Инженер для инквизитора

Глава 71

Это лето выдалось жарким. Настолько жарким, что на каменной плитке перед крыльцом бюро можно яичницу пожарить и она бы при этом еще и пригорела. Прошлое лето было куда лучше, а два года назад Марина попала в этот мир в начале осени, когда было всего лишь тепло и судить всегда ли жаркий сезон такой не могла. Хотя местные говорят, что подобной жары давно уже не было.

Благо в бюро работали артефакты. Не кондиционер, конечно, но в помещении хотя бы можно было находится в отличии от улицы. В Орусе с утра и до самого заката все сидели по домам и жаловались на аномальную жару. Марина от них не отставала и раньше вечера из бюро не выходила к тому же работы было навалом.

В данный момент она писала письмо в дом Сильвана, в ответ на просьбу придумать что-то с засорившимся канализационным стояком. Оказывается, трубы без самоочищающейся магии имеют свойство засоряться со временем.

Неожиданность-то какая.

Поэтому сейчас Марина писала инструкцию о том, что камни агалдура нужно убирать снизу вверх по всем этажам, чтобы магия снова заработала и очистила трубы. Подумала, и фразу «снизу вверх» дважды подчеркнула, а то додумаются сделать наоборот и весь засор под силой волшебных стрелочек рванет вниз, где трубы не очищены. Не хватало еще чтобы они лопнули.

Она успела поставить точку, как голова резко закружилась, в глазах помутнело, и Марина увидела приближающиеся строчки письма, а после темнота.

Когда она подняла голову, то по-прежнему сидела за своим столом, вот только все вокруг было белым. У Марины от ужаса волосы на голове зашевелились, когда она поняла, где оказалась. Лимб.

О нет, только не это. Она с силой зажмурилась, начав шептать себе под нос молитвы, чтобы снова оказаться в бюро, как в тишине раздался знакомый и удивленный голос:

— Марина?

Она приоткрыла один глаз, надеясь увидеть свой кабинет, но вокруг по-прежнему было белое пространство. Только теперь перед ней на расстоянии в пару метров на диване лежала…

— Мариэль? — так же удивленно выдохнула Марина.

Они молча разглядывали друг друга. Волосы у нее отросли и в голубой пижаме с пингвинами Мариэль была до слез трогательной, домашней и уютной. Видимо она спала или ее так же вырубило, как и Марину, потому что она была укрыта, даже на вид мягким, бежевым пледом.

— Почему мы снова здесь? — напряженно спросила Марина.

— Не знаю, — ответила ее копия, а после в ужасе распахнула глаза: — Ты что как-то пострадала?

— Нет. А ты?

— И я нет.

Они уставились друг на друга, а после Мариэль выдала дельную мысль:

— Нас в прошлый раз потянуло в реальность. Помнишь то чувство в груди, будто за веревку тянут? Может нужно просто подождать?

— Давай, — кивнула Марина и откинулась на стул, скрестив руки.

Время шло и ничего другого им не оставалось, кроме как разглядывать друг друга. Мариэль выглядела хорошо, даже прекрасно. От голода не умирает, значит с пин-кодом от карты разобралась. Наверное, даже работает, потому что денег у Марины может и было достаточно, но на два года точно бы не хватило. Мариэль тоже молча разглядывала ее и видимо делала уже свои выводы.

Прошло минут пять, хотя в прошлый раз они пробыли тут от силы минуту, но вокруг был штиль и никого никуда не тянуло.

— Может нам нужно снова дотронуться друг до друга? — неуверенно предположила Мариэль.

— Ну уж нет! — Марина вскинула руки отводя их в стороны, будто ее копия прямо сейчас подскочит, чтобы прикоснуться к ней. — А вдруг нас снова поменяют местами? Я отказываюсь! Мне и в этом мире хорошо!

— Да я тоже уже давно привыкла и устроилась, — усмехнулась Мариэль, а после закусила губу: — Но ведь зачем-то мы здесь оказались?

Марина нахмурилась, глядя на своего двойника, понимая, что злиться на нее глупо, а ругаться в пустоту и просить, чтобы ее вернули обратно в бюро бессмысленно. Хотя может попробовать?

— Слушай, — тихо сказала Мариэль, — раз уж мы все равно здесь может расскажешь, как у тебя дела? Все хорошо?

Марина пожала плечами. Ну почему бы и не поговорить? К тому же ей тоже было интересно как у Мариэль сложилась жизнь. Если судить по дорогущему кожаному дивану, который был заставлен всевозможными пестрыми подушками и укрыт еще одним толстым пледом Мариэль уже давно обосновалась в ее квартире и даже представить страшно, что еще она переделала.

Может и хорошо, что Марина видит только диван. Ей и его с головой хватило чтобы понять, что пространство ее минималистичной квартиры превратилось за это время в девичье царство.

— Да, все отлично, — кивнула она. — Я как тут оказалась сразу обменяла поместье на бюро и возглавила его. В начале были кое-какие трудности, но уже давно от заказов отбоя нет, иногда даже отказываться приходится. — Марина подумала, вспоминая, что еще произошло за эти два года и воскликнула: — А! Замуж еще вышла.

— Замуж? За кого? — восторженно спросила Мариэль, скрестив ноги и обняв одну из подушек.

— За Максимиана Лестрона. Фамилию сменила, но вывеску бюро менять не стала и там все еще написано Бламонт.

Мариэль в шоке и каком-то священном ужасе округлила глаза:

— За инквизитора? Он же жуткий!

Марина фыркнула и сжала губы, чтобы не улыбнутся. Почему-то многие до сих пор удивляются тому, что нашлась женщина, которая согласилась стать женой Максимиана. Рассказывать всем о том, что вечерами страшный и грозный инквизитор частенько устало кладет голову ей на бедра и утыкаясь носом в ее живот урчит как довольный кот, пока она чешет ему голову и гладит по спине, Марина никому не собиралась, даже Мариэль.

Пусть для всех Макс остается суровым и строгим инквизитором и только ей одной будет открывать другую свою сторону, которая любит обнимашки с долгими и не торопливыми поцелуями и которая шепчет ей на ухо всякие нежности и комплименты.

Марине особенно нравится, когда он делает это на публике с каменным и серьезным выражением лица, чтобы никто даже думать не смел что инквизитор размяк от семейной жизни.

Для нее в этом тоже были свои плюсы, поэтому она подобный имидж мужа поддерживала. Обмануть ее или задерживать деньги по оплате никто даже не пытался.

— Как вы вообще познакомились? — спросила Мариэль не дождавшись от нее пояснений.

— Он один проект у бюро заказал, — ответила, не вдаваясь в подробности. — Поработали вместе, пообщались ну и как-то само все вышло. Сделал мне предложение, и я согласилась.

Марина снова усмехнулась, глядя на удивленное лицо Мариэль и вспоминая тот вечер на балу, когда Максим сказал, что никуда она от него не денется. А сразу после, поднял ее лицо за подбородок и глядя в глаза уверенно произнес:

— Ты выйдешь за меня замуж.

Вот именно так и сказал — не спрашивая даже, а утверждая, будто это уже вопрос решенный. Марина в тот же момент готова была радостно согласится, но внутри поднялось какое-то непонятное для нее игривое чувство, а еще обида, что он тут за двоих все решил, поэтому она сухо ответила:

— Я подумаю, — Макс поднял одну бровь, явно такого не ожидая, и она добавила: — В конце концов инквизитор мы с вами еще друг друга плохо знаем, — вслед за первой бровью взлетела вторая. — У нас еще даже ни одного свидания не было, а вы сразу замуж.

Брови вернулись на положенное место и Максимиан понятливо хмыкнул, пока Марина представляла, как будет его мурыжить месяц, а то и два, прежде чем согласится, но сдалась уже через неделю, когда ее бюро превратилось в конфетно-букетное царство, а в столице осталось совсем мало ресторанов в которых они не были.

Инквизитор на мелочи не разменивался и похоже сам себе выдал особо важное задание под кодовым названием «Покорить двойника», отодвинув основную работу. Потому что как иначе объяснить то, что он заходил за ней на завтрак, обед и ужин каждый раз с букетом и отводил в какое-нибудь новое место, проводя с ней от часу до двух, Марина не знала. И это только на завтрак и обед тратилось по два часа, а после ужина обязательно программа на весь вечер вплоть до самой ночи в виде театра, прогулки в парке, музеям и прочим мероприятиям.

Свадьбу сыграли пышную. Марина хотела тихо и по-семейному, но свекровь настояла мол им по статусу не положена скромная свадьба и гостей было больше трехсот. У нее под конец вечера щеки болели от улыбок и когда Макс увидел, что они превращаются в оскал, то украл ее прямо посреди вечера, за что она была ему невообразимо благодарна. Сказал всем, что они молодожены и им простительно.

Единственное что Марину напрягало так это то, что дети у них никак не получались. Маги и лекари разводили руками, мол все со здоровьем у обоих в порядке, но прошло уже почти два года, а детей как не было, так и нет.

Они, конечно, усиленно тренировались их делать, но результата это не давало, и Марина все больше и больше печалилась потому что хотела знать будет ли их сын полной копией Максимиана. А если дочь, то будет ли она походить на нее ничего не взяв от отца?

Но рассказывать об этом Марина тоже не собиралась. О ее переживаниях знает только Максим и так все и останется.

— А Колман как? — спросила Мариэль, вырывая ее из раздумий.

— Прекрасно, — улыбнулась Марина, отбрасывая грустные мысли. — Я еще полтора года назад построила ему конюшни и теперь он преподает верховую езду детям и взрослым. И ты знаешь, я никогда не думала, что можно с таким счастливым лицом убирать конский навоз.

— Здорово! Я рада за него, — улыбнулась Мариэль и замолчала, закусив губу.

Марина поняла, что как-то невежливо говорить только о себе и спросила:

— Ну а ты как?

Мариэль, как будто только этого вопроса и ждала, радостно подпрыгнула:

— Все замечательно. Я как тут оказалась сначала растерялась, но потом вроде приспособилась. Правда с твоей работы пришлось уволится, я бы все равно не вытянула, но после того, что произошло на стройке и тебя, то есть меня, лесами завалило никто и не удивился, хотя пытались отговорить. Что делать дальше я не знала и недели две искала хоть какую-то работу, а потом… ну… Олег позвонил, — Мариэль порозовела, а Марина усмехнулась. — Тоже все как-то закрутилось, завертелось, начали общаться, он мне сильно помогал и конечно увидел разницу между нами, поэтому пришлось рассказать кто я на самом деле. Со временем только поверил и предложил вынести плюсы из моего воспитания. Помог с помещением, спонсорами и открытием так что теперь у меня есть своя школа, где я учу девочек этикету, танцам и пению. Я очень счастлива и довольна жизнью и работой. К тому же мы с Олегом тоже поженились и… в общем… вот…

Мариэль опустила подушку, которую прижимала к груди, и Марина увидела небольшой, месяца на три-четыре, животик.