Красное и чёрное[часть 2]

Мантия — невидимка

— Вчера я побывал у Дамблдора, и мне кажется, что директор не очень — то доверяет папе, — сказал Гарри за ужином Гермионе, — а ещё, он словно не верит, что он мой отец. Это же глупо!

— Знаешь, Гарри, — Рон прожевал свой тост, прежде чем продолжить, — если бы я не знал, что Снейп — твой отец, я бы тоже не стал ему доверять.

— Что?

— Да, Гарри, не обижайся, но я слышал, многие не верят, что он твой отец. Мои родители считают, что он просто тебя усыновил и ты очень сильно похож на Джеймса Поттера, а не на Снейпа. Может, он подделал документы?

— Да, как ты смеешь! — Гарри вскочил со своего места. — Я — Снейп! И всегда был и буду Снейпом. Тебе это ясно? Я не позволю никому сомневаться в моём отце, — прошипел он, склоняясь над Уизли.

— Гарри! Гарри, что с тобой? Успокойся, Рон совсем не это хотел сказать! — вступилась Гермиона.

— И ты тоже так считаешь? — мальчик повернулся к ней.

— Нет, Гарри, но многие факты говорят…

— Мне плевать, что говорят факты. Единственный факт, который вы должны запомнить, это то, что Северус Снейп — мой отец, хотите вы этого или нет! — крикнул Гарри так громко, что все присутствующие в Большом зале обернулись и теперь смотрели на него.

Маленькая фигурка мальчика источала такую угрозу, что под потолком над ним начала собираться гроза.

Драко поперхнулся и громко — громко закашлялся.

В этот самый момент, когда Гарри произносил последнее предложение, в Большой зал вошёл Северус и застыл в дверях, увидев эту картину.

— Папа! — мальчик увидел своего отца и бросился к нему. Северус не успел даже что — то сообразить, когда мальчишка врезался в него и обхватил руками его талию. — Ты самый лучший папа! Я люблю тебя больше всех. Не слушай никого! Я постараюсь быть для тебя самым замечательным сыном.

Директор, сидящий на своём «троне», померцал глазами и достал платок, пустив слезу умиления.

Северус только развёл руками и успокаивающе погладил мальчишку по голове.

— Я знаю, Гарри. Что случилось? Кто тебя обидел?

У мальчишки уже давно не было подобных истерик.

Дамблдор тем временем, наблюдавший за этой сценой из другого конца зала, улыбался своим мыслям. Всё шло ровно по плану.

Вечером Гарри быстро лёг спать и отвернулся к стене. Разговаривать ему ни с кем не хотелось, особенно видеть физиономию Рона. Но мальчишке совсем не спалось и, дождавшись, когда его соседи по комнате уснут, он выскользнул из кровати и достал из сундука мантию — невидимку. Накинув её, мальчик отправился на прогулку по Хогвартсу.

Добравшись до пустынного коридора, Гарри снял с себя мантию и пошёл без нее, держа перед собой палочку с люмосом.

Проснувшиеся портреты зашептались.

— Это же Гарри Поттер… Тот самый мальчик, который выжил… Гарри Поттер… — перешёптывались портреты, пока гриффиндорец шёл по коридору.

Внезапно Гарри услышал шаги и голос завхоза и, накинув мантию, бросился бежать.

Прямо перед ним была дверь. Мальчик прошептал заклинание, и она открылась. Это была его единственная надежда. Он проскользнул в нее, задержав дыхание, и тихо закрыл. К своему облегчению, он ухитрился сделать это незаметно. Прижавшись к закрытой двери, он с облегчением выдохнул. Он уже хотел скинуть мантию, как услышал чьё — то рычание. Обернувшись, гриффиндорец увидел огромного чёрного трёхголового пса, который обнюхивал комнату, пытаясь найти источник шума. Гарри зажмурился. Это было ужасно, когда одна голова пса стала нюхать воздух прямо рядом с ним, мальчишка не выдержал и, распахнув дверь, выбежал обратно. До своей гостиной он добрался бегом. Свалившись на кровать, он лежал и не верил, что смог спастись. Мальчик ещё полчаса таращился в темноту, прежде чем смог уснуть.

Наутро Гарри проснулся рано и ушёл на завтрак раньше остальных. В обед, позанимавшись с Гермионой в библиотеке, гриффиндорец отправился на следующее занятие. Последним уроком у них были спаренные чары со Слизерином, и Гарри решил поговорить с Драко после урока, потому что его распирало от обилия информации, да и делиться больше было не с кем. Гермиона ухватится за то, как он мог гулять по ночам и что за это могут исключить, а с Роном у мальчика были крайне натянутые отношения.

— Но как ты вообще осмелился пойти ночью гулять по Хогвартсу? — воскликнул Драко, услышав первые же слова Гарри о том, что тот видел ночью.

— Драко, я знаю, что ты мне друг и не расскажешь никому о том, что сейчас услышишь. Я прав?

— Ну да, — Драко пожал плечом.

— Не «ну да», а никому не расскажешь, что бы я тебе не рассказал и не показал. Обещаешь?

— Обижаешь, Гарри, — любопытство уже переполняло слизеринца.

— Ну, хорошо.

И Гарри рассказал Драко о мантии — невидимке и своей ночной прогулке.

— Так значит, Джеймс Поттер оставил тебе столь ценную вещь в наследство?

— Так сказал Дамблдор.

— Если ты и в правду не его сын, тебе крупно повезло.

— Что ты хочешь сказать, говоря если?

— Все знают, что ты Поттер, — не выдержал Драко.

— Да что же это такое! — выкрикнул мальчишка.

— Не будь дураком, Поттер. И не отнекивайся.

— Сам такой! И раз так, то не нужна мне эта мантия! — Гарри бросил её в слизеринца.

— Постой, Гарри! — Драко хотел догнать мальчика, но тот как сквозь землю провалился.

Повертев в руках мантию, Драко положил её в сумку и отправился в Большой зал на ужин.

Гарри тем временем, всхлипывая от обиды, спустился в подземелья. Но не пошёл к отцу, как хотел сначала, а свернул в совсем другой коридор. Там, в укромном уголке он присел на как специально для уединения поставленную скамейку и, прижав колени к груди, невидящим взглядом уставился в каменную стену.

А что если его и в правду обманули? Такое возможно. Тогда он мало чего соображал, только мечтая поскорее заполучить семью.

Нет! Такого не может быть! Его родители самые лучшие в мире и ему наплевать на то, что об этом думают Уизли и Малфой, и… и вся школа.

Весь вечер Драко места себе не находил в поисках друга. Он знал, что обязательно должен найти его. И во что бы то ни стало помириться с ним и вернуть мантию.

— Уизли, ты не видел Гарри?

— Не видел. А что тебе от него надо, Малфой?

— Это не твоё дело, Уизли.

— Не моё? Да если бы не ты, слизеринский гадёныш, Гарри не сбежал бы. Что ты ему сказал? Я вас видел, когда он убежал.

— То же, что и ты, Уизли.

— Мальчики, не ссорьтесь, пожалуйста, — подбежала к ним взволнованная Гермиона. — Мы должны найти Гарри, ведь он может быть в опасности.

— Грейнджер права, — сказал Драко, задумавшись, — он может быть где угодно.

Памятуя о трёхголовой собаке из рассказа Гарри, он содрогнулся.

— Вы двое обследуйте верхние этажи, любые места, где он может прятаться, а я посмотрю на нижних.

— А что это ты раскомандывался? — возмутился Рон, но был утащен Гермионой от греха подальше.

Слизеринец решил заглянуть в библиотеку, в которой в столь позднее время было почти пусто. Мадам Пинс уже выгоняла засидевшихся книгочеев в их гостиные и, увидев Драко, сказала ему отправляться в подземелье.

Драко, дабы не привлекать к себе внимание, надел мантию — невидимку и пошёл по одному из коридоров, ведущему из библиотеки, моля Мерлина, чтобы только не заблудиться. Вдруг он услышал голоса префекта Гриффиндора — Перси Уизли и профессора МакГонагалл. Быстро сообразив, что встреча с ними была бы не желательна для слизеринца в такой час, да ещё и вблизи библиотеки, мальчишка стал искать пути к отступлению. Драко прирос к месту, когда Уизли и МакГонагалл завернули за угол. Конечно, они не могли его видеть, но коридор был узким, и если они пройдут рядом, то неминуемо наткнутся на него — плащ не делал его бесплотным. Он попятился назад так быстро, как только мог. Слева от него дверь была приоткрыта. Это была его единственная надежда. Он проскользнул в нее, задержав дыхание и пытаясь не задеть дверь. К счастью, он сделал это успешно, и они ничего не заметили. Уизли и МакГонагалл прошли мимо, и Драко прислонился к стене, прислушиваясь к тому, как их шаги исчезают вдалеке. Еле — еле пронесло. Прошло несколько секунд, прежде чем он рассмотрел комнату, в которой оказался.

Она выглядела, как заброшенный класс. По стенам один на другом стояли столы и стулья. Но возле одной стены было что — то постороннее, как будто убранное сюда подальше от лишних глаз. Это было величественное зеркало высотой до потолка, в богатой золотой раме, стоявшее на двух когтистых лапах. По верху его была вырезана надпись: «У джедан юун йата оцилен юаж артоя». Драко подошел к зеркалу, желая взглянуть на себя и увидеть отражение, и встал перед ним. Ему пришлось зажать руками рот, чтобы не вскрикнуть. Он повернулся вокруг себя. Его сердце забилось с бешеной скоростью. В зеркале Драко увидел не только себя, но и ещё одного человека. Но комната была пуста. Часто дыша, он медленно повернулся обратно к зеркалу.

Да, в зеркале отражался он, побелевший и испуганный, и рядом с ним стоял высокий темноволосый мужчина и весело улыбался ему. Драко вздрогнул, когда человек в зеркале положил руку на плечо зеркальному Драко и ободряюще сжал её, а на лице мужчины выразилось чувство похожее на гордость за своего… сына?

Драко закрыл рот ладонью. Он понял. Этот человек был его отцом. Драко уже заранее знал о многих магических предметах, но зеркало… Что за свойство у этого зеркала он не знал. И, подойдя чуть ближе, он заглянул в карие глаза отца. Неожиданно дверь в комнату заскрипела. Драко оглянулся, но не увидел никого. Решив, что это был ветер, мальчик, всё ещё боясь скинуть мантию, ещё раз взглянул на отца, выбежал из комнаты и отправился на поиски Гарри. Решив, что после библиотеки его можно найти в подземельях, Драко отправился туда.

Драко словно на автомате шёл к тому месту, где несколько дней назад в тоске провёл полночи. Одинокая скамейка в тупике подземелья на этот раз не была одинокой. На ней, свернувшись калачиком, спал маленький темноволосый мальчик. Слизеринец подошёл к нему и, узнав Гарри, вздохнул с облегчением. Сев рядом, он сбросил мантию — невидимку и укрыл ею Гарри. Посидев немного в тишине, он задумался о том, кто же этот мужчина в зеркале…

Сквозь сон Гарри почувствовал, что его накрыли какой — то легкой тканью, и сразу стало так тепло, что он снова провалился в сон. Но через минуту осознание того, что он спит не у себя в спальне Гриффиндора, заставило его распахнуть глаза.

— Драко? — он увидел блондина, который задумавшись сидел на краешке скамьи.

Драко повернулся к нему, и какое — то время просто смотрел на него.

— У тебя, что своей спальни нет, придурок? — проговорил слизеринец беззлобно. — Я тебя по всему замку искал. Думал, что тобою твой трёхголовый пёс поужинал.

Гарри посмотрел на своё невидимое тело и вздрогнул и, осознав, что это мантия — невидимка, скинул её с себя.

— Зачем ты меня искал?

— Я же твой друг, как — никак, — пожал плечами Драко, — да и твой хлам мне не нужен, — неопределённо махнув рукой на мантию, ответил Драко.

— Я ещё никому о ней не говорил и хочу отдать её тебе. Я не знаю, как её использовать. Мне кажется, эта вещь действует на меня как — то необычно. Когда она со мной, кажется, будто я всесилен. Мне не нравится это чувство. Ни к чему хорошему оно меня не привело прошлой ночью. Может, тебе она будет полезнее.

— Но почему мне?

— Не знаю, — Гарри пожал плечами, действительно не понимая, почему ему хочется отдать мантию именно Драко, — я просто чувствую, что ты используешь её с умом, как сказал Дамблдор.

— Спасибо, Снейп. Я возьму её, но потом не пожалей, — прищурился Драко. — Это же очень полезная вещь, если ты хочешь пошалить.

— Но ты ведь захочешь принять участие в моих шалостях, — прищурился Гарри в ответ.

— Вот хитрюга, — поворчал Драко, улыбаясь.