Интуиция (СИ)

Глава 3

Думаешь, судьба положит мой телефон тебе на порог?

«Интуиция», 2001г.

Шёл шестой день моего пребывания в Нью-Йорке.

Без особой цели я болталась по городу, разглядывая витрины и иногда балуя себя чашечкой кофе в тёплых, пахнущих корицей кофейнях. На пересечении Пятой авеню и Сорок второй улицы, я увидела величественное здание, выполненное из белого мрамора. Охнув от изумления, я с благоговением поднялась по очищенным от снега ступенькам Городской публичной библиотеки. Оказавшись перед вращающимися латунными дверьми, я вспомнила момент из «Послезавтра», где на них с грохотом обрушивается огромная приливная волна. Опасливо обернувшись, я бросила взгляд на спокойный зимний город и рассмеялась: интересно, многие ли из впервые приходящих сюда делают это? Внутрь заходить я не стала: ещё живы были студенческие воспоминания, когда приходилось сутками просиживать в подобных заведениях.

Пройдя дальше по Сорок второй, я завернула за угол и оказалась в Брайант-парке. И снова неповторимая рождественская атмосфера: гирлянды на деревьях, детский смех, горячий яблочный сидр и крохотное имбирное печенье в бумажных пакетиках. И конечно каток с венчающей его раскидистой елью – обязательная атрибутика всех Нью-Йоркских парков. Очень захотелось покататься, но рождественская ярмарка, раскинувшаяся возле катка, привлекала меня гораздо больше.

Впервые я увидела их у волшебных шаров со снегом. На прилавке разыгралась настоящая снежная буря. Двое ребятишек с восторгом прыгали вокруг отца, который, взяв шар, встряхивал его и, вернув на место, сразу брал другой. Дети визжали, мужчина смеялся, а пожилая темнокожая женщина-продавец, не сдерживая улыбки, внимательно следила за каждым его движением. Маленькое представление собрало зрителей, и я тоже решила понаблюдать за троицей.

- Давай ещё, ещё! - дружно требовали дети.

На вид им было лет по пять. Одетые в яркие тёплые пуховички, они синхронно шмыгали носами и поправляли шапки, когда те съезжали на глаза. Это были близнецы – мальчик и девочка. Переведя взгляд на их отца, я заметила, что он довольно симпатичен и выглядит моложе, чем казалось на первый взгляд. И вообще, все трое были очень похожи. Ребятишкам действительно повезло с папой. Понаблюдав некоторое время за троицей, я двинулась дальше.

Проходя по рядам и рассматривая сувениры, я неожиданно для себя оказалась в еловом лесу. Деревья были воткнуты в аккуратные кучки снега, образующие ровные ряды. На месте продавцов я бы обязательно соорудила из них лабиринт.

Я любовалась пушистыми елями - сравнивая, прицениваясь, - и, сама того не замечая, начала выбирать деревце по своему вкусу. Разной формы и разной пушистости, высокие и карликовые, канадские и альпийские - у меня закружилась голова от их многообразия.

Сняв перчатку, я погладила стройную ёлочку, в мигающем свете гирлянд отливающую голубым. Иголки были мягкими. Захотелось ощутить их аромат и, собрав несколько веточек в охапку, я потянулась к ней. Концы иголок крошечными льдинками приятно покалывали кончик носа.

Внезапно ёлочка дёрнулась сначала от меня, потом верх. Охнув, я выпустила ветки из рук и полетела вслед за ними в темноту прохода. Раздался чей-то сдавленный возглас, и машинально я рванула назад. Не удержавшись на ногах, я со всего размаху влетела попой в следующий ряд ёлок, и меня немедленно накрыло целой лавиной снега, скопившегося на их ветках. От всей души я громко выругалась. Не менее цветастые ругательства, сказанные мужским голосом, раздались из соседнего прохода.

Теперь ёлочные иголки не казались мягкими. Без особого желания мой нос заполнился их ароматом. Иголки были везде: вперемешку со снегом они лезли в нос, в рот и за шиворот. Вязаная шапка съехала на нос, и я, как слепая муха, барахталась в холодной колючей паутине.

Внезапно кто-то схватил подмышки и рванул вверх.

- Спасибо, - сдавленно пискнула я, всё ещё продолжая отплёвываться.

- С вами всё в порядке?

- Пока не знаю.

Я лихорадочно отряхивалась. Мужчина кинулся мне помогать, но после нескольких пасов чёрных кожаных перчаток я его оттолкнула.

- Не трогайте меня!

- Простите, я не думал, что в соседнем проходе кто-то есть. Я потянул ёлку, а вы вынырнули вслед за ней. И не успел я ничего сделать, как вы занырнули обратно.

Эти его «вынырнули и занырнули» произвели на меня по истине магическое воздействие. Сначала тихонько, а затем громче и громче я начала хохотать. От смеха у меня одновременно заболели щёки и бок. Я слышала, что мужчина тоже смеётся. Не в силах справиться с собой, я начала заваливаться на бок. Он подхватил меня под руку, одновременно подтягивая с глаз наползшую на них шапку. Я взглянула на него, но от выступивших на глазах слёз мало что удалось разглядеть. Он был высок, темноволос и одет во что-то очень мягкое. А ещё от него приятно пахло, и этот факт отчего-то ещё больше меня развеселил.

Наконец, взяв себя в руки, я сорвала с головы шапку и хорошенько её встряхнула. Несколько прядей, выбившихся из спрятанного под шапкой хвоста, упали на лицо. Я не успела отреагировать, как рука, обтянутая чёрной перчаткой, потянулась убрать их.

- Ого!

Этот возглас заставил меня поднять голову, и с удивлением я обнаружила перед собой молодого человека из киоска со снежными шарами.

- Ого, что?

Глаза скользнули по его лицу, отмечая идеально прямо нос, высокие скулы, немного крупноватый рот и тёмную щетину на подбородке, которая, впрочем, нисколько его не портила. Из-под тёмных бровей на меня с восхищением смотрели серебристо-серые глаза. Их выражение привело меня в трепет.

Он улыбнулся и отступил на шаг.

- Простите, это вырвалось непроизвольно.

- Прощаю. И всё-таки?

- Вы красивы, как ангел.

Он сказал это очень буднично. Будто сообщил который час. Я ни на секунду в это не поверила, но, тем не менее, смутилась. Почувствовав, что начала краснеть, я немедленно завозилась с шапкой. Натянув её на голову, я предприняла попытку его обойти.

Молодой человек был словно стена.

- Если вам нравится эта ёлка, берите. Я найду другую.

Наверное, стоило объяснить, что ёлки меня не интересуют или что-то вроде того. Может, я просто могла вежливо отказаться или как-то посмеяться над всей ситуацией. Хотя, над ней я уже смеялась, и теперь это выглядело бы по-идиотски. Вместо этого, пробормотав нечто невразумительное, я рванула в противоположную от него сторону и, лишь оказавшись у ворот парка, пришла в себя.

Он застал меня врасплох. Это издалека мужчина показался милым, вблизи же от него у меня просто захватило дух. Я никогда не была падка на мужскую красоту. Максимум, что замечала, это мускулы у парней, играющих за университетскую сборную. Но не буду лукавить: я скорее выберу Джонни Дэппа, чем того же Джона Кьюсака. Но чтобы забыть обо всём и убежать с ним на край света – тут надо хорошенько подумать. Но сейчас… Даже того, что я увидела, вполне хватило бы, чтобы краем света я не обошлась.

Конечно, у меня были романы – нельзя сказать, что в этом плане я была неискушённая. Но никто из моих бойфрендов не смотрел на меня с таким восхищением. Даже при первой встрече. Даже Джейк, с которым я встречалась больше года на втором курсе, и который стал моим первым мужчиной. Может, когда парни вырастают, они специально учатся этому взгляду? Может, когда девушка начинает правильно на него реагировать, она становится настоящей женщиной? Как нелегко было в этом признаться, своим поступком я вернулась на стадию зародыша.

Дойдя до катка, я вспомнила, что так ничего и не купила. Пришлось возвращаться.

Первым мне попался на глаза тот самый прилавок с волшебными шарами. Да, это был бы идеальный подарок – напоминание о собственной глупости. Я фыркнула, но, тем не менее, подошла ближе.

Сейчас в стеклянной стране было спокойно. Лишь в нескольких потревоженных шарах летали снежинки. Здесь можно было увидеть всё: от лесной сказки, до Эйфелевой башни. Забавные фигурки животных, ангелов и Санта-Клаусов. Я взяла тот, в котором под снегом стояли знакомые очертания небоскрёбов.

- Отличный рождественский сувенир, - прокомментировала продавщица.

- Спасибо. Я просто смотрю.

- Нет проблем.

Потеряв ко мне интерес, она отошла к другим покупателям.

Я поставила шар на место и потянулась за другим, более традиционным: рождественская оленья упряжка с крошечным Сантой в крошечных санях мчалась над заснеженной деревушкой.

Краем глаза я увидела, как к нему тянется рука в чёрной перчатке. Вскинув голову, я снова встретилась взглядом с уже знакомыми серыми глазами. Теперь они смотрели чуть насмешливо.

- Второй раз наши вкусы совпали. Занятно, вы не находите?

Что-то изменилось. Вот прямо сию секунду.

Может это лучики морщинок, побежавшие у него из глаз, или ямочки на щеках, появившиеся, когда он улыбнулся, но больше мне не хотелось бежать. Наоборот: я ответила на улыбку и испытала необычайный прилив радости. А ещё вдохновения.

- Я уступила вам ёлку, вы должны уступить мне шар.

- Да, так будет честно, - согласился он и убрал руку.

Я взяла шар и легонько его встряхнула. На деревеньку обрушилась снежная буря.

- Он музыкальный, - сообщил молодой человек показывая мне на маленький рычажок у его основания. Я нажала на него и услышала знакомую мелодию «Украшайте залы».

- Я вернулся за ним, но вы были первая, так что… - он развёл руки.

Я смотрела, как искрится снег в шаре, как, успокаиваясь, он ложиться на маленькие зелёные ёлочки.

- Знаете, на кармическом уровне это откровенный обман. Мне не нужна ёлка. Я не собиралась её покупать. Так что вот, - я протянула ему шар.

Молодой человек с искренним удивлением посмотрел на меня, но шар не взял.

- Вы не любите Рождество?

- Отчего же, очень люблю. Просто мне некуда ставить ёлку.

- Странно, - засмеялся он. - На бродяжку вы не похожи. Остаётся одно – маленькая квартира?

Теперь пришла моя очередь улыбнуться.

- Если не придираться к словам, то, скорее, первое, чем второе.

- Значит, всё-таки бродяжка?

- В определённом смысле, да.

У него было такое недоуменное выражение лица, что я расхохоталась.

- Ничего криминального, не волнуйтесь, - я похлопала парня по руке. - Просто мой дом на другом конце страны.

- О!

- Вы покупаете этот шар?

Мы оба вздрогнули.

Круглое лицо продавщицы немедленно расплылось в улыбке, когда она узнала моего собеседника.

- Всё-таки вернулись? Хорошо. Вашим ребятишкам этот шар очень понравился. Я его специально решила придержать, и если бы эта девушка не оказалась вашей женой, ни за что бы ей его не продала.

- Я не…

Немного оттолкнув меня назад, мужчина взял из моих рук шар и протянул его продавщице.

- Большое спасибо. Мы берём его.

Пока она занималась оформлением нашей покупки, он занимал её разговором. Я же, переминаясь с ноги на ногу, пыталась понять, отчего мне стало так тепло и радостно, когда меня назвали его женой.

- Ну вот, - заговорила я, когда мы отошли от прилавка. - Карму себе мы всё-таки подпортили. Не надо было ей врать.

- А мы и не врали, - ответил молодой человек. - Мы просто не сказали правду. Тем более, это совершенно неважно – шар-то у нас! - Он протянул мне нарядный пакет и снова улыбнулся. - Счастливого Рождества.

- Нет-нет-нет, - замахала я руками. - Раз он понравился вашим детям, теперь я его точно не могу принять.

- Во-первых, детей у меня нет, - начал он.

- Вот только не начинайте! Я видела, как вы играли с ними.

- Во-первых, детей у меня нет, - повторил он, настойчиво вкладывая мне в руки пакет. - А во-вторых, мои племянники и думать забыли о каком-то шаре, когда их мать пообещала им пирожное и шоколадный коктейль. Кстати, как вы относитесь к шоколадному коктейлю?

Я обалдело уставилась на него, пытаясь справиться со свалившимся на меня потоком информации.

- Так что насчёт коктейля? - На его щеках снова заиграли весёлые ямочки.

Поморгав несколько секунд, я вышла и ступора.

- Ну, я даже не знаю…

- Соглашайтесь. Недалеко есть одно место, там делают потрясающие шоколадные коктейли.

- Я предпочитаю кофе.

- Отлично, - кивнул он. - Я тоже.

Его звали Марк. Ему было двадцать восемь. У него действительно не было детей, но был старший брат и племянники. Он писал статьи «для одного скучного экономического журнала» и сейчас работал над своей первой книгой. Собирая для неё материал, он провёл достаточно много времени в поездках по всему свету, и мы нашли много общего в наших впечатлениях о Европе.

За беседой и кофе время пролетело незаметно. Мы договорились встретиться на другой день за завтраком. Марк посадил меня в такси и на прощание поцеловал руку.

Всю дорогу я ощущала на коже прикосновение его тёплых губ.

И пока следующим утром я не увидела его, размашистым шагом входящим в маленькое кафе неподалёку от моей гостиницы, сердце опасливо сжималось: что если он мне всего лишь приснился?

Как же с ним было легко! Мы много смеялись. Я делилась своими впечатлениями о Нью-Йорке, говорила о фильмах, об «Интуиции», а Марк убеждал меня, что я попала под влияние массовой культуры.

- Сердце города вовсе не Манхэттен, - говорил он. - Оно внутри каждого нью-йоркера. Это часы, настроенные на особый ритм. Мы всё время спешим, всё время говорим по телефону. Мы не ждём зелёного сигнала светофора, и в такси никогда не заморачиваемся с точным адресом. Просто называем нужный отрезок улицы.

Его родные жили на Лонг-Айленде, «чёртовом краю света». Сам он снимал небольшую студию недалеко от Центрального вокзала.

Марк много рассказывал о городе, показывал свои любимые места. Нью-Йорк в одночасье перестал быть для меня чужим. Я видела его глазами идущего рядом со мной молодого человека и влюблялась в него. В их обоих.

К вечеру второго дня мне казалось, что я знаю Марка всю жизнь. Тогда же он впервые меня поцеловал. В канун отъезда Марк отвёл меня на матч «Рейнджерсов», и я окончательно поняла, что пропала.

Как обычно, он проводил меня до гостиницы. Прежде чем выйти из машины Марк уже привычным жестом подтянул меня к себе.

- Я не хочу тебя отпускать, - прошептал он мне в губы.

- Так не отпускай.

- И что же нам делать?

У меня было всего мгновение на принятие решения. Я отодвинулась, протягивая руку к двери, и потянула его за собой.

- Идём!

- Ты уверена?

Он спрашивал об этом всю дорогу, пока я вела его по освещённому вестибюлю к лифтам. Наверно мы выглядели несколько комично: маленькая девушка в расстёгнутом пальто и сбившейся на одно ухо шапке тащит за собой высокого привлекательного мужчину.

Я была уверена. Настолько уверена, что, зайдя в лифт, тут же кинулась к нему в объятья. Он подхватил меня на руки и начал неистово целовать.

Я не помню, как мы дошли до номера, как открыли его. Не помню, как разделись и оказались в постели. Но хорошо помню, что было дальше. Я настолько всё хорошо запомнила, что ещё долгое время, просыпаясь одна среди ночи, чувствовала его прикосновения. Его поцелуи, его ласки, его слова, что он шептал мне в ту ночь – всё слилось в один клубок воспоминаний, именно тех, о которых не стоило жалеть, потому что в них я была счастлива.

«Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться».