Измена. Жестокий муж

Глава 12

Тимофей.

Встретить Айлин было для меня полной неожиданностью. Когда-то давно между нами случилась страсть, которая переросла в чувства. Я сходил с ума по этой девушке, любил ее и мечтал, что однажды она станет матерью моих детей. Но в то время я так же слишком был увлечен становлением бизнеса. Помощь отца не входила мои планы, я хотел сам всего добиться. Очень часто пропадал на работе, забывал позвонить, сказать, что задержусь, или уеду в командировку. И Айлин не выдержала моего темпа. Ушла. Я не осуждал ее, понимал, что со мной было сложно. Но сейчас все изменилось. Я уже давно состоявшийся бизнесмен, работа налажена, и я могу делать выходной, когда захочу. Только не хотелось, потому что дома никто не ждал. Разве что к родителям ездил, которые всегда в любой день ждали меня и уговаривали остаться с ночевкой.

Улыбнулся, вспоминая умоляющее лицо мамы. Ох и стрекоза она, знатно папе нервы мотает, а он уже много лет обожает ее. И прощает все ее выкрутасы. Они добрые, конечно. Мама иначе не умеет. Любит нас, а мы любим ее.

Но как же хочется и другой любви. Той, что ощущает мужчина по отношению к женщине. Как отец к маме.

Айлин. А ведь чувства никуда не делись. Увидел ее и понял, как сильно тосковал по ней, как не хватало ее объятий, поцелуев, улыбки. Но то, что я увидел в ее глазах, на теле. Я отказывался принимать за должное. Для меня неприемлемо поднимать руку на женщину, на заведомо слабого человека. Слабее чем ты сам. Не морально, физически. А этот ублюдок издевается над ней, и судя по тому в каком виде она вышла из гостевого, он еще и насилует ее.

А этой мысли внутренности скрутило и к горлу подступила тошнота.

Я не позволю ее обижать. Никому.

Долинский получит то, что заслужил и я сделаю так, что он по миру покатится голой задницей.

— Тимофей Егорович, можно?

В кабинет постучался начальник безопасности нашей семьи. Человек, который знает все и про всех.

— Да, Виталий Георгиевич, проходите.

Мужчина кивнула и прикрыв двери, прошел в кабинет. Присел напротив меня и протянул папку.

— Что там?

— Промышляет наркотой, сам употребляет.

— Есть что-то еще? — я нахмурился, открывая папку, но не смотря в нее.

Виталий Георгиевич кивнул.

— Торгует живым товаром.

Я присвистнул от удивления. А это уже куда серьезнее.

— Что мы можем сделать? Мне нужно максимально вытрясти эту гниду.

— Это можно, Тимофей Егорович. К тому же, насколько мы знаем, а знаем мы отлично, что в нашей стране торговля людьми запрещена. Предлагаю вам открыть подставную фирму. Задним числом. С огромными нулями в доходе.

— Позвони юристам. Без них нам не справиться.

Мужчина улыбнулся и поднялся из кресла.

— Тимофей Егорович, можно личный вопрос?

Я откинулся на спинку кресла и внимательно смотря на Ромушева, кивнул.

— Эта девочка, жена его, — я напрягся, — она же ваша единственная любовь.

— Виталий Георгиевич, а не пора ли вам на пенсию? — спросил серьезно, но мужчина знал, что я шучу.

Он улыбнулся.

— Егор не позволит. Я ушел.

— Идите, — хмыкнул я, и добавил, — юристам звоните.