Роман

Когда я увидел, как в ее больших карих глазах вспыхнуло удивление, мой длинный день показался чуточку менее скучным. Я никак не могу понять, почему ее муж не делает все, что в его силах, чтобы пробудить ее душу к жизни, а наоборот разрушает ее.

— С тобой все в порядке? — спросил я, после того как целых две минуты никто из нас не произнес ни слова.

Она часто заморгала и опустила голову. Только тогда я понял, что она смеется.

— Прости, я не планировала смеяться, но твое предложение прозвучало ну очень непристойно. Я ждала, что ты предложишь мне миллион долларов, если я вдруг откажусь.

— Если это потребуется, предложу.

Эти слова стерли все веселье с ее лица.

— Ты ведь шутишь, да?

— Насчет того, чтобы ты провела месяц со мной — нет. Насчет остального — да.

Я не шутил, но если ей так легче, я соглашусь с этим.

Она снова нервно поерзала, что делала довольно часто с того момента, как села. Не думаю, что она замечала это за собой, но мне это казалось забавным.

— Ты просишь меня провести с тобой месяц?

Я рассмеялся, и она слегка покраснела.

— Уверяю тебя, я не уговариваю тебя жить со мной, мы просто будем проводить много времени вместе. Такой вариант тебя устроит?

Казалось, внутри нее идет нешуточная борьба, но затем ее лицо прояснилось и окончательное решение затуманило ее темные глаза. Я понял, что затаил дыхание в ожидании ее ответа. Мне не хотелось признавать, насколько сильно я надеялся на положительный ответ.

— Да, — решила она, поднимая голову.

Наши взгляды встретились.

— Да?

Она уверенно кивнула.

— Да. Мне ведь нечего терять, так? Ты все равно отказал мне в операции, — она закончила свое предложение с улыбкой, пытаясь скрасить то другое утро.

Склонившись над столом, я не прерывал зрительного контакта с ней.

— Я предлагаю тебе сделку. Ты проводишь время со мной, и если через месяц все еще не передумаешь делать операцию, — я вздохнул, мысленно молясь той уверенности, что смогу изменить ее решение, — то я прооперирую тебя.

Ее глаза стали печальными. Она посмотрела на меня сквозь темные ресницы, и я поерзал на стуле.

— Почему ты делаешь это для меня, Роман?

Она запнулась на моем имени, но задала вопрос таким уверенным тоном, что я не смог бы солгать ей. Правда причинит боль, но прошлое давно не давало о себе знать.

— Ты напоминаешь мне кое-кого. Кое-кого, кому я должен был помочь… но не помог.

Я заметил, что она не знает, как воспринимать это, но уверен, что ей до смерти хочется задать кучу вопросов. Затаив дыхание, я надеялся, что она не станет. В конце концов, она позволила мне оставить мои сожаления при себе.

— Итак, когда мы начинаем?

Я улыбнулся, выдвинул ящик стола, вытащил пачку рецептурных бланков и взял ручку. Быстро написал на верхнем листе и оторвал его. Перед тем как вручить его ей, я встал, обошел вокруг стола и присел на его край рядом с ней.

— Скоро, но сначала, ты должна кое-что для себя сделать.

— Для себя? Но зачем?

— Потому что ты заслуживаешь этого, — я улыбнулся и вручил ей бумажку и визитку. — Запомни, это предписания врача.

Загрузка...