Кольцо Королевы

Глава 10

Глава 10. 27 июля 1866 года, побережье у горной цепи Рундар

Они достигли побережья рано утром. Яхта, конечно, не могла причалить к скалистому берегу, так что Бреннон отдал распоряжение готовить к спуску на воду шлюпку. Диего вынес на палубу зеркало из трюмо в каюте Дианы, чтобы девушка показала Энео Скальци берег для открытия портала.

Когда оборотень узнал, что группу агентов возглавит синьор Скальци, то впервые за несколько дней испытал настоящее облегчение. Скальци был одним из первых агентов (а некоторых говорили, что самым первым), к тому же до вступления в Бюро он двадцать лет прослужил в иларской полиции. Так что Уикхем надеялся, что он поможет им освободить Элио как можно скорее.

Они ждали открытия портала, собравшись на палубе, и Диана вполголоса недовольно сказала:

- Я не думала, что шеф пришлет к нам Скальци.

- Прислал – да и слава Богу. Он-то, в отличие от нас с тобой, самый опытный агент Бюро.

- Ну да, и теперь он будет командовать.

- И что? Какая тебе разница, кто командует?

- А как мы с тобой станем опытными агентами Бюро, если нас все время будет опекать кто-то из старших?

- Сейчас не это важно, – мрачно буркнул Шарль. – Элио пока еще жив, но долго это не продлится. Так что сейчас не самое подходящее время делить полномочия.

- Ох, ну ладно, – сдалась Диана. – В конце концов, главное – результат, верно?

- Я видел синьора Скальци, – с плохо скрытой завистью сказал Мируэ. – Когда он бывает в замке, он ведет у нас семинары по сыскному делу и практике допросов. Мощный дядя.

Тем временем на берегу стал формироваться овал портала. Ветер донес до Диего запах озона, и оборотень с некоторым удивлением понял, что настолько притерпелся к корабельной вони, что озоновый запах магии теперь даже кажется ему чем-то приятным и освежающим.

Портал наконец открылся, и из него на галечный пляж выпрыгнули синьор Скальци, Двайер с молотом на плече и два десятка агентов. Последний помог сойти на берег высокому старику в длинных таназарских одеждах. За стариком плыл по воздуху сундучок.

- Арье! – изумленно воскликнула Диана. – Вот это да! Как Анир отпустил его от себя после всего этого!

Обо “всем этом” Уикхемам и Мируэ коротко рассказал шеф, и Диего думал, что Анир больше не захочет видеть агентов Бюро на расстоянии даже сорока миль от границ его эмирата. Но похоже, пока что Аль-Мунзир был склонен им помогать.

- Лодка готова, мисс, джентльмены, – доложил капитан. – Я отплываю вместе с вами.

- А как же яхта? – спросила Диана.

- Рина обо всем позаботится. К тому же, по прошлому опыту, я приказал команде выйти в открытое море, как только вернется шлюпка.

- Вы намерены отправиться с нами в замок? Вы же не знаете ни одного заклинания и понятия не имеете о том, что такое нечисть!

- Ну мы тоже не имеем о ней особого понятия, – пробормотал Шарль. – А заклинаниям можно и научиться. Скальци говорил, что первые три он за полминуты освоил, когда его чуть гарпия не зажрала.

Обветренное лицо капитана впервые за все время их знакомства немного побледнело. Диего со вздохом достал из чемодана парную наплечную кобуру с револьверами, заряженными “архангелами”, и протянул Бреннону:

- Возьмите. Это оружие против нечисти. Ими пользовался Элио, так что револьверы – из самых лучших, что производят в Бюро.

Они сели в лодку, и матросы налегли на весла, направляясь к пологому галечному берегу. Хотя впереди виднелись впивающиеся в небо горы Рундара, побережье оказалось на удивление плоским, почти как тарелка. Вдоль берега тянулась дорога, по которой, как припоминал Диего, вот уже несколько столетий возили в замок все необходимое, от слуг до провианта. Странно, что за столько времени тут так и не появилось никакой гавани – хотя, может, Вальенте приказал ее уничтожить, чтобы надежнее скрыть местоположение замка.

Они встретились на берегу, и мисс Уикхем тут же радостно воскликнула:

- Мистер Агьеррин! Вы тоже здесь!

- Да, – улыбкой сказал врач. – Хоть я и стал стар и бесполезен как чародей, я все еще кое-что смыслю в Бар Мирац и тварях Ицфиота. А вам определенно понадобится консультация по этому вопросу.

- Может, вам лучше вернуться? – встревоженно спросил Диего. – Шеф рассказал нам о том, что было во дворце.

- О, не волнуйтесь, я не намерен вмешиваться в сражение, я буду только выкрикивать подсказки, сидя в тылу.

- Помощь в сражении готов оказать я, – произнес капитан Бреннон, и Энео Скальци немедленно наложил вето на эту идею:

- Что вы там будете делать? – с мягким иларским акцентом, слегка маскирующим твердость отказа, спросил агент. – Вы даже не представляете, с чем столкнетесь.

- Я намерен защищать мисс Уикхем и освободить мистера Романте.

- Мисс Уикхем – отлично подготовленный агент и не нуждается в защите, в отличие от вас.

Лицо капитана залилось краской.

- Я весьма неплохо стреляю, – процедил он, – и мне предоставили оружие.

- И вы уверены, что увидев впервые в жизни тварь с той стороны, будете в состоянии нажать на спусковой крючок, а не лишитесь рассудка тут же на месте?

- Н-но... но тогда мисс Уикхем тем более нельзя туда отправляться! – вскричал Найджел, и у Диего сразу же появились сомнения насчет того, станет ли он его шурином, потому что Диана громко и раздраженно кашлянула.

- С чего бы? – холодно сказал Скальци, которого это все уже, видимо, начало утомлять. – Мисс Уикхем уже имела дело с этим существом, и мы намерены положиться на ее опыт. А вот вы...

- Агентами не становятся просто так, мистер, – веско проронил Двайер. – Все эти люди пришли в Бюро потому, что однажды столкнулись с потусторонним – и выжили. И даже не рехнулись.

- Так испытайте и меня! – пылко воскликнул капитан.

- Найджел, я не хочу, чтобы с вами что-то случилось, – сказала Диана, и пока Бреннон шокированно переваривал слова, которые обычно джентльмены обращали к дамам, а не наоборот, один из агентов вдруг закричал:

- Сэр! На дороге человек! Бежит к нам!

Скальци, агенты Уикхем и все остальные тут же бросились к дороге. Агенты встали там лагерем под прикрытием щитов и покрова невидимости. Трое из двадцати уже заняли позицию у щита с той стороны, откуда приближался бегущий человек. Диего прищурился, разглядывая его против солнца: человек уже не столько бежал, сколько спотыкался, как будто толкал себя вперед только силой воли. Но, когда оборотень уже мог рассмотреть потемневшие от пота и пыли светлые волосы и лохмотья одежды, молодой мужчина неожиданно упал навзничь.

- Подобрать, – приказал Скальци. – На руку браслет, доставить сюда.

Трое агентов тут же выскользнули из-под прикрытия щита и направились к упавшему.

- Этот юноша, – пробормотал Арье и опустил бинокль, – похож на Габриэля ван Эймса, о котором писал юный Элио.

- Но как он смог выбраться? И почему только он один?

- Или именно этот один, – чуть слышно пробормотал Шарль. Оборотень озадаченно на него покосился.

Тем временем агенты перенесли беглеца под прикрытие щитов и завесы. Диего тут же опустился около него на колено и осторожно похлопал по щеке, потом встряхнул за плечо. Это был единственный человек, который видел Элио и говорил с ним, единственный, кто мог бы рассказать им о том, где юноша сейчас и что с ним. Если, конечно, Арье не ошибся. Но Шарль тут же развеял сомнения оборотня – хмуро глядя на беглеца, он процедил:

- Это он. Это Габриэль ван Эймс. Но вот из какого варианта...

- Откуда уверенность? – спросил у рекрута Скальци. – Вы разве видели его раньше?

- Да.

- Когда?

- У Шарля есть некоторые возможности увидеть то, что не видят другие, – вмешалась мисс Уикхем.

- Это какие же?

- К сожалению, мы не можем вам ответить. Обратитесь за разъяснениями к миледи или шефу.

Скальци недовольно нахмурился, а Диего склонился над юношей. Тот был так изможден, словно бежал непрерывно несколько недель. Уж не умрет ли он у них на руках прямо сейчас от истощения? Но, к счастью, он наконец пошевелился, и кто-то из агентов протянул Диего фляжку с водой, которую оборотень поднес к губам юноши. Тот принялся жадно пить, а когда выпил все до капли, то со слабым стоном вытянулся на земле. Но тут же вдруг подскочил, вцепился в руку Уикхема, уставился на него полубезумным взглядом и хрипло каркнул:

- Помогите! Помогите ему! Вы должны помочь!

- Мы – не бартолемиты, – сухо сказал Скальци. – Мы агенты Бюро. Вы сознаете...

- Да насрать! Хоть черти из ада! Вы должны помочь, пока Элио еще жив!

Это ударило Диего в самое сердце. Он сгреб юношу за шиворот и встряхнул:

- Элио! Говори, что с ним! Где он?!

- Он внутри, – прошептал ван Эймс. – Внутри нее! Но я знаю, что он жив, я знаю, он подал мне знак!

***

На этой плоской равнине, продуваемой ветрами то с моря, то с гор, совершенно негде было укрыться, так что допрос Габриэля ван Эймса происходил прямо посреди старой дороги. Юноша полусидел, опираясь спиной на сундук Арье, и рассказывал обо всем, что произошло в замке с момента возвращения Мальтрезе с пленным джилахом. Скальци слушал Габриэля, поглядывая на амулет истины; впрочем, Шарль, который стоял рядом, то и дело кивал, подтверждая, что беглец не лжет. Правда, Мируэ смотрел на него все более сурово и неприязненно, словно увидел что-то про ван Эймса в своих видениях.

- Что ж, насчет этого мне все ясно, – заключил Энео, когда Габриэль замолчал. – Неясно мне другое. Если вы не бартолемит, то почему Мальтрезе удерживал вас в своем замке?

Лицо ван Эймса залила бледно-розовая краска, и он отвернулся, а потом, после долгого молчания, выдавил:

- Я был личным рабом Мальтрезе.

Шарль коротко выдохнул сквозь зубы. Диего в один миг стало ясно все – в том числе и то, почему Габриэль решился рискнуть и помог Элио.

- Ох, Боже, – прошептала Диана.

- Несчастный юноша, – покачал головой капитан Бреннон; Арье гневно нахмурился.

- Личным рабом? – удивленно повторил Скальци, взглянул на амулет, который распознал эти слова как правду, и процедил: – Чего еще, впрочем, ждать от бартолемитов.

Он вытащил из кармана блокнот, карандаш и протянул их беглецу:

- Нарисуйте план замковых этажей – все, что помните. Перечислите также персонал и бартолемитов, которых вы знаете. Карни, обеспечьте круг тишины. Отвечаете за пленного лично.

Один из агентов кивнул и бросил вокруг Габриэля Silentium. Скальци отошел и поманил за собой Уикхемов, Двайера и Арье. Капитан Бреннон последовал за Дианой. Он старался держаться поближе к ней – наверное, уговорил себя, что ради охраны девушки, хмыкнул в усы Диего.

- Нам необходимо внести коррективы в решение задачи, поставленной мессиром, – объявил Скальци. – Задача, напомню, состоит в том, чтобы максимально отвлечь внимание адептов на себя, пока агенты Уикхем будут выполнять миссию по обезвреживанию нечисти. Идеи?

- Странно, что они все не разбежались из чертового замка, как тараканы, – проворчал Двайер. – Не нравится мне это. Похоже не ловушку.

- Возможно, у меня есть объяснение, – сказал Агьеррин, открыл свой летающий сундучок и извлек из него большую книгу в обложке из черной кожи. Арье коснулся пальцем знака на обложке, и книга зависла перед ним в воздухе.

- Ого, это же оригинал, да? – восторженно воскликнула мисс Уикхем. – Книга Ишуд, которую мы конфисковали у Флери, была поменьше!

- Тише, дитя, не произноси ее имя вслух. Да, это она, самый полный из всех вариантов. Посмотрим же... – Агьеррин нарисовал пальцем знак над книгой, и она открылась. Страницы стали медленно переворачиваться сами по себе. – Магелот не зря называют Королевой путей или Пролагающей путь, как и переводится ее имя с древнего идмэ. Предположу, что при желании она вполне может обрывать эти ваши порталы, о которых вы мне рассказывали, лишая обитателей замка возможности его покинуть.

- Погодите! – вскинулся Скальци. – Но это же значит, что она способна прогрызть дорогу на ту сторону и выпустить в мир орду этих тварей?

- Ну... да. Собственно, потому ее и назвали Королевой. Она практически единственное из порождений Ицфиота, кто может это сделать.

- Проклятие! – процедил агент и переглянулся с Двайером.

- Потому-то, – вздохнул Арье, – я и избрал тот ритуал. Ключом я запечатал трещину на ту сторону, как вы это называете, но чтобы помешать Магелот сделать новую, мне потребовалось... мне пришлось создать для нее клетку из двенадцати душ.

Энео изумленно уставился на Агьеррина, а тот опустил ладонь на страницы книги и принялся быстро водить пальцем по строкам.

- Мы вам потом расскажем, – произнесла Диана. – Суть пока что в том, что Королева захватила тело Элио, в котором была заточена с помощью кольца и ритуала Аль-Кубби. Но Элио еще жив, и теперь весь вопрос в том, как его вытащить.

- О Господи, – пробормотал Скальци. – Чего только не узнаешь на службе... Но почему вы так уверены, что несчастный мальчик все еще жив?

- Потому что мой друг и наставник, мудрейший из мирац аит на континенте, заключил Элио в сеть Намиры, – сказал Арье. – Это система знаков, созданная для удержания нечисти или защиты человека.

- Но теперь ведь эта тварь стала намного сильнее!

- Да. Но в том-то и дело, что сеть Намиры питается от силы нечисти. Так что чем сильнее Королева – тем крепче защита вокруг Элио. Тем не менее это не значит, что можно возрадоваться и ничего не делать. Тело человека не предназначено для того, чтобы вмешать нечисть, так что оно будет быстро разрушаться, и потому нам стоит поторопиться.

- То есть нам нужно вытащить Элио из сознания Магелот и вернуть его в тело, а Магелот упихать обратно в кольцо? – уточнил Диего.

- Мда.

- А вы знаете, как это сделать?

- Гммм...

Оборотень повернулся к Шарлю и уже хотел спросить, не даст ли им подсказку Истинный Взор, как чуть в стороне от их лагеря воздух снова пошел рябью, и запахло озоном. Агенты на всякий случай придвинулись к щитам – но из портала на берег спрыгнула сначала пума, а потом – фройлен Эттингер.

- Ага! – воскликнул Агьеррин. – Значит, так далеко влияние Магелот еще не распространяется! Отлично. Она еще очень слаба по сравнению с ее обычным состоянием, но... постойте, а кто остался с эмиром и детьми?

- О, не беспокойтесь, уфашаемый, – ответила Регина. – Меня сменил герр Монтеро. Я запросила перефот, – смущенно добавила она, – малыши деркали пуму за усы.

Пума издала жалобный звук. Скальци похмыкал в свои усы и сказал:

- В таком случае мы готовы выдвинуться к горам. Досточтимый, вы успеете изучить вопрос, пока мы идем по дороге, или вам нужно время?

- Вполне успею, – уверил его Арье, сотворил знак и опустился на сгустившееся перед ним облако; оно тут же воспарило на три фута над землей. – Рекомендую выступать немедленно. К полудню жара в этих местах становится невыносимой.

- Тогда не будем медлить, – Скальци развеял круг тишины и протянул руку за блокнотом. – Раз мы смогли открыть портал, то отправим этого юношу, – он кивнул на ван Эймса, который настороженно смотрел то на него, то на остальных агентов, – к мессиру. Карни, займитесь.

- Но синьор, мне придется пройти через портал, чтобы отвести молодого человека к мессиру.

- Что поделать. Вас сменит синьора Эттингер.

- Я не хочу идти ни к какому мессиру! – яростно крикнул Габриэль.

- А чего ж вы хотите? – поднял бровь Скальци. – Вернуться обратно, в замок к Мальтрезе?

Габриэль побледнел и отвел глаза.

- Или вы хотите остаться здесь, посреди пустынной равнины, без еды и воды? Вы едва не умерли, пока добрались до нас, неужто у вас найдутся силы, чтобы пройти сорок миль к ближайшему городу?

- Ладно, – буркнул ван Эймс. – Проклятие! Неужели я никогда не освобожусь от вас всех?!

***

Замон барона фон Шинберна был возведен в идеальной позиции: с высоты гор открывался вид на всю плоскую пыльную равнину, что лежала с запада от Рундара, и на море до самого горизонта. Здесь не имелось никакого укрытия, ни холмов, ни даже самого чахлого кустика или дерева. Дыхание пустыни Сидар долетало даже сюда – к подножию скал, принося с собой сухую пыль, жар и высушивая всю воду. К полудню, когда отряд Бюро подобрался ближе к горам, жара стала давящей, и только ветер с моря немного ослаблял ее тиски.

Впрочем, жара куда меньше волновала Уикхема, чем плоскость равнины, просматривающая на мили вперед. Они двигались под прикрытием щитов и покрова невидимости, чтобы укрыться от глаз наблюдателей из замка – а там все еще было кому наблюдать, как ни странно.

Наконец Скальци поднял руку, и отряд остановился. Теперь они отчетливо видели Шинберн – на фоне светлых скал замок, возведенный из золотистого камня, немного терялся. Зато была совершенно ясно видна темная тень над одной из его башен – заключенная в шар, внутри которого происходило что-то, некое смутное, хаотичное, искажающее реальность движение, смотреть на которое было неприятно – но при этом оно притягивало взгляд как против воли.

Но самое удивительное заключалось в том, что из окна на третьем этаже высовывалась швабра, на которой полоскалась на ветру белая скатерть или простыня.

- Однако, – заметил Двайер. – Они что, хотят сдаться или вести переговоры?

- Нельзя им доверять, – покачала головой мисс Уикхем. – Особенно Мальтрезе. Ушлый тип.

- Какой же человек в здравом уме доверяет бартолемиту, – сказал Скальци. – Но тем не менее они постарались отгородиться от этой твари. Любопытно...

- Пока что не похоже, чтобы она проделывала трещину, – заметил Двайер. – Видимо, сожрала слишком мало людей.

- Вы можете начать переговоры, не входя в замок, – предложил Арье.

- Бартолемиты не станут со мной разговаривать. Но пока одна группа отвлекает их беседами, другая успеет изучить обстановку. Кто поднимется?

- Давайте я, – решил Двайер. – Возьму пару агентов и заговорю местным зубы. К тому же когда человек говорит – он проговаривается, так что, глядишь, вытяну чего полезного.

Энео кивнул:

- Отлично, приступайте. Я и синьора Эттингер возьмем по отряду и осмотрим замок с обеих сторон. Четверо останутся здесь для охраны синьора Агьеррина.

Шарль вдруг ткнул Диего кулаком в бок и прошипел:

- Скажи ему, что мы останемся!

Но Скальци и так услышал и настороженно спросил:

- Почему вы хотите остаться?

- Потому что я могу увидеть то, чего не увидят другие... сэр, – после секундной заминки добавил Мируэ и ткнул пальцем в облако над башней: – Я могу увидеть, что она делает там, и где находится Элио.

Уикхему эта идея сразу же не понравилась. Скальци чуть нахмурился:

- А вы уверены, юное создание, что вам разрешено это делать и что вы не пострадаете?

- Уверен! Именно для этого шеф меня сюда и послал!

- Гм. Гм. Ну ладно. Только не увлекайтесь. Уикхем, проследите за ним.

- Конечно, сэр.

На этом они разошлись: Двайер с парой агентов стали подниматься по узкой дороге к воротам замка, еще двое остались внизу в компании Уикхемов и капитана Бреннона, который старался держаться поближе к Диане, а остальные разделились на две группы и ушла на разведку вместе с фройлен Эттингер и Скальци. Оставалось надеяться, что покровы невидимости будут непроницаемы для взгляда бартолемитов в замке.

“Интересно, сколько их уцелело?” – подумал оборотень. Ван Эймс видел, что Магелот поглотила семерых или восьмерых, и если она не успела перекусить еще раз, то численный перевес на стороне адептов Ордена – их оставалось около тридцати человек. Но Габриэль не знал, как быстро бартолемиты успели соорудить защитный периметр и изолирующий купол, и скольких Королева могла сожрать в процессе.

- Ну что ж, приступим, – пробормотал Шарль, подошел ближе к скалам

помедлил и стянул очки. Он поднял взгляд на башню, секунду или две посмотрел на нее и отшатнулся с пронзительным криком, закрывая лицо руками.

- Шарло! – оборотень подхватил его: рекрута била крупная дрожь, так что он едва мог стоять. – Что с тобой?

Диана и Бреннон тоже бросились к ним, как и Арье, который с юношеской прытью соскочил со своего облака.

- Что случилось? – спросила мисс Уикхем. – Что ты там увидел?

- Что с ним такое? – взволновано спросил капитан. – Это припадок?

- Это Истинный Взор, – процедила Диана.

- Не слышал о таком.

- Ну зато теперь увидели.

- И вы решились, обладая Истинным Взором, смотреть на порождение Ицфиота! – с упреком воскликнул Арье. – Даже обычного человека это может свети с ума, а уж вас-то! Позвольте взглянуть...

- Нет, – прошептал Мируэ, – нет, я смогу... я смогу... я должен!

- Ты вовсе не должен! – вскричала Диана. – Никто не должен этого делать!

- Я смогу, – повторял Шарль, крепко закрывая лицо руками, – я смогу, я посмотрю... как же нам еще узнать, как вытащить оттуда Элио!

- Я вам говорю, молодой человек, если вы еще раз посмотрите...

Мируэ наконец опустил руки. Он был совершенно белым, как простыня, и вцепился в Диего, прежде чем снова поднял глаза к башне. Его зрачки расширились, и он смотрел на обиталище Магелот около минуты, а потом повис на руках оборотня, как тряпичная кукла.

- Молодежь, – проворчал Арье и положил ладонь на лоб юноши, – никогда не слушает старших, пытаясь укусить луну в луже, как глупые щенки! Несите его сюда.

Диего поднял Шарля и уложил на облако, на котором так уютно восседал Агьеррин по пути сюда.

- Он... там... – вдруг медленно произнес Мируэ. – Элио все еще здесь. Он внутри нее, – он поднял руку и указал на вершину башни, словно они тоже могли что-то разглядеть в клубящемся хаосе. – Королева защищает его от искажения, а сеть... клетка... кокон... такой яркий! Сеть защищает Элио от нее. И между ними, между этой тварью и Элио все еще есть связь. Она прикована к нему, как... как... ее сущность переплетается с душой, и их держит кольцо...

- Я же говорил! – с торжеством воскликнул Арье. – Сеть Намиры не разрушена, и чем сильнее Магелот, тем прочнее будет кокон, защищающий Элио! Но как извлечь его, как поменять их местами и снова вернуть Элио в его тело? Ах, неужели Эфраим не предусмотрел, не позаботился...

- Вообще-то он позаботился, – сказал Диего, сунул руку в кармашек жилета и достал амулет, который вел их к замку. – Вот, досточтимый дал эту штуку Элио, и тот смог собрать...

Агьеррин с радостным возгласом выхватил амулет из рук оборотня и поднял к свету. Изучив вещицу на просвет, Арье заявил:

- Это же тингель! Это все меняет! Теперь я знаю, как вам помочь – но только если хотя бы у одного из вас хватит сил и отваги подойти к Магелот очень близко!

- Хорошо, – сказала Диана и положила руку на плечо Мируэ. – А теперь, Шарль, ты отправишься к шефу.

- Что?!

- Я доложу Скальци и упрошу его разрешить еще одному агенту отступить вместе с тобой на расстояние, с которого можно открыть портал.

- Я не хочу!

- Вы себя со стороны видели? – спросил Арье. – Вы выглядите так, словно сейчас умрете!

- Я просто немного устал!

- Шарло, – сказал Диего, – ты не агент, и тебя могут убить в схватке. Это во-первых. А во-вторых, мы ведь можем и не победить. И что тогда – бартолемиты захватят тебя, как ценный приз?

Шарль притих.

- И я не хочу, – продолжал оборотень, сжимая его плечо, – чтобы Мальтрезе добрался до тебя, как до Элио.

Рекрут вздрогнул.

- Но ты же можешь меня защитить?

- Да. Но я – единственный из вас всех, кроме мисс Эттингер, кто может подойти к Магелот действительно близко. Однако ее Элио не знает, а меня – знает, и я надеюсь, что он меня услышит.

- Ладно, – ответил Шарль со вздохом. – Я уйду. Но обещай мне, что ты вернешься отсюда и вернешь Элио.

- Да, – произнес Диего. – Обещаю. А теперь, досточтимый, расскажите мне, что надо сделать.

***

Оглянувшись, Уикхем различил с высоты скал три черные фигурки, удаляющиеся от замка по дороге. В жарком мареве они казались колышущимися: агент Ливаро, Шарль Мируэ и Арье. Они с трудом уговорили старика отправиться вместе с рекрутом в Арбеллу, под крылышко к Натану Бреннону – но перед уходом Агьеррин достал их своего сундучка кое-какие полезные штучки, а Скальци распределил их между агентами.

Сам Энео вместе с группой из дюжины агентов во главе с Двайером поднялся по дороге к воротам замка. Вторая группа, диверсионная, под руководством фройлен Эттингер, обходила замок слева, а Диего, его сестра и будущий шурин (или деверь – в таких тонкостях оборотень пока не разбирался) поднимались к стене, что примыкала к взорванной башне.

“Не стоит приближаться к логову Магелот на слишком малое расстояние, – наставлял их Арье, – она видит и чует все, что происходит вокруг. Не нужно давать ей повод думать, будто вы идете напрямую к ней”.

- Какое странное место, – пробормотал капитан Бреннон и задрал голову. Диана дернула его за рукав:

- Не стоит на это смотреть. Та сторона сводит человека с ума.

Справа от них в белом, накаленном воздухе шар, в который бартолемиты заключили вершину башни, казался черным. Но в этой черноте при ярком свете солнца были видны и парящие в воздухе осколки стен, и темные потеки, похожие на змей, оплетающие башню, и странные, хаотичные движения – реальность там текла, словно расплавленное стекло. Не было видно лишь Элио. Но Диего был уверен, что Магелот, захватившая тело юноши, все еще там.

- Будем подниматься или подождем, пока Двайер отвлечет их разговором? – спросила Диана.

- Подождем. Чем меньше они будут обращать внимание на окружающее – тем лучше.

Отряд агентов вел Двайер, Скальци шел позади всех, прикрывшись иллюзией. Для бартолемитов главой отряда был бывший риадский полицейский – потому что если бы они увидели Скальци, любая идея переговоров умерла бы тут же, на корню.

Двайер, спустившись к дороге, сообщил отряду, что бартолемиты заперты в замке – как догадался Арье, Магелот не давала им открывать порталы и не позволяла людям выходить из замка, так что швабра с простыней – это единственное, что адепты Ордена могли высунуть из окна. И потому они хотели заключить временное перемирие, чтобы выбраться из этой неприятной ситуации – как заявил Мальтрезе.

- Не верю я этому сукиному сыну, – сказал Диего. – Как бы он не напал на наших, едва те войдут.

- Посмотрим. Есть в этом какая-то ирония, – заметила его сестра. – Они же так стремятся открыть путь на ту сторону – и вот, когда у них под боком та, кто может это сделать по щелчку пальцев – они снова чем-то недовольны!

- Вот именно, – угрюмо буркнул оборотень. – Силы Магелот – это то, о чем мечтает Вальенте. С чего бы Мальтрезе, его правой руке, отказываться от такого шанса?

- Ну, когда твоих людей то и дело ест нечисть, то можно и пересмотреть приоритеты.

- А зачем они хотят открыть путь на ту сторону? – спросил капитан.

- Чтобы черпать оттуда магическую силу бесконечно. Так-то наши возможности весьма ограничены, – хмыкнула Диана. – Вон Арье чуть не умер, защищая эмира.

- Так вы можете умереть от того, что колдуете?! – в смятении вскричал Бреннон. – Тогда зачем же вы это делаете?!

- Ну, у каждого свои причины. Я, например, не люблю, когда убивают невинных людей. Элио... Элио сострадательный. Шарль любопытный. Диего просто добрый. Диего? Что с тобой?

- Ворота открываются, – напряженно произнес оборотень. Сами бартолемиты уверяли Двайера, что не могут открыть ни ворота, ни окна. Но тем не менее створки ворот медленно ползли в стороны, словно кто-то тянул их за невидимые веревки. Отряд агентов предусмотрительно отступил – но из замка никто не вышел.

- Это она! – прошептала Диана. – Конечно! Она не позволяет никому выходить – но позволяет всем входить! Ведь все, кто внутри – ее добыча!

- Да, но как она это делает? – спросил капитан. – Вы же говорили, что она заперта в этом шаре или что это такое.

Диего резко повернулся к башне. Адепты Ордена установили вокруг нее защитные периметр и купол – нетрудно догадаться, у кого они украли идеи этих заклинаний. Вальенте долго изучал тот купол, под которым Энджел Редферн скрыл провал на Лиганте. Вот только мистер Редферн был почти таким же гениальным чародеем, как полумифический Гидеон – а о Карло Мальтрезе такого не скажешь. Шар, заключивший в себе башню с Магелот, за считанные минуты стал больше и прозрачнее, словно она растягивала его изнутри.

- Идем, – резко сказал Уикхем. – Времени в обрез.

Он обернулся на отряд Скальци. Агенты вереницей потянулись к воротам, но стоило замыкающему Скальци войти, как створки тут же захлопнулись, будто лопнула оттягивающая их веревка.

- Готов? – спросила Диана. Она уже держала за руку капитана, и Диего протянул ей ладонь. Девушка крепко сжала ее и шепнула:

- Nos volo.

Они взмыли в воздух; у капитана вырвался почти панический возглас. К счастью для моряка, полет продлился пару минут и закончился приземлением за крепостной стеной. За миг до этого Диего ощутил странное покалывание в воздухе – они точно проходили сквозь тонкий невидимый купол. Если ему не показалось – значит, Диана права: Магелот впускает всех, но не выпускает никого.

***

Все замерли в напряженном ожидании. На переговоры Мальтрезе послал доктора Ретцеля – как наиболее спокойного и трезвомыслящего. Раньше он отправил бы Ибарру, но тот после смерти племянника смотрел на Карло так, словно прикидывал насколько мучительно его убить. Да и в глазах остальных его авторитет изрядно пошатнулся.

Тем не менее почтенному доктору пришлось использовать заклятие для усиления голоса, потому что он не мог даже голову высунуть в окно, и оставалось неясным, как агенты смогут проникнуть в замок. Карло следил за их приближением из бойницы. На переговоры к воротам подошли трое – но теперь по крутой дороге к Шинберну тянулась вереница из дюжины агентов, и у Карло сразу же возникло подозрение, что они решили показаться так открыто, чтобы отвлечь внимание и дать шанс двум-трем диверсионным группам просочиться внутрь и атаковать с тыла.

Но как, черт возьми, они это сделают? Никто не мог выйти и выйти из проклятого замка – ни ногами, ни через портал.

Остановившись перед замком, агенты сбились в кучку и принялись совещаться, как вдруг что-то переменилось в воздухе, и ворота стали медленно открываться. Мальтрезе от изумления резко подался вперед и тут же ударился о невидимую преграду в окне. Но ворота однако открывались, и никто из бартолемитов никак не мог этого сделать! Они ведь уже пытались...

Накинув покров невидимости, Карло выскользнул на наружную лестницу, что вела сразу на второй этаж башни. Он укрылся в глубоком портале – здесь все двери и окна были устроены именно так, чтобы защищаться от жары. Отсюда открывался вид на внутренний двор и на группу адептов во главе с профессором Ретцелем – они выбежали встречать дорогих гостей и теперь выглядели ошеломленными и испуганными. Один Иньиго Ибарра стоял в стороне, скрестив руки на груди и исподлобья глядя на приближающихся агентов Бюро-64.

Стоило последнему из них войти, как ворота тут же захлопнулись.

“Это она! – мелькнуло в голове Карло. – Чертова нечисть! Но как?”

Неужели защитный периметр и купол, возведенные с таким трудом, дали трещину? Или кто-то из тех, кто расшифровывал заклятия Редферна, допустил ошибку?

Проклятие! Это все сильно усложняло.

Изначально план Мальтрезе состоял в том, чтобы предложить вечно голодной нечисти взятку в виде агентов Бюро в обмен на свободу адептов Ордена. Ну или на свободу для него лично – такой вариант его бы тоже устроил. Если бы тварь заартачилась или попыталась их обмануть – то можно было принести в жертву одного агента, чтобы открыть портал на ту сторону, и второго, чтобы закрыть. Так что изначально трудность состояла только в том, чтобы этих агентов поймать. А вот теперь...

Меж тем во дворе начались переговоры: Двайер – огромного роста звероподобный агент с молотом на плече, громко спросил:

- Как вы открыли ворота?

- Мы ничего не открывали! – запротестовал доктор Ретцель.

- Угу, оно само.

- Да, так и есть! Я даю вам слово...

- Слово бартолемита недорого стоит, – оборвал его громила и тут же кивнул на башню: – В этом ваша проблема?

- И ваша теперь тоже! – прошипел Ибарра. – Вы внутри вместе с нами, и никому отсюда не выйти!

- Поставили периметры, я гляжу?

- Да. Наш руководитель владеет нужными заклинаниями.

- И где же он?

Доктор замялся.

- Вот уж кто бы помог нам открыть портал на ту сторону, – недобро продолжал Ибарра. – Одна жертва от нас, вторая – от вас, идет?

- И как вы определите, кого назначить жертвой? Соломинку вытяните?

- Я этого ублюдка своими руками изловлю! – прорычал Иньиго. Адепты бурно зашептались, и Мальтрезе мог только порадоваться своей проницательности, когда, раздав всем указания, он незаметно укрылся в башне.

- Давайте пройдем внутрь и обсудим этот вопрос в более академичном ключе, – вмешался доктор Ретцель. – И без пристального внимания потустороннего существа.

Двайер поразмыслил, кивнул своим, и тут вдруг по двору сверху вниз, как лавина, прокатилось такое тяжелое, пробирающее до костей, ледяное дыхание, что у Мальтрезе в глазах потемнело. Грудь сдавило, воздух вдруг загустел, словно желе, и Карло закашлялся, задыхаясь в попытке протолкнуть его в легкие. Свет померк, и даже когда лавина схлынула, неестественные сумерки не рассеялись. Вместо этого наступившую во дворе тишину прорезал яростный вопль Ибарры:

- Дархинский мясник!

Карло покачнулся, встряхнул головой, быстро потер глаза и уставился на группу агентов Бюро. Дыхание той стороны сорвало с одного из них иллюзию, обрывки которой все еще реяли в воздухе, искрами осыпаясь на широкие плечи и темные волосы Энео Скальци.

Мальтрезе невольно отшатнулся. Все бартолемиты знали Скальци в лицо – он один перерезал в Дархине восьмерых, а девятому отрубил руки, вырвал язык и отпустил, чтобы тот как-нибудь донес до остальных, что “так будет с каждым”. Он никогда не вступал в переговоры – только убивал.

- Дархинский мясник! – снова проревел Ибарра. – Они все лгут! Они пришли нас убить!

- Но позвольте... – вякнул было Ретцель, однако поздно: Иньиго первым запустил в Скальци огненный шар, и все пошло к черту. Сразу несколько идиотов последовали примеру Ибарры, и агенты тут же выставили щиты. На них обрушился град заклятий, в том числе – шаровая молния, созданная каким-то идиотом. Молнии всегда хорошо рикошетили от щитов, и эта сделала то же самое, влепилась в стену конюшни и взорвалась. Фонтан каменных осколков разлетелся во все стороны, один ударил по голове доктора Ретцеля, который тщетно взывал к разуму собравшихся. Доктор рухнул, обливаясь кровью. Один адепт поволок его к донжону, но остальных уже ничто не могло отвлечь от драки.

Агенты тоже в долгу не остались – они немного раздвинули щиты, и Двайер бросился вперед, размахивая молотом с такой легкостью, что Мальтрезе даже восхитился. Гигант повернул кольцо на древке молота, и его оружие окружил мерцающий диск герона. Отражая заклинания бартолемитов, агент вломился в самую гущу толпы и принялся буквально молотить адептов. Скальци бросился прикрывать ему спину – вокруг Мясника замелькали лезвия Razor Magna, оплетенные молниями. Они мигом распахали половину двора и вынудили адептов отпрянуть к донжону и сбиться в кучу. Агенты тут же этим воспользовались и ринулись в атаку, так что через минуту схватки закипели по всему двору. Воздух наполнился вспышками заклинаний и треском магического тока.

Карло бросился обратно в башню, выскочил из комнаты в коридор, промчался по нему и ворвался в общий зал, где ждали результата переговоров остальные пятнадцать адептов. Они уже собрались вокруг стонущего Ретцеля и оказывали ему первую помощь.

- Двери заблокировать! – рявкнул Карло. – Окна тоже! Отходим в столовую!

- Но там же наши... – начал было один из адептов – Мальтрезе не очень хорошо запоминал фамилии, но этот вроде был Рибейрак из Мейстрии. Или нет...

- Чем вы им поможете, если передохнете тут?! Нам нужна засада и атаки из укрытия, когда они ворвутся сюда! Быстрей! Берите профессора и отступаем!

Пока адепты поднимали Ретцеля, Карло метнулся к окну, из которого была видна башня, захваченная Магелот. Увиденное заставило его заскрипеть зубами: чертова тварь грызла его периметр изнутри, как могильный червь. Шар, в который он и несколько адептов с таким трудом заключили нечисть, раздулся вдвое и стал совсем прозрачным. Точнее, эта прозрачность выглядела словно стекло, затянутое изнутри черной вуалью, но внутри уже отчетливо можно было различить башню, напоминающую сгнивший зуб, черные, блестящие потеки и белую фигурку, парящую в тягучем воздухе.

Карло выругался в полном бессилии и устремился в столовую за адептами.

- Мы разделимся на четыре диверсионных отряда, – отрывисто сказал он. – По четверо в каждом. Найдем укрытие в замке и будем атаковать скрытно, как партизаны в Бернинах. Наша цель – убить Мясника и Двайера, взять нескольких пленных и провести ритуал изгнания. Профессор, вы смогли наконец установить, что это за тварь?

- У меня пока еще нет полной определенности... – прошелестел Ретцель, которого, видимо, совершенно ошеломило внезапное превращение переговоров в резню.

- А когда она у вас будет? Когда нечисть на вас подышит?

За окнами столовой полыхнула мощная многоцветная вспышка. Столовую на несколько секунд залил ослепительный свет, снаружи раздались отчаянные вопли, а потом в окна столовой влетели куски чьих-то тел и сползли по стеклам, как малоаппетитное рагу по стенкам кастрюли.

- О Боже, – прошептал Ретцель, зажмурился и выпалил: – Я могу только предполагать, что это существо – известная по записям джилахов нечисть, якобы способная открывать пути на ту сторону!

- Что?! – взвыл Мальтрезе. – А какого черта вы раньше мне не сказали?!

- Я не могу проводить исследования так быстро, тем более, что нечисть вы мне и не показывали!

- Ну зато теперь все насмотримся, – мрачно заметил предполагаемый Рибейрак.

Карло несколько раз метнулся по столовой туда-сюда. Проклятый мальчишка! Он носил в себе сокровище, за которое экселенс продал бы душу, дар, необходимый Ордену после провала на Лиганте – и что же теперь? Отправить нечисть на ту сторону, отказаться от такого оружия!

- Ее нужно утихомирить и заключить в какое-нибудь вместилище, – сказал Карло.

- Ага, – фыркнул Рибейрак. – Она в этом вместилище уже была! В джилахском выродке, будь он проклят! И если бы ты не полез распечатывать его задницу, то мы бы сейчас не сидели в таком дерьме!

- Я не намерен это обсуждать, – сухо отрезал Мальтрезе, под недобрыми взглядами подчиненных отступая к двери.

- А я – намерен! Из-за тебя нас всех убьют – так отчего бы нам не швырнуть тебя этой паскуде?

- Я бы настаивал на жертвоприношении для открытия портала! – проблеял Ретцель. – Эта нечисть слишком опасна, чтобы пытаться применить к ней Nihilus! Давайте прекратим бессмысленную бойню, определимся с жертвами и...

- Это то, что необходимо Ордену, – повысил голос Мальтрезе. – То, что мы потеряли на Лиганте из-за Бюро! Нельзя отказываться от второго шанса!

- Мы откажемся от второго шанса, если все погибнем здесь! – крикнул профессор. – И мы, и они!

- И вы наивно думаете, что агенты дадут принести в жертву кого-нибудь из своих?

- Ради Бога! Здесь же есть прислуга!

Адепты тут же согласно зашумели. Слуги, которых Мальтрезе велел согнать в подвал и там запереть, если только не умерли от страха, и впрямь подходили, но... ведь добыча так близка! Если джентльмены и миледи из Бюро смогли как-то укротить нечисть и затолкать ее в мальчишку, то, значит, этот фокус можно повторить!

“Черт! Черт!” – это приводило Карло в отчаяние: ответ все время был у него под носом, и если бы он только знал! Если бы знал!

- Тихо! – вдруг крикнул Рибайрак. Адепты смолкли, и в наступившей тишине до них приглушенно донесся звук мягкого прыжка – как будто огромный, тяжелый зверь соскочил с высоты на каменный пол в общем зале.

- Назад, – тут же приказал Карло. – В кухню!

Но было поздно. Двери столовой и щит перед ними сотряслись от мощного удара, а затем за ними что-то полыхнуло, и второй удар, еще более мощный, вынес кусок стены рядом с дверью. Мальтрезе едва успел выставить новый щит перед адептами, а в проеме, в дымке от оседающей пыли появились горная пума и высокая женщина. Глаза пумы горели желтым, глаза женщины – голубым, а в ее руке сверкал зеленый трехгранный корд.

- Guten Tag, – произнесла женщина, переступила остаток стены и вошла в столовую. – Сдафайтесь.

- Послушайте! – возвысил голос Ретцель. – Давайте договоримся! Здесь есть слуги, то есть материал для жертвоприношения имеется...

- Nein, – непреклонно заявила консультантка. – Никаких шертвоприношений.

- Да че с ними разговаривать! – раздался из пролома грубый голос. – Передушить и вся недолга!

В ответ кто-то из адептов (если бы Карло разглядел кто, то свернул бы недоумку шею собственными руками!) метнул в консультантку шаровую молнию. Женщина отразила ее рассеивающим заклинанием, а пума одним могучим прыжком перелетела через щит и врезалась в бартолемитов.

- Стойте! – взвыл Мальтрезе. – Прекратите!

Но было поздно: консультантка отскочила от пролома, и внутрь ринулись агенты Бюро. Еще минуту назад их было вдвое меньше, чем адептов, но пума лихо сокращала преимущество в численности – когда Карло наконец швырнул ее в стену, применив Motus, на полу осталось лежать три растерзанных трупа. Его немного утешило лишь то, что одним из них был Рибейрак.

На Мальтрезе набросились двое агентов и принялись теснить в угол. Маневрируя щитом, используя то огненные заклинания, то Motus, Карло не подпускал их к себе, но вырваться из клещей ему не удавалось. Наконец он обрушил на агентов удары шипастой ледяной цепи, сбил с ног одного, проломил череп второму и укрылся за грудой перевернутых столов.

Случайно выглянув в окно, он увидел, как по стене башни с Магелот ползет какой-то человек, а двое суетятся внизу. Сначала Карло не понял, кто эти самоубийцы – а потом его озарило. Ему стало ясно все: и настойчивые попытки агентов влезть в замок, и их участие в драке, и атака диверсионного отряда. Все это всего лишь отвлекало внимание от самого важного!

Но с этим Карло уже ничего не мог поделать. Он мог лишь наблюдать, как лезет по башне какой-то тип, и помогать свои людям отражать атаки агентов... либо же наконец принять меры, чтобы спастись самому, поскольку сражение уже было проиграно. Никто не устоит против нечисти.

Разве что маленький джилах с его поразительной силой воли...

И тут вдруг произошло нечто странное. Сначала по разгромленной столовой прокатилась волна тяжелого воздуха, так что стало трудно дышать, а потом грянул беззвучный взрыв. Все стекла тут же вылетели, брызнув мелкими осколками, причем снаружи внутрь. Столы, стулья, скамьи, буфет – все, что еще было не сломано – подлетели к потолку, а затем врезались в стену, где уже и так был пролом. Людей смело, словно бумажные фигурки. Мальтрезе спасся только потому, что успел выкрикнуть “Volare mea!”, и вцепился в толстую цепь, на которой свисал с потолка светильник. Даже под весом мужчины цепь замотало из стороны в сторону, а когда болтанка прекратилась, на замок и двор опустилась тьма.

***

С высоты башни Элио видел все: зрение Магелот было намного острее, чем у человека, и покровы невидимости не могли ее обмануть. С горечью джилах наблюдал за тем, как двадцать агентов идут на смерть, приближаясь к замку, и что хуже всего – трое, Диего, Диана и капитан Бреннон двигались прямо к башне Королевы.

“Они все умрут, – подумал Элио. – Они все умрут из-за меня! Снова! Как все те люди в Эсмин Танн!”

Но что он мог сделать? У него не было ничего... кроме тайны, которую он так и не разгадал: почему Магелот боялась, что он умрет? Мысль о том, что заклинание Аль-Кубби связало их так прочно, что сделало Королеву смертной, Элио отверг как очевидную глупость. Но почему тогда? Разве его смерть не принесла бы нечисти освобождение?

- Приближаются, – удовлетворенно заметила Магелот. – Двадцать штук! Правда, пятеро сбежали через дыры, и лоханка с другими тоже уплыла... ну да ладно, я до них доберусь потом.

“Прогони их!”

- С чего бы? Это добыча! К тому же ты обещал мне много в обмен на одного, и я слово сдержала, хоть один и был вкусным.

“Они тебя убьют”.

Магелот расхохоталась. Элио почувствовал себя очень глупо и разозлился. Дымный хвост обвился вокруг клетки, не касаясь знаков, и Королева вдруг спросила:

“Ты что, беспокоишься за меня, маленький смертный?”

Романте так растерялся от того, что ей вообще могло прийти это в голову, что выпалил:

“Ну ты же помогала мне, спасла от Мальтрезе, хотя могла этого и не делать!”

“Уж не потому, что ты мне нравишься”, – фыркнула Магелот.

“Даже если и так, то неблагодарность – один из худших грехов. Он пятнает того, кто неблагодарен – неважно, по отношению к кому”.

“Благодарность”, – задумчиво повторила нечисть. При этом Элио заметил, что с периметром, в который ее заключили Мальтрезе и адепты, происходит что-то не то: он медленно расширялся, словно некая сила давила на его стенки изнутри... некая! Вот почему она не попыталась открыть щель на ту сторону! Свежеприобретенные силы после поглощения восьми человек Магелот тратила на освобождение!

“Не волнуйся, – сказала она. – Ни те снаружи, ни эти внутри не смогут меня убить. А пока я жива, ты тоже в безопасности”.

Целый вихрь мыслей пронесся в сознании Элио, и он выпалил:

“Они могут убить меня!”

“Что?!”

“Мое тело все еще смертно, и его можно уничтожить”.

По сознанию Магелот прошла такая наэлектризованная волна беспокойства, что клетка Намиры заискрила.

“Да с чего бы этим снаружи уничтожать твое тело? Разве они не за тобой сюда явились?”

“А откуда им знать, что я еще жив? Сама подумай: они – люди, видят мое тело, захваченной тобой, конечно, они сразу решат, что я мертв, а вместилище можно уничтожить”.

“Но... но... я скажу им, что ты здесь!”

“С чего бы им тебе верить?”

Вокруг Элио заметалось сразу несколько волн, и Магелот заявила:

“Я не дам им уничтожить твое тело!”

“Почему? Мне все говорили, что это тебя освободит”.

Королева издала скрежещуще-клокочущий звук, полный ярости.

“Освободит! Так вы, смертные, это называете!”

“А что, разве нет?”

“Нет, идиот несчастный! Если ты погибнешь до того, как я разорву проклятые чары, которые приковали меня к тебе, то меня унесет вместе с твоей душой туда, куда она улетит! Я никогда не вернусь домой!”

Романте застыл внутри клетки в полном ошеломлении. Он никогда бы не подумал, что нечисть боится умереть.

“А... н-но... мне же говорили, что тело стало сосудом...”

“Слабоумные никчемные ничтожества! Аль-Кубби, будь проклято его нутро и имя, привязал меня не к твоему телу, а к твоей душе! Пока она внутри тела – я тоже здесь, но стоит ей отлететь... – Магелот снова заскрежетала. – Ну нет, я им не позволю!”

“Так прогони их!” – вскричал Элио. Агенты уже были внутри замковой стены: одна группа остановилась посреди двора, вторая – подбиралась к донжону. Уикхемы и капитан Бреннон перебрались через стену. Романте знал, что все они погибнут – из-за него, снова, как горожане в Эсмин Танн, и он не мог этого допустить.

“Пусть они уйдут!”

“Нет, – прошипела Магелот, – если они уйдут, то добычи станет вдвое меньше! Я поглощу их всех – и вот тогда, глупый щенок, мы будем в безопасности – и ты, и я!”

***

Арье Агьеррин щедро раздал им свои сокровища – например, капитану достался золотистый жезл, покрытый узорами, в которых прятались знаки. Арье сказал, что использовать его сможет даже человек, не владеющий магией и дал подробные инструкции – но Найджел все равно держал жезл, словно бомбу, способную взорваться от малейшего неловкого движения.

Диана получила серебряное кольцо, чтобы подпитывать ее силы, когда она примется колдовать, а Диего – серебряный медальон. На его обратной стороне темными бусинами была выложена цепь знаков. Если замкнуть ее, повернув часть узора спереди, то медальон стал бы защитой от Магелот. Наверное. Хотелось бы верить.

- Я буду прикрывать тебя снизу и отвлекать Королеву, – деловито сказала Диана. – Капитан займется защитой. Только будьте осторожны – магия отнимает силы, и если вы отдадите слишком много, то можете пострадать или даже умереть.

- Да, мисс. Я учту.

- Прикрывайте тылы и не смотрите наверх. Взгляд в глаза нечисти или в провал на ту сторону – вдруг она его уже открыла! – тоже смертельно опасен.

- Хорошо, мисс.

Диана повернулась к оборотню:

- Амулет бен Алона при тебе?

- Да, – он коснулся амулета, который висел на шее под одеждой, присел и принялся стягивать ботинки. Вряд ли он потом найдет их, если Магелот примется крушить все вокруг, но попытаться стоило. Ботинки были одними из самых любимых.

- Но как вы подниметесь туда? – встревоженно спросил Бреннон. – Мисс Уикхем снова, эээ... поднимает вас к вершине?

- Нет, – покачала головой Диана. – Видите этот шар? Это защитный периметр. Как только Диего его пересечет, чары развеются. К тому же Магелот может нас заметить. Нечисть очень чувствительна к магии.

- Но тогда как...

“Вот на этом все его ухаживания и кончатся”, – подумал Диего и превратил руки и ноги в медвежьи лапы с длинными черными когтями. Капитан Бреннон издал хриплый вопль и отшатнулся, едва не уронив драгоценный жезл.

- О, не волнуйтесь так! – воскликнула Диана. – С Дигом все в полном порядке!

- Но он же... он же...

- Он оборотень, для них это совершенно нормально. Он потом вернет все как было.

- О Господи, – пролепетал капитан. Диего немного отступил от башни, прикинул на глаз расстояние, напружинился и прыгнул вверх футов на восемь. Он вонзил когти в щели между камнями, и вниз пошелестели струйки раствора. Запах нечисти, от которого волосы встали дыбом на загривке, тоже усилился. Оборотень поднял голову, окинул взглядом стену и полез вверх. Ему предстояло преодолеть еще два этажа. На уровне третьего начиналась граница периметра, хотя Диего казалось, что совсем недавно она была выше.

Он полз вверх, вонзая когти между камнями и иногда опираясь лапой на узкие бойницы, и даже преодолел один этаж, когда вдруг что-то произошло. Медальон на шее налился тяжестью, а потом вспыхнул, и над Диего раскрылся зонтик, сотканный из серебристых знаков и соединяющей их паутины.

В тот же миг периметр вокруг Магелот звонко лопнул, и сверху вниз прокатилась ударная волна такой силы, что на соседних башенках сорвало крыши и обрушило зубцы на стенах. Окна в бойницах вылетели, превратившись в мелкий стеклянный песок. Следом за ударной волной на замок накатила тьма.

“Диана!” – в ужасе подумал оборотень и обернулся. Внизу, среди опустившегося на двор мрака, сиял еще один зонтик из знаков Бар Мирац – золотистый. Капитан Бреннон держал жезл обеими руками, высоко над головой, правда, крепко зажмурившись. Рядом с ним, обняв его за плечи, стояла Диана. В руке она сжимала стеклянный факел, а на ее лице в ярком блеске знаков Диего различил выражение такой ярости, какой никогда раньше не видел.

И все же они пока были в безопасности, а вот Элио – нет. Оборотень стиснул клыки и двинулся дальше. По стене замка ему навстречу ползли эти странные змеи, похожие на жидкое черное стекло. Они быстро оплетали башню, но когда касались края щита Бар Мирац мгновенно истлевали и рассыпались в прах. Пока что джилахская магия защищала его.

Когда Диего перебрался через третий этаж, дышать стало тяжело даже под щитом. Его тело горело, как от боли перевоплощения, кости и мышцы то плавились в этом огне, то застывали. Тьма вокруг сгустилась почти до осязаемости – и тут вдруг над разрушенной стеной появилась Магелот. Оборотень вздрогнул и замер.

Она была в теле Элио – хрупкая белая фигурка, едва прикрытая обрывками одежды парила над каменной кладкой. Вокруг стелилась дымка, из которой ткались щупальца и прозрачные, огромные крылья, охватившие всю вершину башни. Среди этой мглы Диего разглядел лицо Элио – хотя это был не он. Бледное, словно светящееся изнутри мертвенным светом, с огромными темными глазами – сине-зелеными, как малахит.

Магелот опустила голову и уставилась прямо на Диего, от чего у него чуть сердце не лопнуло. Ее взгляд пронизывал насквозь и давил, так что Уикхем припал к стене, прижал уши и зарычал. Ему оставался один бросок – последний, четвертый этаж был наполовину разрушен.

Магелот подняла руку, и тут снизу раздался гневный крик:

- Catena Ignis Sancti!

Вверх ринулось целое облако огненных шаров и опутало крылья и щупальца Королевы. Она издала пронзительный вопль и одним рывком высвободилась из сети, хотя в крыльях и щупальцах остались прожженные огнем дыры. От взмаха ее руки на золотистый купол внизу обрушился новый удар. Несколько нитей в зонтике вспыхнули и погасли.

Она стала сильнее, чем была в доме в Эсмин, и Диего не стал медлить, хотя жгучая боль плавила его все сильнее. Он ринулся вверх, к разрушенной стене, к густой черноте, в которой парила Магелот. Камень крошился под его лапами, в глазах двоилось, в голове гудело, лицо как будто теряло форму, и иногда он сам терял все во тьме. Но он смог – он уцепился за край стены, подтянулся и влез на нее – прямо под Королевой. Она снова повернулась к нему, и от ее взгляда оборотень, весь дрожа, вжался в камень. Серебристый свет знаков померк.

- Flammae Lampada Sancta! – крикнула Диана. Магелот помнила эти слова и шарахнулась от Диего. Вверх по стене хлынуло прозрачное, сияющее, как закат, алое пламя. Королева отвела глаза от оборотня, и тот последним усилием воли вернул лицу и одной лапе человеческий вид, сорвал с шеи амулет бен Алона, пальцем повернул грань и взвыл:

- Элио! Элио, ответь! Это я!

Амулет загорелся, словно уголь, и рванулся к Королеве. Алый огонь обтек со всех сторон Диего, все еще укрытого по серебристым щитом, и заполыхал над башней. Он пожирал дымные щупальца и крылья Королевы, в огне с треском лопались черные змеи, а Диего кричал все с большим отчаянием, с трудом сохраняя человеческий голос:

- Элио! Я здесь! Элио, ответь! Прошу!

Его сердце то сжималось, то разрывалось от боли – как они могли так опоздать! Как он мог так опоздать! Как он мог оставить Элио в руках всех этих тварей – бартолемитов, Мальтрезе, Магелот! Оставить одного! Конечно, он теперь не отвечает...

- Элио, прости! Элио, пожалуйста! Ответь!

Вдруг цепочка, которую амулет натягивал все сильнее, лопнула в руке оборотня. Амулет, сгусток красно-золотого пламени, ринулся вперед и ударил Магелот в грудь. Нечисть вскрикнула, амулет сверкнул, как зарница – и исчез.

- Элио!

***

Все вокруг смешивалось в красно-черной воронке – пламя и сумрак, который порождала Магелот. Элио смотрел ее глазами на Диану и капитана Бреннона внизу, под защитой сети знаков ощущал боль нечисти от выжигающего все “Божьего Огня”, но больней всего было видеть Диего. Оборотень полз вверх, и его тело плавилось и плыло, колебалось на грани между зверем и человеком. Его лицо таяло, то теряя человеческие черты, то превращаясь в оскаленную морду, но он полз – и наконец ввалился на край стены и прижался к нему, потеряв все силы.

“Прекрати! – завопил Элио. – Ты убьешь их!”

“Да! Я поглощу их, и тогда мы станем сильней!”

“Они сожгут и меня, и тебя! Позволь мне самому!”

“Сиди тихо! Они ничего тебе не сделают!”

“Позволь мне помочь!”

Сознание Магелот, все в сверкающих молниях боли и гнева, на миг сосредоточилось вокруг Элио и запульсировало от изумления.

“По-мочь?”

“Пусти меня! Если они увидят меня, то уйдут!”

Она даже задумалась на миг – и тут Диего поднялся на колено, сдернул с шеи амулет Эфраима бен Алона, и тингель вдруг вспыхнул, как маленькая звезда. В ту же секунду сеть Намиры вокруг юноши пришла в движение – знаки закружились, и раздался тихий мелодичный звук. Клетка, в которой сидел Элио, внезапно поплыла куда-то вперед.

- Элио! – закричал Диего и протянул к Магелот амулет. – Элио, ответь! Это я!

“Прекрати это!” – взвизгнула Королева.

“Я не могу”, – ответил Элио, завороженно глядя, как знаки вьются вокруг него все быстрее, а клетка все стремительнее скользит вперед.

- Элио!

Голос Диего размылся, так что теперь юноша слышал только его зов и хотел ответить на него всем сердцем – пусть оно и билось в теле, захваченном нечистью. Он устремился на зов, и словно его желание подтолкнуло клетку сильней – она полетела по сознанию Магелот, как птица. Впереди что-то сверкнуло – амулет оторвался от цепочки, Элио на миг замер от ужаса, а потом яркая звезда вонзилась в грудь Магелот. Нечисть испустила такой звук, что вокруг смешалось в водовороте вспышек, огней, бурлящей дымки, молний – но сеть Намиры летела вперед, и Элио изо всех сил бился в ней, толкая ее туда, навстречу Диего.

Зрение Магелот исчезло, и юноша больше ничего не видел. Но тут знаки закружились вокруг него золотой вьюгой, зазвенели – и рассыпались огоньками во тьме. А потом Элио ощутил, как касается рукой мохнатой лапы оборотня.

***

Это заняло пару секунд – Диего только и успел, что испугаться. Магелот замерла в воздухе, по телу прошла судорога, лицо странно дернулось – а затем мертвенную бледность залил слабый румянец, словно краска – холст. Сине-зеленая тьма в глазах растаяла, на оборотня взглянул Элио – и рухнул вниз. Уикхем рванул вперед и успел – поймал, прижал к себе, уткнулся носом в черные, с темно-серебристой проседью волосы и с облегчением зажмурился: запах нечисти почти исчез.

- Я знал, – еле слышно прошептал Элио, – я знал, что ты придешь...

Сердце Диего сжалось. Юноша в его руках почти ничего не весил, и его глаза были огромными на обтянутом кожей, исхудавшем лице.

- Прости, – выдохнул Уикхем, – что так поздно...

Элио слабо улыбнулся, закрыл глаза и склонил голову на плечо оборотня. Тот торопливо вернул рукам и ногам человеческий вид и неожиданно осознал, что все куда-то испарилось: и тьма, и удушающий запах той стороны, и дымные щупальца, и даже эти странные черные змеи со стеклянно блестящей кожей. Воздух был тяжелым и душным – но не из-за той стороны, а из-за жары и раскаленного добела солнца.

Диего с Элио умостился на уцелевшей половине пола на четвертом этаже. Провал напротив них уходил вниз до второго, да и в целом вид этой башни не внушал оборотню доверия. Надо было спускаться.

- Диг!

Он обернулся. К вершине башни взлетела Диана, волоча за собой капитана Бреннона. Едва приземлившись, она бросилась к оборотню, обвила одной рукой Элио, другой – шею Диего, уткнулась в его косматую щеку и пробормотала:

- Живой! Ты живой!

Уикхем обнял девушку, и у нее вдруг вырвался всхлип. Это случалось так редко (в последний раз – лет десять назад), что оборотень испугался и быстро просипел:

- Я в порядке. Мы в порядке.

- Ты упал, – выдохнула Диана и вцепилась в них еще крепче. – Ты исчез, и я думала... я подумала...

Несколько минут они просто сидели, обнявшись. Потом Диана немного отодвинулась, быстро сморгнула несколько раз и погладила по щеке Элио. Юноша чуть приоткрыл глаза, снова улыбнулся, пробормотал: “Вы настоящие!” и даже попытался пошевелиться. Диего с некоторым облегчением заметил на его теле знаки Бар Мирац – такие же бледно-золотистые, как и раньше.

К ним подошел капитан Бреннон и укрыл Элио своим кителем. Диана сжала руку капитана.

- Я бы не стал тут оставаться, – сказал он, с нежностью взглянув на девушку. – Башня сильно разрушена, и если позволите – я бы предложил свою помощь в спуске.

- Не нужно. Еще одно заклинание левитации я осилю, но вот потом – придется просить о помощи агентов, – призналась Диана. Оборотень с тревогой заметил, что она тоже выглядит изможденной и бледной. Когда она встала, то оперлась на руку Бреннона.

Диего тоже поднялся, прижимая к себе Элио, и они подошли к остатку зубчатой стены – нужно же было выяснить, как там дела у агентов.

С башни открывался вид на плачевную картину хаоса и разрушений. Все постройки, которые находились на пути ударной волны, запущенной Магелот, превратились в груды камня и битого кирпича, из всех окон вылетели стекла, на соседних башнях и нескольких пристройках рухнули крыши, часть стен обвалилась, и кое-где по ним пошли трещины.

Тем не менее, жертв среди людей оказалось немного. Диего насчитал дюжину тел, неподвижно лежащих на мощеном камне дворе. Однако остальные кое-как двигались – и к его радости, это были агенты Бюро. Спасли их медальоны, которые раздал им Арье, удача, готовность к атаке нечисти или наблюдательность Скальци – неважно; главное, что агенты, пусть медленно, шатаясь и хромая, но собирали пленных бартолемитов: надевали на них браслеты и опутывали связующими чарами. Кое-кто, впрочем, по старинке пользовался ремнями.

- Скальци! – радостно воскликнула Диана и указала на мощную фигуру старшего агента. – И мистер Двайер! Они живы!

- А мисс Эттингер и остальные? – спросил капитан Бреннон.

- Они вошли в донжон. Наверное, они меньше пострадали.

- Пора спускаться, – сказал Диего. – Нужно доложить старшим и запросить портал.

Девушка обеспокоенно наклонилась к Элио. Юноша лежал на руках оборотня, не шевелясь и даже не открывая глаз. Диего слышал его слабое дыхание и медленные удары сердца, но казалось, что жизнь едва удерживалась в этом хрупком теле, источенном нечистью изнутри.

- Нужно спешить, – решила мисс Уикхем и пробормотала: – Nos volo.

Лететь вниз было проще, чем лететь вверх, но все-таки, когда они опустились на землю, девушка со слабым вздохом навалилась на руку капитана.

- Тебе нужно было экономить силы, – с укором сказал Диего.

- Черта с два! Если б эта тварь тебя убила, я бы отдала все – но сожгла ее до углей!

Они медленно направились к Скальци, который посреди двора отдавал распоряжения и принимал отчеты. Двайер чуть в стороне принимал и считал пленных. Он стоял, опираясь на молот, как на костыль – все уцелевшие агенты и бартолемиты получили более или менее тяжелые ранения. Скальци, заметив Уикхемов и капитана Бреннона, сам поспешил им навстречу. Его лицо было в потеках запекшейся крови, которая стекала из раны на голове.

- Синьор, наша задача выполнена, – сказала Диана. – Элио освобожден, нечисть обезврежена. Но теперь нам нужно как можно скорее попасть в замок, к миледи и джентльменам.

Энео взглянул на юного джилаха, сокрушенно покачал головой и даже взял его руку, чтобы нащупать пульс. Веки юноши чуть дрогнули.

- Мои агенты потеряли много сил и все ранены. Идите в донжон, к синьоре Эттингер. Может, она сама или кто-то из ее отряда способны открыть портал. В крайнем случае она свяжется с миледи или мессиром через зеркало. Должно же было уцелеть в этом замке хоть одно чертово стекло!

***

Было уже около восьми вечера, когда Натан Бреннон вышел из портала около замка Шинберн. Следом за ним на пыльную дорогу спрыгнул пес и с видом печальным и недовольным уставился на замок. Кусач был расстроен: ее величество Илса лично расчесывала ему гриву гребешком и скормила столько лакомств, что пес поменьше просто лопнул бы.

- Не грусти, – сказал Натан, – может, мы еще их повидаем.

Пес громко вздохнул. Бреннон и сам ощущал некоторую тяжесть: столы, накрытые в честь праздника имянаречения эмирских детей, ломились от вкуснейших блюд, и шеф Бюро немного позабыл о приличествующей джентльмену умеренности. С другой стороны, отказываться наверняка было бы оскорбительно для его величества, так что последний кусок Натан проглотил, уже стоя перед порталом, открытым для него Монтеро.

Анир, его дядя шейх Уссем и Арье лично проводили Бреннона и тепло распрощались с ним. Пока что было условлено, что при дворе эмира останется консультант; а дальше Натан собирался открыть небольшую миссию из двух-трех агентов и возможно – взять на обучение с дюжину рекрутов из Таназара.

Однако это все были дела недалекого будущего; сейчас же бывший комиссар стоял перед громадой замка, высящегося на скалах над узкой дорогой, и с удивлением думал, как же люди столько столетий назад смогли возвести этакую махину. Ворота были открыты – но Бреннон не спешил. Следовало дождаться еще кое-кого.

Второй портал открылся через несколько минут. Его высокопреосвященство, как благовоспитанный синьор, подал руку Маргарет, а за ней последовали десять агентов и восемь инквизиторов, а еще – Адам Метцель, ученик и, видимо, преемник досточтимого бен Алона из Ас-Калиона. Бреннон пожал руку кардиналу, церемонно раскланялся с Метцелем и вместе с мисс Шеридан возглавил их небольшую процессию, поднимающуюся к воротам. Открыть портал непосредственно в замок все еще было нельзя из-за остаточного влияния Магелот.

В воротах их встретили Двайер и Скальци, который привественно воскликнул:

- Добрый вечер, мессир, миледи, ваше преосвященство! Замок взят, выжившие бартолемиты помещены в место предварительного заключения, люди, которых они держали в плену, освобождены.

- Отлично. Какие потери?

- Пятеро убитых, сэр, – сказал Двайер. – Остальные ранены, трое – тяжело. Мы воспользовались местным лазаретом, но хотелось бы перенести их к нам.

- Где мальчик?! – нетерпеливо вскричал Саварелли.

- Агенты Уикхем, капитан Бреннон и синьор Романте заняли лучшие из уцелевших комнат, ваше преосвященство. Вас проводят.

- Я пойду с вами, – сказал Метцель. – Досточтимый велел мне позаботиться о здоровье юного Элио.

- Капитан Бреннон? – вполголоса повторила мисс Шеридан, пока Саварелли стремительно пересекал двор замка, так что Метцель с трудом за ним поспевал. – Он что же, все это видел?

- Да, миледи, – кивнул Скальци. – Видел и участвовал. Если бы не агенты Уикхем и не капитан Бреннон, никто бы из нас не пережил этот день. Они втроем обезвредили нечисть.

- Ну теперь ему просто придется жениться, – философски заметила Маргарет. Бреннон вздрогнул:

- Может, лучше возьмем его в агенты?

- Посмотрим. Энджел уверен, что нам потребуется флот, но я бы предпочла, чтобы его адмирал был членом семьи.

“Бедолага”, – подумал Натан и следом за Скальци и Двайером шагнул под массивную арку ворот. Капитан уже и жениться-то, может, не хочет, после всего увиденного.

Шинберн, несмотря на все те разрушения, которые учинила в нем буйствующая нечисть, оставался ценным трофеем. Минус, конечно, был в том, что Орден знал о его расположении, да и потратить на ремонт придется немало – но все равно, эти высокие башни, неприступные стены (замок был взят всего лишь раз за всю его историю), величественные арки и массивные ворота – все это впечатляло. Чем дольше Натан осматривал Шинберн, тем меньше хотел выпускать его их рук.

- Нам придется как следует продумать систему защиты, – наконец сказал он. – Не только форпосты, как вокруг нашего замка, но и какую-то маскировку или что-то в таком роде.

- Мы над этим поработаем, – кивнула мисс Шеридан. – Но позже. Сейчас меня интересуют пленные. Где Мальтрезе?

Возникла заминка. Скальци переглянулся с Двайером, и бывший детектив, смущенно покряхтев, признался:

- Похоже, мисс, что он того... сбег.

- Как это – сбег?! – вскричал Бреннон. – Как вы могли его упустить?

- Ну так как-то. Простите, сэр. Ту такое творилось, когда эта пакость в башне начала замок громить, что ни вздохнуть, ни пер... кхххмм... ни чихнуть. Мы-то уцелели только благодаря побрякушкам от эмирского доктора, а уж бартолемитов наполовину выкосило.

- И его нет среди трупов? – разочарованно спросила мисс Шеридан.

- Нет, миледи, – сокрушенно покачал головой Скальци. – Агенты обыскивают замок в поисках тайного хода и допрашивают пленных. Но следов Мальтрезе мы пока не нашли.

- Ладно. Мы тогда навестим юного Элио, – решил Натан. – Я привел вам свежий отряд. Они организуют эвакуацию тяжело раненых и сменят тех, что истощил свои силы.

Скальци, захватив замок, тут же разместил в лучших покоях тех, благодаря кому выжили почти все агенты – брата и сестру Уикхема, капитана Бреннона и Элио. Вероятно, это даже были покои Карло Мальтрезе – судя по их роскоши и остаткам драгоценных витражных стекол в рамах.

Агенты Уикхем и капитан сидели в гостиной, когда в покои вошли Натан и его племянница. Кусач радостно завилял хвостом и устремился к Диане. Агенты тут же вскочили, капитан церемонно поклонился и украдкой бросил полный любопытства взгляд на Маргарет.

- Сэр, миссия выполнена! – заявила мисс Уикхем. – Мы нашли Элио и вернули Магелот в кольцо.

- Да, вы неплохо потрудились, – согласился Бреннон. – Но что здесь делает капитан? Я полагал, вы отправитесь в Риаду, как только высадите моих агентов на берег.

- Нет, сэр, я не мог. Мне следовало выполнить долг перед моими матросами, погибшими по вине людей в этом замке.

- И тем самым вы продолжили выведывать наши секреты, – добродушно сказала мисс Шеридан.

- О нет, вовсе нет, мэм! – вскричал капитан. – Я всего лишь оказал небольшую помощь мисс и мистеру Уикхем!

- И вы, как я вижу, хотели бы оказывать ее и дальше, особенно мисс Уикхем?

Обветренное лицо моряка залилось краской, и Натан поспешил прийти ему на помощь:

- Видимо, теперь вы нас покинете? Вернетесь в Риаду к мистеру Скотту?

- Да, сэр, – с заметным облегчением ответил капитан Бреннон. – Я доберусь до берега, где нас высадили, и и подам сигнал яхте. Если вам угодно, я могу взять на борт агентов или пострадавших...

- Не нужно, спасибо. Мы о них позаботимся. Но я был бы благодарен вам, если бы вы зашли в Арбеллу по пути домой и передали эмиру Аль-Мунзиру небольшое письмо.

- Конечно, сэр. Если потребуется, я с удовольствием отвезу к эмиру и вашего посланца, – капитан покосился на Диану Уикхем.

- В посланцах необходимости нет, но вы бы рассмотрели вопрос о смене работодателя? – неожиданно поинтересовалась Маргарет. Ее вопрос так ошарашил капитана, что тот невнятно забормотал:

- О, э... я... кхм... видите ли, договор, заключенный с мистером Скоттом... яхта, разумеется, принадлежит ему...

- Обсудим это позже, – сказал Натан. – Как Элио? Он... в сознании?

- Да, сэр, – ответил оборотень. – С ним сейчас его преосвященство и Метцель. Позвольте, я вас провожу.

Они пересекли гостиную, столовую и рабочий кабинет Мальтрезе (правые руки главы Ордена жили весьма неплохо, грех жаловаться), и Диего постучался в дверь спальни.

- Кто там? – грозно вопросил его преосвященство. Натан, посчитав это за приглашение, толкнул дверь и вошел. Саварелли тут же устремился ему навстречу, крепко сжал его руку и шепнул:

- Спасибо.

У большой кровати с балдахином стоял Метцель и что-то писал в блокноте. Он почтительно склонил голову, когда Натан подошел; шеф Бюро посмотрел на своего секретаря, и сердце у него екнуло. Романте истаял, как восковая фигурка и теперь выглядел еще меньше и младше – он тонул в подушке и перине, и очертания его тела едва угадывались под одеялом. В черных волосах поблескивали темно-серебристые пряди.

- Элио, – позвал Натан и положил руку на его плечо, – сынок, ты как?

Юноша открыл глаза и слабо улыбнулся.

- Уже лучше, сир, – прошелестел он. – Спасибо. Я знал, что вы придете за мной.

- Конечно. Как же мы могли не прийти.

- Но мне нужно успеть... я должен сообщить обо всем, что узнал о нечисти и о замке. Только кому-то придется записывать, сир, потому что я не очень ясно вижу.

- Ты лучше отдохни, поспи, поешь. Потом запишешь.

- У меня не будет потом, сир, – еле слышно отозвался Элио; Натан сжал кулаки. – Но по крайней мере моя душа осталась при мне, – юноша издал слабый смешок, – и я скоро увижу тех, кто давно меня ждет.

- Ну это мы еще посмотрим, – процедил Бреннон. Метцель коснулся его плеча кончиком карандаша и кивком указал на эркер. Шеф Бюро отошел туда следом за джилахом, и тот негромко сказал:

- Сеть Намиры, которую создал для защиты юноши досточтимейший из досточтимых, до сих пор цела и сдерживает нечистую тварь.

- То есть погодите – она все еще внутри? В кольце и в Элио?

- Да, конечно. Куда бы она могла деться? – с ноткой раздражение отвечал Метцель. – Ведь ритуалов изгнания никто не проводил. Тингель, который использовал ваш агент, вырвал из-под власти Магелот тело юноши, но этот амулет не может изгнать нечисть.

- Проклятие! Значит, все сначала!

- У вас мало времени. Если вы не найдете способ освободить мальчика – то он не проживет и месяца.

- Разве он не поправится на хорошем питании, сне и покое?

- Он не может поправиться, – сухо ответил Метцель. – Нечисть выпила его жизненные силы, и ему неоткуда взять новые. Сеть Намиры защитит его душу от посягательств Магелот, но не больше.

Бреннон отвернулся к окну, мельком заметив, что Саварелли сел на край кровати и склонился над Элио. В такие моменты, Натан радовался, что у него нет детей и что он не успел стать отцом для детей Валентины. Он много раз видел родителей, которые теряли детей, и последнее, чего бы он хотел – ощутить, каково это, на своей шкуре.

“Ну нет, – подумал Бреннон. – Мы не для того так долго его искали, чтобы сдаться так просто!”

- Мы найдем способ, – сказал он; Метцель изумленно на него уставился:

- Но помилуйте, как же вы это сделаете?

- Есть пара мыслей, – процедил Натан; кое-какая идея насчет Ключа Гидеона и Валентины пока еще смутно возникла у него в голове. – А вы пока что займитесь тем, чтобы эта падаль внутри не навредила Элио еще больше.

28 июля 1866 года, одна из опорных баз Бюро в Риаде

На главу Бюро и его агентов навалилось немало хлопот: замок Шинберна нуждался в ремонте, охранных чарах, гарнизоне; к тому же слуги, пережившие жестокое потрясение, все как один уволились. Кроме того, Диего нашел тайный ход из бывшей часовни, по которому утек Мальтрезе – и это добавляло головной боли, ведь по тайному ходу можно не только уйти, но и прийти. А может такой ход был и не один...

Тем не менее, Бреннон выкроил время, чтобы посетить небольшой особнячок, укрытый в лесах восточной Риады, чтобы решить последнюю проблему, оставленную этим делом: лично допросить Габриэля ван Эймса. Шефа Бюро сопровождала Диана Уикхем: она открыла портал и должна была доставить в замок Редферн и пленного, и Шарля Мируэ, которого агент Карни тоже по приказу Натана доставил на базу, дабы у юноши не возникло соблазна удрать и влезть в захват Шинберна.

Оба молодых человека ждали Натана и мисс Уикхем в комнате для допросов: ван Эймс в качестве допрашиваемого, Шарль – в качестве амулета истины. Эймс, все еще истощенный, встретил Бреннона настороженным взглядом исподлобья.

- Чего вам надо? – сразу же спросил он. – Я уже все рассказал!

- По вопросу пленения мистера Романте – да. Но у вас есть еще немало ценных для нас сведений об Ордене.

- С чего это? Я не бартолемит, и никто меня не посвящал в их дела.

- Вы уверены? Вы сообщили агенту Скальци, что были “личным рабом Мальтрезе”. Неужели вы совсем ничего не замечали?

Лицо Габриэля исказилось от ярости и боли, так что стало почти безобразным; но он тут же отвернулся и буркнул:

- Если я расскажу вам все, что знаю, вы меня отпустите?

- Гм. Это интересный вопрос. А вы сами хотите уйти? Что, если бартолемиты и в особенности Мальтрезе захотят посчитаться с вами?

- Да делать им больше нечего, – фыркнул ван Эймс, но его это предположение заметно обеспокоило.

- Мы, конечно, не можем предложить вам вступить в наши ряды...

- Еще чего! Я не хочу иметь с вами ничего общего!

- Вот как? – процедил Мируэ. – Что, даже не поблагодаришь напоследок?

- Шарло, – мягко сказала Диана. – Мы же знаем, что с ним было.

- Я не знаю, – тут же вмешался Бреннон. – Ну-ка просветите меня.

- Но сэр...

- Что это за тайны от начальства, юная мисс! К тому же мне все еще неясен мотив, который побудил мистера ван Эймса, рискуя жизнью, помочь моему секретарю.

- Я хотел освободиться от Мальтрезе, что вам тут неясно?!

- Неясно, в каких отношениях вы состояли, уж коль вы утверждаете, что не были ни адептом, ни учеником Мальтрезе.

Габриэль вскочил и отпрянул. Он сначала побледнел, потом по его лицу пошли красные пятна, и в конце концов он прошипел:

- О да, конечно, как же я мог не догадаться, чем все это закончится! Вы ничем не лучше их!

- Язык прикуси! – прикрикнул на него Мируэ. – Мы спасли твою шкуру, хотя могли бы и не утруждаться!

- Элио, по вашим же словам, доверился вам настолько, что заставил Магелот вас отпустить и передал с вами послание для агентов.

- Ну вот у Элио и спросите, почему... – Габриэль вдруг осекся и опустил голову.

- Элио хотел ему помочь, сэр, – сказал Шарль, холодно глядя на ван Эймса. – Но я видел все варианты еще в Филудж Сар и теперь, когда почти все закончилось, знаю, что у нас есть только два, которые могли стать реальностью.

Бреннон нахмурился: он не очень-то понимал это все, насчет того, как работает дар Мируэ. Но видимо рекрут видел тут что-то подозрительное, и тому, что он видит, следует доверять.

- Элио, – продолжал Шарль, – никогда не уступил бы Магелот. И из-за сети Намиры она не могла сама его захватить. Значит, что-то заставило его предаться Королеве.

- Это Мальтрезе! – поспешно вскричал Габриэль. – Я тут не при чем!

В его тоне проскочила истеричная нотка, и Натан настороженно подобрался. Рекрут был прав: в истории имелось кое-что еще, о чем пленный умалчивал. К тому же мисс Уикхем тоже явно заволновалась – Бреннон даже подумал бы, что она испугалась, если бы мисс Уикхем было знакомо такое чувство.

- Значит, Мальтрезе, – произнес шеф Бюро. – И как же он заставил Элио уступить Магелот? Пытки не имеют смысла, поскольку нечисть тут же заживляла все раны, значит, он нашел другой способ?

- О Боже, да неужели вы не можете не спрашивать! – в отчаянии прошептал Габриэль. – Ну какое вам дело!

- Мы знаем, – вдруг вмешалась Диана, – о том, к чему был склонен Мальтрезе. Сэр, я бы просила прекратить допрос, потому что...

- Он был к чему-то склонен? – заинтересовался Бреннон. – К чему же? К джилахской магии?

- Да к мальчикам он был склонен! – взорвался ван Эймс. – Ловил их и трахал, чего тут вам непонятно!

- Ох Боже, – выдохнула Диана. Натану понадобилась секунда или две, чтобы осознать, что это значит – и кто сейчас стоит перед ним, и что могло произойти с Элио, если...

Он поднялся, и Габриэль, испуганно вскрикнув, шарахнулся от него в угол.

- Вот, значит, что, – проронил Бреннон, с трудом удерживая вскипевшую в груди ярость. – Вот почему Элио ее призвал.

- Это не я! – закричал Габриэль. – Он... Мальтрезе! Он сам решил, мы просто говорили!..

Внезапно Шарль издал свирепый вопль, прыгнул на ван Эймса, как дикий кот, и вцепился ему в горло. Габриэль, хоть и был выше и шире в плечах, так ослабел после побега, что повалился на пол и только отчаянно брыкался, пытаясь сбросить худого рекрута.

- Ты! – рычал Мируэ; его сходство с Джеймсом Редферном так поразило Натана, что он даже застыл на месте. – Это ты, тварь! Теперь я знаю! Ты спровоцировал Мальтрезе! Ты ему сказал!

- Шарло, может, перестанешь его душить? – спросила Диана, не пытаясь, однако, оттащить рекрута от свидетеля. – Нет? Ну ладно.

Натан наконец понял, что пора вмешаться. Он поймал Мируэ за шкирку и рывком отдернул от уже багровеющего Габриэля. Тот, сипло кашляя, отполз в угол допросной.

- Это он! – с ненавистью прошипел Шарль, вырываясь из рук Бреннона с неожиданной для такого худого сложения силой. – Он видел, что делает Магелот! Он хотел, чтобы она убила Карло, он натравил его на Элио!

- Это из твоего видения?

- Да! Мы оказались в худшем из вариантов! И все из-за этой гниды!

- Я бы на тебя посмотрел, – хрипло огрызнулся ван Эймс. – Что бы ты сделал на моем месте!

- Цыц! Мисс Уикхем, отправитесь с рекрутом Мируэ в замок. Что до вас, – Бреннон подступил ближе к ван Эймсу, и тот вжался в стену. – Мы вас отпустим. Мы найдем для этого место подальше от бартолемитов, но на этом наша благодарность за ваше содействие исчерпана.