Борис Пастернак

Город

отрывки целого

Уже за версту

В капиллярах ненастья и вереска.

Густ и солон тобою туман.

Ты горишь, как лиман,

Обжигая пространства, как пересыпь,

  Огневой солончак

  Растекающихся по стеклу

  Фонарей, Каланча,

  Пронизавшая заревом мглу.

Навстречу, по зареву, от города, как от моря

По воздуху мчатся огромные рощи,

Это — галки; это — крыши, кресты и сады и подворья

Это — галки,

  О ближе и ближе; выше и выше.

  Мимо, мимо проносятся, каркая, мощно, как мачты, за поезд, к Подольску.

    Бушуют и ропщут.

Это вещие, голые ветки, божась чердаками,

    Вылетают на тучу.

Это — черной божбою

Над тобой бьется пригород Тмутараканью

  В падучей.

Это — «Бесы», «Подросток» и «Бедные Люди»

Это — Крымские бани, татары, слободки, Сибирь и бессудье

Это — стаи ворон. — И скворешницы в лапах суков

Подымают модели предместий с издельями

    Гробовщиков.

Уносятся шпалы, рыдая.

Листвой встрепенувшейся свист замутив,

Скользит, задевая краями за ивы

    Захлебывающийся локомотив.

  Считайте места! — Пора, Пора.

  Окрестности взяты на буфера.

Стекло в слезах. Огни. Глаза,

Народу, народу! — Сопят тормаза.

Где-то с шумом падает вода.

Как в платок боготворимой, где-то

Дышут ночью тучи, провода,

Дышут зданья, дышет гром и лето.

Где то с ливнем борется трамвай.

Где то снится каменным метопам

Лошадьми срываемый со свай

Громовержец, правящий потопом.

Где то с шумом падает вода.

Где то театр музеем заподозрен.

Где то реют молний повода.

Где то рвутся каменные ноздри.

Где то ночь весь ливень расструив,

Носится с уже погибшим планом:

Что ни вспышка, — в тучах, меж руин

Пред галлюцинанткой — Геркуланум.

Громом дрожек, с аркады вокзала

На границе безграмотных рощ

Ты развернут, Роман Небывалый,

Сочиненный осенью, в дождь,

Фонарями бульваров, книга

О страдающей в бельэтажах

Сандрильоне всех зол, с интригой

Безсословной слуги в госпожах.

Бовари! Без нее б бакалее

Не пылать за стеклом зеленной.

Не вминался б в суглинок аллеи

Холод мокрых вечерен весной.

Не вперялись бы от ожиданья

Темноты, в пустоте rondez-vous

Оловянные птицы и зданья,

Без нее не знобило б траву.

Колокольня лекарствами с ложки

По Посту не поила бы верб,

И Страстною, по лужам дорожки

Не дрожал гимназический герб.

Я опасаюсь, небеса

Как их, ведут меня к тем самым

Жилым и скользким корпусам,

Где стены — с тенью Мопассана,

Где за болтами жив Бальзак,

Где стали предсказаньем шкапа,

Годами в форточку вползав,

Гнилой декабрь и жуткий запад,

Как неудавшийся пасьянс,

Как выпад карты неминучей.

Honi soit qni mal у penso

Нас только ангел мог измучить,

В углах улыбки, на щеке,

На прядях — алая прохлада,

Пушатся уши и жакет

Перчатки — пара шоколадок.

В коленях — шелест тупиков,

Тех тупиков, где от проходок

От ветра, метел и пинков

Шуршащий лист вкушает отдых,

Где горизонт, как рубикои,

Где сквозь агонию громленой

Рябины, в дождь, бегут бегом

Свистки и тучи и вагоны.

1916. Тихие Горы.

Заместительница

Я живу с твоей карточкой, с той, что хохочет,

У которой суставы в запястьях хрустят,

Той, что пяльцы ломает и бросить не хочет,

У которой гостят и гостят, и грустят,

Что от треска колод, от бравады Ракочи,

От стекляшек в гостиной, от стерла и гостей

По пьянино в огне пробежится и вскочит

От розеток, костяшек и роз и костей,

Чтоб прическу ослабив, и чайный и шалый

Зачаженный бутон заколов за кушак,

Провальсировать к славе, шутя полушалок

Закусивши как муку и еле дыша,

Чтобы комкая корку рукой, мандарина

Холодящие дольки глотать, торопясь

В опоясанный люстрою, позади, за гардиной

Зал, испариной вальса запахший опять,

Так сел бы вихрь, чтоб на пари

Порыв паров в пути,

И мглу, и иглы, как мюрид

Не жмуря глаз снести,

И о'явить. что не скакун,

Не шалый шопот гор,

Но эти розы на боку

Несут во весь опор.

Не он, не он, не шопот гор,

Не он, не топ подков,

Но только то, но только то,

Что — стянута платком,

И только то, что тюль и ток,

Душа, кушак и в такт

Смерчу умчавшийся носок

Несут, шумя в мечтах

Им, им; — и от души смеша,

И до упаду, в лоск

На зависть мчащимся мешкам

До слез. До слез.

1917.

Загрузка...