Легенды тенниса. Гейм, сет, матч

Род Лейвер. Рождение мифа

Наше путешествие начинается с лесистых земель Квинсленда в далекой Австралии, с истории маленького рыжеволосого мальчика, усыпанного веснушками. Мальчика, который покорит мир. Мифическая фигура Рода Лейвера послужила образцом для таких легенд тенниса, как Пит Сампрас и Роджер Федерер. Последний без тени сомнения называл Лейвера величайшим теннисистом из всех, кого знал.

Лейвер доминировал на международной теннисной арене в 1950-е и 1960-е годы. В каждом виде спорта есть свой Майкл Джордан, Айртон Сенна, Кассиус Клей, Карл Льюис, Ингемар Стенмарк или Марк Спитц. В теннисе таким символом совершенства стал Род Лейвер, сравниться с которым смог лишь Роджер Федерер много лет спустя.

Лейвер родился 8 августа 1938 года в Рокгемптоне, в прекрасном штате Квинсленд. Его отец занимался скотоводством, владел несколькими поместьями и в каждом обязательно обустраивал теннисный корт. Еще мальчиком Род начал играть вместе с братьями, свободно управляясь с тяжелой для него деревянной ракеткой. К 1969 году он станет первой ракеткой мира, а когда во второй раз выиграет календарный «Большой шлем», превратится в настоящую легенду.

Лейверу принадлежит уникальное достижение: он до сих пор остается единственным теннисистом, который дважды побеждал во всех четырех важнейших теннисных турнирах в течение одного сезона. В первый раз в 1962 году – как любитель, а семь лет спустя, после вынужденного длительного изгнания, уже как профессионал. С первых шагов в спорте он быстро выбился в лидеры в теннисных кругах, все еще разделенных на профессионалов и любителей, а в конце 1962 года решил стать профи, примкнув к группе, созданной Джеком Крамером. Выбор, на пять лет лишивший его возможности участвовать в турнирах Большого шлема, поскольку лишь в 1968 году правила тенниса наконец изменились и началась Открытая эра: отныне во всех турнирах могли играть как любители, так и профессионалы.

Рода Лейвера считают одним из лучших теннисистов всех времен, а для многих он – величайший. Его победы и техническое совершенство стали эталоном для будущих поколений спортсменов. Необыкновенно талантливый левша, он выиграл в общей сложности одиннадцать турниров Большого шлема, совершив блестящий переход из любителей в профессионалы.

Когда вступают в силу революционные новшества 1968 года, перед австралийцем открываются новые ошеломительные перспективы. Не проходит и года, как Лейвер радует четырьмя чистейшими бриллиантами за один сезон: выигрывает Открытый чемпионат Австралии, проходивший в Брисбене, где побеждает в финале Андреса Химено со счетом 6–3, 6–4, 7–5; затем на Открытом чемпионате Франции (он же «Ролан Гаррос») одерживает невероятную победу в финале над Кеном Розуоллом со счетом 6–4, 6–3, 6–4; далее – победа на Уимблдонском турнире, где в финале австралиец берет верх над мощным и техничным Джоном Ньюкомбом (6–4, 5–7, 6–4, 6–4); и замыкает этот волшебный круг легендарный Открытый чемпионат США, где Тони Рош, один из величайших маэстро австралийского тенниса, уступает Роду победу, проиграв со счетом 9–7, 1–6, 2–6, 2–6.

Каждый раз, когда мне случалось встретиться с Родом Лейвером в Австралии, мне хотелось встать перед ним на колени – за все, что он сделал для тенниса. На Зеленом континенте мне посчастливилось побывать раз десять: в качестве телерепортера и корреспондента разных газет я освещал этапы Открытого чемпионата Австралии по теннису в Мельбурне, а позднее игры Кубка Мастерс, в 2001 году проходившего в Сиднее в новом олимпийском комплексе, где я работал комментатором в паре с Паоло Бертолуччи. Прямо из эпицентра событий мы рассказывали о матчах Кубка, собравшего восемь сильнейших игроков мира. Любители тенниса знают, что Австралия – страна, воспитавшая величайших спортсменов, бережно и уважительно сохраняющая традиции, которые вдохновляют, как это делал и Лейвер, новые поколения спортсменов.

Впервые я побывал в Австралии в качестве корреспондента в 1996 году. Турнир проходил в Сиднейском районе Паддингтон, утопающем в зелени, в теннисном клубе «Уайт сити», который производил незабываемое впечатление. Внутри полностью деревянное, здание клуба хранило память о легендарных местных теннисистах. Где бы вы ни находились, вас окружали черно-белые обрамленные фотографии, запечатлевшие выдающихся австралийских теннисистов. Удар справа Рода Лейвера, удар слева Кена Розуолла, подача Лью Хоуда, мускулатура Роя Эмерсона, игра Сэндона Столла и Нила Фрейзера, усы Ньюкомба и воллей [3] слева Тони Роча по прозвищу Скала. Я то и дело застывал в благоговейном молчании, любуясь ими. Это была эпоха деревянных ракеток и белых костюмов. Класс и страсть. Я читал и слышал о них столько фантастических историй, что чувствовал себя на теннисном Олимпе.

Это была та же сиднейская арена «Уайт сити», где в 1954 году финал Кубка Дэвиса между Австралией и США собрал рекордную аудиторию – 25 568 зрителей, причем рекорд продержался больше полувека. Соревнования проходили с 27 по 29 декабря. Как рассказывал мне Бад Коллинз, легендарный корреспондент «Бостон глоуб» [4], в тот день люди готовы были выложить за билет любые деньги, и даже если бы стадион вмещал девяносто тысяч, свободных мест не осталось бы. Для справки: США тогда выиграли со счетом 3–2. На травяных кортах сражались настоящие звезды. Штаты представляли Тони Траберт и Вик Сейшас, Австралию – Лью Хоуд и Кен Розуолл. Легендарный финал.

На этой же травяной арене команды Италии и Австралии встречались в финале Кубка Дэвиса в 1977 году. Половина Италии заводила на ночь будильники, чтобы не пропустить захватывающие матчи; не отставал и я, в то время двенадцатилетний мальчишка, грезя в полудреме перед телевизором. Итальянцы заполучили предыдущий Кубок Дэвиса, победив Чили. В этот раз в полуфинале Италия выиграла у Франции со счетом 4–1, а Австралия – у Аргентины со счетом 3–2. В финальных матчах на арене «Уайт сити» Роч обыграл Адриано Панатту в трех сетах, а Джон Александер нанес поражение Коррадо Барадзутти в четырех. В блестящей парной игре Панатта – Бертолуччи обыграли со счетом 6–4, 6–4, 7–5 Александера – Дента, одну из самых сыгранных пар турнира. Решающее очко Панатта заработал на подаче Александера, поставившего точку в этом изматывающем марафоне.

В 1960 году героем травяной арены «Уайт сити», принимавшей челлендж раунд[5] Кубка Дэвиса, стал Род Лейвер. Он выиграл оба матча в одиночном разряде, не уступив ни одного сета из шести. В первый день соревнований его противником оказался Никола Пьетранджели, а на третий день – Орландо Сирола. Кубок завершился со счетом 4–1 в пользу Австралии, которая могла гордиться таким брильянтом, как Род Лейвер, и такими опытными игроками, как Нил Фрейзер и Рой Эмерсон.

Плеяда великих австралийских спортсменов 1950-х и 1960-х годов оставила неизгладимый след в истории тенниса. Помимо Лейвера, эта страна дала немало чемпионов. Рой Эмерсон выиграл двенадцать турниров Большого шлема, Кен Розуолл – восемь, Ньюкомб – семь, Кроуфорд – шесть, Седжман – пять, Хоуд и Купер – по четыре, Нил Фрейзер – три, и многие другие – по одному-два турнира. Щедрые россыпи талантов, чьи лучшие результаты никто из их соотечественников не смог превзойти. И все-таки они прокладывали путь к успеху будущим спортсменам, среди которых наши современники Рафтер и Хьюитт: каждый из них выиграл по два турнира Большого шлема и сумел возглавить мировой теннисный рейтинг.

Лейвер семнадцать раз выходил в финалы турниров Большого шлема. Дебютировав на Уимблдоне в 1959 году, он проиграл Алексу Ольмедо. Но уже через несколько месяцев, в возрасте двадцати двух лет, одержал первую победу на турнире-мейджоре: в финале Открытого чемпионата Австралии обыграл на траве Нила Фрейзера со счетом 8–6 в пятом сете.

Как и все австралийские теннисисты, Лейвер фактически вырос на корте. Его подготовкой наряду с родителями, страстно увлекавшимися теннисом, занимался друг семьи, тренер Чарльз Холлис. Уже в ранние годы Рода отличал великолепный удар и, что не менее важно, умение молниеносно передвигаться, контролируя всю площадку, и отличная реакция вблизи сетки. Эти навыки он отшлифовал позднее под руководством такой легендарной личности, как Гарри Хопман, с которым Лейвер начал тренироваться в восемнадцать лет.

Род никогда не выпускал из рук теннисный мяч – постоянно сжимал его, чтобы укрепить запястье и предплечье. Много лет спустя кому-то пришло в голову измерить предплечье Лейвера, который отнюдь не отличался атлетическим телосложением: при росте сто семьдесят три сантиметра он весил шестьдесят восемь килограмм. Однако оказалось, что объем предплечья у него такой же, как у боксера Рокки Марчиано. А окружность запястья на два сантиметра больше, чем у Флойда Паттерсона, чемпиона мира по боксу в тяжелом весе. Благодаря такой прокачке австралиец довел до совершенства одноручный удар слева и отточил остальные приемы, которыми владел.

Матчам Лейвера место в теннисных киноархивах. Образцы его техники можно выставлять в Лувре наряду с техническими приемами Роджера Федерера. Владение Лейвера ракеткой – высокое искусство, в котором мощный натиск сочетался с ласковыми касаниями. А какая изобретательность в атаках! Ни один его мяч не был похож на другой, он контролировал всю площадку, технично используя широкую палитру ударов. Точность движений уникальная. Его одноручный удар слева напоминал четкий музыкальный аккорд; выполняя обводящий удар, он придавал мячу изящное вращение. В исполнении левшей бэкхенд, как правило, грозное оружие, смертельно опасное на траве и вблизи сетки.

Неудивительно, что за скорость, с которой Лейвер подлетал к сетке, и стремительность передвижений по корту его прозвали Ракетой. Молниеносная мышечная реакция. При своем небольшом росте он был непревзойденным мастером смэша[6]. Он по максимуму использовал великолепные вращения, бэк-спины и топ-спины, подавая левой рукой и, в зависимости от типа покрытия, после подачи выходя к сетке. Благодаря отточенности ударов и врожденным физическим данным он почти двадцать лет продержался в строю, радуя игрой и победами.

В незабываемом первом календарном «Большом шлеме» Рода Лейвера, которому в 1962 году было всего двадцать шесть лет, в Австралии он обыграл в финале Роя Эмерсона (8–6, 0–6, 6–4, 6–4), затем выиграл у того же Эмерсона на «Ролан Гаррос» (3–6, 2–6, 6–3, 9–7, 6–2), обошел Мартина Маллигана (6–2, 6–2, 6–1) в финале Уимблдона и, наконец, снова взял верх над Эмерсоном (6–2, 6–4, 5–7, 6–4) в финале Открытого чемпионата США. Все четыре финала австралийцы разыгрывали между собой, и во всех четырех был один победитель – самый сильный, самый безупречный.

Страстная любовь к теннису, еще одна черта, роднившая его с Федерером, помогла Лейверу выходить на корт почти до сорока лет. Вплоть до ухода из большого спорта в 1976 году он неизменно собирал аплодисменты публики за свой стиль, корректность и честную игру. Видеть Рода Лейвера на стадионе всегда очень волнующе: в памяти сразу всплывают исторические матчи. Мне посчастливилось вести репортаж с единственной встречи между Федерером и Сампрасом в финале Уимблдона – это была своего рода передача эстафеты; оба теннисиста не раз признавались, что их вдохновляет Род Лейвер.

К сожалению, матч между Федерером и Лейвером, принадлежавшим к разным теннисным эпохам, так и не состоялся, хотя я часто представлял себе такой поединок. И не уставал говорить об этом. Каждый раз, встречаясь с Родом Лейвером в Австралии, я переживал ни с чем не сравнимое чувство, словно прикасаюсь к самой истории тенниса. Совершаю удивительное путешествие во времени.