БЕЗДЕЛУШКА

В шкафу, на самой верхней полке, за стеклом, жила маленькая игрушечная девочка. А ещё там жили хрустальные бокалы и рюмки. Они только и знали, что дрожали за свою красоту. «Дзинь! Сгинь!» — звенели они, когда внизу кто-нибудь топал.

Иногда стеклянная стена отодвигалась, и к ним заглядывала мокрая тряпка. «Привет, бездельники!» — говорила она и, ворча, убирала пыль. Бокалы и рюмки приходили в ужас, а девочка мечтала, что тряпка возьмёт её с собой. Но тряпка, поворчав, уходила, и стеклянная стена становилась на место.

Бывало, что рюмки с бокалами приглашались на праздник. Девочка оставалась одна и радовалась, что никому не мешает. Ведь бокалы и даже самые маленькие рюмочки совсем не играли с ней, а только гоняли девочку из угла в угол.

— Стань в сторонку! — говорил бокал. — Ты не стеклянная. Из-за тебя не видно, какой я красивый.

— Сгинь! — звенела рюмка. — А то не увидят, какая у меня тонкая талия.

Девочка не сердилась. Она понимала, как обидно, если ты красив, а тебя загораживают.

Всё свободное время (несвободного времени у неё, к сожалению, не было) девочка сидела на краю полки, прижав нос к стеклу, и смотрела вниз, на пол.

Там жили игрушки. Им было весело. То они во что-то играли, то в них кто-то играл. Девочке очень хотелось к ним. Но отодвинуть стекло и слезть на пол она не могла. Тогда игрушечная девочка сочинила такой стишок:

Посадили игрушку на полку,

И бедняжка грустит втихомолку,

Что она не игрушка,

Что она безделушка,

От которой ни проку, ни толку.

Посадили игрушку на полку.

Особенно волновалась девочка, когда внизу играли в прятки: вот бы её кто-нибудь нашёл!

Однажды водить досталось обезьянке. Кого она отыскала, кто сам выручился. Но обезьянка не могла остановиться, так ей понравилось искать.

Игрушки смеялись над ней, звали к себе. Обезьянка только отмахивалась от них всеми четырьмя руками.

«Кого она ищет? Все на месте! — удивлялась девочка. — Неужели меня?»

Не успела она об этом подумать, как за стеклом прямо перед ней появилась обезьянья мордочка.

От волнения девочка даже крикнуть не могла.

Взгляд обезьянки равнодушно скользил по бокалам и рюмкам («Сгиннь!» — дрожали они), а большой рот, прямо-таки до ушей, шептал стишок:

Если где-то нет кого-то,

Значит, кто-то где-то есть.

Только где же этот кто-то

И куда он мог залезть?

Ура! — крикнула обезьянка. — Я сама сочинила стишок! Кто же ещё мог его сочинить?

И тут её взгляд встретился со взглядом девочки.

Загрузка...