Ипотека страданий

Лето

52.

После двухнедельной лаборатории перформанса у меня упадок и депрессия. Триггернулась об N вчера. Почему это всегда случается в момент моей уязвимости. На улице лето, жара, благость. Я езжу по району на велосипеде с голыми ногами. Сегодня постриглась в местной парикмахерской у парикмахера-качка. Господи, какие разные есть люди. Наверняка у них какие-нибудь странные увлечения типа свингерклубов и эпиляции всего тела. Снова запустила тиндер. Стараюсь не раздражаться на sex talk — в конце концов, это просто не моя субкультура.

53.

С нами вчера на баскетбольной площадке поздоровался пацан, с которым мы играли в прошлом году. Как ты вырос, сказал Ренальдо. На тридцать сантиметров, ответил пацан. Когда я услышала его голос, не видя его — всего такого нежного в очках, — я уловила в его интонациях манеру взрослого чугунного парня, любителя футбола и пива. Хотя, может, всё будет не так.

54.

Мне пришло письмо от Госуслуг о том, что я выплатила штраф за неправильную стоянку. То есть моя полная тезка из Самары где-то в неправильном месте оставила машину 1 июня и выплатила штраф. Марка, модель: ЛАДА.

55.

Правило номер один: никогда не работать в театре на людей, которые глупее тебя. Общение — не то, что продается.

Правило два: если не стала бы делать бесплатно — не берись за деньги. Паоло Вирно, виртуозный труд.

56.

Кстати, та берлинская актриса забеременела. Судя по сроку, зачатие наступило как раз в те дни, когда я была в Берлине и мы работали с ней над текстом. Наш спектакль переносится на следующий год.

57.

Солнце светит из мансардного окна на мой полосатый желто-синий пододеяльник. На стене под стеклом гербарий: сухие веточки с круглыми соцветиями торчат из зеленой картонки. В проигрывателе пластинка Juana Molina Son, на плите — кофе и каша, отдельно в ковшике — варенье из абрикосов и меда, которое Саша сварил вчера. Танцую под Хуану Молину в большой и длинной кухне студии. Теперь посмотрим, какие прилагательные я использовала в этом тексте. Мансардный, полосатый, желто-синий. Круглый, зеленый. Большой, длинный. Есть в этом ряду какое-то взросление. Пойду гулять по Стокгольму.

58.

Впечатления от Швеции сплелись в один сплошной комфорт и вкусную еду, которая достается мне бесплатно. Красивые дома, красивая природа. Гладкие дороги, приятное общение. Я такая тупая в эти дни, что даже не могу планировать. Хотя всё больше склоняюсь к тому, что нужно найти bullshit job, чтобы зарабатывать себе на уют. Или пойти убирать квартиры и продолжать вести артистическую жизнь? Надо обратить внимание на сны.

59.

Я заметила, что если благодарить бога перед обедом, то чувство вины за то, что ешь чужую еду, становится меньше.

60.

Вокруг животные, камни, дети, полная луна, а я думаю только о деньгах. Поднялась тревога, проснулась рано. Уже написала идею в пьесу «Кладбище великих идей» — про школу в Кировске, в которую учителя приезжают посменно.

61.

Сегодня смотрела на людей, детей, и думала: ведь кто-то умрет, а кто-то всё равно останется жить. Получается, есть вечная жизнь. Она между нами.

62.

Про вечную жизнь я поняла, когда Лида держала на руках Ялика. Он заползал ей на колени и сползал, а она что-то рассказывала по-шведски Гуннару и Софии и между делом отвечала маме что-то по-русски. Ее мама, ее муж, ее сестра, я — все сидели за столом. Над нами шумели деревья. И я подумала: даже если кто-то умрет, кто-то останется. И будет заботиться.

А сегодня Лида провожала меня в аэропорт. Солнце заливало поля таким светом, который бывает только утром. Мы включили плейлист, который у Лиды называется Forever — под него они вчера красили только что построенную веранду. Там всё то, что мы слушали десять лет назад: Mum, Эллиотт Смит, всякие шведские группы. И Джони Митчелл, Нина Симон. Заиграла «Человек и кошка» — и Лида вспомнила О-ва. Она сказала: я долго не могла понять, зачем ему это надо было, а теперь, когда мне почти под сорок, я понимаю: ради любви к жизни. Я спросила, гадает ли она на песнях, она сказала, что давно не делала этого. И мы погадали мне. Попалась какая-то шведская песня про то, что кто-то любит даже чье-то дыхание, но никогда об этом не скажет.

А потом заиграла «Я уплываю, и время несет меня с краю на край» и на словах «смерть побеждающий вечный закон — это любовь моя» мы вышли из машины.

63.

Гороскоп говорит, что у меня сегодня хорошо со spirituality и self, а со всем остальным плохо, поэтому я весь день хожу одна по Вене и теперь ем под фильм Before Sunrise, сидя на полу в нашей Airbnb-квартире. Посмотрю, где именно в Вене гуляют герои фильма, и съезжу пройдусь по их местам.

Сегодня так растревожилась, что прямо из Макдональдса на торговой улице в Вене послала два сообщения приятелям из фонда V-A-C и Яндекса с вопросом о работе. И кажется, там есть вакансии. Я иду гулять. Это мой последний вечер в Вене.

64.

Вернулась вчера из Вены. Написала Лиде, что разобралась, как дальше жить. Но ни фига я не разобралась. Женя из V-A-C и Лиза из Яндекса ответили в тот же день, что вакансии есть. И вот я сижу и прокрастинирую. Почему? В чем я сомневаюсь? Вести жизнь творческого прекария я больше не хочу. Это иллюзия, что человек без дополнительного дохода может жить фрилансом в медиа и театре. Оставим революцию постработникам с недвижимостью.

Мне надо работать в Яндексе — потому что это хотя бы нематериальное производство. И это не искусство, в котором хорошо только аристократам и рантье. Наверное, против этого я и восстаю — что искусство не для меня. Я как Мартин Иден. Покончил ли с собой Джек Лондон?

65.

Через сорок минут выходить в аэропорт. В Пермь. Так. Я что подумала. Если меня так расстраивает система (классовая), то нет смысла с ней бороться, есть смысл в нее встроиться. И выбрать самую тупую из траекторий.

66.

Сегодня прилетела в Пермь на музыкальный фестиваль — вести здесь лекционную программу. И первым, кого встретила в лифте, оказался Саша Г. Обнялись, смутились (или только я). За ужином прочитала свой старый репортаж о нем. Всё припомнила: и как он водил меня по Екатеринбургу, и как ходили на концерт и пили вино, крича друг другу в ухо. Гуляя вдоль Камы, не понимала, в каком я городе.

67.

Я встретила кое-кого. И даже не влюбилась, а почувствовала что-то правильное. Я сидела с ними тремя (он, Саша и еще красавец- серфингист) и чувствовала себя на вершине мира. А потом пришли еще люди, и там был этот злой Феликс. И я тогда ушла, и Саша меня проводил, а Сережа (мой краш), кажется, хочет общаться, но, возможно, и нет. Как это проверить, не знаю. С Сашей мы договорились встретиться, но это по работе. Я могу нравиться мужчинам? Я привлекательна? Что мне делать. Как мне узнать.

68.

После феста я спала почти сутки с перерывом на добавление в друзья Сережи, в которого там влюбилась. Главное не задавать себе проклятые вопросы. А понравилась ли я ему? А как себя вести? А писать ли первой, и что писать?

Радость вспоминать все эти маленькие события: его обгоревший нос, наш разговор про доли счастья и ипотеку страданий.

69.

Проснулась очень страшная. Срочно необходимо, чтоб кто-то любил.

70.

Сегодня снилась мама. Снова умирала. На низком балконе сидела, когда я возвращалась. Сказала, что сегодня очень плохо, тошнит. Я принесла ей тазик уже в кровать, и ее начало рвать так, что всё тело сжалось. Тазик оказался маленьким, и вся рвота оказалась на простыне. Я гладила ее по спине и говорила: бедная.

Сегодня с К. идем на концерт этих моих. Она рассказала, как полночи с кем-то целовалась. Наверное, если бы я сейчас с кем-то поцеловалась, я бы с ума сошла от восторга. Если я с ума сошла от одной беседы в автобусе. Что там было такого? Я смеялась над каждой его шуткой. А потом в кафе я сказала: мне кажется, все мои страдания были ипотечным вкладом в счастье, которое начнется сегодня. Только не хочется всё сразу, чтобы на потом осталось. А он говорит: мы будем выдавать по долям.

71.

Этот парень Сережа меня мягко морозит: медленно и скупо отвечает. Что ж. Зато! Моя! Пьеса! Прошла в шорт «Любимовки». Какое счастье. Какое счастье!

72.

Не могу уснуть. Встала попить овсяного молока. Думаю: есть во мне что-то отталкивающее мужчин. А потом думаю: бред, нет. Точно нет тотального изъяна, нет судьбоносной порчи.

Сегодня на два моих сообщения не ответил N. Какая-то порча, траченность. «Это спектакль». Да, пожалуй.

73.

Томление не проходит. Способна только ходить на сайт oculus и смотреть, в каком у кого знаке находится Венера. Играю на пианино — грустно.

74.

Писать имеет смысл о любви и смерти. Но как жить?

75.

Сегодня дедлайн текста. Я его даже не начинала. Надо написать всем, кто от меня чего-то ждет, и извиниться.

Девочки говорят, нужно написать ему точное время встречи, что он фактически согласился. А я в этом не уверена. Вчера был такой craving до тела рядом, не сексуальный, а именно сверхфизический, я не могу одна. Особенно я не могу одна, когда мне кто-то нравится.

76.

Написала психотерапевтке:

«Каринэ, привет! Кажется, мне довольно плохо, но я не уверена. Какая-то нерешительность с работой и новой влюбленностью. Наверное, надо к тебе?» Психотерапевтка ответила:

«Наташа, здравствуй. Я, к сожалению, еще в отпуске. Пока попробуй не думать. А просто послушай себя. В какой теме плохо? Должна быть одна тема, которая тебя тревожит, а вторая ее „покрывает“. Потом убери ту, которая покрывает важную тему, и попробуй понять, что именно в ситуации не так: что-то внутри тебя или что-то реально не очень хорошо. И что ты можешь сделать для себя. А потом да, лучше прийти».

77.

Однажды мама встретила женщину в поезде и решила приютить ее на несколько дней у нас. Женщина торговала луком. Чтобы лук не пропал, женщина разложила его на газетах в наших комнатах. Удивительное свойство русских — разговориться в поезде с незнакомцем о самом важном.

78.

Это не ураган щас начнется, это моя сублимация ебнет. Чувак разбудил либидо, теперь хочется контакта. Разбомбила самооценку режиссеру, который хочет делать читку моей пьесы.

79.

Вчера ходили с Олей гулять в район под названием «Остров фантазий»: между Гребным каналом и рекой, где поле для гольфа. Ничего особенного по европейским меркам: малоэтажные дома, квадраты стриженных кустов, темные окна. Услышали крики, подошли. Парень вытаскивал девушку из машины, выкидывал ее вещи. Мы вступились, но толку мало. Какой-то паренек начал нам объяснять: хотите быть хорошими феминистками — вступайтесь, но иногда девушки сами так себя ведут… А другая пьяная девушка сказала: я из тридцать четвертой квартиры. Вся эта сцена была похожа на сон. Как будто ее высветили и показали. На девушке была толстовка МГУ. Аренда квартиры в этом районе — миллион в месяц, сказала Оля. Когда я возвращалась, мне было спокойно. Я зашла домой под Девендру Банхарта и подумала: я живу хорошо. За пять минут этой сцены испарилась вся моя зависть к богатым. Запах алкоголя от них был очень сильным. Энди Уорхол говорил, что Кока-Кола — одинаковая и для богача, и для бедняка. С алкоголем примерно то же: звероподобны от него становятся все. И насилие.

80.

Зубы у меня настолько здоровые, что не удается даже поныть, что их лечение мне не по карману. Но самое интересное, почему я пошла лечить зубы. Пока я была влюблена, я успела пережить многое в следующей последовательности:

- я думала, что я старая;

- я сделала брови;

- я купила масло для волос;

- я купила крем для кожи вокруг глаз;

- я думала, что я слишком умная для него;

- я подумала: может, у меня пахнет изо рта — и записалась к стоматологу.

Так я потратила деньги, которыми должна была сделать выплату за месяц. Черт, я посмотрела, что такое Яндекс. Это неинтересно.

81.

Ругалась с режиссером. Как это, должно быть, обидно, но блядь. Я не хочу, чтобы он ставил.

Сижу слушаю Элджея. Сегодня хуевый день.

82.

Сегодня проснулась с большим НЕТ режиссеру.

Предложила Роме заняться сексом, он согласился. Договорились встретиться как-нибудь.

83.

Я скучаю по регулярным смскам о зарплате. С другой стороны, не уйди я с работы, я бы не задумалась, откуда писатели, режиссеры, художники, интеллектуалы — все те люди, которыми я восхищалась, — берут деньги. А ведь это важный вопрос.

84.

Сходила с Витей поиграть в баскетбол. Ключ от шкафчика — №69. Я не стала говорить ему об этом, чтобы не вызвать шутку о сексе. Но после, когда мы уже выпили пива и возвращались домой, я достала ключ из кармана (забыла сдать) и обратила его внимание на номер. И Витя начал говорить сам. Типа, он делал мини-исследование, в котором было два опрошенных, и выяснил, что 69 — это всё равно, что отдельно 6 или отдельно 9, так как невозможно сконцентрироваться на 6 и 9 одновременно. Угу, сказала я. Для меня не так. Потом он написал в телеграме, что его смутил этот разговор, «извини, если тебя тоже смутил». Меня не смутил.

85.

Вчера была на дне рождения Кати. Сегодня концерт, и я надеюсь там встретить Сережу. Писать ему не буду. На вечеринке были все эти чуваки: *, **. Но вот я сейчас не смогла в двух словах объяснить Са, чем они круты. Вчера мои колени облизала собака.

86.

Вообще с чего я взяла, что мне надо заняться сексом с Ромой, чтобы пробудить свою сексуальность? Может, она после этого уснет навсегда. Кто нравится так, чтобы захотелось с ним целоваться? Не Сережа. Потому что до этого еще сколько-то событий должно произойти. Типа: переписка; свидание (как случайное продолжительное времяпровождение); еще одно свидание (уже запланированное).

87.

Ходили в гости к Лизе. Много смеялись.

88.

Я ему написала какой-то вопрос о музыке, и мы разговорились. Ура, наконец-то.

89.

Витя повредил ногу на баскетболе, нельзя играть полгода. Ключ 69 лежит у меня на пианино.

90.

В России так любят мужчин, что называют их детскими именами, больше подходящими для шпицев.

100.

Вчера Сережа (почти) позвал на свидание — вернее, скинул ссылку на лекцию. Я сказала, что я бы сходила. Он ответил, что, если успеет, тоже пойдет. Если мы пойдем, то это же будет первое (неспециальное) свидание.

101.

Анкор, анкор — так говорил когда-то мой французский бойфренд, когда мы развлекались в душе. Потом пояснял, что «encore» было его первое в жизни слово. Фо — говорила годовалая я, когда мне что-то нравилось и я просила «еще». Когда мне что-то переставало нравиться, я тоже говорила «фо», и тогда это означало «всё».

102.

У него желтые глаза. Генетическая мутация, говорит он, стоя перед кассой. Перебивая, я говорю: у тебя странные глаза. I hit on him. Я хочу смотреть и смотреть, потому что такого не бывает.

Я опоздала на лекцию на полтора часа. Я села не в тот автобус и два раза проехала центр Москвы. Потом я два раза прошла мимо поворота к библиотеке. Он ждал на улице, я бежала. И очень жаркая возникла перед ним. Я подумала: как бы я обрадовалась, если бы была им, влюбленным в меня.

Мы пили пиво на лавочке, говорили о привилегиях и замороженном шпинате из Вкусвилла («кому ты рассказываешь, шпинат из Вкусвилла — король моей кухни»), потом взяли еще пива. Он отменил поездку к друзьям, я отменила баскетбол. Мы катались на трамвае, у меня замерз телефон и не работал тачпад, он взял мои руки и сказал: да нет, не холодные. Он надел очки. Он снял очки. У единственного кроме нас пассажира трамвая в телефоне заиграл Игорь Тальков: «И поверженный в бою я воскресну и спою». Мы вышли на Проспекте Мира. Мы пошли через Сретенку на Цветной. Мы оказались на пустой баскетбольной площадке. Он рассказал, как на той неделе они с другом случайно нашли чью-то закладку с кокаином. Я сказала, что у меня дома есть трава, он сказал: так поехали к тебе. Я сказала: может, в другой раз? Он согласился, сказал что-то про чрезмерность. Мы шли к метро и говорили про гендер и секс. Прощание не было неловким: я не боялась дать меньше, чем от меня хотят. Мы обнялись. Мне было очень приятно, сказала я. Глаза цвета яблочного сока.

103.

Я была в гостях у К., мы делали коворкинг. И под вечер я лежала, а она сказала, что виделась с N, и что он «всё». «Конец N». «N — в гробу». И я замолчала. Она спрашивает: ну что? Ничего, говорю, загрустила от того, что ты сказала, триггерит. Она спросила, что триггерит. И я сказала. Я даже не могу припомнить всю беседу целиком, потому что она говорит так неотчетливо и как будто себе. А, вот что было. Она сказала про его дочку. Что та, наконец, «обрела папочку». И тут меня вынесло. А она сказала: но это же сформировало тебя. И потом мы поехали на велосипедах по Соколу, сняли мои деньги и выпили радлера. Сидели в парке. К. сказала смешную фразу. Типа секс — это ерунда, вот святые стоят на столпах, и надо как святые. И типа секс не важен, важны любовь и боль. Ну, в этом мы экспертки, сказала я.