Каникулы в драконьей академии. Истинная проблема декана

Глава 1

Каникулы в Драконьей академии должны были стать моим спасением от полугодовой рутины, лекций, зелий и бесконечных заклинаний. Я уже представляла, как вернусь на праздники домой, где меня ждали теплая постель, мамины пироги и книги, не связанные с магией. А еще семья, друзья и ежегодные гуляния на главной городской площади.

Некоторые студенты предпочитали на время каникул оставаться в академии. Но таких было меньшинство. Однако Лорен, мой Лорен, как раз относился к их числу. У него были напряженные отношения с родителями, и он стремился как можно реже появляться в родовом гнезде.

И даже мне предлагал изменить своим традициям в этом году и остаться с ним в академии. Вместе встретить ежегодный праздник зимы.

Но мне, хоть и испытывая огромное сожаление, пришлось отказать. С Лореном мы виделись ежедневно, а вот родных я видела всего дважды в год. Да и родители бы такому решению, мягко говоря, не обрадовались бы.

Но все пошло наперекосяк.

И вместо того, чтобы спешно запихивать в чемоданы последние вещи, как и все остальные студенты, спешащие домой, в свой последний учебный день, я стояла в кабинете декана факультета Теней, Дориана Блэйка, и, склонив очи к полу, скорбно ожидала своей участи.

Магистра, преподающего нам Искусство Смерти, в академии боялись все. Он состоял в ордене Высших заклинателей, был на службе у самого императора и, по слухам, за считаные годы достиг головокружительных высот в карьере. И это, не говоря уже о том, что равных ему по силе темных во всей империи можно было пересчитать по пальцам одной руки.

И почему сильный дракон с даром тьмы, устрашающей репутацией и громким именем в какой-то момент бросил все свои дела в столице и приехал в нашу академию, став здесь обычным преподавателем, никто не знал.

Знали лишь, что накануне этого была расторгнута его помолвка с одной из высших аристократок. И многие в академии и за ее пределами оба этих события связывали между собой.

Наши девчонки, да и большинство преподавательниц, считали, что декан Блэйк стал жертвой несчастной любви. И оттого вздохи, которыми сопровождались их взгляды в сторону магистра, становились еще более томными.

Но вздыхать представительницы прекрасного пола нашей академии вздыхали, а вот соваться к высшему заклинателю никто не рисковал.

Все же таким, как Дориан Блэйк, безопаснее любоваться издалека. А полюбоваться там было на что. И даже я, у которой был Лорен, порой завороженно замирала, когда декан занимался со студентами на полигоне, проводя показательный бой.

Он был обладателем высокой, мощной фигуры, темных волос, темных глаз и ауры властной, пробирающей до костей, но такой опасно-притягательной, что оставаться равнодушной было просто невозможно.

А уж когда магистр пускал в дело темную магию… В такие моменты он становился похож на божество. Опасное, безжалостное, но все же божество.

На его занятиях всегда была идеальная дисциплина и полнейшая тишина. К семинарам декана Блэйка студенты готовились так, как не готовились ни к одному предмету в академии. Парни старались проявить себя с лучшей стороны, чтобы доказать, что достойны, не посрамить честь будущих темных магов. А девушки тоже старались себя проявить, вот только с несколько иными целями.

Про экзамен и вовсе упоминать не стоит. Идти к магистру Блэйку не подготовленным было сродни самоубийству.

А всего лишь одной запинки или недостаточно полного и развернутого ответа было достаточно для того, чтобы высший заклинатель отправил тебя на пересдачу.

И прекрасно зная обо всем этом, я всю последнюю неделю только и делала, что зубрила его предмет. Забыла обо всем. О сне, о еде, об остальных экзаменах, к которым готовилась лишь вскользь, и потому часть из них сдала хуже, чем рассчитывала изначально.

Но я была уверена в том, что уж за экзамен по Искусству Смерти я получу высший балл.

Но все пошло не по плану. И когда декан Блэйк, дойдя по списку до моего имени, вызвал для ответа, я растерялась, взглянув в черные, похожие на саму тьму, глаза.

И так испугалась его в тот момент, что знания, тщательно запихиваемые мною в голову всю последнюю неделю, поспешно улетучились.

И вместо того, чтобы дать четкие ответы на вопросы декана, я что-то неуверенно лепетала, нервно теребя кончик форменного галстука.

И лишь услышав громогласное «Пересдача!», пришла в себя, позабыв о страхе. И стоило мне в тот момент промолчать, покорно кивнуть и поспешно убраться из аудитории, смирившись с неудом.

Но я не хотела оставаться на каникулы в академии и тратить все праздничные дни на нервную зубрежку. У меня уже были планы, я соскучилась по семье, и вообще…

В общем, меня понесло. Я перенервничала, растеряла остатки здравого смысла и инстинкта самосохранения, и решилась на самоубийственный поступок — попыталась с деканом Блэйком спорить.

Очнулась и испуганно осеклась в тот момент, когда темные глаза высшего заклинателя заполонила тьма. Такая же тьма заклубилась у его ног, пугая до одури всех присутствующих в аудитории студентов.

И когда эта тьма буквально вынесла меня за дверь аудитории, а рокочущий голос декана, донесшийся в спину, приказал явиться в его кабинет ровно в пять часов, я поняла, что все. Умру я молодой, красивой и до того момента, как получу диплом. И даже до праздника зимы уже не доживу.

И вот сейчас, когда часы отбили ровно пять вечера, я, вытянувшись по струнке и низко склонив голову, стояла перед очами декана на дорогом темно-синем ковре в его кабинете.