Кольцо Королевы

Глава 6

Глава 6. 22 июля 1866 года, Яхта “Рианнон”, где-то у берегов Таназара

Шарль снова сдвинул очки на кончик носа и хищно нацелился на амулет, который изо всех сил бился в стенку каюты, так что Диего уже опасался, что сейчас эта штучка пробьет в ней дыру и устремится прочь.

- Вот! – торжествующе повторил Мируэ. – А я говорил, а вы мне не верили! Эта штука тоже указывает на восток!

- Мы тебе верим, мы же сели на корабль и плывем, куда ты указал, – возразила Диана.

- Но с этой вещицей наш курс стал более, гм, определенным, – добавил капитан Бреннон, опасливо глядя на джилахский амулет, бьющийся в дубовую панель.

Вчера, когда Диего примчался к Диане, они тут же попытались с помощью зеркала-переводчика найти об этом амулете хоть что-нибудь в книге, которую старый элаим дал Элио. Но увы – даже современный джилахский был таким сложным, что зеркало выдало беспорядочную мешанину слов, из которой Уикхемам удалось лишь вычленить нечто смутное о том, что амулет нужен для защиты от тварей Ицфиота, то бишь нечисти с той стороны. Тогда Диего решил призвать на помощь Шарло и его Истинный Взор. Рекрут, едва увидев амулет, пришел в полнейший восторг и не сводил с него жадного взгляда всякий раз, как Диего доставал амулет и сдвигал грань, чтобы привести в действие.

Но если говорить о действии, то пока что агенты понимали только одно – амулет указывает на местонахождение то ли Элио, то ли Магелот. Но что еще он может сделать – так и оставалось загадкой. Диана предложила связаться с Ас-Калионом, но никто из них не знал, известна ли джилахам магия, позволяющая общаться через зеркала, да и станут ли они вообще разговаривать о своих секретах с инородцами.

- Тем не менее, – продолжил капитан, – я должен вас предупредить, что курс, пролагаемый по этим указаниям, может быть опасен.

- О! – встрепенулся Мируэ.

- Как это – опасен? – упавшим голосом спросил Диего и повернул грань, чтобы стук амулета в стену не мешал разговору.

- Если мы взглянем на карту, – Найджел провел пальцем по разложенной на столе в его каюте карте побережья, ранее бывшего халифатским – то увидим, что курс ведет прямо к морской вулканической цепи.

- Чего?! – вздрогнул оборотень. Диана с интересом склонилась над картой.

- Но тут же только какая-то россыпь островков! Я думала, с опытным лоцманом и под вашим руководством мы сумеем их пройти.

- О, конечно, даже не сомневайтесь, мисс! Опасность состоит не только в близком расположении этих островков, а в том, что это – острые рифы, вершины которых сформированы толстым слоем пепла, который постоянно извергает весьма активный вулкан, на две три находящийся под водой. А этот остров, – капитан обвел циркулем клок суши побольше, – и есть вершина вулкана, поднимающаяся над морем.

- О Боже ты мой, – прошептал Диего.

- Река подземного огня! – воскликнул Шарль. – А я же говорил! Почему меня никто не слушает!

- Ну и чему ты так радуешься? Вулкан просто сожжет корабль, если раньше мы не задохнемся от пепла и ядовитых газов!

- Мы можем как-то обойти это место? – нахмурилась мисс Уикхем.

- О да, конечно. Это несколько удлинит наше плавание, но если вы укажете мне точные координаты, то я скорректирую курс.

Агенты и рекрут Бюро уставились друг на друга. Но им были неизвестны точные координаты, в том-то и проблема! А вдруг Мальтрезе устроил себе логово прямо посреди этих островков и прячет Элио именно там, защищенный действующим вулканом?

Но когда Диего высказал это опасение вслух, оно сразу же показалось ему нелепым, и Бреннон довольно вежливо указал на главную брешь в таком предположении:

- Вы думаете, что кто-нибудь действительно захочет устроить себе убежище в настолько опасном месте? Когда я говорил об активности вулкана, я не имел в виду немного пепла и пыли. Он регулярно испускает целые реки расплавленной породы, выбрасывает в воздух тучи пепла и ядовитого газа, а берега сотрясают подземные толчки. Потому-то, – добавил капитан, – тут и нет крупных поселений, и чтобы найти ближайший порт, где можно нанять лоцмана, нам придется серьезно отклонится от курса.

Яхта издала протяжный скрип, и оборотень вздрогнул. Тут как будто было обиталище призраков, которые то и дело напоминали живым о себе.

- Но “Фальконе” проследовал именно сюда, – встревоженно сказал Шарль. – Я видел и точно знаю!

- А ты не можешь еще чуть-чуть посмотреть и выяснить, где именно они держат Элио? – спросила Диана.

Мируэ покачал головой:

- В моих видениях нет надписей на карте. Даже если я вижу какое-то место, то все равно не знаю, как оно называется, и могу лишь примерно указать, в верном ли направлении мы движемся.

- А когда мы достигнем этих островов? – обратился к капитану Уикхем.

- Если попутный ветер сохранится, то уже сегодня к вечеру, часам к семи или восьми.

- То есть время на смену курса еще есть, – пробормотала Диана. – Интересно, а команда “Фальконе” знает, куда они плывут?

- От их знания и желания, скорей всего, ничего и не зависит! – фыркнул Шарль. – Мальтрезе и его банда могли попросту взять всю команду в плен. Вот зачем они поплыли именно туда – вопрос куда более интересный.

- А ты не знаешь? – спросил Диего.

- Нет. Я только видел, как в нескольких вариантах реальности они шли к этим островам полным ходом. И их корабль этого не пережил, – зловеще добавил рекрут.

- В нескольких вариантах... реальности? – ошеломленно пробормотал капитан Бреннон и почти умоляюще уставился на Диану. – Что это значит?

- А ты не можешь, ну... – девушка прикусила губу. – Ну, еще разок посмотреть?

- Это уже прошлое, и от нового видения оно не изменится, – отрезал Шарль. – Мы в той реальности, где Мальтрезе приплыл сюда, и с этим ничего не поделаешь. Но насчет опасности мы можем не беспокоиться... пока плывем на этом корабле.

- Почему?! – воскликнул капитан, и юноша усмехнулся:

- Ну вы-то отлично знаете, почему, верно? Только нам не говорите.

Салон огласился громким скрежетом. Найджел вспыхнул, словно его уличили в чем-то постыдном, а Мируэ продолжил:

- Впрочем, можете и дальше держать это при себе. В конце-то концов мы все равно все увидим.

***

Закат у берегов бывшего халифата в это время года наступал около восьми вечера, и когда к семи часам яхта приблизилась к цепи вулканических островов, у горизонта едва начала проступать розово-лиловая полоса. Боцман, мистер Макрири, с тревогой следил за приближающимися островками, и Диего вполне разделял его опасения – они были похожи на черные клыки дракона, выступающие над водой, и правильнее было называть их большими рифами. Море вокруг этой гряды стало куда беспокойнее, и яхту водило из сторону в сторону от качки.

Но дальше, за этой цепью, волны бурлили еще сильней, а еще там лежал остров куда более крупный – с узкой полосой серого пляжа и вздымающимися за ней темными скальными стенами, которые окружали кратер. Из него поднималась серая, клубящаяся колонна дыма, который, к счастью, пока что сносило ветром в сторону от “Рианнон”.

- И ведь прям туды премся, – пробормотал боцман. – Может, отвернем, пока не поздно, а, мистер?

Оборотень потянул носом. Он был совершенно согласен с Макрири по этому вопросу, хотя Шарль не просто считал, что им нужно как раз туда, но и уверял, что именно на яхте “Рианнон” они пройдут острова. Пояснений рекрут не выдавал, а капитан Бреннон выглядел все более мрачным.

Диего отвернулся от медленно приближающихся островов и взглянул на капитана. Он стоял на носу, прямо за носовой фигурой красивой девушки, и смотрел на вулканический остров. За всеми этими перипетиями агенты Уикхем как-то упустили из виду тайны самого капитана, а им как раз и следовало бы уделить внимание – при чем до того, как снова отправиться в плавание на яхте под его командованием.

- Не, ну гля, че творится! – вскричал боцман. Послышался грохот, исходящий из недр вулкана, раздалась канонада приглушенных взрывов, море всколыхнулось, словно его дно кто-то встряхнул, а яхту заболтало, как одинокую клецку в кастрюле кипятка. По склону вулкана потекла река жидкой, раскаленной до золотисто-алого свечения породы. Вонь газов усилилась, а река громко зашипела, когда коснулась прибрежных вод. От них тут же повалил густой пар.

Диего вцепился в мачту когтями, достал из нагрудного кармана амулет, повернул грань и тяжело вздохнул: сомнений не оставалось. Амулет натянул цепочку, дергаясь в направлении вулканического острова.

К оборотню подобрался Шарль – рекруту, который был лишь чуть потяжелее Элио, пришлось цепляться за перила и веревки, свисающие с мачт, чтобы не улететь в море из-за качки. Ухватившись за локоть Диего, он спустил очки на кончик носа и долго рассматривал остров прямо по курсу.

- Чувствуешь что-нибудь?

- Кроме вони и пепла? Пока ничего.

- Принюхайся получше.

Оборотень принюхался, но уловил только резкие вулканические запахи – газы и расплавленная порода – а также пепел, и громко расчихался и закашлялся.

- Они не просто так заманивали нас сюда, как в ловушку, – произнес Мируэ; Диего поперхнулся кашлем. – Здесь что-то есть, какая магическая чертовщина, ради которой Мальтрезе захватил корабль и потащился сюда.

- В ловушку?! А раньше ты не мог сказать?!

- Раньше я не догадывался. К тому же Мальтрезе просчитался. Если бы мы плыли на обычном корабле, то нас ждала бы участь “Фальконе”.

“Рианнон”, словно подгадав к его словам, взбрыкнула, будто норовистая лошадь, и Уикхем подозрительно засопел. Он так и знал, что с ней что-то не так! С самого первого дня!

Понять бы, что именно...

“И почему Шарло так вцепился именно в эту яхту?”

Но задать рекруту вопрос Диего не успел: к ним присоединился капитан Бреннон в компании Дианы, которая цепко держалась за его руку, чтобы не проскользить по качающейся палубе, как по катку прямо за борт. Найджел был хмур, мрачен и стал еще мрачнее, едва завидев Мируэ. Намеки Шарля определенно выводили капитана из обычного состояния флегматичного душевного равновесия – но почему? Чего он боялся и что скрывал?

- Мы достигли гряды островов, – сообщил Бреннон. – Но я должен заметить, что дальнейшее продвижение опасно.

“Рианнон”, словно в подтверждение его слов, захлопала парусами и издала целый каскад скрипов и скрежетов, от чего у Диего возникло ощущение, что этот плавучий таз развалится прямо сейчас.

- Но нам нужно плыть дальше, – сказала мисс Уикхем и указала на амулет в руке Диего: – Элио где-то там, впереди.

Небо над их головами потемнело: ветер переменился, и облако из выброшенного вулканом пепла стало затягивать к яхте. На рифы, окружающие вулкан, посыпался пепел.

- Я могу создать для корабля защитный купол, похожий на тот, который Элио использовал, когда мы попали в шторм, – добавила Диана, с тревогой глядя на заволакивающую небо пелену.

- Ого, а это было бы неплохо! – обрадовался Макрири, но под строгим взором капитана несколько сник и пробормотал: – Простите, сэр.

- А ваш купол защитит нас от ядовитых газов?

- Нет, – признала мисс Уикхем, – он воздухопроницаем, иначе под ним нельзя было бы дышать. Но я использую очищающие чары.

- И сколько раз? – скептически спросил Диего.

- Столько, сколько понадобится. Вопрос в том, куда именно нам плыть дальше, – Диана посмотрела на Шарля: – Есть идеи?

- Туда, – без колебаний ответил рекрут и указал на большой остров, столб дыма, пепла и вулканических газов над котором быстро густел и увеличивался. – Нужно обогнуть его слева. Только вы, – Шарль ткнул пальцем в капитана, – обязательно должны встать к штурвалу.

- Что?

- Встать к штурвалу, – раздраженно повторил юноша. – Без этого ничего не получится.

- Не слишком ли много вы на себя берете, – с холодком отвечал Бреннон, – указывая мне, что делать на моем корабле?

- Вот именно – на вашем корабле. Мы потому его и выбрали – и вы прекрасно знаете, почему!

Глаза капитана вспыхнули и стали из ярко-синих стали почти светящимися. Макрири обеспокоенно придвинулся ближе к нему, Диего – к Шарлю, и тут Диана положила руку на локоть Найджела и сказала:

- Позвольте вас на пару слов.

Они отошли к дверям в каюты, и Мируэ процедил:

- Она должна его уговорить. Если он не встанет к штурвалу, то ничего не выйдет.

- Почему?

- Потому, – отрезал рекрут и насупился. Уикхем навострил уши, чтобы разобрать, что шепчет его сестра капитану.

- Прошу, не сердитесь на него, – сказала девушка. – Элио – близкий друг Шарля. Он спас Шарлю жизнь, поэтому наш рекрут волнуется.

- О да, мисс, я пониманию, но что это за странные капризы? При всем уважении, мисс, пассажиры не могут командовать на моем судне.

- Он не командует, он... вы ведь проследовали тем курсом, который он указал.

- Да, но его слова подтвердила эта штучка, вол... – Бреннон запнулся, – волшебный компас, который нашел в вещах мистера Романте ваш брат.

- Но все же я бы очень просила все сделать то, что Шарль просит.

- Почему?

- Потому что он... ну... как бы сказать... Шарло может видеть будущее, – прошептала Диана так тихо, что даже оборотень еле различил ее слова, тем более что внутри вулкана снова что-то громыхнуло. Найджел изумленно вытаращился на мисс Уикхем:

- Вы серьезно?!

- Да. Мои способности и способности Элио не вызывали у вас сомнений, почему же в это вы не верите?

- Потому что ваши способности я видел воочию, а предсказания... разве это не заработок для шарлатанов?

- Эти предсказания – нет.

- Вы так уверены, потому что он ваш друг? – спросил капитан, и чуткое ухо оборотня уловило в его голосе еле слышные ревнивые нотки.

- Нет, потому что я видела, как он предсказывает, и знаю, что его слова сбываются. Но, может, если вы против Шарля, то вы сделаете это потому, что я вас очень попрошу? Я обещаю, что буду защищать ваш корабль и экипаж изо всех сил!

“Рианнон” несколько раз хлопнула парусами и пронзительно скрипнула.

- Ох, ладно, – сдался Найджел. – Позаботьтесь о защите яхты и экипажа, и я проложу курс к вулкану.

***

Корабельный плотник приколотил к палубе кресло для мисс Уикхем – на корме яхты, в зоне видимости капитана, который занял место у штурвала. Диего с волнением следил за происходящим: его сестре предстояло поддерживать сразу два сложных заклятия – большой защитный купол над движущимся объектом и очищающие чары, при чем все это посреди текучей воды.

- Ты справишься? – спросил он, наклонившись к девушке.

- Справлюсь, – с беспечной улыбкой отвечала Диана и погладила его по руке: – Не бойся за меня, Диг. Я не упаду за борт.

- Я помогу, если что, – быстро сказал Шарль. Диего горестно вздохнул. В чем может помочь его сестре полуобученный рекрут? Вот если бы Элио...

Но мысль о юноше и о том, что с ним могли сделать бартолемиты за эти дни, так мучительно отозвалась в сердце, что оборотень предпочел подавить эти размышления. Тем более, что Диана начала колдовать.

- Удивительно, – пробормотал Шарль, ухватившись за спинку кресла, которое мотало в такт качке, – как это наши матросы так равнодушны ко всякому чародейскому непотребству на их корабле, а?

В этом вопросе Диего уловил что-то ехидное, но вообще он и сам об этом задумывался. Редко когда им доводилось встречать обычных людей, которые так флегматично воспринимали бы магию, как команда “Рианнон”.

Тем временем над мачтами корабля стал ткаться прозрачный магический купол. За несколько минут он плавно опустился сверху вниз, и его край скрылся в волнах, чтобы ядовитые газы поменьше проникали под него. Купол немного пригасил качку, и опрометчиво съеденный обед перестал так сильно бултыхаться в желудке Диего.

“Рианнон” двинулась вперед, к черной от пепла гряде островов. Капитан, отдавая короткие команды матросам, сам вел яхту между выступающих в кипящей белой пене скальных когтей. Диана забормотала очищающее воздух заклинание.

Наверное, на этих островках могла бы цвести пышная растительность, если бы постоянно действующий вулкан не извергал на них тонны пепла и пыли. Раньше Диего никогда такого не видел – ему казалось, что вулканы извергаются только время от времени, раз в пару сотен лет, преподнося малоприятный сюрприз людям, которые облюбовали плодородные почвы у их склонов.

Яхта осторожно огибала три подряд торчащих из воды рифа, как вдруг вулкан закряхтел, внутри у него раздалось ворчание, рычание, а потом из кратера вырвался целый рой камней и градом обрушился на островки, море и на защитный купол.

- Ого! – вскричал боцман Макрири. – Вот дела!

Мируэ напряженно уставился на приближающийся большой остров, стянув очки на кончик носа. Что он там видел – Уикхем не знал, а унюхать не мог: вонь от пепла и плавящейся породы забивала ему обоняние даже при действии очищающих чар. Впрочем, радовало то, что реку раскаленной магмы они оставили позади. Хотя что мешало вулкану сделать еще одну такую прямо по курсу?

- Смотрите! – вскричал Шарло. – Там проход!

Диего подался вперед. Остров, который казался ему кольцом вокруг вулканического кратера, на самом деле был двумя островами – как подковы, они лежали слева и справа от вулкана. Над ним клубился огромный, уходящий в небеса столб пепла, по склону текла река раскаленной до темно-золотого цвета породы, из трещин с шипением вырывались газы, а между склоном и водой мерцало нечто, искажающее вид на вулкан.

- Что это? – воскликнул Бреннон, вцепившись в штурвал; “Рианнон” издала странный воющий звук и как будто дернулась назад.

- Аномалия! – ответил Мируэ; уже приходилось кричать, чтобы перекрыть рокот вулкана. – Но это не провал на ту сторону! Это что-то другое!

Он сдернул очки и устремился к борту яхты.

- Куда?! – взвыл Диего и бросился за ним. Перед Шарлем от мачты к борту вдруг натянулся канат, откуда только взялся, и рекрут, ухватившись за него обеими руками, рискованно перегнулся через него, вглядываясь в нечто, крутящееся перед яхтой прямо по курсу. Уикхем сгреб мальчишку за шиворот.

- Это как линза, – прошептал Шарло. – Только не совсем линза! Она... она проницаема! Она искажает потому...

Яхту мотнуло так, что она накренилась на правый борт. Канат обмотал Шарля и Диего и оттащил их от мелькнувшей внизу бурлящей, черно-синей морской бездны с шапками пены на гребнях волн.

- Это портал! – завопил рекрут. – Это стихийный портал! Огромный!

- Да не может быть! – крикнула Диана. – Откуда он питается?!

- От вулкана! Смотри! – юноша ткнул пальцем в небеса. Диего задрал голову, и его тут же ослепил целый каскад вспышек молний, которые прорезали столб пепла.

- Черт побери!

- И он сейчас активируется!

- Что?!

- Убрать паруса! – внезапно гаркнул капитан Бреннон, и матросы ринулись к мачтам. Диего дернулся всем телом. Это еще что за чертовщина?!

Ответ он получил довольно быстро: едва моряки успели справиться с парусами, яхту потянуло вперед. Звук, который она испустила, напоминал вой загнанного зверя.

- Рина, держись! – крикнул капитан. На купол обрушился поток вулканического пепла, снова раздался грохот, море всколыхнулось, и волны лизнули борта яхты. Диего отпрянул, волоча за собой Шарля.

- Доверьтесь ей! – вдруг закричал юноша. – Пусть она нас ведет!

- Вы затащили нас в чертов водоворот! – проревел в ответ Бреннон, наваливаясь на штурвал.

- Она нас проведет! Она сможет! Скажите ей!

- Кому – ей? – прошипел в ухо Шарлю оборотень, но юноша не слушал. Все его внимание было приковано к странному, вытянутому, почти невидимому обычному глазу объекту. Диего смог различить его только по тому, что он искажал вокруг себя все, как кривое зеркало. Реальность как будто скручивалась по контуру этой линзы в вихри, похожие на отражения водоворота, который все быстрее и быстрее закручивался между двумя вулканическими островами.

Корабль дал резкий крен и пошел боком. Черно-синий водоворот стремительно приближался, а линза начала опускаться к бурлящим морским волнам. Ее края захватывали воду и втягивали в завихрения по краям, так что вскоре Диего уже казалось, будто море поднимается над ними, сворачиваясь в арку.

“Рианнон” дернулась, и Диана вылетела из кресла. Девушка заскользила по палубе, и Диего, совершив отчаянный рывок, поймал ее за руку. Откуда-то сверху сорвался длинный канат, обмотал Уикхема и потащил к мачте, вокруг которой и обвился, как змея. Оборотень обеими руками прижал к себе сестру и Шарля. Он слышал, как сильно бьются их сердца.

- Держитесь! – взвыл он. – Хватайтесь за меня!

- Рина! – ветер унес в небеса отчаянный вопль капитана. Яхта на миг застыла на краю водоворота, клюнула носом и нырнула в бездну. Она мчалась по водной стене, как по катку, и темные гребни уже нависли над ней, грозя вот-вот сомкнуться. Яхта издала протяжный стон, и вдруг всю ее, от бортов до мачт объяло молочно-голубоватое свечение. Оно исходило от носовой фигуры.

- Давай, девочка! – вдруг завопил боцман Макрири. – Ты сможешь! Ты нас проведешь! Ты всегда проводила!

“Рианнон” заскрежетала и вдруг ринулась вперед, в самое сердце бездны, куда уже опускалась линза, скручивая в единую воронку море, ветер, дым и пепел от вулкана. Алая обшивка в бортов в белесом свете стала казаться розовой.

- Ах нет!.. – выдохнула Диана и подняла глаза к верхушкам мачт. Купол над яхтой пошел трещинами, и в них тут же полилась вода. Мисс Уикхем зажмурилась и еле слышно забормотала заклинание, чтобы удержать купол.

- Давай я помогу! – вскинулся Шарль.

- Не мешай! – гаркнул на него Диего. Яхта заложила полукруг по водовороту, спускаясь все ниже. Свет солнца померк, все вокруг слилось в единую темную синеву, в которой изредка мелькали клочья белой пены. Купол трещал, но держался – Диана вливала в него все новые и новые силы, непрерывно шепча заклятие.

“Рианнон” по спирали летела вниз. Тонны воды рушились на купол, стекая по нему и размывая все вокруг. Диего уже не видел ничего дальше палубы: капитана, вцепившегося в штурвал, матросов, тоже ухватившихся кто за что мог, и сияющей носовой фигуры. Оборотень крепко прижимал к себе сестру и Шарло. Их сердца бились часто, как у пойманных птиц.

“Не отпущу! Не потеряю никого! Больше никогда!”

Внезапно черно-синий провал внизу как будто прыгнул вперед и поглотил “Рианнон”. Весь мир вокруг перевернулся. Мелькнула россыпь звезд, превратилась в размазанную по синему небу полосу, звонко лопнул защитный купол, и Диана повисла на руке оборотня, как тряпичная кукла. Вдруг корабль совершил дерганный рывок и вынырнул из бездны посреди спокойного, зелено-синего моря, под яркое солнце и легкий бриз. Вулкан, воронка, странный провал, острова – все исчезло, как будто и не было. На мили и мили вокруг расстилалась лишь спокойная водная гладь, на которой чуть покачивалась яхта.

- О Господи, – выдавил Уикхем. – Это что? Это мы где? Что произошло?

- Мы прошли, – ответил Шарль. – Мы прошли сквозь стихийный портал. И выжили! В отличие от “Фальконе”, – самодовольно добавил рекрут, но Диего было уже плевать на несчастных иларских моряков. Диана лежала у него на руках – все еще без сознания.

- Диана! – позвал оборотень; его сердце сжалось. – Диана, очнись! Пожалуйста!

Лицо девушки было очень бледным, но сердце билось ровно, хотя и тихо. Канат сам собой распутался и ускользнул ввысь. Диего опустился на палубу, прижимая сестру к себе одной рукой, а другой – развязывая галстук на ее блузке и расстегивая сюртук и жилет.

- Ну ты можешь это не прямо тут делать? – возмущенно фыркнул Шарль.

- Ей плохо! Она не приходит в себя!

- Да все с ней в порядке, это просто обморок от потери сил. Мне-то ты веришь?

Диего верил, но не особо. Однако тут к нему на помощь пришел боцман – он поднес к носу девушки свою табакерку, наполненную таким крепким табаком, что у оборотня чуть нюх не отбило. Диана громко чихнула и очнулась.

- О Господи, что это за дрянь? – пролепетала она.

- Отличный табак, мисси, – хохотнул Макрири, но тут же с тревогой обернулся и взглянул на капитана и носовую фигуру.

Молочно-голубоватое сияние угасало и сползало с яхты, словно ветхое покрывало, рассыпающееся на нитки от малейшего движения, а сам корабль стал издавать протяжные кряхтящие звуки, хотя море вокруг было совершенно спокойным. Сначала сияние стекалось к носовой фигуре, но вдруг мигнуло, на секунду исчезло, а потом сгустилось над палубой перед штурвалом.

- Смотрите! – прошептал Мируэ.

Диего и моргнуть не успел, как сияющий кокон рассеялся, и на палубе появилась высокая стройная девушка с пышными рыжими волосами, одетая в белое платье, больше похожее на рубашку до пят.

- Рина! – вскричал капитан Бреннон и бросился к девушке. Она со стоном упала ему на руки, лишившись чувств.

- Макрири, – отрывисто приказал Бреннон, – лечь в дрейф! Мы пока что сами по себе.

- Есть, сэр, – ответил боцман, и капитан, неся на руках девушку, скрылся в направлении своей каюты.

- Это еще кто? – ошеломленно выдавил Уикхем.

- Как это – кто? – сказал Шарль. – Вы что, до сих пор не поняли? Это его сестра!

Замок Шинберн, горная цепь Рундар

Элио пришел в себя... где-то. Он лежал на матрасе, набитом соломой, вокруг было душно, жарко и темно – горела лишь небольшая лампа, стоящая слева от матраса. А справа сидел на голом полу тот самый молодой белокурый бартолемит и пристально смотрел на юношу.

- Ну надо же, – ядовито заметил блондин, – пробудились! Наконец-то, и двух суток не прошло!

Элио оперся на локти, а потом сел. Физически он чувствовал себя прекрасно, к своему полному изумлению, но в голове все еще реял ворох чужих воспоминаний – тех двоих, кого поглотила Королева. Их чувства – по большей части чувство внезапного, парализующего ужаса – джилах ощущал в своем сердце как долгое, мучительное эхо.

- Где мы? – выдавил он.

- В кузне. В подвале.

- А... почему?

- Я тебя сюда притащил.

Романте несколько раз моргнул и почти робко прошептал:

- Зачем?

- Действительно, – медленно произнес братолемит, – зачем я тебе помогаю? Обо мне-то никто не заботился, когда я был на твоем месте.

Элио вздрогнул и невольно сжал руку в кулак. Неужели этот адепт тоже носил амулет Аль-Кубби? Но тогда почему Мальтрезе все время задавал столько вопросов, будто впервые видит амулет и носителя? Но если так... джилах окинул собеседника внимательным взглядом. Если так – то где его амулет? А если амулета нет – то как он от него избавился? И как бы его аккуратней об этом расспросить?

- Ты был на моем месте?

- Ты что, горное эхо? – огрызнулся адепт. – Или совсем идиот? Глаза протри, я – прошлый мальчик Мальтрезе. Просто я для его уже старый, мне уже двадцать, – на лице бартолемита появилась злая улыбка, – так что он нашел себе новенького, помоложе. Тебе шестнадцать-то есть?

- Что значит – новенького? – пролепетал Элио, от которого все время ускользала нить разговора. Этот адепт что-то пытался ему сказать, но Романте не понимал смысл его слов.

- Хотя меня он забрал, когда мне было четырнадцать. Так что тебе повезло... или нет. Если будешь долго выглядеть как сейчас.

- Я не понимаю...

- Чего тут понимать? Или в агенты только тупых берут? Мальтрезе трахает мальчиков и любит помоложе, потому он и приволок тебя сюда.

В ушах Элио зашумело, и он привалился к стене кузни. Да нет же! Нет! Не может быть!

- Экселенса, наверное, чуть удар не хватил, когда он узнал, что в замке будет шастать пленный агент Бюро, – продолжал бартолемит. – Впрочем, как только Мальтрезе за тебя возьмется, тебе уже будет... эй, эй, ты чего?!

Джилах сполз по стенке и закрыл глаза. Как с ним могло такое случиться?! Почему?! Но зато теперь, теперь-то он наконец понял, что значили все эти странные прикосновения, эти любезности, этот жадный взгляд, когда Мальтрезе смотрел на него, как голодный пес – на кусок мяса.

- Очнись! – бартолемит схватил Элио за плечо и грубо встряхнул. – Ты уже валялся в обмороке сутки, с тебя хватит!

- Но почему? – прошептал Романте. – Я же... я же некрасивый! Я джилах!

- И что? Джилахов нельзя трахать? А что до того, красивый или нет – это неважно. Главное, что ты ему понравился, и он будет добиваться...

- Да лучше умереть!

- Да? – холодно отозвался бартолемит. – Ну давай, умирай! – он отстегнул от ремня кинжал и бросил джилаху на колени. – Я тоже так думал, только умереть оказалось страшнее.

- Нет, – выдохнул Элио, – страшнее не умереть...

На миг он только представил, что Мальтрезе до него доберется – и его затошнило. Адепт сгреб юношу за шиворот и прошипел ему в ухо:

- Я не умер, вот и тебе нечего!

Элио зажал рот рукой и задрожал. А если... если Мальтрезе уже воспользовался, пока он лежал, усыпленный заклинанием? Если он уже...

- Ну, не скули! – бартолемит снова его встряхнул. Романте оттолкнул его, и молодой человек зло бросил:

- Что, я уже слишком грязный для тебя? Ну так ты будешь таким же – если только мы не убьем его и не сбежим отсюда!

Этот возглас наконец вывел Элио из ступора. Хотя его все еще била дрожь, он совладал с голосом и спросил:

- Ты хочешь убить своего... – он запнулся; глаза бартолемита дико сверкнули, и юноша отодвинулся от него, вжавшись в стену. При этом он вдруг заметил, что цепь, стеснявшая его движения, куда-то исчезла. Романте опустил взгляд к ноге и увидел, что от цепи осталось только кольцо на лодыжке и одно звено, болтающееся на этом кольце.

- А где цепь?

- Я ее спилил, – адепт пошарил вокруг матраса и показал Элио напильник. – Кольцо не смог, слишком плотная вязь заклинаний, а вот звено цепи распилить удалось.

Он держал напильник как кинжал, словно вот-вот готов был всадить его в грудь джилаха. Но все же этот странный адепт помог ему... и, с трудом подавив дрожь, Элио подумал, что сошел бы с ума, если бы ему довелось пережить хотя бы месяц того, что выносил этот молодой человек год за годом.

- Как тебя зовут?

Бартолемит долго молчал, сверля Элио тяжелым испытующим взглядом, и наконец процедил:

- Габриэль ван Эймс.

***

Снаружи уже наступила ночь. Габриэль укутал их покровом невидимости – поскольку браслет все еще оставался на руке Романте; как сказал ван Эймс, ключ от браслета был только у Мальтрезе, и никто из молодых людей не рискнул взламывать сложную вязь заклятия.

А раз браслет до сих пор на месте, значит, и с Королевой можно побеседовать, решил Элио, но, как бы он ни прислушивался к себе – он ощущал лишь ее присутствие, но не слышал ее голоса.

“Как животное, – подумал джилах, – наелась и спит”.

От мыслей о еде у него в желудке забурчало, и Габриэль прошипел:

- Ну тихо ты! Слышишь? Там наверху раздувают горн!

- Я хочу есть! – шепотом возмутился Элио.

- Ты же уже сожрал двух бартолемитов! Неужели не наелся?

- Мне нужна физическая пища!

- Зачем? – спросил Габриэль и с интересом добавил: – А что ты вообще такое? Выглядишь как человек, ведешь себя как истеричная девка, но я видел тела тех, кто тебе не понравился.

“Что я вообще такое”, – с горечью подумал Элио. Он уже почти совершил наибольший грех – предался нечистой твари с той стороны. И во что она его превращает?

- Я убил уже четверых твоих товарищей по Ордену. Тебя это не волнует?

- Нет, – фыркнул ван Эймс. – Плевать мне на них. Они считают меня шлюхой Мальтрезе, так что убивай их на здоровье, хоть всех. Ладно, пошли.

За разговором (если этот обмен мнениями можно назвать беседой) они уже поднялись по лесенке к люку, который закрывал спуск в подвал. Габриэль осторожно приподнял его, и в щель хлынул поток горячего воздуха. Кузнец и его помощник раздували горн, чтобы работать ночью, когда прохладнее. Дверь в кузницу они открыли – а то в ней можно было бы задохнуться.

- Идем, – еле слышно прошелестел Габриэль. Элио помог ему поднять крышку люка, и, пока кузнец с помощником стояли к нему спиной, молодые люди прокрались к двери и выскользнули наружу.

Прохладный воздух омыл Романте целительной волной. Он замер, глубоко, с наслаждением, дыша – духота в подвале доконала бы кого угодно.

- Идем! – Габриэль дернул его за руку. – Если хочешь есть, то нам лучше забраться в столовую для слуг. По ночам там никого нет, а буфет – есть.

Джилах покорно последовал за ним. Он знал, что ван Эймс не лжет – Королева щедро наделяла своего носителя одним даром за другим, и теперь Элио чуял, когда ему лгут.

“Неудивительно, – печально вздохнул он, – что многие не могли устоять перед искушением”.

Но как же эти люди справлялись с тем, что нечисть убивает и пожирает других людей? Неужели некоторым может быть настолько все равно? Неужели их никак не задевают ни боль, ни ужас, которые переживают жертвы нечисти в последние минуты? Эта смерть так мучительна, что Элио не был уверен, что даже Мальтрезе заслуживает такого конца.

Мысль о бартолемите, которую он едва подавил, снова появилась в его разуме, и по телу Элио прошла дрожь, и его затошнило. Это было даже хуже, чем страх перед пытками.

- Ну не трясись, мы уже пришли, – Габриэль выпустил руку джилаха и вытащил из кармана металлическую проволочку, согнутую по форме ключа. Похоже, он уже не первый раз обносил столовую для прислуги.

- Почему в замке столько слуг из халифата и эмиратов? – спросил Элио.

- Очевидно, потому что Шинберн находится в халифате. Мне кажется, даже ты мог бы об этом догадаться.

- Я догадался, – сухо ответил Элио. – Но где именно он находится?

- В горах Рундар.

- Рундар? – повторил Романте и следом за Габриэлем ступил в темную столовую; впрочем, темнота для него уже стала не темной, а прозрачно-сероватой, с приглушенными цветами. И тут в его голове щелкнуло: – Погоди, это замок барона Шинберна, что ли?!

- Ну да, – беспечно отозвался ван Эймс, распахивая дверцы буфета, из которого полились соблазнительные запахи пирогов и хлеба со специями. – Экселенс приказал немного его достроить и усовершенствовать, провести водопровод, канализацию и даже вентиляцию, а в остальном – все осталось почти как в двенадцатом веке.

“Не может быть! Как им удалось его заполучить?!” – Элио невольно завертел головой, хотя они были всего лишь в пристройке. Габриэль принялся выгребать из буфета на стол пироги и хлеб.

Замок, возведенный знаменитым бароном Густавом фон Шинберном семь веков назад, во времена войн за веру, когда Святой Престол пытался захватить побережья Аль-Тахмина, чтобы защитить земли христиан от халифатского флота! В этом замке Шинберн и его потомки почти сто пятьдесят лет удерживали перевалы в горной цепи Рундар, до тех пор, пока воины Божьи не покинули берега Аль-Тахмина окончательно.

Но Элио читал, что тогдашний халиф захватил все замки рыцарей церкви, и Шинберн тоже. Как же Орден ухитрился его отнять у халифов?

- А почему замок теперь у Ордена? Насколько я помню, халифы оставили замки себе, когда изгнали последних рыцарей церкви.

- Ну знаешь ли, деньги, – хмыкнул Габриэль, подталкивая к юноше пирог с орехами и грушами. – Все продается и все покупается. Экселенс подкинул отцу нынешнего халифа немного денег, чтобы тот заткнул дыру в бюджете, а тот взамен уступил нам немного старого хлама на территории Аль-Тахмина. В том числе этот крестоносный сарай.

“Так вот в чем дело! – озарило джилаха. – Вот почему мы не можем найти ни в одной стране Аданы по-настоящему крупную базу Ордена! Она прячется в халифате!”

А халифат стоит на пороге развала из-за гражданской войны, и от него отделяется один эмират за другим. Ох! Уж не попытается ли Орден убить Анира аль-Мунзира?!

Элио заработал челюстями еще быстрее – нужно было поскорее закончить с едой и найти способ передать сообщение в Бюро! Но как это сделать? Сам бы он не смог из-за браслета, а Габриэль не слишком-то заслуживал доверия. Кто помешает молодому бартолемиту тут же рассказать все Вальенте, как только тот спросит? Разве что убить ван Эймса – но...

- Не давись так. Никто нас тут не найдет. Они искали тебя весь день, устали и сейчас уже наконец решили обдумать свои действия, а не просто метаться по замку, как припадочные.

- А тебя разве не будут искать?

- С чего бы? Мальтрезе уже два года ко мне не прикасался, так что вряд ли внезапно захочет.

Элио передернуло от того, как равнодушно об этом сказал Габриэль. Как можно к этому привыкнуть!

- К тому же, если о твоем побеге дошла весть до экселенса, то Карло сейчас весь в поту пытается придумать себе такое оправдание, после которого экселенс не отымеет его раскаленной кочергой в зад. Ну что, давай уже избавим его от мучений?

- Погоди, дай подумать. Нас не должны поймать, и лучше все сделать так, чтобы в погоню за нами бросились как можно позже.

- Ага, – проворчал Габриэль, – понял, ты просто проголодался. Ладно, ешь, а то еще меня сожрешь.

Элио действительно уминал пышные пироги и ароматный хлеб с большим аппетитом – на еду для слуг Мальтрезе не скупился. Но думать все равно нужно было быстро. О том, чтобы послать сообщение напрямую в замок Бюро, и речи не было. Передать его на какую-нибудь опорную базу или в резиденцию кардинала? Но тогда агенты потеряют ценное время, пытаясь понять смысл послания, а его преосвященство слишком часто покидает свой дворец по делам. Элио не хотел рисковать, но хотел, чтобы послание как можно скорее дошло до тех, кто его поймет – то есть до агентов Уикхем или до мессира.

Может, отправить его в Ас-Калион? Но связь между Бюро и джилахской общиной едва наладилась, а еще юноше не хотелось тревожить досточтимого бен Алона, в его-то девяносто два. Но тогда, быть может, отослать весточку Арье? Он точно все поймет, но вот агенты... прошло уже несколько дней, может, они давно покинули Арбеллу в поисках Элио?

А еще послание должно быть зашифрованным, чтобы Габриэль не понял его смысла.

Так что Романте со вздохом пришел к выводу, что безопаснее всего будет отправить его Арье Агьеррину, с просьбой как можно скорее найти Уикхемов и передать его им. Вероятность, что ван Эймс знает древний благородный идмэ, стремилась к нулю.

- Все, пошли, – сказал Элио, поднимаясь из-за стола. – Мне нужна комната с зеркалом.

- Зачем... а! – Габриэль насмешливо усмехнулся, и джилах невольно положил руку на добытый в бою револьвер, но бартолемит больше ничего не сказал. Он встал и направился к двери.

- Здесь помещения для слуг, и нет зеркал. Но если ты не хочешь, чтобы нас застали за этим делом другие адепты, то лучше всего пойти в купальни.

“Купальни!” – с тоской подумал Элио. После подвала в кузне он был весь покрыт грязью и пылью, словно им вытирали полы. Но увы, вряд ли Мальтрезе будет ждать, пока он наплещется в горячей ванне. И уж тем более юноша не стал бы это делать при Габриэле.

- Разве там есть зеркала?

- К купальням примыкает цирюльня, где можно побриться и постричься. Не у всех здесь есть личные слуги, знаешь ли.

- Хорошо. Еще мне нужен карандаш и бумага.

- О Господи, – пробормотал ван Эймс, – опять какие-то требования! Неужели все это надо терпеть, вместо того, чтобы перерезать всего одну глотку?

- Ну так не терпи, – резко ответил Элио, которого это уже начало раздражать. – Ступай и убей Мальтрезе сам.

- Если бы я мог, – процедил братолемит.

- Ну ты как-то не очень и торопился в эти несколько лет, верно?

Внезапно Габриэль наотмашь ударил Элио по лицу, с такой силой, что юношу отбросило к стене. Ван Эймс сгреб его за горло, вдавил в стену и зашипел:

- Скажи это еще раз, джилахский выродок! Только посмей, и я тебя прикончу!

Элио вцепился в его руки, неожиданно сильные для такого с виду худощавого парня, и просипел:

- Я бы убил! Я бы пытался каждый день! Каждый раз, как он прикасается ко мне!

- Да что бы ты понимал, – вдруг прошептал Габриэль и отшвырнул его от себя. Элио слабо закашлялся, растирая шею. Хватка у молодого адепта была как бульдога.

И все же, прежде чем он отвернулся, Романте успел заметить выражение затаенной боли, мелькнувшее на его лице, и юноше стало стыдно. Он чувствовал, что Габриэль не лжет. В конце концов, подло попрекать жертву насильника тем, что она не смогла его убить.

- Извини, – сказал Элио.

- Чего? – вздрогнул ван Эймс.

- Извини. Мне нельзя было так говорить. Это было очень грубо и жестоко. Прости, пожалуйста.

Габриэль изумленно на него вытаращился, поморгал и пробормотал:

- Э... ну ладно... пойдем в контору. Тут есть надсмотрщик над слугами, он ведет учет их работы и оплаты. У него в конторке должны быть бумага и карандаш.

***

По ночам в горах всегда холодает, и когда молодые люди вышли из пристройки для слуг, по лицу и рукам Элио скользнул холодный ветер. Было уже около полночи, кругом царила непроглядная тьма – даже джилах с трудом различал что-то, кроме очертаний. Но Габриэль ориентировался во внутреннем дворе довольно свободно – видимо, часто гулял тут ночами.

“Интересно, почему он не пытался сбежать? – подумал Романте. – Или пытался, но его ловили? И может ли Мальтрезе использовать его, как слепую приманку?”

Вдруг Габриэль ведет в ловушку, сам того не зная, потому что Карло решил воспользоваться его желанием отомстить?

- Ты не боишься?

- Чего?

- Если нас поймают, Мальтрезе тебя убьет.

- Не убьет, – недобро ответил ван Эймс. – Больно будет, но не до смерти. Он не выбрасывает свои игрушки, даже если они ему надоели.

Элио заткнулся. Он даже думать не хотел, каково так жить – и не ждет ли это его самого...

“Я лучше умру!”

Они пересекли двор и добрались до купален – белеющего во тьме квадратного пристроя с плоской крышей под хлопающим на ветру тентом. Габриэль подергал дверь, прошипел “Заперто!” и зашептал заклинание над замком. Элио в этом время следил за тылами – но двор был пуст. Никто к ним не подкрадывался, и это уже настораживало. Не мог же Мальтрезе просто так бросить поиски своей добычи.

Внутри купален было прохладно из-за мрамора, покрывающего стены, и темно-алого гранита на полу. В первом помещении, как и говорил ван Эймс, располагалась цирюльня с рядом зеркал вдоль самой длинной стены. Элио нащупал в кармане сложенный лист бумаги с письмом для Арье.

- Ну что теперь? – нетерпеливо спросил Габриэль.

- Ты умеешь пользоваться зеркалами для передачи посланий?

Бартолемит фыркнул:

- Нет, конечно! Мальтрезе не дурак – такому меня учить.

“Черт его побери! Ну ладно”.

- Тогда я тебя научу.

- О! – насмешливо воскликнул Габриэль и шутливо поклонился. – Прошу вас, великий наставник!

Это прозвучало так похоже на шуточные перепалки между Шарлем и Паоло Челлини, что у джилаха от тоски заныло сердце. Как же он хотел домой! В замок! К Диего, к Диане, ко всем, кто был ему так важен! Чего бы он не отдал, лишь снова увидеть их всех – и его преосвященство...

- Тебе нужно составить чары связи. Это использование зеркальной тропы, но не для открытия портала, а для перемещения небольшого предмета.

- Че-го? – медленно повторил ван Эймс.

- Разве ты этого не знаешь?

- Я впервые об этом слышу! Будь оно проклято! Так вот как им удается так быстро скакать туда-сюда, из замка в замок! Вот как он притащил меня сюда, – прошептал Габриэль. – Я уснул дома, а проснулся здесь!..

- Для успеха чар тебе нужно связать между собой два зеркала и проложить между ними зеркальный след. Тропа используется для перемещения людей – по одиночке и группами. Нам это пока не нужно...

- Что значит – не нужно?! Научи меня, как открыть эту чертову тропу, и мы сбежим отсюда!

- Не убив Мальтрезе?

Габриэль смолк, кусая губу.

- К тому же ты не сможешь проложить тропу. Заклятия порталов – одни из самых сложных. У нас больше шансов погибнуть или навсегда затеряться в лабиринте троп между зеркалами, чем выбраться оттуда.

“Именно поэтому мы и пользуемся амулетами”, – мысленно добавил Элио, но вслух говорить не стал. С просвещением можно и обождать, пока не будет решена главная задача.

- Ладно, – после некоторого размышления сказал ван Эймс, явно недовольный, – давай сюда свои чары.

Элио был невысокого мнения о своих педагогических способностях (в отличие от Диего Уикхема, который сам колдовал плохо, но научить этому мог даже камень) – но Габриэль оказался весьма способным. Он не сразу уловил принцип, по которому работает связь по зеркальной тропе, но уже с четвертой попытки сумел создать довольно устойчивый, пусть и очень узкий коридор – между зеркалом в цирюльне и зеркалом в кабинете Арье Агьеррина; Элио запомнил его еще с первого визита к личному врачу эмира на случай, если понадобиться установить связь с мессиром и замком.

- Мы туда не пролезем, – с некоторым разочарованием отметил Габриэль, – даже ты, хоть ты и чуть побольше крысы. Но мы ведь можем позвать того, кто с той стороны?

- Нет, – покачал головой Элио, – для разговора человек с другой стороны тоже должен использовать заклятие связи.

- Тогда почему чтобы бросить туда твое письмо достаточно проложить путь только с нашей стороны?

- Потому что это два разных типа чар. Мы, то есть ты, сейчас создал крошечный портал, с точками входа и выхода, вот, смотри, – Романте достал из кармана сложенный в компактный квадратик лист бумаги с посланием для Арье и бросил его в зеркало. Оно поглотило листок, словно вода, но уже через секунду листок выпал из зеркала в кабинете Агьеррина на его стол. Ван Эймс восторженно присвистнул. – А чтобы поговорить, нам нужно передать звук через тропу, то бишь нам требуется некий приемник с той стороны, к которой мы обращаемся, готовый принимать звук.

- Ясно. Ну что ж, дело сделано, пойдем теперь к Мальтрезе. И так задержались.

Элио стало не по себе. То есть не то что бы Мальтрезе вызывал у него какие-то чувства, кроме страха и отвращения, но...

- А он будет мучиться? – с интересом спросил ван Эймс. – Ну, когда ты убиваешь людей – это мучительная смерть?

- Да.

- Отлично! Но если ты захочешь поистязать его подольше – то ни в чем себе не отказывай.

Романте отступил от юного бартолемита. На его лице появилось странное выражение – одновременно мечтательное и хищное, и снова вспыхнул этот дикий огонь в глазах, словно у голодной рыси.

- Где его покои? – спросил Элио.

- В главной башне, разумеется. Ты уже там был, хотя, конечно, отсюда дорогу не найдешь. Идем.

Они вышли из купален, и в тот же миг весь двор озарился ослепительно ярким светом. Джилах даже вскрикнул от неожиданности и зажмурился. Под веками поплыли цветные круги; а затем все тело вдруг обмякло, и Элио рухнул на плиты двора. Рядом с ним упал Габриэль, тоже опутанный парализующими чарами.

- Так-так, – раздался мягкий, даже дружелюбный голос Карло, – ну наконец-то нашлись. Я уж начал было волноваться, не случилось ли с вами какой неприятности.

Элио открыл глаза. Веки были единственным, что еще шевелилось. Он увидел приближающиеся к нему ноги в сапогах и ботинках, затем двое человек подхватили его под руки и подняли, а третий – поймал за подбородок и поднял его голову. Свет болезненно ударил в глаза юноши, и он снова зажмурился.

- Что делать с этим вашим? – спросил кто-то из бартолемитов. Габриэль издал болезненно-злобное шипение.

- Не трогай его, – сказал Элио. – Он тут не причем. Это я его заставил.

- Заставил сделать что?

- Помогать мне. Я приказал ему спрятать меня в кузне, снять с меня цепь и рассказать о том, что это за замок и где он находится.

- Гм. И как же вам это удалось?

Романте приоткрыл глаза и прошелестел:

- Что, прямо на тебе показать?

Мальтрезе отпустил его и отступил. Видимо, угрожающий тон, который Элио попытался придать голосу, вышел достаточно зловещим.

- Вы снова убили двоих моих людей. Должен сказать, я не очень одобряю столь откровенный каннибализм и готов принять некоторые меры...

- Если ты будешь меня пытать, то я не смогу это сдерживать, – быстро сказал Элио, у которого холод прошел по всему телу при одной только мысли о том, какие меры могут использовать бартолемиты.

- Что – это?

- То, что внутри. То, ради чего делают амулеты Аль-Кубби.

Среди адептов Ордена пронесся слабый шепоток. Мальтрезе нахмурился и отступил еще на шаг. Теперь Элио наконец-то увидел Габриэля – его держал за шкирку, как котенка, низкорослый, широкоплечий бартолемит, который схватил Романте на острове Агьеррина. Ван Эймс исподлобья смотрел то на Карло, со страхом и ненавистью, то на Элио – с каким-то странным, почти детским удивлением.

- Мессир, – начал было один из бартолемитов, – может, стоит запереть эту тварь в камере внизу?

- В камеру отправьте этого, – после секундного размышления решил Мальтрезе и кивнул на Габриэля. – Юного джилаха отнесите в его комнату.

- Но мессир! Он же перебьет нас всех до единого!..

Внезапно прямо над головой Романте раздался удар колокола. Часовая башня находилась совсем рядом, и когда колокол на ней стал отбивать полночь, то этот низкий, вибрирующий звук прошил тело юноши насквозь и вырвал из его груди пронзительный крик. Боль, разрывающая каждый нерв, была такой сильной, что даже в путах парализующих чар он забился в конвульсиях. По телу вновь потекло тепло от узора из знаков Бар Мирац, но колокол был слишком близко, слишком громко, слишком...

Элио с хриплым стоном повис в руках бартолемитов. Мальтрезе наклонился над ним, обдав запахом дорогого одеколона, и прошептал:

- Ну надо же, как интересно. Неужели мы случайно нашли способ вас обезвредить?