История отечественного государства и права

Часть VII.
СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО (1917-1991 гг.)

В 1917 г. начался новый период в истории России, в течение которого менялись социальные отношения, несколько раз предпринимались попытки изменения системы управления экономикой, разными были внешняя политика и вес Советского Союза на международной арене. Но неизменным оставалась политическая система, в центре которой оказалась коммунистическая партия.

Большевистские государство и право принципиально отличались как от дореволюционных, так и западноевропейских систем. В советской историографии разными методами доказывалась их историческая прогрессивность. Реакцией на эту фальшь стала историография конца 80-х – начала 90-х гг. Основное внимание тогда обращалось на субъективную вину большевиков, негативные черты государства и его репрессивные функции. Сегодня представляется, что эта субъективная роль вряд ли была бы сыграна без объективных предпосылок. Все, что произошло с Россией в годы революции и Гражданской войны, оказалось также результатом предшествующего исторического развития.

Главной из них являлось отсутствие гражданского общества. К. Маркс и Ф. Энгельс не зря рассматривали социализм как посткапиталистический строй, в рамках которого это общество формируется. Период же русского капитализма оказался чрезвычайно коротким: вторая половина XIX в.- начало XX в. Лишь в городах формировались его осно-вы, чего для страны в целом было совершенно недостаточно. Поэтому в условиях развала самодержавного государства весной-летом 1917 г. и максимальных политических свобод, народ однозначно отверг буржуазный путь развития и поддержал социалистические партии. А уже в рамках развернувшейся гражданской войны, власть досталась наиболее решительной, радикальной, последовательной из этих партий – большевистской. Большое значение для победы революции и дальнейшей Гражданской войны явилась Первая мировая война. Огромное число людей психологически привыкло к насилию, было гото-во с оружием в руках изменить мир в соответствии со своими представлениями о его справедливом устройстве. Дальнейшее же развитие государства и права предопределялось попытками воплотить в жизнь схоластические марксистские идеи и реальными возможностями российской системы, которые эти их перечеркивали.

Особенностью развития государства и права в этот период явилась их фиктивность. В конституциях и кодексах было одно, а в действительности – другое. Это трагическое противоречие предопределялось несоответствием между поставленными целями и реальным возможностям общества.

В течение десятков лет изучение революции 1917 г. находилось в руках политиков. Поэтому вместо научного анализа революции первоначально (1917-1922 гг.) мы имели политическую полемику. Каждая из партий давала свою трактовку событий, обвиняя во всех грехах политических оппонентов и отрицая собственные просчеты и ошибки. Поскольку политическая направленность революции зимой и осенью была разной, то единую революцию они делили на две части. Первую называли «Февраль», или «Русской революцией», вторую – «Октябрь», или «Пролетарской революцией».

В начале 30-х гг. XX в. появилась сталинистская трактовка революции: февральский этап революции 1917 г. стали именовать «буржуазно-демократической», а октябрьский – «Великой октябрьской социалистической революцией». Такие характеристики потребовались И.В. Сталину и его окружению для того, чтобы обосновать готовность страны к социалистическим преобразованиям.

В действительности революция 1917 г. была единой, и основным ее содержанием стали развал государства и борьба большевиков с социалистическими партиями за радикализацию революции.

Революции 1917 г. оказались результатом стечения ряда обстоятельств, главным из которых стала невозможность российской экономики выдержать участие в дорогостоящей Мировой войне. Тем не менее, это не делало революцию неизбежной. Подавляющая масса населения страны была безразлична к происходящим в Петрограде событиям. Это означает, что развитие политических процессов зависело еще не столько от народных масс, сколько от политиков. При выработке всеми партиями и властью правильной политической линии, при стремлении всех противоборствующих сил к согласию и компромиссу, ситуацию вполне можно было удержать под контролем.

Причиной революции можно назвать не столько социальное напряжение в стране, сколько политический кризис, возникший, во многом, по вине либеральной интеллигенции во главе с радикально настроенными депутатами Государственной думы.

Поводом к началу революции послужили январские перебои в снабжении Петрограда хлебом. Цены выросли так, что осложнилась жизнь даже зажиточных слоев населения.

К 21 февраля хлебная проблема была решена, но терпение масс иссякло, и на Петроградской стороне начались погромы булочных и молочных лавок.

Между 23 и 26 февраля город сотрясали непрекращающиеся демонстрации и забастовки. К вечеру 27 февраля на сторону рабочих перешли 127 тыс. солдат. Это составляло 28% Петроградского гарнизона, но власть была парализована. Эту ситуацию и по-пыталась использовать радикальная часть Государственной думы.

Сначала они хотели добиться у Николая II разрешения самим формировать правительство. Получив отказ, депутаты в ночь с 28 февраля на 1 марта подключили к своим интригам генералитет.

Вплоть до последних чисел февраля генералы не вмешивались в политику, хотя различные силы пытались их в неё втянуть на протяжении всей войны. Но в этот момент они считали, что передача власти Думе успокоит страну, что крайне важно для победоносного окончания войны.

Под давлением генералов Николай II 1 марта подписал соответствующий манифест. Окрыленные успехом, посланцы Думы А.И. Гучков и В.В. Шульгин на встрече с государем увеличили требования и в ночь с 1 на 2 марта уговорили его отречься от престола.

Николай II отрекся в пользу сына. Однако в ночь со 2 на 3 марта неожиданно изменил решение и отрекся в пользу брата Михаила.

Никто в окружении царя в защиту самодержавия не выступил, никто не предложил начать вооруженную борьбу. От Николая все просто отвернулись. Поэтому правильнее говорить не о «свержении» самодержавия, а его падении.

Между тем, депутаты-радикалы, не продумав последствий, 3 марта убедили Михаила, что дальнейшую судьбу политического строя России должно решить Учредительное собрание, а не манифест его старшего брата. Михаил согласился и от престола отказался.

Так неожиданно для всех получился результат, к которому еще несколько дней назад никто не стремился.

Добившись отречения государя, депутаты Государственной думы перечеркнули возможность развития России по пути конституционной монархии. А к иному массы не были готовы.

К 1917 г. гражданское общество находилось еще в стадии формирования. Поэтому независимо оттого, что самодержавной властью были недовольны все без исключения социальные слои, она была единственной силой, удерживающей общество от развала и придающей ему целостность. Устранение самодержавия в феврале 1917 г. обернулось развалом российской социальной системы, что и стало основным содержанием Революции 1917 г.

Центральные государственные органы. После отречения Николая II официально власть перешла в руки Временного правительства. Оно было образовано 2 (15) марта депутатами Государственной думы. Предполагалось, что правительство будет работать только до созыва Учредительного собрания.

В первый состав Временного правительства вошли 4 кадета, 3 беспартийных, 2 октябриста, прогрессист, эсер. Возглавил правительство руководитель Всероссийского земского союза Г.Е. Львов.

Программа Временного правительства была изложена в Декларации 3 (16) марта и Обращении к гражданам 6 (19) марта. В области внутренней политики основной целью являлась подготовка Учредительного собрания и проведение ряда неотложных социально-политических и экономических преобразований. Во внешней политике правительство стремилось к неуклонному выполнению всех союзнических договоров и победе над Германией и Австро-венгрией.

Это правительство успело принять закон свободе собраний и союзов, национализировать земли, принадлежащие императорской фамилии, упразднило корпус жандармов, ссылку и каторгу, ликвидировало аппарат царской полиции.

В течение марта 1917 г. все социалистические партии (включая большевиков) пришли к выводу о невозможности в обозримом будущем приступить к строительству социализма и дружно поддержали Временное правительство, выступавшее за буржуазный путь развития.

Между тем, власть Временного правительства фактически уже в апреле оказалась ограничена стенами министерских кабинетов. Принимаемые в Петрограде решения на местах не исполнялись, а все, что нужно было массам, они делали сами, без оглядки на столицу.

Революция в России разразилась, когда страна находилась в состоянии войны. Австро-германский блок явно выдыхался. В апреле в войне на стороне Антанты выступили США. Все это делало победоносное окончание войны вполне реальным и близким. Настаивая на продолжении войны, правительство рассчитывало на получении кредитов и займов от союзников по окончании войны и контрибуции с поверженного противника, которые были крайне необходимы для восстановления и дальнейшего развития послевоенной экономики. Не меньшее значение имело стратегическое укрепление России на Балканах и Ближнем Востоке, что было обещано союзниками перед началом войны. Однако все эти расчеты массам были чужды. В конце апреля в Петрограде начались антивоенные демонстрации, и Временное правительство было вынуждено уйти в отставку.

6 (19) мая сформировался второй состав Временного правительства. На этот раз оно было коалиционным: из 15 министров 6 (40%) являлись эсерами и меньшевиками. В начале июля и оно оказалось в отставке.

Весь июль правительство фактически отсутствовало. Лишь 24 июля (6 августа) был создан третий состав правительства. Число министров-социалистов выросло в нем до 53% (8 из 15).

Четвертый состав правительства работал с 25 сентября (8 октября) по 26 октября (8 ноября). Его политический состав был следующим: 6 кадетов и примыкающих к ним, 2 эсера, 4 меньшевика, 6 беспартийных. Председателем правительства был эсер А.Ф. Керенский.

Таким образом, после отречения Николая II к власти пришли социалисты и либералы.

Местные государственные органы. После отречения Николая II и ухода в отставку царских губернаторов, Временное правительство на их место назначило земских деятелей. Они стали именоваться губернскими и уездными комиссарами. Однако массы встретили это решение «в штыки», противопоставив идее назначения должностных лиц идею избрания их демократическим путём.

Между тем жизнь не улучшалась. Основную причину этого народные массы видели в плохих комиссарах, поэтому и выбранные вскоре оказались неприемлемыми. Перевыборы практически везде превратились, чуть ли не в перманентный процесс, увеличивая с каждым разом степень плебеизации местных органов власти. Летом комиссарская чехарда прекратилась. Это произошло не потому, что массы оказались удовлетворены полученным результатом, а потому, что разочаровались в демократическом политическом механизме. Они потеряли к нему интерес и стали добиваться решения своих проблем, не обращая внимания на власть.

Политическая система. В течение XIX-XX вв. одним из основных элементов политической системы стали партии. Их значение в России 1917 года было особенно велико, так как деятельность государственных органов оказалась блокирована революционно настроенными массами.

На протяжении 1917 г. на политической арене России действовали более 150 общероссийских и национальных1 партий. По своим программам они делились на либеральные и социалистические (существовавшие к 1917 г. консервативные партии после отречения Николая II потеряли свою идеологическую основу и фактически исчезли). Внутри каждого из этих направлений существовала сложная дифференциация, определяемая доктринальной и организационной спецификой.

[1 Союз сельского населения Финляндии, Армянская конституционно-демократическая партия, Балтийская (Прибалтийская) конституционная партия, Белорусская народная партия, Грузинская национально-демократическая партия, Армянский революционный союз и др.]

Кадеты. Кадеты представляли собой левое крыло российского либерализма. Деятельность партии нашла отражение в большом количестве источников: в течение 1917 г. года кадеты провели четыре съезда1, ряд конференций, выпускали около 20 газет, брошюры, огромное количество плакатов и листовок.

В.И. Ленин определял эту партию как «буржуазную» и ненавидел ее всеми фибрами души. На самом деле она являлась партией вузовских преподавателей и юристов, врачей и земских служащих. Естественно, она оказалась самой образованной партией России: из 48 членов Центрального комитета, избранного в феврале 1916 г. на 6 съезде партии, 40 имели высшее образование, (из них 1 академик, 10 профессоров), 2 – незаконченное высшее, 1 – среднее, об образовании пятерых историкам не известно. По своему интеллектуальному уровню это была партия, которая более чем какая-либо другая была способна адекватно оценить происходящие в стране процессы. Поэтому именно кадеты сформировали первый состав, программу Временного правительства и получили в нем пять портфелей из 11. Свою задачу они видели в том, чтобы довести страну до Учредительного собрания. Кадеты выступали за введение политических свобод, четкое разделение законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти, широкое местное самоуправление и вместе с тем – за сильную центральную исполнительную власть.

К маю численность партии выросла до 100 тыс. человек. Она развернула широкую агитационную работу. Но ее влияние в правительстве и обществе стремительно таяло.

В обстановке стремительного распада государства и развала экономики состоявшийся в июле 9-й съезд партии высказался за установление в стране временной военной диктатуры.

Среди общероссийских социалистических партий основную роль играли эсеры (партия социалистов-революционеров), меньшевики и большевики.

Эсеры. Самой большой по численности партией в течение 1917 г. была партия социалистов-революционеров – эсеров. В течение года они провели два съезда, ряд конференций. Делегации эсеров были на всех общероссийских съездах и совещаниях2. Социалисты-революционеры в течение года выпускали более сотни различных периодических изданий.

Эта партия росла быстрее, чем другие: летом 1917 г. она насчитывала около 1 млн. членов. В нее записывались иногда целыми деревнями, фабриками и полками, поэтому в теоретических представлениях таких «членов партии» существовал большой разброс. Впрочем, и среди партийного руководства не было ясности относительно ближайших целей партии. А.Р. Гоц, Н.Д. Авксентьев, А.Ф. Керенский, Б.В. Савинков считали, что во-прос о социалистическом переустройстве общества пока является отдаленной политической целью. По их мнению, даже наиболее развитые страны Запада не имели необходимых предпосылок для перехода к социализму. Поэтому задачу революции они видели в демократизации политического строя, что делало их естественными союзниками кадетов.

[1 Съезды и конференции конституционно-демократической партии. Т. 3. Кн. 1. 1915-1917 гг. М., 2000.]

[2 Протоколы Третьего съезда партии социалистов-революционеров, состоявшегося в Москве 25 мая-4 июня 1917 г. (Стенографический отчет). Пг,. 1917; Краткий отчете о работе Четвертого съезда партии социалистов-революционеров (26 ноября-15 декабря 1917 года). Пг., 1918; Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. Т. 3. Ч. 1. Февраль – октябрь 1917 г. М., 2000.]

Эсеры рассматривали Советы не как органы власти, а как одну из форм организации масс, как средство обеспечения демократических преобразований. «В Советах рабочих и солдатских депутатов, мы видели не органы, конкурирующие с правительством для захвата власти, а центры сплочения и политического воспитания трудящихся классов, созданных для обеспечения влияния этих классов на ход революции»1.

Летом руководство партии начало осознавать пагубность низовой инициативы масс. Однако выступить против этого партия не могла в силу своей революционной природы. Как не могла и занять четкую антибольшевистскую позицию.

Летом из партии выделилось левое крыло. Ее лидеры – Б.Д. Комков, М.А. Спиридонова – видели спасение России в прорыве к социализму с помощью мировой революции. Левые эсеры на полгода стали активными союзниками большевиков.

Меньшевики. Весной 1917 г. они стали второй по влиянию партией в стране, поэтому смогли оставить после себя такой же большим объем источников, как социалисты-революционеры и конституционные демократы. Меньшевики проводили съезды, конференции, различного рода совещания2, выпускали газеты и журналы. Большую публицистическую активность развили лидеры партии: Ф.И. Дан, М.И. Либер, И.Г Церетели, Н.С. Чхеидзе.

Их политическая линия на протяжении 1917 г. определялась ясным пониманием исторической преждевременности социалистических преобразований.

В марте они видели свою задачу в том, чтобы подталкивать правительство к демократическим преобразованиям. В мае вошли в состав правительства. К этому времени численность партии выросла до 46,7 тыс. человек. Двухмесячный опыт государственного управления привел их к неожиданному открытию: они с удивлением и страхом увидели, что массы могут быть не только созидательной, но и разрушительной силой. С этого момента меньшевики начали пытаться выступить как сдерживающая сила, приостановить опасное для страны разрастание революционной стихии. Для революционной партии это оказалось равносильно смерти: опьяненные вседозволенностью массы слушали лишь тех политиков, которые приветствовали эту стихию.

Перед лицом развивающегося хаоса меньшевики ничего народу предложить не смогли.

Большевики. Среди социалистических организаций большевистская партия являлась одной из наиболее радикальных.

Начавшаяся в феврале 1917 г. революция поставила их в сложное положение: падение самодержавия произошло без их участия, а программы дальнейших действий они не разрабатывали, поскольку считали, что в стране отсутствуют условия для построения социализма.

Однако в начале апреля в Россию вернулся В.И. Ленин и провозгласил курс на социалистическую революцию. Впервые он это сделал на собрании большевиков-участников Всероссийского совещания Советов рабочих и солдатских депутатов 4 апреля. Во время выступления В.И. Ленина его бывший товарищ А.А. Богданов выкрикнул из зала: «Ведь это бред, это бред сумасшедшего… Стыдно аплодировать этой галиматье… вы позорите себя. Марксисты!»3 Познакомившись с аргументами В.И. Ленина, первый русский марксист Г.В. Плеханов охарактеризовал их тем же словом – «бред».

В.И. Ленин тоже считал, что в России нет условий для построения социализма. Но, во-первых, В.И. Ленину удалось убедить своих товарищей, что хотя условий для построения социализма в стране действительно нет, в целях выхода страны из социально-экономического кризиса необходимо добиваться передачи власти в руки Советов. Во-вторых, он полагал, будто Первая мировая война вплотную приблизила европейский пролетариат к революции. Как марксист, он был искренне убежден в единстве общемирового исторического процесса. Поскольку социальный кризис в России был глубже, чем в других европейских странах, инициатором мировой революции могла стать Россия. Помощь же европейского пролетариата впоследствии могла компенсировать отсутствие в России необходимых предпосылок для построения социализма. В-третьих, в определении созидательных сил народа большевизм перекликался с народничеством 70-х гг. XIX в. В.И. Ленин провел десять лет в эмиграции и плохо представлял степень готовности и желания народа управлять государством. Ему казалось, что только переход власти в руки рабочих и крестьян может являться историческим выходом России из того положения, в которое его будто бы загнали самодержавие и капитализм.

[1 Церетели И.Г. Воспоминания о Февральской революции. Кн. 1. Париж, 1963. С. 23.]

[2 Меньшевики в 1917 году. В 3-х томах. М. 1994 – 1995.]

[3 Суханов Н.Н. Записки о революции. М., 1991. Т. 2. С. 16.]

Численность партии в феврале по одним источникам составляла 10 тыс. человек, по другим – 24 тыс. К апрелю она выросла до 80 тыс., 60% из них составляли рабочие, 7 – крестьяне, остальные – интеллигенция и профессиональные революционеры. Из-за своей социальной базы – пролетариата – большевики не имели существенного политического влияния. На первом Всероссийском съезде Советов большевики получили лишь 12% делегатских мандатов.

Общественные комитеты самоуправления. В течение первых двух недель марта во всех регионах на губернском и уездном уровнях возникли многочисленные комитеты общественного самоуправления. Стать властью не удалось и им: в марте-мае под давлением масс шёл процесс перевыборов и довыборов их членов, а в июне-августе массы потеряли к ним интерес, и комитеты незаметно сошли с политической арены.

Советы депутатов. В отличие от общественных комитетов, где были представлены все социальные слои и группы, Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов строились в основном из перечисленных социальных групп.

Советы сразу же попали по контроль социалистических партий, а те стремились к максимальному повышению их политического статуса. Председателем петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов стал руководитель меньшевистской фракции IV Государственной думы Н.С. Чхеидзе. Его заместителями были назначены руководитель фракции трудовиков IV Государственной думы А.Ф. Керенский (1881-1970) и меньшевик М.И. Скобеле. В Исполком петроградского Совета вошли 13 меньшевиков, 6 большевиков, 6 эсеров, 5 внефракционных социал-демократов, 4 беспартийных, 2 народных социалиста, 2 трудовика и межрайонец.

В мае провели свой первый съезд Советы крестьянских депутатов, в июне – Советы рабочих и солдатских депутатов. И тот и другой имели всероссийский статус.

5 июля бюро Центрального исполнительного комитета Совета рабочих и солдатских депутатов совместно с исполкомом Всероссийского совета крестьянских депутатов приняли решение об ответственности правительства перед Советами, то есть перечеркнули идею Учредительного собрания и сами себя объявили себя парламентом. Это вызвало кризис власти (выход кадетов из правительства и его самороспуск).

По сути, ни Советы, ни правительство не являлись в масштабах страны легитимными органами. Но другой власти в стране не было и в течение весны – начала лета; массы в какой-то мере им подчинялись. Когда же в начале июля Советы и правительство вступили в борьбу друг другом, их авторитет упал. В стране наступил паралич власти.

Первые симптомы развала государства, вызванные переходом власти от центральных государственных органов к местным органам самоуправления, обозначились в мае, когда возник конфликт между Временным правительством и Кронштадтским Советом: волей своего Совета Кронштадт был объявлен независимой республикой. Вскоре основную роль на политической сцене страны стали играть низовые органы самоуправления на уровне волости в деревнях и отдельных предприятий в городах. Они решали первичные социально-бытовые проблемы населения и не признавали над собой никакой власти. Ясно обозначились два принципиально различных подхода к политике: Временное правительство, некоторые слои интеллигенции и буржуазии мыслили в масштабах государства, массы же – в масштабах своих деревень и рабочих поселков. Это привело к развалу государственной власти в течение нескольких месяцев.

С конца июня в Петрограде проходили непрерывные митинги, вызванные снижением уровня жизни. Повод уже не имел значения. Так, поводом к демонстрации 3 июля, в которой приняли участие десятки тыс. человек, явился отказ Временного правительства представить Украине самостоятельность. В этих условиях большевики попытались захватить власть вооруженным путем. Их поддержали революционно настроенные солдаты и те, кто опасался отправки на фронт за свои действия в февральских событиях (солдаты Павловского, Преображенского и Волынского полков). Против выступили патриотически настроенные солдаты и те, кто поверил, будто В.И. Ленин является немецким шпионом и стремится к прекращению войны ради победы Германии. 4 июля на улицах столицы произошли вооруженные столкновения, в ходе которых с обеих сторон погибло 700 чело-век (в два раза больше, чем в февральские дни).

Руководители эсеровской и меньшевистской партий уже видели, что революция зашла в тупик. С одной стороны, власть не имела возможностей для быстрого решения социальных проблем народа. С другой – массы не хотели ждать и начали решать свои проблемы самостоятельно, путем разрушения государственного механизма. Поэтому ЦИК Советов поддержал действия Временного правительства по вооруженному подавлению большевистского путча 4 июля.

Ни правительство, ни одна из партий не могли удержать события в стране под своим контролем. Но причины этой катастрофы никто не понимал. Все партии обрушивались друг на друга с яростной критикой, нервируя массы и разрушая остатки доверия к себе. На самом деле, политическая власть в России в партийной форме не могла быть прочной. Претензии партий на выражение социальных интересов народных масс не соответствовали их реальным возможностям, так как общая численность членов партий по отношению к общей численности населения составляла 1,2-1,5%. Не менее важной была национальная политическая культура: сознание масс находилось на дополитическом уровне. Единственной объединяющей фигурой мог быть царь, который с марта находился под арестом. Переход власти от царя к партиям, изменение принципа формирования государственного аппарата людям был непонятен. Поэтому наладить работу государственного аппарата не смогли ни буржуазные партии в марте-апреле, ни социалистические, чьи представители с мая получили половину портфелей в правительстве.

Таким образом, после отречения Николая II, выход страны из кризиса мирным путем (без гражданской войны) был уже невозможен. Ни одна из партий не могла выдвинуть приемлемую для всех регионов и основных социальных слоев объединяющую идею.

Первую попытку выйти из политического кризиса путем насилия предприняли военные, для которых высшим идеалом была Родина, сильное государство, сейчас разваливающееся буквально на их глазах.

Еще в марте генерал А.М. Крымов создал в частях Румынского и Юго-Западных фронтов офицерскую организацию с целью дальнейшего использования её для наведения порядка в стране. В апреле оформились «Военная лига», «Совет союза казачьих войск», «Союз георгиевских кавалеров», «Комитет ударных батальонов». В мае в Петрограде оформился «Республиканский центр», координирующий действия всех офицерских организаций. Во главе его оказался М.В. Алексеев, оставивший пост Верховного главнокомандующего по решению Временного правительства. Целью «Республиканского центра» стала «поддержка сильной власти в стране и водворение порядка, восстановление дисциплины в армии, доведение войны до победного конца».

19 июля новым Верховным главнокомандующим стал Л.Г. Корнилов. Назначая его на этот пост, А.Ф. Керенский исходил из того, что генерал не упрекает правительство и его лично в развале армии и страны, не требует восстановления полновластия офицеров, отмены декларации прав военнослужащих, то есть ликвидации тех политических основ, которые вознесли к вершинам власти самого АФ Керенского.

На конец августа А.Ф. Керенский и Л.Г. Корнилов подготовили государственный переворот, основной целью которого сводилась к разгону Советов рабочих и солдатских депутатов и запрещению деятельности социалистических партий. Между тем, Л.Г. Корнилов стал приобретать значение общенациональной политической фигуры, образ защитника Отечества. В этих условиях А.Ф. Керенский повёл себя как заурядный конъюнктурщик: опасаясь собственного устранения в случае успешных действий Л.Г. Корнилова, 25 августа он объявил его заговорщиком и призвал всех встать на защиту Революции.

Предательство А…Ф. Керенского действительно оказало крайне негативное влияние на действия генералов во главе с Л.Г. Корниловым. И всё-таки, даже если бы Л.Г. Корнилов и А.Ф. Керенский действовали согласованно, вряд ли им удалось бы изменить направление революции: слишком узкой оказалась социальная база «мятежников». Л.Г. Корнилов и его единомышленники не могли предложить идеи, способной объединить основные слои населения. В условиях революции задача сохранения государства сама по себе никого увлечь не могла. Нужен был целый пакет законопроектов и огромная пропагандистская работа среди населения, к чему генералы не были готовы. Поэтому их поражение было предрешено.

Если бы не корниловский «мятеж», то, возможно, какое-то время правительству удалось бы сохранить ситуацию неустойчивого порядка. Но антикорниловские действия А.Ф. Керенского, обратившегося к левым силам за помощью, развязали последним руки. После чего ни о какой правой альтернативе говорить было уже нельзя.

Неосознанно прикрываясь лозунгом о борьбе с помещиками и капиталистами, большевики летом 1917 г. начали борьбу с социалистическими партиями. Кадеты влиянием уже не пользовались, а иных партий в этот период в стране просто не существовало.

Первый состав Временного правительства по своей партийной принадлежности являлся кадетским, второй – на 40% – эсеро-меньшевистским. Именно его и попытались свергнуть большевики 3-4 июля 1917 г. Путч тогда не удался. Большевики ушли в подполье.

Все политические лидеры на протяжении лета пытались обезопасить общество от большевизма и предостеречь самих большевиков от необдуманных действий. Но сделать этого не удалось.

До корниловского «мятежа» влияние большевиков было незначительным. Между тем, действия А.Ф. Керенского парализовали деятельность генералов во главе с Л.Г. Корниловым. Сам же А.Ф. Керенский никаким авторитетом и властью в стране уже не пользовался. Возник вакуум власти, который и заполнили большевики.

В отличие от кадетов, меньшевиков и эсеров, большевики оказались той силой, которая ещё не была у власти и таким образом имела моральное право всех критиковать. Поэтому в течение сентября именно большевики оказались в большинстве Советов Петрограда, Москвы и многих губернских центрах. Тем не менее, 15 сентября большевистский ЦК отверг идею Ленина совершить вооруженный переворот и взять власть в свои руки. Члены ЦК считали, что за большевиками идут лишь рабочих наиболее крупных российских городов, поддержка же остального населения страны весьма спорна. В.И. Ленин тоже считал, что в России нет условий для построения социализма. Но, во-первых, переход власти в руки Советов, по его мнению, мог предотвратить разрастание кризиса. Во-вторых, методы спасения страны от развала и первые социалистические преобразования (национализация банков, монополий, контроль над распределением продуктов) совпадали. В-третьих, он полагал, будто Первая мировая война вплотную приблизила миро-вой пролетариат к революции.

Против В.И. Ленина резко выступил первый русский марксист – Г.В. Плеханов. Он считал, что В.И. Ленин строит свои псевдореволюционные планы на недоразвитости «дикого, голодного пролетариата» и собирает под свои знамена «разнузданную чернь».

Поскольку, во-первых, Временное правительство во главе с эсером А.Ф. Керенским готовилось сложить свои полномочия перед Учредительным собранием, во-вторых, поло-вину членов правительства составляли министры-социалисты, требовался не штурм Зимнего дворца, а созыв Учредительного собрания. Однако 10 октября В.И. Ленину удалось убедить остальных членов ЦК, что правительство собирается сдать Петроград немцам (чего не было на самом деле). В результате десятью голосами против двух ЦК принял решение о подготовке вооруженного восстания.

12 октября при Петроградском Совете был создан Военно-революционный Комитет в составе большевиков, левых эсеров и нескольких анархистов. В.И. Ленин настойчиво требовал, чтобы восстание произошло до открытия II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, стремясь поставить его перед свершившимся фактом.

Воевать в Петрограде большевикам было, в принципе, не с кем. К 20-м числам октября основная надежда Временного правительства, казаки, заняли нейтральную позицию. А.Ф. Керенский тщетно пытался связаться с Генеральным штабом, но там не совсем понимали опасность происходящего, не спешили помочь человеку, предавшего Верховного главнокомандующего, и вряд ли смогли бы найти надёжные части, способные противостоять большевикам.

Между тем, и у большевиков не было крупных вооружённых отрядов. Петроградский гарнизон объявил нейтралитет. Большевики могли твёрдо надеяться лишь на 2,5 тыс. солдат. Такое же число матросов направил в Петроград и Балтфлот. Не проявлял революционной активности и питерский пролетариат. Так, 30-тысячный коллектив путиловцев сформировал отряд Красной гвардии лишь в 1,5 тыс. человек. Поэтому 24-26 октября боёв в Петрограде практически не было: многие мосты, телефон, телеграф, вокзалы красногвардейские отряды занимали в результате переговоров с юнкерами, некоторые мосты вообще никем не охранялись. Фактически не было и штурма Зимнего. Временное правительство ещё днем 26 октября отдало приказ юнкерам не открывать огонь. Наступавшие в течение дня проникали во дворец через огромные стеклянные окна и двери. Юнкера их сразу же вылавливали и арестовывали. Поздно ночью в Зимний ворвались 300 красногвардейцев, матросов и солдат. Запутавшись в анфиладе залов и комнат, они полчаса искали «министров-капиталистов». В 1 час 35 минут 27 октября их поиски увенчались успехом.

Утром разразился скандал: социалистические партии заставили большевиков выпустить арестованных ими ночью в Зимнем дворце своих товарищей – министров-социалистов. Провозглашение большевиками курса на социалистические преобразования все социалистические партии оценили как авантюру.

Итак, в течение 1861-1913 гг. в России произошли определенные изменения: уже около трети населения проживало в городах (где в той или иной степени оно было втянуто в рыночные отношения). После революции 1905-1907 гг. была установлена конституционная монархия, к 1914 г. в городах оформились и активно работали масса партий и общественных организаций. Однако гражданское общество только формировалось, мировоззрение основной массы населения не изменилось: для него по-прежнему были характерны уравнительность, патриархальность, безынициативность и иждивенчество. Социальная система в целом не могла функционировать без сильного государственного центра. Поэтому ликвидация самодержавия в ходе революции неминуемо должна была обернуться крахом всей социальной системы. Революция 1917 г. подтвердила неготовность российской системы существовать в условиях демократии, и в этом плане она была глубоко закономерна.

Что касается большевиков, то они искренне верили, что с осени 1917 г. они начали борьбу с «буржуазией, контрреволюцией и эксплуататорами». На самом деле ни монар-хического, ни буржуазного сопротивления в то время не существовало. Политические симпатии подавляющей части населения страны были отданы социалистическим партиям. К несчастью, в этой борьбе большевики победили.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. Почему либеральная интеллигенция не смогла удержать власть в 1917 г.?

2. Какое влияние на революцию 1917 г. оказала Первая мировая война?

3. Были ли шансы весной 1917 г. сохранить династию Романовых?

4. Была ли участь России в XX в. лучше, если бы Николай II не отказался от престола?

5. Почему генералу Корнилову в августе 1917 г. не удалось достичь поставленных целей?

6. Насколько закономерен февральский этап революции 1917 г.? В чем эта закономерность?

7. Насколько закономерен октябрьский этап революции 1917 г.? В чем эта закономерность?

Тесты

1. В какой партии состоял А.Ф. Керенский летом-осенью 1917 г.?

а) в кадетской,

б) в прогрессистской,

в) в партии эсеров.

2. Какого числа Николай II отрекся от престола?

а) 28 февраля,

б) 2 марта,

в) 3 марта.

3. Когда впервые социалистические партии вошли в состав правительства?

а) в мае,

б) в сентябре,

в) в октябре.

4. Лидером какой партии был В.М. Чернов?

а) кадетской,

б) эсеровской,

в) меньшевистской.

Глава 2. Россия в годы гражданской войны

(октябрь 1917-1920 г.)

Теоретической основой западного, буржуазного государства являлась разработанная в XVII-XVIII вв. теория разделения властей. Ее суть заключалась в предотвращении опасной для общества концентрации власти в одних руках, ради чего власть дробилась на три части: законодательную, исполнительную и судебную. Предполагалось, что законодательная власть разрабатывает правовые нормы поведения, исполнительная – руководит обществом исходя из этих норм, а судебная власть контролирует степень соответствия действий исполнительной власти этим нормам.

Взгляды большевиков на государственное устройство определялись европейской практикой парламентаризма, российской народнической политической культурой и марксизмом.

Во-первых, в середине XIX в., то есть в период формирования марксизма, парламент капиталистических стран не допускал к участию в выборах значительной части населения. Право голоса связывалось тогда не с личностью, а с обладанием собственностью, в связи с чем правом голоса обладала лишь часть мужчин. Например, французская Конституция 1875 г. предоставляла избирательные права 12 миллионам человек из 40 миллионов граждан. В Англии после избирательной реформы 1884 г. избирательным правом пользовались треть мужчин. Всеобщее мужское избирательное право впервые было введено в Новой Зеландии (1893 г.), затем в Финляндии (1906 г.), потом в Норвегии (1913 г.), Дании (1915 г.) Ирландии (1918 г.). Из электорального поля были исключены женщины.

Во-вторых, нижние палаты комплектовались на основе выборов, но верхние состояли исключительно из людей с высоким имущественным цензом.

В-третьих, далеко не во всех странах функции парламентов были одинаковыми. Например, если в Англии парламент имел возможность принять к рассмотрению любые вопросы, то французский парламент имел ограниченные полномочия, то есть значительную долю вопросов рассматривал не он, а французское правительство, президент и министры.

В-четвертых, в соответствии с либеральной теорией, государство в XIX в. и в начале XX в. не вмешивалось в сферу экономики, и марксисты справедливо считали, что основные нити управления государством находились не в руках парламентов, а в руках моно-полистической буржуазии.

Учитывая все эти обстоятельства, К. Маркс и Ф. Энгельс отвергали буржуазный парламентаризм, считая, что система самоуправления народа есть более совершенная форма государства. Суть их идеи состояла в перенесении тяжесть государственного управления с центральных государственных органов на местные.

Высшие государственные органы. От народничества большевики взяли веру в возможность безгосударственного устройства общества в виде системы народного самоуправления. В.И. Ленин был искренне убежден в том, что государственные функции вполне доступны рабочим, крестьянству и городской бедноте. Причем, как и народники, большевики отталкивались от абстрактных схем, а не глубокого и беспристрастного анализа социально-политических реалий России.

Марксистскую часть большевистских представлений об общественно-политическом устройстве составляли идея диктатуры пролетариата и та же идея прямого участия народа в управлении государством. «Парламентарии должны сами работать, сами исполнять закон, сами проверять, что` получается в жизни, сами отвечать непосредственно перед своим избирателем», – писал В.И. Ленин1.

Марксистская теория исторического процесса рассматривала мир как единое целое, специфике национальных социальных систем там места не находилось. Поэтому большевики не видели особенностей российской социальной системы. Они не понимали, что передача власти рабочим и ведущим полунатуральное хозяйство крестьянам неизбежно обернется развалом социального устройства страны в целом.

Все эти взгляды на государство в сжатой форме были изложены В.И. Лениным в работе «Государство и революция», которую он написал в августе 1917 г.

В силу этих теоретических представлений, деятельность большевиков по созданию нового государства была направлена на передачу народу максимального объема власти.

Такими органами власти стали съезды Советов рабочих и солдатских депутатов. Механизм их работы определялся конкретной политической ситуацией.

До апреля 1917 г. большевики плохо представляли форму будущих центральных органов социалистического государства. Предполагалось, что наилучшим вариантом станет парламентская республика. Однако в апреле В.И. Ленин обратил внимание на возникшие по инициативе рабочих, солдат и крестьян Советы депутатов. Они соответствовали марксистским представлениям о самоуправлении трудящихся, и В.И. Ленин сделал ставку на Советы.

Впервые Советы рабочих депутатов возникли как органы руководства стачечной борьбой в 1905 г. После поражения революции 1905-1907 гг. они прекратили свое существование. В марте 1917 г. в губернских, уездных городах и промышленных центрах рабочие и солдаты создали около 600 Советов. В мае состоялся первый Всероссийский съезд крестьянских депутатов, а в июне – Первый Всероссийский съезд Советов. Поскольку руководящие посты в Советах принадлежали эсерам и меньшевикам (в отличие от Временного правительства, которое сформировали кадеты), В.И. Ленин в апреле выдвинул лозунг «Вся власть Советам». Однако к лету руководители социалистических партий ясно осознали опасность разрастающейся политической анархии, поэтому, когда Временное правительство в июле взяло курс восстановление сильной государственной власти, руко-водители Советов не стали им мешать. И в августе В.И. Ленин на VI съезде РСДРП(б) настоял на снятии этого лозунга. Между тем, в сентябре руководство в Советах наиболее крупных городов перешло в руки большевистских Советов. В этих условиях В.И. Ленин вновь выдвигает вышеупомянутый лозунг. Таким образом, Советы для большевиков были лишь органом, который они использовали для достижения своих целей.

Отлаженной и законодательно утвержденной системы выборов делегатов съездов Советов в условиях революции, конечно, быть не могло. Большевики этим воспользовались в максимальной степени.

Наученные горьким опытом первого Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, где их было всего лишь 10%, большевики вручили мандаты делегатов Второго Всероссийского съезда Советов специально отобранным, пробольшевистски настроенным рабочим и солдатам Петрограда, которых на съезд никто не выбирал.

[1 Там же. Т. 25, с. 396.]

Эти манипуляции с «выборами» делегатов для большевиков не имели никакого значения в сравнении с той великой целью, ради которой они все это делали, – передачи власти народу.

Получив руководство съездом, они изменили план его работы. Его основной задачей должен был стать анализ подготовки к Учредительному собранию. Вместо этого большевики по своей инициативе арестовали Временное правительство и объявили съезд новой властью. Это вызвало взрыв негодования трети делегатов съезда. Не добившись от большевиков отказа от своего курса, они покинули зал заседаний, что большевиков вполне устраивало.

Оставшиеся делегаты восторженно приняли декреты «Об отмене смертной казни», «О мире», «О земле», «Об армейских революционных комитетах». А также образовали органы власти, которые должны были управлять страной в течение месяца до выборов в Учредительное собрание: Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК) и Совет народных комиссаров (СНК). В состав ВЦИК вошли 62 большевика, 29 левых эсеров, 6 социал-демократов интернационалистов, 3 украинских социалиста и 1 эсер-максималист – всего 101 человек.

Второй Всероссийский съезд Советов провозгласил себя высшим органом власти в стране. Между тем, он представлял лишь незначительную часть населения – 20 млн. человек, и в этом плане не был легитимен. Наряду с Советами рабочих и солдатских депутатов, в стране действовали Советы крестьянских депутатов, находящиеся под контролем эсеров. Чтобы заручиться поддержкой крестьян в борьбе против большевиков, ЦИК на 23 ноября назначил открытие Чрезвычайного всероссийского съезда Советов крестьянских депутатов.

Опасаясь неблагоприятных для себя решений крестьянского съезда, большевики использовали опыт манипулирования II-м съездом Советов: с помощью левых эсеров добились от мандатной комиссии согласия на включение в состав съезда представителей от солдат. Мандатная комиссия согласилась. Из 789 делегатов 489 были действительно выбраны крестьянами, а 294 большевики и левые эсеры опять отобрали среди солдат Петроградского гарнизона. Естественно, они оказались настроены пробольшевистски. Большевики одержали еще одну предварительную победу, когда отстояли для левой эсерки М.А. Спиридоновой место председателя съезда.

С первых мгновений работы съезда, большевики почувствовали враждебность его делегатов, поэтому решили расколоть съезд. С 4 декабря левое крыло съезда продолжило работу в другом здании. Через два дня большевики объявили свои заседания единственно законными. Они увели с собой весь технический персонал, оставшимся делегатам перестали выплачивать суточные, 9 декабря на дверь «ненастоящего» повесили замок.

В награду за политическую поддержку большевики ввели пятерых представителей левых эсеров в правительство.

Какие-либо специальные нормативно-правовые акты относительно механизма созыва съездов Советов до июля 1918 г. не принимались, вероятно, потому, что это поставило бы большевиков в определенные правовые рамки, которых они не хотели и важность которых не понимали.

В период между съездами Советов высшим органом власти в стране являлся ВЦИК. Его структура и порядок были утверждены на заседании самого ВЦИКа в начале ноября 1917 г. В соответствии этим решением, ВЦИК становился постоянно действующим органом. Пленарные заседания проходили не реже двух раз в месяц. Но по мере надобности в любой день мог быть созван узкий состав ВЦИКа.

В большевистской системе власти не было четкого деления на законодательные и исполнительные органы. Они полагали, что съезды Советов правомочны принимать любое решение. В равной степени и Совет народных комиссаров принимал законодательные документы (хотя в буржуазных государственных системах он является только исполнительным органом).

Совнарком состоял из 13 комиссариатов: внутренних дел, земледелия, по военным и морским делам, торговли и промышленности, народного просвещения, финансов, иностранных дел, юстиции, продовольствия, почт и телеграфов, по делам национальностей, путей сообщения. По мере появления новых проблем, создавались новые наркоматы. Уже к середине 1918 г. возникли Высший совет народного хозяйства, Наркомат государственного контроля, промышленности и торговли и др.

Поскольку съезды Советов и ВЦИК не были постоянно действующими органами власти, таковыми стали Совет народных Комисаров в целом и народные комиссариаты, каждый в рамках своего направления работы. Его заседания проходили ежедневно. В результате, если с октября 1917 г. по июль 1918 г. ВЦИК принял около 100 нормативно-правовых актов, то СНК – около 600.

Местные государственные органы. В соответствии с марксистской теорией, именно местные органы власти должны были стать основой государства.

Система власти на местах сформировалась в течение октябре 1917 г. – февраля 1918 г.

В соответствии с декретом II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов «О земле» и «Ответа В.И. Ленина на запросы крестьян о переходе власти к Со-ветам и задачах Советов крестьянских депутатов и волостных земельных комитетов» (от 5 ноября) вся власть в деревне переходила в руки крестьян.

Начало власти рабочих на предприятиях было положено декретом ВЦИК от 14 ноября об установлении рабочего контроля. Рабочий контроль устанавливался на всех промышленных и транспортных предприятиях, на транспорте, на кооперативных предприятиях и даже в банковской сфере. Рабочим была предоставлена вся полнота власти на местах, любые формы выражения мнений. В частности, они контролировали деловую переписку хозяев предприятий, определяли себестоимость выпускаемой продукции.

Местные Советы сами определяли структуру своих исполнительных органов и их полномочия.

Большевики сознательно не ставили Советы в какие-либо правовые рамки, поскольку местная инициатива была основным средством разрушения дореволюционного государственного механизма. В конце декабря 1917 г. НКВД принял «Обращение к местным Советам об организации местного самоуправления» и «Инструкцию о правах и обязанностях Советов». В этих документах большевики подтвердили, что главная задача местных Советов – «овладеть аппаратом местного самоуправления, захватывая все правительственные учреждения».

Эти и другие декреты привели к максимально быстрой победе новой власти. К марту 1918 г. власть Советов утвердилась по всей стране, причем в 73 губерниях из 91 – мирным путем. Отдельные разрозненные попытки сопротивления в Москве, на Дону, Кубани, Южном Урале удалось подавить относительно быстро. Столь легкая победа была предопределена тем, что новая власть дала возможность народным массам самостоятельно решать свои первичные социально-бытовые проблемы: крестьяне на основе декрета «О земле» принялись делить помещичьи имения, рабочие повысили себе зарплату, деморализованная армия бросила позиции и разъехалась по домам.

Между тем, к весне 1918 г. страна распалась на ряд независимых друг от друга со-ветских республик. Например, Московский Совет контролировал территорию всех, расположенных рядом с ним губерний, «Северная Трудовая коммуна» состояла из Петрограда с губернией, Карелии, Псковской губернии (правительство коммуны пыталось распространить свою власть на Мурманск и Архангельскую губернию). Причем в принятии решений все губернские Советы считали себя независимыми и правительству во главе с В.И. Лениным не подчинялись. Такая ситуация вела лишь к углублению кризиса в стране. Поэтому уже в марте 1918 г. на VII съезде РКП (б) было принято решение об изъятии у Советов ряда функций.

Летом 1918 г. местные Советы как органы власти были фактически ликвидированы, В частности, в деревне это было сделано с помощью комитетов бедноты, которые были созданы большевиками в противовес волостных и уездных Советов, не оправдавших надежд правящей партии.

Провалом закончилась попытка рабочих взять управление предприятиями в свои руки. Эти функции без каких-либо специальных декретов постепенно перешли к Высшему совету народного хозяйства (ВСНХ).

К осени 1918 г. власть оказалась в руках местных комитетов РКП (б) и работавших под их руководством ревкомов и ВЧК.

Судебная система. Формирование новой судебной системы началось с принятия 22 ноября (7 декабря) 1917 г. Декрета о суде №1.

Декрет полностью упразднял царскую систему юстиции и судов. В соответствии с ним, параллельно создавались две системы судов: общих и особых (революционные трибуналы).

Общие суды избирались местными Советами в виде постоянного судьи и двух очередных народных заседателей. Предварительное следствие осуществлял сам судья. Обвинителями и защитниками могли выступать любые граждане, «не опороченные перед революцией». Вопроса о высших судебных органах, способных координировать деятельность судебной системы в целом, декрет не затрагивал. Суды рассматривали гражданские дела и незначительные уголовные дела. В феврале 1918 г. был принят Декрет о суде №2. Он расширял подсудность местных судов и образовывал новую инстанцию – окружные суды. Создавались коллегии правозаступников. Апелляционный порядок обжалования отменялся, допускалась лишь кассация.

Основное внимание местные советские органы уделяли созданию трибуналов. Революционные трибуналы избирались городскими или губернскими Советами в составе председателя и шести заседателей. Первоначально подсудность трибуналов четко не определялась. Основанием для рассмотрения дела именно трибуналом являлась социальная принадлежность обвиняемых. Как правило, в их числе фигурировали противники большевиков. В июне 1918 г. Наркомюст установил, что в выборе наказаний в борьбе с контрреволюцией, ревтрибуналы «не связаны никакими ограничениями, за исключением случаев, когда в законе определена мера в выражениях: «не ниже» такого-то наказания»1.

За короткий срок в отношении ревтрибуналов было издано большое число нормативно-правовых актов, уточняющих их компетенцию и структуру.

В мае СНК декретом «О революционных трибуналах» резко сократил их сеть. Это означало и значительное сужение возможности народных масс в вопросе принятия трибуналами решений.

Правоохранительные органы.

Милиция. В отличие от царской полиции, которая являлась частью государственной системы, призванной обеспечить общественную безопасность, милиция создавалась как общественный орган, часть системы самоуправления народа.

[1 Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР (1917-1925 гг.) М., 1953. С. 20.]

Первоначально защиту нового порядка взяли на себя отряды Красной гвардии, состоящие из вооруженных рабочих. В Петрограде они возникли еще до октябрьского вооруженного восстания 1917 г. Рабочие поочередно следили за охраной общественного порядка в районе своих предприятий и мест проживания. На время дежурства за ними на работе сохранялся средний заработок. Постоянного штата рабочая милиция не имела, а потому выполнить свои функции, конечно, не могла.

28 октября того же года, в соответствии с постановлением НКВД «О рабочей милиции», в городах была создана рабочая милиция. Но большого числа желающих постоянно бороться с преступниками не нашлось. Уклонение от этой обязанности, в частности в Петрограде, оказалось настолько значительным, что Петроградский совет принял решение о привлечении к уголовной ответственности за неявку на дежурство.

В марте 1918 г. Нарком внутренних дел Петровский поставил вопрос о комплекто-вания милиции на штатных началах, что и было сделано в июне 1918 г. От идеи всеобщего вооружения народа отказались.

Органы государственной безопасности. Самомнение и самоуверенность для политиков – это норма. И в том, что именно себя большевики ассоциировали с революцией, а всех своих оппонентов зачислили в разряд контрреволюционеров, нет ничего нелогичного. Как вполне объяснимо и то, что бывшие царские чиновники всех уровней отказались выполнять приказы самозваного большевистского правительства. В ответ на это в декабре 1917 г. большевики создали «Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем» – ВЧК.

В то время большевики заключили политический союз с левыми эсерами. Они отдали им несколько незначительных комиссарских портфелей, среди которых оказался Наркомат юстиции. Его руководитель левый эсер Штейнберг сразу же попытался поставить ВЧК под контроль закона, но сделать этого не смог.

В феврале 1918 г. В то время большевики считали, что правотворчеством могут заниматься любые государственные органы, поэтому ВЧК самостоятельно расширила свои полномочия. Нарушив основополагающие принципы правоохранительной системы, она соединила в своем лице функции следственных органов, судебных органов и органов исполнения наказания.

Первоначально ее аппарат состоял из 40 человек, а в марте 1918 г. он уже вырос до 120 человек. В марте 1918 г. ВЧК приняла постановление, в котором предложила всем местным Советам (!) организовать местные отделения ВЧК. И с этого момента ее численность начала стремительно расти.

Армия. В соответствии с теорией марксизма, на месте старой армии должна была возникнуть система вооружения народа. Это, с одной стороны, исключало насилие власти над народом, а с другой – должно было сделать армию дешевой, поскольку не надо было тратиться на ее содержание. Пока же новая вооруженная система еще не возникла, большевики приступили к демократизации бывшей царской армии.

Декретом СНК от 29 декабря «О выборном начале и об организации власти в армии» власть в каждой войсковой части передавалась от офицеров выборным солдатским комитетам. Солдаты сами выбирали командный состав вплоть до командиров полков. Командующий армией избирался армейским съездом, командующий фронтом – фронтовым. В тот же день был принят декрет «Об уравнении всех военнослужащих в правах». Декрет отменял все звания и знаки отличия. Бывшим офицерам, не выбранным командирами, предлагалось стать рядовыми или уйти в отставку. Производство в офицеры прекращалось, военные училища, школы прапорщиков закрывались. Правда, вместо выбора новых командиров, солдатские комитеты повсеместно принимали решение о демобилизации, после чего распускались.

В этих условиях СНК 28 января 1918 г. принял декрет «О Рабоче-крестьянской Красной Армии», в котором предполагалось создание профессиональной армии на добровольных началах из числа трудящихся. 11 февраля на аналогичных началах был создан Красный флот.

В условиях разворачивающейся гражданской войны большевикам пришлось отказаться от системы самоуправления народа. Сначала декретом ВЦИК от 22 апреля 1918 г. у солдат было отобрано право выборности командиров. А через месяц пришлось отказаться и от принципа добровольности: 29 мая ВЦИК принял постановление «О принудительном наборе в Рабоче-крестьянскую Красную Армию».

Национально-территориальное устройство. В зависимости от особенностей исторического развития, все страны в административно-территориальном отношении делятся на унитарные, федеративные и конфедеративные, отличающиеся друг от друга разной степенью централизации власти. В современной науке различаются три формы унитарных государств: централизованные, относительно централизованные и децентра-лизованные. В первом варианте на все ключевые должности в регионах чиновники назначаются из столицы. В третьем – они избираются местным населением. Второй вариант представляет собой промежуточную форму. Россия до 1917 г. являлась централизованным унитарным государством: все губернаторы и их помощники назначались в Санкт-Петербурге.

Между тем, 57% населения России составляли нерусские народы, их национальная культура не подавлялась, но в рамках чужой – русской – культуры чувствовалось определенное стеснение. Поэтому первые партии возникли именно на окраинах страны: «Гнчак» в 1887 в Азербайджане и «Дашнакцутюн в 1890 в Армении, «Социал-демократия Королевства Польши и Литвы» в 1893, «Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польши и России» в 1897 г.

Тогда перед большевистской партией стояла задача получить поддержку как можно больших слоев населения. Поэтому главным пунктом большевистской программы по национальному вопросу, разработанной в 1903 и 1912 гг., стало радикальное положение о праве нации на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.

До революции в России не было сильных национально-сепаратистских политических движений. Не возникли они и в 1917 г.: лишь Украина и Финляндия приняли решении о выходе из состава России и образования самостоятельного государства.

Между тем, на Втором Всероссийском съезде Советов в воззвании «Рабочим, солдатам и крестьянам!» большевики предоставили всем народам бывшей Российской империи право национального самоопределения. Это право было уточнено и развернуто в «Декларации прав народов России» от 2 (15) ноября 1917 г.

По всей видимости, большевики инспирировали энергию национальных движений в политических целях: как политического союзника в борьбе за власть. О том, к чему может привести в дальнейшем их национальная политика, они тогда не думали.

В первом составе большевистского правительства был создан Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац) во главе со И.В. Сталиным. Этот наркомат во главе со своим руководителем подготовил образование в январе 1918 г. «Российской Советской Республики на основе союза свободных наций, как федерацию Советских национальных республик». Официально РСФСР была создана решением III Всероссийский съезд Советов.

Между тем, И.В. Сталин, как практик, государственный деятель, перед которым стояли конкретные задачи, видел задачу своего наркомата в обеспечении поддержки со-ветской власти со стороны нерусских народов. Никакую реальную федерацию руководимый им комиссариат создавать не собирался, прежде всего потому, что это противоречило марксизму. Основным курсом был пролетарский интернационализм, а не национальное обособление в какой бы то ни было форме. И все большевики, имеющие отношение к национальной политике, постоянно подчеркивали, что федерация – это временное явление1.

Проблема федеративного устройства государства имеет косвенное отношение к национальному вопросу, а в таких странах, как, например, США и ФРГ, вообще не имеет к нему никакого отношения. Федерация предполагает, прежде всего, юридически оформленную свободу её субъектов. Этого большевики не могли допустить и уже через полгода уничтожили политические свободы в стране. Поэтому документы по определению полномочий отдельных республик ни к III, ни к VI съезду Советов не готовились: страна по-прежнему делилась не на республики, а на области, губернии, уезды и волости. Не случайно, когда в начале 1919 г. обозначился рост татарского национализма, VIII съезд РКП (б) без церемоний распустил все национальные партии и обязал их войти в РКП (б) напрямую на правах областных организаций.

Провозгласив принцип национального самоопределения, на практике большевики повели себя совсем иначе. Во всех национальных регионах – в Финляндии, на Украине, Тереке и Кубани, в Закавказье и Средней Азии – большевики применили военную силу, оказав поддержку тем, кто выступал за большевистские Советы.

Итак, попытка создания системы самоуправления народа, предпринятая большевиками во всех возможных сферах – экономической, социальной и политической, – завершилась крахом буквально через полгода. Причины этого большевики объяснили не ошибочностью самой идеи самоуправления, а разворачивающейся гражданской войной. В результате, вместо того, чтобы создать систему сдержек и противовесов против формирующейся партийной диктатуры, в июле 1918 г. они приняли Конституцию, пропитанную все той же идеей самоуправления.

Борьба большевиков за власть. Большевики искренне верили, что с осени 1917 г. они начали борьбу с «буржуазией, контрреволюцией и эксплуататорами». На самом деле ни монархического, ни буржуазного сопротивления не существовало. Политические симпатии подавляющей части населения народа были отданы социалистическим партиям. Именно против них с августа 1917 г. были направлены все силы большевиков.

29 октября крупнейший профсоюз страны – Союз железнодорожных рабочих – выдвинул большевикам ультиматум: ввести в правительство представителей социалистических других партий. На организованном профсоюзом совещании 8-ми социалистических партий и нескольких межпартийных организаций было принято решение о вхождении представителей этих партий в состав правительства. Приглашенные на переговоры члены большевистского ЦК с этим согласились. Однако на следующий день социалистические партии потребовали удалить В.И. Ленина из правительства. В большевистском ЦК произошел раскол: 5 из 15 членов ЦК согласились с этим предложением. В.И. Ленин же ультиматум категорически отверг, тогда эти пятеро вышли из ЦК и из правительства. Всего из правительства вышли 11 комиссаров из 15. В.И. Ленин быстро заменил их своими сторонниками, но его положение оставалось сложным. Между тем, лидеры эсеров и меньшевиков замешательством в руководстве большевиков не воспользовались. А оказавшиеся без их поддержки железнодорожники сняли свои требования.

[1 Ленин В.И. Пол. Собр. Соч. Т. 33. С. 72, 147; Сталин И.В. Соч. Т. 4. С. 73.]

Разгон Учредительного собрания. Впервые вопрос о необходимости создания представительного учреждения на основе всеобщего избирательного права, которое определит будущее политическое устройство страны, поставили еще декабристы. Эту идею активно пропагандировали народники. К началу XX в. она получила широкую поддержку в образованных слоях общества. В 1903 г. пункт о необходимости созыва Учредительного собрания был включен в программу РСДРП. До 1917 г. В.И. Ленин признавал его высшей формой демократии.1

После отречения Николая II основной политической задачей Временного правительства стал созыв этого собрания. Решением правительства от 9 августа выборы в Учредительное собрание были назначены на 12 ноября, а открытие – на 28 ноября. В ночь с 25 на 26 октября в Смольном начал работать II Всероссийский съезд Советов. На втором заседании он избрал правительство во главе с В.И. Лениным, которое должно было работать в течение месяца до открытия Учредительного собрания.

Выборы растянулись с ноября по декабрь. Было организовано 79 округов с 90 миллионами избирателей. Центральной избирательной комиссией были получены данные по 65 округам. В голосовании приняло участие 45 миллионов человек. Таким образом, Учредительное собрание было гораздо более легитимно, чем Съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, где большевики захватили власть.

Правые эсеры получили на Учредительном собрании 370 делегатских мест, большевики – 175, левые эсеры – 40, кадеты – 17, меньшевики – 16, незначительные политические группы – 80. Из всех партий большевики оказались единственными, кто не опубликовал своей предвыборной программы. Вряд ли они добились бы таких результатов голосования, если бы открыто провозгласили свою цель, – установление социалистического общества с помощью диктатуры пролетариата.

Если бы большевики были демократами, итоги выборов в Учредительное собрание должны были бы вызвать у них бурный восторг: 81% голосов избиратели отдали социалистам. Однако шансов остаться у власти законным путем они не имели. Поэтому В.И. Ленин и его товарищи сделали все, чтобы сохранить власть в своих руках.

Первоначально они перенесли открытие Учредительного собрания с 28 ноября 1917 г. на 5 января 1918 г., рассчитывая, что за это время ситуация может измениться в их пользу. В ответ на это 22-23 ноября в Петрограде из представителей Петроградского Со-вета, профсоюзов и всех социалистических партия (за исключением большевиков и левых эсеров) был создан «Союз защиты Учредительного собрания». Однако он так и не решился на активные действия, из-за того, что в декабре на Дону царские генералы начали формировать контрреволюционную армию. В этих условиях исходившая от большевиков опасность становилась менее значимой. Большевики стали рассматриваться как временно запутавшиеся, ошибающиеся, но свои товарищи.

К концу декабря большевики уже окончательно решили не передавать власть Учредительному собранию. Утром 5 января к Таврическому дворцу, где должно было открыться Учредительное собрание, они стянули верные им войска. Все дороги к дворцу за несколько кварталов были также перекрыты вооруженными отрядами. В некоторых местах по колоннам демонстрантов, попытавшихся выступить в поддержку Собрания, был открыт огонь. 12 человек погибло. После этого В.И. Ленин во второй половине дня разрешил открыть собрание. Ночью охрана дворца выгнала депутатов на улицу. Когда на следующий день они пришли к месту работы, на дверях висел большой замок, а перед дверьми расположился пулеметный расчет. В ночь с 6 на 7 января ВЦИК принял решение о роспуске Учредительного собрания. Лидеры эсеров и меньшевиков не были готовы к вооруженной борьбе с большевиками, и хотя именно они имели в стране подавляющую поддержку, руководство этих партий испугалось призрака гражданской войны и уговорило депутатов Учредительного собрания разъехаться.

[1 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 126. 202]

Разгон Учредительного собрания страна встретила с безразличием. Формой власти в тот момент мало кто интересовался. Лишь В.М. Чернов обратился к В.И. Ленину с письмом, где напомнил о его клятвенных обещаниях, данных на II Всероссийском съезде Советов, подчиниться Учредительному собранию и сложить свои полномочия главы правительства, в случае, если его партия потерпит на выборах поражение. Он объявил В.И. Ленина лжецом. А Г.В. Плеханов пророчески предрек, что, лишившись поддержки народа, В.И. Ленин в управлении страной будет все более и более использовать террористические методы.

Возникновение однопартийной системы. Правые эсеры и меньшевики встали по отношению к большевикам в оппозицию сразу же после захвата ими власти в октябре 1917 г. Левые эсеры разошлись с большевиками по вопросам террора, введенного в ранг официальной политики, и Брест-Литовского договора (в соответствии с ним Россия оставляла немцам значительную территорию и соглашалась выплатить контрибуцию). В марте 1918 г. после ратификации Брестского мира IV Всероссийским съездом советов левые эсеры в знак протеста вышли из правительства. В мае в качестве ближайшей цели правые эсеры провозгласили ликвидацию большевистской власти.

Ясно понимая шаткость своего положения, большевики до лета 1918 г. не трогали своих бывших товарищей по социалистическому движению. Между тем, с октября 1917 г. по лето 1918 г. численность большевистской партии сократилась с 350 тыс. до 150 тыс. Популярность же левых эсеров росла. На III Всероссийском съезде Советов их было 16%, на IV – 20%, на V – свыше 30%. Опасно увеличилось среди рабочих и влияние меньшевиков. Это могло обернуться утратой политической власти. Поэтому 14 июня большевики исключили из ВЦИКа и местных Советов меньшевиков и правых эсеров, а в июле, за по-пытку совершения государственного переворота, та же участь постигла и левых эсеров.

Анархистов, которые одно время вместе с левыми эсерами были временными по-путчиками большевиков, ВЧК в апреле 1918 г. арестовала как обыкновенных уголовников.

В стране утвердилась однопартийная большевистская власть. Большевики не осознавали опасность отказа от демократических принципов в политике. Им казалось, что это позволит вывести страну из социально-экономического кризиса и исторического тупика. Важность таких целей в их глазах бесконечно превышала значение «буржуазной» демократии.

Гражданская война. Первыми взялись за оружие генералы и офицеры. Начало формирования белого движения можно отнести к 2 (15) ноября 1917 г., когда бывший начальник штаба русской армии генерал М.В. Алексеев начал формировать в Новочеркасске Добровольческую армию. К этому времени большевики как власть никак себя не проявили, так что противником Добровольческой армии было социалистическое движение в целом.

К декабрю на Дон съехалось около 2 тыс. человек. Среди них – генералы М.В. Алексеев, Л.Г. Корнилов, А.И. Деникин. Сюда же прибыли и известные политики П.Н. Милюков, П.Б. Струве, М.В. Родзянко. Организация Добровольческой армии шло крайне медленно. К апрелю ее численность достигла 5 тыс. человек (хотя в царской армии к 1917 г. насчитывалось более 130 тыс. офицеров).

Цели армии были изложены в декларации от 27 декабря 1917 г. и январской (1918 г.) программе Л.Г. Корнилова. В них провозглашались буржуазные свободы. После победы над большевиками предполагалось собрать Учредительное собрание, которое должно было определить форму государства и решить земельный вопрос. Массовой поддержки эти идеи не нашли. Земельный вопрос крестьяне решили уже сами, а форма государства и политические свободы основную массу населения совершенно не интересовали. Поэтому до осени 1918 г. армия действовала на ограниченной территории Кубани и Дона. Лишь казачьей армии генерала П.Н. Краснова удалось прорваться к Царицыну.

Эсеры и меньшевики оказались вторым противником большевиков.

Эти две партии сутью социализма считали демократию. Они настаивали на недопустимости ограничения демократических свобод. «Вынуть из социализма свободу, – писал в то время В.М. Чернов, – значит вынуть из него душу». В феврале в Москве и Петрограде возник «Союз возрождения России», объединивший эсеров, правых, кадетов и меньшевиков, в марте – эсеровский «Союз защиты Родины и свободы».

В мае подтвердились самые мрачные опасения большевиков: на проходивших перевыборах в местные Советы их кандидатов практически повсеместно побеждали меньшевики и эсеры. В мае-июне правые эсеры подняли мятежи в Ярославле и Рыбинске. В июле то же самое попытались сделать левые эсеры в Москве.

Весной 1918 г. появился третий антибольшевистский противник – иностранные интервенты. Румыния оккупировала Бессарабию еще в январе 1918 г. В марте Германия захватила Крым и Грузию, в Мурманске высадились англичане, в Архангельске – англичане, американцы, канадцы, итальянцы и сербы. В апреле во Владивостоке появились японские и американские воинские соединения. Летом турецкие войска вошли в Армению, английские – в Туркмению и Азербайджан. Сами по себе войска интервентов не могли быть серьезным военным противником, поскольку их максимальная численность (весной 1919 г.) в целом по стране составляла всего лишь 310 тыс. человек. Роль иностранных интервентов свелась к затягиванию гражданской войны в России путем поставок белым армиям больших объемов военного снаряжения, оружия и боеприпасов.

Основным противником большевиков оказались крестьяне.

Никогда теоретически не планировавшийся переход большевиков к борьбе с крестьянством был вызван необходимостью обеспечить города хлебопотребляющих регионов продовольствием при развалившейся в результате революции системы снабжения. До революции города Нечерноземья снабжались помещичьим зерном и поставками крестьян в счет государственного налога. Помещичье землевладение было ликвидировано летом-осенью 1917 г., а поставки крестьянского хлеба в города резко сократились. Но и большевики несли за этот развал значительную долю ответственности.

II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов организовал государственную систему, которая нравилась крестьянам, поскольку передавала всю полноту власти в их руки. И крестьяне отреагировали тем, что перестали платить налоги.

В январе Наркомат внутренних дел попытался ввести единообразие в процесс формирования местных органов. В то же время компетенция местных органов по-прежнему не определялась сколько-нибудь конкретно. Между тем, в январе-феврале в городах хлебопотребляющих регионов начался голод.

Часть крестьян все равно везла хлеб в города, поскольку нуждалась в городских то-варах. Однако большевики были принципиальными противниками товарно-денежных отношений и в феврале 1918 г. запретили торговлю хлебом под угрозой расстрела. Они создали Чрезвычайную комиссию по снабжению продовольствием под председательством Л.Д. Троцкого, и попытались заставить Советы отправлять зерно в хлебопотребляющие регионы по низким закупочным ценам.

В ответ на это, губернские Советы хлебопроизводящих регионов, руководствуясь декретом II всероссийского съезда и решениями СНК, запретили вывоз хлеба за пределы своих территорий. В феврале-марте хлебопотребляющие районы страны получили 12,3% поставок по сравнению с аналогичными показателями в царские времена.

Поскольку большевистское государство не смогло обеспечить города хлебом, городские рабочие начали создавать вооруженные отряды и отправляться в деревни. В результате, расположенные вблизи железных дорог деревни стали подвергаться регулярному ограблению.

Но дело было не только в достижении гуманитарной цели – обеспечении хлебом населения Нечерноземья. Требовалось выполнить взятую на себя 3 марта в Брест-Литовске задачу поставки хлеба в Германию и Австро-Венгрию. Для этого большевистское правительство в мае создало продотряды и Главное управление продармиями при Наркомпроде РСФСР. Затем большевики попытались расколоть деревню путем создания в июне комитетов бедноты, в противовес крестьянским Советам.

Специалисты и руководители социалистических партий пытались доказать большевикам, что нехватка хлеба связана не с попытками контрреволюционной буржуазии и спекулянтов задушить революцию, а с отсутствием у крестьян стимула к продаже зерна. Но большевики их не слушали. Во-первых, большевики помнили, что находившиеся у власти в 1917 г. эсеры и меньшевики не смогли обеспечить продовольствием хлебопотребляющие регионы. Во-вторых, большевики были противниками товарно-денежных отношений. В-третьих, в силу радикализма своего мышления, они никогда не искали согласия в обществе. Задолго до 1917 г. в работах большевистских теоретиков – В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого, Н.И. Бухарина, Е.А. Преображенского – присутствовала мысль о неизбежности перерастания пролетарской революции в гражданскую войну. Стремление к такой войне, установлению диктатуры пролетариата – теоретическая основа марксизма. Без массового пролетарского насилия над свергнутыми классами они считали невозможным утверждение завоеваний революции. Поэтому с первых дней своего существования большевистское правительство сознательно шло на обострение социально-политических конфликтов, в результате задача обеспечения продовольствием населения хлебопотребляющих регионов за счет хлебопроизводящих втянула большевиков в войну с крестьянами.

Эту задачу большевики решить не смогли (если до революции крестьяне продавали 1/3 урожая, то путем введения жесточайших репрессий большевики смогли собрать в 1918 г. лишь 1/100 урожая). Но действия новой власти толкнули крестьян на восстания. Именно против них большевики увеличили к июлю Красную Армию до 360 тыс. человек.

В мае восстали солдаты Чешского корпуса. В нем было собраны военнопленные из австро-венгерской армии, пожелавшие сражаться на стороне Антанты. Корпус был отправлен советским правительством на Дальний Восток по Транссибирской магистрали. Против советской власти выступили не более 30-40 тыс. пленных чехов. Такой противник сам по себе не мог представлять опасности для Красной армии, но чехи спровоцировали действия всех остальных антисоветских сил.

Свергнув большевиков в Поволжье и Сибири, чехи отдали власть социалистическим партиям. К этому времени эсеры и меньшевики окончательно пришли к выводу, что большевизм выродился в левую контрреволюцию. К июню на территории бывшей Российской империи существовало до 30 правительств. Эсеры организовали в Самаре свое правительство – Комитет депутатов Учредительного собрания (Комуч). Социалистические правительства возникли в Казани, Симбирске, Уфе, Архангельске, Новониколаевске (ныне Новосибирск). В июле левые эсеры предприняли неудачную попытку свержения большевистского правительства в Москве. В Омске было создано коалиционное Сибирское правительство, в Томске – Временное сибирское правительство. Все они пытались избежать большевистских крайностей: большевистские декреты были отменены, провозглашены политические свободы, восстановлен рыночный механизм. Их программы включали восстановление всех завоеваний революции 1917 г., созыв Учредительного собрания, установление социального партнерства рабочих и капиталистов.

Однако, во-первых, эсеры и меньшевики действовали нерешительно. Отказ от активной и скоординированной борьбы с большевиками был продиктован опасением, что это поможет буржуазии вернуться к власти. Во-вторых, население контролируемых социалистическими партиями регионов не оказало им активной поддержки, так как еще не чувствовало опасности со стороны большевиков. Только рабочие Ижевска и Воткинска сформировали боеспособные дивизии численностью 30 тыс. человек, сражавшихся против Красной Армии.

В сентябре демократические правительства и правительства социалистической ориентации объединились в Уфимскую директорию во главе с правым эсером, доктором философских наук, публицистом Н.Д. Авксентьевым. В октябре она переехала в Омск. К концу осени выявилась неспособность социалистов ослабить накал гражданского противостояния и обеспечить военную оборону от большевиков, идущих с запада. В антибольшевистском лагере назревал взрыв. С одной стороны, социалистические лозунги отталкивали кадетов и буржуазию. С другой – под знамя борьбы с большевиками пришли тысячи офицеров, которые не испытывали никаких симпатий ни к социалистам, ни к кадетам. Члены этих партий для них были такими же разрушителями России, как и большевики. В ноябре на должность военного министра был приглашен известный полярный исследователь, бывший командующий Черноморским флотом адмирал А.В. Колчак. Заручившись поддержкой офицерских и казачьих отрядов, А.В. Колчак в ночь на 18 ноября со-вершил переворот. Директория была распущена, ее руководители арестованы, А.В. Колчак провозглашен «Верховным правителем России».

Поражение эсеров и меньшевиков оказалось глубоко логичным; оно не было результатом репрессий большевиков, направленных на их руководство: в условиях поляризации политической ситуации в стране, либералы и социалисты не имели шансов на победу. События 1918 г. показали невозможность построения в стране демократического социалистического общества. После этого осталось два возможных пути дальнейшего развития: или недемократическая власть социалистов-большевиков, или недемократическая власть военных.

А.В. Колчак не имел политического опыта, как военный, питал отвращение к демократии. Один генералов из окружения А.В. Колчака позднее вспоминал: «Обычный тип адмирала, очень взбалмошный и непривыкший сдерживаться, узкий моряк, наполненный морскими традициями и предрассудками, абсолютно незнакомый с военными делами и с администрацией; положительные качества – искренность, идейность борьбы за Родину, кристальная частность, ненависть к беззаконию». На контролируемой территории А.В. Колчак создал милитаристскую государственную систему, главной целью которой была борьба с большевизмом.

Социалисты оставались верны идеалам демократии и серьезным противником для большевиков стать не могли. А.В. Колчак же и его окружение понимали, что уничтожить большевизм можно только его же методами. Но совершенный ими переворот разрушил возможную антибольшевистскую коалицию. Если социалисты летом 1918 г. выступили с оружием в руках против большевистского террора, то белый террор был тем более для них неприемлем. В ответ на действия А.В. Колчака эсеры были вынуждены прекратить борьбу с большевиками. А в одиночку генералы победить большевиков не могли.

Итак, к осени 1918 г. демократия в России окончательно пала под ударами двух диктатур – большевистской и генеральской.

В январе 1919 г. для решения продовольственной проблемы городов нечерноземных губерний большевики ввели на своей территории продразверстку. Отныне свободная торговля хлебом объявлялась государственным преступлением. Полученные по разверстке хлеб (а позднее и другие продукты) централизованно распределялись среди населения по классовому принципу. Вводилась всеобщая трудовая повинность. Это толкнуло крестьян к массовому вооруженному сопротивлению. С этого момента у белых армий возникла широкая социальная база.

В конце 1918 г. – начале 1919 г. белое движение достигло максимальной силы. На Кубани, Северном Кавказе действовала армия А.И. Деникина, на севере – армия Е.К. Миллера, в Прибалтике – армия Н.Н. Юденича.

В марте 1919 г. А.В. Колчак начал новое наступление от Урала к Волге. В мае из Эстонии на Петроград двинулись войска Н.Н. Юденича, в июле на Москву с Украины двинулся А.И. Деникин. Но все они были разбиты.

В отличие от большевистских вождей, провозгласивших в качестве основной цели решение социальных проблем основной массы народа, генералы в качестве такой цели ставили возрождение государства без ясной социально-политической программы. Большевистскую власть они воспринимали как навязанную, не имеющую в народе никаких корней. Пытаясь преодолеть революционный радикализм большевиков, генералы не замечали его объективных основ, они не чувствовали глубоких психологических сдвигов в народном сознании, произошедших в результате революции. Они были склонны к авторитаризму, единоначалию. Поэтому центральными для руководителей белого движения всегда были вопросы военные, а не гражданские. Вопросами социального устройства на подконтрольных территориях приоритетными для них не являлись.

Генералы оказались плохими политиками: они не смогли создать гражданскую власть, социально ориентированный государственный механизм. Основная политическая цель белых свелась к захвату Москвы. На фоне большевиков белые явно проигрывали. Большевики тоже стремились к восстановлению государственности, но при этом проводили важные социальные преобразования в интересах народа. Белые же отменили декрет «О земле», запретили профсоюзы рабочих. В многонациональной стране они могли бы получить серьезную помощь со стороны национальных движений. Однако до 80% офицеров являлись монархистами, и их лозунг: «Восстановление единой и неделимой России» – отпугнул эти движения. Царский режим был настолько психологически неприемлем, что реставрация даже одной из его частей – государства – становилась препятствием для помощи населения белому движению. Все это лишило белых массовой поддержки. Имея в первой половине 1919 г. поддержку основных социальных групп, они к концу года ее растеряли. Кроме того, задача обеспечения армии продовольствием, новыми воинскими пополнениями, неумение сотрудничать с обществом породили такое недовольство народа, что большевистский режим оказался предпочтительней. «Белое движение было начато почти что святыми, – с горечью отмечал в эмиграции монархист В.В. Шульгин, – а кончили его почти что разбойники. Утверждение это исторгнуто жестокой душевной болью, но оно брошено на алтарь богини Правды»1.

Победоносный для большевиков исход войны был вызван следующими причинами.

Во-первых, большевики были политиками, причем социалистами. Хотя на своих территориях они творили не меньшее зло, чем белые на своих, большевики по возможности не откладывали решение социально-политических проблем. При всех минусах большевистской власти, на протяжении войны она оставалась коллективной: проходили съезды Советов, партийные съезды, заседали ВЦИК, пленумы ЦК РКП (б). Они вызвали в народе ожидание счастливого будущего, и это стало основой их победы. Крайне жесткая внутренняя политика большевиков должна была неминуемо оттолкнуть от них последних сторонников. Но этого не произошло, поскольку действия белых оказались для народных масс менее приемлемыми, чем действия красных.

[1 Шульгин В.В. Дни. 1920. Записки. М., 1989. С. 69.]

Во-вторых, большевики смогли добиться успеха потому, что столкнулись со слабым гражданским обществом. Это общество не смогло оказать им идеологическое сопротивление: противопоставить идею демократии и увлечь ею все население. Большевики сумели представить себя защитниками Отечества, а своих противников обвинить в предательстве народных и национальных интересов. Авторитет большевиков ярко проявился в росте рядов РКП (б): с 200 тыс. в конце 1917 г. до 750 тыс. в марте 1921 г. (Причем во время войны погибали, прежде всего, именно большевики.)

В-третьих, большевики контролировали центр, который являлся транспортным узлом страны. Это позволило им быстро перемещать войска на наиболее опасные направления.

В-четвертых, российская социальная система не могла функционировать без сильного государственного центра, поскольку с социально-экономической точки зрения представляла собой совокупность миллионов крестьянских хозяйств. Победа большевиков была во многом обусловлена тем, что они восстановили сильный государственный центр, с абсолютной властью главы государства. Они мобилизовали все ресурсы и превратили свою территорию в единый военный лагерь. В начале 1918 г. Красная армия насчитывала несколько десятков тысяч человек, в июле – 800 тыс., а в ноябре – уже около 1,5 млн. Служба в ней не была популярной: только за 1918 г. из армии дезертировал примерно 1 млн. человек. Пришлось установить жесточайшую дисциплину. Ради обеспечения армии всем необходимым, большевики милитаризовали экономику. В результате к концу 1920 г. Красная армия в 5,5 миллионов человек была обеспечена всем необходимым. Победа и сохранение территориальной целостности страны были достигнуты путем отказа от демократии, тогда как лидеры социалистических партий выступали за демократию, что вело к развалу страны сначала на отдельные регионы, а затем – государства.

К концу 1920 г. российская социальная система оказалась отброшенной не на одну историческую ступень – к рубежу XIX-XX вв., когда началось становление гражданского общества и правового государства; на две – к уровню второй половины XVII – первой трети XVIII в., представлявшему собой российскую разновидность восточной деспотии. В обоих случаях для социальных систем были характерны сильный государственный центр и отсутствие гражданских и политических свобод. Но, если во второй половине XVII – первой трети XVIII в. возникновение социальной системы в виде восточного деспотизма являлось следствием низкого уровня развития производительных сил и тяжелого внешнеполитического положения, то в 1918-1920 гг. она оказалось результатом постановки большевиками нереальных социально-экономических задач.

В течение второй половины XIX в. – начала XX в. в России все-таки сформировались основы гражданского общества. Поэтому связанные с частной собственностью социальные группы не хотели так безропотно принимать навязываемые властью задачи. В результате в России и вспыхнула гражданская война. Если говорить о причинах и конкретных сроках, то в ее развязывании виноваты большевики. В.И. Ленин сам признал это на III съезде Советов: «Да, мы начали и ведем войну против эксплуататоров». Но с исторической точки зрения, война, во-первых, явилась результатом неготовности всех враждующих сторон к компромиссам, демократии. Во-вторых, победа большевиков показала, что их программа и политика более приемлемы для основной массы населения страны, чем действия их противников.

Уже к лету 1918 г. в стране возник политический режим, который политология XX в. определяла как тоталитарный.

Категория «политический режим» характеризует формы взаимодействия государства и общества, степень участия общества в политической и экономической сферах. При демократических режимах власть делится между обществом и государством, а при тоталитарных она концентрируется в руках государства. Тоталитарный режим обладает следующими признаками:

– монополия государства на все средства производства,

– исполнительная власть подминает под себя законодательную и судебную, причем значительное место в это власти занимают карательные органы,

– вместо материальной заинтересованности устанавливается внеэкономическое принуждение к труду,

– социальное положение человека оказывается в зависимости от его места в системе власти,

– на политической арене остается одна партия, выполняющая государственные функции,

– происходит унификация в сфере мировоззрения,

– демократия не отрицается, но превращается в фикцию,

– частная жизнь человека полностью подчиняется потребностям государства,

– презрение власти к человеческой жизни.

Все политические противники большевизма непосредственно в 1918-1919 гг., а также подавляющая масса зарубежных исследователей на протяжении XX в. целиком возлагали вину за установление этого режима на большевиков. Действительно, их роль в создании тоталитаризма чрезвычайно высока:

– политическая основа тоталитаризма – диктатура пролетариата – была заложена К. Марксом и Ф. Энгельсом. Задолго до революции, вне зависимости от конкретной политической ситуации в будущем, большевики были готовы пожертвовать демократией ради создания социалистического общества.

– экономическая программа большевиков также вытекала из представлений К. Маркса и Ф. Энгельса о социалистической экономике, где на месте частной собственности будет создана общенародная собственность, развивающаяся по единому общегосударственному плану.

Сами большевики считали, что созданный ими политический режим явился результатом «гражданской войны и разорения» и определяли его как «военный (то есть вынужденный) коммунизм». В действительности и те, и другие лишь частично раскрывали причины возникновения этой системы. На самом деле его внутренняя природа более сложна, чем действия захватившей государственную власть политической партии.

Понятие «тоталитаризм» появилось в науке во второй половине 30-х гг., после того как в Италии и Германии окончательно сформировались фашистские режимы. Между тем, обе эти страны являлись частью европейского мира, в котором давно существовали как идея демократии, так и ее реальное политическое воплощение. Поэтому они рассматривались европейскими политиками и учеными как больной, аномальный, но евро-пейский режим. Поскольку политический режим в СССР по своим характеристикам по-падал в разряд тоталитарных, в 50-е гг. западноевропейские ученые и его стали определять таким же образом. Но это лишь внешнее совпадение, тогда как причины возникно-вения фашизма и сталинизма различны.

Российская социальная система представляла собой организм с сильным государственным центром и отсутствием демократических традиций. Лишь в крупных городах существовали ростки демократии. Превращение самодержавной России в конституционную монархию в 1905 г. не успело изменить политическую культуру страны. Поэтому после отречения Николая II социальная система начала стремительно распадаться. Поскольку осенью 1917 г. у власти оказались большевики и весной 1918 г. в ряду их мер управления страной на первое место однозначно выдвинулись карательные, то возникает иллюзия, что в случае прихода к власти иных политических сил ситуация бы в стране нормализовалась. Однако это предположение перечеркивает последовавшая гражданская война, в ходе которой ни одна из многочисленных враждующих сторон не смогла создать демократический политический режим.

Из авторитарного политического режима (чем являлось самодержавие) демократия могла вырасти лишь в случае появления харизматического лидера или объединяющей идеи, которые выступили бы в качестве новой цементирующей основы. Но ни такого лидера, ни такой идеи не существовало. Большевики в глазах основной массы населения не являлись легитимной политической силой, поэтому восстановление государственности, страны и экономики могло быть ими достигнуто только с применением силы. Ради этого В.И. Ленин должен был ликвидировать систему Советов как основу местного сепаратизма, передать полномочия РКП (б) и создать власть, опирающуюся на насилие.

Таким образом, европейский тоталитаризм представлял собой отрицание демократии, большевистский же политический режим – это одновременно и продолжение привычных методов государственного руководства, и результат попытки создания максимально широкой народной демократии (чего делать было нельзя).

До революции уровень развития права соответствовал уровню развития общества. Оно принималось подавляющей массой населения, о чем, в частности, свидетельствует статистика и характер преступлений: при минимальной численности сотрудников правоохранительных органов общество не разваливалось, все социально-политические и экономические институты функционировали. Крестьяне вообще жили не по закону, а по дедовским обычаям. Большевики же воспринимали дореволюционное право как нормы поведения, навязываемые народу царской властью. Отсюда следовало ошибочное убеждение, что его можно разом отменить, что они и сделали.

Приход большевиков к власти осенью 1917 г. ознаменовал начало создания принципиально нового права. Его социальным предназначением стала защита интересов беднейших слоев страны и подавление богатых. И это можно было бы приветствовать, если бы не выбранные большевиками методы достижения поставленной цели. Большевики изначально был готовы к насилию, установлению диктатуры. Это исключало существо-вание права не только в период революции, но в обозримом будущем. При таком подходе право не могло выполнить свою функцию социального стабилизатора. Не случайно большевики отбросили такие социальные регуляторы, как религия и мораль. Из нового права они отвергли общепринятые в Европе и дореволюционной России принцип законности, юридического равенства субъектов правоотношений. Вместо них они ввели классовый подход, приоритеты интересов государства над интересами личности и др.

В результате из системы общепринятых норм право превратилось в законы и подзаконные акты, навязываемые обществу новой властью.

Конституция 1918 г. Прообразом Конституции 1918 г. являлась «Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа», написанная В.И. Лениным 3 января 1918 г. Двухмесячный разрыв во времени между II Всероссийским съездом Советов и написанием Декларации объясняется тем, что документы уровня Декларации должно было принимать Учредительное собрание. Опубликование их каким-либо иным органом массы бы не приняли. Но 6 января 1918 г. большевики собрание разогнали и теперь должны были заявить о своих исторических целях.

Декларацию большевики внесли на обсуждение III Всероссийского съезда Советов. Поскольку на съезде еще присутствовали делегаты от других социалистических партий, с разным отношением к понятиям «диктатура», «демократия», «власть», то ее обсуждение растянулась на два дня1.

В Декларации определялись политические и экономические основы нового государственного строя, намечалась национальная политика и основные принципы внешней политики. Отныне новая Россия называлась Российская Советская Федеративная Республика – РСФСР.

Однако левые эсеры считали, что одной Декларации недостаточно и что требуется Конституция. Поэтому III съезд принял постановление о необходимости ее написания.

В течение двух последующих месяцев большевики о поручении III съезда не вспоминали.

В XVIII-XIX вв. предназначение Конституции состояло в ограничении государства правом. C конца XIX в. появилась еще одна цель – создание системы социальной защиты. Большевики пришли к власти с желанием достигнуть второй цели, но во введении для себя каких-либо правовых рамок смысла не видели. Поэтому идея разработки Конституции принадлежала не им, а левым эсерам. По их инициативе состоявшийся в январе 1918 г. III Всероссийский съезд рабочих, солдатских и крестьянских депутатов поручил ВЦИКу разработать этот документ. В течение 2,5 месяцев большевики к выполнению поручения съезда не приступали, поскольку был неясен вопрос: нужна ли Конституция в переходный период? Первый большевистский народный комиссар юстиции П.И. Стучка весной 1918 г. в статье с символическим названием «Конституция гражданской войны» писал: «Переходная эпоха, в которой «только движение постоянно», не укладывается в твердые рамки писаного закона. В эту переходную эпоху «государство не может быть ничем иным, как революционной диктатурой пролетариата, а диктатура пролетариата как-то плохо вяжется со словами «писаный закон» 2.

К работе над Конституцией большевиков подтолкнули конфликты между центральными органами власти и местными Советами. Законодательно прерогативы тех и других определены не были, и это порождало существенные проблемы. (Прежде всего, местные Советы отказывались выполнять решения ВЦИК и СНК). Поэтому 30 марта Пленум ЦК создал комиссию при ВЦИКе для разработки Конституции. Ее председателем стал Я.М. Свердлов. Это был человек с неполным средним образованием. Ни до назначения на пост председателя Конституционной комиссии, ни после никаких теоретических статей он не писал и о содержании конституций других стран вряд ли знал.

Стенограммы и протоколы работы созданной Конституционной комиссии отсутствуют; возможно, они не велись, поэтому сложно сказать, почему ее работа затянулась. Не исключено, что, в условиях разрастающегося конфликта большевиков с другими социалистическими партиями между членами комиссии: большевиками, с одной стороны, и левыми эсерами и максималистами – с другой, – возникали какие-то разногласия по содержанию Конституции. Скорее всего, большевики не придавали ей большого значения и таким образом невольно тормозили работу. Например, Я.М. Свердлов одновременно возглавлял ВЦИК и был председателем этой комиссии, большевик В.И. Лацис также со-вмещал работу в ВЧК и коллегии НКВД с работой в данной комиссии. Большевик Н.И. Бухарин был единственным из разработчиков, кто всерьез интересовался и занимался теоретическими проблемами марксизма, тем не менее, другие свои обязанности он считал более важными и на заседания комиссии не ходил. Так что непосредственной подготовкой текста занимались 7-8 человек (прежде всего, Ю.М. Стеклов и Шейнкман)1.

[1 Третий Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Петроград, 1918. С. 20, 34-40, 44.]

[2 Стучка П.И. Конституция гражданской войны // Пролетарская революция и право. 1918 г. №3-4. С. 15.]

По всей видимости, отсутствие интереса к разработке Конституции связано с тем, что большевики предполагали в будущем создать систему самоуправления народа. И в создании для народа каких-то рамок не видели необходимости. Им казалось, что вполне достаточно деклараций. Тем более они не нуждались в правовых рамках для себя. Может быть, поэтому в течение апреля-июня комиссия собиралась одиннадцать раз. Параллельно в Наркомате юстиции работала своя комиссия.

Поскольку члены комиссии был загружены работой, то она пополнялась новыми людьми. Тем не менее, процентов на 80% она всегда состояла из большевиков, оставшиеся были левыми эсерами. Это давало однозначные преимущества при голосовании по структуре Конституции и проектам ее формулировок.

Основным содержанием развернувшихся в комиссии и в Наркомюсте дискуссий стали вопросы территориально-административного устройства. Эсеры предлагали основной объем власти передать местным Советам и трудовым коммунам, большевики, наоборот, основное внимание уделяли механизму работы центральных органов власти. О необходимости создания системы сдержек и противовесов в работе центральных органов власти, о гарантиях прав личности никто из разработчиков даже не вспомнил.

К началу работы V съезда советов комиссия явно не успевала выполнить поручение III съезда Советов. Для ускоренной подготовки проекта 28 июня ЦК РКП (б) создал комиссию ЦК РКП (б) во главе с В.И. Лениным. В примечаниях к 36 тому говорится, что В.И. Ленин внес в предложенный проект поправки, а на полях сделал пометки2. Но, судя по тому, что какие это были поправки и пометки, в томе не уточняется, они не были существенными. 3 июля проект был опубликован в «Известиях ВЦИК». На следующий день открылся V съезд Советов. Он создал редакционную комиссию из 9 человек. 10 июля на съезде от имени комиссии выступил Ю.М. Стеклов, и менее чем через час Конституция была принята.

Она состояла из 6 разделов: 1. Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа; 2. Общие положения Конституции; 3. Конституция Советской власти; 4. Активное и пассивное избирательное право; 5. Бюджетное право, 6. О гербе и флаге РСФСР.

Социальной основой нового государства становились рабочие и беднейшее крестьянство, политической формой – Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Поэтому политические права предоставлялись лишь трудящимся.

Экономической основой РСФСР становилась национализированная экономика. Частная собственность еще сохранялась. Но Конституция брала курс на ее национализацию.

С точки зрения устройства центральных органов власти Россия становилась федерацией республик.

[1 Деятели Союза Советских Социалистических Республик и Октябрьской революции. Автобиографии и биографии. М., 1989. Т. 3. С. 127.]

[2 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 720.]

Конституция создавала механизм власти, то есть определяла прерогативы центральных и местных органов власти.

Срок действия Конституции определялся переходом от капитализма к социализму, в ходе которого должны были быть уничтожены эксплуатация человека человеком и деление общества на классы.

Ни большевики, ни их основные оппоненты, левые эсеры, не рассматривали Конституцию как важный вопрос: в ряду обсуждаемых на Съезде проблем она оказалась на последнем месте. Обсуждения не было, все ограничилось выступлением Ю.М. Стеклова и члена фракции максималистов Полянского. Ни тот, ни другой теоретиками не являлись и всей важности проблемы понять не могли. В результате в государственный механизм были заложены трагические ошибки, превратившие Конституцию в фикцию.

Во-первых, высшим законодательным и исполнительным органом стал съезд Советов. Он должен был созываться на несколько дней не менее трех раз в год. (И в 1918 г. действительно прошло 5 съездов, но в 1919 г. и 1920 г. – уже по одному). Число делегатов составляло несколько сот человек. Такой орган представлял собой длившийся несколько дней митинг. В лучшем случае делегаты съездов Советов успевали лишь вникнуть в суть разработанных не ими декретов. Работать над самим текстом закона они не могли из-за нехватки времени и отсутствия опыта.

На период между съездами высшей властью в стране становился Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет. Его численность составляла около 200 человек. Но и ВЦИК не был постоянно действующим органом. Поэтому из состава ВЦИК был выделен Президиум ВЦИК. Он и стал работать на постоянной основе. Его численность составляла приблизительно 80 человек. Однако, во-первых, выборы делегатов съездов Советов, членов ВЦИК и Президиума ВЦИК находились под жестким контролем ЦК РКП (б). Во-вторых, реальная законодательная работа сосредотачивалась в руках большевистских руководителей в лице Политбюро ЦК.

Вторая ошибка состояла в наделении СНК (орган исполнительной власти) законодательными полномочиями.

Третьей принципиальной ошибкой Конституции стал изначальный отказ от демократии. Статья 9 закрепляла диктатуру городского и сельского пролетариата и беднейшего крестьянства. Ее целью было полное подавление буржуазии ради уничтожения эксплуатации человека человеком и построения бесклассового общества – социализма.

В политической сфере диктатура пролетариата означала, прежде всего, лишение определенных социальных групп избирательных прав. Основанием для этого являлось получение нетрудовых доходов (с капитала, предприятий, от использования наемного труда). Избирательного права были лишены приблизительно 5 млн. человек. Это было меньше, чем в дореволюционной России, и меньше (в процентном отношении), чем в западных странах. И такое ограничение избирательных прав было бы определенным шагом вперед, в сравнении с механизмом выборов в Государственную думу 1907 г.

Но большевики не остановились на этом. Опыт Учредительного собрания показал, что при проведении всеобщих и равных выборов большевики терпят поражение. Поэтому, во-первых, путем предоставления политических прав только рабочим и беднейшему крестьянству, они резко сузили социальную базу Советов. Во-вторых, рабочие имели пятикратное преимущество при выборе делегатов съездов: от городских Советов – 1 делегат на 25 тыс. избирателей, от губернских съездов Советов – 1 делегат на 125 тыс. жителей. В-третьих, большевики и рабочих лишили права выбора, жестко контролируя выдвижение кандидатов. Конституция закрепила многоступенчатую систему выборов. Прямыми были выборы только в сельские и городские Советы.

Сведение большевиками основных функций государства к насилию восходило к середине XIX в., когда молодые К. Маркса и Ф. Энгельса создавали свое учение. В Европе тогда мало что знали об истории и функциях государств древнего и средневекового Востока и Латинской Америки, но материалов по Древнему Риму сохранилось очень много. На Апеннинском полуострове для основной массы населения государство действительно было рабовладельческим. К. Маркс и Э. Энгельс, а вслед за ними и В.И. Ленин воспринимали государство как аппарат насилия. Понимание ими государства было классовым, никаких организационных или экономических корней у государства они не видели. Поэтому они не видели в нем необходимости и вместо государства они предполагали создание системы самоуправления трудового народа. Это преувеличение созидательных возможностей простых людей являлось второй трагической ошибкой большевиков.

История XX в. показала, что свобода и демократия важны сами по себе, как принцип. Только они в состоянии застраховать общество от принятия властью долговременных ошибочных экономических и политических решений. И дозированная свобода – не для общества в целом, а только для рабочих и крестьян – в самом скором времени обернулась не только ее исчезновением, но и возможностью борьбы с этими самыми рабочими и крестьянами.

Четвертой грубой ошибкой большевистской Конституции стал отказ от приоритета прав человека в сравнении с интересами общества в целом.

С момента возникновения первых Конституций, их предназначение заключалось в ограничении власти правом, ради защиты жизни и имущества граждан от власти. Большевики Конституцию понимали иначе: отдельного раздела о правах и свободах там не было. В статье 15 содержалось лишь общее положение о свободах для трудящихся: право на собрания, митинги, шествия и использования для собраний «помещений с обстановкой, освещением и отоплением». В статье 16 трудящимся предоставлялось право созданий союзов. Причем эти права носили ярко выраженный классовый характер. Такое понимание политических прав и свобод означало значительный шаг назад в сравнении с Конституцией 1906 г., содержавшей целую главу «Права и обязанности российских подданных».

Такая ситуация объясняется тем, что культура большевиков в большей степени соответствовала национальным традициям и ментальности, чем культура дореволюционных законодателей. До революции законодатели находились под влиянием индивидуальной западной культуры, тогда как подавляющая масса населения страны исповедовала коллективистско-общинные идеалы. Поэтому и получилось, что если в западных конституциях на первом месте стояли права человека, то у большевиков – права трудящихся.

Пятая, не менее значимая ошибка, состояла в толковании понятия «трудящиеся». Под ним имелись в виду люди, занятые физическим трудом. Занятые же интеллектуальным и управленческим трудом объявлялись врагами.

Так же вульгарно большевики трактовали «большинство народа» и «меньшинство народа». Эта ошибка восходит к представлениям В.И. Ленина о социальной структуре России, сформировавшегося у него в молодости. Он ошибочно полагал, что пролетариат и беднейшее крестьянство составляют большинство жителей страны. Социологом В.И. Ленин не был, поэтому смешивал экономическое положение крестьян-бедняков с их мировоззрением. Любой, даже самый бедный крестьянин, мечтал стать крепким хозяином, по терминологии В.И. Ленина «кулаком». В.И. Ленин же бедняков зачислял в союзники рабочего класса. Эта ошибка привела к тому, что большевики неправильно определили масштабы предстоящих репрессий: по их расчетам буржуазия составляла меньшинство населения страны, и масштабы насилия не должны были достичь значительных размеров. Оказалось же, что большевистские идеи отвергала подавляющая часть населения. Это породило гражданскую войну, обернувшуюся миллионами жертв.

Источником права в этот период было «революционное сознание». Это предопределялось, во-первых, ориентацией на создание системы самоуправления народа, то есть передачу властных полномочий во всех сферах и правовой – в том числе. Во-вторых, естественным отсутствием нового законодательства, для создания которого требовалось время. Теоретическим основанием такого подхода к правотворчеству являлась психологическая теория права, в соответствии с которой правом является не столько правовые нормы, сколько правосознание. В результате правотворчеством в этот период занимались все высшие государственные органы – Съезды Советов, ВЦИК, СНК, отдельные наркоматы и комитеты, а также и суды.

Правовая идеология. Содержание права определяется правосознанием пришедших к власти политических групп. Правосознание складывается из двух элементов: правовой психологии и правовой идеологии.

Правовая психология представляет собой обыденное отношение к праву. Большевики до революции были нелегальной партией. Из 171 делегата VI большевистского съезда (август 1917 г.), давших о себе сведения, арестовывались 150 человек, в тюрьме побывали 120, в ссылке – 85, на поселении – 24, в эмиграции – 27, на каторге – 10 человек1. Естественно, их отношение к царскому праву было резко отрицательным.

Однако более важную роль в их правосознании играла не психология, а идеология.

Правовая психология – это совокупность идей и взглядов на право.

На протяжении столетий существовали разные теории права. Из европейских самой ранней является естественно-правовая теория, уходящая корнями во времена Сократа и Аристотеля, Цицерона и Ульпиана. На протяжении XX в. в западных странах окончательно утвердился подход, в соответствии с которым право рассматривалось как компромисс между разными слоями общества. Марксистское правопонимание было иным.

Пожалуй, впервые К. Маркс и Ф. Энгельс высказались относительно права в «Манифесте коммунистической партии», когда одному из них было 29, а другому – 27 лет. Правом они считали возведенную в закон волю господствующего класса2. Поскольку К. Маркс был философом, а Ф. Энгельс смог получить лишь среднее образование, о существовании иных взглядов на право и разных правовых систем они не знали. Понятие «право» они употребляли обязательно вместе со словом «буржуазное». Общесоциального содержания в праве они не видели. «Что касается права, – писали К. Маркс и Ф. Энгельс в «Немецкой идеологии», – то мы, наряду со многими другими, подчеркнули оппозицию коммунизма против права как политического и частного, так и в его наиболее общей форме – смысле права человека»3.

В правовой науке такое отношение к праву определяется как «правовой нигилизм». Причем сами К. Маркс и Ф. Энгельс это вполне осознавали и никакой беды в этом еще не видели. «Появление молодой буржуазии нашло свое отражение в либерально-конституционном движении, а зарождение пролетариата – в движении, которое обычно называют нигилизмом»4.

В большевистской России среди членов Политбюро ЦК РКП (б) юридическое образование имели и перед революцией работали по специальности В.И. Ленин и Н.Н. Крестинский. Г.Е. Зиновьев и А.И. Рыков учились на юридических факультетах меньше семестра, Л.Б. Каменев – почти два семестра. Из членов ЦК юридическое образование имели М.С. Урицкий и П.И. Стучка. Однако, будучи марксистами, все они были правовыми нигилистами. «Декреты – это инструкции, зовущие к массовому, практическому делу, – писал В.И. Ленин. – Мы не будем смотреть на них как на обстоятельные постановления, которые надо во что бы то ни стало тотчас же, сразу провести»5. Ему вторил В.В. Оболенский (Н. Осинский): «В момент массового штурма на капитал необходимо провозгласить в виде декрета цель, к которой массы должны стремиться и никакого значения не имеет то, что юридическое слово расходится здесь с революционным делом».6 Крайне нигилистически относился к праву большевистский нарком юстиции (!) П.И. Стучка7. Даже А.В. Луначарский, считающийся самым интеллигентным из большевиков, не постеснялся написать: «Законы Конституции не распространяются на ЦК»8. Интересы революции все они считали бесконечно большей ценностью, чем право.

[1 Шестой съезд РСДРП (большевиков). Август 1917 года. Протоколы. М., 1958. С. 294 – 300.]

[2 Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Т. 4. С. 443.]

[3 Там же. Т. 3. С. 197.]

[4 Там же. Т. 22. С. 41.]

[5 Там же. Т. 38. С. 198 – 199.]

[6 Народное хозяйство. 1918. № 11. С. 14.]

[7 Стучка П.И. Избранные произведения по марксистско-ленинской теории права. Рига, 1964.]

[8 Луначарский А.В. Письмо Ленину от 13 января 1922 г. //Власть и интеллигенция. Документы ЦК]

Гражданское право. Исторически гражданское право создавалось ради защиты имущества и связанных с ним личных неимущественных отношений. В этом плане большевикам оно не только не требовалось, а являлось чуть ли не основной целью разрушения. Декретами «О земле», «О социализации земли» и другими нормативно-правовыми актами частная собственность на землю, недра, лес и воду была отменена. Это соответствовало настроениям основной массы крестьян. Вместо правовой защиты частной собственности, большевики однозначно взяли курс на огосударствление всех видов собственности. Отношения между государственными предприятиями строились уже не на основе гражданского, а на основе административного законодательства.

Прежде всего, большевики приняли серию актов, направленных на пресечение распродажи собственности (к чему стремились ее хозяева, пытаясь хоть что-то сохранить в условиях нарастающей национализации). Так, 14 декабря 1917 г. СНК приостановил сделки с недвижимостью. Лишь кустари могли сохранить за собой предметы (частную собственность), необходимые для работы.

Декретом от 27 апреля 1918 г. наследование по закону и завещанию отменялось. Все движимое и недвижимое имущество стоимостью выше 10 тыс. руб. переходило в собственность государства. Особым декретом запрещалось дарение или безвозмездная передача имущества на сумму свыше 10 тыс. руб.1

В течение 1918 г. была установлена государственная монополия на продажу золота и платины, спичек, риса, свечей, кофе, перца и некоторых других товаров.

В результате всех этих мер сфера товарно-денежных отношений оказалась практически свернута.

Земельное право. Основными задачами это отрасли права являлось устранение частной собственности на землю и создание в деревне коллективных хозяйств.

Его основы заложил уже «Декрет о земле», принятый II Всероссийским съездом Советов. Единственным собственником земли объявлялось государство. Недра, леса, воды переходили в распоряжение государства, мелкие же реки, озера и рощи – в распоряжение крестьянских общин. В равной степени устанавливалась государственная собственность и на городскую землю.

Большевики предполагали, что, передав помещичьи земли крестьянам, они получат в деревне социалистические формы хозяйства в виде совхозов и колхозов. Однако в действительности этого не произошло. Крестьяне разделили землю на основе привычных принципов: «по едокам» или «по работникам». Большевиков это не устраивало.

В феврале 1918 г. был опубликован декрет ВЦИК «О социализации земли», который обязывал вновь создаваемые в деревне земельные комитеты озаботиться в первую очередь созданием коллективных хозяйств. Эта идея противоречила вековым мечтаниям крестьян, поэтому таких хозяйств оказалось чрезвычайно мало: в июле 1918 г. по всей стране насчитывалось чуть более 1500 коммун и артелей.

В июне 1918 г. вышел декрет ВЦИК «Об организации деревенской бедноты и снабжении ее хлебом, предметами первой необходимости и сельскохозяйственными орудиями». Декрет был направлен на изъятие хлеба у «кулаков и богатеев» руками деревенской бедноты. Взяв курс на ликвидацию товарно-денежные отношения зимой 1917-1918 гг., большевики сами создали ситуацию, когда крестьяне потеряли интерес к продаже своего хлеба. Не удалось им получить хлеб и после создания комбедов. Бедняки лишь захватили земли богатых односельчан. Но ни совхозов, ни колхозов и на этот раз не создали.

В феврале 1919 г. ВЦИК издал положение «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию». Единоличное землепользование отменялось. Ради создания единого народного хозяйства вся земля объявлялась государственным фондом. Фонд находился в распоряжении соответствующих наркоматов.

РКП (б) – ВКП (б), ВЧК – ОГПУ – НКВД о культурной политике. М., 1999. С. 33.

[1 Сумма в 10 тыс. рублей в тот год была равна приблизительно трем месячным зарплатам рабочего.]

Уголовное право. Развитие уголовного права определялось «теорией самоуправления народа» и логикой революции. В соответствии с ними старое право отменялось, а источником новых норм становилось «революционное правосознание».

Первый нормативный сборник по уголовному праву был принят в 1919 г. и назывался «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР». Особенность этого документа состояла в отсутствии Особенной части. Это вызывалось стремлением большевиков к развитию революционной инициативы масс, для которой не следовало ставить какие-либо правовые ограничители.

«Руководящие начала» состояли из введения, разделов о сущности уголовного права, об уголовном правосудии, преступлении и наказании, стадиях совершения преступления, соучастии, видах наказания, об условном осуждении, о пространстве действия уголовного права.

Преступления делились на простые и контрреволюционные. Считалось, что пролетарии и крестьяне могут совершать простые – уголовно-бытовые – преступления, которые менее опасны для общества, чем контрреволюционные, совершаемые «классовыми врагами». Поэтому при анализе правонарушения и определении наказания суд должен был исходить не из действия и его результатов, а из социального происхождения и положения правонарушителя. Например, сам факт работы до революции в полиции приравнивался к контрреволюционному преступлению.

В «Началах» отсутствовало понятие «преступление». «Начала» предоставили судьям самим трактовать его и определять меру наказание преступникам. (Это развязывало руки репрессивным органам)

Неопределенно трактовалось и понятие «вина». В результате покушение приравнивалось к окончательному деянию.

Акты, усиливающие наказание, у большевиков имели обратную силу.

Разрешалось использование «принципа по аналогии».

Так образом, большевистское уголовное право сделало значительный шаг назад в сравнении с Уголовным уложением 1903 г.

Семейное право. После революции 1917 г. вся система права начала коренным образом перестраиваться. Это относилось и к сфере семейных отношений, поскольку до революции она регулировалась, в основном, церковью, а церковь в молодой советской республике была отделена от государства.

Формирование этой отрасли права началось в декабре 1917 г., когда появился декрет «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов гражданского состояния». В соответствии с декретом, государство впредь признавало лишь гражданский брак, церковный становился частным делом супругов. Многие прежние ограничения отменялись; так, для вступления в брак не требовалось ни согласие родителей, ни разрешения начальства. Внебрачные дети уравнивались в правах с брачными. Допускался судебный порядок установления отцовства.

Декретом ВЦИК и СНК от 1 января 1918 г. «О расторжении брака» предусматривалась полная свобода развода по обоюдному согласию супругов или даже по заявлению одного из них.

Дела о расторжении брака от церкви переходили к местным судам.

Брачный возраст для мужчин устанавливался с 18 лет, для женщин – с 16.

16 сентября 1918 г. принят «Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве», в котором все эти новые подходы были объединены и систематизированы.

Несомненный шагом вперед стали ликвидация института родительской власти, отказ от принципа сословности при государственном регулировании семейных отношений. Была сделана попытка посмотреть на ребенка как на носителя определенных прав.

Трудовое право. Будучи коммунистической партией, РКП (б) приложила максимум усилий для защиты социальных прав рабочих:

– 29 октября 1917 г. был установлен 8-часовой рабочий день,

– 24 декабря принято решение о страховании на случай безработицы,

– 5 февраля 1918 г. вышел декрет ВЦИК «О страховании на случай болезни»,

– 14 июня СНК ввело ежегодные оплачиваемые двухнедельные отпуска рабочих и служащих,

– в декабре того же года появился первый большевистский кодекс – «Кодекс законов о труде». В нем закреплялась продолжительность рабочего времени и отдыха, устанавливались льготы для женщин и молодежи. Он подробно регулировал трудовые отношения и связанные с ними социальные права.

РКП (б) стремилась к созданию системы социального равенства, поэтому максимальная зарплата превышала минимальную лишь в 1,7 раза.

Однако труд рассматривался большевиками и как обязанность. Уже «Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа» (январь 1918 г.) объявила о необходимости всеобщей трудовой повинности. В июне 1919 г. началось введение трудовых книжек, что усиливало контроль над трудящимися. В соответствии с декретом Наркомюста от 23 июля 1918 г., лишение свободы всегда предполагает принудительные работы.

Гражданско-процессуальное право. Судьба этой отрасли права определялась принципиальным отрицанием большевиками гражданского права.

Власть ограничилась установлением самых общих принципов посредством Декретов о суде №№1,2 и 3. и Инструкции об организации и действий местных народных судов от 23 июля 1918.

Декретом №1 старая адвокатура была отменена. Отныне ее функции выполняли все лица, обладающие гражданскими правами. Правда, вскоре была создана «коллегия правозаступников», из бывших адвокатов. Судьям предписывалось руководствоваться соображениями революционной идеи и не связывать себя формальным законом.

Уголовно-процессуальное право. Эта отрасль права имела те же недостатки, что и гражданско-процессуальное право:

– низкая профессиональная подготовка судей,

– судебный произвол,

– бездействие кассационных инстанций.

Декреты не регламентировали процессуальное положение обвиняемых.

Отказ от судебных уставов 1864 г. привел также к тому, что прокуратуру отменили, а аналогичный орган еще не возник. Поэтому из процесса исчезла состязательность профессионалов – адвокатов и прокуроров, вместо чего обвиняемый, фактически, оставался беззащитным: с одной стороны выступало государство (в лице революционных трибуналов или судьи общего суда), с другой – сам обвиняемый. Апелляция заменялась кассацией, что ухудшало положение осужденного.

Рассмотрение особо важных дел в революционных трибуналах проходило без участия народных заседателей.

Правоприменительная практика. Изучение только нормативно-правовых актов может привести к ошибочному выводу, что они в полном объеме воплощались в жизнь, чего на самом деле не было.

Деятельность государственных органов и граждан по воплощению в жизнь нормативно-правовых актов называется правоприменительной практикой.

Что касается граждан СССР, то возможности для правонарушений у них были незначительными. Во всем мире основным видом правонарушений является воровство. Однако, во-первых, в СССР, в условиях государственной собственности на средства производства такие возможности были минимальными. Во-вторых, в условиях тоталитарной системы за административные правонарушения власть карала граждан довольно жестоко. Поэтому основной бедой правоприменительной практики было нарушение законов самой властью.

Большевистское правительство было создано на II Всероссийском съезде Советов в ночь с 26 на 27 октября 1917 г. Уже через несколько недель после прихода к власти большевики начали нарушать решения своего же съезда:

– в соответствии с декретом съезда, Совет народных комиссаров избирался как очередное Временное правительство до начала работы Учредительного собрания (выборы в которое должны были состояться в ноябре). Большевики выборы провели, но не получив в составе собрания большинство, сначала отложили созыв собрания на месяц, а в январе 1918 г. его разогнали,

– тот же съезд отменил смертную казнь. Однако Совнарком декретом от 21 февраля 1918 г. «Социалистическое отечество в опасности», в условиях наступления немцев, ее вернул. Предполагалось, что расстрелу на месте подлежали германские шпионы, неприятельские агенты, спекулянты, хулиганы, контрреволюционные агитаторы, организаторы и участники восстаний и «члены буржуазного класса независимо от пола, отказывающиеся рыть окопы». Кто конкретно будет заниматься расстрелом, в декрете не говорилось, и эту функцию взяла на себя Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК). III Всероссийский съезд Советов 3 марта 1918 г. декрет от 21 февраля отменил, но ВЧК свои расправы не прекратила, более того, она произвольно увеличивала расширила круг лиц, подпадающих под расстрел. Официально смертная казнь была возвращена 16 июня 1918 г., когда большевикам понадобилось казнить командующего Балтийским флотом адмирала А. Щасного. (Хотя в европейской юридической практике существовал следующий принцип: закон, увеличивающий размер наказания, обратной силы не имеет)

С такой же легкостью большевики нарушали и свои конституции. Прежде всего, это относится к работе съездов и ВЦИК:

– как уже говорилось, в соответствии с Конституцией 1918 г. съезды Советов должны были созываться не менее трех раз в год. В 1918 г. это положение было выдержано, но в 1919 г. и 1920 г. было проведено только по одному. И не война сыграла здесь главную роль,

– в ноябре 1918 г. на VI съезде Советов в Конституцию была внесена поправка относительно ВЦИКа: отныне он переставал действовать как постоянный орган и должен был собираться на сессии раз в два месяца. Это решение обосновывалось тем, что в условиях войны значительная часть членов ВЦИК находится вне пределов Москвы и не может выполнять свои обязанности. Функции ВЦИК передавались вновь созданному Президиуму ВЦИК,

– другим видом нарушения Конституции являлось создание непредусмотренных ею государственных органов, например: в ноябре 1918 г. был создан Совет рабочей и крестьянской обороны, решения которого были обязательны для всех наркоматов и всех местных органов. Он создавался как чрезвычайный орган на время войны, но в 1920 г. он был преобразован в Совет труда и обороны и в этом качестве просуществовал до 1937 г. (когда его функции были переданы Экономическому Совету при СНК СССР). В январе 1918 г. возник Малый СНК. В него входили представители ВЦИК, ВСНХ. ВЦСПС и семи министерств (из 17). Решения Малого СНК автоматически без обсуждения принимались на большом СНК. (упразднен в 1930 г.),

– в сентябре 1918 г. республика была объявлена «военным лагерем» и ВЦИК создал Революционный совет республики. В его задачу входило мобилизация всех имеющихся ресурсов для борьбы с внешней и внутренней контрреволюцией. Его постановления были обязательны для всех центральных и местных советских учреждений и граждан республики. 30 ноября он был переименован в Совет рабочей и крестьянской обороны. 7 апреля 1920 г. этот орган был реорганизован в Совет труда и обороны, а 16 апреля 1920 г. – в СТО.

Причиной нарушений собственных Конституции являлось то, что большевики не видели в праве особого смысла. Идея Конституции была навязана им левыми эсерами. Они считали, что съезд выше Конституции. Большевики неосознанно, из самых лучших побуждений, создавали неправовое государство. В Конституциях не было норм, закрепляющих порядок отмены противоречащих им актов.

Повседневностью правоприменительной практики было нарушение действующего законодательства.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. В чем состояла ошибка большевиков в создании нового государства?

2. Чем отличается царская Конституция 1906 г. от большевистской Конституции 1918 г.?

3. В чем специфика большевистского права?

4. В чем причины победы большевиков в Гражданской войне?

5. В чем разница между Советами лета 1917 г. и Советами лета 1918 г.?

6. В чем причины вытеснения из органов власти большевиками меньшевиков и эсеров влетом 1918 г.?

Тесты

1. Сколько государственных переворотов совершили большевики к лету 1918 г.?

а) один,

б) два,

в) три.

2. Какой месяц правильнее считать днем рождения Красной армии?

а) январь,

б) май 1918 г.

3. Когда в большевистской России установилась однопартийная система?

а) в мае,

б) в июле 1918 г.,

в) в августе 1918 г.

4. Сколько наркомов было в составе первого советского правительства?

а) 13,

б) 15,

в) 20,

г) 27.

5. Кто командовал Северным фронтом (со стороны белых) в годы Гражданской войны?

а) Миллер,

б) Мюллер,

в) Юденич,

г) Врангель,

д) Краснов.

Политический кризис конца 1920- начала 1921 гг. Победа в гражданской войне в глазах узкой группы членов Политбюро ЦК РКП (б) явилась подтверждением правильности их политики. Однако абсолютного единства в оценке этой политики у партии в целом не было.

Во-первых, существовали разные точки зрения на методы управления экономикой и на отношения с крестьянами. Крестьяне явно стремились освободиться от непосильной продразверстки и несправедливости, чинимой большевиками. Они не ставили под сомнение необходимость революции и Советской власти. Но политика военного коммунизма вызывала у них взрыв возмущения. В сознании крестьян утвердилось мнение, что советская власть переродилась. Отсюда их лозунги – «За Советы без коммунистов!», «Долой коммунистов-насильников!». Отдельные большевики уже в 1920 г. стали осознавать ошибочность игнорирования интересов основной массы населения страны. Например, в январе член президиума Высшего совета Народного хозяйства (ВСНХ) Ю. Ларин, ранее убежденный противник рынка, выступил на III Всероссийском съезде народного хозяйства с предложением перейти от военно-коммунистических методов руководства народным хозяйством к принципиально новой политике, в частности, ввести вместо продразверстки налог, который был бы вдвое ниже продразверстки. Это получило поддержку съезда, но встретило резкое недовольство руководства партии. В том же месяце за неоднократные предложения по «изменению политики в области зарплаты, твердых хлебных цен и способов заготовки продуктов, которые равносильны отказу от тарифной и продо-вольственной политики», Политбюро исключило Ю. Ларина из состава Президиума ВСНХ. Такое же по духу предложение в феврале внес Л.Д. Троцкий в Политбюро (оно было отклонено 15 голосами против 4). Над созданием нового механизма поощрения крестьян за сданный хлеб думали губернские продовольственные коллегии Самарской, Северо-Двинской, Смоленской и других губерний, Кубани, Прикамья. Это могло предотвратить массовые трагедии 1920-1921 гг. Но В.И. Ленин категорически выступил против. Чрезвычайно упрямый и негибкий как политик, В.И. Ленин продолжал рассматривать восставших как бандитов1. В результате война с крестьянами продолжилась.

Во-вторых, к концу войны сложились напряженные отношения между партийным руководством и рядовыми членами партии. Руководители многих губернских партийных организаций (в частности, Тулы, Рязани, Самары, Уфы, Оренбурга, Брянска, Орла, Северодвинска) сохраняли власть лишь путем несозыва партийных конференций.

В-третьих, ряд большевиков с дооктябрьским партийным стажем осознали огромный разрыв между дореволюционными демократическими идеями и реальностью. Поэтому весной 1920 г. возникли группы «Демократический централизм» и «Рабочая оппозиция». Они выступили против монополии партии на государственную власть и потребовали от партийного руководства передачи власти в сфере промышленности рабочим в лице профсоюзов и специальных рабочих комитетов, В.И. Ленин с аргументами этих групп в целом согласился, но убедил партию, что сейчас не время реализовывать их предложения.

[1 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 43. С. 10.]

Таким образом, многие большевики осознавали, что присущие военному коммунизму методы управления народным хозяйством уже несостоятельны. Однако В.И. Ленин отметал все сомнения в правильности выбранного курса. Будучи марксистом, он не видел будущего у товарно-денежных отношений, поэтому политику «военного коммунизма» считал соответствующей социалистическому идеалу. В результате в 1920 г. эта политика не изменилась, хотя военная угроза миновала. Более того:

– в январе был принят декрет о всеобщей трудовой повинности и трудовых мобилизациях,

– в ноябре оказалась национализирована даже мелкая «промышленность» (под эту категорию подпадали предприятия с более чем пятью работающими при механическом двигателе или с десятью – без такого двигателя),

– в декабре в городах была отменена плата за продовольственные пайки и коммунальные услуги, в январе 1921 г. – квартплата,

– в феврале 1921 г. СНК расширил ассортимент продуктов сельского хозяйства, подлежащих разверстке.

Между тем, страна пребывала в развалинах. Производительность труда составляла 20% от уровня 1913 г., объем промышленного производства – 14%, товарооборот – 8%. Зерновое производство сократилось до 64%, но объем продуктов, поступавших на продажу, составлял только 8%. Поэтому в целом по стране городское население сократилось на 50%, а в ведущих промышленных центрах – в 5-7 раз. Массовое бегство рабочих в деревни привело к закрытию десятков заводов. Руководство большевистской партии это оценивало как результат действия антинародных сил: всякого рода контрреволюционеров, кулаков, белогвардейцев, международной и российской буржуазии. Собственную вину за эту национальную катастрофу В.И. Ленин и его ближайшие соратники отвергали. Отчаянную вооруженную борьбу крестьян Воронежской и Тамбовской губерний, Среднего Поволжья, Дона, Кубани, Западной Сибири (общей численностью около 200 тыс. человек) против продразверстки, забастовки 350 тыс. рабочих из оставшихся на заводах и фабриках 1 млн. В.И. Ленин и его окружение воспринимали как борьбу классового врага с со-ветской властью. Однако весной 1921 г. им пришлось отменить свою политику.

НЭП. В феврале 1921 г. около тысячи рабочих металлистов Москвы и Московской области собрались на конференцию. С ее трибуны они потребовали замену продразверстки продналогом. В.И. Ленин на конференции присутствовал, и выступления ораторов для него оказались неожиданностью. В том же месяце на забастовки поднялись рабочие Петрограда (власти не могли обеспечить их продовольствием, в тоже время привозить хлеб из деревни не разрешалось под угрозой ареста). В ответ большевики 24 февраля объявили в городе чрезвычайное положение. Разрешение ездить в деревни за продовольствием несколько смягчило ситуацию. Тем не менее, через четыре дня восстал Кронштадт. Основным лозунгом восставших было устранение большевиков.

На явный внутрипартийный кризис и фактически вновь вспыхнувшую гражданскую войну надо было как-то реагировать. Поскольку центральным социальным вопросом оставалось обеспечение продовольствием, то 24 февраля и 7 марта 1921 г. специальные комиссии обсуждали предложение о замене продразверстки продналогом.

С 8 по 16 марта в Москве проходил X съезд РКП (б). Вопрос о замене продразверстки продналогом был поставлен на обсуждение за день до закрытия съезда, Это говорит о том, что он не был для делегатов важным. И все-таки начало новой экономической политики было положено.

В.И. Ленин рассматривал замену продналога продразверсткой как уступку крестьянству, которая не должна выйти за экономические рамки. Восставших крестьян он рассматривал как врагов. Поэтому наступление на крестьянские армии Тамбовской и Воронежской губерний после X съезда РКП (б) не было приостановлено, наоборот – численность Красной Армии в этих губерниях к лету 1921 г. была увеличена вдвое – до 100 тыс. человек.

В марте ВЦИК утвердил положение о продналоге. Его размер становился в 2 раза меньше размера прежней разверстки. Недостающий хлеб большевики планировали получить путем «социалистического товарообмена». Предполагалось, что крестьяне повезут оставшееся после уплаты налога продовольствие в города на специальные склады, где в обмен на него получат промышленные товары.

Промышленных товаров, конечно, не оказалось. Поэтому в мае большевикам пришлось легализовать свободную торговлю, а с ней и весь комплекс товарно-денежных отношений. В июле СНК восстановил плату за железнодорожные и водные перевозки грузов и пассажиров, в августе – за услуги почт, телеграфа, коммунальные услуги и т.д.

Следующий шаг в развитии НЭПа явился результатом голода 1921-1922 г. Крестьяне с недоверием восприняли решение X съезда и последующие постановления правительства. Они по-прежнему ожидали привычных конфискаций, поэтому весной 1921 г. не увеличили посевы. Между тем летом Среднее и Нижнее Поволжье, юг Украины и Крым поразила засуха. В результате на территории с населением 33 миллиона зимой 1921-1922 г. разразился голод.

Эта катастрофа заставила большевиков сконцентрировать внимание на будущем урожае. После длительных обсуждений в мае 1922 г. ВЦИК принял «Основной закон о трудовом землепользовании», разрешавший аренду земли и наем батраков.

В промышленности НЭП проявился в виде денационализации и переводе предприятий на начала хозрасчета, в праве предприятий реализовывать часть своей продукции и частичном самоснабжении ими необходимым сырьем.

В производстве и торговле частным лицам было разрешено открывать и брать в аренду мелкие и средние предприятия. В финансовой сфере появились частные банки и страховые общества.

Таким образом, НЭП представлял собой ряд вынужденную политику, вызванную не осознанием большевиками исторического тупика, в который они завели Россию, а тяжелым политическим положением, в котором оказалась они сами. Все пять руководителей РКП (б) – В.И. Ленин, Л.Д. Троцкий, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев и И.В. Сталин – оставались последовательными противниками НЭПа и изменили свою экономическую политику лишь под угрозой новой гражданской войны. Это была политика вынужденного компромисса. И как только возникла иллюзия стабилизации положения, большевики по-пытались вернуться к своим социально-экономическим планам.

Уже в марте 1922 г. В.И. Ленин сказал на XI съезде партии: «Мы год отступали. Мы должны сказать от имени партии: достаточно!». В том же месяце в письме к Л.Б. Каменеву он зловеще пророчествовал: «Величайшая ошибка думать, что нэп положил конец террору. Мы еще вернемся к террору и к террору экономическому».

НЭП в промышленности был остановлен в 1922 г. В сентябре Совет труда и обороны поручил ВСНХ и Народному комиссариату по труду приостановить денационализацию. Затем последовал комплекс декретов о свертывании экономической свободы предприятий, действующих на основе коммерческого расчета. На государственных предприятиях в том году работало 3 млн. человек, на частных – 70 тыс. Это соотношение до конца 20-х гг. практически не менялось.

Наступление на НЭП в аграрной сфере началось в 1923 г. Разрешив торговать, большевики оставили за собой возможность диктовать цены. Даже Троцкий в октябре 1923 г. был вынужден признать: «Чудовищно возросшее несоответствие цен на промышленные и сельские продукты равносильно ликвидации новой экономической политики».

Допуская существование частной инициативы, большевики путем издания в 1922 г. Гражданского кодекса РСФСР существенно ограничили свободу предпринимательской деятельности, виды и размер имущества. Прежде всего, из частного оборота изымалась земля. Кроме этого, произвольно толкуя нормы гражданского права, должностные лица на местах существенно сдерживали развитие хозяйственной инициативы. И партия это приветствовала.

Предоставляя гражданам некоторые экономические права, призывая их участво-вать в выводе страны из кризиса, РКП (б) не наделила их политическими правами. Статья 9 Конституции 1918 г. закрепляла диктатуру пролетариата и беднейшего крестьянства, ставила задачу полного подавления буржуазии. Все это без каких-либо изменений было перенесено в Конституцию 1924 г. Всякий, кто использовал наемный труд или жил на процент с капитала, был лишен политических прав. Поэтому НЭП фактически был неконституционной политикой. В этих условиях экономические и социальные свободы граждан не могли быть стабильными и долговременными. Достаточно было изменения расстановки сил в руководстве большевистской партии, чтобы дарованные частникам и предпринимателям свободы без труда устранялись одним или несколькими декретами. Что и произошло в конце 20-х гг.

Политические процессы

Борьба с социалистическими партиями. По окончании гражданской войны отношение большевиков к эсерам и меньшевикам несколько смягчилось:

– в августе 1920 г. ослабло преследование этих партий со стороны ВЧК,

– тогда же открыто прошла конференция меньшевиков,

– левым эсерам разрешили выпускать журнал,

– представители этих партий присутствовали на VIII Всероссийском съезде Советов в декабре 1920 г. и даже выступали на нем.

Используя открывшиеся легальные возможности, эсеры и меньшевики вновь начали настойчиво предлагать демократизацию политической жизни страны, что грозило большевикам поражением на первых же демократических выборах.

Еще в мае 1920 г. большевики в Омске сфабриковали антиэсеровский процесс, обвинив их в сотрудничестве с А.В. Колчаком. В декабре 1921 г. ЦК РКП (б) принял решение о полной ликвидации партии эсеров. В начале 1922 г. было решено организовать несколько «образцовых громких воспитательных процессов» (по аналогии с омским) с целью создания в обществе отрицательного мнения об эсерах и меньшевиках. В марте на XI съезде РКП (б), то есть до суда, В.И. Ленин заявил, что все подсудимые должны быть расстреляны.

В это время большевики настойчиво стремились к прорыву международной изоляции. Руководители европейских социал-демократических партий обещали помочь при условии, что суд над эсерами будет открытым, обвиняемым предоставят адвокатов и смертные приговоры не вынесут.

Суд над 47 руководителями эсеровской партии начался в Москве 8 июня. Через неделю представители европейских социал-демократических партий пришли к выводу, что ради вынесения смертных приговоров большевики ведут дело с нарушением всех норм судопроизводства. 19 июня эти представители покинули большевистскую Россию.

Подсудимые прекрасно осознавали замысел большевиков. Но, будучи профессиональными революционерами, они не защищались, а нападали. В результате процесс стал рушиться на глазах. Чтобы эсеровское видение политики не стало достоянием публики, большевики поторопились завершить процесс.

7 августа «суд» приговорил 12 обвиняемых к смертной казни, 10 получили от 2 до 10 лет тюремного заключения. Однако выступление мировой общественности – А.М. Горького, А. Франса, Р. Роллана, Г. Уэльса, Б. Шоу, И. Жолио-Кюри, А. Эйнштейна, Ф. Нансена и многих других – оказалось столь мощным, что ВЦИК не решился утвердить смертный приговор.

Что касается меньшевиков, то многие их них были высланы за границу и в отдаленные районы страны еще в январе 1921 г. В 1923 г. ЦК РКП (б) организует движение за самороспуск меньшевистских организаций.

8 мае 1925 г. арестован последний состав Центрального бюро правых эсеров. В 1928 г. ликвидирована последняя анархическая группа. К этому времени никакой опасности для большевиков они уже не представляли.

Таким образом, несмотря на отсутствие у большевиков широкой социальной базы, в первой половине 20-х гг. они завершили утверждение своей монополии на политическую власть.

Борьба с церковью. На очереди оказалась церковь. Требовался лишь предлог, и вскоре он был найден.

В условиях разрастающегося голода церковь весной 1922 г., предложила часть своих богатств для помощи голодающим. Но большевикам нужен был конфликт, поэтому они предпочли богатства изъять. Естественно, это вызвало протест прихожан и церковных иерархов. В.И. Ленин занял максимально жесткие позиции. В одной из инструкций он писал: надо арестовать «как можно больше, не меньше, чем несколько десятков представителей местного духовенства, местного мещанства, и местной буржуазии по подозрению в прямом или косвенном участии в деле сопротивления декрету ВЦИК об изъятии церковных ценностей…Чем большее число реакционного духовенства им реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».

Выполняя указание своего вождя, большевики по всей стране организовали суды над священниками. Наиболее крупным стал процесс в Петрограде, где на скамье подсудимых оказалось 87 церковных иерархов. Из них 10 приговорили к расстрелу, 49 получили от 7 дней до 5 лет заключения, остальных оправдали. Степень фальсификации суда оказалась настолько откровенной, что даже видный большевик, член ВЦИК Д.Б. Рязанов выступил резко против такого приговора. Благодаря его участию 6 человек удалось спасти от расстрела. Всего в 1922-1923 гг. репрессиям подверглись более 20 тыс. священников и верующих.

В 1925 г. скончался патриарх Тихон. Новые выборы не состоялись. В 1927 г. митро-полит Сергий призвал к подчинению «законной власти России».

Борьба с интеллигенцией. Параллельно с борьбой против эсеров и церкви большевики искореняли остатки свободомыслия.

Автономию высших учебных заведений большевики ликвидировали еще в 1921 г.

В 1922 г. был создан Главлит, обязанный искоренить «враждебные выпады» против марксизма в печати. Затем началась борьба с конкретными публицистами и учеными. В июле 1922 г. В.И. Ленин в письме в ГПУ дал указания: «Комиссия под надзором Манцева, Мессинга и др. должна представить списки, и надо бы несколько сот подобных господ выслать за границу безжалостно. Очистить Россию надолго… Озеров, как и все сотрудники «Экономиста», – враги самые беспощадные. Всех их – вон из России. Делать это надо не сразу. К концу процесса эсеров, не позже. Арестовать несколько сот и без объявления мотивов – выезжайте, господа».1

Вскоре в крупных городах были проведены аресты видных деятелей культуры и науки. Для придания своим действиям видимости юридической законности в августе 1922 г. ВЦИК принял декрет «Об административной высылке лиц, признаваемых социально опасными». И осенью из страны были высланы 160 «особо активных контрреволюционных элементов», среди них: философы Н.О. Лосский, Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, С.Л. Франк, Л.П. Карсавин, историки А.А. Кизеветр, С.П. Мельгунов, социолог П.А. Сорокин. Часть «менее активных» была отправлена в Сибирь.

Положение в РКП (б) – ВКП (б). В 1921 г. в РКП (б) насчитывалось 732 тыс. чел. Большевики с дореволюционным стажем составляли менее 2%. Остальные же вступили в партию в годы гражданской войны. 40% составляли рабочие, причем на заводах из них осталось лишь 11%, остальные уже занимали управленческие должности. Это означало, что их мышление и поведение определялись не марксистской теорией, а сиюминутными хозяйственными проблемами, которые надо было решить и которые не решались из-за экономического кризиса. Большевики представляли собой партию ожесточившихся в годы войны, грубых и необразованных людей (90% из них имели начальное образование), обуреваемых идеей переустройства мира.

В течение 20-х гг. высшим органом партии являлись съезды. Они созывались и проходили в демократической обстановке, поскольку делегатами съездов были большевики с дооктябрьским стажем и участники Гражданской войны. Манипулировать такими людьми никто не решался. Но начиная с состоявшегося в 1925 г. XIV съезда ВКП (б) делегатами съездов становились не выбранные своими партийными организациями, а назначенные вышестоящими партийными органами люди. С этого года значение съездов в жизни партии стало снижаться, а роль Политбюро – возрастать.

Политбюро тогда состояло из семи человек: В.И. Ленина, Л.Д. Троцкого, Г.Е. Зиновьева, Л.Б. Каменева, И.В. Сталина, А.И. Рыкова, М.П. Томского и Н.И. Бухарина. Ключевую роль играла первая пятерка. В.И. Ленин вступил на путь революционной борьбы в 23 года, Л.Д. Троцкий – в 17 лет, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев и И.В. Сталин – в 18. В.И. Ленин проучился в университете несколько месяцев и был исключен за участие в студенческих беспорядках, прошел университетский курс самостоятельно, сдал экзамены и получил диплом юриста. Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев проучились в университетах по два семестра, Л.Д. Троцкий – несколько месяцев, И.В. Сталин не окончил духовную семинарию.

Все они обладали непомерными амбициями:

– уже в 1919 г. Иващенково было переименовано в Троцк. В 1922 г. такой же чести удостоилась Гатчина,

– в 1924 г. Елизаветград стал называться Зиновьево, Юзовка превратилась в Сталино, Енакиево – в Рыково,

– В.И. Ленин был «скромнее»: в Москве в 1919 г. появилась Ленинская слобода, Ульяновская улица, застава Ильича и Тулинская улица (в честь одного из его псевдонимов). Он очень любил фотографироваться и позировать художникам. В.И. Ленина рисовали художники Андреев, Алексеев, Альтман, Малявин, Пархоменко, американец Цезаре. Бродский нарисовал картины «Ленин за шахматами», «Ленин скрывается от шпионов», «Ленин и Троцкий появляются в Смольном», «Покушение на заводе Михельсона», «Ильич на субботнике», «Ленин на трибуне конгресса Коминтерна», «Ленин принимает крестьянских ходоков», «Напутствие красноармейцам», «Их карта бита».

[1 РЦХИДНИ. Ф. 2. Оп. 2. Д. 1338. Л. 1-2. 226]

В мае 1922 г. В.И. Ленин перенес первый инсульт с частичным расстройством речи. К работе врачи разрешили приступить лишь в конце сентября. Но в декабре его поразил сначала второй инсульт, а вскоре – третий, обернувшийся параличом правой стороны тела. Политическая деятельность В.И. Ленина закончилась. С декабря 1922 г. по март 1923 г. он диктует несколько писем и статей. Плохо понимая суть происходящих в стране и мире процессов, В.И. Ленин уже не смог ответить на действительно важные вопросы, встававшие перед партией и страной. Поэтому эти статьи и письма не встретили понимания со стороны его товарищей и на судьбу страны влияния не оказали. В марте В.И. Ленин перенес четвертый инсульт, в результате которого потерял речь. В этих условиях между четырьмя руководителями Политбюро ЦК РКП (б) и началась борьба за власть.

Главным претендентом на власть, безусловно, являлся Л.Д. Троцкий. Его популярность была огромной, уступая лишь известности и влиянию В.И. Ленина. Но о статусе вождя мечтали также Г.Е. Зиновьев с Л.Б. Каменевым. Г.Е. Зиновьев был руководителем Петроградской партийной организации и председателем Коминтерна, Л.Б. Каменев – заместителем В.И. Ленина по СНК и председателем Моссовета. Их поддержал секретарь ЦК РКП (б) И.В. Сталин, которого Л.Д. Троцкий раздражал своим снобизмом и самоуверенностью.

В конце 1922 г. Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев и И.В. Сталин начали плести интриги для ослабления влияния Л.Д. Троцкого. Осенью 1923 г. конфликт перешел практически в открытую фазу.

Начавшаяся в условиях НЭПа относительная демократизация экономических отношений требовала хотя бы минимальной перестройки в политике. Между тем, в отношениях между партией и Советами, партией и рабочим классом, большевиками и другими социалистическими партиями никаких изменений не происходило. Дело дошло до того, что летом на промышленных предприятиях вспыхнули антибольшевистские выступления рабочих. Внутри самой партии также росло недовольство антидемократическими методами работы с массами и установившимися бюрократическими отношениями. Для анализа этих опасных настроений в сентябре был созван пленум ЦК РКП (б). Ничего принципиально он, конечно, улучшить не мог, поэтому конфликт разрастался.

В октябре 46 большевиков с дореволюционным партийным стажем выступили с резкой критикой руководства партии.

Основной причиной их недовольства стали бюрократические методы общения с партией и народом. Оппозиционеров поддержал Л.Д. Троцкий. Однако ни он, ни авторы письма причины перерождения не понимали.

Ключевой причиной бюрократизации РКП (б) и отказа от демократических принципов устройства самой партии явились изменения места партии в политической системе и ее функций.

До революции главными функциями РКП (б) были теоретическая и идеологическая. Для их выполнения требовалась демократия, поскольку приказным порядком такая работа вестись не могла. И она существовала в тех объемах, какие позволяло нелегальное положение партии.

После революции РКП (б) все свои силы сконцентрировала на организации государственной власти. В 1923 г. численность государственных служащих составляла 1,2 млн. человек, кроме того, 103 тыс. работало в системе кооперации, 28 тыс. – в профсоюзах, 50 тыс. – в армии. Чтобы обеспечить воплощение в жизнь своей политики партия должна была в максимальной степени заполнить управленческие должности своими людьми. Демократия в этих условиях, естественно, отодвигалась на задний план, поскольку работа государственных органов строилась на основах централизма и исполнительной дисциплины.

После окончания гражданской войны объемы народнохозяйственных задач еще более возросли. Чтобы обеспечить движение к поставленным целям при неработающем хозяйственном механизме и враждебности основной массы населения, РКП (б) должна была взять на себя выполнение максимального объема управленческих функций. В 1920 г. в ЦК и губернских комитетах РКП (б) были созданы учетно-распределительные отделы, занимавшиеся передвижением партийных кадров. С 1923 г. отдел ЦК возглавил И.В. Сталин. Перед ним стояла задача: охватить партийным влиянием весь хозяйственный и государственный аппарат. Для этого был установлен «твердый перечень должностей, по которым назначение, перемещение и смещение работников всегда и обязательно производится через ЦК». Таких должностей было определено от 3,5 тыс. до 4 тыс. – так называемая Номенклатура № 1. В Номенклатуре № 2 назначение и смещение работников производилось ведомствами с обязательным уведомлением ЦК – 15 тыс. мест. В Номенклатуру № 3 были включены должности уездного масштаба – 29 тыс.

Между тем принцип назначения распространился и на партию. В 1922 г. он был закреплен в Уставе партии. С лета 22 по осень 23 г. из 191 секретаря губернского комитета ВКП (б) выбранными оказались лишь 97, остальные были назначены. Игнорирование принципов демократии возводилось в партийную норму.

В 1919 г. в партии появилась должность секретаря по организационно-партийным вопросам, осенью того же года их уже было двое, а через год – трое. По мере увеличения объема работы, секретари набирали себе технический аппарат. В 1920 г. в аппарате ЦК насчитывалось от 120 до 150 человек, в 1923 г. уже 705. Это было вполне логично: большой объем работы компенсировался увеличением числа исполнителей. Между тем, этот технический аппарат стал функционировать без консультаций с партийными организациями. Таким образом, реальная власть оказалась в руках партийных чиновников.

Против такого положения в партии и попыталась выступить группа во главе с Л.Д. Троцким, призывая к демократизации внутрипартийных отношений. Однако в условиях малочисленности рабочего класса, низкого культурного уровня основной части партии, и главное – враждебности основной массы населения страны по отношению к большевикам, демократизация внутрипартийных отношений могла обернуться ослаблением политического влияния партии. Предложения Л.Д. Троцкого по демократизации внутрипартийных отношений неминуемо вели к утрате партией политической монополии, чего никто из его оппонентов, да и он сам допустить не могли. Поэтому у Л.Д. Троцкого не нашлось значительного числа союзников.

Утрата Л.Д. Троцким своего былого политического веса произошла вследствие недооценки им своих противников. Он не предполагал, что открытой дискуссии они предпочтут низкие интриги. Дело дошло до того, что даже единомышленница Г.Е. Зиновьева, Л.Б. Каменева и И.В. Сталина Н.К. Крупская в октябре 1923 г. на пленуме Центрального комитета РКП (б) и Центральной контрольной комиссии РКП (б) была вынуждена констатировать, что поведение «тройки» выходит за рамки партийного товарищества.

Осенью 1924 г. «тройка» разрослась до «семерки»: теперь, наряду с Г.Е. Зиновьевым, Л.Б. Каменевым и И.В. Сталиным, в нее вошли остальные члены Политбюро – А.И. Рыков, Томский, Бухарин и секретарь ЦК, председатель Центральной Контрольной Комиссии В.В. Куйбышев. Эта группа имела особый документ, регламентирующий ее деятельность, специальные шифры для общения. «Семерка» регулярно собиралась в кабинете Сталина и заранее предрешала все вопросы, выносившиеся на Политбюро.

Январский пленум 1925 г. осудил «совокупность выступлений Троцкого против партии». Хотя он был еще оставлен в Политбюро, его политическая карьера в СССР закончилась.

Но мир и согласие в Политбюро не наступили, поскольку уже во второй половине 1925 г. между Л.Б. Каменевым и Г.Е. Зиновьевым, с одной стороны, и И.В. Сталиным – с другой, началась борьба за место единоличного вождя.

Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев и И.В. Сталин являлись людьми с давно сложившимися взглядами. Как и В.И. Ленин, все они полагали, что социализм в СССР вне мировой пролетарской революции построить невозможно. В январе 1924 г. один из видных большевиков К.Б. Радек высказал сомнение в возможности мировой пролетарской революции. За такие крамольные мысли его чуть не исключили из партии. Однако вскоре у К.Б. Радека появился союзник, Н.И. Бухарин.

Поскольку, рассуждал Н.И. Бухарин, мировой революции в ближайшем будущем не предвидится, требуется принципиальное изменение внутренней политики партии: от фактической войны с крестьянами (путем подавления роста их экономических возможностей высокими налогами и ограничения их политических прав) требуется перейти к дальнейшему развитию НЭПа.

Будучи марксистами-догматами, Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев такое изменение политики принять не могли и оценили ее как предательство дела Октября. Действия И.В. Сталина в 30-е гг. покажут, что он полностью разделял взгляды своих личных врагов. Суть аргументов Н.И. Бухарина И.В. Сталин не понял и позиции его не принял. Но тогда Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев стояли на его пути, поэтому И.В. Сталин поддержал Н.И. Бухарина.

Возражения Г.Е. Зиновьева и Л.Б. Каменева были в духе марксизма и опирались на ленинские работы. Они утверждали, что социализм в отсталой России невозможен, поэтому сводили внутреннюю политику к необходимости продержаться до победы миро-вой революции. А поскольку основную массу населения страны составляли враждебные делу социализма крестьяне, то процесс ожидания, по мнению Зиновьева и Каменева, сводился к ускоренной индустриализации за счет новых налогов на крестьян. На практике это с неизбежностью обернулось бы состоянием необъявленной войны партии против основной части народа. Рядовые члены партии от этого состояния уже устали, поэтому поддержали Н.И. Бухарина и И.В. Сталина.

Привести серьезные аргументы против предложений Н.И. Бухарина, Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев не смогли. Тогда они обрушились на И.В. Сталина, который отвечал за работу партийного аппарата. На состоявшемся в 1925 г. XIV съезде ВКП (б) Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев потерпели поражение. Лично их еще избрали в ЦК, но сразу после съезда И.В. Сталин удалил их сторонников из партийного руководства.

В 1926 г. Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев объединились со своим бывшим противником – Л.Д. Троцким. Вскоре к ним присоединились члены партии с дооктябрьским стажем. Они разработали две оппозиционные программы – «Платформа 15», «Платформа 13». В них по-прежнему критиковался недемократизм И.В. Сталина и нереальность построения социализма в одной стране. Однако они ошибались в главном: не И.В. Сталин создал такую ситуацию в партии, а логика борьбы за власть экстремистской партии требовала выдвижения в высшие партийные структуры людей типа И.В. Сталина. И партийные массы это интуитивно понимали.

В равной степени единственно правильным в той ситуации оказались предложения Н.И. Бухарина об изменении отношения к крестьянству и началу строительства социализма в одиночку. Этот курс был не следствием теоретических рассуждений, а дикто-вался реальной внутренней и международной обстановкой. И он был правильным. Социализм планировалось строить в условиях классового мира, никаких репрессий тогда не предполагалось.

На июльском 1926 г. пленуме ЦК ВКП (б) сторонники Л.Б. Каменева и Г.Е. Зиновьева были устранены из Политбюро. Руководство партией досталось И.В. Сталину.

Центральные конституционные государственные органы. Структура центральных органов власти в 20-е гг. оставалась неизменной, менялась лишь частота созывов съездов Советов.

Центральные представительные органы. В соответствии с Конституцией 1918 г., съезд Советов должен был созываться не менее двух раз в год. Но в 1921 г. и 1922 г. он созывался по одному разу, в 1923 г. не созывался вообще. Это было вызвано слабостью политической позиции большевиков (они опасались, что в условиях массовых антибольшевистских настроений не смогут провести на съезды своих сторонников). Принятая в 1924 г. Конституция СССР частоту созывов съездов оставила прежней. Механизма защиты Конституции не существовало. Поэтому состоявшийся в 1927 г. IV съезд Советов, как высший представительный орган власти, внес в 11-статью Конституции поправку: отныне съезды созывались один раз в два года.

В перерыве между съездами работал ВЦИК, состоящий из 501 участников. Между сессиями ВЦИКа на постоянно действующей основе работал Президиум ВЦИК в количестве 21 человека.

Конституция наделяла одновременно съезд Советов, ВЦИК и Президиум ВЦИК высшими законодательными, исполнительными и контролирующими полномочиями.

В 1924-1925 гг. лишенные избирательных прав в сельской местности составляли 0,8%, а в городах – 2,7% населения. В сравнении с выборами в Государственную думу 1910 г., когда правом голоса обладали лишь 15% населения, это было совсем немного1. Правда, политическая система России с 1905 г. являлась многопартийной, чего в большевистской системе не было. А это уже представляло собой большую опасность для будущего страны.

Центральные исполнительные органы. До 1924 г. СНК обладал как законодательными, так и исполнительными функциями. Конституция оставила за ним лишь исполнительные прерогативы.

СНК осуществлял руководство 11-ю наркоматами.

В конце 1920 г. был создан Совет труда и обороны – СТО. В Конституции 1918 г. он не значился. Но СТО не только управлял страной наряду с СНК, но и принимал законодательные решения.

Полномочия и функции правительства зависели от человека, который его возглавлял. Первым главой СНК и СТО был В.И. Ленин, поэтому эти органы и были в стране реальной властью: с 1917 г. по 1921 г. съезды Советов приняли 34 постановления, Президиум ВЦИК – 46, ВЦИК – 299, СТО – 118, СНК – 1364, другие ведомства – 7712. Политбюро, Оргбюро и Секретариат занимались тогда партийно-политической работой и в работу правительства не вмешивались.

В.И. Ленин, в связи с болезнью, отошел от активной государственной деятельности фактически уже весной 1922 г. С весны 1923 г. он уже не двигался и не говорил. Можно предположить, что если бы В.И. Ленин оставался главой правительства, властные возможности правительства остались бы в той же мере широкими, как и при его жизни. В.И. Ленин скончался 25 января 1924 г., а 31 января 1925 г. была принята новая Конституция. Законодательные возможности СНК были значительно урезаны. Как и положено любому правительству, оно стало высшим исполнительным органом.

Лакмусовой бумажкой власти во всех странах является подчиненность спецслужб. Они находятся в ведении только реальных государственных сил. В молодой советской республике такой службой являлась Всероссийская чрезвычайная комиссия – ВЧК. Первые годы она подчинялась правительству. Но со второй половины 1921 г. она начала составлять ежемесячные информационные обзоры и направлять их И.В. Сталину. Это означает, что власть начала переходить к ЦК РКП (б).

[1 Лазаревский Н.И. Русское государственное право. Т. 1. СПб., 1912. Т. 1. С. 480.]

[2 Дурденевский В. Совет народных комиссаров // Советское право. 1922. №1. С. 58.]

Судебная система. Положение о судоустройстве РСФСР было утверждено ВЦИК в 1922 г.

Судебная система состояла из двух частей: системы народных судов и специальных.

Система народных судов включала в себя:

– Верховный суд РСФСР и его коллегии,

– губернский суд,

– народный суд в составе постоянного народного судьи и двух народных заседателей,

– народный суд в составе постоянного народного судьи.

Судьи и заседатели народных судов избирались губисполкомами из рабочих, крестьян и военнослужащих, обладающих двухлетним стажем работы в государственных или общественных организациях или трехлетним стажем работы в органах юстиции на должностях не ниже следователя. Основное значение придавалось политическим взглядам кандидатам в судьи, а не его юридической подготовке.

К специальным судам относились:

– военный трибуналы,

– трудовые сессии народных судов,

– земельные комиссии,

– арбитражные комиссии при СТО и губернских экономических совещаниях.

В 1922 г. ВЦИК принял «Положение об адвокатуре».

На протяжении 20-х гг. расширялась компетенция Верховного Суда СССР. Например, в 1926 г. он был признан кассационной инстанцией по делам, рассмотренным военными трибуналами, в 1929 г. он получил право рассматривать в надзорном порядке любое дело, рассмотренное судами союзных республик.

В этот период, в соответствии с теорией самоуправления народа, власть передала дела по мелким правонарушениям на рассмотрение общественных судов. В городах они создавались на предприятиях и в организациях решением ВЦИК и СНК в августе 1927 г. и назывались сначала «товарищескими», а потом – «производственно-товарищескими». А в сельской местности такие суды возникли в 1930 г.

Правоохранительные органы. Основным содержанием этой системы являлся отказ от эпохи чрезвычайных органов, которые в годы революции и гражданской войны руководствовались понятием «революционная законность», и переход к нормальному праву с определенной гарантией прав личности и имущества граждан. Однако поскольку политическое положение большевиков оставалось шатким, в отношении их политических противников этот переход и не предполагался.

Прокуратура. В 1922 г. ВЦИК утвердил «Положение о прокурорском надзоре». В отличие от дореволюционных времен, на прокуратуру возлагалась новая функция: надзор за законностью действий органов власти. К сожалению, реализовать эту функцию советской прокуратуре не удалось. В частности, одной из причин этой неудачи стало место прокуратуры в структуре государственных органов: она создавалась не как автономная система, а в качестве отдела Наркомюста. Народный комиссар юстиции одновременно являлся Прокурором Республики. Это делало прокуратуру зависимой от исполнительной власти.

Органы государственной безопасности. К 1922 г. функции ВЧК оказались чрезвычайно широкими. Например, она вела борьбу с хищениями угля на железных дорогах, проверяла билеты. При этом являлась органом внесудебной расправы (присвоив себе еще в феврале 1918 г. право расстрела). В таком качестве она была уже не нужна, и в 1922 г. оказалась ликвидированной. Вместо ВЧК создавалось Главное политическое управление – ГПУ. Ее руководителем стал бывший руководитель ВЧК – Ф.Э. Дзержинский.

На ГПУ возлагались задача борьбы с контрреволюцией путем обысков и арестов. Внесудебные репрессии отменялись, а подготовленные дела передавались в суд.

Правда, для подавления открытых контрреволюционных выступлений ГПУ в своем распоряжении имело специальные войска. А при проведении военных операций соблюсти законность было довольно сложно. Однако партийно-государственному руководству этого оказалось мало, поэтому через 9 месяцев после создания ГПУ ВЦИК своим декретом от 16 октября предоставил ему право внесудебной расправы. В структуре ГПУ было создано Особое совещание, которое фактически стало органом внесудебной расправы с политическими противниками большевиков.

В 1923 г., после образования СССР, было создано Объединенное государственное политической управление – ОГПУ (с теми же задачами, что и ГПУ).

Эта структура очень быстро расширила свои права. Уже в мае 1924 г. ей были подчинены в оперативном отношении милиция и уголовный розыск. В том же году был еще более увеличен список тех, против кого можно было применять внесудебную расправу: контрабандисты и совершившие «насилия над пограничной охраной»1. В 1927 г. этот список по-полнялся дважды. Фактически ОГПУ оставалось органом внесудебной политической расправы. Однако в этот период ОГПУ занималось не только выполнением своих непосредственных обязанностей, но и решением неотложных хозяйственных задач: борьбой с разрухой, эпидемиями, с перебоями в работе транспорта, с детской беспризорностью.

Рабоче-крестьянская инспекция. Верные своим идеалам, большевики по-прежнему стремились создать систему самоуправления народа. Ради этого они в 1920 г. придумали новую полуобщественную-полугосударственную организацию – Рабоче-крестьянскую инспекцию (РКИ).

В основном в ее состав входили рабочие, делегированные со своих предприятий на четырехмесячный срок. В государственных структурах они в лучшем случае могли обнаружить некоторые бюрократические недостатки. Поэтому в 1923 г. совместным декретом ЦИК и СНК «О реорганизации народных комиссариатов рабоче-крестьянской инспекции союзных республик» функции РКИ были уточнены: отныне они сводились к разработке методов научной организации труда в государственном аппарате и проверке эффективности его работы. Кроме того, поскольку выполнение этих задач требовало знания механизма работы государственных органов, набор рабочих в РКИ был прекращен, а ее штат резко сокращен. Фактически это означало очередной провал идеи самоуправления народа.

Адвокатура. Одновременно с созданием прокуратуры ВЦИК в мае 1922 г. принял Положение об адвокатуре. На нее возлагалась задача защиты обвиняемых по уголовным делам, представительство сторон в гражданском процессе и консультация населения по юридическим вопросам. В 1923 г. более 70% адвокатов имели высшее юридическое образование, полученное в царских учебных заведениях.

Армия. По окончании гражданской войны Красная армия насчитывала 5,5 млн. человек. В мирных условиях такая численность уже не требовалась. Страна переживала кризис, и содержать многомиллионные вооруженные силы было экономически невозможно. Поэтому уже к 1923 г. армия была сокращена до 600 тыс. человек. Но поскольку в случае войны это создавало бы опасность из-за отсутствия значительного числа обученных солдат, совместным декретом ЦИК и СНК СССР 1923 г. «Об организации территориальных войсковых частей и проведении военной подготовки трудящихся» наряду с кадровыми создавались милиционнотерриториальные части.

[1 Коровин В.В. История отечественных органов безопасности. М., 1998. С. 29. 232]

Милиционно-территориальные части укомплектовывались кадровым составом на 15-20%. Остальные призывались из числа военнообязанных несколько раз в течение четырех лет на общий срок не более пяти месяцев.

К 1926 г. было сформировано 46 милиционно-территориальные дивизий и 31 кадровая. Первая группа представляла собой пехотные войска, вторая – технические (авиация, артиллерия и другие технические войска).

Такой тип армии был сугубо оборонительным и относительно дешевым.

Местные государственные органы. К местным органам относились республиканские органы, областные, губернские, уездные, волостные, городские и сельские. Они строились по типу центральных и копировали их недостатки.

Прямая демократия. Обуреваемые великой и благородной идеей переустройства мира ради ликвидации социальной несправедливости, большевики вместо совершенствования европейского парламентаризма приступили к созданию системы самоуправления народа. За образец была взята Парижская коммуна 1871 г. То, что она просуществовала всего лишь 72 дня и возникла не в многомиллионной стране, а в городе с населением в 1,5 млн. человек, ни К.Маркса, ни В.И. Ленина не насторожило. Оба они считали, что коммуна пала не в результате ошибочности самой идеи прямой демократии, а из-за подавляющего военного преимущества ее противников и ошибок руководителей. В.И. Ленину важно было что-то противопоставить буржуазной демократии.

Эта идея в огромной России с неграмотным населением, ведущим натуральное хозяйство, уже к лету 1918 г. показала свою несостоятельность. Большевики расценили ее крах как результат начавшейся гражданской войны, поэтому после ее окончания вновь вернулись к созданию системы самоуправления народа.

В феврале 1920 г. в целях всемерного привлечения трудящихся к управлению государством был создан Народный комиссариат рабоче-крестьянской инспекции. Низовые структуры этого комиссариата создавались на каждом предприятии и в сельской местности. Его деятельность распространялась на все органы государственного аппарата.

В апреле 1921 г. СНК РСФСР принял декрет «О привлечении работниц и крестьянок к работе в советских учреждениях». В соответствии с ним устанавливалась система, когда в течение двух недель практикантки должны были приходить на работу в советские учреждения. Основное место работы на это время за ними бронировалось. Вскоре аналогичный декрет был принят в отношении молодежи.

Вроде бы существовал и другой путь обучения народа самоуправлению – через демократизацию избирательной системы. Однако как раз этого большевики сделать не могли. Когда в 1925 г. ВКП (б) несколько расширила избирательные права крестьян, их явка возросла с 35% до 50,8%, но число коммунистов в Советах сократилось. Решение 1925 г. пришлось отменить.

Таким же противоречивым было отношение партии к профсоюзам. С одной стороны, представители профсоюзов были включены во все государственные органы – ВЦИК, СНК, Госплан и т.д. Ни один закон или циркуляр, касающийся условий оплаты труда или каких-либо социальных проблем, без представителей профсоюзов в 20-е гг. не рассматривался. Но на обсуждение ключевых проблем страны представители профсоюзов в эти органы не приглашались. В условиях социального кризиса существовала реальная угроза выхода профсоюзов из-под контроля партии и превращения их в политических оппонентов. Для того чтобы этого не произошло, РКП (б) ограничила сферу деятельности профсоюзов вопросами рабочего быта.

Большевики поощряли активность населения лишь в выгодном и безопасном для себя направлении. В соответствии с решением состоявшегося в мае 1923 г. XIII съезда РКП (б) был взят курс на патронаж общественных организаций. А они возникали чуть ли каждый день: «Левый фронт искусств», «Искусство коммуны», «Российская ассоциация пролетарских музыкантов». Некоторые из них – «Коммунистический союз молодежи», «Международная организация помощи борцам революции» (МОПР), общество «Долой неграмотность», «Общество содействия обороне и авиационно-химическому строительству» (ОСОАВИАХИМ) – насчитывали миллионы членов. Но аполитичные организации были оставлены наедине со своими проблемами и вскоре из-за отсутствия финансовой поддержки закрылись. Например, прекратило свое существование «Общество истории и древностей Российских» при Московском университете, созданное в 1804 г., «Русское ар-хеологическое общество» (1846 г.), «Московское археологическое общество» (1865 г.). И др.

Основной формой самоуправления в стране оставались сельские сходы. Они со-хранялись, несмотря на столыпинскую реформу и перипетии гражданской войны. До 1927 г., сходы и большевистские сельские советы существовали как бы параллельно, естественно, властью крестьяне признавали именно сходы. Это было традиционно, понятно и справедливо. Такое положение власть терпеть, конечно, не могла. Поэтому в соответствии с решениями ВЦИК и СНК от 14 марта 1927 г. сельские советы взяли сходы под жесткий контроль.

Вопрос об образовании в 1922 г. СССР является одной из самых политизированных, то есть искаженных и запутанных научных проблем. В течение всего времени существования Советского Союза – 1922-1991 г., – власть находилась в руках РКП (б) – КПСС, поэтому беспристрастного научного анализа этой проблемы быть не могло. Лишь после краха СССР в 1991 г. стало ясно, что это государственное образование было искусственным и держалось на насилии. Современные историки Украины, Закавказья и Средней Азии сегодня по-иному смотрят на прошедшие десятилетия и события начала 20-х гг. XX в. Их взгляды научные версии позволяют создать более объективную картину процесса возникновения Советского Союза.

В советской историографии рассматривался, в основном, национальный аспект этой научной проблемы. На самом деле этих аспектов два:

– соотношение центральных и местных органов власти,

– национальная политика центральных органов власти.

Разграничение функций центральных и местных органов власти.

К началу 20-х гг. на территории бывшей российской империи существовало несколько независимых советских республик: РСФСР, Украинская, Белорусская, Азербайджанская, Армянская, Грузинская, Бухарская, Хорезмская и Дальневосточная.

Дальневосточная республика – временное государственное образование в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Ее создание было вызвано стремлением большевистского правительства избежать войны с Японией, войска которой оккупировали часть Дальнего Востока. Эта республика была создана в 1920 г. Площадь – свыше 15 кв. км, население – население – 1,8 млн. человек. В феврале 1922 г Красная Армия переела в наступление и к ноябрю 1922 г. вытеснила японцев с Дальнего Востока. Решением ВЦИК Дальневосточная республика была присоединена к РСФСР.

Украина и Белоруссия были включены в состав РССР в 1918-1919 гг., Армения и Азербайджан, Бухара и Хорезм – в 1920 г., Грузия – в 1921, Дальневосточная республика – в 1922 г. Руководство в этих республиках было передано местным коммунистам. Тем не менее, и они стремились к определенным политическим и экономическим свободам. Например, Азербайджан и Грузия пытались самостоятельно вести торговлю с соседними странами, срывали монополию внешней торговли, введение единой денежной единицы. С другой стороны, Москва то и дело бесцеремонно вмешивалась в дела республик. Непрерывные конфликты (прежде всего, с Киевом и Тифлисом, требовали юридического разграничения полномочий между центральным правительством и местными органами власти.

Для этого в августе 1922 г. Политбюро ЦК РКП (б) организовало специальную комиссию. Ее руководитель – И.В. Сталин – полагал, что либерализм в сфере национального строительства времен гражданской войны был вызван ее экстремальными условиями. И настаивать на их сохранении после окончания войны политически нецелесообразно, поскольку это порождает хаос, конфликты и обиды, мешает проводить единую хозяйственную политику. По его мнению, националисты лишь прикрывались коммунистическим флагом, а на самом деле вступили на путь сепаратизма. И.В. Сталин стремился найти такую форму объединения, которая заставила бы республики подчиниться центру. Исходя из этого, он разработал проект автономизации. В соответствии с ним Украина, Белоруссия и закавказские республики входили в РСФСР на правах автономных. (С Бу-харской, Хорезмской и Дальневосточной республиками предполагалось сохранить прежние договорные отношения).

В письме от 22 сентября И.В. Сталин доказывал В.И. Ленину, что надо спешить с созданием нового государства, т.к. время работает против объединения. Созданная Политбюро комиссия, некоторые партийные лидеры Украины (например, В. Затонский и Д.З. Мануильский), Центральные комитеты компартий Азербайджана и Армении поддержали сталинский план создания унитарного государства. Но Грузия и Украина выступили резко против. Глава правительства Украины Х.Г. Раковский доказывал, что идеи И.В. Сталина противоречат политике нэпа. Ему удалось убедить в этом И.В. Ленина, который неожиданно изменил свою позицию. В.И. Ленин не считал идею создания унитарного государства принципиально ошибочной, но на тот момент несвоевременной. Поэтому предложил создать федеративный союз независимых, суверенных, равноправных республик. Н.И. Бухарин, Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев поддержали В.И. Ленина. Комиссия ЦК РКП (б) также одобрила его проект.

26 декабря в Москве был созван X Всероссийский съезд Советов. 30 декабря он переименовал себя в первый Всесоюзный съезд Советов и в этом качестве утвердил Декларацию и Договор об образовании СССР в ленинском варианте. Но В.И. Ленин в это время был уже парализован и ситуацию в партии не контролировал, поэтому его идея на съезде была проведена формально, без дискуссий. Механизм ее воплощения в жизнь предварительно разработан не был.

В мировой практике федерация, построенная по этническому признаку – редкость. В подавляющем большинстве случае они построены по территориальному (как в США) или историческому (как в ФРГ) принципу. Фиктивность советской национальной федерации зависела не от болезни В.И. Ленина. Осенью 1922 г., фактически уже оторванный от управления государством, он рассуждал как теоретик. И.В. Сталин же должен был создать юридический документ. И как практик И.В. Сталин интуитивно осознавал, что в условиях нэпа и всеобщей нищеты федерализм, а тем более старое большевистское положение «о праве нации на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства», могут обернуться реальным основанием для развала страны.

Конституция 1924 г. Работа над новой конституцией началась в январе 1923 г. Конституционная комиссия активно работала с национальными республиками и областями. Итогом этой работы, в частности, стало создание в ЦИК второй палаты – Совет Национальностей, из представителей национальных регионов. Однако работой комиссии были довольны далеко не все. Ее критики считали, что комиссия поднимает не самые важные вопросы.

В апреле 1923 г. на XII съезде РКП (б) республиканские руководители попытались ослабить властные полномочия центральных государственных органов. Однако сделать этого не удалось.

В мае 1923 г. И.В. Сталин добился ареста члена своего наркомата (Народного комиссариата по делам национальностей) Султан-Галиева, выступавшего за создание мусульманской автономии из народов Поволжья и Приуралья. Остальные руководители уже не выступали. В том же месяце Президиум ЦИК СССР создал 6 комиссий (по основным разделам конституции). В мае ЦИК СССР для окончательной редакции конституции на основе 6 комиссий создал одну из 25 человек. Х.Г Раковского, Б. Мдивани, Ф.И. Махарадзе и остальных оппонентов И.В. Сталина в ней не оказалось.

Большевистские руководители ясно сознавали формальность, недемократическую сущность нового государственно-территориального устройства. Но полагали, что унитаризм является более приемлемой формой коренной реконструкции всего общества, нежели федерация:

– во-первых, СССР создавался как временное средство сдерживания националистических сепаратистских тенденций;

– во-вторых, большевики собирались строить общество пролетарского братства, где национальность не будет иметь значения.

Главная причина провала идеи создания демократического федеративного государства состояла в том, что власть в новом государстве прочно контролировала РКП (б), а она была устроена недемократично.

В документах середины 20-х гг. подчеркивалось, что СССР представляет собой единое союзное государство, слово «федерация» встречалось в них крайне редко. В сравнении с Конституцией 1918 г., в конституции 1924 г. значительно выросло число вопросов, относящихся к ведению центральных органов власти.

Национальная политика ВКП (б). (В связи с образованием СССР, большевистская партия, именовавшаяся ранее «Российская коммунистическая партия (большевиков)» с 1925 г. стала именоваться «Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков)».

Вторым аспектом проблемы образования СССР являлась национальная политика. Эта политика осуществлялась по ряду направлений.

Главным – было преодоление разницы в уровне жизни разных народов за счет большего финансирования национальных регионов. На протяжении всей дальнейшей истории действовало правило «больше тому, кто слабее».

Второе направление – уточненение административных границ проживания отдельных народов. Например, в 1924-1925 гг. было проведено национально-государственное размежевание в Средней Азии. На территории Туркестанской АССР Бухарской и Хорезмской народных республик образовались Узбекская ССР и Туркменская ССР. Это давало возможность более полно развивать национальные культурно-бытовые традиции.

Третье направление – вовлечение в систему управления национальных регионов национальные кадры. Это давало возможность формироваться национальной государственности.

В 20-е гг. содержание права определялось узкой группой большевиков, захвативших власть в 1917 г. и сохранивших ее в ожесточенной гражданской войне. Однако те наивные схемы, которые он создали в своем воображении в предреволюционные годы и которые попытались реализовать в зимой 1917-1918 гг., вызвали гражданскую войну. После ее окончания жизнь заставила большевиков действовать иначе, в результате появился НЭП. Таким образом, вторым источником права 20-х гг. стала сама жизнь, требовавшая учета экономических законов и психологии народа.

Законодательство этого периода обрело некоторые позитивные черты:

– были точнее определены органы, обладающие возможностями нормотворчества. Ими остались съезды Советов, ВЦИК, Президиум ВЦИК и СНК, наркоматы же такой возможности лишились,

– VIII Всероссийский съезд Советов (1920 г.) обязал Президиум ВЦИК не позднее чем за две недели до начала сессии ВЦИК публиковать в печати проекты нормативно-правовых актов,

– законодательными правами (в социальной сфере) были наделены некоторые общественные организации, например – ВЦСПС,

– были созданы первые советские кодексы,

– появились такие важные правовые категории как: «правовая ответственность», «правовые гарантии», «»правовые санкции», «субъективное право». Это даже в некоторой степени закладывало основы правовой культуры1.

Но негативных черт было бесконечно больше.

Прежде всего, сама идея права рассматривалась как буржуазная, с ее дальнейшим отрицанием. В 1921-1922 гг. среди большевиков-юристов развернулась дискуссия о «революционной законности»2. Прийти к пониманию необходимости права ее участникам не удалось. Большевики-юристы знали, что НЭП – вынужденная политика, поэтому по-прежнему пропагандировали нигилистическое отношение к праву. Председатель Верховного суда РСФСР (!) П.С. Стучка писал: «С точки зрения исторического материализма, права, как какой-то самостоятельной силы, регулирующей общественные отношения людей, нет»3. Эту точку зрения полностью разделял Л.М. Каганович: «Наши законы определяются революционной целесообразностью в каждый данный момент»4.

Поставить себя в правовые рамки власть не могла и не хотела. В результате в законодательстве сохранялись пробелы, заполнявшиеся «революционной законностью». Статья 9 УК РСФСР 1922 и ст. 4 Гражданско-процессуального кодекса РСФСР 1923 г. определяли «социалистическое правосознание» руководящим началом для применения кодексов. Это было немного лучше, чем «революционное сознание», но принципиально ситуация не менялась.

Законодательство этого периода сочетало в себе два противоположных начала: законность и беззаконие. Первое проявлялось в создании кодексов, а второе – в деятельности репрессивной системы, которая фактически оказалась вне законодательных рамок.

[1 Алексеев С.С. Теория права. М., 1995. С. 297.]

[2 Она нашла отражение на страницах журналов «Пролетарская революция и право», «Советское право» в 1921- 1923 гг.]

[3 Он же. Энциклопедия государства и права. М. 1925-1926. С. 14.]

[4 Каганович Л. М. Двенадцать лет строительства советского государства и борьба с оппортунизмом // Советское государство и революция права. 1930. № 1. С. 9.]

Работа над новой конституцией началась в январе 1923 г. Конституционная комиссия активно работала с национальными республиками и областями. Итогом этой работы, в частности, стало создание в ЦИК второй палаты – Совет Национальностей, из представителей национальных регионов. Однако работой комиссии были довольны далеко не все. Ее критики считали, что комиссия поднимает не самые важные вопросы.

В апреле 1923 г. на XII съезде РКП (б) республиканские руководители попытались ослабить властные полномочия центральных государственных органов. Однако сделать этого не удалось.

В мае 1923 г. И.В. Сталин добился ареста члена своего наркомата (Народного комиссариата по делам национальностей) Султан-Галиева, выступавшего за создание мусульманской автономии из народов Поволжья и Приуралья. Остальные руководители уже не выступали. В том же месяце Президиум ЦИК СССР создал 6 комиссий (по основным разделам конституции). В мае ЦИК СССР для окончательной редакции конституции на основе 6 комиссий создал одну из 25 человек. Х.Г Раковского, Б. Мдивани, Ф.И. Махарадзе и остальных оппонентов И.В. Сталина в ней не оказалось.

Конституция состояла из двух разделов: Декларации об образовании СССР и Договора об образовании СССР.

В Декларации изложены причины, вызвавшие объединение РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР (Армения, Азербайджан и Грузия) в рамках единого государства, и принципы, на которых создавался СССР. Она была написана еще в 1922 г. для I Съезда Советов СССР и вошла в текст Конституции без изменений.

Договор же подвергся значительному увеличению: если в 1922 г. он насчитывал 26 статей, то в 1924 г. их стало 72. Договор подразделялся на 11 глав: 1. О предметах ведения верховных органов власти СССР, 2. О суверенных правах союзных республик и о союзном гражданстве, 3. О Съезде Советов СССР, 4. О Центральном Исполнительном Комитете СССР, 5. О Президиуме ЦИК СССР, 6. О СНК СССР, 7. О Верховном Суде СССР, 8. О Народных комиссариатах СССР, 9. Об ОГПУ, 10. О союзных республиках, 11. О гербе, флаге и столице СССР.

Высшими органами власти в СССР являлись съезд Советов. В период между съездами работал Центральный Исполнительный Комитет (ЦИК), состоявший из двух палат – Союзного Совета и Совета Национальностей. Нижней палатой был Союзный Совет. Он состоял из 414 человек (по 5 человек от каждой союзной и автономной республик и по одному – от автономных областей). Верхней палатой считался Совет Национальностей. Он состоял из 100 человек. На совместном заседании обеих палат избирался Президиум ЦИК в количестве 21 человека. ЦИК образовывал исполнительные органы – СНК.

Создавалось также 10 наркоматов: 5 общесоюзных (иностранных дел, военных и морских, внешней торговли, путей сообщения, почт и телеграфов) и 5 одноименных. Последние имели в республиках одноименные наркоматы. Помимо одноименных в республиках имелись республиканские наркоматы: земледелия, здравоохранения, внутренних дел, юстиции, просвещения, здравоохранения, социального обеспечения.

Большевистские руководители ясно сознавали формальность, недемократическую сущность нового государственно-территориального устройства. Но полагали, что унитаризм является более приемлемой формой коренной реконструкции всего общества, нежели федерация:

– во-первых, СССР создавался как временное средство сдерживания националистических сепаратистских тенденций;

– во-вторых, большевики собирались строить общество пролетарского братства, где национальность не будет иметь значения.

Главная причина провала идеи создания демократического федеративного государства состояла в том, что власть в новом государстве прочно контролировала РКП (б), а она была устроена недемократично.

В документах середины 20-х гг. подчеркивалось, что СССР представляет собой единое союзное государство, слово «федерация» встречалось в них крайне редко. В сравнении с Конституцией 1918 г., в конституции 1924 г. значительно выросло число вопросов, относящихся к ведению центральных органов власти.

Гражданское право. К подготовке гражданского кодекса в Наркомюсте приступили в 1921 г. Перед законодателем стали две противоположные задачи. С одной стороны, жизнь требовала признания права на существования частной собственности на средства производства. С другой – отрицание частной собственности являлось экономической основой марксизма.

Авторы первоначального проекта воспринимали НЭП как новый этап большевистского государства, принципиально отличающегося от политики «военного коммунизма» гражданской войны. Они воспользовались давно разработанными на Западе гражданско-правовыми нормами и заложили определенные правовые возможности для предпринимательства. Однако, ознакомившись с проектом, В.И. Ленин настоял на расширении вмешательства государства в частноправовые отношения. В результате кодекс вышел противоречивым: с одной стороны, путем предоставления предпринимателям гражданско-правовых свобод, он должен был помочь поднять экономику из руин, с другой – не позволить реанимироваться частнособственническим тенденциям и настроениям.

ГК РСФСР был принят в 1922 г. Он состоял из 435 статей, сгруппированных в четыре раздела: общая часть, вещное, обязательственное и наследственное право.

Закон различал государственную, кооперативную и частную формы собственности. Но экономическая сфера находилась под жестким контролем со стороны государства, поэтому свобода предпринимательской деятельности была существенно ограничена. Власть определяла виды и размеры имущества, дозволенного в частнопредпринимательской сфере. Например, владельцы полученных по наследству домов не могли их продать. Для сдающих свои дома в наем устанавливались предельно допустимые размеры платы с жильцов. Закон не давал возможность участникам договора самим определить размеры договорных сумм и сроки договоров и другие элементы обязательств, договоры займа не должны были превышать 6%. Причем местные должностные лица произвольно увеличивали ограничения для предпринимателей, и власть смотрела на это сквозь пальцы. Все это происходило потому, что законодатель рассматривал НЭП как временный период, а, следовательно, и ГК РСФСР – как временный кодекс.

Земельное право. Переход к НЭПу потребовал внесения изменений в существующие нормативно-правовые акты, которые регулировали земельные отношения в деревне. Поэтому в октябре 1922 г. ВЦИК принял Земельный кодекс РСФСР. Он состоял из Основных положений и трех частей: «О трудовом землепользовании», «О городских землях и государственных земельных имуществах», «О землеустройстве и переселении». В нем были развиты положения, впервые сформулированные еще Декретом о земле: отмена частной собственности на землю, запрет на покупку, завещание, дарение, залог и продажу. Новеллой было лишь его соответствие периоду НЭПа: в случае, когда крестьянская семья была не в состоянии обработать свой участок земли, допускалась трудовая аренда (на срок не более года разрешалась).

Но развитие НЭПа требовало дальнейшего развития рыночного механизма в деревне. И в 1925 г. СНК разрешил применение наемного труда в крестьянских хозяйствах. Разумеется, власть подробно оговорила права батраков.

Колхозное право. Основным предназначением той отрасли права являлось упрощение процесса создания коллективных хозяйств. Начало ему было положено принятым в августе 1921 г. совместным декретом ВЦИК и СНК «О сельскохозяйственной кооперации».

В первой половине 20-х гг. крестьяне больше объединялись ради совместно производственного снабжения и сбыта продукции. Во второй половине – началось увеличение числа производственных кооперативов. Это позволило ЦИК и СНК СССР в марте 1927 г. принять постановление «О коллективных хозяйствах», в котором были намечены меры помощи всем формам объединений крестьян: товариществам по совместной обработке земли, артелям и коммунам. Правительство предоставляло им разнообразные льготы.

Финансовое право. Полный развал экономики в целом и финансов в частности вынудили большевиков перейти к НЭПу. Осуществление экономической цели – создание безрыночной, плановой экономики – на время пришлось отложить. Вместо этого началось создание налоговой системы, стабилизации финансов и бюджета. Работа в этом направлении началась с принятия в октябре 1921 г. ВЦИКом декрета «О мерах по упорядочению финансового хозяйства».

Была восставлена кредитная система, созданы коммерческие, кооперативные и коммунальные банки.

В 1922 г. несколько видов налогов было сведено в единый натуральный, а на следующий год, когда финансовая система окрепла, натуральный налог заменили на денежный.

Устанавливался бюджет страны. В 1921-1923 г. была проведена финансовая реформа, укрепившая советский рубль. Это позволило правительству приступить к введению внутренних государственных займов. И все-таки, из-за бедности населения в середине 20-х гг. 70% бюджета формировалось за счет отчислений предприятий.

В 1921 г. в определенной степени была восстановлена финансовая автономия губернских органов власти.

В проведении финансовой политики правительство осуществляло классовый под-ход. Например, с простого единоличника брали 18 руб. налога, а с крепкого хозяина – 172 руб. На сверхприбыль был установлен специальный налог. К 1927 г. более 30% бедняцких хозяйств было вообще освобождено от налога.

Уголовное право. С окончанием гражданской войны чрезвычайная юрисдикция вроде бы себя изжила, поэтому в 1922 г. был принят Уголовный кодекс РСФСР. Он состоял из Общей части и Особенной. Части делились на главы, а те, в свою очередь – на статьи. Всего в нем насчитывалось 227 статей.

В Общей части определялись пределы действия УК, общие начала применения наказания, порядок определения наказания, их виды и порядок отбывания.

Особенная часть подразделялась на 8 глав: 1. Государственные преступления, 2. Должностные (служебные) преступления, 3. Нарушение прав отделения церкви от государства, 4. Преступления хозяйственные, 5. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, 6. Имущественные преступления, 7. Воинские преступления, 8. Нарушения правил, охраняющих здоровье, общественную безопасность и порядок.

УК был написан на основе теории «социальной защиты». Его цель состояла не в наказании конкретных преступников и правонарушителей (не случайно в нем нет понятия «наказание»), а «социальная защита» от потенциальных противников – «лиц, представляющих опасность своей связью с преступной средой или своей прошлой деятельностью». Например, уголовные наказания применялись к членам небольшевистских партий. А поскольку в стране разрешенной осталась лишь ВКП (б), то все остальные партии считались антисоветскими. Ее членов наказывали даже в том случае, если суд не находил в их действиях состава преступления.

Мера наказания определялась не рамками «от» и «до», а «не ниже…». То есть суд определял лишь верхнюю планку наказания.

Смертной казни в перечни видов наказания не было. В соответствии с программной установкой РУП (б), она уходила в прошлое. Однако в статье 33 делалась оговорка, что революционные трибуналы могут применять эту меру. Даже в годы гражданской войны смертная казнь рассматривалась как чрезвычайная мера наказания, теперь же она вводилась в обычную практику уголовного права.

Хотя роста преступности в 20-е гг. не отмечалось, суды все реже приговаривали к штрафам и принудительным работам и все чаще – к лишению свободы.

Смысл реформы уголовного законодательства заключался в устранении чрезвычайных мер времен гражданской войны. Но сделать этого не удалось, наоборот: если раньше ВЧК была органом временным и чрезвычайным, то ГПУ стало постоянным и официальным. Термин «контрреволюционер» трактовался очень широко.

В 1924 г. были приняты Основные начала уголовного законодательства СССР. Это был общесоюзный уголовный кодекс. Каких-либо принципиальных изменений этот кодекс не внес. Власть по-прежнему делала различие между преступлениями, «направленными против основ советского строя», и всеми остальными. По отношению к первым, помимо наказания за конкретные действия, к «контрреволюционерам» применялись «меры социальной защиты»: наказание могло последовать за принадлежность к определенной потенциально опасной для большевистской власти социальной группе.

Свой кодекс большевистская власть традиционно нарушала. Так, через три месяца после введения в действие УК РСФСР, ВЦИК предоставил ГПУ право внесудебной расправы вплоть до расстрела. Таким образом, даже при наличии норм УК, призванных защитить граждан от произвола государства, эти нормы сознательно игнорировались самой властью. Не имея возможности доказать право на свое существование с помощью политической агитации, большевики охраняли свою власть путем применения уголовных норм.

Трудовое право. Кодекс законов о труде (КЗоТ) был утвержден постановлением ВЦИК в ноябре 1922 г. Он состоял из общей части и 17 разделов (192 статьи): 1. О порядке найма и предоставлении рабочей силы, 2. О порядке привлечения к трудовой повинности, 3. О коллективных договорах, 4. О трудовом договоре, 5. О правилах внутреннего трудового распорядка, 6. О нормах выработки, 7. Вознаграждение за труд, 8. Гарантии и компенсации, 9. Рабочее время, 10. Время отдыха, 11. Об ученичестве, 12. Труд женщин и несовершеннолетних, 13. Охрана труда, 14. О профессиональных союзах рабочих и служащих и их органах по разрешению конфликтов по рассмотрению дел по нарушению законов о труде, 16. О социальном страховании.

В условиях окончания войны отпала необходимость в трудовых мобилизациях. От методов принуждения в регулировании трудовых отношений большевистское государство перешло к методам свободного найма рабочей силы. Отныне основанием для поступления на работу становился трудовой договор. Поскольку появились частные и кооперативные предприятия, то большая роль в защите прав трудящихся отводилась профсоюзам.

Семейное право. В 20-е гг. в обществе были распространены иллюзии относительно быстрого революционного переустройства всей жизни, и, в частности, института брака. Считалось, что брак – это один из пережитков прошлого. Поэтому широко распространился гражданский, или фактический брак. Его признание в качестве юридического стало основным нововведением нового Семейного кодекса 1926 г.

«Кодекс законов о браке, семье и опеке». От прежнего кодекса он отличался значительно большим объемом: состоял из 4 разделов и 143 статей.

Признание гражданского брака законным устранило из оборота понятие «внебрачные дети». Но не устраняло установление отцовства с последующей выплатой алиментов.

Брачный возраст повышался для женщин с 16 лет до 18.

Восстанавливался институт усыновления.

Гражданское процессуальное право. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР был принят в 1923 г. Он состоял из пяти частей, 36 глав и 316 статей.

ГПК РСФСР последовательно регламентировал все стадии гражданского процесса, закреплял гарантии объективности рассмотрения дел судами. Источниками являлись действующее законодательство, распоряжения высших и местных органов государственного управления (издаваемых в пределах их компетенции). ГПК уходил от порочной практики вынесения решений на основе революционного правосознания.

Уголовно-процессуальное право. Первый УПК РСФСР был принят в 1922 г., а уже в 1923 г. – новый, более совершенный. Он состоял из шести отделов (которые делились на 32 главы и 465 статей).

Кодекс утвердил процессуальные гарантии неприкосновенности личности. Важнейшей из них являлся принцип лишения свободы и заключения под стражу только в порядке, определенным в законе (ст. 5 УПК РСФСР). Однако на органы ОГПУ этот принцип не распространялся. Не в полной мере его соблюдали и правоохранительные органы.

УПК РСФСР значительно расширил право обвиняемого на защиту. Прежде всего, предусматривалось обязательное участие защитника при рассмотрении дел в суде. Суд был обязан исследовать все обстоятельства дела, включая те, что могли смягчить вину обвиняемого.

В определенной степени это привело к сокращению масштабов репрессий, однако полностью оградить граждан от произвола государства не удалось. В кодексе не нашла место такая важнейшая гарантия права личности, как презумпция невиновности.

Суды должны были рассматривать дела даже в случае неполноты законов или их неясности. Это ориентировало суды на применение аналогии, что влекло за собой произвол властей. Как в гражданском, так и в уголовном процессе действовал только кассационный порядок пересмотра судебных решений.

Значительным шагом назад, в сравнении с дореволюционным уголовным правом, являлось применение наказания по аналогии. Отталкиваясь от «революционного сознания», судья наказывали за действия, которые не определялись в УК РСФСР как преступные.

Исправительно-трудовое право. Исходя из убеждения, что основным средством перевоспитания правонарушителей является труд, СНК РСФР в ноябре 1921 г. принял декрет «Об использовании труда заключенных в местах лишения свободы и отбывающих принудительные работы без лишения свободы».

В октябре 1924 г. ВЦИК утвердил «Исправительно-трудовой кодекс РСФСР». Он регулировал организацию и режим содержания осужденных.

Кодекс состоял из общих положений и 10 отделов. Предполагалось, что содержание заключенных «не должно иметь целью причинение физических страданий и унижение человеческого достоинства». Вместо развития тюремной системы, был взят курс на увеличение «трудовых, сельскохозяйственных, ремесленных и фабричных колоний и переходных исправительно-трудовых домов».

Режим содержания заключенных зависел от их классового происхождения: два дня работы заключенных из рабочих и крестьян засчитывался за три. Профессиональные преступники и заключенные «не из трудящихся» содержались в более суровых условиях.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. Почему НЭП весной 1921 г. охватил только сферу экономики и не коснулся политики?

2. Почему большевики разгромили восстание крестьян Тамбовской и Воронежской губерний?

3. Почему в 20-е гг. в СССР исчезла демократия?

4. Какой в действительности была форма административно-территориального устройства СССР: федеративной или унитарной?

5. Кто из членов Политбюро в 20-е гг. имел высшее образование?

6. Что такое «номенклатура»?

7. Чем было вызвано массовое распространение в 20-е гг. фиктивных браков?

8. Почему не удалось создать реальную федерацию, несмотря на то, что она была закреплена конституционно?

Тесты

1. Сколько человек было в Президиуме ЦИК в 1925 г.?

а) 21,

б) 50,

в) 69,

г) 115.

2. В каком году в РКП (б) появилась должность Генерального секретаря?

а) в 1917,

б) в 1922,

в) в 1924.

3. Какую отрасль большевистского права можно считать наиболее прогрессивной?

а) гражданское,

б) трудовое,

в) семейное.

4. Кто после смерти В.И. Ленина занял его должность?

а) И.В. Сталин,

б) Л.Д. Троцкий,

в) А.И. Рыков.

К концу 20-х гг. страна столкнулась с рядом серьезных проблем, связанных не столько с политикой ВКП (б), сколько с идеями социального равенства, утвердившимися в стране в ходе революции 1917 г.

Первую группу составляли экономические проблемы.

1. До революции развитие промышленности во многом обеспечивалось за счет ограбления деревни, иностранных инвестиций и экономической инициативы буржуазии. Все эти источники оказались утрачены. В результате, например, если в 1913 г. при вало-вом сборе в 76,5 млн. тонн зерна экспорт составил 9,6 млн., то в 1926 г. при сборе в 76,8 млн. вывоз составил 2,1 млн. тонн. С одной стороны, это означало, что крестьяне стали питаться гораздо лучше. Однако темпы развития промышленности при сохранении ненасилия в отношении деревни оказались более низкими, чем до революции. При сохранении верности идеям революции 1917 г. СССР мог превратиться в страну низко-рентабельных натуральных крестьянских хозяйств. Медленные темпы роста сельскохо-зяйственной продукции были вызваны также ценовой политикой государства, осмысленно устанавливавшего низкие цены на сельхозпродукцию, и завышавшего цены на промышленные товары. В результате значительная доля продукции оставалась у крестьян, в то время как горожане испытывали недостаток продовольствия.

2. Крестьянский труд фактически оставался ручным. Лишь 15% хозяйств имели те или иные сельскохозяйственные машины – сеялки, жнейки, молотилки и т.д. 28,3% крестьянских хозяйств не имели рабочего скота, 31,5% – пахотного инвентаря. Несмотря на НЭП шансов разбогатеть у подавляющей массы крестьян не было.

Экономические трудности порождали социальные.

1. До революции в городах, промышленных поселках, на строительстве и транспорте развивалась рыночная экономика, худо-бедно обеспечивающая работой с осени и до весны до 10 млн. крестьян. Но в ходе революции эта экономика оказалась сломанной, а на государственных заводах и фабриках рабочих мест было мало. Избыточное же население в деревне выросло до 20 млн. человек.

2. Население страны росло быстрее, чем валовые сборы зерна. В результате обеспеченность зерном на душу населения сократилась с 584 кг в 1913 г. до 484 кг в 1928 г.

3. НЭП ничего не дал деревенским беднякам, доля которых в общей массе сельских жителей начала расти.

Третья группа проблем носила политический характер.

1. НЭП не стыковался с антирыночными программными установками большевиков. Эта политика для них всегда была временной и переходной.

2. Большевики пришли к власти с обещаниями прорыва в светлое будущее. Между тем, после революции прошло уже десять лет, что в масштабах представлений простого человека было очень большим сроком. Жизни тех, кто в то время находился у власти, для вызревания предпосылок социализма естественным путем, могло просто не хватить.

3. НЭП противоречил также мировоззрению рабочих, которые в силу своего места в системе производства с ним никак не были связаны и ничего от него не получали.

Все это вместе взятое толкало большевиков к радикальной перестройке всей экономики.

Индустриализация. Впервые о необходимости ускоренного развития промышленности заговорили в 1926-1927 гг. Тогда в партии шла борьба с Л.Д. Троцким, Л.Б. Каменевым и Г.Е. Зиновьевым, выступавшими за ускоренную индустриализацию за счет усиления налогообложения с крестьян. Победившая сталинская группа вроде бы должна была по всем направлениям выступать против. Однако сама эта группа состояла из марксистов. Поэтому, изгнав из партии своих бывших товарищей, она приступила к выполнению их же программы.

Ускоренная реконструкция народного хозяйства, то есть превращение экономики страны из аграрной в индустриальную, началась осенью 1928 г. Положение И.В. Сталина тогда было непрочным: во взглядах на масштабы и темпы индустриализации, как в Политбюро, так и в ЦК ВКП (б), он имел серьезных противников. Поэтому официальное принятие явно спорного плана развития экономики страны на первую пятилетку состоялось лишь в апреле 1929 г. на XVI конференции ВКП (б), когда его положение упрочилось.

Кроме того, осенью 1929 г. в капиталистическом мире разразился тяжелейший кризис. Казалось, что крах капиталистической системы близок. Это подталкивало И.В. Сталина и его единомышленников к попытке в короткий исторический срок завершить социалистические преобразования.

Представление И.В. Сталина об индустриализации в своей основе были идентичны взглядам его недавних противников – Л.Д. Троцкого, Л.Б. Каменева и Г.Е. Зиновьева. В то же время между ними существовало и принципиальное различие: даже самые левые концепции перехода к социализму строились на основе учета объективных обстоятельств, И.В. Сталин же с ними принципиально не считался. Его победа в этот период была вызвана следующими обстоятельствами.

Во-первых, в ходе вакханалии борьбы с техническими специалистами (явившейся логичным завершением «Шахтинского дела») на место разоблаченных «инженеров-вредителей» назначались «красные директора», 89% из них имели начальное образование. В иных условиях они эти должности никогда бы не получили. Но они их заняли и были благодарны власти, которая поверила в них и так радикально изменила их судьбу.

Во-вторых, поколение старых большевиков уже не обладало властью, а руководители областных партийных организаций выдвинулись в годы гражданской войны. Решение проблем они осуществляли путем крайнего напряжения сил, командные методы были для них близки и понятны.

В-третьих, И.В. Сталин и его единомышленники упростили сложнейшие социально-экономические проблемы, что делало их доступными пониманию неграмотных людей.

В ноябре 1929 г. пленум ЦК ВКП (б) определяет новые экономические рубежи, а в декабре на съезде ударников И.В. Сталин выдвигает лозунг «Пятилетку – в четыре года!». Экономическая вакханалия началась.

Коллективизация. Курс на коллективизацию был взят в 1927 г. XV съездом ВКП (б). В апреле 1929 г. XVI конференция ВКП (б) приняла решение к 1934 г. коллективизировать примерно 20% крестьянских дворов. Этого было достаточно, чтобы напугать крестьян: летом начался массовый забой скота, что стало явным показателем нежелания крестьян идти в колхозы.

Между тем, 1929 г. выдался неурожайным. И.В. Сталину и его окружению это грозило повторением прошлогодних хлебозаготовительных трудностей. И он решился на рывок.

В ноябре 1929 г. своей статьей в «Правде» «Год великого перелома» он дает установку партийным и государственным органам на форсирование коллективизации. И.В. Сталин утверждал, будто середняк пошел в колхоз, чего на самом деле не было. В действительности летом 1929 г. в колхозах оказалось около 3,9% дворов, к ноябрю – 7,6%. Причем в большинстве случаев в колхозы вступали бедняки, которым нечего было терять. Идея колхоза не могла стать привлекательной: обещанные трактора не появились, поэтому колхозники работали на собственных лошадях, а заработок распределялся поровну. Ферм еще не существовало, колхозные коровы по-прежнему находились у своих бывших хозяев, а на молоко претендовали все колхозники.

Еще в ноябре В.М. Молотов утверждал, что вопрос о темпах коллективизации не встает. Однако в конце декабря на конференции марксистов-аграрников И.В. Сталин выступил с идеей «ликвидации кулачества как класса». Раскулачивание превратилось в инструмент, с помощью которого крестьян стали загонять в колхозы. Собственность кулака конфисковывалась, а сам он и его семья депортировались. Фактически это было началом радикального пересмотра всей внутренней политики. Новый курс не обсуждался ни на партийном съезде, ни на конференции. Это означало, что в партии исчезли остатки демократии.

На сталинскую коллективизацию крестьяне ответили массовым забоем скота (чтобы она не досталась государству) и вооруженной борьбой: только за январь-апрель 1930 г. произошло 6117 выступлений, насчитывающих в общей сложности 1,7 млн. участников. Возникла также реальная опасность срыва весеннего сева. Это побудило коммунистов сбавить темпы коллективизации.

Во второй половине февраля ЦК дал директиву о приостановлении давление на крестьян. И крестьяне получили передышку. Если к марту местные власти загнали в колхозы 56% крестьян, то на 1 июня их осталось 23%.

Осенью компания ликвидации свободного крестьянства возобновилась с новой силой. В сентябре 1930 ЦК ВКП (б) призвал местные партийные органы «добиться мощного подъема колхозного движения». В декабре ЦК потребовал нового ускорения. На этот раз власть стала действовать тоньше: путем двукратного увеличения налогов на единоличников.

Аналогичная вакханалия разворачивалась в промышленности. В январе 1930 г. последовало увеличение темпов строительства, летом – новое увеличение. В экономике страны воцарился хаос, темпы развития начали падать. Произошло гигантское распыление средств. Поскольку новые планы не соответствовали финансовым возможностям, строительство 40% начатых в 1929 г. объектов пришлось остановить.

Источником экономических авантюр являлись: увеличение налогов на все слои населения, обязательные займы, общее повышение цен в 4 раза, продажа музейных ценностей, использование труда заключенных. Главным источником индустриализации оставалось сельское хозяйство.

В марте 1931 г. партия провозгласила, что считает своим союзником только колхозника, а не крестьян вообще. Это подтолкнуло новую волну коллективизаторской активности местных партийных органов.

Выплачиваемые государством колхозам деньги едва покрывали 20% себестоимости сельхозпродукции. Цены на зерно колхозного производства государство установило в 10-12 раз ниже рыночных. В ответ крестьяне работали все хуже и хуже. Государству пришлось взять на себя регламентацию труда колхозников, но колхозный строй так и не стал эффективным. Производительность труда в личных подсобных хозяйствах была многократно выше, чем в колхозах.

Форсирование индустриализации и коллективизации продолжалось, хотя выполнение первой пятилетки явно срывалось. Собственную вину за это И.В. Сталин скрыл, заявив, что пятилетка выполнена за четыре года и три месяца.

На самом деле, сталинская политика обернулась заменой эффективных рыночных методов управления административными методами: бюрократический аппарат за годы пятилетки вырос в 16 раз. Экономические итоги коллективизации также оказались плачевными. Даже при условии существенного расширения посевных площадей валовые сборы зерна упали: в 1928 г. было собрано 73,33 млн. тонн, а в 1932 г. – 69,67. В 1928 г. было 70,5 млн. коров, а в 1932 г. – 40,7, свиней соответственно 26 и 11,6, овец и коз – 146 и 52,1. Но главное – достигнутые результаты не соответствовали дореволюционным идеалам большевиков.

Это вполне осознавалось сталинским окружением. Но тогда казалось, что эти недостатки являются естественным результатом первопроходцев и что в ближайшем будущем будет создана система, которая покажет свои преимущества. Ради быстрейшего во-площения этой системы в жизнь сталинисты отбросили последние формальности и не считались уже не только с бутафорскими, ничего не решающими съездами Советов, но и с партией.

Планы второй пятилетки оказались более реальными. Тем не менее, и они содержали значительный элемент волюнтаризма, поэтому партийно-государственное руководство добивалось их выполнения с помощью репрессий. Например, руководители должны были добиваться выполнения заданий вышестоящих органов под страхом привлечения к уголовной ответственности

Разумеется, использовались и другие методы. Положительный результат принесло изменение методов управления промышленностью. Некоторое перевыполнение планов обеспечило социалистическое соревнование. Правда, оно породило и значительные проблемы. Основную массу стахановцев составляли необразованные выходцы из деревни. Их искренний энтузиазм привел, во-первых, к дестабилизации управления (плановая экономика требовала четкой работы всех звеньев производства, а стахановцы этот план ломали). Во-вторых, – к росту эксплуатации всех остальных рабочих и служащих, поскольку были увеличены нормы выработки, достигнутые передовиками. В-третьих, ориентация на количественное перевыполнение плана обернулась падением качества.

В целом экономические итоги второй пятилетки были положительными. Однако они были достигнуты ценой колоссальных социальных издержек.

Социально-политические итоги политики ВКП (б). В течение первой половины 30-х гг. партийно-государственное руководство во главе со И.В. Сталиным добилось определенных социально-экономических результатов.

1. В соответствии с общим направлением развития мировой экономики, в СССР была проведена индустриализация. В результате чего в 1937 г. СССР по общему объему промышленного производства занял 2 место в мире, а его доля в мировом производстве выросла до 13,7% (тогда как если в 1913 г. Россия занимала 5 место в мире, а ее доля в мировом производстве составляла 3,14%).

2. Экономические достижения привели к социальным изменениям. Центральной социально-экономической проблемой России в течение веков являлся характер ее экономики, когда основной массе населения приходилось заниматься сельскохозяйственным трудом в зоне рискованного земледелия. В 1913 г. горожане составляли 20%, а в 1939 г. их доля выросла до 31,9%.

3. В конце 30-х гг. СССР находился на 1-м месте в мире по числу учащихся. Однако это были совсем не те результаты, ради которых возник марксизм, РСДРП, о чем мечтали большевики до 1917 г. Такими целями являлись социальная справедливость, народовластие и демократические свободы. Но теоретически социализм разработан не был, существовали лишь максимально общие марксистские постулаты об отсутствии в будущем обществе частной собственности и создании однородной социальной структуры. Поэтому вся энергия большевиков после 1917 г. была направлена на воплощении в жизнь, прежде всего, этих постулатов. В этом плане марксизм к середине 30-х гг. был реализован, и И.В. Сталин имел основания говорить о построении социалистического общества. Основные же цели могли быть достигнуты лишь в богатом гражданском обществе, чего в России не было ни к 1917 г., ни тем более в 30-е гг.

Сталинисты – собственно сам И.В. Сталин, К.Е. Ворошилов, Куйбышев, В.М. Молотов, А.А. Андреев, Л.М. Каганович – использовали эту систему для достижения экономического превосходства над капиталистическими странами и осуществления марксистских постулатов. Но эти цели нужны были не обществу, а узкой группе людей, оказавшихся на вершине власти. Ради них была переломана жизнь десятков миллионов человек.

Уничтожив материальные стимулы труда, сталинисты фактически остановили естественное развитие производительных сил. Даже задействовав в максимальной степени административные рычаги, они не могли создать эффективную экономическую систему. В советской экономике отсутствовал механизм сопоставления материальных и социальных затрат и результатов, что в принципе исключало ее эффективность. Управление экономикой сводилось к тому, что партийно-государственное руководство определяло экономические приоритеты и источники, за счет которых они будут достигнуты (основным источником на десятки лет вперед стало крестьянство, а приоритетом – добывающие и перерабатывающие отрасли и военно-промышленный комплекс). По масштабам уничтожения ресурсов советская экономика не имела аналогов в мире.

Эта экономика была ориентирована не на повышение уровня жизни людей, а на достижение количественного роста ради него самого (то есть 60-70% продукции добывающих и перерабатывающих отраслей использовалось для добычи и переработки новых объемов сырья).

Такая экономика могла существовать лишь при двух условиях: когда достижение производственных целей воспринималось народом как своя собственная, личная и важная задача, и при постоянном запугивании этого же народа возможностями вполне реальных репрессий.

И.В. Сталин и его единомышленники, вероятно, искренне считали, что, уничтожив частную собственность на средства производства, рынок и социально-классовые различия, они создали более совершенную с исторической точки зрения посткапиталистическую социальную систему. На самом деле к середине 30-х гг. окончательно оформился очередной вариант традиционного восточного общества, где все экономические и социальные процессы контролируются властью и находятся от нее в прямой зависимости. Разумеется, по уровню развития производительных сил, образованию и урбанизации он принципиально отличался от русского общества второй половины XVIII в. – первой трети XVIII в. Но в политических режимах и отношениях между властью и обществом никакой разницы не было. Российское общество за 20-30-е гг. сделало значительный шаг назад.

Созданная система ежедневно внушала мысль о своей народности, по сути же была глубоко аморальной и бесчеловечной:

– власть не испытывала к людям никакого сострадания,

– к концу 30-х гг. уровень жизни в крестьян (в целом по стране) оказался чуть выше, чем в 1913 г., а уровень жизни рабочих – ниже.

Если в 1905-1909 гг. царскими судами было привлечено к ответственности 2353 человека, то в СССР лишь в 1937-1938 гг. – 340846. Причем есть сведения, что в те годы до суда удавалось дожить лишь одному арестованному из трех. Человеческая жизнь для этой системы ничего не стоила, независимо от того жизнь ли это члена Политбюро или простого крестьянина. Тон такому отношению задавали члены Политбюро. Все они без исключения были бессердечными, крайне грубыми и жестокими.

Идейной сущностью сталинизма стала антигуманистическая, волюнтаристская идеология бюрократической элиты, абсолютизировавшей насилие. Сущностью социально-политических отношений была не диктатура пролетариата и даже не диктатура партии, а безграничная власть бюрократии. Сталинизм явился результатом противостояния объективных социально-политических и экономических возможностей развития СССР и попыток ВКП (б) придать этому развитию иное направление.

Всякое свободомыслие в стране решительно пресекалось. В марте 1935 г. был принят циркуляр, в соответствии с которым из библиотек убирались книги, брошюры и статьи Л.Д. Троцкого, Г. Зиновьева, Л.Б. Каменева. В июне того же года эта же участь постигла труды Е.А. Преображенского и Г.Я. Сокольникова. Со временем в черный список попали произведения Н.И. Бухарина, М.П. Томского, А.И. Рыкова и многих других. Как в мрачные времена средневековья, во дворах всех библиотек запылали костры из запрещенных книг.

Центральные государственные органы. Официальные, конституционные органы власти – съезды Советов – выполняли свое предназначение, пожалуй, только в 1918 г. Уже в 20-е гг. они превратились в фикцию и в таком качестве функционировали в течение 30-х г. Например, шестой съезд Советов СССР за 10 дней – с 8 по 17 марта 1931 г. – «рассмотрел» следующие вопросы:

1. Отчет правительства Союза ССР.

2. Совхозное строительство.

3. Колхозное строительство.

4. Доклад о конституционных вопросах.

Между 5-м и 6-м съездами Советов были приняты сотни законов, которые на шестом съезде даже не упоминались.

Замена в 1936 г. съездов Советов Верховным советом ничего не изменила: как съезды не могли серьезно работать над законами, так не мог это делать и Верховный совет.

В силу сессионного характера работы и незначительного числа членов, не являлись полноценными законодательными органами ВЦИК и Президиум ВЦИК. Ключевые вопросы этого периода – пятилетки, коллективизация, форсированная индустриализация – в этих структурах предварительно не рассматривались.

Но и высшие партийные органы также стали декоративными. С 1930 г. власть окончательно ушла к Политбюро.

В 30-е гг. Политбюро в среднем рассматривало около 3,5 тыс. вопросов в год1. Среди них – множество мелких дел, типа определения сумм, выделяемых для лечения ответственных работников за границей. Наиболее частыми были кадровые вопросы.

Когда в 20-е гг. в Политбюро и ЦК партии шла борьба за власть, большинство решений принималось коллегиально. По мере разгрома оппозиций трения и ссоры сглаживались, и к середине 30-х гг. исчезли вовсе.

С 1932 г. И.В. Сталин стал единолично определять, какие вопросы рассматривать на Политбюро. По мере укрепления его личной власти, он все реже советовался с остальными членами Политбюро. Если в начале 30-х гг. Политбюро созывалось по 7-8 раз в месяц, то в 1935 – г. приблизительно раз в месяц, в 1936 г. – всего 9 раз.

[1 Сталин, Политбюро в 30-е гг. М., 1995. С. 15.]

В 1937-1938 гг. И.В. Сталин перестал их убеждать в необходимости того или иного решения. В этом уже не было необходимости, поскольку были устранены все, кто мог иметь собственное мнение. Из-за конфликта с И.В. Сталиным в 1937 г. покончил жизнь самоубийством (или был убит) член Политбюро, нарком тяжелой промышленности СССР Г.К. Орджоникидзе, были расстреляны член Политбюро, зам. Председателя Совнаркома СССР С.В. Косиор, член Политбюро, нарком финансов СССР В.Я. Чубарь, кандидат в члены Политбюро, нарком земледелия СССР Р.И. Эйхе.

К 1939 г. многие решения стали приниматься не на пленарном заседании, а путем опроса, без общей встречи. Заинтересованные лица предоставляли в аппарат Поскребышева (секретарь И.В. Сталина) проект решения. Поскребышев согласовывал его со И.В. Сталиным, а затем это решение оформлялось в виде постановления Политбюро1.

Поскольку в конституциях 1918 г. и 1924 г. партия не упоминается, то есть решения Политбюро были незаконными, то с 1931 г. те из них, которые требовалось обнародовать, публиковались в виде постановлений ЦК, СНК СССР или Верховного Совета СССР.

Политбюро управляло страной с помощью партийных чиновников. Революционеров среди них после репрессий 30-х гг. не осталось, поэтому и выступлений против нарушений партийно-государственным руководством конституций и нормативно-правовых актов со стороны этих чиновников тоже не было.

Возникновение культа личности вождя. До 1929-1930 гг. И.В. Сталин не оказывал определяющего влияния на внутриполитические процессы. Не он создал систему, а системе потребовался человек с характером И.В. Сталина. Не будь его, точно такую же политику проводил бы кто-либо другой из Политбюро. Практически все большевистские руководители проявили себя в годы гражданской войны как диктаторы. Но в 1929 г. в партийно-государственном руководстве у И.В. Сталина не осталось соперников. С этого момента черты его тяжелого характера начали сказываться на жизни общества самым отрицательным образом.

Это был мелочный, злопамятный и мстительный человек. Его амбиции не соответствовали его интеллекту, поэтому он не умел вести дискуссии, слушать оппонента. Вместо этого И.В. Сталин обрушивался на него с бранью, а затем старался уничтожить физически. Для партии и страны это обернулось неисчислимыми жертвами.

Ни оратором, ни публицистом, что в большевистской партии очень ценилось, И.В. Сталин не был. Тем не менее, книги, выступления и статьи Сталина выходили в стране гигантскими тиражами. По данным Всесоюзной книжной палаты, к 1975 г. ленинских книг было опубликовано 483 млн. экземпляров, К. Маркса и Ф. Энгельса – 108 млн., И.В. Сталина (к 56 г., после чего публикации прекратились) – 672 млн.

Из-за низкого уровня образования, И.В. Сталин упрощал проблемы. Троцкий дал ему убийственную характеристику: «Наиболее выдающаяся посредственность нашей партии,…упорный эмпирик, лишенный творческого воображения». При этом И.В. Сталин оказался более сильным политиком, чем его интеллектуально одаренный оппонент.

И.В. Сталин, безусловно, был крупнейшим государственным деятелем России в целом и Советского Союза в частности. Но его восприятие массами и самого себя не столь однозначны.

Строй, который возник в СССР, лишь частично можно определить как марксистский. Для того чтобы это увидеть, надо обратиться к дореволюционным источникам большевиков. Представления о социализме никто из них не связывал с экономическими целями, к чему стремился И.В. Сталин. Перед революцией русские марксисты говорили только о социальных параметрах будущего строя. Однако И.В. Сталин при этом все-таки постоянно использовал марксистскую фразеологию и это не было идеологическим приемом и политическим камуфляжем.

[1 Политбюро ЦК ВКП (б) и Совет Министров СССР. 1945-1953. М., 2002. С. 112. 250]

Впервые вопрос о степени марксизма в политике И.В. Сталина поставил Н.С. Хрущев в 1956 г. в своем выступлении на XX съезде КПСС, а затем – в постановлении ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий». Тогда был сделан вывод, что И.В. Сталин в методах проведения социалистических преобразований отошел от марксизма, в то же время его политика в целом была правильной. Иного вывода ни Н.С. Хрущев, ни кто-либо из его окружения сделать не могли. В противном случае им пришлось бы признать ошибочность марксизма.

До революции И.В. Сталин входил в марксистскую партию. Но после революции он, прежде всего, – глава государства и крупный политический деятель. Воплощать в жизнь марксистскую теорию ему пришлось в конкретной исторической обстановке. Поэтому, в своей главной цели – индустриализации, он исходил из реалий первой половины XX в. Мощь государства тогда определялась уровнем промышленного развития, и ради его повышения И.В. Сталин насилие над народом довел до максимальной степени, что в принципе не совместимо с марксизмом. В социально-политической сфере – он руководствовался марксистскими характеристиками, пытаясь создать бесклассовое общество. Направления же внешней политике, скорее всего, предопределялись его имперскими амбициями.

Местные государственные органы. К началу 1929 г. было ликвидировано дореволюционное административно-территориальное деление: губерния – уезд – волость. Вместо нее были созданы области (края) – округа – районы. В 1930 г. округа были ликвидированы.

Судебные органы. В 1934 г. была расширена подсудность областных судов. К ним перешла значительная доля дел, которые ранее рассматривались судебной коллегией ОГПУ.

В 1934 г. были расширены права Верховного Суда СССР в области судебного надзора.

Правоохранительные органы. В течение 30-х гг. правоохранительные органы подвергались многочисленным реорганизациям, рассчитанным на укрепление социалистической законности.

В марте 1935 г. созданием Всесоюзной правовой академии было восстановлено юридическое образование. Но академия и открывшиеся вслед за ней юридические факультеты в других вузах были сориентированы на подготовку специалистов для работы в прокуратуре и судах. Статус адвоката считался непрестижным. В результате правоохранительная система не смола выполнить свое правоохранительное предназначение и спасти страну от массовых нарушений законности.

Прокуратура. До 1933 г. прокуратура входила в систему республиканских органов юстиции. В 1933 г., в связи с общей тенденцией концентрации власти в руках центральных органов исполнительной власти, была создана Прокуратура СССР. Ее основной задачей являлось укрепление законности. Но, во-первых, органы государственной безопасности были выведены изпод ее надзора. Во-вторых, прокуроры участвовали во всех сфальсифицированных процессах, то есть были составной частью репрессивной системы.

Милиция. До 1932 г. милиция находилась в ведении местных Советов. В 1932 г., в связи с той же тенденцией концентрации власти в руках центральных органов власти, милиция, во-первых, включается в систему ОГПУ. Во-вторых, это оказалось не простым переподчинением, а фактически изменением функций. Основной задачей органов государственной безопасности была борьба с контрреволюцией. Сотрудников в ОГПУ было в 3,5 раза больше, чем в милиции.

В 1934 г. возник Народный комиссариат внутренних дел – НКВД СССР. Милиция оказалась в его структуре на правах Главного управления при ОГПУ. И в этом случае власть считала, что стоящие перед ОГПУ задачи важные тех, что стоят перед милицией.

Органы государственной безопасности. Физическое уничтожение и всякого рода преследование классовых противников происходили во всех революциях. Но время шло, политические страсти утихали, и по мере укрепления нового политического строя махо-вик репрессий постепенно уменьшал свои обороты. В русской же революции произошел парадокс: политические противники ВКП (б) были уничтожены в ходе сфальсифициро-ванных процессов еще в первой половине 20-х гг., и вдруг на рубеже 20-30-х гг. число заключенных начало стремительно увеличиваться. Этот трагический поворот оказался, прежде всего, результатом ошибочно поставленных экономических целей.

Еще в марте 1928 г. постановлением ВЦИК и СНК было ограничено досрочное освобождение заключенных, с тем, чтобы в дальнейшем использовать их на принудительных работах без выплаты зарплаты. В июне 1929 г. Политбюро ЦК ВКП (б) приняло решение о создании массовых лагерей под управлением ОГПУ. В июле оно было оформлено в виде постановления СНК СССР «Об использовании труда уголовно-заключенных». С этого момента началась определенная координация действий: Госплан планировал объемы работ заключенных, а НКВД осуществлял поставку рабочей силы. Новая политика власти в отношении осужденных решала две проблемы. Во-первых, отныне заключенные сами себя содержали, снимая тем самым с государства необходимость решения этой задачи. Во-вторых, в силу природно-климатических условий, население страны всегда располагалось неравномерно: его большая часть проживала в центральных и западных регионах страны, тогда как Сибирь и северные регионы оставались практически неосвоенными.

Такое отношение к заключенным совпало с утверждением в Политбюро сталинистов. Эта группа партийно-государственного руководства упрощала причины социально-экономических трудностей, полагая, что все их можно решить силовым путем. В июле 1928 г. И.В. Сталин на пленуме ЦК ВКП (б) выдвинул ни на чем не основанный тезис о возрастании классовой борьбы по ходу строительства социализма. На XVI партийной конференции (апрель 1929 г.) идея «окончательной ликвидации капиталистических элементов» была поставлена в виде практической задачи.

Первые крупные потери советский народ понес в ходе коллективизации.

В декабре 1929 г. И.В. Сталин на конференции марксистов-аграрников выдвинул тезис «ликвидации кулачества как класса». Понятие «кулак» обосновано не было, поэтому удар пришелся по зажиточным крестьянам. Их имущество передавалось в колхозы, а сами они подлежали депортации. Для этого в каждом районе создавались «тройки», включавшие секретаря райкома, председателя райсовета и местного руководителя ГПУ. В конце января Политбюро приняло секретное постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации», где доля кулаков в общей массе крестьян определялась в 3-5%. Он также определило масштабы репрессий: в концлагеря следовало отправить 60 тыс., а выселить -150 тыс. человек. Но обычно раскулачивали 10-15%, а в некоторых районах – 20-25%. Кроме того, под арестованными и выселяемыми Политбюро понимало только отцов семейств. Члены семей с согласия райисполкомов могли остаться дома. Однако в реальности, если арестовывали главу семьи, то вся семья подлежала депортации. В абсолютных цифрах число арестованных составило (по разным методикам подсчета) от 5 до 9 млн. человек. Часть из них бросили в лагеря и тюрьмы, часть – отправили в Сибирь и Казахстан.

Репрессии против служащих были вызваны иной причиной. Разрушив рыночный механизм, И.В. Сталин и его единомышленники вынуждены были искать иные методы управления экономикой. Одним из них и стало давление на государственных служащих. В 1930 г. ОГПУ сфабриковало дела «Промышленной партии», «Союзного бюро ЦК меньшевиков», «Трудовой крестьянской партии». В качестве руководителей этих организаций фигурировали крупные ученые-экономисты и советские служащие: Л.К. Рамзин, Н.Д. Кондратьев, А.В. Чаянов и др. После этих процессов начался очередной этап вакханалии смещения руководителей всех уровней. Всего за «антисоветскую деятельность» было уволено 138 тыс. человек и нескольких тысяч арестовано. Однако создать эффективный механизм управления так и не удалось.

В августе 1932 г. в условиях массового голода И.В. Сталин собственноручно написал закон «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной собственности». Любая кража колхозного имущества каралась смертной казнью. Только при смягчающих обстоятельствах этот приговор мог быть заменён 10 годами тюремного заключения. В результате применения этого закона только за первые 5 месяцев были осуждены 55 тыс. человек и более 2 тыс. расстреляны. А 8 мая 1933 г. последовал секретный циркуляр, где местным государственным органам предписывалось навести порядок в проведении арестов и разгрузить в течение двух месяцев места заключения с 800 тыс. до 400 тыс.

Начиная с 1932 г. были отброшены всякие попытки совершенствования уголовного законодательства. Вместо этого начала стремительно возрождаться политика государственного произвола.

В 1934 г. ОГПУ было упразднено как самостоятельная государственная структура и вошло в Народный комиссариат внутренних дел в качестве отдельного подразделения. Его задача отныне заключалась в борьбе с иностранной разведкой. Между тем, в том же году И.В. Сталин начал борьбу со своими личными противниками в составе Политбюро и ЦК ВКП (б). Для этого он привлек органы ОГПУ.

В ходе реорганизации 1934 г., вместе с ликвидацией ОГПУ как самостоятельной государственной структуры, были ликвидирована и судебная коллегия ОГПУ. Подсудные ей дела были переданы в суды и военные трибуналы. Это означало, что отныне спецслужбы освобождались от несвойственных им судебных функций. В рамках НКВД было создано Особое совещание. Ему было запрещено приговаривать к высшей мере наказания, но в административном (то есть внесудебном) порядке Особое совещание могло применять ссылку и заключение в исправительно-трудовые лагеря. Данная структура рассматривала дела без обычных для судов процессуальных норм, например, в отсутствие обвиняемого и адвоката. В её состав входил Заместитель наркома внутренних дел, уполномоченный НКВД, начальник Главного управления милиции, Народный комиссар внутренних дел, на территории которой возникло дело, и Прокурор СССР, имевший право опротестовывать решение Особого совещания в Президиум ЦИК СССР (но на практике таких случаев не было).

Поскольку с увеличением дел Особое совещание не справлялось со своей работой, в 1935 г. на местах были также созданы «тройки». В них входили первый секретарь соответствующего обкома партии, начальник областного управления НКВД и областной прокурор. В 1937 г. представители партийных органов из этой конструкции были исключены. Но даже если бы он и остались, вряд ли масштабы репрессий стали бы меньше.

Уже 1 декабря 1934 г. по указанию И.В. Сталина, без опроса членов Политбюро, было написано постановление «О внесении изменений в действующие уголовно-процессуальные кодексы союзных республик». В соответствии с ним, следствие по делам о террористических актах должно быть закончено в 10-дневный срок, дела слушались без участия сторон, кассационное обжалование не допускалось, приговор приводился в исполнение немедленно после его вынесения.

В январе 1935 г. состоялся первый сфабрикованный политический суд над бывшими сталинскими соратниками. На скамье подсудимых оказалось 19 человек.

Если бы этот и все последующие процессы ограничились уничтожением личных противников И.В. Сталина, в масштабах истории они остались бы незначительным эпизодом. В конечном счете, на скамье подсудимых оказались видные большевики, жестоко наказанные системой, которую сами же и создали. Но после каждого из этих процессов, на всех административных уровнях – в республиках, областях, городах и районах – начиналось выявление «своих» врагов. Например, следствием первого московского процесса стало:

– выселение из Ленинграда «социально чуждых элементов» – почти 12 тыс. бывших дворян, офицеров, купцов и членов их семей. В несколько меньших масштабах такую же операцию НКВД организовал в Москве и других городах,

– ужесточение уголовного законодательства. Отныне к уголовной ответственности привлекались дети с 12-летнего возраста,

– преследованиям стали подвергаться и «члены семьи изменников Родины»,

– в ВКП (б) г. развернулась проверка партийных документов, в результате под арестом оказалось более 15 тыс. человек.

В 1935 г. – первой половине 1936 г. политическая обстановка в стране несколько смягчилась, но со второй половины1936 г. начался новый виток политических репрессий. По всей вероятности, это стало следствием политики И.В. Сталина, направленной на демократизацию советского общества. С одной стороны, он по-прежнему стремился внедрить в жизнь базовые характеристики социалистической системы самоуправления. Существовавшие в СССР «выборы» в советские органы власти, когда на одно место открытым голосованием выдвигался один кандидат, конечно, не являлись демократическими. С другой стороны, у И.В. Сталина не было уверенности, что в ходе альтернативных выборов не устранят его самого. Поэтому, подталкивая процесс подготовки новой Конституции СССР в направлении некоторой демократизации, он должен был обезопасить свое будущее путем уничтожения возможных политических конкурентов. И.В. Сталин видел отсутствие искренней поддержки его идей даже в контролируемом им Политбюро ЦК ВКП (б). Но раздавить ближайшее окружение он еще не мог. Поэтому борьбу за свое единовластие он начал издалека – с теми, кого он вытеснил из партийно-государственного руководства еще во второй половине 20-х гг.

В августе 1936 г. в Москве прошел процесс против «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра». К уголовной ответственности привлекли 16 бывших членов ЦК РКП (б).

Судя по выступлению И.В. Сталина на июньском пленуме ЦК ВКП (б) 1936 г., он предполагал после московского процесса исключить из партии около 600 бывших «троцкистов и зиновьевцев». Однако аппарат НКВД стремился выслужиться перед вождем, поэтому с августа по декабрь политическим репрессиям подверглись приблизительно 4-6 тыс. человек.

В январе 1937 г. на скамье подсудимых оказались 17 членов «параллельного антисоветского троцкистско-зиновьевского центра». Среди обвиняемых находились один из руководителей Коминтерна К.Б. Радек, бывший заместитель наркома тяжелой промышленности Г.Л. Пятаков, бывший нарком финансов, бывший секретарь ЦК Л.П. Серебряков, один из руководителей Красной Армии в годы гражданской войны Н.И. Муралов.

В марте 1938 г. состоялся очередной сфабрикованный процесс. На скамье подсудимых оказалось 19 человек. Среди них – Н.И. Бухарин, которого В.И. Ленин назвал «любимцем партии», А.И. Рыков, ставший в 1924 г. приемником В.И. Ленина на посту Председателя СНК, бывший секретарь ЦК Н.Н. Крестинский. Все они при жизни В.И. Ленина входили в узкий состав руководителей партии и государства. Среди подсудимых оказались крупные государственные деятели: Г.Х Раковский – бывший руководитель правительства Украины, Ф. Ходжаев – руководитель правительства Узбекистана; нарком финансов Г.Ф. Гринько, нарком земледелия М.А. Чернов, нарком внутренних дел, организатор первых фальсифицированных процессов Г.Г. Ягода, нарком лесного хозяйства В.И. Иванов; первый секретарь ЦК Белоруссии В.Ф. Шарангович, первый секретарь ЦК Узбекистана А. Икрамов. Все они являлись членами ЦК ВКП (б). 18 обвиняемых суд приговорил к расстрелу, врач, профессор Д.Д. Плетнев получил 25 лет, Г.Х Раковский – 20 лет, советник советского посольства в Германии С.А. Бессонов – 15. Смертные приговоры были приведены в исполнение через два дня после их вынесения. Остальных подсудимых расстреляли в сентябре 1941 г. вместе с другими заключенными орловской тюрьмы, в связи с угрозой захвата города немцами. После процесса на местном уровне было смещено около 20% руководящих работников.

С 1934 по 1938 гг. поставленные перед НКВД И.В. Сталиным задачи были выполнены. К этому времени все его потенциальные критики из партийно-государственного руководства страны были уничтожены. Так, к концу 1938 г. из 1966 участников состоявшегося в 1934 г XVII съезда ВКП (б), были репрессированы 1108, из 139 членов и кандидатов в члены ЦК – 98. В результате появилось постановление ЦК ВКП (б) и СНК СССР от 17 ноября 1938 г. «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия». В нем говорилось о большом числе врагов, пробравшихся в органы НКВД, которые собственно и занимались массовыми террором. Теперь было репрессировано 75% руководителей НКВД. Массовые репрессии прекратились.

Красная Армия. В 30-е гг. Красная Армия пережила несколько реорганизаций.

В 1934 г. изменилась структура управления армией и военно-морским флотом. Во-первых, был упразднен созданный еще в годы гражданской войны Реввоенсовет СССР. Его работа строилась на основах коллегиальности, что в 30-е гг. было уже анахронизмом. Во-вторых, Наркомат по военным и морским делам был преобразован в Наркомат обороны СССР. При наркоме обороны учреждался военный совет, но уже как совещательный орган.

В августе 1939 г., в связи с резким обострением международной напряженности была введена всеобщая воинская обязанность, от территориально-милиционной системы перешли кадровой.

Эти реорганизации принесли бы больше пользы, если бы не массовый террор, коснувшийся и Красной Армии.

Более или менее точные данные о числе репрессированных имеются в отношении командирах уровня комбрига и выше. Так, из 5 маршалов было репрессировано 3, из 15 командармов – 13, из 85 командиров корпусов – 57, их 201 командиров дивизий – 122, из 406 командиров бригад – 220. Число же репрессированных безвестных майоров и капитанов трудно определить даже приблизительно.

Разгром генералитета и офицерского корпуса был вызван тремя причинами:

– И.В. Сталин опасался заговора со стороны силовых структур. Поэтому политические убийства обрушились не только на Красную Армию, но и на НКВД, где было репрессировано более 20 тыс. сотрудников,

– между маршалами М.Н. Тухачевским и К.Е. Ворошиловым шло открытое соперничество. Каждый из них предлагал свою программу построения армии и вооружения. Принятие одной из программ автоматически ослабляло позиции автора другой;

– созданная репрессивная система не могла ограничиться ликвидацией источников мнимого и реального конфликтов (между И.В. Сталиным и командным составом, М.Н. Тухачевским и К.Е. Ворошиловым). И по инерции придала репрессиям гигантский масштаб.

Репрессии привели к падению профессионального уровня генералитета и офицерского корпуса. В начале 1937 г. в армии насчитывалось 206 тыс. офицеров, среди командного и военно-технического состава свыше 90% имели высшее образование, среди хозяйственного состава – от 43 до 50%. Это был достаточно хороший уровень. Но к началу Великой Отечественной войны репрессиям подверглось более 44 тыс. генералов и офицеров, причем основной удар пришелся на высший командный состав. В течение полутора лет генералов было уничтожено вдвое больше, чем позднее погибло в годы войны. К 1941 г. разгромленными оказались руководство Наркомата обороны, Военно-воздушных сил и Военно-морского флота. Сменились все командующие военных округов, 90% их заместителей, помощников, начальников штабов, начальников родов войск и служб, 80% руководящего состава корпусов и дивизий, 91% командиров полков, их помощников и начальников полковых штабов. История не знает примеров, когда накануне войны правительством уничтожался цвет собственной армии. Новые выдвиженцы по уровню подготовки значительно уступали своим предшественникам.

Массовые аресты не просто деморализовали армию. Одновременно с репрессированными, уничтожались и их идеи. Так, после казни М.Н. Тухачевского были расформированы танковые корпуса и воздушные армии. Вместо них К.Е. Ворошилов и С.М. Буденный осуществили свою давнишнюю мечту: увеличили на 50% кавалерию. После расстрела И.Э. Якира и И.П. Уборевича ликвидировали все диверсионные училища и базы. Политбюро состояло из полуобразованных людей, не понимавших целесообразность строительства подводных лодок, торпедных катеров, морской авиации. В результате на несколько лет было задержано развитие ПВО, постановка на конвейер танка Т-34, штурмо-вика ИЛ-2, «Катюш», прекращены работы в области ракетного вооружения. Военная мысль оказалась парализована, дискуссии в области военной науки прекратились. Место изучения опыта начавшейся Второй мировой войны заняла пропагандистская кампания, в которую должен был включиться и генералитет.

Рабоче-крестьянская инспекция. Возникновение это органа в начале 20-х гг. было одним из направлений воплощения в жизнь марксистской идеи ликвидации государства и передачи его функций народу. Предполагалось, что рабочие и крестьяне через участие в деятельности РКИ обретают опыт управления обществом. На практике эта расплывчатая задача должна была быть конкретизирована, поэтому партийно-государственное руководство страны сориентировало РКИ на совершенствование и повышение эффективности работы государственного аппарата.

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 1 июня 1929 г. он получил право привлечения виновных к ответственности. Еще в конце 20-х гг. РКИ представляла собой влиятельную организацию.

Однако в 1934 г. деятельность Рабкрина была свернута. Официальной причиной являлось создание специализированных государственных структур – Инспекции труда, Государственной торговой инспекции, Государственного санитарного надзора и т.д. Но реальной причиной было окончательное уничтожение в стране гражданских свобод и концентрация власти в руках государственных органов.

В 20-е гг. в СССР была проведена кодификация советского права. И новые кодексов, которые соответствовали бы политической ситуации, в 30-е г. не принималось. Но новые нормативно-правовые акты и правоприменительная практика 30-х гг. настолько не соответствовали кодексам, что фактически означали правовую революцию. Кодификация в 30-е гг. не была проведена потому, что даже большевистские юристы и идеологи не могли обосновать необходимость того, что творилось в жизни.

Именно в этот период произошел окончательный отказ от базовых принципов права:

– свобода личности и собственности,

– презумпция невиновности,

– соразмерность наказания и преступления,

– личная ответственность,

– публичное право стало окончательно доминировать, а частное – превратилось в обязанность.

В современном правоведении считается, что право как система норм поведения относительно независима от государства и его законов. Все они – и право, и государство, и закон – порождаются целым комплексом объективных обстоятельств. Государство не есть творец права, оно не столько устанавливает его, сколько формулирует. Другими сло-вами, закон – это форма выражения права. Вне закона нет права, но подавляющая масса законов 30-х гг. являлась неправовой.

Право этого периода являлось составной частью нежизнеспособной сталинской системы. Оно обладало следующими чертами:

– основной целью права являлась защита не человека, а государства,

– изначально отказавшись от регламентирования работы государственных органов, оставив их без какого-либо контроля со стороны общества, это право оставляло большой простор для неправовой деятельности как отдельных чиновников, так и целых государственных структур (наибольший вред из которых принес НКВД),

– высшей силой в советском праве обладал не закон, а подзаконный акт. Причем, как правило, эти акты не публиковались,

– сталинское право выполняло идеологические функции, прославляло существующий строй, хотя правовая действительность не соответствовала принятым законам1.

В 30-е гг. для всех стадий правотворчества и реализации права было характерно массовое нарушение законности и попрание всех известных науке демократических норм и принципов. Это отнюдь не воспринималось законодательным органами как норма. Например, в июне 1932 г. ЦИК и СНК приняли постановление «О революционной законности». В нем прокуратуре и судам предписывалось привлекать к ответственности должностных лиц, виновных в проведении незаконных арестов, обысков и наказаний. Однако все попытки исправить ситуацию ни к чему не приводили, прежде всего, потому, что эти нарушения уходили корнями в революцию 1917 г. и марксизм.

Во-первых, марксизм как теория не был ориентирован на защиту прав человека. Такую цель ставило перед собой либеральное (буржуазное) право. Для марксистов же на первом месте всегда стояли интересы общества в целом. В результате в 30-е гг. по-прежнему действовали принципы целесообразности, аналогии и объективного вменения.

Во-вторых, в Конституциях 1924 г. и 1936 г. отсутствовал механизм их защиты. Считалось, что съезды Советов и ВЦИК (а по Конституции 1936 г. – Верховный совет) могут принять к рассмотрению любой вопрос с последующим изменением Конституции.

[1 Алексеев С.С. Теория права. М., 1995.С. 298 – 299.]

В-третьих, право мешало власти. Не случайно подготовка дипломированных специалистов сокращалась: если в 20-е гг. вузы выпускали по 500 юристов, то, например, в 1933 г. – 180. Даже Н.И. Бухарин, последний из членов Политбюро, кто пытался оценивать политику власти с точки зрения совести, во взгляде на право оставался правовым нигилистом. В 1933 г. он писал: «Диктатура пролетариата вообще и диктатура пролетариата (?) в частности, кроме единодержавия класса, включает особый момент несвязанный даже своими собственными законами»1. Конституция 1936 г. закон трактовала как орудие государства, то есть само государство правом не связывалось; получалось, что любой произвол со стороны власти считался законным.

Эти основы большевистского правопонимания привели И.В. Сталина и его единомышленников к нарушению уже собственных законов.

Во-первых, по Конституции 1936 г. право разработки и принятия закона принадлежало Верховному совету. Однако на практике нормативно-правовые акты принимали Президиум Верховного совета, СНК и ЦК ВКП (б). В случае, когда постановление принималось СНК СССР, оно являлось подзаконным актом, требующим последующей рассмотрения и принятие (или отклонения) Верховным советом. На практике этого не было. Что касается ЦК ВКП (б), то партия вообще не являлась конституционным государственным органом и не имела права принимать участие в разработке нормативно-правовых актов.

Во-вторых, в этот период массовым явлением стало принятие норм, противоречащих Конституции СССР и Конституциям союзных республик. Например, Конституция 1924 г. предусматривала создание ОГПУ. Независимо от той роли, какую он сыграл в истории страны в 20-е гг., это был конституционный орган, ликвидировать его мог лишь съезд Советов. Однако в действительности его расформировали в соответствии с постановлением ЦИК СССР, и на последующем съезде Советов это решение не обсуждалось.

В-третьих, общесоюзные органы принимали по Конституции постановления, отнесенные к ведению союзных республик.

В-четвертых, в действие вводились неопубликованные нормативно-правовые акты, например: постановление ВЦИК и СНК от 26 марта 1928 г. «О карательной политике и состоянии мест заключения», постановление СНК СССР от 11 июля 1929 г. «Об использо-вании труда уголовно-заключенных».

Конституция 1936 г. В мировой практике принятие новых конституций вызывалось как глубинными общественными изменениями (обычно это происходит после революций), так и политическими изменениями. Этими же причинами было вызвано появление Конституции 1936 г.

Что касается глубинных изменений, то к середине 30-х гг. они действительно произошли (в сравнении с 1918 г., когда была принята первая большевистская конституция). Но не меньшее влияние на содержание Конституции оказал И.В. Сталин.

Во-первых, как революционер, И.В. Сталин хотел увидеть то счастливое будущее, ради которого он многие годы перед революцией провел в тюрьмах и ссылках, терпел лишения на фронтах гражданской войны. То, что подхлестнуть исторические процессы нельзя, что их масштабы не соответствуют рамкам человеческой жизни, он не осознавал.

Вторая ошибка заключалась в определении этого строя как социалистического, что связано с его теоретической безграмотностью.

Ни К. Маркс с Ф. Энгельсом, ни В.И. Ленин теорию социализма (первой, начальной фазы коммунизма) не разрабатывали. Были определены лишь общие черты коммунизма:

– в экономике на месте рыночного механизма предполагалось создать плановый,

– в социальной сфере вместо враждебных классов должно было возникнуть бесклассовое общество,

– в политической сфере государство должно было уступить место самоуправлению народа.

[1 Бухарин Н.И. Избранные труды. Л., 88. С. 224. 258]

Экономика СССР с начала 20-х гг. развивалась по плану. В начале 30-х гг. был окончательно вытеснен рыночный механизм. После проведения коллективизации сложилось бесклассовое общество, что является вторым признаком социализма. Правда, если социализм – это половина коммунизма, а коммунизм – это система самоуправления трудящихся, то с политической точки зрения построение социализма должно было означать передачу половины государственной власти народу. Этого не было. Но в 1928 г. И.В. Сталин выступил с теорией о возрастании в ходе строительства социализма классовой борьбы, в 1933 г. он ее подтвердил. Идея отмирания государства стала восприниматься как враждебная. Поэтому сталинское заявление на XVII съезде ВКП (б) 1934 г. о победе социализма в СССР никого не удивило.

Скорее всего, И.В. Сталин действительно воспринимал сложившийся в СССР строй как социалистический и потребовал конституционного закрепления этого рубежа.

Вопрос об изменении Конституции был поставлен на повестку дня в феврале 1935 г. на пленуме ЦК ВКП (б). Сначала предполагалось внести поправки в действующую Конституцию, затем пришли к выводу о создании новой. В разработке Конституции 1936 г. принимало участие большое число людей:

– конституционную комиссию возглавил И.В. Сталин. В состав 12 подкомиссий входило более 100 видных партийных и государственных деятелей, представители всех союзных республик,

– 12 июня 1936 г. проект документа был опубликован, и в течение полугода, по официальным данным, в его обсуждении приняли участие более 50 млн. человек. В ходе обсуждения в конституционную комиссию поступило более 154 тыс. предложений,

– на VIII Чрезвычайном съезде советов в редакционную комиссию было избрано 200 человек. Комиссия внесла 47 поправок и дополнений в более чем 30 статей.

Основное новшество касалось избирательной системы: отныне выборы из многоступенчатых становились прямыми, разные нормы представительства рабочих и крестьян упразднялись. Отменялись также всесоюзные, республиканские и областные съезды Советов. На их месте создавались органы парламентского типа – районные, городские, областные, республиканские и всесоюзный Советы. В общих чертах политическая система становилась более прогрессивной.

Но власть оставалась в руках одной и той же политической группы. Изменение системы выборов ничего не значило, поскольку выбирать приходилось из одного кандидата.

Появление новой главы о правах и обязанностях (глава X) тоже ничего не меняло.

Таким образом, эта Конституция, как и две предыдущие, оказалась фиктивной. Это проявлялось, в частности, в следующем:

– статья 126 предоставляла гражданам страны право на создание политических партий. Но в реальности ВКП (б) своей монополией ни с кем не поделилась,

– основой государственного строя считались Советы депутатов трудящихся, в действительности же власть полностью находилась в руках И.В. Сталина,

– Советский Союз провозглашался федеративным государством, но в реальности был унитарным.

Гражданское право. После ликвидации НЭПа и проведения коллективизации гражданское право в его римском понимании, то есть как частное право – вещное, обязательственное, семейное и наследственное, – прекратило свое существование.

Однако полностью порвать с романо-германской правовой семьей советские юристы не решились. В противном случае им пришлось бы отбросить не только культуру и традиции, но и юридическую технику. Создать же что-то принципиально новое было невозможно. В результате осталось романо-германская терминология, в частности, «гражданское право», но суть этой отрасли принципиально изменилась. Отныне под гражданским правом стали понимать отрасль, регулирующую, прежде всего, имущественные отношения между государственными организациями (которые, по определению римского права, являлись сферой публичного права).

Хозяйственное право. В 20-е г. перед государственными предприятиями стояла задача работы с прибылью. По мере свертывания НЭПа она становилась все менее значимой и с переходом к пятилетним планам исчезла. Еще в 1931 г. правительство обязывало предприятия заключать договоры, но по сути это уже стало формальностью. Отныне от них требовался лишь выпуск нужной продукции. Фактически плановые задания служили основанием для возникновения обязательств. В равной степени формальностью стали и кредитные отношения между предприятиями: в условиях тотального огосударствления, кредиты к частному праву (в его римском понимании) не имели никакого отношения.

Колхозное право. Эта отрасль права фактически была создана заново в ходе коллективизации.

Ее первый этап (1929-1933 гг.) являлся грубым нарушением существующего советского законодательства.

Прежде всего, был нарушен Гражданский кодекс РСФСР 1922 г., гарантировавший защиту государством собственности граждан. Под этот закон, безусловно, подпадали и крестьяне, которые стали именоваться «кулаками». Был нарушен также Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. Раскулачивание определялось как конфискация, но, в соответствии с УК РСФР 1922 г. ее можно было применять лишь по отношению к лицам, совершившим уголовное преступление. Нарушалось и процедура их наказания. УК РСФСР предписывал судебные разбирательства, чего в ходе коллективизации не практиковалось.

Коллективизация фактически означала вторую гражданскую войну, которую вело государство с собственным крестьянством. И, как и в любой войне, ее результаты оказались катастрофическими.

К середине 30-х гг. ситуация в этой сфере экономики стабилизировалась и стали ясны контуры колхозного права. Его основой стал «Примерный устав сельскохозяйственной артели», принятый в феврале 1935 г. Он состоял из 25 статей, сведенных в 8 разделов.

Колхозная земля закреплялась за артелью в бессрочное пользование, при этом не подлежала продаже или сдаче в аренду. Размеры приусадебных участков варьировались в зависимости от региона страны от? до? га, а в отдельных районах и до 1 га.

В «Примерном уставе» определялись порядок вступления в колхоз, его цели и задачи, средства производства, подлежащие сдаче в колхоз, и то, что остается в личном пользовании, устанавливались организация работы и порядок распределения доходов.

Все эти положения время от времени уточнялись. Естественно, их основным предназначением являлась защита государственных интересов. Ликвидировав всякую материальную заинтересованность крестьян в результатах своего труда, власть стремилась в максимальной степени сузить их возможность зарабатывать на приусадебных участках. Так, в мае 1939 г. СНК СССР и ЦК ВКП (б) приняли постановление «О мерах охраны общественных земель от разбазаривания». Оно предписывало провести обмер всех приусадебных участков колхозников и вернуть излишки колхозу. Постановление также устанавливало обязательный минимум трудодней.

Начиная с 1940 г. обязательные поставки зерна исчислялись не с объема посевов, а с общего объема земель, закрепленных за колхозами, – погектарно. Поставки молока исчислялись не с поголовья коров, а с размера лугов. Все это заставляло колхозное начальство увеличивать уровень эксплуатации своих односельчан.

Административное право. В декабре 1932 г. ЦИК и СНК СССР приняли совместное постановление «Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописке паспортов». Прописка существенно ограничила свободу передвижения граждан.

Семейное право. Это отрасль была ориентирована на преодоление больших демографических потерь, понесенных страной в ходе коллективизации, и падения уровня жизни в первой половине 30-х гг. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 июня 1936 г. «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам» устанавливалась материальная помощь многосемейным, расширялась сеть родильных домов, яслей и детских садов, усиливались наказания за невыплату алиментов, усложнялись разводы.

Трудовое право. Развитие этой отрасли права определялось, с одной стороны, социалистическим характером государства, с другой – необходимостью обеспечить народное хозяйство трудовыми ресурсами.

Что касается первого фактора, то оно проявилось в следующем:

– в течение 1928-1935 гг. был проведен перевод предприятий и организаций с восьми – на семичасовой рабочий день при шестидневной рабочей неделе,

– возможности материального вознаграждения были свернуты самой властью. Основным видом вознаграждения передовиков стали моральное поощрение. В 1931 г. на предприятиях и в организациях стали устанавливаться Доски почета, в 1938 г. учреждено звание «Герой социалистического труда», медали «За трудовую доблесть» и «За трудовое отличие».

Но все эти позитивные новеллы в трудовом праве перечеркивались ошибочной экономической политикой сталинистов.

Отказ от рыночных механизмов уже в 1929 г. повлек падение производительности труда и рост спроса на рабочие руки. Поэтому в октябре 1929 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление «Об основах дисциплинарного законодательства СССР и союзных республик».

С 1932 г. работник подлежал увольнению за один день неявки на работу без уважительной причины с естественным лишением всех льгот, получаемых им на этом предприятии.

В 1932-1934 гг. были приняты суровые дисциплинарные уставы железнодорожного и водного транспорта, связи, гражданского флота и т.д.

Постоянно сокращались права профсоюзов по охране трудовых прав граждан.

В 1938 г. началась реализация третьего пятилетнего плана. Его задача являлась кульминацией экономического безрассудства: догнать и перегнать капиталистические страны по производству продукции на душу населения. Ради его выполнения государство в максимальной степени расширило свою власть над обществом.

Постановлением СНК СССР от 20 декабря 1938 г. вводились единые трудовые книжки. В трудовые книжки вносились сведения о занимаемой должности, поощрения и взыскания. Но фактически их введение преследовало ту же цель, что и введение паспортов, – прикрепление работников к их рабочим местам.

В январе 1939 г. изменилось понятия «прогул»: отныне им считалось любое опоздание на 20 минут.

10 июня 1940 г. последовал Указ Президиума Верховного совета «Об ответственности за выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями». За эти правонарушения директора, главные инженеры, начальники отделов наказывались тюремным заключением на срок от 5 до 8 лет.

Через 16 дней Президиума Верховного совета СССР принял указ «О переходе на 8-часовой рабочий день, на семидневную неделю и запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений». За самовольный переход с одной работы на другую устанавливалась уголовная ответственность вплоть до лишения свободы. За опоздание на работу более чем на 20 минут следовало наказание исправительно-трудовыми работами до 6 месяцев. За первый месяц его действия было возбуждено 100 тыс. дел о нарушении трудовой дисциплины, за следующие полтора месяца – 900 тыс.1

С октября 1940 г наркоматы и администрации предприятий, в соответствии с Указом Президиума Верховного совета СССР «О порядке обязательного перевода инженеров, техников, мастеров, служащих и квалифицированных работников с одних предприятий и учреждений в другие» получили право переводить работников на другие виды работ и даже в другую местность без их согласия.

Жесткие трудовые условия устанавливались и для колхозников. В соответствии с постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) «О повышении для колхозников обязательного минимума трудодней» обязательная норма увеличивалась со 100 до 120 трудодней. Не выполнивших норму людей отдавали под суд.

Указом Президиума Верховного Совета СССР «О государственных трудовых резервах» от 2 октября 1940 г. жесткое трудовое законодательство было распространено на подростков.

Эти и ряд других решений СНК СССР, ЦК ВКП (б) и ВЦСПС существенно ухудшили правовое положение советских людей. Кодекс о труде фактически был отменен. Работа оказалась сведена к трудовой повинности, осуществляемой под принуждением государства. Все это было обусловлено логикой тоталитарной системы, при которой интересы государства ставились выше социально-бытовых проблем простых людей.

Уголовное право. Основной чертой уголовного права этого периода стало его ужесточение. Так, максимальный срок лишения свободы повышается до 25 лет. Значительно расширяется число составов преступлений, за которые назначаются смертная казнь и длительные сроки лишения свободы.

Так, постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 г. «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укрепления общественной (социалистической) собственности», хищение этих видов собственности возводилось в ранг контрреволюционных преступлений. Власть воскресила термин «враг народа». Разграничение между понятиями «мелкое хищение» и «крупное хищение» отсутствовало: для нарушителей устанавливались в равной степени жёсткие наказания. Аналогичная ошибка содержалась в постановлении ЦИК и СНК СССР от 22 августа 1932 г. «О борьбе со спекуляцией». В частности, за торговлю пирожками на рынке можно было получить наказание до 10 лет лишения свободы. В 1934 г. в уголовном законодательстве появилась статья

06 измене Родине. При смягчающих обстоятельствах преступления по этой статье карались лишением свободы на срок до 10 лет с конфискацией имущества.

Коллективизация вытолкнула в город большие массы людей. Вписаться в новый быт удавалось далеко не всем. В результате в первой половине 30-х гг. начался рост преступности. Власть главную причину этого видела в субъективном факторе. В результате

7 апреля 1935 г. постановлением ЦИК и СНК СССР уголовная ответственность за совершение особо тяжких преступлений, кражи и насилия устанавливалась с 12 лет. Принятие этой нормы отбросило советское законодательство к началу XX в.: тогда Уголовное уложение 1903 г. предусматривало уголовную ответственность с 10 лет, но при этом умышленные преступления, совершенные лицами в возрасте с 14 до 21 года, оценивались более мягко, чем после 21 года.

Постановлением ЦИК СССР от 2 октября 1937 г. за особо опасные государственные преступления – шпионаж, вредительство, диверсии – срок наказания был увеличен в 2,5 раза – до 25 лет.

[1 История отечественного государства и права. М., 1997. С. 285. 262]

За самовольный уход из училищ и школ, а также систематическое нарушение школьной дисциплины устанавливались наказания вплоть до заключения в трудовые колонии сроком до года. Это было закреплено в указе Президиума Верховного Совета СССР от 28 декабря 1940 г.

31 мая 1941 г. указом Президиума Верховного Совета СССР по всем составом преступлений уголовная ответственность устанавливалась с 14 лет. Одновременно был расширен перечень составов преступлений, по которым устанавливалась ответственность с 12 лет.

Уголовно-процессуальное право. Наиболее негативное влияние на данную отрасль права оказало постановление ЦИК и СНК СССР от 10 июля 1934 г. «О рассмотрении дел о преступлениях, расследуемых Народным комиссаром внутренних дел Союза ССР и его местными органами». Многие категории дел стали рассматриваться без участия народных заседателей.

В нарушение Уголовно-процессуального кодекса 1923 г., вводившего в качестве основных принципов судопроизводства гласность, публичность, устность (подсудимый имел право высказаться), 1 декабря 1934 г. Президиум СССР принял постановление, максимально упрощавшее порядок производства дел о террористических актах против работников советской власти:

– следствие по таким делам должно было занимать не более 10 дней,

– обвинительное заключение вручалось обвиняемому за сутки до рассмотрения его дела (вместо трех дней),

– дело слушалось без участия сторон (из судебного заседания устранялся прокурор, присутствие обвиняемого тоже не требовалось),

– кассационное обжалование приговора и подача ходатайств о помиловании не до-пускалось,

– приговор о высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно. Поскольку в конституциях СССР отсутствовали и нормы, закрепляющие права и свободы советских граждан, апеллировать к ним, обосновывая незаконность актов, установивших внесудебную расправу над людьми, не имело смысла.

В Конституции 1936 г. были закреплены демократические принципы судопроизводства: право обвиняемого на защиту, подчинение суда только закону, гласность судебного разбирательство и другие принципы. Тем не менее, ЦИК СССР 14 сентября 1937 г. внес в УПК союзных республик изменение, появившиеся в 1 декабря 1934 г.

Применение даже этого УПК могло в какой-то мере сдержать масштабы репрессий. Однако на практике карательные органы его просто игнорировали.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. В чем причина фабрикации органами ОГПУ политических процессов на рубеже 20-30-х гг.?

2. Почему на рубеже 20-30-х гг. партия не поддержала линию Н.И. Бухарина?

3. Решили ли сталинисты к концу 30-х гг. экономические проблемы страны? А социальные?

4. Чем вызвано ужесточение уголовно-процессуального права?

5. Чем вызвано ужесточение трудового законодательства в конце 30-х гг.?

6. Почему Конституция 1936 г. оказалась формальной?

7. Какой смысл был во введении паспортной системы?

8. Какой смысл был во введении трудовых книжек?

Тесты

1. Какую должность занимал И.В. Сталин в 1936 г.?

а) Председатель СНК (глава правительства),

б) Председатель ВЦИК (глава государства),

в) секретарь ЦК ВКП (б).

2. Сколько пятилеток удалось провести советскому правительству накануне войны?

а) две,

б) три.

3. С каких лет наступала уголовная ответственность в июне 1941 г.?

а) с 10,

б) с 12,

в) с 14.

4. В каком году в СССР были введены паспорта?

а) в 1918,

б) 1925,

в) 1932.

5. С какого года началось массовое привлечение заключенных к хозяйственным работам?

6. а) с 1927,

7. б) с 1929,

8. в) с 1931.

В середине 30-х г. в СССР сформировались новые государственный механизм и право. Они не соответствовал кодексам 20-х гг. и Конституции 1936 г., а существовали без каких-либо теоретических обоснований поскольку обосновать сталинский авторитаризм и тоталитаризм было невозможно) в виде политической практики. Поэтому изучение государства и права с середины 30-х гг. и до смерти И.В. Сталина в 1953 г. состоит не столько в штудировании новых нормативно-правовых актов, сколько в анализе правоприменительной практики, степени эффективности сталинизма как государственного строя.

Вторая мировая война была вызвана макроэкономическими противоречиями 20-30-х гг., к возникновению которых СССР не имел отношения, поскольку усилиями ВКП (б) оказался на обочине мировых экономических связей. Но Красная армия представляла собой значительную силу. Поэтому, оказав поддержку той или иной воюющей стороне, Советский Союз мог повлиять на развитие мировых событий. Правильно решить эту тяжелейшую задачу руководство не смогло.

Большевистская внешняя политика с первых дней была двойственной. С одной стороны, она строилась на принципе пролетарского интернационализма, в соответствии с которым требовалось приложить максимальные усилия для раздувания пожара миро-вой пролетарской революции. С другой стороны, необходимость решения внутренних политических и экономических проблем требовала спокойствия на границах и развития экономических связей. Отсюда возникал принцип мирного сосуществования с капиталистическими странами.

На рубеже 20-30-х гг. И.В. Сталин и его окружение сделали выбор в пользу внутренних задач. Отныне главной целью внешней политики СССР и его союзников стало создание благоприятных внешнеполитических условий для обеспечения безопасности страны.

В середине 30-х гг. советское руководство выступало за создание системы коллективной безопасности. Весной 1939 г. в этой системе оказались заинтересованы и Англия с Францией. Они приняли предложение СССР о создании общеевропейской антифашистской системы. Однако выстроить ее не удалось.

Позиция советской стороны определялась следующим.

Во-первых, для И.В. Сталина и Германия, и Англия с Францией являлись врагами. Так что речь могла идти лишь о том, с кем выгоднее в данный исторический период заключить соглашение.

Во-вторых, И.В. Сталин был прекрасно осведомлен о надвигающейся войне и знал, что она начинается в благоприятном для СССР направлении: Гитлер сам предупредил его о нападении на Польшу в письме от 20 августа. И.В. Сталин знал и о том, что военный потенциал СССР в тот момент значительно превосходил германский, что исключало даже гипотетическую возможность нападения фашистов на нашу страну. Опасность вступления Советского Союза в войну против Германии осознавали и в Берлине. Так, командующий вермахтом Браухич летом 1939 г. сказал Гитлеру, что если за Польшу вступятся Англия и Франция, то Польша все равно будет разбита, если же – Советский Союз, то поверженной окажется Германия.

Поэтому, в переговорах с Англией и Францией в июле-августе 1939 г. советская делегация вела себя грубо и ультимативно. Возможности переговоров в полной мере использованы не были. 15 августа Ф.Д. Рузвельт прислал И.В. Сталину письмо, где настойчиво уговаривал не прерывать переговоры. 22 августа на заключение соглашения с СССР без Англии согласилась Франция. Но это соглашение разрушало революционно-агрессивные планы И.В. Сталина. Если бы он хотел обезопасить СССР, то он мог бы занять позицию вооруженного нейтралитета. Не менее эффективным шагом было бы сохранение независимой Польши в качестве щита от Германии.

Официальная сталинская пропагандистская машина должна была его дезавуировать и назвала договор о разделе сфер влияния в Европе «пактом о ненападении». Но реальная суть пакта от 23 августа состояла именно в разделе. В последнем слове на Нюрнбергском процессе министр иностранных дел фашистского правительства И. Риббентроп сказал: «Когда я приехал в Москву в 1939 г. к маршалу Сталину, он обсуждал со мной не возможность мирного урегулирования германо-польского конфликта в рамках пакта Бриана-Келлога, а дал понять, что, если он не получит половины Польши и Прибалтийские страны еще без Литвы, с портом Либава, то я могу сразу же отправляться назад»1. В западных протоколах Нюрнбергского процесса эта цитата присутствовала, но советском издании, естественно, ее не было.

Нападение на Польшу было утверждено Гитлером еще 11 апреля. И от итогов московской встречи Риббентроп с Молотовым 23 августа менялся только день, а не само нападение. То есть не СССР несет ответственность за развязывание Второй мировой войны. Тем не менее, Гитлеру жизненно необходим был нейтралитет Советского Союза. И заключенный пакт обеспечил ему спокойствие на восточных границах: Гитлер снял с советских границ 136 дивизии (оставил 10), разгромил Польшу.

В соответствии с пактом, Красная Армия 17 сентября перешла границу с Польшей (притом, что между СССР и Польшей действовал договор о ненападении от 1932 г. и что война со стороны СССР не была объявлена). В ходе боев командование Красной Армии и вермахта на уровне генштабов, отдельных армий и дивизий координировали свои действия. Во многом благодаря этому Красной Армии без особых усилий в короткий срок удалось захватить в плен более 180 тыс. польских солдат и офицеров. Чуть позднее Гестапо и НКВД наладили сотрудничество для борьбы с польским подпольем. Раненые офицеры и солдаты Вермахта лечились в советских госпиталях.

28 сентября между фашистской Германией и СССР был подписан договор о дружбе и границах. Если «пакт о ненападении» сталинская идеологическая система преподносила как оборонительный и вынужденный, то в договоре о дружбе речь шла о сотрудничестве. Поэтому он тщательно скрывался.

В соответствии с основной внешнеполитической целью в 1939-1941 гг. между СССР и Германией был заключен также целый ряд экономических соглашений. Советский Союз экспортировал в воюющую Германию промышленное сырье, продукты питания, разрешил транзит через свою территорию стратегического сырья из Японии, Китая, Ирана и Афганистана.

[1 Павлова И.В. Механизм власти и строительство сталинского социализма. Новосибирск, 2001. С. 266]

Крайне отрицательные последствия для обороноспособности СССР имела «Конвенция о порядке урегулирования конфликтов и инцидентов на государственной границе СССР и Германии» от 10 июня 1940 г. В результате к моменту нападения на СССР фашистские войска имели точные сведения о наших военных коммуникациях.

В ноябре 1940 г. Берлин посетила советская делегация во главе с наркомом иностранных дел В.М. Молотовым с целью рассмотрения условий, на которых СССР присоединяется к фашистскому блоку. Немецкая делегация предложила советской следующее разграничение сфер влияния: Германии отводилась главная роль в Европе, Италии – в Средиземноморском регионе, Японии – на Дальнем Востоке и Океании, а Советский Союз получал свободу действий в отношении Ирака, Ирана, Афганистана и Индии. И.В. Сталина такое разграничение влияния не устроило. Помимо Ирана, он планировал поставить под свой контроль Румынию, Болгарию, черноморские проливы. Поэтому расширение фашистского блока за счет СССР не состоялось.

Заключение с Германией пакта о ненападении и развивающих его соглашений стало крупнейшей внешнеполитической ошибкой за всю историю СССР. Она явилась логичным результатом сталинских методов работы. Внешняя политика И.В. Сталина отличалась келейностью и непрофессионализмом.

Профессиональные дипломаты от участия в разработке внешней политики были устранены. Она готовилась в величайшем секрете даже от некоторых членов Политбюро.

Пакт о ненападении крайне отрицательно сказался на соотношении сил между СССР и Германией к лету 1941 г. Осенью 1939 г. Германия не имела возможности воевать с СССР, поскольку импортировала 100% нефти, 90% олова, 80% каучука, 50% свинца. К 1941 г. все ресурсы Европы находились в ее распоряжении. Часть стратегических ресурсов Германия в 1939-1941 гг. получила от СССР. Оккупация половины Европы позволила Германии вдвое увеличить свои экономические возможности.

В 1940 – первой половине 1941 г. внешняя политика была направлена на предотвращение войны. В апреле-мае 1941 г. И.В. Сталин практически ежедневно принимал у себя в Кремле военное руководство. На всех партийно-государственных совещаниях доминировали вопросы обороны. В апреле-мае из внутренних округов на границу были переброшены десятки дивизий. Однако несмотря на все старания, радикально повлиять на ситуацию в положительном для страны направлении он уже не мог.

Государственное управление в тот период приобрело чрезвычайность, то есть:

– система управления сконцентрировалась в руках неконституционных органов: Ставки верховного главнокомандования, Государственного комитет обороны, Совета по эвакуации и др.,

– управление было в максимальной степени централизовано.

Верховный совет СССР и Верховные советы союзных республик были отстранены от решения конкретных проблем. Даже Верховный совет СССР за годы войны собирался только три раза: 18 июня 1942 г., 28 января – 14 февраля 1944 г., 24-27 апреля 1945 г. Были «рассмотрены» бюджет СССР, ратифицирован договор между СССР и Великобританией и расширены права союзных республик.

И.В. Сталин занял все вновь возникшие должности. До начала войны он был Секретарем ЦК, членом Политбюро, Оргбюро ЦК ВКП (б), а с мая 1941 г. и Председателем СНК СССР. В конце июня 1941 г., не имея военного образования и опыта практического руководства крупными воинскими соединениями, И.В. Сталин назначил себя Председателем Государственного комитета обороны, в июле возглавил Ставку верховного командования и Наркомат обороны, в августе стал Верховным главнокомандующим. Заняв все эти должности, И.В. Сталин, во-первых, отстранил от управления соответствующими сферами действительно компетентных людей. Во-вторых, он взвалил на свои плечи гигантский объем работы. Только он владел полной информацией по стране и фронтам в целом. Но один человек физически не мог эффективно выполнять такой объем работы. Это порождало трагические последствия: порой даже высшие хозяйственные и военные руководители не могли самостоятельно принять решение. Он парализовал работу многих ведомств. В-третьих, в состав вновь созданных органов вошли одни и те же люди: К.Е Ворошилов, В.М. Молотов, Л.М. Кагано-вич, А.И. Микоян, Л.П. Берия, А.А. Жданов, Г.М. Маленков и некоторые другие. Но ни один из этих органов как коллегиальный никогда не работал, любые обсуждения, как правило, заканчивались принятием предложения И.В. Сталина.

Перед Великой Отечественной войной И.В. Сталин не имел возможности проверить правильность проводимой им внешней и внутренней политики, поскольку не существовало критерия ее оценки. Чрезмерная цена, заплаченная советским народом за коллективизацию и индустриализацию, с точки зрения марксизма критерием не являлась. В этих условиях его самоуверенность была вполне логичной. Война же показала его некомпетентность как руководителя.

Только И.В. Сталин обладал всем объемом информации. Сообщение от разведывательных управлений Красной Армии и НКВД поступали к нему, минуя Генеральный штаб Красной Армии. Анализируя эти данные, И.В. Сталин еще в 1940 г. пришел к выводу, что Германия нанесет основной удар по Украине; хотя начальник Генерального штаба Б.М. Шапошников полагал, что основным направлением продвижения противника станет смоленско-московское направление. Фашисты действительно к началу войны сосредоточили на смоленско-московском направлении 6-8 – кратное превосходство в технике и войсках, нейтрализовать которое было в принципе невозможно.

В течение первого месяца войны фашистами было полностью разгромлено 28 дивизий, 76 потеряли свыше 50% состава. На основном, московском направлении фашисты практически не встречали хорошо организованного сопротивления. Лишь в конце ноября уже у стен Москвы армия прекратила отступление. Это говорит о том, что выдвиженцы 1937-1938 гг., пришедшие на смену репрессированным кадрам, оказались неподготовленным не только к внезапному нападению противника, но и к войне вообще. Последствия уничтожения И.В. Сталиным генеральского и офицерского корпуса удалось преодолеть лишь к концу 1942 г., когда новые генералы и офицеры приобрели военный опыт.

Разгром Красной Армии в течение первых нескольких месяцев войны перечеркнул лихорадочную деятельность И.В. Сталина и его соратников по созданию материально-технической базы армии. Основная часть построенных в 30-е гг. промышленных объектов находилась в европейской части СССР. Практически все это оказалось утраченным, поскольку из-за слишком высоких темпов отступления основную часть заводов и фабрик пришлось взорвать. К концу 1941 г. экономический потенциал страны уменьшился наполовину.

Между тем, до середины 1942 г. И.В. Сталин продолжал навязывать окружению свои оперативно-тактические варианты.

Так, весной 1942 г. он отверг предложение Генерального штаба о переходе к глубокой обороне летом 1942 г. И.В. Сталин требовал активных действий, хотя Красная армия к ним не была готова. По его расчетам Германия должна была наступать на московском направлении. Здесь он и приказал сосредоточить более половины численного состава армии, почти 80% танков, 62% самолетов, хотя разведка утверждала, что по имеющимся данным основной удар Германия собирается нанести на юге. Против основных сил противника на южном направлении у Красной Армии имелось 5,4% дивизий и 2,9% танков. Обеспокоенный данными разведки, Сталин решил нанести превентивный удар в районе Харькова и Крыма. Трое из четырех членов Ставки, имеющих военное образование, это предложение не поддержали. Тем не менее, наступление началось. В результате боев под Харьковом армия потеряла 267 тыс. человек убитыми и пленными, в Крыму – около 200 тыс. Лишь грубая ошибка Гитлера, приказавшего нанести удар по двум направлениям (на Кавказ и Сталинград) и тем самым ослабившего группировку, наступающую на Северный Кавказ, позволила советским войскам избежать бoльших потерь.

Только после поражения в Крыму и под Харьковом И.В. Сталин понял, что он действительно слабо разбирается в военно-стратегических вопросах, и перестал диктовать военным свою волю.

За ошибки диктатора по-прежнему расплачивался народ.

В обстановке фактического развала фронта И.В. Сталину необходимо было остановить стремительное отступление армии любой ценой. Уже 16 июля И.В. Сталин назвал пленных «трусами и дезертирами». Он не делал разницы между понятием «сдаться в плен» и «оказаться в плену». А ведь подавляющее число советских солдат попали в плен из-за грубых стратегических просчетов военно-политического руководства. Будучи убежденным сторонником карательных мер, И.В. Сталин 16 августа подписывает приказ Ставки №270. В соответствии с ним, дезертиров расстреливали на месте, все попавшие в плен объявлялись предателями. Приказ сыграл определенную роль в укреплении воинской дисциплины. Но какой ценой! С июля 1941 г. по март 1942 г. было расстреляно 30 генералов, их родственники осуждены. На основании этого приказа, до 80% военнопленных, оказавшихся в фашистском плену, после освобождения в 1945 г. были переправлены в советские лагеря. Их амнистировали только в 1955 г.

Преступлением против советского народа было использование осенью 1941 г. физически нетренированных и почти невооруженных ополченцев. Их гибель многократно превосходила гибель солдат в кадровых частях.

Аналогичным по характеру приказу №270 стал подписанный И.В. Сталиным 28 июля 1942 г. приказ №227. Отныне отход военнослужащих со своих позиций рассматривался как уголовное преступление, виновные передавались в военный трибунал. А поскольку угроза наказания не всегда могла сдержать солдат, то позади линии фронта ставились заградительные отряды, получившие право стрелять по отступающим. Этот приказ также сыграл определенную положительную военно-стратегическую роль. Однако он сковал инициативу командиров в деле создания эффективной обороны, что вело к неоправданным жертвам. Заложенные в этот приказ идеи – «стоять насмерть», «ни шагу назад» – были бесчеловечны.

Внимательно рассмотреть каждое дело в годы войны было некому, поскольку военная юстиция была ориентирована на максимальное упрощение рассмотрения дел. Ее основы были заложены в июле 1941 г. указом «О военных трибуналах в местностях, объявленных на военном положении, и районах военных действий». При армиях, корпусах, дивизиях, гарнизонах, бригадах создавались трибуналы. Отныне сроки рассмотрения дел были предельно короткими, не подлежали кассационному обжалованию, дела слушались на закрытом процессе.

Положение тружеников тыла оказалось таким же трагичным, как и бойцов на фронте:

– в соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. «О военном положении», в местностях, объявленных на военном положении, военно-хозяйственные руководители получали право привлекать население к трудовой повинности,

– указ Президиума Верховного Совета от 26 июня 1941 г. удлинял рабочий день, как минимум, до 11 часов. Право рабочих и служащих на увольнение по собственному желанию отменялось. В деревне к работе привлекались дети с 12-летнего возраста. Обычные для мирного времени дисциплинарные проступки – опоздание на работу – рассматривались как уголовные преступления,

– указ «О военных трибуналах…», в местностях, объявленных на военном положении, обязывал соответствующие инстанции часть судов также преобразовать в военные трибуналы. Они рассматривали широкий круг вопросов вплоть до хулиганства. Их решения были в духе военного времени. Право расстрела преступников без судебного разбирательства получили также военные власти прифронтовых районов,

– Указом Президиума Верховного Совета от 26 декабря 1941 г. самовольный уход с работы на предприятиях военной промышленности квалифицировался как дезертирство и карался заключением в тюрьму на срок от 5 до 8 лет,

– постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 13 апреля 1942 г. увеличило обязательный объем трудодней в 1,5 раза. Обязательный минимум трудодней распространялся также на деревенских детей с 12 лет. За невыполнение обязательных норм наступала уголовная ответственность,

– указом Президиума Верховного Совета от 13 февраля 1942 г. вводилась уголовная ответственность за уклонение от мобилизации для работы на промышленных предприятиях или стройках.

Явлением этого же порядка – отрицания возможности управлять какими-либо иными методами кроме насилия – стала депортация народов.

В августе 1941 г. принудительному переселению подверглись советские немцы из республики немцев Поволжья. Основанием для депортации явилось предположение о шпионской и диверсионной деятельности советских немцев в пользу фашистской Германии. К октябрю 1946 г. в Сибири и Средней Азии находилось более 895 тыс. переселенцев.

В декабре 1943 г. такая же участь постигла 93 тыс. калмыков, за «сдачу в плен» 110-й кавалерийской дивизии. На самом деле, брошенная против фашистских танков дивизия была просто уничтожена.

Под такими же надуманными предлогами были выселены с исторических мест проживания остальные народы:

– в ноябре 1943 г. депортировали 69 тыс. карачаевцев,

– в феврале 1944 г. – 460 тыс. чеченцев и ингушей,

– в марте – 33 тыс. балкарцев.

Тогда же с фронта на новое место жительства были отправлено около 150 тыс. чеченцев, ингушей и карачаевцев.

В мае их участь разделили около 225 тыс. крымских татар, а также 12 тыс. болгар, 10 тыс. армян и 15 тыс. греков, проживавших в Крыму.

В ноябре из Грузии было выселено 110 тыс. турок-месхетинцев.

Не уменьшился в годы войны и поток заключенных в ГУЛАГ. Только с 22 июня 1941 г. по 1 июля 1944 г. туда было направлено 1 млн. 800 тыс. человек. Были сфабрикованы новые типы врагов: бывшие пленные, вышедшие из окружения, а также проживавшие на оккупированной территории.

Осенью 1944 г. И.В. Сталин на полгода приостановил наступление на Берлин, хотя от Варшавы до Берлина шел прямой путь. Это может означать, что он увидел возможность приступить к реализации своего довоенного плана. К весне 1945 г. ценою гибели миллионов советских людей Сталин завоевал половину Европы.

Тоталитарно-авторитарная система всеми имеющимися средствами препятствовала критической оценке действий И.В. Сталина и его окружения. После Сталинграда, а особенно после Курска, все идеологические силы были брошены на создание имиджа И.В. Сталина как вдохновителя и организатора побед. Это дало ему возможность постоянно себя награждать. Он присвоил себе звание Героя Советского Союза, воинское звание Генералиссимус Советского Союза, два ордена Победы, орден Суворова 1-й степени. Не остались без наград и его соратники: званий Героев социалистического труда были удостоены А.И. Микоян, В.М. Молотов, Л.М. Каганович, М.И. Калинин, Г.М. Маленков, Л.П. Берия.

Заслуги всех этих людей были мифом и держались на сокрытии потерь. В феврале 1946 г. И.В. Сталин оценил потери советского народа в войне в 7 млн. человек. Н.С. Хрущев в 1961 г. увеличил их до 20 млн. Л.И. Брежнев в 1965 г. уточнил – более 20 млн. Научные расчеты начала 90-х гг. определяют число погибших в 27 млн. человек1.

Но статистика не только беспристрастная наука, но и нравственный ориентир общества, одна из форм самоидентификации нации. Поэтому требуется выяснить: 27 млн. – это много или мало, с чем сравнивать это бескрайнее человеческое горе и демографическую катастрофу? Для того чтобы количественное измерение процесса полностью отразило реальную жизнь, требуется его качественный анализ. То есть, как минимум, надо выяснить:

1. На каком этапе Красная армия несла наибольшие потери, какова их динамика на протяжении 1941-1945 гг.?

2. Каково соотношение потерь Красной армии и фашистских войск?

Ключевой проблемой любой войны является определение ее цены. Со времен царя Пирра, разгромившего в 279 г. до н.э. римлян ценой потери почти всего собственного войска, триумфом стало называться отнюдь не любое окончание войны. Только подсчитав убитых на полях сражений, раненых, пропавших без вести и скончавшихся в плену, можно оценить талант военных начальников.

Факты показывают, что начиная с приграничных сражений и кончая Берлинской операцией, у Красной армии был и другой выбор, например:

– перед началом Сталинградской битвы советские войска превосходили армию фельдмаршала Ф. Паулюса в численном соотношении в 1,1 раза, в орудиях и минометах – в 1,5, в танках – в 2,2, в авиации – в 1,1. Но Красная армия потеряла в той битве 1,1 млн. человек, а фашистская – 800 тыс. человек,

– перед Курской битвой соотношение сил в нашу пользу возросло: в людском составе мы превосходили Германию в 1,4 раза, в артиллерии – в 1,9, танках – 1,2, в самолетах – в 1,7. Потери же советских войск в 3,5 раза превышали немецкие,

– наступление на Висле началось 12-14 января 1945 г. при «неполной готовности войск», что «конечно, увеличивало число наших потерь»2,

– на заключительном этапе войны советские войска были брошены на лобовой штурм таких городов-крепостей, как Будапешт, Бреслау, Кенигсберг, Берлин. С военной точки зрения все эти города можно было не штурмовать, а взять в кольцо, как это было сделано с Познанью.

Основной показатель эффективности действий военного командования, государственных руководителей и социальной системы в целом – это соотношение потерь.

Существуют разные точки зрения на эти соотношения, и окончательный подсчет – дело будущего. На сегодняшний день однозначно можно сказать лишь следующее. Потери Красной армии оказались результатом не только войны, но и порочных методов руководства. При разработке операций возможности потерь не учитывались. За большие потери не было принято строго спрашивать. Если на первом этапе войны, в 1941-1942 гг., многие потери объяснялись некомпетентностью руководства, то в 1944-1945 гг. – жестокостью командующих, тирана и его выдвиженцев. Это вызывалось не сложностью фронтовой обстановки.

[1 Андреев Е.М. Демографическая история России. М., 1998; Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Население Советского Союза: 1922-1991. М., 1993.]

[2 Известия. 1990. 8 мая.]

Сложившаяся системы была безразлична к человеческой жизни. Приказы и даже разговоры с подчиненными В.М. Молотова, А.А. Жданова, Л.М. Кагановича, маршалов Г.И. Кулика, И.С. Конева, генералов М.В. Захарова, В.И. Чуйкова постоянно сопровождались угрозами расстрела. Наибольшей жестокостью отличался маршал Г.К. Жуков.

Простым людям в ту пору трудно было разобраться в действии советского государственного механизма, оценить эффективность других социальных систем. Тем не менее, и в тех условиях не все были одурманены сталинской пропагандой. Еще в начале войны один из основоположников советской кинематографии А.П. Довженко с горечью замечал: «Не было у нас культуры жизни – нет культуры войны»1. 25 июня 1945 г., на другой день после Парада Победы на Красной площади А.П. Довженко записал в дневнике, что при упоминании о павших в «торжественной и грозной речи» Г.К. Жукова «не было ни паузы, ни траурного марша, ни молчания. Как будто бы эти миллионы жертв и героев совсем не жили. Перед великой их памятью, перед кровью и муками не встала площадь на колени, не задумалась, не вздохнула, не сняла шапки»2.

По окончании войны И.В. Сталину и его соратникам удалось выйти из-под критики за преступление перед советским народом благодаря режиму жесточайшего политического террора и успехам пропаганды, которой удалось соединить понятие «политический режим» с понятием «Родина». (Хотя до 1917 г. большевики проводили четкое различие между народом и властью). На самом деле, при любом другом политическом режиме потери в войне были бы меньше, и главное – самой войны можно было бы избежать.

На первый взгляд, советское право периода Великой Отечественной предопределялось самим фактом войны. Между тем, в состоянии войны находилось огромное число стран, и это тоже влияло на их экономику и социальные отношения. Но даже фашистская Германия не дошла до такого безжалостного и безразличного отношения к своим гражданам, как это сложилось в СССР. Фашизм в СССР воспринимался как противник, но в Германии он был изначально встроен в определенную систему политических ценностей и культуру. Для Гитлера было принципиально важным сохранить высокий уровень жизни. Причем эту цель он поставил еще в период предвыборной агитации 1932 г. Решение социальных проблем он первоначально планировал за счет внутренних ресурсов, а не путем ограбления оккупированных стран. С началом войны Гитлер стремился этот уровень сохранить, благодаря чему немцы первые годы практически не чувствовали войны, она не изменила ни их уровень жизни, ни социально-бытовой уклад. Система социальных гарантий расстроилась лишь в 1943-1944 г.3

Ту же цель – по возможности не отягощать жизнь собственно народа – преследовали правительства Франции, Англии, Италии, и США. Ликвидация остатков социальных прав советского народа в 1941-1945 гг. была связана не столько с войной, сколько явилась логическим продолжением привычных для сталинизма методом решения возникавших задач.

Хозяйственное право. Государственная форма собственности ни в одной стране мира не является эффективной. Ее предназначение состоит не в получении прибыли, а в обеспечении интересов общества в целом, на что частная собственность не ориентирована. Но в годы экономических кризисов, а тем более войн, объемы государственного сектора экономики во всех странах увеличиваются, что позволят правительствам преодолеть экономические трудности в кратчайший срок.

[1 Правда. 1989. 11 сентября.]

[2 Там же.]

[3 Пленков О.Б. (Ю.?).III рейх.]

Это в полной мере относилось к советской экономике и методам ее управления. Крайне неэффективные в мирные годы, они позволили относительно быстро восстано-вить военный потенциал Красной армии.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. «О военном положении» централизация управления экономикой была еще более усилена.

Уголовное право. Любая война резко повышает общественную опасность всех правонарушений. Но значение уголовного права в СССР в этот период особенно возросло потому, что в государство не было иных рычагов влияния на поведение людей, кроме запугивания. Поэтому был расширен состав правонарушений, за совершение которых отныне полагалось уголовное наказание:

– указом от 6 июля 1941 г. за распространение ложных слухов вводилась уголовная ответственность от 2 до 5 лет тюрьмы. Такому наказанию могли быть подвергнуты граждане, посвоему интерпретировавшие сводки Совинформбюро1;

– неизбежное уголовное наказание следовало за незаконное награждение военными своих подчиненных, за потерю воинского знамени (указ от 2 мая 1943 г.),

– указом от 15 ноября 1943 г. за разглашение государственной тайны или утрату документов, содержащих эту тайну, виновные подвергались лишению свободы до 10 лет тюрьмы.

Гипотезы многих статей Уголовного кодекса оказались расширены. Например, кража личного имущества при отягчающих обстоятельствах (во время воздушного налета, нападения врага и т.д.) была приравнена к бандитизму. Усилилась уголовная ответственность за нарушение трудовой дисциплины.

Широко применялась отсрочка в исполнении приговоров в отношении осужденных. Отличившихся в боях освобождали от наказания.

Трудовое право. Военно-мобилизационные принципы в этой отрасли права фактически были установлены еще в 1940 г. С началом же войны речь стала идти не только об укреплении трудовой дисциплины, но и плановом наборе на предприятия и в сферу сельско-хозяйственного производства. Уже в июне 1941 г. правительство ввело трудовую повинность, за уклонение от мобилизаций следовало уголовное наказание, сверхурочные работы увеличивались от 1 до 3 часов в день, отпуска оставались лишь для подростков до 16 лет.

Содержание трудовых отношений потом уточнялось и конкретизировалось. Так, в феврале 1942 г. в указе «О мобилизации всего трудоспособного населения для работы на производстве и строительстве»: самовольный уход с работы приравнивался к дезертирству и наказывался лишением свободы на срок от 5 до 8 лет, было отменено право на увольнение по собственному желанию. Государство в принудительном порядке распространяло облигации государственного займа и таким образом уменьшало зарплату рабочих и служащих.

Колхозное право. Основная задача этой отрасли экономики состояла в обеспечении страны продовольствием. Для этого:

– были усилены плановые начала в сельском хозяйстве,

– в 1,5 раза повышен обязательный минимум трудодней,

– в работу включались подростки с 12 лет. Они были обязаны отработать не менее 50 трудодней в году,

– поскольку трудовые ресурсы в деревне резко сократились, правительство притупило к организованному набору рабочей силы в городах среди не работающих на промышленных предприятиях, учащихся 6-10 классов и студентов.

[1 Сырых В.М. История государства и права России. Советский и современный периоды. М. 1999. С. 328.]

Процессуальное право. Нормы этой отрасли права, и без того жесткие и бесчело-вечные, в годы войны стали еще более тяжкими:

– в местностях, объявленных на военном положении, военные трибуналы могли рассматривать дела в течение 24 часов, после вручения обвинительного заключения обвиняемому. Кассационному обжалованию такие приговоры не подлежали,

– по делам о нарушении трудовой дисциплины предварительное следствие не про-водилось,

– были сокращены сроки рассмотрения дел по случаям уклонения от мобилизаций, спекуляции, обвешиванию покупателей, злоупотреблении при распределении продо-вольственными и промтоварными карточками.

Семейное право. В условиях войны государство стремилось укрепить семью и восполнить гигантские демографические потери. Для этого поощрялись многодетные семьи, расширялась сеть ясель и детских садов, принимались меры по повышению рождаемости и т.д. В 1943 г. были приняты меры по патронированию, опеке и усыновлению. Наиболее крупным законом в этой отрасли был указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким материям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания «Мать-героиня» и учреждении ордена «Материнская слава» и медали «Медаль материнства». Наряду с моральным поощрением и материальной помощью семьям, этот указ вносил значительные изменения в законодательство о разводе:

– были увеличены размеры судебных пошлин,

– устанавливался судебный порядок расторжения брака,

– вводилась обязательная публикация о разводе в местной газете,

– дело о разводе рассматривалось гласно.

Гражданское право. В мирных условиях правительство последовательно уничтожало эту отрасль права и сферу хозяйственных отношений. В условиях же войны оно пошло на его частичное восстановление: ради обеспечения горожан продуктами питания была разрешена рыночная торговля. В результате к 1945 г. на колхозных рынках и базарах мяса продавалось на 49% больше, чем в 1940 г., молока – на 72%, овощей – на 98%.

Вопросы для обсуждения на семинарах:

1. В чем причина разгрома руководящего состава Красной армии 1937-1938 гг.?

2. Можно ли было предотвратить войну дипломатическими мерами?

3. Насколько оправдана жестокость в сфере трудовых отношений в годы войны?

Система власти. Победа в войне в глазах партийно-государственного руководства подтвердила эффективность существовавшего в Советском Союзе строя. Поэтому никаких изменений в отношении государства и общества, государства и партии, персональных изменений в руководстве страны после 1945 г. не произошло. И.В. Сталин со-хранил все высшие партийные посты, должности Председателя Совета Министров и Министра обороны (до марта 1947 г.). Он правил с помощью ближайшего окружения, куда входили все те же, проверенные временем, лично преданные ему А.А. Андреев, Л.П. Берия, Н.А. Вознесенский, К.Е. Ворошилов, А.А. Жданов, Л.М. Каганович, Г.М. Маленков и Н.С. Хрущев.

В феврале 1946 г. состоялись выборы в Верховный совет СССР, в феврале 1947 г. – в Верховные советы союзных республик. Верховный совет СССР собирался по одному разу в год, хотя по Конституции 1936 г. было положено проводить две сессии в год. В его компетенцию входила не разработка, а утверждение государственного бюджета и указов Президиума Верховного совета.

В марте 1946 г. в целях повышения оперативности, Президиум было сокращен с 42 человек до 16. Ясно, что эти люди физически не могли вести огромную законодательную работу и что этот орган также являлись декоративным.

И.В. Сталин и партию лишил остатков власти. К июню 1941 г. в рядах ВКП (б) насчитывалось около 4 млн. За годы войны в нее вступили 5, 3 млн. человек, из них 3 млн. погибло. Это говорит о преданности народа Родине и сложившейся системе. Однако И.В. Сталин ни с кем не собирался делиться властью. Поэтому до октября 1952 г. съезды партии не собирались. С февраля 1947 г. по октябрь 1952 г. не проводились пленумы ЦК. Если в начале 30-х гг. Политбюро собиралось по нескольку раз в неделю, то в 1950 г. заседания Политбюро были проведены 6 раз, в 1951 г. – 5 раз, в 1952 г. – 4 раза. Причем Политбюро в полном составе никогда не работало.

И.В. Сталин определял, прежде всего, политическую линию, направление внешней и внутренней политики. Но, отобрав власть у конституционных органов, он просто заблокировал работу государственного механизма. Его ближайший соратник, В.М. Молотов, через много десятилетий, вероятно, с горечью признал: «…Стоит вспомнить постановления Совета министров и ЦК. В Совете министров их принимали очень много, в неделю иногда до сотни. Эти все постановления Поскребышев в большом пакете направлял на дачу на подпись. И пакеты, нераспечатанные, лежали на даче месяцами. А выходили все за подписью Сталина. Громадная куча, которая просто не распаковывалась. Когда мы обсуждали, он расспрашивал, что вы там сегодня делали, какие были вопросы, ну, мы обедали, обсуждали, разговаривали, а поспорить – спорили, делились между собой и с ним. Естественно, вопросы выяснялись, если они были неясными, но читать ему все эти бумаги, конечно, было бессмысленно. Потому что он просто стал бы бюрократом. Он был не в состоянии все это прочитать…»1. Такое руководство не могло быть эффективным.

Судебные органы. Улучшить работу судебной системы в условиях сталинизма было, конечно, очень трудно. И все-таки, после установления в июне 1948 г. ответственности судей пред дисциплинарными коллегиями, обвинительная направленность судебной системы несколько уменьшилась. Отныне дисциплинарные проступки судей стало рассматривать не Министерство юстиции или его подразделения, а судебные коллегии. Они образовывались из председателя суда или его заместителя и двух членов по назначению председателя.

Репрессии. Репрессии имели разную форму. В лучшем случае дело ограничивалось материальным наказанием, когда на несколько месяцев устанавливались вычеты из зарплаты. Самым страшным был расстрел. Применение этой меры, в сравнении с периодом 1937-1938 гг., уменьшилось, поскольку не приносило экономического эффекта. А численность увеличилась: в 1940 г. их насчитывалось 1,6 млн. человека, в 1953 г. – 2,5 млн. чел. Из них более половины было осуждено незаконно. В целом только за 1948- 1953 гг. новыми жертвами сталинских репрессий стали более 6,5 млн. человек.

Проводившиеся в те годы репрессии можно вызывались следующими причинами.

1. Подавляющая масса незаконно осужденных оказалась в заключении из-за неэффективности экономической системы. После разрушения рыночного механизма с ее материальной заинтересованностью работников в результатах своего труда страх наказания становился основным методом производственных отношений. С одной стороны, все трудоспособное населения знало, `что может последовать за нарушение трудовой дисциплины. Поэтому многие работали, хотя работа не приносила ни удовольствия, ни денег. С другой стороны, труд заключенных государству ничего не стоил. Поэтому партийно-государственное руководство страны придумывало все новые и новые наказания. Так, в июне 1947 г. за хищение государственной собственности сроки наказаний были увеличены до 10-25 лет. О населении, находящемся в условиях тотального дефицита и нищеты, для которого воровство часто было жизненно необходимым поступком, никто не думал. Причем к лишению свободы приговаривались и лица, виновные в недоносительстве.

Помимо заключенных, к предприятиям с тяжелыми условиями труда были прикреплены около 2,3 млн. спецпоселенцев. Большинство детей спецпоселенцев, достигших 16-летнего возврата, становились на учет в спецпоселения. Женщина, вышедшая замуж за спецпоселенца, приобретала его статус.

2. Вторую группу заключенных составляли депортированные с присоединенных в 1939-1940 гг. к СССР территорий. После войны там начались радикальные социальные преобразования. Число активных противников этих преобразований не могло быть большим. Тем не менее, из западных областей Украины и Белоруссии было депортиро-вано в Сибирь около 300 тыс. человек, из Литвы – 400 тыс., из Латвии – 150 тыс., из Эстонии – 50 тыс., из Молдавии – тысячи.

3. В третью группу попали партийно-государственные руководители, а также люди и организации, каким-либо образом связанные с теми, против кого был направлен основной удар. Их число не было значительным – несколько тысяч. Но именно эти репрессии парализовали работу партийно-государственного аппарата, поскольку исключили какие-либо дискуссии при обсуждении внутренних и внешнеполитических проблем.

В центре террористической системы находился И.В. Сталин. Он лично подписывал приказы об ужесточении пыток, редактировал обвинительные заключения и фабриковал дела. При нем ничье положение не было стабильным – ни членов Политбюро, ни маршалов.

[1 Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1991. С. 258. 276]

Весной – летом 1946 г. было сфабриковано «дело авиаторов». В соответствии с ним были арестованы главнокомандующий ВВС маршал А.А. Новиков, маршал С.А. Худяков, главный инженер ВВС А.К. Репнин, нарком авиационной промышленности А.И. Шахурин и ряд других высокопоставленных лиц.

В 1948 г. начало разворачиваться «ленинградское дело» – серия сфабрикованных дел против видных партийных, советских и хозяйственных работников Ленинграда. В 1950 г. были расстреляны член Политбюро ЦК ВКП (б), заместитель Председателя Со-вета министров Н.А. Вознесенский, секретарь ЦК ВКП (б) А.А. Кузнецов, первый секретарь Ленинградского обкома П.С. Попков, председатель Госплана М.В. Басов и еще целый ряд менее именитых чиновников. В течение 1950-1952 гг. в тюрьме оказались свыше 200 партийных и советских работников Ленинграда, а также их близкие и дальние родственники. Более 2 тыс. руководящих партийных и хозяйственных работников потеряли свои места, сотни были исключены из партии.

В мае 1952 г. по приказу И.В. Сталина репрессивные органы организовали процесс по делу Еврейского антифашистского комитета. Он был создан еще в годы войны, после ее окончания превратился в центр национального объединения. Комитет выдвинул идею создания еврейской автономии в Крыму или Поволжье. Но власть объявила деятельность комитета «проамериканским сионистским заговором». В 1948 г. сотрудниками МГБ был убит его руководитель – выдающийся актер С. Михоэлс. Такая же страшная участь постигла остальных членов руководства через четыре года: в мае – июле 1952 г. по «решению суда» 13 руководителей комитета из 15 были расстреляны.МГБ сфабриковало также «Мингрельское дело», против лиц, якобы ставивших цель ликвидацию советской власти в Грузии, «дело врачей».

«Холодная война». Образование антифашистской коалиции во второй половине 1941 г. явилось результатом существования общего врага. С разгромом Германии союзники перестали нуждаться друг в друге, и на поверхность вышли прежние непримиримые противоречия.

До Второй мировой войны СССР для западноевропейских стран представал в виде замкнутой системы, пытающейся вести подрывную работу через коммунистические партии. Серьезно дестабилизировать положение в капиталистических странах эти партии не могли. К лету 1945 г. ситуация принципиально изменилась: СССР приобрел пугающую военную мощь, его войска заняли половину Европы. И.В. Сталин явно нарушал достигнутые в феврале 1945 г. на встрече с Ф.Д. Рузвельтом и У. Черчиллем в Ялте договоренности по послевоенному устройству Европы. Так, предусмотренные решениями Ялтинской конференции выборы послевоенного польского правительства проведены не были. В Польше и Восточной Германии Москва отдала ключевые портфели просоветски настроенным политикам. Под давлением Москвы румынскому королю Михаю и президенту Чехословакии Бенешу пришлось сделать то же самое. В контролируемых Западом Греции и Испании тоже существовали отнюдь не демократические режимы. Но в отличие от И.В. Сталина, который практически не поднимал вопросов о внутреннем устройстве оккупированных Англией и США стран, У. Черчилль и Г. Трумэн выступали против искусственного создания в Болгарии и Румынии прокоммунистических режимов. И.В. Сталина это не могло не раздражать.

С 17 июля по 2 августа 1945 г. в Потсдаме проходила третья, последняя встреча руко-водителей держав-победителей. На конференции английская и американская делегации отказались от согласованного в Ялте решения по репарациям Советскому Союзу и выступили с предложением об их сокращении. Они плохо представляли себе масштабы разрушений в Советском Союзе и рассматривали будущие репарации лишь как средство дальнейшего усиления своего бывшего союзника. Это было крайне негативно воспринято И.В. Сталиным.

Неожиданно для союзников он выдвинул требования о приобретении военно-морской базы в Дарданеллах, возвращении Карса и Ардагана, которые Турция получила в соответствии с Брест-Литовским договором. И.В. Сталин заявил также о заинтересованности СССР в изменении политического режима в бывших итальянских колониях Сирии и Ливане, получении в Греции военно-морской базы и изменении режима проливов Босфора и Дарданелл.

С осени 1945 г. в Москве и Вашингтоне начали раздаваться резкие высказывания в адрес друг друга.

В сентябре на Лондонском совещании советская делегация выдвинула новый пакет требований: получить под свой протекторат Ливию, включить СССР в управление Марокко, по возможности изменить политические режимы в Ливане и Сирии, исключить из всех переговоров Францию и Китай как не оказавших влияние на ход Второй мировой войны. В то же время, СССР отказался проводить свободные выборы в Румынии и Болгарии, рассматривая их не как освобожденную от фашизма территорию, а как свою зону влияния. В декабре в Северном Иране (который в соответствии с договором от 1941 г., на-ходился в совместном управлении с Англией и откуда к весне 1946 г. СССР должен был уйти) СССР создал марионеточные Автономную республику Азербайджан и Курдскую народную республику.

Ни одна из этих целей не являлась жизненно необходимой для СССР, но сам факт их постановки имел катастрофические для СССР последствия.

Наткнувшись на твердую позицию США и Англии в отношении Ирана и Турции, СССР от них отказался. В то же время, неправильно истолковав ялтинское заявление Рузвельта, что США выведут свои войска из Европы через два года по окончании войны, СССР занял непримиримую позицию в отношении оккупированных им европейских стран.

В декабре СССР заявил, что крупные международные вопросы он намерен решать только с США. Сталин не собирался вступать в конфронтацию с Западом. Он наивно предполагал договориться с США о разделе сфер влияния, подобно тому, как в августе 1939 ему удалось договориться с фашистской Германией.

Таким образом, в течение 1945 г. СССР показал себя как агрессивное государство, требующее территориального раздела мира. (В отличие от США, которые центральную роль в послевоенном устройстве мира отводили ООН).

И.В. Сталин редко обосновывал свои решения. Лишь по каким-то отдельным фактам можно понять, чего он хотел и добивался.

По всей видимости, в 1946 г. он еще рассчитывал на помощь бывших союзников по антифашистской борьбе. И, вероятно, ради этого он был согласен на улучшение имиджа СССР в глазах мирового сообщества. Одним из направлений этого стал отказ от революционных символов, в частности, с 1946 г. Красную армию переименовали в Советскую армию, а Совет народных комиссаров – в Совет министров.

Между тем, в марте 1946 г., в разгар противостояния в Иране, У. Черчилль в присутствии президента США Г. Трумена произнес в штате Миссури свою знаменитую речь. Он утверждал, что государственная власть в СССР осуществляется диктатором, действующим через фиктивную политическую партию и опирающимся исключительно на политическую полицию; что основной целью СССР стало безграничное расширение своего влияния через коммунистические партии Европы и насаждение таких же партий по всему миру. Поэтому англо-говорящие народы должны остановить наступление этой агрессивной системы. В ответ И.В. Сталин сформулировал более жесткую внешнеполитическую линию.

В 1946 г. возник новый очаг разногласий. США заявили, что настало время передачи решения германской проблемы в руки немецкому народу. На словах СССР также высказывался за воссоединение Германии, но на деле приступил к переустройству своей зоны оккупации по советскому образцу. В том же году СССР начал оказывать (наряду с Югославией и своими марионеточными правительствами в Болгарии и Албании) прямую помощь греческим коммунистам-партизанам.

В феврале 1947 г. Г. Трумэн в послании Конгрессу США наметил план конкретных экономических, военных и идеологических действий по предотвращению расширения советской сферы влияния.

В том же месяце в Москве возобновилось обсуждение германской проблемы. Со-ветская делегация отвергла американское предложение о нейтралитете Германии. Американская же сторона отклонила советское предложение о новых репарациях из Германии. По ее мнению, Германия могла превратиться в новый очаг напряженности, чего европейские страны не хотели.

После провала московских переговоров американская сторона сделала вывод о необходимости быстрой экономической помощи пострадавшим в войне странам. СССР уже несколько лет настойчиво добивался от США кредитов. В Москве полагали, что они должны выделяться без каких-либо политических условий. Однако в США эти кредиты предлагали на условиях развития демократии, частного предпринимательства, соблюдения прав человека и удаления из правительств европейских стран коммунистов. Принять эти условия антинародное и антидемократическое сталинское руководство не могло. Под его давлением от американской помощи отказались сначала Польша и Чехословакия, а затем Румыния, Венгрия, Албания и Финляндия.

Вскоре СССР настоял на удалении из правительств Восточной Европы социал-демократов. В сентябре 1947 г. в Польше представители семи коммунистическим партий Восточной Европы и также коммунистических партий крупнейших стран Западной Европы – Франции и Италии – создали координационный центр – Информационное бюро коммунистических и рабочих партий (Коминформ). Эта была жесткая структура, насаждавшая со-ветский вариант политической системы, какие-либо отклонения от нее исключались.

С 1947 г. в США стали разрабатываться планы прямого военного нападения на Со-ветский Союз. Со своей стороны СССР усилил поддержку подрывных сил внутри капиталистического мира и форсировал проведение тоталитарных реформ в оккупированных странах. Началась «холодная война».

Гонка вооружений. Борьба с США на дипломатическом уровне, глубинные преобразования в оккупированных Красной Армией странах Восточной Европы советскому народу не стоили больших средств. Гораздо больше тяжелые последствия имела гонка вооружений. Концентрация гигантских капиталовложений для достижения этой цели велась в ущерб повышению уровня жизни народа. Начать гонку вооружений в разоренной стране мог лишь диктатор, которого не волновали интересы народа. Завоевание мирового пространства для него было гораздо более важно задачей.

Между тем, Советский Союз лежал в развалинах. В годы войны ради обеспечения армии всем необходимым советский народ выбивался из последних сил. СССР не являлся сверхдержавой. Его экономический потенциал был ниже американского приблизительно в 5 раз. В совокупности же с остальными странами Запада этот разрыв представлял огромную величину. В этих условиях задача советского правительства должна была сосредоточиться на возрождении экономики и повышении катастрофически низкого уровня жизни народа. Важнейшим условием этого мог стать отказ от амбициозных планов завоевания политического влияния в Европе. Именно такой вариант внешней политики пытался сформулировать заместитель министра иностранных дел Литвинов. Однако он не обладал политическим влиянием. Сталин же и его окружение считали, что до большой войны дело не дойдет, а расширение сферы влияния СССР стоит тех жертв, которые придется принести. Поэтому он взял курс на противоборство с Западом.

Работы над атомным оружием начались в СССР с постановления ГКО от 28 сентября 1942 г. «Об организации работ по урану». В то время армия и страна находились в крайне тяжелом положении, и урановой проблеме не придавалось большого значения. Работы вели около 100 физиков, ограниченных в средствах. Летом 1945 г. И.В. Сталин осуществил свой довоенный план захвата Европы, фактически половина цивилизованного мира оказалась завоевана. И вдруг на его пути стало появившееся у США атомное оружие. Поэтому И.В. Сталин приказал эти работы ускорить. 20 августа под руководством Л.П. Берии был создан специальный комитет по атомной энергии, куда вошли А.Ф. Иоффе, П.Л. Капица и И.В. Курчатов.

До середины 1948 г. И.В. Сталин не определился в выборе: попытаться ли превратить СССР в атомную супердержаву или сосредоточить силы на решении социальных проблем со-ветского народа. В его окружении группа А.А. Жданова, Н.А. Вознесенского, А.Н. Косыгина склонялась к необходимости сосредоточиться на повышении уровня жизни народа. А группа Г.М. Маленкова и Л.П. Берии ратовала за установление мирового лидерства Советского Союза. С середины 1948 г. И.В. Сталин принял сторону Маленкова и Берии.

Во второй половине 40-х гг. возникли 10 закрытых атомных городов: Арзамас-16, Челябинск-70, Челябинск-65, Залатоуст-36, Свердловск-45, Пенза-19, Красноярск-26, Томск-7 с населением в сотни тыс. человек. В 1949 г. в Китае к власти пришла коммунистическая партия во главе с Мао Цзэдуном. Это давало И.В. Сталину неисчерпаемый источник живой силы, что наряду с атомным оружием делало СССР непобедимым. И диктатор приказал увеличить темпы подготовки к войне с Западом. На атомную программу работала вся страна. Президент Академии наук СССР позднее вспоминал: «Теперь можно открыто и прямо сказать, что значительная доля трудностей, пережитых нашим народом в послевоенные годы, была связана с необходимостью мобилизовать огромные людские и материальные ресурсы с тем, чтобы сделать все возможное для успешного завершения в самые сжатые сроки научных исследований и технических проектов для производства ядерного оружия»1.

В результате в сентябре 1949 г. было проведено успешное испытание советской атомной бомбы.

Параллельно этому велись работы по созданию средств доставки атомного оружия. В мае 1949 г. была удачно испытана баллистическая ракета Р-1. В 1950 г. на вооружение советских войск поступила ракета Р-5. В 1953 г. В.М. Мясищев создал бомбардировщик дальнего радиуса действия М-5/1: он мог взлететь с советского аэродрома, сбросить груз над территорией США и спокойно вернуться домой.

Экономические итоги. В ходе подготовки четвертого пятилетнего плана и обсуждения проекта новой Конституции в 1945-1946 гг. от руководителей высокого уровня (секретаря ЦК ВКП (б), первого секретаря Ленинградского обкома ВКП (б) А.А. Жданова, председателя Госплана Н.А. Вознесенского, председателя Совета Министров РСФСР М.И. Доронина и некоторых других) и региональных руководителей поступили предложения о более сбалансированном развитии экономики, некоторой децентрализации ее управления и даже о реформировании колхозного строя. Они исходили из абстрактного рассуждения, будто послевоенное восстановление экономики капиталистических стран окажется длительным, и капиталистический строй в этих условиях не сможет превратиться в новую угрозу для СССР. Кроме того, авторы этих предложений ссылались на опыт 20-х гг., когда восстановление экономики началось с оживления частного сектора и децентрализации управления. Между тем, И.В. Сталин уже на конференции в Потсдаме в 1945 г. почувствовал, что тон партнеров по переговорам изменился: он стал более жестким, менее доброжелательным. Что касается опыта НЭПа, то И.В. Сталин никогда не признавал его положительного эффекта. Поэтому он опять взял курс на всемерное использование методов административного нажима и страха.

[1 Данилов А.А., Пыжиков А.В. Рождение сверхдержавы. СССР в первые послевоенные годы. М., 2001. С. 103.]

План четвертой пятилетки был принят в мае 1946 г. В 1947 г. и в 1949 г. он был произвольно увеличен, особенно в военно-промышленной сфере. В результате начиналась стройки, многие из которых вскоре останавливались. Производительность труда оставалась низкой. Численность управленцев росла, чуть ли ни в 2 раза быстрее численности рабочих.

Согласно официальной статистике, довоенный объем промышленного производства был достигнут в 1948 г. В гораздо менее пострадавшей Англии экономика была восстановлена в 1947 г., во Франции – в 1948 гг., в ФРГ – в 1950 г. Даже учитывая спорность официальных, советских данных, темпы восстановления в СССР следует признать хорошими.

А вот восстановить довоенный объем сельскохозяйственной продукции правительству так и не удалось. Например, урожайность зерновых в начале 50-х гг. составляла 7,7 центнеров с гектара, тогда как в 1913 г. – 8,2. Главными путями его подъема были: обеспечение села техникой и удобрениями, повышение культуры земледелия. Но поставленных целей достичь не удалось. Правда, особого стремления к восстановлению сельского хозяйства у советского руководства и не было, поскольку деревня по-прежнему рассматривалась в качестве одного из источников развития промышленности.

Определенным источником развития экономики стали также репарации: вывезенное с территории восточной Германии, Австрии, Венгрии, Чехословакии и Манчжурии промышленное оборудование. Но в основном восстановление и развитие экономики достигалось за счет сохранения бесправного положения народа, массового террора и мощного пропагандистского воздействия.

Социальное положение советского народа. Положение рабочих, служащих и колхозников в этот период не изменилось. В июне 1945 г. были восстановлены очередные и дополнительные отпуска, отменены ежедневные сверхурочные работы, а также трудо-вые мобилизации. При этом все работники по-прежнему были прикреплены к своим рабочим местам и не могли уволиться по собственному желанию. За нарушение трудо-вой дисциплины сохранялась уголовная ответственность. Особенно жесткая дисциплина оставалась на предприятиях с тяжелыми условиями труда: в угольной, судостроительной и химической промышленности, черной и цветной металлургии, железнодорожном, морском и речном транспорте.

В 1946 г. Молдавию, юго-западную Украину и центрально-черноземную зону поразила жесточайшая засуха. Если в 1940 г. валовой сбор зерна составлял 95,5 млн. тонн, в 1945 г. – 47,3 млн., то в 1946 г. – 39,5 млн. В стране разразился голод. Власть располагала стратегическими резервами, которых могли сгладить последствия природной катастрофы. Однако для нее более важным являлось повышение престижа СССР в глазах других стран, которые также пострадали от засухи, поэтому зерновые запасы отправлялись в Болгарию, Румынию, Польшу, Чехословакию, Францию и другие страны в качестве дружеской помощи. В 1946 г. туда было отправлено 0,4 млн. тонн, в 1947 г. – уже 2,4 млн. тонн. И это в то время, как в СССР в течение 1946-1948 гг. от голода и вызванных им болезней скончалось около 2 млн. человек.

Власть не могла и не хотела признать, что последствия засухи могли бы быть иными, если бы не крайне неэффективная система хозяйствования, сложившаяся в деревне в начале 30-х гг. Государство все так же изымало продукцию колхозов по грабительски низким ценам. Так, в 1950 г. один центнер зерна покупался государством за 8 руб., а его себестоимость равнялась 49 руб. При таких доходах колхозам просто нечем было расплачиваться с крестьянами. Норма выдачи зерна за трудодень уменьшилась более чем в 2 раза. Прожить на трудодни крестьяне не могли, поэтому дополнительно работали на своих приусадебных участках. Но эти участки были обложены высокими натуральными (поставки мяса, шерсти, молока и т.д.) и денежными налогами. Причем денежные налоги постоянно повышались. Полностью лишив крестьян материальной заинтересованности в работе, власть сама породила минимальную производительность труда в аграрном секторе экономики. Даже загнав на поля и фермы всех стариков, инвалидов и детей с 10-летнего возраста, она не могла поднять эту производительность. Поэтому оно попыталось выйти из этой ситуации привычными для себя административно-репрессивными методами.

Нажим на деревню оказался сопоставим с давлением периода коллективизации. На выкачивание продовольственных и денежных ресурсов из деревни были брошены силы партийных, хозяйственных органов, милиции и Госбезопасности. Многие сердобольные председатели колхозов смотрели сквозь пальцы на увеличение колхозниками своих мизерных участков за счет колхозных полей, старались выделить побольше продуктов из колхозных фондов. За это в 1945 г. было осуждено 5,8 тыс. крестьянских руководителей, в 1946 г. – 9,5 тыс. Чтобы предотвратить хищение зерна с колхозных и совхозных полей, в июне 1947 г. было усилено уголовное законодательство. Только за один год его действия было осуждено около 200 тыс. человек.

Доходы колхозника были в 4 раза меньше средней зарплаты рабочего и служащего. Крестьяне по-прежнему не имели паспортов, что исключало поиски работы в городе. Тем не менее, они стремились бросить работу в колхозах и совхозах и покинуть деревню при первой возможности. Этот процесс мог стать крайне опасным для власти. В июне 1948 г. Президиумом Верховного совета СССР был принят указ из целой серии постановлений такого рода – «О выселении в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный, паразитический образ жизни». Тех, кто не отрабатывал на полях и фермах необходимое число дней, ссылали на 8 лет в Якутию, Красноярский, Приморский, Хабаровский края, Иркутскую, Кемеровскую, Тюменскую и Читинскую области. В целом по стране за 1948-1953 гг. было выслано более 30 тыс. человек. Вместе с ними на спецпоселения «добровольно» отправились более 13 тыс. членов их семей.

Откровенно антинародная политика камуфлировалась разными способами, прежде всего – снижением цен на потребительские товары. Однако они снижались не с уровня 1940 г., а с 1945 г., хотя за годы войны цены, естественно, значительно выросли.

В целом предвоенный уровень жизни удалось восстановить в 1948 г., а уровень жизни 1913 г. – в 1954 г.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. Кто в большей степени виноват в развязывании «холодной войны»: США или СССР?

2. Кто внес б?льший вклад в разгром милитаристской Японии: СССР или США?

3. Почему после окончания Великой Отечественной войны не прекратились репрессии?

4. Насколько эффективным был государственный механизм?

Тесты

1. Когда ВКП (б) была переименована в КПСС?

а) в 1939,

б) в 1947,

в) в 1952,

г) в 1953.

2. С какого года началась гонка вооружений?

а) с 1947,

б) с 1949,

в) с 951.

В демократических странах изменения в политических системах предопределяются глубинными социально-экономическими подвижками. В тоталитарных странах и в Советском Союзе в том числе они зависели от расстановки сил в руководстве страны.

Борьба за власть. До конца 40-х гг. И.В. Сталин чувствовал себя хорошо, но бремя власти постепенно подтачивало его здоровье. Его начали мучить гипертония и атеросклероз мозга. С 1950 г. отпуск И.В. Сталина стал длиться уже несколько месяцев. Он уезжал на юг в середине лета и возвращался в Москву порой поздней осенью. Стало подводить зрение, и в одиночестве ему приходилось носить очки. Еще несколько лет назад он был чрезвычайно активным, а в октябре 1952 г. на XIX съезде КПСС его сил хватило лишь на то, чтобы выступить с «речью» длиною в 7 минут.

В начале 1953 г. начались обмороки и провалы в памяти. Врачей он опасался. Окажись они рядом вечером 1 марта 1953 г., вряд ли они разрешили бы ему отправиться в баню. Ее посещение спровоцировало инсульт, вызвавший паралич. И.В. Сталин давно запугал всех членов Президиума. Никто из них не чувствовал себя в безопасности. И, вероятно, никто из них не желал его поправки. Возможно поэтому, врачей пригласили к умирающему диктатору лишь через 12 часов после известия о параличе. Вечером 5 марта Сталин скончался.

Смерть диктатора, который так долго находился у власти, ничего принципиально не меняла. За эти десятилетия он окружил себя такими же людьми, как и он сам. Они прочно контролировали политическую ситуацию в стране и не собирались что-либо менять в своей жизни. Поэтому последовавшие реформы, во-первых, явились попыткой членов Президиума ЦК КПСС перехватить друг у друга инициативу в ходе борьбы за власть. Во-вторых, они носили исключительно поверхностный характер. Независимо от отношения друг к другу, никто из членов Президиума не ставил под сомнение правильность пройденного страной пути, что исключало возможность каких-либо дискуссий по ключевым вопросам развития СССР.

Тоталитарная система не смогла создать легитимный принцип передачи власти. Этому мешали заложенные в программу партии и Конституцию демократические лозунги. Но партийно-государственное руководство игнорировало их с 1918 г. Поэтому после смерти диктатора началась борьба за его наследство.

В начале марта 1953 г. в Президиум ЦК КПСС входили Л.П. Берия, Н.А. Булганин, К.Е. Ворошилов, Л.М. Каганович, Г.М. Маленков, А.И. Микоян, В.М. Молотов, М.З. Сабуров, Н.С. Хрущев. На партийно-государственное наследие Сталина претендовали два его соратника – Г.М. Маленков и Л.П. Берия.

[1 Политбюро ЦК ВКП (б) было переименовано в Президиум ЦК КПСС в октябре 1952 г. на XIX съезде партии. Сама партия до съезда называлась ВКП (б), на съезде ее переименовали в КПСС.]

Г.М. Маленков не обладал качества лидера. Л.П. Берия же был жестоким, циничным и напористым. Он рвался к власти и первые два дня после смерти Сталина именно он занимал его кабинет в Кремле. Как глава МВД он действительно имел возможность контролировать частную жизнь всех членов Президиума, поскольку ему подчинялась охрана правительственных дач и обслуживающий персонал. В апреле-мае он начал собирать материал по участию членов Президиума ЦК КПСС в послевоенной депортации народов. Роль самого Л.П. Берии в этих преступлениях была менее значительной, что давало ему возможность превратиться в судью. Для членов Президиума это могло обернуться не только потерей должностей, но и вполне реальным судом. Но, скорее всего, реальность была более сложной.

Анализ черновых набросков материалов июльского 1953 г. пленума ЦК КПСС показывает, что, прежде всего, отторжение вызывали его политические идеи. С марта по июнь он вынес на обсуждение Президиума ЦК КПСС совершенно неожиданные предложения:

– ослабить контроль партии над экономикой,

– перестать глушить иностранные радиостанции,

– реорганизовать систему МВД-МГБ,

– ограничить сферу принудительного труда в народнохозяйственном комплексе страны (для чего прекратить строительство Главного Туркменского канала, Волго-Балтийского пути, канала Волга-Урал, железной дороги Чум-Салехард-Игарка и ряда других народно-хозяйственных строек),

– пересмотреть сфабрикованные дела,

– отменить применяемые в ходе следствия пытки,

– облегчить материальное положение колхозников,

– перераспределить полномочия от партии к государственным органам,

– выдвигать в местные партийные и советские органы представителей местных народов,

– разрешить ГДР объединиться с ФРГ,

– нормализовать отношения с Югославией.

Л.П. Берия был опасен для них совсем по другой причине: не обвиняя старых соратников И.В. Сталина в содеянном, он предлагал путь, на котором им могло не оказаться места. И не случайно все выступавшие на пленуме пришли к единодушному мнению – Л.П. Берия не коммунист.

Скорее всего, основная цель Берии состояла в усилении своих политических позиций, а этого никто не хотел, и его убрали привычным для того времени методом. Поэтому Г.М. Маленков и Н.С. Хрущев организовали заговор. Разумеется, никакого ордера на арест Л.П. Берии или санкции прокурора они не имели.

Л.П. Берия был арестован 26 июня группой генералов и офицеров на заседания Президиума ЦК КПСС по обвинению в «сотрудничестве с империалистическими разведками». 23 декабря того же года его расстреляли «за организацию антисоветской заговорщической группы в целях захвата власти и установления господства буржуазии».

В соответствии с традициями того времени, вслед за начальником были расстреляны его нынешние и бывшие подчиненные: министр Госконтроля СССР, бывший министр Госбезопасности СССР В.Н. Меркулов, министр внутренних дел Грузии, бывший начальник одного из управлений НКВД СССР, В.Г. Деканозов, заместитель министра внутренних дел СССР, бывший заместитель министра госбезопасности Б.З. Кабулов, бывший нарком внутренних дел Грузии, начальник одного из управлений МВД СССР С.А. Гогладзе, министр внутренних дел Украинской ССР, бывший начальник одного из управлений НКВД СССР П.Я. Мешик, бывший начальник следственной части по особо важным делам МВД СССР Л.Е. Влодзимирский.

Желание обезопасить себя от появления подобных ситуаций в будущем толкнуло членов Президиума к ликвидации самостоятельности карательных органов и установлению некоторой коллегиальности в работе:

– были ликвидированы Особое совещание при министре внутренних дел и прокуратура войск МВД,

– Верховный суд получил право пересмотра постановлений дел, которые вели «тройки», Особое совещание и коллегия ОГПУ,

– начался регулярный созыв пленумов ЦК,

– крайне медленно, но все-таки начался процесс реабилитации: из более чем 2 млн. заключенных на свободу вышли 4 тыс. человек.

Кроме этого, так как И.В. Сталин работал ночью, а спать ложился лишь под утро, то и весь партийно-государственный аппарат ночью должен был находиться на работе. С 1 сентября ночные дежурства руководителей отменили. Отменили также обязательный минимум выработки трудодней для колхозников. В декабре не было награждений сталинскими премиями. И.В. Сталин все еще причислялся к классикам марксизма-ленинизма, однако хвалебные эпитеты при каждом упоминании его имени исчезли,

После ареста и расстрела Л.П. Берии в руководстве возник новый очаг напряженности между Г.М. Маленковым и Н.С. Хрущевым.

Власть того или иного человека определялась не его должностью, а его личностью. Например, в сентябре 1953 г. Н.С. Хрущеву досталась должность Первого секретаря ЦК КПСС. С момента ее образования в 1922 г. ее занимал И.В. Сталин. Но Н.С. Хрущев сыграл чуть ли ни главную роль в аресте Берии, это подхлестывало его амбиции, ему хотелось большей власти.

Г.М. Маленков с Н.С. Хрущевым и раньше сталкивались друг с другом. Так, в конце 40-х гг. Н.С. Хрущев выдвинул утопическую идею строительства новых крупных деревень; Маленков же ее отверг из-за экономической необоснованности.

В августе 1953 г. состоялась сессия Верховного совета СССР, а в сентябре – пленум ЦК КПСС, на которых Г.М. Маленков изложил планы социального и экономического развития страны (доклад на пленуме делал Н.С. Хрущев, но его идеи сформулировал Г.М. Маленков). Сельское хозяйство агонизировало: среднегодовой сбор зерна едва превышал уровень сбора 1913 г., положение в животноводстве оказалось хуже, чем до революции. Население страны питалось плохо. Поэтому, хотя Г.М. Маленков подчеркивал «неоспоримые преимущества колхозного строя», фактически он предложил сменить приоритеты в экономике: оказать материальную помощь измученной деревне, перераспределить капиталовложения из тяжелой промышленности в легкую и пищевую, включить принцип материальной заинтересованности.

Со времен НЭПа целесообразность и возможность использования экономических рычагов в партии не обсуждалась. Интересы промышленности считались более значимыми, нежели задача повышения уровня жизни народа. Поэтому предложения Маленко-ва партийно-хозяйственная элита встретила с недоумением. В качестве главного оппонента выступил Н.С. Хрущев. На февральско-мартовском пленуме 1954 г. он выдвинул идею освоения целинных и залежных земель в Казахстане, Поволжье и Сибири.

Между тем, шел процесс пересмотра дел партийно-хозяйственных работников, репрессированных в 40-е – начале 50-х гг. Основную вину за фабрикацию «ленинградского дела» возложили на уже расстрелянных Л.П. Берию и Абакумова, но следствие ярко высветило и личную ответственность Г.М. Маленкова. К тому же в 1954 г. он осуществил массовое сокращение государственного аппарата: из сферы управления было выведено около миллиона человек. Это породило недовольство бюрократии. Н.С. Хрущев воспользовался сложившейся ситуацией и заставил Г.М. Маленкова уйти в отставку. Новым главой правительства стал Н.А. Булганин. В мае 1955 г., путем назначения на должности заместителей Председателя Совета синистров своих единомышленников – А.И. Микояна, М.Г. Первухина, М.З. Сабурова Н.С. – Н.С. Хрущеву, удалось ослабить позиции двух своих возможных противников – Л.М. Кагановича и В.М. Молотова. Такую же должность взял себе и сам Н.С. Хрущев.

Осенью 1955 г. были получены результаты пересмотра приговоров лиц, осужденных в 1937-1939 гг. К этому времени члены Президиума ЦК КПСС уже знали, что НКВД в 30-40-е гг. поистине зверствовал. Но полученные результаты их просто ошеломили. И это притом, что по личному распоряжению Н.С. Хрущева к этому времени руководитель КГБ генерал И. Серов уничтожил 11 мешков с документами. В начале ноября 1955 г. Л.М. Каганович высказался против обычно проводившихся торжеств в декабре в честь дня рождения И.В. Сталина. Его поддержал Н.В. Булганин. В декабре 1955 г. была создана специальная комиссия по обобщению полученных в ходе пересмотра дел жертв репрессий.

В ходе пересмотра члены Президиума получали все больше материалов, подтверждающих, что И.В. Сталин лично руководил массовым террором, был инициатором разнарядок на уничтожение огромного количества людей. К началу февраля 1956 г. комиссия подготовила обобщающий материал на 70 страниц. Оказалось, что все процессы 30-х гг. были сфабрикованы И.В. Сталиным. Встал вопрос, что делать с этим материалом. С одной стороны, необходимость исключить повторения подобных событий в будущем требовала внимательно проанализировать причины этих репрессий на предстоящем XX съезде КПСС. С другой стороны, В.М. Молотов, Л.М. Каганович и К.Е. Ворошилов опасались подорвать веру советских людей в идеалы социализма. Поэтому, хотя Президиум и решился на обнародование материалов комиссии на съезде, решено было сделать это осторожно и частично. Кроме того, членов Президиума беспокоило то, что, узнав правду о сталинских действиях, делегаты съезда не проголосуют за переизбрание членов Президиума на новый срок. Поэтому было принято решение: сначала провести выборы в Президиум, а затем – обнародовать доклад о И.В. Сталине.

XX съезд КПСС состоялся в феврале 1956 г. Он проходил в обычном режиме. Перед началом работы, 1436 делегатов почтили память И.В. Сталина. Затем выслушали отчетный доклад ЦК, доклад ревизионной комиссии, «обсудили» директивы шестого пятилетнего плана. Чтение доклада «О культе личности и его последствиях» состоялось на закрытом (для иностранцев и советских журналистов) заседании.

Уровень теоретического мышления его составителей не позволял в то время найти правильные причины трагических событий 20-40-х гг. В результате в докладе оказались ошибки, предопределившие теоретическую и организационную деятельность КПСС на тридцать лет вперед.

Во-первых, сложнейшие социально-экономические процессы были сведены к ошибкам одного человека. Была дана негативная оценка И.В. Сталина, осуждены массо-вые репрессии, нарушения принципов коллективного руководства партией и государством. Делался вывод, будто отход И.В. Сталина от правильного ленинского пути начался в 1934 г., а все сделанное им до этого находилось в русле марксизма-ленинизма.

Во-вторых, И.В. Сталина неосознанно отделили от партии, но это позволило вывести из-под критики государственный строй и деятельность КПСС.

В-третьих, о преступлениях партии перед народом не было сказано ни слова.

Развенчав культ личности И.В. Сталина, система должна была найти нового кумира для продолжения идеологической обработки населения в привычном духе. Им стал В.И. Ленин. Культ основателя большевистской партии был создан без особого труда и какого-либо отторжения со стороны масс, поскольку менялось только имя, а идеологические постулаты оставались прежними.

Последовавшие робкие попытки со стороны узких интеллигентских групп разобраться в реальной природе деформаций социализма были решительно пресечены в том же году. Правда, это удалось сделать только в собственной стране. В международном коммунистическом движении доклад Н.С. Хрущева вызвал шок, а в Венгрии – восстание. В Венгрии с 26 октября по 7 ноября с венгерской стороны погибло 2,5 тыс. и ранено около 20 тыс. человек, 200 тыс. было вынуждено покинуть страну1. Попытку мятежа поляков осенью того же года удалось предотвратить политическими методами без применения военной силы.

События 1956 г. в Венгрии вызвали психологический шок в советском руководстве и заставили скорректировать курс ХХ съезда. В декабре 1956 г. ЦК КПСС утвердил письмо «Об усилении работы партийных организаций по пресечению вылазок антисоветских, враждебных элементов». Л.М. Каганович, Г.М. Маленков, К.Е. Ворошилов, Н.А. Булганин увидели, что в критике сталинизма Н.С. Хрущев зашел слишком далеко, подорвал авторитет КПСС в международном коммунистическом движении и авторитет самого движения.

Н.С. Хрущеву срочно требовалось укрепить свое лидерство. В этих условиях, во-преки мнению Государственной комиссии по экономике, он в феврале 1957 г. предложил и начал проталкивать через прессу и Верховный совет явно непродуманную реформу системы управления промышленностью. Стране действительно нужна была реформа системы управления. Во-первых, тоталитарная система обладала такими родовыми признаками, как бюрократизм, малая эффектность, волокита. На появление новых проблем система реагировала только созданием очередной организационной структуры. Так в Министерстве торговли СССР насчитывалось 369 структурных подразделений, в Министерстве электростанций – 366. Проект государственного бюджета 1954 г. включал 52340 показателей. Зачастую для решения простейших проблем требовалось согласование на уровне министерства. Во-вторых, ликвидация системы ГУЛАГа, отмена репрессивного трудового законодательства 30-40-х гг. породили определенные сложности: обострились проблемы финансирования экономики, упала производственная дисциплина, возросла текучесть рабочей силы, увеличился разрыв между спросом населения на товары первой необходимости и их предложением и т.д.

В мае 1957 г. Н.С. Хрущев добился принятия Верховным советом закона «О дальнейшем совершенствовании организации управления промышленностью и строительством». Его суть состояла в изменении отраслевого принципа управления экономикой на территориальный. Для этого на базе 141 союзного, союзнореспубликанского и республиканского министерства создавались 105 совнархозов. Их деятельность Госплан СССР не контролировал. Все это было непривычно.

Чашу терпения сторонников Сталина переполнило майское выступление Н.С. Хрущева в Ленинграде, где он поставил задачу за четыре года обогнать США по производству на душу населения мяса и молока. Заговорщики решились за смещение Н.С. Хрущева. Возглавил их председатель Совета Министров Н.А. Булганин.

18 июня 7 членов Президиума ЦК из 10 приняли решение о смещении Н.С. Хрущева. На пост Первого секретаря планировали В.М. Молотова. Но Н.С. Хрущев неожиданно для своих противников нарушил сложившиеся практику (когда вопросы такого уровня всегда решались в узком кругу) и потребовал созыва пленума ЦК. Оппозиция на это не рассчитывала и поддержкой членов ЦК заранее не заручилась. Между тем, Н.С. Хрущев среди членов ЦК пользовался популярностью: большинство из них получили свои должности именно при Н.С. Хрущеве.

[1 С советской стороны 720 солдат и офицеров было убито и 1540 ранено. 288]

На состоявшемся с 22 по 29 июня пленуме ЦК Н.С. Хрущев сразу же умело сместил акценты. Вместо того, чтобы начать обсуждение экономической ситуации в стране, чего добивались члены Президиума, он обрушился на них, обвинив в репрессиях 30-х гг. Те растерялись. Подавляющее число членов ЦК поддержали Н.С. Хрущева. В сложившейся ситуации К.Е. Ворошилов, Н.А. Булганин, М.З. Сабуров и М.Г. Первухин выступили с покаянными речами. Свои ошибки признали и Г.М. Маленков и Л.М. Каганович. Пленум лишил Г.М. Маленкова, Л.М. Кагановича, В.М. Молотова, Д.Т. Шепилова, М.Г. Первухина и М.З. Сабурова их постов. Но впервые за 20 лет побежденные не были расстреляны. Это означало, что 4 года после смерти И.В. Сталина не прошли даром: характер борьбы за власть изменился. Состав Президиума ЦК был увеличен до 15 человек за счет сторонников Н.С. Хрущева.

Победа Н.С. Хрущева была обеспечена позитивными сдвигами в жизни партийно-государственной номенклатуры. При И.В. Сталине государственный аппарат, обладая безграничной властью над народом, по отношению к карательным органам во главе со И.В. Сталиным сам оказывался беззащитным. После смерти диктатора, расстрела Л.П. Берии и реформы карательных органов жизнь номенклатуры стабилизировалась, постоянно висевшая над нею опасность исчезла. Большинство членов ЦК КПСС не хотели возвращения к прежним порядкам. И видели в Н.С. Хрущеве силу, которая не допустит этого. В.М. Молотов же, Л.М. Каганович и Г.М. Маленков начали восприниматься как оживающее прошлое.

Н.С. Хрущев победил, но первой жертвой этого стала коллегиальность. Оставаясь Первым секретарем ЦК КПСС, он в 1958 г. получил также должность Председателя Совета министров, и таким образом совместил руководящие посты в партии и государстве, как это было при И.В. Сталине. Последние препятствия для авторитаризма оказались снятыми. Однако и ответственность за происходящее в стране отныне легла только на него.

Реформы Н.С. Хрущева. Первые годы после сосредоточения всей власти в руках Н.С. Хрущева казались вполне успешными. Прирост национального дохода в 1958 г. составил 12,4%, в сравнении с 7% в 1957 г. Правда, с политикой Н.С. Хрущева эти успехи связаны не были. Пока шла реорганизация системы управления, предприятия остались бесхозными и экономические показатели улучшились. Но к началу 60-х гг. реорганизация завершилась, и возникли новые трудности. Главным из них оказалось местничество: совнархозы стремились обеспечить необходимой продукцией и сырьем свои предприятия, в ущерб выполнению общегосударственных планов. В 1960-1963 гг. пришлось принимать дополнительные решения, фактически означавшие отказ от реформы 1957 г.:

– в РСФСР вместо 67 совнархозов осталось 24,

– для координации деятельности всех совнархозов в масштабах страны сначала был создан Совет народного хозяйства СССР, а затем и Высший совет народного хозяйства СССР,

– для осуществления единой научно-технической политики в масштабах страны создали более 40 отраслевых комитетов при Совете министров СССР,

– вопросы капитального строительства изымались из ведения совнархозов и передавались в подчинение Госстроя СССР.

Н.С. Хрущев не понимал неустранимости пороков сталинской системы. Ему казалось: стоит подправить методы государственного управления, отказаться от репрессий, и социализм докажет свои исторические преимущества. На самом деле, плановая экономика могла обеспечить приоритетное развитие и мировое лидерство лишь в очень незначительной группе отраслей и за счет остановки развития всех остальных.

Однако он не мог не видеть, что не все задуманное удается достичь, что его авторитет может пошатнуться. Для того чтобы избежать этого, он в 1961 г. на XXII съезде КПСС вернулся к критике культа личности И.В. Сталина. В совершении преступлении перед партией и народом теперь обвинялся не только И.В. Сталин, но его ближайшие соратники. Вместе с тем, Н.С. Хрущев и на этот раз не подверг сомнению правильность основных направлений деятельности партии. В резолюции XXII съезда было сказано, что «партия сказала народу всю правду о злоупотреблениях власти в период культа личности». Это означало, что дальнейшего обсуждения проблемы не будет. Об уровне теоретического осмысления этой ключевой проблемы советского общества говорит эпизод с выступлением на съезде большевички с 1902 г. Лазуркиной. С трибуны съезда она рассказала делегатам свой сон, в котором к ней будто бы явился В.И. Ленин и пожаловался: «Мне неприятно быть рядом со Сталиным». 30 октября тело И.В. Сталина вынесли из мавзолея.

Третья программа КПСС. В сознании Н.С. Хрущева и партийно-государственного руководства сочетались упрощенный марксизм с конкретным государственным опытом. Они не могли подвергнуть критическому анализу пройденный страной путь, в то же время, пытались теоретически обосновать ее дальнейшее развитие. Эти попытки вылились в третью программу КПСС – программу построения коммунизма.

Впервые о ее необходимости заговорили на XVI съезде партии в 1930 г. Поскольку И.В. Сталин и его окружение сделали вывод, о построении в СССР социалистического общества, закрепили его в Конституции 1936 г., требовалось определить следующую цель.

О необходимости новой программы говорили на XIC съезде в 1952 г., на XX съезде в 1956 г. и на XXI съезде в 1959 г. Наконец, 30 июля 1961 г. был опубликован проект третьей программы КПСС. Считается, что в обсуждении программы приняли участие более 9 миллионов коммунистов, а всего – около 73 млн. человек. На самом деле внесенные в комиссию по подготовке программы поправки показывают, что дискуссия проходила в жестко обозначенных властью рамках и в таком виде не могла вызвать чей-либо интерес. В результате в текст были включены 138 малозначимых поправок. Например, во введении усилено прославление В.И. Ленина, в экономическом разделе подчеркнуто значение кибернетики. В проекте ставилась цель обеспечить каждую семью к 1980 г. отдельной квартирой, а в окончательном варианте программы говорилось, что «в стране будет покончено с недостатком жилья», стоявшее в проекте определение «франко-германские противоречия» заменили «франко-западногерманскими» и т.д. Власть не нуждалась в серьезном обсуждении дальнейшего развития страны, поэтому не случайно на XXII съезде не было даже отдельного доклада по программе: Н.С. Хрущев совместил этот вопрос с Отчетным докладом ЦК за истекший период. Кроме того, большую часть времени, он уделил не программе, а критике И.В. Сталина и его бывших соратников.

Программа предполагала, что в течение ближайших 20 лет советский народ под руководством партии должен решить ряд взаимосвязанных задач: создать материально-техническую базу коммунизма, преобразовать социалистические общественные отношения в коммунистические, поднять материальное благосостояния народа и воспитать «но-вого человека, гармонично сочетающего в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство».

В отличие от ситуации 1918-1919 гг., когда у власти оказались революционеры-марксисты, третья программа создавалась авторитарными лидерами во главе с Н.С. Хрущевым. Ни он, ни правящий номенклатурный слой никаких перемен в своем положении не хотел. Поэтому логично, что ключевая характеристика коммунизма – саморазвивающееся, безгосударственное общество,- в программе отсутствовала. Вместо этого оказалось, что в будущем общество должны сохраняться и государство, и его основа – КПСС. Это означало отказ от коммунизма как от цели.

Используя марксистскую терминологию, программа обещала советскому народу не коммунизм, а рост благосостояния людей. Средством достижения этой цели становилось развитие экономики. Создание экономического фундамента индустриального общества даже само по себе являлось крупной исторической целью. Но К. Маркс рассматривал высокоразвитую экономику как средство решение политической задачи: она делала ненужным принуждение к труду, а в третьей программе экономика должна была обеспечить достижение материального благосостояния советского народа. И в этой части программа КПСС фактически порывала с марксизмом.

В социально-экономической сфере программа в целом была реалистична. В отличие от пятилетних планов, она представляла собой долгосрочный (двадцатилетний) прогноз развития СССР, без каких-либо качественных изменений.

По оценкам западных экономистов, третья программа к 1980 г. должна была обеспечить советскому народу среднеевропейский уровень жизни. Даже если бы эта цель оказалась достигнутой, она не оправдывала принесенные народами страны жертвы в ходе революции, гражданской войне и в период сталинизма. В реальности же ее достичь не удалось.

Вред этой программы состоял в признании правильности пройденного страной пути. Это не просто заблокировало анализ всех иных вариантов общественного развития: критика поставленных целей и методов государственного управления вскоре вновь стала рассматриваться как государственное преступление.

Заговор против Н.С. Хрущева. В начале 60-х гг. вновь осложнилось положение в сельском хозяйстве. Ликвидация сталинской репрессивной системы вызвала разложение колхозного строя. А начавшаяся выдача паспортов колхозникам позволила им бежать от голода и нищеты в города. В результате темпы роста сельскохозяйственного производства за 1959-1964 гг. снизились в 5 раз по сравнению с 1953-1958 гг.

Половину распаханных в Казахстане земель поразила эрозия почвы. В 1962 г. за счет сокращение посевов зерновых культур кукурузой было засеяно 37 млн. гектаров. Вызреть кукуруза смогла лишь на 7 млн. К тому же урожай 1962 г. выдался плохим. Чтобы сократить потребность населения в продовольствии, власти в 1962 г. подняли цены на мясо на 30%, на молочные продукты – на 25%. В 1962-1963 гг. в большинстве городов и рабочих поселков были введены карточки. В 1963 г. впервые в истории страны, правительство, во избежание голода, закупило за границей 12 млн. т. зерна.

Недовольство Н.С. Хрущевым в высших партийно-государственных кругах возникло в 1963 г. Тоталитарная система требовала концентрации власти в одних руках и давала такую возможность. Но после смерти И.В. Сталина прошло десять лет и сформировалось новая номенклатура, которую активный и властный Н.С. Хрущев раздражал. Весной 1964 г. начал готовиться заговор, который и был осуществлен в октябре по всем правилам конспирации: членов ЦК, близких к Н.С. Хрущеву, предварительно отправили в заграничные командировки, организаторы заговора заранее обеспечили себе поддержку КГБ и Министерства обороны. Необходимость заговора возникла потому, что партийно-государственное руководство еще не научилось жить в условиях демократии: все, что поставили Н.С. Хрущеву в вину, можно было бы обсудить спокойно и открыто, но механизм принятия решений со времен смерти И.В. Сталина изменился лишь частично.

14 октября 1964 г. состоялся пленум ЦК КПСС. В прочитанном на нем докладе скрупулезно были перечислены все промахи руководителя партии и государства вплоть до участия в репрессиях 30-х гг. Н.С. Хрущев был снят со всех должностей и отправлен на пенсию. Это известие не вызвало у советских людей не радости, ни возмущения. Ни одного выступления в его защиту не было.

Итак, в течение второй половины 50-х – начале 60-х гг. в обществе происходили определенные подвижки: были несколько расширены полномочия союзных республик (в сфере образования, управления местной промышленностью, правотворчества), восстановлено большинство форм участия населения в делах государства, (товарищеские суды, институт общественных обвинителей и защитников, общественных следователей, народные дружины по охране общественного порядка).

Политические отношения трансформировались в минимальной степени, и то лишь в результате противостояния групп, которые обвиняли друг друга в нежелании «восстановить ленинские нормы внутрипартийных отношений». К принципиальным изменениям в государственном механизме, в отношениях между властью и обществом никто из руководителей страны не стремился.

Государственный механизм в этот период в определенной степени был приведен в соответствие с духом и буквой Конституции 1936 г.

Национально-государственное устройство. При И.В. Сталине Советский Союз лишь на бумаге являлся федерацией. На само деле степень централизации власти была гораздо выше, чем даже в обычном унитарном государстве. Крайней централизм тормозил развитие как республик, так и страны в целом.

В мае 1955 г. были несколько расширены права союзных республик в сфере утверждения планов и распределения всех видов продукции, вырабатываемой республиканскими предприятиями.

В следующем году из союзного подчинения в республиканское было передано около 11 тыс. промышленных предприятий. В результате удельный вес предприятий республиканского значения повысился с 31% до 47%.

В мае 1956 г. им были переданы еще 3,5 тыс. предприятий и организаций легкой, рыбной промышленности, производства продовольствия, строительных материалов и некоторых других видов продукции.

В феврале 1957 г. были расширены права республик и в сфере законодательства и судопроизводства. За центральной властью осталась разработка основ уголовного, гражданского и процессуального законодательства, а кодексы принимались уже союзными республиками. Это позволяло полнее учитывать специфику национальных обычаев каждой отдельной республики.

Большое значение для улучшения психологического климата в стране имели меры по восстановлению прав репрессированных в оды Великой Отечественной войны народов. Правда, восстановление справедливости коснулось не всех народов: клеймо предателей сохранилось за крымскими татарами, немцами Поволжья и турками-месхетинцами.

Советы депутатов трудящихся. В течение этого периода никто из партийно-государственного руководства не предлагал перестроить государственных механизм в соответствии с Конституцией, то есть передать свою власть Советам депутатов трудящихся. Тем не менее, это руководство невольно оказывалось под влиянием собственной постоянной идеологической риторики. В результате началась работа по некоторому укреплению связи государственных органов с населением.

В январе 1957 г. ЦК КПСС принял постановление «Об улучшении деятельности Советов депутатов трудящихся и усилении их связи с массами». В результате принятых мер стали регулярно созываться сессии Советов, несколько расширились экономические возможности Советов, активизировалась деятельность постоянных комиссий, теснее стали связи с населением.

Судебная система. Целью реформирования этой системы являлась их демократизация. Ради этого в феврале 1957 г. надзорные функции Верховного суда СССР были сокращены, а полномочия Верховных судов союзных республик расширены. Это увеличило кассационные возможности судебной системы.

Принятые Верховным советом СССР в декабре 1958 г. «Основы законодательства о судоустройстве Союза ССР, союзных и автономных республик» продолжили реформы. В частности, вводились гарантии независимости судей, повышались требования к ним.

На демократизацию судопроизводство были направлены меры по развитию системы товарищеских судов на предприятиях и в организациях, участие общественных обвинителей и защитников при рассмотрении уголовных и гражданских дел.

Существенные изменения в декабре 1958 г. были внесены в деятельность военных трибуналов. Прежде всего, полностью исключалась возможность осуществления ими дел в каком-либо особом порядке.

Правоохранительные органы

Органы государственной безопасности. После смерти И.В. Сталина, опасаясь за свою собственную жизнь, партийно-государственное руководство реорганизовало репрессивную систему. Уже в сентябре 1953 г. ликвидировали печально знаменитое Особое совещание при министре внутренних дел СССР. Тем самым репрессивные органы лишились права внесудебной расправы и стали правоохранительными. Отныне дела о государственных преступлениях стали рассматриваться в обычном процессуальном порядке. Аппарат МВД и Министерства госбезопасности сократили на 12%, 1342 сотрудника были преданы суду и приговорены к разным мерам наказания, 2370 – наказаны в административном порядке. Был ликвидирован сталинский ГУЛАГ.

До октября 1956 г. в областях и краях параллельно существовали управления Министерства внутренних дел и управления милиции. Первые являлись политической полицией, а вторые выполняли собственно милицейские функции. Отныне это были единые государственные структуры и милицейскими функциями. Был также восстановлен принцип двойного подчинения органов внутренних дел: вертикального министерского и горизонтального – местным Советам.

Прокуратура. Были восстановлены принципы организации и деятельности прокуратуры. В мае 1955 г. было принято «Положение о прокурорском надзоре в СССР». В соответствии с ним, высший надзор за точным исполнением законов всеми государственными органами, должностными лицами и гражданами страны возлагался на Генерального прокурора СССР. Повышались требования к образовательному и профессиональному уровню работников прокуратуры.

Для уменьшения возможности ошибок в деятельности прокуратуры в феврале 1959 г. в прокуратурах союзных республик и Прокуратуре СССР были образованы коллегии.

На укрепление социалистической законности и правопорядка были ориентирована и адвокатура. «Положение об адвокатуре РСФСР» от 25 июля 1962 г. возлагало на коллегии адвокатуры задачу обобщения имевшегося у них материала, и вносить в законодательные органы предложения по совершенствованию действующих законов.

После смерти И.В. Сталина законодательство 30-40-х гг. оказалось устаревшим. Оно не соответствовало провозглашенным социалистическим идеалам и изменившейся социально-политической ситуации. Конечно, сталинские соратники сохраняли многие методы и принципы решения возникающих проблем. И новые кодексы не стали радикальным разрывом со сталинизмом. И все-таки в этот период был сделан определенный шаг вперед. Главное заключалось в отказе от беззакония.

Гражданское право. В декабре 1961 г. Верховный совет утвердил «Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик». В них закреплялись государственная, колхозно-кооперативная и собственность общественных организаций (например, профсоюзных). «Частной собственности» на средства производства, естественно, в них места не нашлось. Государство защищало «личную собственность» граждан, накопленную за счет зарплаты: предметы личного потребления, трудовые сбережения, жилой дом. При этом закон запрещал извлекать «нетрудовые доходы» из личной собственности.

Особенность советского гражданского права заключалась в том, что оно регулиро-вало имущественные отношения в обществе, где нет частной собственности на средства производства и землю. Возникал парадокс: Гражданский кодекс был, а гражданское право (в его римском понимании) отсутствовало. Череда нестыковок продолжилась в 1964 г., когда был принят ГК РСФСР: в нем не оказалось места институту вещного права, хотя в ГК РСФСР 1922 г. он закреплялся в отдельной главе. В результате в кодексе, наряду с понятием «юридическое лицо», присутствовало понятие «физическое лицо», но «объекта», по отношению к которому это лицо могло проявить свою волю, для подавляющей массы населения не существовало.

Земельное и колхозное право. Основная задача законодателя состояла в преодолении правовыми методами отставания сельского хозяйства. Основным методом решения этой проблемы стало частичное использование принципа материальной заинтересованности.

В 1953 г. законом о сельхозналоге был резко сокращен объем налогов, введены многочисленные льготы. Это делало выгодным работу колхозников на приусадебном участке и увеличивало объемы продаж сельхозпродукции на городских рынках.

В 1955 г. правительство постановлением «Об изменении практики планирования сельского хозяйства» расширило права колхозов в сфере планирования.

В 1956 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР разрешил колхозам самим устанавливать размеры приусадебных участков колхозников, количества скота, находившегося в их личном пользовании, устанавливать минимум трудодней.

В 1958 г. вместо прежней оплаты труда колхозников раз в год по окончании сель-хозработ частью собранного урожая, была введена, как и в городе, ежемесячная зарплата.

Уголовное право. Прежде всего, требовалось восстановить справедливость по отношению к незаконно осужденным гражданам. Процесс реабилитации шел крайне медленно, поскольку требовал переоценки истории СССР или, как минимум, того, что происходило в 30-40-е гг. А власть до 1957 г. находилась в руках тех, кто творил эти беззакония. Поэтому реабилитация не сопровождалась признанием необоснованности арестов миллионов граждан страны. Власть не извинилась перед оставшимися в живых и не по-пыталась хоть как-то загладить вою вину.

В 1958 г. Верховный Совет принял Основы уголовного законодательства СССР и союзных республик. Они состояли из 4 разделов и 47 статей.

Отменялся действовавший ранее принцип аналогии, то есть осуждение человека за действия, не предусмотренные уголовным законодательством.

Закон, устанавливающий или усиливающий наказание, не имел обратной силы. Закон, устранявший или смягчающий наказание, такую силу имел.

Наказание могло применяться только по приговору суда.

Уголовная ответственность наступала с 16 лет, прежний возрастной предел, 14 лет, сохранялся для совершивших особо тяжкие преступления.

Максимальный срок лишения свободы сокращен с 25 до 15 лет.

Устанавливался порядок условно-досрочного освобождения для осужденных, проявивших хорошее поведение и честное отношение к труду.

В 1960 г. в РСФСР был принят УК РСФСР. Он отразил общую тенденцию демократизации общества и освобождения от мировоззрения времен революции. Например, кодекс освободился от классового подхода.

Трудовое право. Как и большинство других отраслей права, трудовое право юридически оформляло отношения в максимально бесправном – сталинском – обществе. А поскольку необходимость его демонтажа осознавалась крайне медленно, то и трудовые отношения менялись такими же темпами. Прежде всего, практика прикрепления рабочих и служащих к рабочим местам была отменена лишь через 3 года после смерти И.В. Сталина – в 1956 г. Наконец-то была отмена судебная ответственность за самовольный уход с предприятия, а также за прогул.

В 1956 г. на 2 часа была сокращена продолжительность рабочего дня в предпраздничные и выходные дни. Для подростков с 16 до 18 лет устанавливался 6-часовой рабочий день. Тогда же был начат перевод рабочих и служащих на 7-6 – часовой рабочий день.

В 1956 г. был принят Закон о государственных пенсиях. Единым критерием для их начисления становился возраст: для мужчин – 60 лет для женщин – 55, при трудовом стаже для мужчин – 25 лет, для женщин – 20 лет. Закон устанавливал правовые рамки для начисления минимальной и максимальной пенсий. В результате этого закона средний размер пенсий увеличился на 5060%, а по старости – более чем на 90%.

В 1956 г. сокращается продолжительность рабочего дня в предвыходные и предпраздничные дни.

В 1955-58 гг. повышалась зарплата низкооплачиваемым работникам, в 1964 г. – учителям, врачам и медсестрам, работникам жилищно-коммунальных служб, общественного питания и других отраслей народного хозяйства.

Продолжительность отпуска по беременности и родам была увеличена с 77 до 112 дней.

В 1957 г. Президиум Верховного Совета СССР утвердил новое Положение о порядке разрешения трудовых споров. В соответствии с ним на предприятиях из равного числа представителей профсоюзов и администрации создавались комиссии по трудовым спорам. Они рассматривали споры между рабочими (служащими) и администрацией. Решения комиссии могли быть обжалованы в фабрично-заводском комитете, а затем – в суде.

Уголовно-процессуальное право. В 1956 г. был отменен печально знаменитый упрощенный порядок судопроизводства, введенный постановлениями ЦИК СССР 1 декабря 1934 г. и 14 сентября 1937 г. Вслед за этим были ликвидированы многие принципы, понятия (например, «враг народа») и нормы сталинского времени.

В декабре 1958 г Верховным Советом СССР были приняты «Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик». Они состояли из 54 статей, сведенных в 6 разделов.

Основы устанавливали следующие принципы уголовного судопроизводства:

– осуществление правосудия только судом,

– обязательное присутствие обвиняемого в суде,

– независимость судей, подчинение их только закону,

– гласность судебного разбирательства,

– обеспечение обвиняемому права на защиту,

– участие народных заседателей и коллегиальность рассмотрения дел в суде, недо-пустимость привлечения к уголовной ответственности иначе как на основании и в порядке, установленном законом.

Хотя судебная система осталась под контролем местных партийных и советских органов, в определенной степени она приблизилась к мировым стандартам юриспруденции.

Гражданско-процессуальное право. «Основы гражданского судопроизводства Союза СССР и союзных республик» были приняты Верховным советом СССР в декабре 1961 г.

«Основы» были направлены на быстрое и справедливое рассмотрение гражданских дел. Для этого, в частности, предусматривалось расширение участие общественных организаций и коллективов трудящихся в рассмотрении гражданских дел.

Отталкиваясь от «Основ», все союзные республики разработали свои кодексы. В РСФСР ГПК был принят в июне 1964 г. Он состоял из 6 разделов, 42 глав и 438 статей.

Кодекс расширял права общественных организаций, трудовых коллективов и граждан в гражданском судопроизводстве.

Большое значение имело расширение права суда при рассмотрении дел в порядке надзора.

В целом ГПК 1964 г. обеспечивал в те годы эффективную работу судов.

Происходившие в течение этого периода изменения затрагивали, в основном, сферу управления экономикой. Политические отношения трансформировались в минимальной степени как результат противостояния друг другу групп, которые обвиняли друг друга в нежелании «восстановить ленинские нормы внутрипартийных отношений», «более широкое участие народа в управлении государством» и т.д. Тем не менее, проис-ходили определенные позитивные подвижки: так, в течение в 1953-1964 гг. были несколько расширены полномочия союзных республик (в сфере образования, управления местной промышленностью, правотворчества). Восстановлено большинство форм участия населения в делах государства, созданных на рубеже 20-30-х гг. (товарищеские суды, институт общественных обвинителей и защитников, общественных следователей, народные дружины по охране общественного порядка). К принципиальным изменениям в государственном механизме, в отношениях между властью и обществом никто из руководителей страны, конечно, не стремился.

Вся полнота власти по-прежнему находилась в руках узкой группы членов Президиума ЦК КПСС. Его решения принимали форму закона, хотя партия не являлась элементом государственного механизма. Официально считалось, что Политбюро избирается пленумом ЦК КПСС. На самом деле члены ЦК не имели возможности даже выступить на пленуме. Постановления пленумов ЦК заблаговременно составлялись секретариатом и выносились на пленум лишь для формального одобрения. Еще меньшими возможностями влияния на формирование политики обладали участники съездов КПСС. Таким образом, советский народ по-прежнему было лишен какой-либо возможности влиять на политику, он являлся не вершителем собственной судьбы, а объектом политического манипулирования и социальной политики партийно-государственного руководства.

После смерти И.В. Сталина масштаб репрессий сразу же уменьшился. Но сама форма расправы с Берией, отсутствие каких-либо принципиальных изменений в работе репрессивных органов, крайне медленное возвращение людей из лагерей и ссылок, политическая цензура делали невозможным пробуждение общественного сознания, блокиро-вали критическую оценку действительности.

Отношение общества к И.В. Сталину было сложным. С одной стороны, после его смерти и расстрела Л.П. Берии в прессе возник непонятный вакуум, порождавший сомнения, на которые не могло быть ответа: вроде бы И.В. Сталин имел какое-то отношение к чему-то нехорошему в ближайшем прошлом. С другой стороны, за два десятка лет пропагандистская машина сделала свое дело, поэтому тяжелая жизнь, а тем более репрессии с его именем не связывались. Это полностью соответствовало национальной ментальности, перекладывавшей ответственность за все плохое на злых и проворовавшихся бояр.

В Грузии двусмысленное отношение власти к И.В. Сталину воспринималось особенно обостренно. В глазах простых людей он был не столько руководителем великого социалистического государства, «величайшим полководцем всех времен и народов», сколько грузином, прославившим свою нацию.

В марте 1954 и 1955 гг. (в годовщину смерти И.В. Сталина) в Тбилиси у его памятника в течение недели собирались молчаливые митинги. Не понимая роли самого И.В. Сталина в создании бесчеловечной системы, люди приходили к его памятнику помимо воли властей и воспринимали свое поведение как шаг к свободе, победу над этой системой.

3 марта 1956 г. у памятника И.В. Сталину и на площади В.И. Ленина собрались десятки тысяч человек. Число митингующих каждый день увеличивалось и, по оценкам со-временников, 8 марта уже значительно превышало сто тысяч. В Москве было принято решение о «прекращении беспорядков». На следующий день в Тбилиси объявили военное положение. Власть умела разговаривать со своим народом только языком силы, в результате в ходе столкновения армии и спецслужб с демонстрантами, по подсчетам современников, пострадало от пятисот до тысячи двухсот человек, по официальным же данным число погибших и раненых превысило сотню.

За прошедшие после революции 1917 г. десятилетия всякое политической сопротивление было подавлено, и политическая жизнь в стране полностью отсутствовала. Тем не менее, некоторая растерянность внутри этого руководства (в условиях борьбы за власть и обвинений друг друга в зажиме демократии) породила иллюзию политической свободы и вызвала оживление общественной жизни. На короткий срок возникла ситуация, получившая название «оттепель».

Еще в 1953-1956 гг. писатели И. Эренбург, М. Дудинцев, критик В. Померанцев опубликовали свои статьи и повести, где поставили вопросы о назначение интеллигенции, о допустимости разных литературных течений. В 1954 г. с трибуны Второго всесоюзного съезда Союза писателей прозвучало, что не все произведения советской литературы, отмеченные правительственными наградами, в достаточной степени хороши и полезны обществу. И власть на эту дерзкую попытку писателей иметь собственное мнение не отреагировала.

Происходил вполне осязаемый отказ от прежней, хотя официально не осужденной политики И.В. Сталина.

После XX съезда появились новые журналы «Юность», «Иностранная литература», «Вопросы литературы» и др., начали показывать советскую действительность без прикрас. Властителем дум для интеллигенции стал «Новый мир» во главе с А.Т. Твардовским. Казалось, открываются такие возможности для творчества, от которых радостно билось сердце.

Появились новые научные журналы «История СССР», «Вопросы истории КПСС», «Новая и новейшая история», «Мировая экономика и международные отношения». Тематика их исследований была всё шире и вселяла большие надежды.

После XX съезда были реабилитированы такие реформаторы и новаторы литературы и искусства, как В.Э. Мейерхольд, Б.А. Пильняк, И.Э. Бабель, И.И. Катаев. В мае 1958 г. власть отказалась от своих прежних резко отрицательных оценок в отношении произведений композиторов Д.Д. Шостаковича, С.С. Прокофьева, А.И. Хачатуряна, В.Я. Шебалина, Г.Н. Попова и Н.Я. Мясковского.

В 1956-1958 гг. началась выборочная реабилитация партийно-государственного руководства, уничтоженного в 30-е гг. Честное имя было возвращено М.Н. Тухачевскому, Якиру, Блюхеру, Эйхе, Рудзутаку, Постышеву и другим репрессированным.

В 1957 г. чеченцы, ингуши, балкарцы, карачаевцы и калмыки получили разрешение вернуться в родные места после депортации 1944-945 гг.

Однако свобода оказалась призрачной. Власть спровоцировала общественно-политическую активность, но уже в 1957 г. «за клевету на советскую действительность» отправила на скамью подсудимых более 100 человек. На следующий год за публикацию за рубежом романа «Доктор Живаго» Б. Пастернака исключили Союза писателей и вынудили отказаться от Нобелевской премии по литературе.

Дезориентированная противоречивыми процессами интеллигенция сначала не заметила узких рамок «оттепели» и по инерции продолжала верить, что жизнь изменилась в лучшую сторону.

Летом 1958 в Москве был открыт памятника Маяковскому. Он олицетворял революционную романтику и быстро превратился в излюбленное место встреч московской интеллигенции. Там читались стихи, велись жаркие дискуссии об искусстве и литературе.

Но в конце 50-х гг. уже начала осознаваться призрачность свободы, власть стала восприниматься как противник. Общество в критике советского строя явно выходило за рамки, обозначенные партийно-государственным руководством. В результате возник «самиздат» – машинописные нелегальные журналы, где печатались запрещенные или отвергнутые официальной периодической прессой произведения. Первым из них стал «Синтаксис» А. Гинсбурга.

В 1961 г. участников встреч на площади В.В. Маяковского начали задерживать, студентов – исключать из институтов. В октябре троих – В. Осипова, Э. Кузнецова и И. Бакштейна – арестовали. Они были обвинены в антисоветской агитации и получили от пяти до семи лет заключения.

В 1961 г. КГБ зафиксировало появление 7705 листовок и анонимных писем, изготовленных 2522 авторами. Имена 1039 из них были установлены. Среди авторов 364 оказались рабочими, 210 – студентами и школьниками, 192 – служащими, 108 – лицами без определенных занятий, 105 – пенсионерами и 60 – колхозниками. В масштабах СССР какую-либо политическую роль эти люди сыграть, конечно, не могли.

В этот период с властью сталкивались и другие социальные группы, но они вызывалось бытовыми причинами и не имело политической направленности.

В 1959 г. произошли крупные беспорядки в г. Темиртау (Казахстан). Власть давно паразитировала на энтузиазме молодежи и нетребовательности советских людей. Но годы шли, бытовые условия не улучшались: 3 тыс. строителей комбината в районе Темиртау продолжали жить в палатках. Труд был организован плохо, то и дело возникали простои. 3 октября на базаре вспыхнули беспорядки, в ходе которых приняли участие более полутора тыс. человек. Восставшие отобрали у прибывших на нескольких машинах солдат оружие. Партийно-хозяйственное руководство Казахстана ввело воинские подразделения. 4-5 октября было убито несколько десятков человек.

В 1960-1962 гг. беспорядки произошли в 14 городах страны. Наиболее трагические последствия имели события в Новочеркасске.

В конце мая на электровозостроительном заводе Новочеркасска понизили расценки, в результате чего заработок рабочих упал на 30%. А 1 июня 1962 г. правительство по-высило цены на мясо и молоко на 20-25%. Повышение цен стало толчком к стихийному митингу. Единственной формой общения с народом власть считала только силу, поэтому к заводу были подтянуты войска и милиция численностью 200 человек. Рабочие милицию разогнали, войска силу не применяли. На следующий день горожане с портретами В.И. Ленина двинулись к горкому КПСС. К этому времени в город спешно прилетели члены Президиума и секретариата ЦК КПСС Козлов, Микоян, Полянский, Кириленко, Ильичев, Шелепин. Никто из них с рабочими не вышел и с жителями города не встретился. Между тем, преодолев заграждения из машин и танков, толпы прорвались к горкому. «Несколько хулиганов, – сообщалось в справке КГБ, – пробрались на балкон и в провокационных целях вывесили красное знамя и портрет В.И. Ленина». С разрешения Н.С. Хрущева по собравшимся перед горкомом был открыт огонь. 20 человек погибли сразу, 4 скончались позднее в больнице, около 40 – получили ранения.

На следующий день состоялись переговоры руководителей области с делегацией горожан. Сам факт участия в переговорах власти вскоре был расценен как государственное преступление, все члены рабочей делегации были арестованы.

Через месяц была принята печально знаменитая 70-я статья УК РСФСР об антисо-ветской агитации и пропаганде, что означало восстановление политических репрессий. На основании этой статьи в Новочеркасске с 14 по 20 августа (то есть через два месяца после трагедии, когда у руководства страны было время проанализировать причины недо-вольство рабочих, ради интересов которых большевики в 1917 г. взяли власть в свои руки), состоялся суд. Обвинительное заключение принял до суда Президиумом ЦК КПСС. В соответствии с ним, суд 7 человек приговорил к расстрелу, еще 7 были отправлены в тюрьму на срок от 10 до 15 лет.

Разумеется, о таких событиях в прессе не сообщалось. Да и вряд ли они могли бы радикально изменить политическую ситуацию в стране. Репрессии в 30-40 – гг. сформировали у людей сначала страх, а затем – конформизм. Поэтому во второй половине 50-х – первой половине 60-х гг. общество в целом оставалось аморфным. Народ и власть по-прежнему представляли собой два мирно сосуществующих социальных слоя. Они устали от недавних волнений и страха и довольствовались полученным спокойствием и уровнем жизни.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. Почему советский народ после смерти И.В. Сталина и прекращения репрессий не восстал и не потребовал у власти ответа за преступления?

2. Почему в 1956-1957 г. была прекращена критика сталинизма?

3. Чья позиция в июне 1957 г. была предпочтительнее для страны – Хрущева или его противников?

4. Почему Н.С. Хрущев не смог стать реформатором, хотя от пороков сталинизма стремился освободиться?

5. Какая отрасль права и почему изменилась в этот период в наибольшей степени?

Тесты

1. С какого по какое время в СССР существовали совнархозы?

а) 1953-1964,

б) 1954-1961,

в) 1957-1965.

2. В каком году был ликвидирован ГУЛАГ?

а) 1953, 1956, в) 1957.

3. Каков был максимальный срок наказания в 1958 г.?

а) 10 лет,

б) 15 лет,

в) 25 лет, расстрел.

4. Сколько программ имела за свою историю коммунистическая партия?

а) 2,

б) 3,

в) 4.

5. В каком году тело И.В. Сталина вынесли из Мавзолея?

а) 1954,

б) 1956,

в) 1961.

Борьба за власть в Президиуме ЦК КПСС Организатором антихрущевского заго-вора был заместитель Председателя Совета министров СССР, секретарь ЦК КПСС, Председатель Комитета партийно-государственного контроля А.Н. Шелепин. Деятельное участие приняли секретари ЦК КПСС Н.В. Подгорный и М.А. Суслов.

Члены Президиума ЦК КПСС П.Е. Шелест, Д.С. Полянский, К.Т. Мазуров активной роли в смещении Н.С. Хрущева не играли. Но они являлись самостоятельными политическими фигурами, и игнорировать их мнение при выборе наследника Н.С. Хрущева не представлялось возможным. Поэтому перед заговором его участники не стали усложнять себе жизнь спорами по поводу будущего руководителя страны. На роль временного лидера был определен спокойный, доброжелательный и на редкость неамбициозный Л.И. Брежнев.

Новый Первый секретарь вполне осознавал, что его избрание является результатом стечения обстоятельств. Между тем, волей этих же обстоятельств Л.И. Брежневу пришлось вступить в закулисную борьбу, из которой победителем вышел именно он.

В Президиуме и секретариате на основе личных симпатий сложились две группы единомышленников. А.Н. Косыгина поддерживал К.Т. Мазуров, Н.В. Подгорного – Г.И. Воронов и П.Е. Шелест.

А.Н. Косыгин был талантливым администратором и не занимался интригами. В закулисной борьбе участвовать не стал, чем облегчил борьбу друг с другом остальных членов Президиума.

В декабре 1965 г. на пленуме ЦК А.Н. Шелепину удалось нейтрализовать секретаря ЦК Н.В. Подгорного путем назначения его на политически незначимую должность Председателя Президиума Верховного совета. Но на том же пленуме была упразднена должность Председателя Комитета партийно-государственного контроля, которую занимал А.Н. Шелепин. Его позиции несколько ослабли. В 1967 г. А.Н Шелепина перевели с поста секретаря ЦК на политически ничего не значимую должность председателя Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов.

На декабрьском пленуме в 1969 г. Л.И. Брежнев выступил с докладом по проблемам управления и развития народного хозяйства. Текст доклада был подготовлен группой его помощников во главе с молодыми, прогрессивно мыслящими референтами А.Е. Бовиным и Г.А. Арбатовым. Докладчик раскритиковал систему управления, указал на негативные стороны советской экономики. Необычная активность генерального секретаря обеспокоила его «товарищей». Такой Л.И. Брежнев был им совсем не нужен. Воспользовавшись тем, что Л.И. Брежнев не указал в выступлении на пленуме пути преодоления отмеченных недостатков, М.А. Суслов, К.Т. Мазуров и А.Н. Шелепин немедленно подали в Политбюро1 записку с предложением рассмотреть эти вопросы на ближайшем пленуме ЦК. Для Л.И. Брежнева возникла реальная опасность потери поста генсека. В результате через несколько дней он слег с первым инсультом.

[1 В 1966 г. решением XXIII съезда КПСС Президиум ЦК КПСС был преобразован в Политбюро ЦК КПСС, как это было при И.В. Сталине.]

После выздоровления Л.И. Брежнев отложил пленум на неопределенный срок, а в апреле уехал в Белоруссию, где министр обороны проводил крупные военные учения. Никого из членов Политбюро он с собой не взял. Скорее всего, Л.И. Брежнев просто оттягивал время, тем не менее, его противники восприняли поездку как попытку договориться с генералитетом о военном заговоре. О содержании бесед генсека с генералитетом, им узнать не удалось, поэтому все и, прежде всего, М.А. Суслов с К.Т. Мазуровым, сочли за благо признать в Л.И. Брежневе настоящего лидера.

Злополучную записку отозвали. Поскольку М.А. Суслов отвечал за идеологическую работу, его аппарат активно включился в восхваление Л.И. Брежнева как «великого ленинца» и «выдающегося борца за мир». В частности, председателю Гостелерадио Месяцу было дано указание показывать по телевидению Л.И. Брежнева в соотношении 3:1 в сравнении с другими членами Политбюро. Месяц воспринял это как шутку, в результате вскоре лишился работы.

В 1973 г. были отправлены на пенсию Г.И. Воронов и П.Е. Шелест.

На освободившиеся места Л.И. Брежнев назначал своих друзей по прежним местам работы в Днепропетровске, Молдавии и Казахстане – Н.И. Тихонова, К.У. Черненко, В.В Щербицкого, А. Кириленко, М.С. Соломенцева, Д.А. Кунаева и др.

Превращение Л.И. Брежнева в общепартийного лидера состоялось, конечно, не столько в результате удачно сложившихся обстоятельств, сколько как итог тревожных ожиданий советской номенклатуры. В целом по стране в нее входило 500-700 тыс. чело-век. С семьями – приблизительно 3 млн. (1,5% населения). Юность советских чиновников пришлась на страшные времена И.В. Сталина, начало карьеры – на неспокойные времена Н.С. Хрущева. Они просто устали. Им был нужен спокойный и доброжелательный руко-водитель, каким и оказался Л.И. Брежнев.

Как человек, Леонид Ильич был добрым и приятным. Он любил поесть и выпить, поохотиться. Ему нравилось самому водить машину, причем на большой скорости. В 1976 г. Л.И. Брежнев пережил первую клиническую смерть. С этого момента он мог проводить на работе только нескольких часов. Тем не менее, в 1977 г. Брежнев совместил должность Генерального секретаря с должностью Председателя Верховного совета. Для страны бюрократическая стабильность обернулась застоем.

Изменения в государственном механизме. Отрицательный опыт концентрации власти в руках И.В. Сталина и Н.С. Хрущева привел к отказу в 1964 г. от совмещения в одном лице постов Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета министров. Хотя принципиально это ничего не меняло: власть по-прежнему сосредотачивалась в руках Первого секретаря ЦК КПСС.

До 1977 г. место КПСС в системе государственных органов управления и законодательных нигде не регулировалось. Вероятно, это создавало некоторые идеологические неудобства. А может быть, требовалось как-то отреагировать на то, что в конституциях западных стран после Второй мировой войны появились целые главы, определявшие место партий в политической системе. Поэтому в советской Конституции 1977 г. появилась статья № 6, определявшая роль КПСС как ядра политической системы. Развернуть и объяснить этот странный термин юристы из аппарата ЦК не могли, так как любая попытка ставила бы КПСС в правовые рамки, а этого в Политбюро никто не хотел.

В секретариате ЦК КПСС было 20 отделов, которые дублировали и подменяли работу Советов и министерств. То же самое делали партийные органы на уровнях областей и районов и партийные организации на уровне предприятий и учреждений.

Так что изменения, которые проводились в организационной структуре Верховного совета, никакого значение не имели:

– в 1966 г. была изменена структура палат Верховного совета СССР. Если раньше в палате Совета Союза было 4 постоянных комиссии, а в палате Совета национальностей – 5, то в 1966 г. было создано по 10, а в последующие годы добавлено еще по 6. Теперь в каждой из них функционировало по 16 палат,

– в 1977 г. срок полномочий Верховного совета СССР был увеличен с 4 до 5 лет, а местных Советов – с 2 до 2,5 лет,

– возрастной ценз для кандидатов в депутаты в Верховный совет СССР снизился с 23 до 21 года, а в Верховные советы союзных и автономных республик – с 21 до 18 лет,

– число депутатов увеличивалось в каждой из палат до 750 человек. Определенные изменения в работу Верховного совета и депутатского корпуса внесли Закон о выборах в Верховный совет (июле 1978 г.), Положение о постоянных комиссиях обеих палат (апреле 1979 г.), законы «О порядке отзыва депутата Верховного совета СССР» и «О статусе народных депутатов в СССР» (апреле 1979 г.)

Но Верховный совет и его Президиум по-прежнему оставались не законотворческими, а законоутверждающими органами. И это являлось одним из основных недостатков всего государственного строя.

Арбитраж. В ноябре 1979 г. был принят закон об арбитраже. В систему арбитражных судов входили Государственный арбитраж, арбитражи союзных республик, арбитражи автономных республик, краев, областей, городов, автономных областей и округов. В задачу арбитражных органов входило разрешение споров между государственными предприятиями. Он был призван обеспечить соблюдение законов в сфере государственной экономики.

Правоохранительные органы. Основным направлением развития этих органов являлось восстановление общесоюзной системы. Проведенная ранее децентрализация (то есть ликвидация общесоюзного министерства) негативно сказалась на работе правоохранительных органов.

Милиция. Общесоюзное Министерство внутренних дел было упразднено в 1960 г. Это было проведено в соответствии с взглядами Н.С. Хрущева на центральные государственные органы как главное зло и опасность для будущего развития страны. Его функции были полностью возложены на республиканские министерства внутренних дел. Через два года эти органы были переименованы в министерства охраны общественного порядка. Однако вскоре стало ясно, что ликвидация единого, общесоюзного министерства негативно отражается на борьбе с преступностью. Поэтому в 1966 г. в интересах обеспечения оперативного руководства деятельностью милиции было учреждено союзно-республиканское Министерство охраны общественного порядка СССР. В 1968 г. оно было преобразовано в Министерство внутренних дел СССР.

Указ Президиума Верховного совета СССР от 8 июня 1973 г. «Об основных обязанностях и правах советской милиции по охране общественного порядка и борьбе с преступностью» ввел двойную подчиненность этих органов – вертикальную (соответствующему министерству) и горизонтальную (местным советам).

Юстиция. В 1970 г. была восстановлена общесоюзная система органов юстиции.

Прокуратура. В ноябре 1979 г. Верховный совет принял «Закон о прокуратуре СССР». Он расширял полномочия прокуроров сферу по осуществлению надзора за органами дознания и предварительного следствия. Определял основную задачу прокуратуры: ею стала координация деятельности всей правоохранительной системы в борьбе с преступностью и правонарушителями. Это отодвигало на второй план изначальную функцию прокуратуры, состоящую в надзоре за законностью.

На работу прокуратуры этот закон принципиального влияния не оказал.

Вооруженные силы. Как и все государственные институты, официально провозглашенные цели советской армии расходились с ее реальными целями и задачами. В программных документах (Программе КПСС 1961 г., Конституции СССР 1977 г.), выступлениях партийно-государственных руководителей советская военная доктрина была оборонительной, а в военно-техническом плане – наступательной.

В условиях научно-технической революции ценой крайнего напряжения сил всего советского народа вооруженные силы в этот период совершили качественный скачок:

– Советский Союз превратился в ядерную супердержаву,

– стал пионером в освоении космоса, что позволило создать новый род войск в виде ракетных войск стратегического назначения (РВСН),

– атомный флот вышел на просторы мирового океана.

Вплоть до конца 70х г. большинство военных подразделений были способны выполнить поставленные перед ними задачи.

Мощь советских вооруженных сил многократно превышала потребности обороны. Тем не менее, они продолжали развиваться, бессмысленно поглощая ресурсы, которые в другой социальной системе пошли бы на повышение уровня жизни народа.

Состояние экономики. Первым шагом нового партийно-государственного руко-водства стал отказ от реформ Н.С. Хрущева:

– в декабре 1964 г. был отменен введенный в 1962 г. раздел партийных организаций на промышленные и сельские, и восстановлены единые районные, областные и республиканские партийные органы;

– в 1965 г. были упразднены Совет народного хозяйства СССР, Высший совет народного хозяйства СССР, республиканские совнархозы и восстановлены промышленные министерства, а вместе с ними Госкомцен, Госснаб и другие центральные экономические структуры.

Первоначально новое руководство попыталось повысить темпы экономического развития. Ради этого в марте и сентябре 1965 г. были проведены два пленума. Суть их решений сводилась к определенному использованию в народном хозяйстве экономических методов. Эти идеи получили предварительную поддержку хозяйственного руководства, с 1962 г. обсуждались научной общественностью. Поэтому пленумы приняли их без каких-либо возражений.

В сельском хозяйстве был взят курс на сочетание общественных и личных интересов колхозников и рабочих совхозов. Контроль над ними со стороны государства ослаблялся. Расширялась автономия промышленных предприятий и объединений. Они переводились на хозрасчет, сокращалось число показателей, утверждавшихся сверху. Чтобы стимулировать инициативу предприятий, в их распоряжении оставалась часть прибыли, предназначенная для материального стимулирования работников.

Данные изменения дали определенный экономический эффект. Однако в начале 70-х гг. от этой политики отказались.

Во-первых, ее инициаторы оставались ортодоксальными антирыночниками. Реформа 1965 г. от идеалов рыночной экономики была далека. Председатель Совета министров СССР А.Н. Косыгин призывал к использованию лишь отдельных элементов рыночной экономики, видя основное направление ее развития в плановом, директивном начале. Не было сокращено влияние партийных органов на хозяйственный аппарат. Поэтому ни в планировании, ни в деятельности промышленных предприятий принципиальных изменений не произошло.

Во-вторых, А.Н. Косыгин ориентировался на приоритетное развитие легкой промышленности как основы материального благополучия населения. На таких (небольших по численности рабочих, основным производственным фондам, объемам выпускаемой продукции) предприятиях рыночные элементы ввести было относительно легко и реально. Но Л.И. Брежнев в молодости был секретарем обкома по обороне, а 50-е гг. – секретарем ЦК КПСС по обороне. По сложившейся традиции, при столкновении взглядов партийных и хозяйственных руководителей принимались предложения первых. В результате рыночные механизмы в ряду методов развития советской экономики с неизбежностью перемещались на последнее место. (Хотя открыто Л.И. Брежнев против идей мартовского и сентябрьского пленумов ЦК КПСС 1965 г. не выступал).

В-третьих, партийно-государственное руководство было напугано «пражской весной». В Чехословакии на рубеже 50-60-х гг. начался переход к более широкому использо-ванию в народном хозяйстве экономических методов. К 1968 г. чехам и словакам стало ясно, что основной преградой на пути экономического развития страны является существующая политическая система. Фактически был поставлен вопрос о ее демонтаже. Развитие идей экономической реформы 1965 г. могло привести в СССР к такому же результату, с каким столкнулась Чехословакия. Кроме того, на 1968 г. пришлась эскалация американской интервенции во Вьетнаме. Все это вместе взятое воспринималось как потенциальная угроза безопасности системы.

В-четвертых, инициаторы реформы полагали, что хозяйственная самостоятельность предприятий обернется ростом номенклатуры товаров и повышением их качества, снижением цен. Однако вместо этого, предприятия начали выпускать максимально дорогие товары узкого ассортимента, что противоречило интересам общества. Это было логичным результатом половинчатости реформы – только рынок мог заставить предприятия бороться за покупателя.

В результате всех этих факторов развитие советской экономики остановилось. Вторая (после НЭПа) попытка реформ закончилась.

Основной порок управления экономикой состоял в ориентации на критерии начала XX в. В то время основными показателями могущества считались сырьевые, валовые показатели. И сконцентрировав ресурсы всего советского общества на достижении этих целей, партийно-государственное руководство страны смогло вывести СССР в 60-70-е гг. на первое место в мире по добычи нефти, газа, стали, железной руды, минеральных удобрений, серной кислоты, тракторов, комбайнов и т.д. А в это время капиталистические страны перешли к постиндустриальному обществу. Добывающие и перерабатывающие отрасли в этих странах сворачивались. Их место заняли менее трудоемкие, наукоемкие и ресурсосберегающие – микроэлектроника, телекоммуникация, биотехнология.

Главная причина этой исторической слепоты заключалась в том, что у власти оказались люди, сформировавшиеся в 30-е гг., когда перед экономикой страны стояли иные задачи. В 70-е гг. они были уже старыми и самоуверенными. Никакие иные критерии развития экономики они не воспринимали. Да и сформулировать их было некому, поскольку советская политическая система была максимально консервативной и дискуссий не допускала.

Плановая экономика позволяла достигнуть позитивных (валовых) результатов, но не «знала», что с ними делать: так, число научных сотрудников в СССР в 2 раза превышало число американских, а лауреатов Нобелевских премий было в 14 меньше, чем в США. На один кг потребляемой продукции на Западе использовалось 4 кг сырья, у нас – 40.

Трудовые ресурсы и интеллектуальный потенциал общества использовались плохо. В промышленности 40% работников были заняты ручным и неквалифицированным трудом, в строительстве – 35-60%, в сельском хозяйстве – 70%. Из-за уравнительности в оплате труда в полную силу трудился один работник из трех.

Добиться серьезных сдвигов в развитии сельского хозяйства советское руководство так и не смогло, хотя аграрный сектор считался одним из приоритетных. В 1965, 1970, 1979, 1983 гг. повышались закупочные цены на зерно. Были сняты ограничения на подсобные хозяйства. В 1974 г. началось форсированное вложение средств в Нечерноземье. В целом в аграрный сектор вкладывалась четверть бюджета, тем не менее, импорт зерна составлял приблизительно 25%, мясные и молочные продукты имелись в достатке только в крупных городах, ассортимент фруктов и овощей был крайне ограничен.

Общая ситуация в экономике постоянно ухудшалась:

– в промышленности темпы роста с середины 60-х гг. до начала 80-х гг. сократились с 8,4% до 3,5%,

– в сельском хозяйстве – с 4,3 до 1,4,

– национальный доход снизился с 7,1 % за 1966-1970, до 3,2% за 1981-1985 гг. Система с такой экономикой и амбициозными целями противостояния развитым капиталистическим странам должна была рухнуть уже в 70-е гг. Но неосталинистам неожиданно повезло: были открыты нефтегазоносные месторождения в Тюмени (где нефть добывалась максимально дешевым способом). В 1973 г. и 1979 гг. на мировом рынке произошло резкое увеличение цен на нефть. За 70-е гг. за экспорт газа и нефти страна получила 180 млрд. долларов. Кроме того, в стране еще имелись значительные демографические ресурсы: только в 1976-1980 гг. в производство пришло 11 млн. человек. В результате экономическая катастрофа системы была отложена.

Гонка вооружений. В течение второй половины 60-х гг. СССР стремился ликвидировать отставание от капиталистических стран в ядерном вооружении. К 1973 г. на боевое дежурство было поставлены межконтинентальные комплексы второго поколения. Казалось, что паритет достигнут. Но ввод в боевой состав в США ракет «Минитмен» и «Посейдон» вновь отодвинул достижение заветной цели.

В 1972 г. между СССР и США были подписано соглашение об ограничении стратегических наступательных вооружений. Оно определяло число ракет, но оставляло открытым вопрос об их качественной стороне. Поэтому гонка вооружений продолжилась в виде замены менее совершенных старых ракет на новые. В результате СССР с 1972 г. по 1985 г. демонтировал 1007 старых ракет наземного базирования и 233 ракеты на подводных лодках. Параллельно были ликвидированы 13 подводных ракетоносцев типа «Навага». Их место заняли новые подводные лодки типа «Мурена», оснащенные 12-ю баллистическими ракетами каждая. Дальность их полета составляла около 8 тыс. км. Как правило, зона поражения двух новых ракет равнялись зонам трех старых.

Задача достижения ядерного паритета была полностью решена к 1977 г. Но гонка вооружений переместилась в сферу качества новых видов вооружения:

– с 1977 г. на боевое дежурство начали ставить ракетные комплексы «Пионер»,

– в 1982 г. в СССР была испытана самая крупная подводная лодка в мире – «Акула» с ракетной системой «Тайфун». Она несла 20 твердотопливных ракет (в 80-е гг. СССР успел построить шесть таких ракетоносцев).

В военно-промышленный комплекс направлялась подавляющая и наиболее качественная часть материальных и трудовых ресурсов государства. В начале 80-х гг. подводных лодок в СССР было в 3 раза больше, чем в США, танков – в 4,5 раза больше, БТР – в 5 раз больше, артиллерийских орудий – в 9 раз (а предметов потребления – в 6 раз меньше). Социальная отдача от работы военно-промышленного комплекса была крайне незначительна. Военно-промышленный комплекс содержался за счет других отраслей народного хозяйства и низкого уровня жизни советского народа. Военная мощь создавала у руководителей страны ощущение мирового могущества и правильности выбранного курса.

Уровень международного авторитета СССР. Захватив после Великой Отечественной войны значительную часть Европы, СССР создал там неэффективную экономическую систему. Без советских дотаций она существовать не могла. В результате СССР был вынужден содержать еще несколько десятков миллионов человек, при этом Польша, Чехословакия, ГДР, Венгрия и Болгария все время балансировали на грани социально-политического кризиса.

В течение 60-70-х гг. Советский Союз вложил гигантские средства в экономику социалистических и афро-азиатских стран. Однако стать для них социально-экономическим ориентиром так и не смог. Более того, он растерял остатки своего мирового идейного влияния, сохранявшиеся со времен победы во Второй мировой войне. Так, в 1969 г. в Москву на международное совещание коммунистических и рабочих партий многие делегации не прибыли, а приехавшие разделяли далеко не все позиции КПСС. Обострился конфликт с Китаем. После ввода советских войск в Чехословакию в 1968 г. испортились отношения с коммунистическими партиями Европы.

С 1964 по 1982 гг. военные подразделения СССР принимали участие в почти 30 военных конфликтах по всему земному шару. После ввода в 1979 г. в Афганистан своей армии, СССР на международном уровне стал восприниматься как агрессор. В начале 80-х гг. более 120 стран мира на разного рода международных форумах постоянно выступали с критикой внешней политики СССР.

Хотя КПСС постоянно декларировала, будто ее «деятельность направлена на благо народа», но она не могла обеспечить народу приемлемый уровень жизни. Социальная сфера – жилищное строительство, здравоохранение, образование – финансировалась по остаточному принципу. Реальные доходы на душу населения снизились с 33% в 1966- 1970 гг., до 11% в 1981-1985 гг.

Относительно благополучно жил только слой чиновников. К концу 70-х гг. на управленческих должностях в партийно-государственном аппарате находилось около 750 тыс. чел. По уровню образования и культуры он был на голову выше своих предшественников 40-50-х гг.: все имели высшее образование, многие бывали на Западе. Основным источником их доходов являлась не зарплата, а всевозможные блага: возможность получать дефицитные товары в закрытых магазинах, квартиру вне очереди, путевки в санатории и т.д.

В наиболее благоприятных условиях находились москвичи. На втором месте – жители столиц союзных республик и крупных городов. Что касается населения районных центров и деревень, то они не имели в жизни никаких перспектив. Независимо от места работы, жители этих центров и деревень имели минимальный социальный статус.

Произошло падение всех социальных показателей, например: в начале 80-х гг. СССР по продолжительности жизни находилась на 35 месте в мире, по детской смертности – на 51 месте, по уровню потребления – на 77. В начале 80-х гг. в СССР на одного человека приходилось 15 кв. м общей площади, во Франции – 30 кв. м, в ФРГ – 40 кв. м, в США – 50 кв. м. Все это означало, что историческое соревнование с капитализмом социалистическая система проиграла.

В отличие от западных стран, а тем более большинства регионов Африки, Азии и Латинской Америки, советское общество этого периода было бесконфликтным и, в определенной степени, социально гармоничным. Несоответствие существующего строя революционным идеалам, его неэффективность и консерватизм большинством населения не ощущались. Кошмары 30-40-х гг. начали забываться, а раны – затягиваться. Слепую любовь к И.В. Сталину, искреннюю веру в партию, рабочий класс вытесняли новые мировоззренческие основы и ориентиры – В.И. Ленин, коммунизм, наука и космос, – что делало жизнь духовно спокойной и наполненной.

Для приближения светлого будущего от народа теперь не требовали преодоления больших трудностей и тем более – кровопролития. Грядущее счастье, казалось, придет автоматически, в соответствии с успешным выполнением пятилетних планов развития народного хозяйства. Носителем новых идеалов выступал уже не Пролетарий, а Ученый. Именно он обладали такими качествами как честность, бескорыстность, порядочность. Космос представлялся уже осуществленной частью скорого коммунистического общества, он облагораживал жизнь самим фактом своего существования. В сравнении с ним, бытовые трудности казались мелкими и несущественными.

Для возникновения сколь либо значимой политической оппозиции в стране не было ни социальных причин, ни экономических условий.

Во-первых, независимо от отсутствия в стране политических свобод, экономика развивалась, поэтому в жизни советского общества проходили позитивные изменения. Прежде всего, в течение этого периода оно окончательно стало урбанизированным: к 1980 г. 62% населения страны проживало в городах, где уровень жизни был достаточно высок (и от мировых ориентиров отставал совсем незначительно). 82% горожан имели отдельные квартиры. Существующий строй обеспечивал всем социальным группам одинаковый доступ к образованию и здравоохранению. Советская система обучения и воспитания подрастающего поколения считалась одной из лучших в мире. В 1975 г. было введено обязательное 10-летнее образование, к 1980 г. 12 млн. человек имели высшее образование. Рабочий день в СССР был не длиннее, чем в западных странах, а отпуск – не меньше. Зарплата росла, товарооборот – тоже. По производству многих товаров массового спроса в расчете на душу населения (обуви, тканей, трикотажа, телевизоров, холодильников, фотоаппаратов, радиоприемников и т.д.), продуктов питания (рыбы, сыра, растительного и животного масла, картофеля, яблок, помидоров, молока, сахара) СССР находился в группе лидирующих стран мира.

Во-вторых, в западных странах политика представляет собой сферу согласования интересов разных в социально-экономическом плане групп. Основой разногласий между этими группами является наличие многообразных форм собственности. Однако в СССР существовала единственная – «общенародная» (а по сути государственная) форма собственности, по отношению к которой все слои населения находились в одинаковом положении. То есть политика в западном понимании в Советском Союзе отсутствовала. Вместо нее функционировала система управления, куда попадали в молодости и где продвигались вверх в течение всей жизни.

Разумеется, существовали определенные социальные проблемы, но они порождали пассивный протест в виде прогулов, низкой производительности труда, увлечении неофициальными кумирами – В. Высоцким, рок-музыкой и т.п. Попытка инженера Клебанова в 1977 г. создать независимый профсоюз провалилась, так как его идею поддержало лишь несколько сот человек.

Лишь в Прибалтике и Закавказье существовали условия для общественной (неподдерживаемой властью) консолидации на национальной почве. В Вильнюсе в 1972, 1975 и 1979 гг., в Грузии – в 1978 г. прошли демонстрации в защиту национальной культуры и против русификации. Их численность колебалась в пределах нескольких тысяч человек. Критическую позицию по отношению к власти заняли евреи, поскольку им отказывали в праве выезда из СССР.

Политическая оппозиция могла зародиться лишь в интеллигентской среде.

Диссидентское движение (от латинского dissidents – несогласный) сформировалось в течение 1965-1972 гг. Его причиной явилось несоответствие декларируемых идеалов политической реальности.

Первоначально в этом движении оказались люди, пытавшиеся понять причины этого несоответствия. Они ошибочно полагали, что это трагическое расхождение заложено И.В. Сталиным и его окружением в 30-е гг., поэтому старались привлечь внимание власти к той или иной проблеме путем официальных писем и обращений.

Параллельно этому они стремились обратиться к общественности. Первой такой попыткой стал митинг на Пушкинской площади в декабре 1965 г. в день Конституции. Его участники требовали открытого суда над писателями А. Синявским и Ю. Даниэлем, опубликовавшими за рубежом свои произведения, которые власть признала антисоветскими (суд планировалось провести в закрытом режиме).

Политический процесс над Ю. Даниэлем и А. Синявским прошел в Москве в феврале 1966 г. По оценкам власти, они в течение десяти лет «обливали грязью» свою Родину, печатая за рубежом свои повести и рассказы. В результате Ю. Даниэль получил пять лет лишения свободы, А. Синявский – семь. Через некоторое время после вынесения приговора 62 писателя и 200 других представителей интеллигенции обратились с письмами к XXIII съезду КПСС и в Президиумы Верховных советов СССР и РСФСР с просьбой об отмене приговора. Это означало, что за прошедшие десять лет после XX съезда КПСС окрепло новое мировоззрение и понимание свободы. Разумеется, власть отрицала право на существования иных точек зрения на политику, историю и социальное поведение. Поэтому четверо наиболее активных защитников осужденных писателей в 1968 г. были отправлены в тюрьму.

С 1968 г. раз в два-три месяца тиражом три десятка машинописных копий стала выходить «Хроника текущих событий». Позднее таким же образом появились журналы «Вече», «Поиски», «Варианты», «Поединок» и др. Аналогичный по направленности журнал с 1970 г. выходил на Украине.

По данным КГБ за 1967-1971 гг. было выявлено 3906 антисоветски настроенных групп.

Первая волна арестов прокатилась в 1972-1973 гг. Но судебные органы не всегда могли привлечь диссидентов к ответственности. Поэтому были найдены новые формы внесудебной расправы: помещение в психиатрические больницы (куда был отправлен, например, генерал П.Г. Григоренко) и высылка из страны (так за границей оказался лауреат Нобелевской премии А.И. Солженицын, будущий лауреат И.А. Бродский).

Постепенно в диссидентской среде оформились две идеологически различных ветви. Одна из них была представлена братьями Р. и Ж. Медведевыми (первый был биологом, второй – историком), другая – «отцом» водородной бомбы, трижды героем социалистического труда, академиком А.Д. Сахаровым. Представители первого направления были искренними социалистами. Представители второго – либералами, ориентирующимися на демократические нормы жизни, характерные для Запада.

В 1969 г. возникла «Инициативная группа защиты прав человека», в 1970 г. – «Комитет прав человека», в 1976 г. – московская и республиканские группы содействия выполнению Хельсинских соглашений. Затем были созданы Комитет защиты прав верующих, Комиссия по расследованию использования психиатрии в политических целях и другие.

Большинство членов этих групп в течение 70-х гг. были арестованы. Всего в начале 80-х гг. в тюрьмах находилось несколько тысяч политзаключенных. В масштабах страны это была капля в море. Подавляющее число советских людей о существовании этих групп даже не подозревали.

Одной из особенностей этого периода стало возникновение новых отраслей права. В 1969 г. появились «Основы законодательства о здравоохранении», в 1970 г. – «Основы водного законодательства», в 1973 г. – «Основы законодательства о народном образовании», в 1976 г. – «Закон об охране и использовании памятников истории и культуры». С 1972 по 1977 г. было издано Собрание действующего законодательства, объемом в 52 тома.

Но отсутствие качественных изменений в развитии общества и в политической системе исключали какие-либо принципиальные изменения в праве. Попытки совершенствования советской правовой системы фактически прекратились. По своей сути советское право оставалось тем же, чем оно было на протяжении последних десятилетий, а его основными чертами были:

– однозначный приоритет интересов государства в сравнении с интересами человека,

– вмешательство партийно-государственного руководства страны в юридическую практику,

– выполнение не свойственных праву других стран и дореволюционному праву России идеологических функций,

– отрицание международных стандартов прав человека,

– более высокую юридическую силу подзаконных нормативно-правовых актов в сравнении с законами;

– недостаточное внимание к процессуальному праву1.

Конституция 1977 г. Основной закон готовился очень долго. Впервые о необходимости разработки новой Конституции было сказано на XXII съезде КПСС в октябре 1961 г. В апреле 1962 г. Верховный совет СССР создал Конституционную комиссию во главе с Н.С. Хрущевым. Ее задача состояла в отказе от сталинской модели социализма. Однако обстановка в Политбюро все время накалялась. В октябре 1964 г. инициатор изменения Конституции – Н.С. Хрущев – был снят со всех постов, после чего комиссия фактически прекратила свою работу.

Основной причиной новой длительной остановки стало отсутствие ясности в отношении к ближайшему прошлому. Новое руководство страны оказалось более молодым, репрессии второй половины 30-х гг. этих людей не коснулись. В то же время, все они в начале своей карьеры были частью сталинского партийно-государственного механизма, срослись с ним мировоззренчески и не собирались его осуждать. Поэтому они не видели необходимости в принципиальных изменениях в обществе, и, следовательно, в Конституции. К идее её изменения вернулись лишь в середине 70-х гг.

По сравнению с Конституцией 1936 г., Конституция 1977 г. представляет собой более высокую ступень советского законодательства.

Конституция состояла из преамбулы, 9 разделов, 21 главы и 174 статей. Разделы располагались в следующем порядке: 1. Основы общественного строя и политики СССР; 2. Государство и личность; 3. Национально-государственное устройство ССС; 4. Советы народных депутатов и порядок их избрания; 5. Высшие органы государственной власти и управления СССР; 6. Основы построения государственной власти и управления в республиках; 7. Правосудие, арбитраж и прокурорский надзор; 8. Герб, флаг, гимн и столица СССР; 9. Действие Конституции СССР и порядок ее изменения.

[1 Чалидзе В. Заря правовой реформы: (апрель 1985-июнь 1989). М., 1990. С. 37. 310]

В Преамбуле определялась сущность общества развитого социализма.

Конституция закрепляла некоторые новые положения, например, появился новый раздел «Государство и личность». В наиболее важной – сфере государственного устройства – преобразования свелись к следующему:

– в отличие от Конституции 1936 г., определявшей СССР как государство рабочих и крестьян, новая Конституция объявляла его общенародным государством. При этом делалась ого-ворка, что ведущую роль в определении политической линии, играет рабочий класс,

– закреплялась власть КПСС (статья 6),

– Советы депутатов трудящихся переименовывались в Советы народных депутатов,

– расширялись права и обязанности граждан (на жилье, медицинское обслуживание, участие в общественной жизни и т.д.),

– уточнены полномочия центральных и местных органов власти: например, по Конституции 1936 г. срок полномочий Верховного совета составлял 4 года, а по Конституции 1977 г. – 5 лет.

Однако власть (в лице Политбюро) не собиралась что-либо менять в своем положении. Ничего и не изменилось. В результате и эта Конституция оказалась фиктивной.

Хозяйственное право. В этой сфере правительство пыталось определить степень хозяйственной свободы руководителей отдельных предприятий и отраслей. Так, в октябре 1965 г. ЦК КПСС и Совет министров приняли постановление «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства». Но развитие хозяйственной инициативы руководителей предприятий сдерживалось политическими причинами: советская экономика была в максимальной степени централизованной, что соответствовало концентрации власти в руках высшего партийно-государственного руководства.

Административное право. В октябре 1980 г. Верховный совет СССР впервые в истории страны принял «Основы законодательства Союза СССР об административных правонарушениях».

В их определялось понятие «правонарушение», давалась их классификация, определялась мера ответственности. Ответственность за административные правонарушения устанавливалась с 16 лет.

Трудовое право. В 1966-1967 гг. была введена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями.

В 1970 г. приняты «Основы законодательства Союза СССР и союзных республик о труде», а затем в союзных республиках были приняты «Кодексы законов о труде».

В 1974 г. Президиум Верховного совета СССР уточнил гарантии справедливого решения вопросов по спорам об увольнении и переводе рабочих и служащих на другую работу.

В 1980 г. были повышены пенсии за непрерывный стаж работы на одном предприятии.

В 1983 г. вышел «Закон о трудовых коллективах». В нем получили юридическую регламентацию взаимоотношения трудовых коллективов с администрацией предприятий и учреждений.

Семейное право. В июне 1968 г. Верховный совет СССР принял «Основы законодательства Союза СССР и союзных республик о браке и семей». В них развивалось то, что было принято ранее. В числе наиболее значимых изменений были:

– возможность установления отцовства в судебном или ином порядке,

– ликвидация прочерка в свидетельстве о рождении детей, родившихся вне брака,

– введение внесудебного порядка расторжения брака,

– установление порядка признания брака недействительным,

– разрешение на вступление в брак с иностранцами.

В октябре 1979 г. Президиум Верховного совета СССР внес в «Основы» некоторые уточнения:

– мужчина и женщина получали равные права в личных и имущественных отношениях,

– ряд положений касался иностранцев и лиц без гражданства. В сфере семейного права они приобретали теми же права, что и советские граждане.

Уголовное право. Для этой отрасли права были характерны две тенденции. Первая состояла в усилении правовых гарантий при определении виновности преступника. Вторая – в смягчении наказания лицам, совершившим преступления, не представлявшие большой общественной опасности. Так, перестали рассматриваться как преступления нарушение правил торговли, прогул, порубка леса в некрупных размерах и некоторые другие действия.

В то же время, была усилена ответственность за преступления, представляющие большую общественную опасность. Так, в 1973 г. за угон самолета, если это действие по-влекло гибель людей или причинение тяжких телесных последствий, была введена смертная казнь.

Исправительно-трудовое право. Длительное время эта отрасль права регулировалась ведомственными актами органов внутренних дел. Эти документы не публиковались. В июне 1969 г. Верховным советом СССР были приняты «Основы исправительно-трудового законодательства Союза ССР и союзных республик». Затем в союзных республиках появились соответствующие республиканские кодексы.

«Основы» исходили из того, что базой воспитательного процесса осужденных является привлечение их к труду. Поэтому в феврале 1977 г. этот документ был дополнен разделом об условном осуждении к лишению свободы и условном освобождении из мест лишения свободы с обязательным привлечением осужденного к труда на стройках народного хозяйства.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. В чем причина замедленных темпов экономического развития в 70-е гг.?

2. Что нового в жизнь советского народа внесла Конституция 1977 г.?

3. Почему советский народ в целом не добивался политических свобод?

4. Что изменилось бы в стране, если на месте больного Л.И. Брежнева в конце 70-х гг. оказался бы здоровый и активный политических лидер?

Центральные государственные органы. В течение 1982-1989 гг. все протекающие в СССР социально-экономические и политические процессы определялись узкой группой членов Политбюро (11-13 членов и 7-8 кандидатов в члены Политбюро). Местные государственные органы в лице Советов депутатов трудящихся оставались безвластными. И даже местные органы КПСС (обкомы, горкомы и райкомы КПСС) являлись не субъектами власти, а исполнителями воли Политбюро.

Основным содержанием отношений в Политбюро ЦК КПСС в этот период оказалась борьба за власть. В отличие от сталинских времен и даже времен Н.С. Хрущева, эта борьба протекала в цивилизованной форме, то есть в виде интриг.

Андропов Ю.В. К началу 80-х гг. Политбюро представляло собой группу пожилых и больных людей. Они постепенно умирали, но оставшиеся в живых цепко держали власть в своих руках. Каждый все еще мечтал занять место Генерального секретаря. Досталось же оно Ю.В. Андропову.

На рубеже 70-80-х гг. в Политбюро сложились две группировки. Одна – вокруг Л.И. Брежнева: К.У. Черненко, А.Я. Пельше, Д.А. Кунаева. Во вторую входили Кириленко, Ю.В. Андропов, Б.Н. Пономарев, М.С. Соломенцев. В начале 1982 г. между ними началась скрытая борьба. Это не было противостоянием разных социально-экономических программ. Речь шла об обыкновенном стремлении к власти ради нее самой (что изначально перечеркивало возможность появления каких-либо реформ советского строя). Так, по решению своего председателя Ю.В. Андропова, КГБ возбудило ряд уголовных дел: «икорное дело», в котором оказался замешан друг А.Н. Косыгина, министр рыбной промышленности, «бриллиантовая история», где фигурировали дети Л.И. Брежнева – Юрий Леонидович и Галина Леонидовна. В июне 1982 г. Ю.В. Андропов арестовал друга Л.И. Брежнева, первого секретаря Краснодарского обкома КПСС Медунова. Генеральный секретарь помешать этому уже не мог.

В феврале 1982 г. от инсульта скончался второй человек в партии – М.А. Суслов. Его место занял К.У. Черненко. Это означало усиление брежневской группы. Но в мае его потеснил Ю.В. Андропов, которому удалось покинуть место председателя КГБ и стать секретарем ЦК по идеологии. Фактически он переместился с шестой должности в партийной иерархии на вторую.

В августе за границу бежал сын Кириленко и тем самым перечеркнул шансы отца стать новым руководителем страны. Потери в Политбюро несла как та, так и другая группа.

В ноябре 1982 г. умер Л.И. Брежнев. Победа Ю.В. Андропова далеко не была предрешена. Однако он очень умело провел пленум и стал новым Генеральным секретарем ЦК КПСС.

До 1982 г. он не выступал с какими-либо реформаторскими предложениями. Источник его реформаторства после получения должности Генерального секретаря оказался тот же, что и у Г.М. Маленкова, Л.П. Берии и Н.С. Хрущева – борьба за власть. Для ее сохранения он должен был выступить с программой, которую бы все поддержали. А Политбюро оставалось максимально консервативным. Поэтому и «реформы» были направлены на защиту существующей системы.

Новый руководитель страны был интеллигентен, обладал хорошими манерами, знал английский, немецкий и венгерский языки. На фоне Л.И. Брежнева он выглядел более чем привлекательно, что расположило к нему большую часть населения страны. Он любил музыку, разбирался в живописи. Вежливость и остроумие делали его приятным собеседником. Будучи требовательным к себе, Ю.В. Андропов не выносил небрежность в работе со стороны своих подчиненных.

Мышление Ю.В. Андропова сформировалось в 30-е гг., в эпоху насилия и лицемерия. От сталинистов его отличало лишь то, что в 60-70-е гг. он защищал этот режим, стараясь не проливать кровь. За 14 месяцев пребывания на посту Генерального секретаря он проявил себя как догматически мыслящий коммунист-консерватор. Давление государства на общество при нем резко возросло.

Свою краткую деятельность на посту главы партии и государства он начал с выступления на пленуме ЦК в ноябре 1982 г. Ю.В. Андропов нарисовал тогда удручающую картину: «По ряду важнейших показателей плановые задания за первые два года пятилетки оказались невыполненными. Главный показатель эффективности экономики – производительность труда – растет темпами, которые не могут нас удовлетворить. Остается проблема несопряженности в развитии сырьевых и перерабатывающих отраслей. Практически не снижается материалоемкость продукции»1. Это было непривычно, обычно информация такого рода за стены государственных учреждений не выносилась.

Ю.В. Андропов не признавал иных методов управления, кроме административных, все проблемы в экономике он свел к бесхозяйственности, расхлябанности, лени рабочих и служащих. Поэтому начал свою политику с укрепление дисциплины. Осенью-зимой 1982-1983 гг. силами КГБ и МВД проводилась операция «Трал», направленная на выявление нарушителей трудовой дисциплины. В отношении простых тружеников были использованы обычные для системы методы: лишение премий, тринадцатой зарплаты, летнего отпуска, очереди на жилье. В отношении же номенклатуры приход Ю.В. Андро-пова к власти обернулся массовым увольнением высших чиновников. С ноября 1982 г. и до конца 1983 г. он снял с работы около 20% первых секретарей обкомов, 22% членов Со-вета министров.

В апреле 1983 г. началось «узбекское дело». Госплан СССР заставлял республику сдавать столько хлопка, сколько она вырастить никак не могла. Но поставленные Москвою задачи не подлежали обсуждению, поэтому руководители республики должны были в течение многих лет заниматься приписками (с получением за невыполненные объемы работ значительных сумм из государственного бюджета). Но признать порочность государственного строя партийно-государственное руководство не могло. Проще и легче было все объяснить многолетней местной коррупцией, что и сделали. В результате следствия только в одной Бухарской области 5 человек, в том числе Первый секретарь обкома КПУ, были приговорены к расстрелу.

Приписки в выполнении народнохозяйственных планов обнаружились в Азербайджане, Казахстане, Туркмении, где тоже были проведены аресты на уровне министров. Коррумпированным оказалось руководство Краснодара, московской торговли, Министерство рыбной промышленности, Министерство внутренних дел. После многочасового разговора с Ю.В. Андроповым министр внутренних дел Щелоков покончил с собой.

Дисциплинарные меры дали определенный экономический эффект: уже в первом квартале 1983 г. прирост объема производства составил 6%.

Наряду с этим, прежнее ведомство Ю.В. Андропова не прекращало борьбы с политической оппозицией. Так, за антисоветские стихи суд приговорил к 7 годам строгого режима 28-летнюю поэтессу.

Однако Ю.В. Андропов был думающий сталинист. В марте 1983 г. он опубликовал статью «Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства». Принципиально новых теоретических положений, а тем более отказа от марксизма статья не содержала, но она фактически разрешила пересмотр устоявшихся догм и послужила идеологической основой будущей перестройки. Было снято табу с обсуждения вопроса о совершенстве социалистической экономики и советского общества в целом.

Ю.В. Андропов пришел к выводу, что все дело в системе:

– что коррупция в СССР порождается режимом, а не преступной деятельностью отдельных чиновников,

– что их поведение не противоречит утвердившейся в верхних эшелонах власти морали;

– что система утратила монополию на статус передовой в социальном плане. Оказалось, что у других стран – Венгрии и Югославии – тоже есть положительный опыт, заключавшийся в использовании в народном хозяйстве экономических рычагов.

Летом 1982 г. для подготовки экономической реформы в ЦК был создан специальный отдел под руководством Н.И. Рыжкова. Сын Ю.В. Андропова вспоминал, что отец интересовался шведской (социал-демократической) моделью экономики. В начале 1983 г. он поручил М.С. Горбачеву и Н.И. Рыжкову начать разработку экономической реформы. Впервые за многие десятки лет к разработке партийно-государственного курса оказались допущены и ученые: академики А.Г. Аганбегян, Г.А. Арбатов, Т.И. Заславская, О.Т. Богомолов, доктора экономических наук Л.И. Абалкин, Н.Я. Петраков и некоторые другие. В результате в июне был принят «Закон о трудовых коллективах», призванный преодолеть отчуждение трудящихся от производственного процесса, а в июле – закон «О дополнительных мерах по расширению прав производственных объединений (предприятий) промышленности в планировании хозяйственной деятельности и по усилению их ответственности за результаты труда». В соответствии с этим, в четырех союзных министерствах и нескольких республиканских началась экономическая реформа, направленная на ограничение утверждавшихся для предприятий министерствами показателей и повышение роли экономических нормативов.

По-видимому, Ю.В. Андропов понял, что оздоровление экономики невозможно без политических изменений. А пойти на них он не мог. Коммунистические догмы оставались основой его взглядов.

Возможно, политический тупик, в котором он оказался, привел к обострению всех его болезней: инфаркт, диабет, гипертония, почечная недостаточность. Еще летом 1982 г. он активно боролся за власть. Летом же 1983 г. он вдруг оказался дряхлым и немощным стариком. На июньском пленуме ЦК КПСС Ю.В. Андропов говорил запинаясь, руки его дрожали. В конце сентября его перевезли в кунцевскую больницу, где он провел последние месяцы своей жизни. В феврале 1984 г. он скончался.

Основы тоталитаризма он не затронул. Ни одной проблемы решить не успел.

Ю.В. Андропов являлся продуктом советской политической среды, и оценивать его надо ее мерками. Он был не тот человек, в котором нуждалось страна, но он был лучшим из тех, кого могла выдвинуть система. На протяжении всей жизни он был просвещенным консерватором. Его просвещенность ограничивалась рамками, через которые он не мог переступить – честное и искреннее служение сложившейся системе. Проживи он еще несколько лет, его политика вполне могла оформиться в медленную и осторожную модернизацию системы по китайскому образцу. При сохранении политических устоев общества проводились бы экономические преобразования. Умный организатор, проницательный прагматик, он мог создать вариант лучше, чем тот, что получился у М.С. Горбачева, а тем более Б.Н. Ельцина.

Борьба за власть в 1983-1984 гг. В августе 1983 г., в связи с болезнью и невозможностью в полном масштабе управлять страной, Ю.В. Андропов приблизил к себе М.С. Горбачева. Этому попытался воспрепятствовать секретарь ЦК Г.В. Романов. И между ними началась скрытая борьба за второе место в партийно-государственной иерархии.

Г.В. Романова в Политбюро не любили за излишнюю напористость и сложный характер. Однако М.С. Горбачев в то время мало кого устраивал: в 1983 г. он проявил себя как сторонник Ю.В. Андропова, а продолжения неясной и тревожной политики скончавшегося Генерального секретаря в Политбюро никто не хотел. Поэтому стареющее большинство Политбюро в феврале 1984 г. новым генеральным секретарем после 4-дневного обсуждения избрало К.У. Черненко.

Это был старый и тяжело больной человек, которому и власть была уже не в радость. Сам по себе К.У. Черненко оставался консерватором. Свою верность умирающему строю он проявлял в мелочах. Например, в 1984 г. по его инициативе был восстановлен в партии один из столпов советского тоталитаризма девяносточетырехлетний В.М. Молотов, тогда же из ссылки в г. Орск была возвращена в Москву спившаяся дочь Л.И. Брежнева Галина Леонидовна. Но его политического влияния просто не существовало. Так что внутриполитический курс явился результатом компромисса между сторонниками Л.И. Брежнева и Ю.В. Андропова.

Первые не нуждались в каких-либо изменениях и искренне верили в их ненужность, тогда как вторые пытались укрепить экономику путем повышения дисциплины, ускорения научно-технического прогресса и усиления режима экономии. Это ставило К.У. Черненко в одинаковую зависимость от тех и других.

Ситуация политического равновесия не позволяла консервативным силам перейти в наступление на приглашенных Ю.В. Андропов к разработке экономической реформы ученых. А они крайне негативно оценивали перспективы советского общества. В частности, по оценкам академика Т.И. Заславской, социалистическая экономика представляла собой «устаревшую систему производственных отношений и управления народным хозяйством, порождающую постоянный спад производства, постепенную утрату заинтересованно-сти трудящихся в результатах своего труда». В результате в номенклатурной среде вызревала мысль о необходимости серьезных социально-экономических преобразований.

Между тем, уже осенью 1984 г. всем стало ясно, что и этот Генеральный секретарь явно нездоров. Он тяжело передвигался, его дыхание часто прерывалось. В марте 1985 г. К.У. Черненко скончался.

Обновление социализма. В марте 1985 г. после смерти К.У. Черненко его пост занял М.С. Горбачев. В соответствии с установившейся традицией, новый партийный лидер заверил своих товарищей в верности прежнему курсу.

Между тем, выполнить свое обещание он не мог, поскольку факторы, державшие на плаву советскую экономику (высокие цены на нефть и значительный прирост трудо-вых ресурсов) прекратили свое существование. Поэтому уже на апрельском пленуме ЦК пришлось сделать вывод, что страна находится в предкризисном состоянии. Для выхода из него была разработана и принята на пленуме концепция «ускорения». Экономические, политические основы сложившейся системы и ее социальные ценности считались правильными. Поэтому казалось, что трудности можно преодолеть простым ускорением экономического развития, а именно: путем уменьшения себестоимости выпускаемой продукции на 0,5%, повышением производительности труда на 1% и приоритетным развитием таких стратегически важных отраслей как машиностроение, электроника, биотехнология и некоторые других.

Параллельно воплощению в жизнь этого экономического курса, новый лидер начал борьбу за власть. Уже в 1985 г. М.С. Горбачеву удалось удалить из Политбюро Г.В. Романова, В.В. Гришина, Н.А. Тихонова и А.А. Громыко. Были смещены со своих должностей 4 секретаря компартий союзных республик, 24 секретаря обкомов. Свои посты потеряли 22 министра. В отставку ушли два командующих родами войск, начальник Политуправления Советской армии. В результате Политбюро оказалось обновлено на 60%, ЦК – на 70%, секретариат – на 80%, правительство – на 90%. К 1986 г. М.С. Горбачев обеспечил себе контроль над всеми партийными и государственными структурами.

В соответствии с Уставом КПСС, осенью 1985 г. должен был состояться XXVII съезд КПСС. Ввиду сложности экономической ситуации и неопределенности с методами выходами из нее, съезд пришлось передвинуть на февраль 1986 г. В целом на съезде не было ничего принципиально нового: социализм по-прежнему рассматривался как исторически прогрессивный социальный организм, которому обеспечено будущее. И мысль, что партия должна освободиться от комплекса непогрешимости была лишь призывом к поиску новых внутренних резервов развития социализма.

В 1986 г. партийно-государственное руководство еще не определилось с методами оздоровления советской экономики. С одной стороны, была развернута неосталинистская компания с «нетрудовыми доходами», с другой – был принят закон «Об индивидуальной трудовой деятельности».

Основную преграду на пути развития страны М.С. Горбачев видел в косности партийно-государственного аппарата. В борьбе с этим злом весной у него неожиданно появились союзники. В май 1986 г. состоялись съезды союза кинематографистов и Союза театральных деятелей, в июнь – Союза писателей. Консервативное руководство этих творческих союзов на съездах подверглось мощной критике и было отправлено в отставку. Произошла смена главных редакторов «Московских новостей», «Огонька», «Нового мира», «Знамени». В июле М.С. Горбачев встретился с писателями и поддержал их критическую позицию в отношении ко всему застарелому. Летом на встрече с партийным активом Хабаровска М.С. Горбачев заявил, что обществу требуется революция. Вряд ли он тогда понимал, чем все это может обернуться.

Между тем, экономическая ситуация продолжала ухудшаться. Во многом это стало результатом антисоветской деятельности США, которым удалось добиться от своих партнеров сокращения покупки советской нефти. Если в 1985 г. дефицит государственного бюджета составил 17-19 млрд. руб., то в 1986 г., несмотря на то, что Политбюро, ЦК КПСС и Совет министров 28 раз обсуждали проблемы «ускорения», он вырос в три раза. С осени 1986 г. все партийно-государственные структуры были сориентированы на преодоление кризиса в экономике.

Осенью 1986 г. встал вопрос о подготовке пленума, который определил бы пути дальнейшего развития страны. Он трижды переносился. Наконец в январе 1987 г. пленум состоялся. М.С. Горбачев предложил партии вместо прежней концепции «ускорения» но-вую стратегическую линию, получившую название «перестройка».

Причиной этой довольно радикальной политики стало признание ошибочности не только выбранного в 1985 г. курса реформ, но и существования довольно серьезных недостатков в сложившейся «командно-административной» системе социализма, прежде всего: государственная собственность превратилась в ничейную, она порождает бюрократию, не является гибкой и наукоемкой.

Пленуму было предложено отныне развивать гласность (с помощью которой авторы перестройки предполагали пробудить общественное сознание и активность партии и общества), демократизировать внутрипартийные отношения и наделит реальной властью конституционные Советы. Выполнение этих задач предполагалось завершить за 10- 12 лет. Итогом перестройки должно было стать укрепление социализма.

Единодушная поддержка инициаторов этих идей, А.Н. Яковлева, М.С. Горбачева и их единомышленников, во многом обеспечивалась необычностью проведения самого пленума. Раньше пленум открывал Генеральный секретарь, затем выступали руководители партии в соответствии со своим рангом. Между ними, для придания процедуре видимости демократизма и коллегиальности, на трибуну допускались какие-нибудь ударники труда из рабочих. Тексты выступления обсуждались заранее. Экспромтов не допускалось. Многие первые секретари обкомов годами не имели возможность получить слово. На этот раз все оказалось по-другому: выступали свободно, в порядке записи, независимо от занимаемой должности.

Новый подход к экономике начал формироваться осенью 1986 г. В ноябре того года Верховный совет принял закон «Об индивидуальной трудовой деятельности». В июне 1987 г. очередной пленум провозгласил переход экономики к рынку. Основным направлением реформы стало расширение экономической самостоятельности предприятий (введение хозрасчета и сокращение контроля предприятий со стороны центральных государственных структур).

Через две недели сессия Верховного совета приняла закон о предприятиях, на следующий год – закон о кооперации, еще через год – закон об аренде. Эти три закона фактически заложили основы новой рыночной экономики. Но тогда от них ожидали улучшения социалистической экономики, чего достичь не удалось. Более того, начали стремительно нарастать социально-экономические трудности.

Реформа не могла достигнуть поставленной цели, поскольку не затрагивала основ административно-командной системы, не вводила принцип материальной заинтересованности работников. Задуманная как половинчатая, она принесла не столько пользы, сколько вреда.

Ее главный недостаток состоял в том, что директивные, плановые регуляторы были поколеблены, а рыночные еще не созданы. Расширение прав предприятий при сохранении одной государственной формы собственности привело к безразличию руководителей предприятий к результатам деятельности предприятия и его финансовому состоянию. Вместо того чтобы вкладывать средства в материальное производство, предприятия перераспределили их в фонд зарплаты. Руководители предприятий отказались от выпуска дешевой продукции и взвинтили цены на ту, что еще выпускалась. Тем самым они породили инфляцию. В то же время, предприятия по-прежнему пользовались государственными субсидиями.

Не дала ожидаемых результатов и легализация частного сектора. Очень высокий налог на частые предприятия (до 65%) вынуждал новых собственников скрывать доходы. В то же время, появление частной собственности позволило легализоваться криминальному капиталу, который ранее не находил себе применения.

Свою роль в ухудшении экономической ситуации сыграло улучшение международного положения СССР: в связи с уменьшением внешней угрозы значительно сократился госзаказ на оборону, а советская промышленность во многом была военизирована. В то же время, без государственных инвестиций на выпуск мирной продукции предприятия оборонного комплекса перейти не могли. В результате десятки миллионов рабочих и служащих фактически оказались без работы.

Неудачи в экономике подхлестнули политические реформы. Прежде всего, это проявилось в политике гласности.

Предполагалось, что гласность станет средством продвижения экономических реформ: поможет выявить скрытые резервы, обернется против бюрократов и разгильдяев. Однако практически сразу же гласность приняла форму политической критики. Сначала ее лейтмотивом стало возвращение к ленинским нормам внутрипартийных отношений. Однако уже в 1987 г. эта политика перешагнула очерченные границы, и началось обсуждение «белых пятен» истории. Сначала под удар беспощадной критики попал И.В. Сталин. Встал вопрос о природе созданного благодаря его стараниям общества. Вскоре оказалось, что между взглядами и деятельностью В.И. Ленина и И.В. Сталина нет принципиальной разницы. От В.И. Ленина в 1989 г. перешли к анализу марксизма. В результате его идеологам пришлось признать, что марксизм как теория разошелся с реальными историческими процессами, что КПСС с 1917 г. держалась на обмане и насилии. Так из-под ног КПСС оказалась выбита теоретическая основа. Партия утратила авторитет и контроль над идеологическими процессами в стране.

С февраля 1987 г. руководство страны было вынуждено начать освобождение из тюрем политических заключенных. К тому времени их насчитывалось около 200 человек. Последний заключенный покинул камеру в 1990 г.

С 1987 г. начались политические реформы.

28 июня – 1 июля 1988 г. проходила XIX партийная конференция. На ней столкнулись сторонники консервативного курса и реформаторы во главе с М.С. Горбачевым. Реформаторов оказалось большинство, поэтому удалось принять решение о радикальной политической реформе. Одним из ее ключевых элементов стал принцип альтернативности.

Конечно, все эти начинания были вынужденными, они оказались результатом сложных обстоятельств, в которых оказалась КПСС. Расставаться с властью партийно-государственный аппарат не собирался. Требовалось создать новый механизм своей власти, и возникла идея совмещения должности председателя Совета с должностью партийного секретаря. Это вызвало бурю возмущения общественности, тем не менее, Политбюро настаивало именно на таком механизме передачи власти от партийных органов к советским.

Следующим шагом стало реформирование высших государственных органов. Этот процесс начался с возрождения политического института первых двух десятилетий большевистской власти – съезда Советов. Съезд формировал Верховный совет, который отныне превращался в постоянно действующий орган: отныне его сессии длились три – четыре месяца.

Власть и здесь стремилась сохранить в своих руках бразды правления, поэтому при комплектовании депутатского корпуса половина мест отдавалась депутатам от общественных организаций, фактически под ними имелась в виду именно КПСС и подконтрольные ей структуры типа комсомола и профсоюзов.

Итак, в течение 1987-1988 гг. партия проводила политические реформы без участия общества и пыталась избежать изменения политической ситуации. Но политика гласности существенно изменила общественные настроения. Она дала возможность сравнить исторический итог развития социализма и западной цивилизации. Эта цивилизация одержала победу по всем направлениям: она продемонстрировала преимущества как в производстве и потреблении товаров, так и в решении социальных проблем. Крах реформаторских попыток М.С. Горбачева в течение 1985-1988 гг. породил в обществе глубокое разочарование и поставил вопрос о поиске более совершенной социальной модели.

25 мая-9 июня 1989 г. был проведен 1 съезд народных депутатов СССР. На него было избрано 2250 депутатов из 9505 выдвинутых кандидатов. Как и предполагал М.С. Горбачев, подавляющую массу депутатов составили реформаторы, которых он и возглавил. Но среди делегатов оказалась небольшая группа из 150 человек. Они организовали более радикальную межрегиональную депутатскую группу. Ее идеологом стал А.Д. Сахаров, организатором – Б.Н. Ельцин.

Ни тот, ни другой не смогли предостеречь страну от новых несчастий. А.Д. Сахаров был физиком по образованию, ориентирующимся на западные социально-экономические ценности. Вопрос о том, в какой мере они приемлемы для СССР, для него был не так важен в сравнении с задачей разрушения власти КПСС. Еще в меньшей степени разбирался в вопросах теории Б.Н. Ельцин.

Распад социалистической системы. Условиями распада СССР стали политическая реформа, которая привела к дестабилизации всей системы, дезорганизация власти, проводимая антикоммунистической демократической прессой, несостоятельность власти в решении социальных проблем народа и местный национализм.

Первые стычки на национальной почве вспыхнули в марте-апреле 1986 г. в Якутске между якутскими и русскими студентами. В декабре того же года в Алма-Ате произошло выступление нескольких тысяч молодых казахов. В ходе беспорядков два человека погибли, сотни были ранены. Для подавления беспорядков властям пришлось задействовать войска.

В августе 1987 г., в связи с очередной годовщиной подписания советско-германского пакта 1939 г. в Прибалтике прошли демонстрации с требованием опубликовать секретные протоколы пакта и восстановить правду о массовых депортациях в 1940-1941 гг. В октябре того же года армяне, проживавшие в Нагорном Карабахе, переданном в 1921 г. большевистским правительством Азербайджану, потребовали воссоединения с Арменией

В мае 1988 г. в Фергане произошли кровавые столкновения между узбеками и турками-месхетинцами. В ходе столкновения 50 человек было убито, сожжено 400 домов. В том же году в Оше такие же столкновения произошли между узбеками и киргизами.

Все это были восстания населения бедных регионов. В силу упрощенности миро-воззрения они видели причины своих проблем в кознях соседей других национальностей. Но в конце 1988 г. эти националистические настроения начали использовать местные политики.

Политическая демократизация породила центробежные силы. По всей видимости, политический развал многонациональной страны произошел бы при любых (даже положительных) экономических итогах. Но экономические неудачи М.С. Горбачева стали катализатором развала страны.

Возникла иллюзия возможности преодоления всех трудности путем разрушения консервативного центрального правительства и страны в целом.

В течение десятилетий советское правительство очень много делало для развития экономики и решения социальных проблем союзных республик. Во многом за счет населения РСФСР. Но когда в 1988-1989 гг. местная номенклатура увидела слабость общесоюзных государственных органов, под видом борьбы за национальную государственность, началась борьба с этим органами ради сохранения собственной власти.

Первой идею восстановления государственности выдвинула Армения – в мае 1988 г. (в ответ на позицию центра по Нагорному Карабаху).

Затем требование выхода из состава СССР выдвинули националисты Грузии. В апреле 1989 г. они спровоцировали беспорядки в Тбилиси, в ходе которых погибло 16 демонстрантов. В сентябре того же года с идеей государственного суверенитета выступили националисты Азербайджана.

Параллельно разрушению СССР шел процесс распада отдельных республик. В январе 1990 г. Нахичеванская АССР вышла из состава Азербайджана. Вскоре русскоязычный Тирасполь отделился от Молдавии.

Первой вышла из состава СССР Грузия. В марте 1990 г. ее Верховный совет денонсировал договор 1921 г. и союзный договор 1922 г. В том же месяце суверенным государством объявили себя Литва и Эстония. В мае их примеру последовала Латвия. 12 июня 1990 г. 1-й съезд народных депутатов России принял декларацию о государственном суверенитете России. Против проголосовало 1,4% делегатов съезда.

Во второй половине 1990 г. аналогичные декларации приняли Узбекистан, Молдавия, Белоруссия, Туркмения, Таджикистан, Казахстан. Речь шла о «суверенитете в составе СССР». Фактически уже тогда произошел распад СССР.

В июле началось заключение межреспубликанских (а по сути межгосударственных) договоров в обход центра. В сентябре такой договор скрепили своими подписями руководители России и Грузии, России и Молдавии. В ноябре – России и Украины, России и Казахстана.

Оформление антикоммунистического движения в РСФСР относится к 1989-1990 гг. Оно началось с его возникновения внутри КПСС как реформаторского крыла в 1989 г. Вскоре возникли Демократическая, Республиканская, Социал-демократическая и другие партии, объединившиеся в январе 1990 г. в движение «Демократическая Россия». Причиной их ошеломляюще быстрого роста популярности стало массовое разочарование в реформах М.С. Горбачева и итогах социализма в целом. Руководители этого движения ис-ходили из невозможности дальнейшего движения вперед в рамках существующего политического и государственного строя. Политической целью этого движения стало создание общества по типу западных демократий.

В мае 1990 г. состоялся I Съезд народных депутатов РСФСР. Важнейшим вопросом было избрание Председателя Верховного совета РСФСР. Основными кандидатами на этот пост были Б.Н. Ельцин и Первый секретарь ЦК компартии РСФСР И. Полозков. Для избрания необходимо было набрать 531 голос. На первом туре голосования Б.Н. Ельцин получил 497 голосов, на втором – 503. Перед третьим туром коммунисты выдвинули менее консервативного кандидата – Председателя Совета министров РСФСР А. Власова. М.С. Горбачев попытался переломить ситуацию в его пользу. Тем не менее, Б.Н. Ельцин получил 535 голосов. Причиной популярности Б.Н. Ельцина стало разочарование масс в реформаторских попытках М.С. Горбачева.

Б.Н. Ельцин представлял собой классический тип политика-популиста. Он вел себя так, будто именно он знает, каким образом в самом ближайшем будущем радикально улучшить жизнь. В отличие от руководителей других союзных республик, Б.Н. Ельцин до осени 1990 г. не собирался разрушать Советский Союз. Но в СССР так сложилось, что центр больше уделял внимания повышению уровня жизни, решению социальных проблем национальных окраин, а не населению РСФСР. Кроме того, русская интеллигенция традиционно всегда оставалась космополитичной. Поэтому союзное правительство в 1987-1989 гг. не смогло увлечь население РСФСР обещаниями близких реформ и не разрабатывало особых, социальных программ. В этих условиях 1 ноября 1990 г. Ельцин призвал Верховный совет РФ принять закон об экономической самостоятельности России. Прекращение экономической помощи антирусски настроенным союзным республикам представлялось в то время вполне логичным. В этих условиях Б.Н. Ельцин поставил под вопрос целесообразность дальнейшего развития страны по социалистическому пути и о судьбе СССР.

В это время основной причиной социально-экономического кризиса являлось не промедление с реформами (как считал Б.Н. Ельцин), а разрушение государственности.

Исторически так сложилось, что основой государства являлась КПСС. Между тем, она стремительно теряла свою власть. М.С. Горбачев и его окружение стремились решить социально-экономические проблемы страны, но сделать это уже было невозможно. Предложенная в 1987 г. идея перехода власти от КПСС к Советам оказалась неэффективной. Советы не смогли зарекомендовать себя в качестве надёжной альтернативы. Тогда в марте 1990 г. М.С. Горбачев попытался остановить процесс развала государственности путем создания новой государственной структуры – президентства. Однако неожиданно с такой же идеей выступили партийные руководители союзных республик. Уже через две недели свой президент появился в Узбекистане, что перечеркивало идею М.С. Горбачева об укреплении государственного центра.

Оставаясь Генеральным секретарем, он потерял к партии интерес. Он уже не мог предложить объединяющей идеи. Его призывы к обновлению социализма образца 1985- 1987 гг. были бесконечно слабее идей демократии, но это идеологическое поле было уже занято межрегиональной группой во главе с Б.Н. Ельциным.

Распад СССР фактически начался в апреле 1990 г. Принятый в том месяце закон «О разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации» подтвердил право её субъектов на свободный выход из СССР, а последовавший за этим закон «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» определил порядок выхода.

М.С. Горбачев еще пытался выступать в качестве демократического лидера. Он не воспрепятствовал отмене в марте 1990 г. III съездом народных депутатов СССР 6-й статьи Конституции о партии как основе политической системы СССР. Отмена этой статьи создала правовые основы для многопартийности. В Москве и Ленинграде возник Демократический союз, в Литве, Латвии и Эстонии – народные фронты. Все они заняли антикоммунистическую позицию.

Между тем, методы работы ЦК КПСС и созданной летом 1990 г. компартии РСФСР, их активное противодействие экономическим и политическим реформам оттолкнули от партии большинство населения. КПСС катастрофически быстро начала терять свое влияние. За 1990 г. из 21-миллионной партии вышло 4 млн. человек. В связи с переходом власти к Советам КПСС не смогла повлиять на происходящие процессы. Развалилась вся организационо-идеологическая система КПСС, комсомольская и пионерская организации, общество «Знание».

Убийственная критика партии изначально строилась не на анализе собственной истории, а на ее противопоставлении достижениям Запада. Степень закономерности установившегося в СССР в 20-30-е гг. строя никто серьезно не изучал. Его определили как «тоталитарный», «казарменный социализм», «административно-командная система», отказав в праве на дальнейшее существование.

Осенью 1990 г. партийно-государственное руководство перешло на консервативные позиции. М.С. Горбачев отказался от поддержки демократов и попытался силовыми методами остановить распад государственной власти. Одновременно начал тайно формироваться будущий ГКЧП. В январе 1991 г. консерваторы попытались через голову президента СССР силовыми методами остановить опасные для социалистического государства процессы и устроили кровавую бойню в Вильнюсе. В результате 13 человек оказались убиты. Вскоре тот же сценарий повторился в Риге.

1 марта 1991 г. с политическими требованиями выступили шахтеры: отставка М.С. Горбачева, роспуск КПСС, введение реальной многопартийности.

Все это происходило на фоне расширяющегося экономического кризиса. Страна имела раздутый бюджет: дефицит составлял чуть ли не половину всех расходов. Преодолеть эти трудности можно было только путем полного отказа от социалистических принципов управления экономикой и за счет резкого снижения уровня жизни народа. Ни на то, ни другое правительство пойти не могло.

Последней попыткой выхода из экономического коллапса явилась реформа нового премьер-министра B.C. Павлова. Ради скорейшего проведения денежной реформы правительство пустило в обращение новые крупные купюры. Сразу же после этого следовало приступить к либерализации цен. Но денежная реформа началась в январе, а цены повысили только с 1 апреля. Смысла в такой реформе уже не было.

М.С. Горбачеву было уже ясно, что сохранить Союз в прежнем виде не удастся. Руководители 6 республик из 15 вообще отказались вести с ним какие-либо переговоры о подписании нового договора. В апреле 1991 г. в подмосковной резиденции Ново-Огарево М.С. Горбачев провел совещание с руководителями 9 союзных республик. Во главе почти всех республик уже стояли президенты, не зависящие от КПСС. Подписание нового союзного договора было назначено на 20 августа.

Подписание на какое-то время отложило бы развал СССР, но остановить этот процесс было уже невозможно, поскольку основные участники новоогаревского процесса – Ельцин и Назарбаев – уже летом 1991 г. не видели необходимости в сохранении СССР.

12 июня на выборах президента РСФСР Б.Н. Ельцин получил 57% голосов, ставленник М.С. Горбачева Н.И. Рыжков – 16%. Это дало возможность Ельцину перейти в наступление на консерваторов. 20 июля он подписывает Указ о прекращении деятельности политических организаций в государственных организациях и учреждениях. Система государственной власти КПСС оказалась сломанной.

Новому руководству России было ясно, что проводить жизненно важные реформы в масштабах Советского Союза невозможно. Еще осенью 1990 г. республиканские элиты продемонстрировали отсутствие интереса к общесоюзным реформам. Поэтому правительство Б.Н. Ельцина изначально было вынуждено строить свой курс уже без оглядки на остальные союзные республики.

В этих условиях консервативные силы создали ГКЧП и попытались сохранить разложившуюся тоталитарную систему путем заговора. 19-21 августа состоялся путч.

В составе членов ГКЧП был председатель Совета министров СССР B.C. Павлов. В тюрьме он написал книгу, где изложил мотивы действия ГКЧП.

Население страны не поддержало ни ГКЧП, ни М.С. Горбачева, ни Б.Н. Ельцина. Лишь в Москве, Ленинграде и некоторых других городах Б.Н. Ельцин получил поддержку. Опираясь на нее, он проявил максимальную активность, тогда как члены ГКЧП отказались от применения силы, а захватывающих идей у них не было.

Воспользовавшись параличом центральных советских органов, парламент Эстонии уже 20 августа принял постановление о государственной независимости республики, латвийский – 21, украинский – 24, белорусский – 25 августа. Аналогичные решения 26-31 числа вынесли парламенты Молдавии, Азербайджана, Киргизии и Узбекистана.

В течение августа-ноября Б.Н. Ельцин подписал ряд указов, которыми распускал организационные структуры КПСС и КП РСФСР, их имущество объявлялось государственной собственностью.

М.С. Горбачев еще пытался бороться за реформирование СССР. Новый союзный договор имел смысл только при согласии всех республик. В октябре в Алма-Ате состоялась встреча руководителей союзных республик. Большинство делегаций приехало туда уже по инерции: у себя дома они получили твердые указания обеспечить независимость. М.С. Горбачева в столицу Казахстана не пригласили. Его аппарат в ноябре подготовил новый проект союзного договора. Но Украина наотрез отказалась его подписывать, а без нее договор терял всякий смысл.

СССР распался. Не было лишь формально-юридического решения. 8 декабря в резиденции президента Белоруссии, Беловежской Пуще, лидеры трех государств – России (Б.Н. Ельцин), Украины (Л.М. Кравчук) и Белоруссии (С.С. Шушкевич) объявили СССР распущенным. В том же месяце Верховные советы Белоруссии, Украины и России ратифицировали это соглашение. Собранные в Москве М.С. Горбачевым более 500 военных руководителей от командиров дивизий и выше поддержки ему не оказали.

25 декабря в 19 часов 38 минут над резиденцией М.С. Горбачева в Кремле флаг СССР был спущен.

Распад СССР явился логическим следствием ряда процессов.

1. Сформировавшаяся в 20-30-е гг. система, по сути, все эти десятилетия оставалась нетронутой. Между тем, Союз втянулся в соревнование с экономически более эффективной социальной системой – Западом. Существовавший там строй в XX в. значительно трансформировался, но КПСС оценивала его в категориях середины XIX в., когда сформировался марксизм. КПСС не смогла аккумулировать накопленный западными странами позитивный социально-экономический и политический опыт, не смогла реально оценить место СССР в международных экономических и политических отношениях.

2. Как коммунистическая партия, КПСС не могла не обещать более высокого, чем на Западе, уровня жизни. Но выполнить это обещание она была не в состоянии. До введения политики «гласности» о быстро увеличивающемся разрыве в уровне жизни между СССР и Западом советский народ не знал. В условиях гласности и демократизации этого скрыть было уже невозможно.

3. История СССР представляла собой трагическую попытку создания антизападной социальной системы. В.И. Ленин и И.В. Сталин, В.М. Маленков и Н.С. Хрущев, А.Н. Косыгин и Ю.В. Андропов, М.С. Горбачев искренне хотели построения более со-вершенного, чем на Западе, общества. Между тем, существовавшая с 1918 г. по 1991 г. со-ветская система являлась логичным продолжением российской социальной системы. Это единство состояло в отсутствии гражданского общества, что требовало сильной государственной власти. Никто из руководителей СССР этого не понимал, но в силу необходимости каждый из них по-своему решал эту проблему:

– В.И. Ленин преодолел противоречие между демократической системой Советов и политическими реалиями (отсутствием гражданского общества) путем устранения Советов от власти и передачи ее в руки РКП (б). Но одновременно ему и его партии пришлось лгать, будто власть находится в руках народа (хотя вряд ли он это делал осознанно, скорее всего, он не успел понять, какие политические процессы породил большевизм),

– в 30-е – первой половине 50-х гг. противоречие между демократическими социалистическими декларациями и отсутствием гражданского общества, без которого эти лозунги не могли быть претворены в жизнь, преодолевалось путем репрессий. Это был тупик, из которого не было выхода: для того, чтобы обеспечить функционирование системы власть должна была на уровне государственного руководства отбросить демократию, но на уровне идеологии требовалось сохранять ей верность. В результате в основе идеологической деятельности КПСС оказалась ложь. В условиях гласности это было осознано и привело к утрате партией авторитета.

4. Основой государственного строя в СССР была КПСС. Но даже после того, как в 1977 г. в Конституцию СССР был введен пункт о ключевой политической роли КПСС, юридически такой основой считались Советы депутатов трудящихся. Власть КПСС во многом была незаконной. Поэтому в результате быстрой передачи власти от КПСС и Со-ветам весь государственный аппарат оказался парализованным.

5. Партийно-государственное руководство устранило общество от принятия решений даже на местном уровне. В условиях роста численности образованных слоев населения и постоянного утверждения, что «власть в стране принадлежит народу», узурпация власти этим руководством всех раздражала.

6. Катализатором развала СССР явились сепаратистские движения национальной коммунистической бюрократии, которая могла сохранить за собой власть только путем развала СССР.

Вопросы для обсуждения на семинарах

1. В чем корни политики «перестройки»?

2. Можно ли считать Ю.В. Андропова реформатором?

3. В чем причина распада СССР?

Тесты

1. Какого числа СССР прекратил свое существование?

а) 28 августа 1991 г.

б) 18 сентября,

в) 25 декабря.

2. В каком году Б.Н. Ельцин был избран президентом?

а) 12 июня 1990 г.

б) 12 июня 1991 г.