переведя дыхание, она искоса посмотрела на мужчину, увидев, как тот довольно и безмятежно чему-то улыбается. Таким Марина его еще не видела. Злым, хмурым, недовольным, спокойным, ехидным, холодным и задумчивым — сколько угодно, но вот таким как сейчас… еще ни разу.

Если Макс теперь все время будет так жадно на нее смотреть, когда целует ручку, бережно обнимать и галантно ухаживать, то она точно долго не продержится и влюбится в него. И так уже сердце каждый раз рядом с этим мужчиной частит и с ритма сбивается, а если он будет себя вести так как сейчас, то Марина пропала.

И почему у нее такое чувство будто это ее сейчас обольщают, хотя должно быть наоборот?

Кто тут кого по плану вообще соблазнять должен?!