Кровь Архов. Книга третья

Глава 15

Проснулся я с первыми криками петухов. Пока посещал уборную, умывался, приводя себя в порядок, все находки в амбаре были спрятаны, я с амулетом сканера ещё пробежался. А внедрил в блок опознавания уже рубин. Семь засветок. Сколько имение стоит, терять должны, но для такого времени, имению больше ста лет, что-то маловато. Причём, три из них, в озере. Утопили видимо. Незаметно достать смог только три, два выковырял, и за одним вошёл в воду по грудь, нырнув. Хоть взбодрился, да и помылся, пока хозяева не видят. Баню мне посещать нельзя, вот так отмывался. Ну и как позавтракал, был поднят на крышку. Тут я все камни огранил и стал спокойно их заполнять. Следующей ночью снова поисками займусь. Самое главное, у кузнеца, что при имении был, я смог выпросить медную пластинку. Где-то десять на пять сантиметров. Для чего не знаю, но металл толстый. Почти четыре миллиметра, самое то. А что, медь подходит для создания амулета, продержится пару лет точно. Так что я активно заполнял накопители, раз у меня их теперь четыре. Стоит это сделать. А также мысленно, щупом вырезал рунные цепочки. А создавал, понятно, лекарский амулет, универсальный, с опцией диагноста. Работал почти весь день. С перерывами на приём пищи. Причём делал вид что поглядываю вокруг, да вставал, по коньку ходил, разминаясь. Пока всё вокруг тихо и это радовало. Два дня я потратил на пластину, и сделал-таки амулет. Всторенная цепочка зарядки позволяла мне использовать амулет, не тратя ману из своего источника. Для начала провёл диагностику, ну и стал потихоньку лечиться.

К слову, есть стал больше. Голодным постоянно был, внешне раны не трогал, внутри все заживил. Вообще немало где нужно приложить руки и лекарский амулет, но это позже. Главное слабость уходила, уже заметно лучше себя чувствовать стал. Вот так одиннадцатого августа, спустившись, уже стемнело, добыл остальные рубины, доставая из украшений, и маной граня их в накопители. За эти двое суток я только один накопитель и смог заполнить и процента на двадцать второй. Ну маленький у меня источник. Однако качался, прокачивал Дар, тем более знаю, что делать для быстрой прокачки. Но это не в ближайшее время, оставил на будущее. Да, одно украшение которое по рубину нашёл, в озере, брошь, также имело три изумруда. С рубинами я закончил, вокруг имения побегал, ещё два камешка нашёл, потому в блок опознавания слепок изумруда вставил, тут уже находок одиннадцать было. Не все камни гранил, некоторые украшения готовил к продаже, очищая и пряча в тайник. Впрочем, я считал, что готов, поэтому утром двенадцатого августа, когда помещик вышел на крульцо, причём не спеша, попивая кофею из стакана, я скатился по жерди, и подбежав, сообщил:

– Здравствуйте, Анатолий Сергеевич. Я добыл, – и показал открытую ладонь, на которой лежала стопка монет, десять рублей серебром.

Сказать, что тот удивился, значит, ничего не сказать, но кивнул, и велел идти за ним. Кстати, мне рванные брюки выдали, поверх рубашка. Это штаны Ивана, отстирали от крови и зашили, но с заплатами ходить как-то не то. В кабинет владельца поместья прошли, тот оставил меня стоять перед столом, принял и пересчитал монеты, и достав лист бумаги, потом перо, красивое, белое, с железным наконечником на конце, открыв чернильницу, макнув, и стал выводить первые вензеля букв. Кстати, очень красиво писал. Потом велел раздеться, и внёс информацию по меткам на теле, особенно ранениям, чтобы было ясно, документ действительно мой, не скрал у кого. И возраст указал. Достал книгу учёта из сундука, там выписка по рождению Ивана, и вписал данные из неё. Дальше расписался, поставил печать, у того своя была, и просушив, протянул лист мне, говоря:

– А так как теперь ты не мой крепостной, нечего тут тебя делать. Или работа нужна? Пять медяков в месяц буду платить, с кормлением, когда поправишься.

– Благодарствую, Анатолий Сергеевич, но я дальше сам.

– Я так и понял. Свободен. Сегодня можешь в имении побыть, а завтра, чтобы духу твоего тут не было. Понял?

– Да. Просьба только, продать мне справную одежду и обувь. Есть ещё один рубль.

– Я скажу Клавдии, она подберёт из того, что осталось от сыновей. Там есть и хорошая одежда.

– Спасибо.

Все находки я уже перенёс к опушке, прикопав, при мне особо ничего и не было. А мало ли обыщут? Однако одна монета заначена была, её и передал, тот принял, на этом и покинули кабинет, я аккуратно нёс лист бумаги, пока не сворачивая в трубку. Или в рулон, не помню, как правильно. Вот так к Клавдии, та ключница в господском доме, следит за имуществом и сундуками, где старая одежда господ, это тоже под её присмотром. Анталий Сергеевич при мне сообщил той, чтобы хорошо одела в то, что от сына осталось, а дальше уже та со мной работала. Подобрала исподнее, один комплект. Потом хороший серый костюм, с небольшим картузом. Ботинки разношены, но в хорошем состоянии, носки для них. Я ещё попросил лёгкую кутку и получил её, коричневого цвета. На этом всё. Тонкий ремешок пояса был, поправил, уже одет, ковыляя в ботиках, а ноги стоптаны, Иван всю жизнь пробегал босиком, только зимой в лаптях и чунях, так что ноги нужно поправлять. Я взял копию ног одной из барышень, её ноги к обуви привычны. Так что пообедав, а время обеда, меня вполне покормили, я ушёл в амбар, и там сначала одну ногу привели в порядок, убирая или подрезая хрящи, натоптоши, то есть, готовил ногу к обувке. Ну непривычны те. Одну и сделал, а слепка второй у меня не было. Не совсем удобно, но хоть так. Всё бы хорошо, но дворня замучила, бегали, узнавали, правда ли я вольную получил, выкупившись? И поражённые уходили. Лист вольной пока спрятал. Чуть позже слепок второй ноги взял, и тут поработал со своей. Всё, ноги в ботинках уже не казались чугунными колодками, проще использовать стало, потому расхаживал. С опарного столба взял два пустых накопителя, вот и сливал, медитировал и сливал. Когда стемнело, взяв все заполненные накопители, а таких было два, мне хватит для начала, позже удалю хранилище и поставлю новое, куда больше, когда запаса маны станет больше. Ну и развернул хранилище. А в магической базе знаний были готовые плетения, я просто собрал их, поставив шины, запитал, и развернул хранилище, пустив всю ману из источника, он полный, и обоих накопителей. Да, тут хранилище на плетениях, не рунах.

– А неплохо, – пробормотал я, прикинув размеры.

Тонн тридцать точно есть. Кач запустил, хотя с ним пока не привычно. Ну и пока темно, сбегал, заодно осваиваясь в одежде и обувке, в лес. На опушке обернулся, глядя на спящее имение, сюда я же больше не вернусь. Да уж, почти два месяца тут провёл. Тряхнув головой, забрал своё из схрона на опушке и дальше до дерева, где висели оставшиеся трофеи. Прибрал и их, приготовив оружие к бою. Вот так двинул по лесу к дороге на село. Приметив кабаньей выводок, подстрелил три подсвинка, ледяными сосульками. Из четырёх амулетов в камнях два рассыплись пылью, не выдержали. Это климата был и личной защиты, но боевой, ночного зрения и сканер пока работали. Кабаны сбежали, пугнул их страхом, типа инфразвука, ну и подойдя, просто прибрал три туши в хранилище, потом разделяю. А добежав до дороги, уже дальше рванул в сторону села. Тут и обувку проверяю, ноги свои модернизированные, и выносливость. Ничего, два километра отмахал, пока тяжело дышать не стал, обливаясь потом. В речке искупался, и там же на берегу, в километре от села и устроился отдохнуть у камышей. Сразу уснул как курткой накрылся. Кстати, лист вольной уже убрал в хранилище. Теперь там хранится, мой первый документ. Хочу попробовать прожить жизнь Ивана Сахарова, как у меня это получиться, и получиться ли?

Спать у речки, без магической защиты, ещё то «удовольствие», утром, когда рассвело, слепни заели, так что отряхнувшись, ещё раз искупавшись, одел чистую одежду, и поспешил к селу. Да, спал в той рубахе и драных штанах в которых уже какую неделю прожила, живя на крыше амбара. Сохранил их. Хорошую одежду прибрал. Правда, сейчас достал и надел, и вот выйдя на дорогу, поглядывая на деревенских, что выгоняли скот на луг, пастухи принимали, прошёл к сельской церкви. Не большой, но свой священник тут имелся. Пришлось на лавке у его избы подождать, пока откроют церковь. Единенный магазин, лавочник держал, тоже закрыт. А трактира в селе так и вовсе не было, тут нет тракта, был бы, поставили, а без него путников мало, разорились бы. Если путники были, к старосте бы шли. У него дом большой, пара свободных комнат всегда есть. Или к кому из сельских.

Принюхавшись, определил где пекли хлеб, обошёл и договорился о продаже. Священник довольно долго изучал лист вольной, и нехотя, подтвердил. Выписку из церковной книги он дать может. Это второй документ, что я собирался получить. Чуть высунув язык, тот написал, довольно аккуратно выписку, изучая из книги учёта всё по Ивану Сахарову. Там отмечено кто родители, и остальное. Ну и выдал. За это я пожертвовал один серебреный рубль. Считал, что так нормально, тем более я ношу крестик, да и Ивана тут крестили, хотя конечно веры у меня нет. Ещё один бог. После этого посетил лавочника. Тот уже открыл лавку. Продал тому три куска металла из серебра. Долго изучал, но выдал десять гривенников. Вот крохобор. Впрочем, на эти деньги и приобрёл, у него же, мешок риса, китайского, и мешочек гороха. Дорогой чай, давно хочу, а в имении нам его не давали, только для господ. Ну и крупу для супа и картошки полмешка. Вынесли и прибирал незаметно. Потом пробежался и выкупил шесть караваев хлеба, ещё горячих. Также одна хозяйка два кило солёного сала продала. Недавно засолила, недели нет. Только после этого я двинул к тракту, чтобы выйти на дорогу на Чистополь. До тракта тут было километров семь, а там ещё около двенадцати и сам уездный городишко. Оттуда я планировал рекой и до Казани. Вот там все покупки и буду совершать, а не тут где интересного нет. А если есть, то стоит очень дорого. Двигался я километр бежал, километр спокойно шёл, отдыхая. Всё же физическое состояние было низким после ранения, нужно побольше есть и двигаться. По пути сделал бутербродов, от варнака два крепких тесака осталось, очень острых. Сало с хлебом, отлично пошло. Так до тракта и добрался, пройдя мимо деревушки, где кстати и жил Иван с семьёй, пока мор не случился. Я постарался побыстрее её пройти, хотя деревня вполне жила, видно людей.

Понятно сканером работал постоянно. Да пока по лесу, как вещи свои забрал, бежал, насколько раз останавливался. Блок снова на серебро был поставлен. В первый раз это была ложка, очистить, можно использовать. Во второй раз явно спрятанный поднос, но давно, дерево вросло и измяло того, так что только на продажу как металл. Я извлёк из дерева поднос хранилищем, стараясь не навредить дереву. Ну и третья находка, кошель с монетами. Причём, от кожи ничего не осталось, монеты слиплись, да и слишком старые. Тут и золотые были. Им лет сто, тоже очищать надо. Хорошее находки. Вот и тут по деревенской дороге двигаясь ещё семнадцать таких же находок, но уже золотых, в двух были камушки. И только один годился для накопителя. Его и превратил в камень. Ну и на тракте находки пошли куда чаще. В разы. Каждые сто метров останавливался. В одном месте полчаса возился, доставал из земли находки, шесть штук было. Тут потери шли куда больше. Так и добывал, пока амулет-сканера не осыпался. Остался боевой, ночного зрения ночью в песок превратился. Что-то камни ещё меньше продержались, как я думал. Ну сканер понятно, постоянно использовал, вот и не выражал, а остальные что? Впрочем, я даже рад, теперь иду к городу не морщась, что что-то под ногами остаётся. Время к вечеру уже было, но меня это не обеспокоило, спокойно себе добрался. Рынок уже не работал, поздновато прибыл, всё из-за находок. Зато поел в харчевне, щей со сметаной, каши с рыбой, что-то как-то привык я к ней, даже с собой купил готового, пирогов шесть штук, щей в котелок до полного. Тот самый котелок, от бандита, его помыли. Дальше на пристань побежал, к берегу Камы. А вот тут повезло, из двенадцати судов, есть одно попутное. Стояла ладья, на погрузке, скоро отходят. Как раз на Казань и идут. Колёсные паровые пароходы пока редки, но есть, на них как на чудо сбегаются посмотреть, но очень мало. Так что, когда темнело, грузовое судно как раз отошло от берега, и поставив парус, а ветер попутный, мы потянули к фарватеру, а там и вниз по реке, в сторону Волги.

Само плаванье занимало пять дней, хотя тут километров сто пятьдесят, и дважды попутный ветер был. Приставали к пристаням городков или сёл, там ночами стояли, или разгружались. Я в основному на палубе находился. Да за перевозку на палубе и оплатил, мне выдавали тюфяк и одеяло вечером, как и матросы на палубе спал. Основное время сидел у борта, медитировал, качал источник, сливая ману в накопители, а то вон уже сколько набрал, а все пустые. Ну и любовался красотами, а посмотреть было на что. А то всё в имении да в имении, только виды с крыши амбара и наблюдал. Пока плыли, я очистил все находки. Причём маной, всё налипшее просто отлетало и те сверкали как новые. Ложкой той из серебра теперь пользовался. Щи почти все съел и половину пирогов. Не смотря на то что везли с оплатой питания, и кормили неплохо, мне не хватало. А пользовался возможностью, полностью приводил тело в порядок. Только следы ранений не убирал, даже родинки стирал, тем более Анатолий Сергеевич их вносить в вольную не стал, только внешний вид и приметы по ранениям. Кстати, капитан ладьи и не взял бы, им запрещено, мало ли беглый, но я вольную показал, а потом служащему порта, и проблем нет, как свободному мне любые дороги открыты. Кстати, среди товара купца, что вёз на ладье свой груз, были и металлические чушки, с разрешения изучив что у того есть, купил два слитка бронзы, половину слитка латуни, они рублены, слиток меди и слиток железа. Это на второй день было. А ночью, используя магию, по сути создал магический горн, и стал варить металл, создавая основы для серьёзных амулетов, заготовки пока, но есть такое. Все запасы маны ушли, затратное дело, но сделал. Рунная магия восхитительна, захотел горн, представил себе нужные рунные цепочки, активировал и из воздуха появилось жаркое ядро, на него положишь слитки и те тая, снизу, как я разрешал, капали вниз, воздухе принимая ту форму будущих амулетов, что я хотел. Медальоны с ушками, с креплениями в виде болтов или застёжек. Хватило сделать шестьдесят семь основ, решив проблему по ним на ближайшие несколько лет.

А с утра следующего дня начал работать. То, что мы движемся, мне не мешало, также сидел у борта, чтобы матросам не мешать, и занимался амулетами. Будущими, используя основы, создавал их. Наконец сделал нормальный амулет сканера, дальность два километра, с десятью блоками распознавания. Внедрил слепки серебра, золота, рубинов, изумрудов и алмазов, среди находок был один такой камешек. Жаль для накопителя не годился. В принципе всё, амулет работал, давая сигнал если сканер что засекал. А звенело постоянно, дно руки усыпано ценностями. Тут работать можно годами, чистя реку. А я создавал амулет личной защиты. Как раз к вечеру создал, шесть часов потратил, тестировал, десятка три ружейных выстрелов выдержит, но не более. Добыл бечёвку и амулет на шею. Тот в виде медальона, а когда на новый писк амулета-сканера отвлёкся, то застыл в шоке. Абалдеть. На дне золото. Слитками. Видно, что самодельное, отлито коряво. Было с полтонны. Похоже груз какого-то судна. А мы уже как раз в воды Волги вошли, по ней шли. Я место запомнил, и дальше работал, но не амулет климата собрался делать, как хотел. Нет, подводного дыхания. Работы часов на шесть. А мы ещё километров десять прошли, и встали к пристани крупного села на берегу. Вот тут я решил сойти, о чём и сообщил. Кормчий пожал плечами, вернул часть денег, я же не до конца маршрута дошёл, но раз решил сойти, то сошёл, это моё дело. И поспешил по берегу обратно. А тут берег такой, не особо ровный, и высокий, но ничего, отмахал обратно, как и хотел. Там на берегу устроился, навес сделал, парусину купил у кормчего, три на два метра, для навеса или самодельной палатки, то что надо. Ещё и одеяло взял, тёплое. Так что искупался, и спать. А с утра, поев остатки щей, отмыл котелок, ну и закончил с амулетом. Правда, продолжил работы. Создал амулет ночного и дальнего виденья. Потом климата.

Это всё что за световое время успел, так что оставшись голышом, все амулеты на бечёвке на шее висят, и ступив в воду, поплыл к месту затопления судна. Сканер показал останки деревянных обломков. Да наполовину засыпанных илом и песком. Давно затонуло, лет тридцать, а то и больше. Но не сто, иначе бы на пару метров под ил ушло, как другие интересные находки. Ничего доплыл, нырнув, амулет подводного дыхания штатно работал, а сканер и амулет ночного виденья помогали подплыть к обломкам. И банально кусок грунта с частью обломков, внутри которого были слитки, убрал в хранилище. Тонн пять будет. Тут же всё мутью закрыло, но я всплыл, река пустой была, большая часть тех что тут грузы или пассажиров возил, приставали к берегу. И правильно, вся река в утопленных судах. Ну и направился обратно. А на берегу достал добычу. Дождался пока стечёт вода и стал доставать слитки, маной очищал, те аж блестели, и прибирал, так пока все и не прибрал. Ну а дальше собравшись, свернул лагерь, добежал по полю до тракта, и на Казань. Три часа потратил, ночью бежать прямо удовольствие, километров пятнадцать точно отмахал, кстати, постепенно выносливость возрастает. Правда, сошёл с дороги, из парусины сделал ложе, одной стороной накрывшись. И так вот уснул.

Проснулся с трудом, караван телег по тракту шёл, шумел. Позавтракав пирогом, рыбный, и выйдя на дорогу, поспешил в сторону Казани. Тут уже по суше до неё доберусь, километров пятьдесят осталось до окраин, как верстовые столбы сообщали. Да и попутный люд тоже. Думаю, к вечеру буду на месте. И действительно все силы на дорогу бросил, но окраины увидел уже когда часа два как стемнело. Ну не хватает мне выносливости. Хм, знаете, а, пожалуй, я двину на Москву, потом и до Питера, пешком. Это здорово мне повысит выносливость. Хорошая мысль, но сколько времени потеряю. Стоит подумать. И ночью лучше идти, я уже оценил разницу. Ночью проще и легче, пустой тракт.

Да, пока я занимался амулетами, сидя у края высокого берега, до того, как золото добыл, то разделал там одного подсвинка, отварил супу, картошка и крупа были, так что котелок не пустой. Ну сейчас подъел хорошо, пока до Казани добирался. Жаль чаю заварить негде, надеюсь на Казань, приобрести там всё что мне нужно. А на ночёвку встал на окраине, подобрав тихое спокойное место. Ночь прошла безопасно, хотя я уже стоит задуматься об амулете охраны лагеря. Хорошо никто не наткнулся и не решил ограбить. Про такие случаи только и слышал разговоры. Бывает и убивают, обобранные тела находят. Утром, позавтракав, пирог был, воды пресной, чая не хватает, и вот выйдя на дорогу, направился в город. Первым делом на рынок. А нанял пролётку с возничим, тот и возил. Дела были. Как не берёг, одежда немного в дороге потрепалась, да и не новой была, однако ничего, заехали в магазин готовой одежды братьев Митиных. Так на вывеске было написано. Там подобрали мне хороший костюм. В соседнем взял туфли и походные ботинки. Точно по ноге. Запас носков. Посетил цирюльника. Вроде и выгляжу прилично, но эта копна волос типа горшок, уже бесила. Мне не конечно подравняли в имении один раз, но это не то. Цирюльник работал долго, ножницы только и щёлкали, целые копны падали на пол, а голова ставилась всё легче и легче. По сути мне обрили виски и затылок. Короткая причёска сверху, вот что попросил, сделали, и даже голову помыли, я оплатил. Дальше в той же походной одежде дальше. Возница снаружи ждал. Там в торговый квартал, ходил по лавкам и магазинам. Купил крепкую одежду для похода, сапоги моего размера, портянки, ну и приметив шатёр, полноценных палаток я что-то не видел, взял, малый он, а для меня самое то. Также утварь, вроде сковороды, потом пару котелков, походный чайник, заварочный чайник, тарелки, поднос, много разных припасов и инструментов для дороги. Даже походные стол и стулья. Приметил жаровню чугунную, с трубой, не знал что их уже делают, но купил, её и внутри шатра поставить можно. Трубу выведя наружу, теплее будет в холодные ночи. И готовить можно, сверху площадка. Взял, без сомнений нужно.

Возница помог у лошадников, где я выбрал крепкого верхового гнедого коня, с уздечкой и седлом. Попоны взял две. Одна запасная. Торбу кормить коня, ведро и два мешка овса. В общем, первичные покупки совершил, хотя наличности осталось мало. Почти вся ушла. Так я к менялам ушёл, еврейское племя. Но весь найденный металл, кроме стоящей ювелирки и золотых слитков, взяли, выплатив мне девятьсот двенадцать рублей. А солидно, хорошо. Впрочем, я всё же решил пешком двинуть в Москву. Налегке, всё в хранилище, как и конь, тот на всякий случай, я всё равно верхом ездить не умел, и вот расплатившись с возницей, в трактире сделал запасы припасов, и выбравшись на дорогу, до наступления ночи ещё три часа, побежал по обочине в нужную сторону. Да час пробежал, потом вышел к высокому берегу реки, разбил лагерь, шатёр поставил, и сел. Стал создавать амулет охраны лагеря, вплетал туда и боевые рунные цепочки. Не скажу, что сложная работа, но закончил только к полуночи, приписаны все амулеты к моей ауре. Вот и этот также сделал, протестировал, дальше поставил на боевое дежурство, и вот вскоре спал. В этот раз амулет не пригодился, отлично выспался. Позавтракал блинами с чаем, его уже сам заварил, свернул всё, и побежал дальше. А завтракал, сидя за столом, отрабатывая правильно поведение за столом. Кстати, купил маникюрный набор, приведя в порядок ногти, вычищал грязь, пилочкой работал. Дорогой набор, из Франции, но купил. А был в простой одежде, на рынке купленной, оба костюма, новый и второй пользованный, пока не трогал, на бегущего деревенского мальчишку не обращают внимания, вот на то и уповал. Кстати, в середине сентября, двадцатого числа, Ивану бы исполнилось тринадцать лет. А теперь уже я праздновать буду.

Надо сказать, что я не зря всё же решил пешком дорогу пройти, действительно серьёзно прокачал выносливость. Например, в один день, без остановок, я пробежал сто шестьдесят километров. Остальные дни, восемьдесят или сто. Последние километры, и вот как раз окраины Москвы появились, но тело я амулетом улучшил, и вот выносливость поднял. Правда, перешёл на ночной образ жизни, ночами бежать по тракту, действительно одно сплошное удовольствие. Отлично. Всего дважды меня ограбить решили, к лагерю выходили, но пугач, инфразвук, их отпугивал, улепётывали только так. По оружию, огнестрельное не использовал. Но разрядив, хорошо почистил, а то варнаки насчёт этого особо не озаботились, и снова зарядил. Проверил ремни и амуниции. Нужно пороху докупить, а то мало осталось, для ружей по десятку выстрелов, а для пистолетов по пять. Причём, пистолеты вроде новые, а кремневые. Видимо купили с какого армейского склада хранения. Им лет по сорок, дата выбита на корпусах, тринадцатый год. А вот ружья вполне себе капсульные, сорок пятого года выпуска. То есть, современные. Надо глянуть что в продаже есть и приобрести что получше. Или эти доработать, сделав нарезы. Для мага-руннолога работа плёвая, на пару часов. В дороге я этим не занимался. По сути постоянно бежал, поддерживая себя лекарским амулетом, и заканчивал наконец лечить, да днём отсыпался, отдыхая. Ноги ныли, лёгкие горели, но выносливость я поднял. Разве что два амулета сделал всё же, за время пути. Нормальный целительский амулет с опцией диагноста, а не та поделка из имения, её распылил. Второй амулет, защита от насекомых. Поверьте, в походе без него никуда. В остальном только дорога, поесть и поспать, всё.

Было двадцать шестое августа, когда я вошёл в улочки города. Одет в костюм, но тот что потрёпанный. Отловив извозчика велел везти на рынок. Закупиться хочу, а то потратился, и сделал это за час. Потом в трактире из того что было покупал.

А теперь мне нужен тот, кто ответит на вопросы. У трактирщика, где и закончил завтракать, время девять утра было, в город я вошёл в шесть, всю ночь бежал, усталость амулетом снял, и получил информацию, к кому обратится. Городской писарь Дворянского Собрания Сорокин, тот может всё про всех рассказать, но не бесплатно. Адрес дали, контакт, так что на пролётке доехал до Дворянского Собрания, и швейцара, видно, что отставной солдат, попросил позвать нужного человека, сунув гривенник. Прогуливаясь недалеко от входа, пролётку не отпускал, решил до вечера её нанять, аванс уже выдал, ждал нужного чела. Только через десять минут вышел человек, вот к нему и подошёл, вежливо поздоровался, и предложил прогуляться. Это и был Сорокин. Да, я переоделся, на мне новый костюм и обувь. По ним меня за сына дворянина можно принять. Ну и пока шёл, объяснял:

– Понимаете, я крестьянский сын, вольную недавно получил. Тринадцать лет скоро будет. Помог барину отбить нападение татей на имение. Многих они там побили, но я выжил. Я решил стать дворянином, путём усыновления. У меня есть деньги, а у вас есть та информация, что мне нужна. К кому вы посоветуете обратиться, чтобы все были довольны?

– Пятьдесят рублей, – подумав, изучив мои документы, сообщил писарь, а тот пусть и не дворянского происхождения, купеческого, всё же был не прост, похоже и не одна гимназия за плечами.

Я легко расстался с пятью червонцами банкнотами. Тот убрал их за ворот сюртука и сообщил:

– Есть три кандидата, к кому стоит обратится. Все трое в крайней нужде находятся и думаю согласятся поспособствовать вашим желаниям. Ждите, напишу их адреса.

Тот ушёл, я почти полчаса ожидал, пока писарь не вернулся, его Варфоломеем звали, и не протянул лист, поясняя:

– Первая, графиня Волконская, крайней неприятная женщина, склочная, но уже находить на краю бедности, распродаёт всё что может. Даже дом дважды заложила. Тут неизвестно, может и погнать, дворянская честь для той превыше всего. Вторая, столбовая дворянка Стоцкая, вынуждена работать гувернанткой у нашего губернатора. И дворянка Краснова, ей спалили имение, и дом, явно чая-то месть, бросили на край нищеты, даже земли заложила. Сейчас живёт у подруги. Адрес есть. Все трое, согласно родовой книги, вполне могут вас усыновить и прописать в роду, ведя в благородное сословие, пусть и приёмным сыном. У нас такое неохотно регистрируют, но нужные знакомые у них есть, помогут. К мужчинам дворянам лучше не обращаться, отберут плату и ничего не сделают. Разные люди.