Измена. Жестокий муж

Глава 20

Его слова проникают прямо в душу. Я отстраняюсь и желаю подняться, но Тим не позволяет, руками удерживая за талию.

— Куда собралась? Ты сама разделась и уселась на меня, Ая.

— Ты говоришь о серьезных вещах. Как я могу родить тебе ребенка, когда между нами…

— Что? Что между нами, Айлин? Думаешь я не чувствую твоего желания? Мужчина которого тянет к женщине, остро ощущает, как она его хочет. Или я тебя сюда силой затащил?

Я от удивления рот распахнула и резко покачала головой.

— Нет, конечно, нет, Тимофей. Просто… — я прикрыла глаза и вздохнув снова покачала головой, — я не должна была этого делать. Прости.

— Я не имел в виду, Ая, чтобы мы прямо сейчас занимались зачатием.

Тим поднялся из кресла удерживая меня на руках. Я удивилась, как легко он это сделал, словно я для него ничего не весила. Я никогда не была маленькой миниатюрной девочкой. Да, стройная, но при этом я высокая. Хотя все равно рядом с Тимофеем ощущала себя маленькой. Несмотря на свой рост в сто семьдесят пять сантиметров. У мужчины явно все сто девяносто. Если не больше.

Он прошел к кровати и попой усадил меня на матрас, при этом возвышаясь надо мной и не предпринимая никаких действий.

— Тебе нужно отдохнуть, — он бросил взгляд на мои ребра и развернувшись, вышел из спальни.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, чувствуя, как тело пронзает легкой болью. Тим прав, мне нужен отдых, чтобы я могла скорее восстановиться. А я дура с чего-то решила, что он захочет меня. Вот такую, избитую, в синяках.

Идиотка.

Выдохнув, я прошла в ванную за халатом. Потуже завязала пояс на талии и бросив взгляд в зеркало, решила спуститься вниз. Ложиться спать слишком рано, да и не уверена, что я сейчас усну. Слишком много эмоций за день, и за эту неделю.

Сунув ноги в тапки, я вышла из спальни и медленно, уже испытывая страх, спустилась вниз по лестнице. Теперь я, наверное, всегда буду бояться ходить по ней. В памяти еще был свеж тот момент, когда я кубарем летела вниз по ступеням.

Сжалась от воспоминай и ступив наконец-то на пол сильнее вцепилась рукой в перила.

— Сынок, мы на кофе. Ты же не откажешь нам?

Я замерла, услышав давно знакомый и такой приятный голос Карины, мамы Тима.

— Мы редко у тебя бываем, а тут еще и мимо ехали. Зачем ты спрашиваешь, блонди? Думаешь сын прогонит?

А это уже Егор, отец.

Сердце пропустило удар.

— Конечно, не прогоню, о чем речь? Но предупреждаю, я не один.

Я плотно сжала губы, и кивнув сама себе, вышла из своего укрытия.

— Здравствуйте.

Тимофей стоял ко мне спиной, а родители лицом. Они тут же посмотрели на меня удивленно, а Тим резко обернулся, сканируя своим взглядом мое тело. Думал, что я выйду голой?

— Айлин? Ничего себе встреча! Привет, дорогая!

— Айлин? — удивленно произнес Егор Николаевич, а я пристыженно опустила глаза.

Карина подошла ко мне и крепко обняла, а я поморщилась от боли, и тут же постаралась улыбнуться. Ни к чему, чтобы они знали о моей ситуации.

— Как же я рада тебя видеть, девочка!

— Это взаимно, — выдохнула я, искренне улыбаясь.

Да, мне было в какой-то момент стыдно и скорее всего из-за реакции Егора Николаевича. Но видеть родителей Тимофея я была очень рада.

— А вы что, снова вместе? — уточнила Карина, переводя взгляд с меня на сына.

— Нет, — ответили мы одновременно и тут же получили от блонди недовольный взгляд.

— Так, сын, почему ты еще здесь?

— Ма-ма, — предостерегающе произнес он.

— Давай-давай, иди вари кофе. Меня твой тон не пугает. Я тебе не подчиненная, а твоя мама и рычать на меня не нужно.

Я тепло улыбнулась и тут же плотно сжала губы. Карина всегда была такой, доброй ворчуньей. А ее мужчины любили за это. Она девочка для них, и особенно для мужа, который до сих пор смотрел на нее с теплом во взгляде. Невероятная пара.

— Дед, а ты чего застыл? — нахмурилась Карина, складывая руки на груди.

— Блонди, не… — он застыл, споткнувшись о ее взгляд и мило улыбнувшись, подошел и поцеловал жену в губы, — обожаю тебя.

— И я тебя, — прошептала она таким голосом, словно между ними случилась невидимая связь.

Нет, они просто обалденная пара.

— Хватит миловаться, пошлите уже на кухню, — хмыкнул Тимофей, и я, переведя на него взгляд отметила, что он смотрит на меня.

Прикусила губу.

— Ой, пошлите уже, — отмахнулась блонди, и взяла меня за руку, — прям посекретничать по девчачьи не даете. Эти мужчины невыносимы. Пойдем, Айлин.

Мы все вместе прошли на кухню и удобно разместились за обеденным столом. Тим принялся готовить кофе, а я пыталась спрятать глаза от взгляда Егора Николаевича. Заметила, что он не очень доволен моим появлением в доме или в жизни его сына.

— Пап, прекрати пугать Аю. Она здесь, потому что ей нужна помощь. А помочь я решил сам.

— О-о, то есть вы не вместе? А я уж подумала… — расстроенно произнесла Карина и вздохнула.

— Блонди, тебя удивляют полуголые девушки в доме сына?

Я даже рот от удивления приоткрыла, но произнести хоть что-то в ответ так и не решилась.

— Отец, правда, хватит.

— Действительно, Егор! Что за глупость? Это же наша Ая! — возмутилась Карина так, словно я была действительно частью их семьи.

А ведь могла бы. Если бы когда-то не сглупила.

— Я знаю кто это, блонди. Но если ты не в курсе, девушка замужем и у нее есть сын.

Я прикрыла глаза и сжала руки в кулаки, чувствуя, как к горлу подступают слезы. Зачем он так со мной?

Резко поднявшись из-за стола, я наплевала на боль в ребрах. Руками уткнулась в столешницу и глядя в глаза Егору Николаевичу, зло выпалила:

— Я не собираюсь становиться частью жизни вашего сына. Если вы об этом беспокоитесь. Извините, — произнесла я, виновато глядя на Карину, и развернувшись, поторопилась сбежать из кухни.

— Айлин, стой!

— Айлин! Отец, какого черта ты творишь?

Услышала в спину, но останавливаться не было желания. Я дернула ручку входной двери и та, поддавшись, открылась. Через мгновение я оказалась на улице и жадно втянула через нос свежий вечерний воздух.

— Айлин, — вздрогнула от голоса Егора Николаевича, но не обернулась, продолжая стоять с задранной головой к небу и жадно хапать воздух, — извини, я не должен был.

Я медленно покачала головой.

— Из-за сына на тебя злюсь.

Я обернулась и обхватив плечи руками, посмотрела мужчине в глаза.

— За что? — прошептала еле слышно.

— Сложно ему было. Прости, девочка.