Луна для Дракона 4

Глава 9

Глава 9

Арина понимала, что не просто должна была рассказать всю правду, но рассказать так, чтобы драконы прониклись, увидели суть истины и их мировоззрение, пошатнулось бы. Заставило бы думать по-иному. И в тоже время их гордость и драконья кровь должна была выглядеть в этой правде не только как спасители, но и в какой-то мере угнетателями этого мира своим появлением. Ведь практически они перевернули налаженный мир установив свои законы. Действовали на правах сильнейших. Ари тяжко вздохнула понимая, что правду тяжело принять, особенно ту, что тебе внушают с самих пеленок. Разве можно так круто измениться всего лишь услышать истину?! Всегда будут искать лазейки, чтобы ее отвергнуть. Примут ли то, что — Едины с людьми?! Драконы горды, властолюбивы, высокомерны, но Ари надеялась на их человеческую сущность, ради которой их и создал Дракон Мирозданья. И если девушка была более-менее уверена в трех драконах перед ней, даже в Ровуде Ин-Раше, то остальные… Но ее задача была только в двух вещах: чтобы признали полукровок и дали независимость лунному народу, а остальное покажет время, и постепенно из года в год, из века век этот мир наконец обретет Истину.

А вот стоило ли ей рассказывать правду о себе? Ари еще раз подумала и взвесила — стоит.

Поэтому девушка задумчиво обвела взглядом мужчин и негромко произнесла:

— Я думаю, что мы начнем с меня, — она вышла вперед и взоры присутствующих устремились на нее, — и по мере моего рассказа, который подтвержден доказательствами, мы услышим и самого его, — кивнула она в сторону императора, не удостоив того и взглядом. — Так что присаживайтесь удобнее на камушки, кому холодно разожгите костерок, — насмешливо сказала она, посмотрев на драконов. — А я вот сюда сяду, где меня всем видно и слышно. — Арина спокойно забралась на камень удобно на нем устраиваясь. Ита'неси как по команде протопали и легли вокруг нее, а Неси, обвив хвостом ноги девушки села с ней рядом положив морду на ее колени.

— Милая картинка, — Крэй облокотился о ствол дерева и разглядывал Ари в окружении тварей, вернее с недавних пор милых зверушек, и хмыкнул. Нейвуд и Эйтан расположились тут же рядом на упавшем стволе дерева около своего друга. Сэтан присел недалеко от Ари на соседний камень, и улыбнулся девушке, ее сердце пропустило удар, это было как солнце, которое вынырнуло из-за туч и засияло, Ари послала ему ответную улыбку. Хан, периодически скаля клыки лег у ног своего хозяина. Айнон с Хранителем, Идан, Вэон и остальные воины со жрецом Марахом встали на отдалении ото всех, но не присаживались, а остались стоять, при этом так, чтобы рядом был Гарркаа'нака'аши, но император-тварь все равно стоял один в отдалении ото всех, и замер, заложив руки за спину с прямой спиной, и гордо вскинутой головой. И все же Ари заметила, как он внимательно рассматривал окружающие его предметы и их самих. Ровуд и Мелисса присели справа от драконов, но на небольшом расстоянии, Мирьям присела рядом с ними и Ари так же отметила, что у подруги взгляд был какой-то беспомощный, опустошенный и вся ее поза выражала сосредоточенность и напряжение.

Ари еще раз обвела всех присутствующих взглядом и отметила, что они разделились группками. Девушка вздохнула, необходимо поддерживать зрительный контакт, чтобы отслеживать их эмоции и взгляды, так ей было легче их понять и, когда все заинтересованно посмотрели на нее, она начала:

— Сейчас будет небольшая вводная лекция, чтобы вам было понятнее, о чем я буду в дальнейшем рассказывать, и чтобы вы могли понять Его… — кивнула Ари на застывшего императора, — и меня, а также самих себя и ваше разделение на расы. Многие здесь из присутствующих уже знают правду, другие только догадываются, остальные окунуться во что-то невероятное, которое трудно будет принять. Мы все здесь хотим знать правду и истину, поэтому после всего, что я и Сэтан расскажем, вы вправе решить принимать ее или нет, разглашать, как действовать и жить в дальнейшем. Но знайте, мы с вами в праве менять правила и законы.

— Арина, ты уже меня пугаешь своей речью, — воскликнул Нейвуд.

— Это интересно, — задумался Эйтан, золотой страсть как обожал истории, особенно основанные не на легендах, а на доказательствах. — У вас есть доказательства?

— Есть, — кивнул Сэтан, — и нам есть чем подтвердить свой рассказ, хотя бы достаточно меня.

— Да уж, — скривился Крэй, — твой дракон единственный в своем роде. Впрочем, как и у Арины, — его глаза смотрели холодно, а губы улыбались.

Сэт и Ари всего лишь переглянулись, взглядами поддерживая друг друга.

Крэй, не проронив больше ни слова уселся на землю вытянув одну ногу и облокотился о камень, он потер подбородок и, подчиняясь ветру, откинул назад голову. На какое-то мгновение он снова ощутил беспокойство и пристально посмотрел на Ари поджав губы, и взгляд его стал пугающе пустым.

Арина старалась не замечать вот таких вот взглядов не только Крэйя, но и Твари, мысли разбегались в разные стороны, но она попыталась взять себя в руки и начала говорить, — Миров во Вселенной существует множество на которых живут разные расы и существа. Мы не одни во Вселенной… но именно этот мир, наша планета на которой мы все живем — магическая. А есть миры, где магии — нет. Для вас магия само собой разумеющее и вы не представляете, что может быть иначе. А другие наоборот, принимают магию за волшебство и сказки, — Ари положила руку на голову Неси и тепло ей улыбнулась. — Эти существа Ита'неси, создания разумной расы, которая прилетела на нашу с вами планету миллиарды лет назад. Раса Инайи. Их родную планету погубил солнечный взрыв. Их мир взорвался. И этот катаклизм коснулся не только планеты, где жили Инайи, но и затронуло близлежащие миры. Вы видели ту штуку, на которой мы с Крэйем появились, это космический корабль, на котором можно летать. Не спрашивайте — как… я не смогу вам рассказать, просто знайте, что разумные цивилизации способны создавать такие вот штуки. Те, кто не видел не поймут, но просто представьте большую железную махину со множеством ярких огней, которая способна летать без крыльев. Но не будем отвлекаться… Двадцать мужчин, восемнадцать женщин и несколько детей Инайи успели спастись, улетев на корабле и стали искать мир пригодный для их жизни. Тот, который подходил бы им, чтобы Творить и Созидать. Раса Инайи — это Маги, Творцы Жизни. Многие животные, птицы и растения на этой планете их Творения. Ита'неси… — Ари указала рукой на Существ вокруг себя, — их последний эксперимент, разумные существа созданные для каждого Инайи, как Хранители, Стражи и Защитники.

— И это все или есть еще? — спросил Вэон.

— Это последние, — печально сказала Ари. — Многие умерли, другие уничтожены не только Гарркаа'нака'аши, но драконами и людьми. Эти семь, последние из выживших, именно благодаря им я и Сэтан узнали истину, и правду о зарождении жизни на этой планете. Итак, Инайи нашли свой мир, свою планету. И это наш с вами мир. Они остались здесь и стали обследовать землю, где обнаружили, что этот мир уже был населен не только некоторыми животными, птицами и растениями, но разумными существами, а это — люди, которые в основном жили небольшими племенами на юге или в более теплых краях, и представляли собой некое первобытное дикое общество. Это — первые люди, которые только пытались быть самостоятельными, которые познавали мир и изучали его. Люди приняли Инайи за Богов. Так раса древних людей и раса Инайи постепенно начали существовать вместе и жить в относительном мире и согласии. Каждая из рас занимала один из существовавших в то далекое время земных материков, и имела уже свою цивилизацию и развивала свои традиции и культуры, более пятьсот тысяч лет. Инайи порой помогали людям в их развитии. Сами Инайи были прирожденными светлыми магами. Их дар «флора и фауна», и они творили, облагораживая землю, насаждая сады и леса, создавали животных, птиц, растения, которые и по сей день существуют. Например, животные, которых вы видели в тумане это их творения, но многие сейчас фантомы… мир магии запомнил их, они как иллюзия. Магия, вложенная в их сотворение, заставляет их существовать. Эти существа безвредны, но огонь драконов и магия людей рассеивает их. Скоро они совсем исчезнут. Поэтому я считаю, что их можно и нужно изучать с магической и научной точки зрения. Для магов с даром «флорой и фауной» это было бы интересно. Благодаря таким древностям можно совершить много открытий в данной области. В моем мире этим занимаются археологи и палеонтологи.

— Постой… ты хочешь сказать, что этот мир был изначально пуст? — удивленно уточнил Эйтан.

— Да, — кивнула Ари. — Я рассказываю события за много миллионов лет.

— Все же люди населяли этот мир первыми, — усмехнулся Ровуд и Ари улыбнулась.

— Да. Люди. Инайи тоже люди. Высокие, с белыми волосами и светло-голубыми глазами.

— Но тогда откуда те первые люди? — уже спросил Нейвуд.

Ари пожала плечами, — Их могла создать разумная раса, например, их Богиня Всего Сущего, а могло все появится на уровне эволюционирования. На клеточной основе. Но не будем в это углубляться… я не смогу вам дать ответ, просто знайте, что зародилась жизнь на этой планете и первыми были люди, коренное население. А Инайи после обследования и изучения планеты нашли для себя территории пригодное для их существования, а это северные края.

— Похоже на лунных, — сказал Эйтан заинтересованно смотря на переглядывающихся между собой воинов.

— Об этом чуть позже, — кивнула Ари и умолка под взглядами лунных воинов и пристальным жреца Мараха, а потом улыбнулась, — но все по порядку… вопросы потом, — взмахнула рукой и кожей ощутила взгляд, повернув голову она столкнулась взглядом с императором Гарркаа'нака'аши, а потом резко отвернулась. — Инайи назвали этот мир также, как и свой — Радага-Н. «Н» — означало для них— Новый. Начать с чистого листа.

— Радага, — прошептал Эйтан проговаривая новое слово, словно пробуя его на вкус.

— Вы назвали мир Аримия, а люди Земля, — улыбнулась Ари, — мой мир тоже Земля, а еще его называют Терра, — и как только она это произнесла наступила тишина. Ни намека на эмоции. Ни шепота мысли. Потрясающе. — Я тоже из другого мира, с другой планеты и мой мир — не магический, в нем нет магии, нет драконов, только люди разных национальностей, с разными культурами, языками, верованиями. Про мой мир выяснили Инайи, они обладали даром и способностью перемещения, умели открывать портал. Одной семье ученых Инайи понравилась моя планета и они в ней остались, но периодически возвращались сюда и Творили. Практически всё что вы видите это творения позаимствованы с моего мира, многие животные, многие вещи, названия тех или иных предметов схожи, и Инайи давали им те же самые названия. Впоследствии некоторые из них остались навсегда в моем мире.

— Но там же нет маги, — высказала тихо Мирьям, но ее услышали все.

— Кто их знает, — пожала плечами Ари, — приспособились, а может отыскали источник, все же не все изучено, мой мир ведь не признает магию, только — науку. Хотя, в средневековье люди были богобоязненны, религиозны, верили в Богов и даже не в одного, были страшные времена, где сжигали на кострах, в основном женщин считая их колдуньями. Но именно я, родилась в том веке, где наука отодвинула религию на второй план.

— Может это потомки Инайи со своей магией? — прищурился Эйтан. — Их приняли за колдунов в твоем мире.

— Все может быть, — вздохнула Ари, — у моего мира своя история в котором без войн, распрей и смуты не обошлось. Но слава Богу я родилась в период достаточно мирного времени.

— А ты легко освоилась здесь и приняла наш мир, — задумчиво сказал Крэй, — и ты вся напичкана уникальностью, камни показали твой основной дар, и способности, как «Магия видения и сплетения душ», «Хронокинез — перемещение пространств», теперь ты наделена Душой дракона. У тебя связь с Ита'неси, а еще… «Энергообменник — способность забирать и отдавать энергию, любую: жизненную, световую и энергетическую». Может поэтому тебя принял камень этой Твари?! — Крэй бросил на девушку быстрый, пытливый взгляд. Для самой Ари это была ошеломляющая новость. Крэй наблюдал за удивленным выражением ее лица. Она не сдвинулась с места, а просто смотрела на него, держа руки на коленях.

— Что ты хочешь этим сказать? — насторожилась Ари и на миг почувствовала себя несколько странно в этой долине, изолированной, отрезанной от всего остального мира. Снег созданный Сэтаном таял. Тонкая корка льда исчезла и слышался вновь щебет птиц. Подул ветер и в нос врезались ароматы мира. Ари прикрыв глаза втянула носом и расслаблено выдохнула. Свежесть, силы потоков… магия заструилась в ней, и она питалась, наполняя себя.

Питалась?!!

Она испугано открыла глаза и поймала пристальный взгляд Гарркаа'нака'аши. И без того расстроенной Арине мгновенно овладела тревога, но она снова взяла себя в руки, все же не просто вот так сидеть перед пристальными взглядами и рассказывать.

— Просто странно, — чуть прищурил Крэй синие глаза рассматривая девушку. — Ты обладаешь магией, как и твоя тетя, перехода миров. Ты и Софи связаны с этим миром, ведь твоя тетушка оказалась тоже здесь. А я не верю в совпадения. Я подозреваю, что твой род все же пошел от тех Инайи, которые остались в твоем мире.

Ари улыбнулась и переглянулась с Сэтаном, ведь он тоже самое и ей сказал. Арина всегда знала, что Крэй очень подозрителен, проницателен, недоверчив и практически не узнав всего до конца уже провел параллель и догадался.

— Ты недалеко ушел от правды, я не могу сказать конкретно от кого пошел мой род, но во мне кровь и частица Инайи, потому что Ита'неси признали меня, и одна из них мой Хранитель. Они чувствуют частицу своих Создателей. Так что могу с уверенностью сказать, что во мне часть Инайи. И когда я оказалась в этом мире, он признал меня и видимо открыл во мне магию. Но почему я напичкана уникальностью не могу объяснить. Наверно оттого, что я дитя двух миров, много смешений кровей и мир мне дал то, что я смогла бы усвоить и принять. Вот такая и получилась, — улыбнулась девушка, разведя руками.

— Получается, маги, обладающие даром «флорой и фауной» потомки Инайи? — воскликнула Мирьям и Ари кивнула. — Потом вы поймете почему так…

— Продолжай дальше, — нетерпеливо сказал Эйтан.

Все внимательно слушали Арину, стараясь не пропустить ни единого слова. Их лица были серьезны, а у некоторых ошеломленные.

— Мир развивался, Инайи творили и созидали, люди познавали мир, рождались, словом все были относительно счастливы… а потом… а потом пришли испытания. Пришли они… — Ари повернула лицо к Твари сощурив глаза, — Гарркаа'нака'аши. Захватчики. Разрушители. Они прилетели, чтобы питаться магией живых существ, которая для них — пища, а образы выпитых существ для них как — одежда. И когда у них проходил энергетический голод они снова искали жертву, чтобы выпить ее, и тем самым продлевали себе жизнь. Но все же их можно было распознать. Они не могли долго удерживать облик и показывали свою истинную сущность. Паразиты Вселенной. — Ари заметила в глазах Гарркаа'нака'аши потемнение и отвернулась, — Светлые Инайи даже помыслить не могли чем для них могло все обернуться, ведь вся их сущность заключалась в Любви и Созидании. Но Гарркаа'нака'аши не стали вступать с ними в контакт почувствовав источник магии, который был повсюду. И началась магическая битва… и остановить эту битву и как-то договориться было невозможно. Так началось истребление расы Инайи и людей.

Ари замолчала, все непроизвольно повернули головы к Твари.

— Мы были голодны, потерялись в своем безумии, наш мир сгорел, — тихо сказал Император. — Мы пытались выжить…

— Это вас не оправдывает! — вскричала Ари. — Не до такой же степени вы сошли с ума, чтобы разрушать и убивать? Что вам мешало пойти на контакт и не уничтожать? Молчишь? Или ты дрых в своей капсуле? Я считаю тебя Злом. Твою расу — паразитами.

Он вскинул голову и тяжело посмотрел на девушку. Его безупречное, словно изваянное лицо, было истинным совершенством.

— Мы были обречены. Надежды — иллюзия, любовь — иллюзия, мир — иллюзия. Реальна только смерть. Наша судьба, наше будущее было проклято! Мы и правда сошли с ума от голода, от потери, от вечного скитания по вселенной.

Ари отвернулась, — Это была битва добра против зла, и в итоге добро победило.

— Или точнее победили то, что считается злом, — тихо проговорил император Гарркаа'нака'аши.

— Считается? — хмыкнула Ари снова повернувшись к нему.

— Душа есть у всех и в ней много напичкано разного, и даже если ты видишь темную сторону это не значит, что он состоит из одной тьмы. Добро и зло — две стороны одной монеты. Достаточно ее просто подбросить в воздух, и она может упасть неправильной стороной.

То, что он говорил, не имело смысла, но его слова насторожили девушку.

— Твои ли это речи? — хмыкнула Ари. — Ты мог бы будучи Императором принять другую сторону своей монеты и образумить своих… собратьев. Или ты просто на словах император не имеющий власти?

— На тот момент я им не был. Но у меня были отец, мать и два брата.

— Не они ли спали в тех капсулах? Высшие?

Гарркаа'нака'аши выдавил из себя немеющими губами с величайшим трудом, — Все умерли.

Ари резко отвернулась и вновь услышала его тихий, глухой голос, — Я не забирал твои воспоминания. Ты осталась жива и насколько я вижу и слышу, к тебе все вернулось, — и быстро заговорил, наблюдая как ее глаза потемнели от гнева. — Моя мать! Вы убили ее! — крикнул отчаянно и отвернулся, сжав кулаки, а потом снова вскинул голову смотря на Ари. — Если бы можно было вернуть ее к жизни, я бы пожертвовал не только честью, именем и семьей, я бы отдал душу и посмертие. Но тебе этого не понять. Ты считаешь нас паразитами. Она была любимой и любящий матерью, и просто самым лучшим другом.

Ари смотрела в его глаза и молчала, но по дрожи желваков на его скулах можно было догадаться, что он прикидывается равнодушным, ему очень тяжело, почти невыносимо. Ари пораженно уставилась в его глаза. Ему больно? Он не имел право испытывать эмоции. Не такие.

— И чтобы думать и мыслить, как сейчас, мне потребовался не один век, — его глаза были совершенно пустыми.

Ари мельком заметила, что все в полной тишине и с напряжением следили за их разговором, и переводили взгляды с твари на нее. У многих Ари видела ошеломленные выражения лиц. Никто не предполагал, что тварь могла испытывать эмоции и что у него могли быть родные. Жрец крепко сжал посох в руке наблюдая за Гарркаа'нака'аши и старца одолевали противоречивые чувства, ведь их лунных тоже считают Злом, а тварь оказалась Разумной, но девушка могла быть права в том, что он принимал образы и мысли выпитых им людей.

Мысли присутствующих и тишину прервал голос Ари, — Но ты бы это сделал, как и с теми, образы которых ты надеваешь, просто я не попалась на твоем пути. В той пещере я видела твой взгляд, и ты готов был нас всех уничтожить, даже и не скрывал этого. И этот твой образ молодого парня… а он ведь мог жить… Кто он дракон или маг? Или просто человек? Молчишь опять? — Ари прищурилась, заметив эмоцию в его глазах. — Ты обрек их на смерть ради своего обычного голода.

— Я могу извиниться за это, если ты хочешь.

— Ну разумеется, — произнесла Ари насмешливо-язвительно и даже не улыбнулась. — Но ты совершенно не чувствуешь вины.

— На тот момент была война и в любой войне есть потери. Мы сражались за выживание. И порой платили ужасную цену. Поверь мне, я знаю. Но пока мы дышим, мы поднимаемся из пепла и сражаемся вновь. — Его слова сопровождались смертельным спокойствием.

— Великолепное выступление, сразу видно борец активист! Да ты патриот, — усмехнулся Крэй.

Император Гарркаа'нака'аши отвел глаза пренебрежительно оглядывая готовых к бою магов. Его ухмылка превратилась в презрительную усмешку.

— Да. Патриот своего мира, как и ты своего! — его глаза потемнели от гнева.

— Тише, тише, парень! — терпеливо успокоил Крэй наблюдая как черная тень полыхнула и исчезла с лица Твари. — То, что ты патриот — это достойно. Признаю, за это уважаю любого, кто бы передо мной не стоял.

Гарркаа'нака'аши смерил его воинственным взглядом.

— Я хочу быть свободным, — тихо сказал он.

— Свободным становятся, когда умирают, — усмехнулся Крэй чуть наклонив голову и рассматривал его словно видел впервые.

— Арина, — позвал ее мягко Гарркаа'нака'аши, но ей показалось, что он это прокричал. Ари поднялась и медленно, очень медленно сократила расстояние между ними и остановилась на незначительном расстоянии. Семеро мужчин как по команде встали позади девушки, взгляды несколько пар глаз настороженно остановились на Твари. Ари чувствовала, как они одновременно концентрировали волю, очищали разум, готовясь к магической схватке, рядом словно щит стоял Сэтан, у ног Неси, Крэй оказался слева. — Я хочу, чтобы вы признали меня.

Ари смотрела на красивого мужчину, но видела Тварь. Он убил стольких невинных только из-за своего голода, сумасшедшего голода. Арина очень отчетливо помнила все, что происходило с ней в тумане. Такие как он не просто убивали, нет, это были самые изощренные способы. Но самое ужасное было потом, они разделывали своих жертв медленно выпивая каждое воспоминание, чередуя их, смакуя и наслаждаясь ими.

— А в пещере… я только пробудился и потерял свою истинную суть, поэтому образ мальчика был для меня прост.

— Ты выпил ребенка! Я и правда ненавижу тебя, — зло выкрикнула Ари.

— Тот ребенок… я забрал только его воспоминания и его образ, и он остался жив… но это было очень давно… настолько давно, что я стал забывать.

Он смотрел пристально, только на нее, словно и не было никого вокруг, а потом прикрыл глаза, — Я так давно ни с кем не общался… вот так просто… Тебе ведь тоже хочется общения?

— Но не с убийцей, — холодно сказала Ари, он лишь устало и молча посмотрел ей в глаза. — У тебя нет выхода.

— А если есть, — едва прошептал и почувствовал, как девушка напряглась, а потом зло сказала.

— Забудь об этом. И не смей даже думать.

— Ты в этом уверена?

— Да.

— Значит, я должен свыкнуться с мыслью, что скоро умру?! И принять это?

— Ну ты же хочешь быть свободным.

Ответом ей было молчание.

— Ты меня списываешь со счетов? — усмехнулся он.

— Ты борешься за жизнь. Это значит, что ты имеешь надежду, — тихо произнесла она.

— Призрачную, — вдруг ответил он, — и даже от нее ты заставляешь меня отказаться.

— Ты так говоришь словно в моих руках твое существование…

— Жизнь…

— Не мне решать…

— Почему нет? — он посмотрел на чистое голубое небо, там была свобода. — В отношении меня ты видишь только черно-белое и для тебя не существует полутонов.

— Даже не белое.

— Ты назвала меня убийцей.

— А разве это не так?

— Ты заставляешь меня сказать то, что тебе не понравится услышать.

— Что? Скажи мне.

— Ты уверена, что хочешь знать? — его голос обволакивал, заставлял волей-неволей проникаться симпатией, доверять без особого на то повода. Он сделал паузу. Помолчал, наблюдая за ней. Ари приняла полурасслабленную позу и вздернула бровь.

— Слушаю, — предложила ему высказаться.

Он мгновенно среагировал на ее легкое изменение, заметно подался вперед и чуть напрягся, когда в руке Сэтана появилось синее пламя. Его кровь застыла, будто лед образовался в теле и костях.

— Да. Скажи, — она положила ладонь на локоть Сэтана в успокаивающем жесте. — Я пропущу твои злые слова мимо ушей, — насмешливо сказала Ари. — Ведь у меня золотое сердце.

Император слегка улыбнулся.

— Мне жаль. Я не хотел говорить тебе, но… ты убийца моей расы. И ты для меня такое же Зло. Ты дракон, выдыхающий ядовитый пар рассеивая моих сородичей, ты массово уничтожила всю мою расу, и я вправе расценивать тебя как зло и угрозу.

Ари вздрогнула. Ей придется жить с этим осознанием до конца жизни. С огромным трудом ей удалось сдержаться, чтобы эмоции не отразились на лице, не вылезли наружу рваными жестами. Внутри бушевали возмущение и ярость. Унижение затопило ее, пережевывая ее гордость с громким хрустом, прежде чем выплюнуть обглоданные кости.

— Видишь, — сказал он, — ты и я, не такие уж мы разные, не так ли? Мы оба желаем одного и того же — жить. Твоя магия видения и сплетения душ… разве ты не видишь мою душу? А Энергообменник — способность забирать и отдавать энергию, любую: жизненную, световую и энергетическую. Забирать, — прошептал он, пристально смотря в глаза девушки.

— Не дави на меня, — процедила Ари. — Ты думаешь я не понимаю, чего ты добиваешься? Хочешь привить мне чувство вины? Это ты убийца, а я защищаю свой мир. И не забывай, я Человек и умею контролировать себя.

Он опустил глаза, — Хорошо, если тебе от этого легче оправдать себя пусть будет так. Я — Зло. Тогда как Зло, я не могу позволить себе роскоши быть побежденным, а ты как олицетворение Добра — можешь.

— Неверно мыслишь и рассуждаешь, — усмехнулась Ари. — Я могу твое высказывание расценить как угрозу моей жизни.

— Это всего лишь игра словами. Но ты уже посчитала, что виновна в уничтожении моей расы. Через камень я ощущаю тоже твои эмоции, но к сожалению, не могу читать мысли как ты.

— Считаешь, что я буду винить себя и жить с этим? Нет. Почему камень признал меня?

— Распознал в тебе магию.

— Какую?

— Ты способна забирать энергию, твоя магия близка с нашей.

— Но я не ты… я не забираю ее в целях уничтожения. И никогда не забирала.

— Помнишь… две стороны одной монеты… все зависит, в какой ситуации ты окажешься и по какому пути пойдешь. — он испытывающие глядел в ее глаза. Как будто каким-то образом уловив ее мысли о ней, он сказал: — Ты жаждешь меня убить, потому что я озвучил правду и истину внутри тебя.

Ари почувствовала себя хуже некуда.

— Ты мягкосердечная и видящая души, — тихо сказал Гарркаа'нака'аши и спокойно посмотрел на девушку, и снова этот его взгляд не обвиняющий, но… с жалостью?! Он что ее жалеет? Чего он добивается? Он как маньяк, паук, психологически нашел свою жертву и она, как бабочка трепыхается, боясь попасть в его паутину.

— Ты все делаешь для того, чтобы я к тебе расположилась, почувствовала симпатию… не так ли?

— А разве я плохо справляюсь, — улыбнулся он уголком губ и его глаза блеснули. Теперь он был воплощением опасности. Арина видела это так же ясно, как весь его драгоценный арсенал насилия и смерти, который его окружал.

— Да пошел ты, — разозлилась Ари. Сейчас бы она предпочла остаться наедине, но теперь не было никакой возможности избежать его общества. Никакой возможности спрятаться оттого чувства, которое он в ней зародил. Он заставил ее думать о тех вещах, которые она боялась признать даже самой себе и словно в тумане услышала музыку. Ненавистно-прекрасную музыку. Ари возненавидела ее еще там… на границе, а после разговора с Тварью она почувствовала вину. Вот же… засранец, знает, как психологически давить на ее струны души. Ари внутренне напряглась и резко отвернулась, поймав обеспокоенный взгляд Сэтана, и с трудом сглотнула внезапно подступивший к горлу комок. Ее слабая улыбка погасла, как свеча на ветру, а глаза стали необычно темными, в них отражалась тревога. Она была бледна.

— Drax… — выругался Крэй наблюдая за эмоциями Ари.

Гарркаа'нака'аши пристально наблюдая за девушкой произнес: — В конце концов, ты единственный человек, на данный момент, которому я могу доверять. Мне трудно удержаться и не дотронуться до тебя. Ты излучаешь сладкую для меня энергию, — он уловил в ее эмоциях изменения, и они потрясли его, он в порыве сделал к ней шаг протянув руку для прикосновения.

Тут же не сговариваясь маги выпустили заклинания и Гарркаа'нака'аши упал на землю сжимаясь от боли.

— Хватит! — громко сказала Ари тяжело дыша, когда пришла в себя. — Вы же видите, что он не сопротивляется. И только я его допрашиваю. Он говорит лишь со мной, хотите услышать правду, тогда прекратите сейчас его высушивать магией. Он мне пока нужен.

Император поднялся и было видно, как всего его окутало черным сгустком тени, а потом он снова восстановил образ красивого черноволосого мужчины. Лицо его вдруг стало жестким и холодным, словно мрамор. В это мгновение Ари смогла ясно увидеть холодного, властного Императора своей расы и, которым он был когда-то и, которым станет снова, представься ему хоть малейший шанс.

Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, затем он отбросил назад свои длинные волосы и одарил ее очаровательной улыбкой. Арина хмыкнула, она ни на секунду не забывала, что он опасен. Но посмотрев в его глаза, разочарованно выдохнула. Ари не могла не признать, что Тварь был красивым, с хорошими манерами, и загадочным, но пугающий. Его глаза в данный момент были самыми светлыми из когда-либо виденных ею. Нет, ей не стоит больше с ним общаться иначе ее принципы о том, что он имеет право на жизнь, сведут ее с ума.

— Должно быть, в тайне ты надо мной смеешься? — спросила она, стараясь придать голосу безразличный тон.

— Поверь, мне не до смеха… Я могу понять твою ненависть ко мне… — император буквально прожигал Ари взглядом. — Но не пора ли перейти к другой ступени общения. Ты так жестока?

— Достаточно жестока. Твари дали мне первый урок, когда пили и забирали всё, что мне дорого. Но больше я не хочу говорить о тебе, мы еще послушаем тебя и поверь, — Ари вытащила камень, — мне не составит труда узнать лжешь ты или нет.

— Мне нет резона лгать.

— Захочешь выжить на все пойдешь, особенно с твоей сутью и образами, которые ты принимаешь. Но мне нужен только один… и ты станешь им.

— Это может быть опасно. Я могу не суметь контролировать себя. Закройте меня магией, моей будет недостаточно, я голоден.

— Да неужели? Вроде я слышала ты поглощал магию находясь в клетке, — усмехнулась Ари.

— Это не та магия… невкусная… несъедобная, но выбирать не приходилось, вот если ты наполнишь меня своей магией… сама прикоснешься… — и он не договорил, как тут же у Сэтана в руке появилось синее пламя, а в другой руке оказался серебряный клинок блеснув вспышкой света.

Гарркаа'нака'аши повернулся к нему лицом. Ари поняла, что у этой твари не было конфликтов с самим собой. У него не было проблем с тем, кем он является. Он словно играл на их нервах.

— Только прикоснись к ней, — процедил Сэтан и на его лице засветились символы, а глаза излучали темный огонь Мечника, тут же рядом с ним и Ари снова встали воины, окружив девушку в кольцо из своих тел.

— Я не трону ее и никого из вас. Мне достаточно того, что вы только что со мной сделали. Можете закрыть меня своей магией.

— Которую ты сожрешь хоть она для тебя и несъедобна, — подошел к нему Крэй совершенно не боясь. — Нет уж парень, хочешь жить стой смирно иначе щелчок, и тебя — нет.

Император покорно сложил руки за спину, но вздернул гордо голову посмотрев в синие глаза, готовые в любую секунду его убить.

— Иногда не убивать гораздо сложнее, чем убить, — сказал Крэй убирая свое оружие, при этом не сводя глаз с Гарркаа'нака'аши. Его губы изогнулись в подобии улыбки, но глаза остались холодными.

Ари была сбита с толку и задумчиво села на свой камень машинально гладя Неси. Сэтан обеспокоенно заглянул в ее глаза и привлек к себе не обращая ни на кого внимания, даже на некоторые пристально-изучающие взгляды, — Не принимай его слова близко на свой счет, — Ари прижалась к груди Сэта, ощущая его крепкие теплые объятия, растворяясь в его нежности и любви. — Тебе жаль его, — прошептал он все еще стараясь унять свою злость на того, кто осмелился даже подумать, чтобы прикоснуться к его любимой.

— Все хорошо, — в ответ прошептала Ари, — мне не жаль его, но речи его странные и это сбивает меня с толку, — а потом вздохнув расправила плечи, — но есть еще один момент, который я хотела бы уточнить, и она обернулась к Гарркаа'нака'аши.

— Поговорим о ящике… зачем вам такая штука, которая вас способна вгонять в транс… зачем хранили? Это же для вас погибель.

— Музыка… нам не уничтожить ее… мы сотворили ее с братом и оставили, но попадаем под влияние своего же творения. Не могли уничтожить. В этом и наша погибель. Но тот, кто сотворил не впадает в транс.

— Надо же, — усмехнулась Ари, — такие как вы, а создали прекрасное, теперь понятно почему ты в образе дракона свободно существовал, когда как остальные твои сородичи сидели в трансе у границы и умирали. Как интересно, — протянула Ари и в ее глазах зажегся мстительный огонь, — сам создал то, что и уничтожило в итоге твою расу, а винишь меня.

— Но я не думал… — он дернулся и нахмурился.

— А теперь ты задумался о том, что сам сотворил прекрасное и одновременно смертельное оружие.

Он быстро взглянул на девушку и в его глазах отразился ужас, черные тени вихрем окутали его фигуру. А потом исчезли.

Ари прищурилась, — Не очень-то осознавать, что в итоге оказался убийцей своей расы.

Он снова вздрогнул — почти незаметное движение, но оно было. Если бы она не смотрела на него так внимательно, она бы этого не заметила. Он дважды выдал себя эмоциями, что, насколько она понимала, для него неслыханная редкость в данной ситуации.

— Теперь мы поменялись местами. Теперь ты Зло для самого себя.

— В отличие от тебя… я с этим буду жить, — приглушенно ответил он.

— А по-другому и не получится, если только ты не встретишь тварь, которая тебя выпьет, избавив от ужасных воспоминаний.

— Кроме меня нет живых, — сжал он кулаки, а потом закрыл глаза и надолго замолчал. Ари глубоко вздохнув поразилась, что испытала некое удовлетворение от того, что высказала ему. Теперь она паук, а он черная бабочка в своей же созданной паутине. И все же Ари чувствовала в себе эмоциональное напряжение и какую-то потерянность от диалога с Тварью.

Ари горько улыбнулась и когда убедилась, что все взоры снова устремлены на нее сказала: — А теперь мы продолжим… итак… Инайи не сразу нашли средство уничтожать Гарркаа'нака'аши. Ведь они были творцами и не забирали жизни, у них не было магии разрушения. А Гарркаа'нака'аши постепенно уничтожали живых магических существ. Так погибло огромное количество животных, созданных Инайи, но первыми под удар попали беззащитные люди. Сами Инайи научились скрываться, прятаться и Ита'неси, защищали своих Создателей. Они из пасти испускали пары холода, который их рассеивал.

— Кхм… — усмехнулся Крэй, — ты точно потомок Инайи, только тут много странного. Твоя драконница… и этот твой ядовитый пар.

— А вот почему я такая драконница неизвестно, — вздохнула Ари, — это еще предстоит мне выяснить. Не забывай, что душу дракона в меня вдохнул Бог Мирозданья.

— Поговори с Богом, — спокойно сказал Эйтан. — И получишь ответ.

Ари смотрела на Эйтана, он всегда ее понимал с самых первых минут как они познакомились, и их видение на некоторые вещи во многом совпадали, — Может и попробую… но слушайте дальше… Инайи в последствии стали использовать Ита'неси как оружие и создавали их все больше и больше. Также Инайи выяснили, проводя несколько экспериментов, что магия холода способна была замораживать Гарркаа'нака'аши и обездвиживать их, но не убивать, они словно впадали в стазис. И Инайи их замуровывали в пещерные гроты отрезая им пути на выход и к пище своей магией. Та магия, которую в будущем будут использовать Заклейменные Мечники, лунные воины.

При этом жрец и воины не проронили ни слова внимательно слушая девушку.

— Но Гарркаа'нака'аши каким-то образом находили пути выйти и рвали защитные плетения. Точно также они это делают и сейчас на границе… делали… — поправилась Ари. — Для оставшихся в живых Инайи настали не самые лучшие времена, цивилизация их расы клонилась к гибели и ужасным было то, что во время этой войны огромные территории планеты превратились в пустыню, и города подверглись разрушению. Того мира, который был раньше, уже не было. Только постоянное выживание и борьба за свое существование. Некоторые Инайи решили покинуть этот мир и уйти на Терру, а часть осталась бороться. Так погибли и созданные существа. Их осталось только семь и сейчас перед вами Защитники этого мира. Ита'неси приспособились к жизни в тумане, научились прятаться от Гарркаа'нака'аши, а также от драконов и людей-магов. Они потеряли своих Создателей и тоскуют по ним. Но может среди присутствующих отыщется их Инайи? Например, как Айнон нашел своего Хранителя.

Все посмотрели на Айнона и его Дэрго, некоторые мужчины из братства присмотрелись к Ита'неси. Сами же Существа привстали и потянули морды к Арине, девушка гладила каждого и успокаивала, — Мы попробуем…

— Я не против такого, — выкрикнул Вэон смотря на Дэрго.

Сэтан и Идан усмехнулись, зная, как Вэон грезил о своем животном.

— Но чуть позже, — улыбнулась Ари, — а сейчас я продолжу… через несколько лет, когда более-менее все успокоилось Инайи приняли решение. Суть его сводилась к следующему: Инайи решились на эксперимент по смешению с людьми, чтобы их близкие, но все-таки разные генетические свойства и качества слились воедино в новой расе. Они хотели, чтобы люди обладали магией, были сильнее и разумнее. В будущем именно такие люди станут называться лунными.

И все перевели взгляды на воинов.

— Да уважаемый жрец, — кивнула Ари. — Вы потомки разумной древней расы Инайи с частицей их гена, крови и магией. Поэтому вы способны уничтожать Гарркаа'нака'аши, поэтому вы другие. Вы отдельная раса, отдельный народ — лунные. А почему именно лунные, я сейчас объясню. Раса новых людей множилась, передавая из поколения в поколение магию и частицу Инайи. И на самом деле, как оказалось, такие рожденные люди были сильнее и многие получали в дар не одну стихию, а несколько, но к сожалению, не могли понять, как ею управлять, видимо это и повлияло на новый всплеск и пробуждение Гарркаа'нака'аши, которые учуяв магию вновь стали нападать. Отчаявшиеся чистокровные Инайи наблюдая, как снова умирает их мир и их творения взмолились, посылая всю свою энергию в живую Вселенную. И на этот призыв и откликнулось Высшее Древнее Разумное Существо. Ее звали Лун'а'ани. Высший разум. Намного сильнее Инайи в своей магии и в своей сущности. Это ваша Богиня. Она наделила несколько воинов своей силой и научила уничтожать Гарркаа'нака'аши. Именно она и нарекла новый вид — лунными. Она Богиня, защитница этого мира и своего народа.

Ари посмотрела на Крэйя, тот опустил глаза, а потом вновь посмотрел на Ари, и они друг друга безмолвно читали, в итоге Крэй слегка усмехнулся, а Марах Минас оперся на посох и как-то странно смотрел на девушку, но молчал. Ари не стала говорить на самом деле кто такая Богиня, пусть она для них останется прекрасным божеством. И Сэтан улыбнулся, переглянувшись с Ари.

— Продолжим… — кивнула она, — установились вполне мирные времена. Лунный народ жил на севере своей обособленной закрытой общиной. Они очень редко появлялись на землях людей, поэтому из-за своей закрытости и нелюдимости они обрели вокруг себя легенды и чаще не совсем хорошие. Лунные всегда, даже с тех времен были загадкой и им приписывали многие несуществующие их расе качества. Но все же они едины с людьми, разделившиеся на два вида из-за магии, но жили они между собой довольно-таки мирно и спокойно.

— Как я понял, жили только люди, но разделены на два вида, — подвел итог Нейвуд и Ари кивнула. — Но как же мы, драконы? — в голосе огненного проскользили обидчивые нотки и все невольно улыбнулись кроме самих драконов.

— Именно в тот период, когда люди обрели устоявшийся уклад и жизнь, но совершенно не знавшие как управляться магией, которая наверно и породила мутированных змееподобных чудовищ, и прилетел Дракон Мирозданья.

— Ну наконец-то!!! — воскликнул Нейвуд. — Прилетело спасение.

Многие не удержавшись засмеялись, но именно Крэй и Эйтан молчали.

— Именно с этого момента и начался Новый этап. Новый век. Новая жизнь. Началось стремительное развитие человечества, люди научились управляться с магией, многое возродилось и многое кардинально поменялось. Стали строиться города, школы, академия, появились законы и общие порядки. Хаос прекратился во всех смыслах особенно магический. Наступил Драконий Век. Новая Эра, — громко говорила Ари с нотками важности. Это было важно, поддержать драконов в их значимости и высшем статусе.

Нейвуд невольно улыбнулся, но Ари вздохнула, — И, если драконы были спасителями, то для другого народа они стали угнетателями, — и этими словами стерла улыбку с лица огненного. — Лунные из-за своей магии были оттиснуты в далекие земли, а люди естественно стали зависимы от драконов. Про самих Инайи никто уже и не помнил, да и не знали, что когда-то существовала такая раса. Сами лунные утеряли все доказательства тому, что они потомки высокоразвитой цивилизации. Они считали, что их создала Богиня. А у людей появилась своя Богиня Всего Сущего, которой они молятся и по сей день. И на данный век существуют три расы, три Бога: Дракон Мирозданья, Богиня Луны и Богиня Всего Сущего. Легенда о Боге не выдумки, вы все ее знаете, но было кое-что и еще… — и Ари посмотрела на Сэтана. — Расскажешь ты?

Сэтан задумчиво поднял голову посмотрев на всех, — Когда я умер, то оказался в мертвом мире и встретил… своего деда Луниса Мак-Орга, от него я узнал истину, которую поведаю и вам. Вы все знаете легенду про Дракона Мирозданья и что наделив девушку душой дракона от нее и родились пять драконов: Золотой, Лазурный, Изумрудный, Красный и Черный. Это не легенда, это истинная правда. Каждый из его сыновей взял в пару девушку, которая обладала сильным магическим потенциалом, именно такая девушка могла родить и выносить Дракона. Ведь драконниц не было, — подчеркнул Сэтан не сводя глаз с Крэйя. — Так появилась Аримия. Так появилась новая раса — Драконы, которые могли перевоплощаться и познавать не только свою звериную сущность, но и человеческую. Эти пять драконов с сущностью человека и были Первородными, основателями нового вида, новой расы.

— Хочешь сказать, что Дракон и Человек — Едины, — мрачным взглядом Крэй заставил Сэтана замолчать и его губы изогнулись в кривой улыбке.

— Не существует полукровок, — спокойно сказал Сэтан. — Так было изначально. Так истинно.

— Дракон и Человек — Едины! — громко сказала Ари обводя взглядом каждого, но вскинула руку в знак молчания, когда драконы поднялись и девушка увидела на их лицах недоверие, отторжение только что сказанного ею и Сэтаном.

— Продолжай, — угрюмо сказал Крэй, но остался стоять, как Нейвуд и Эйтан.

— Не существует полукровок, — еще раз повторил Сэтан тоже поднимаясь. — Каждый рожденный ребенок мог стать драконом, в каждом была частица первородной крови. Эти пятеро взяли себе в пары девушек магинь, они не были драконницами и не могли летать в небе. Звериная сущность драконов тосковала по себе подобным. Тогда сыновья взмолись своему отцу, чтобы он вдохнул в их пары Душу дракона. И внял Дракон Мирозданья их мольбам и сделал то, о чем они просили. У всех у них были дети, но они не могли заключать браки между собой, ведь все они были братьями и сестрами. И тогда рожденные дети драконов стали находить себе пары среди сильных магинь, и от них и рождались драконы.

— Если так подумать, — медленно молвил Эйтан, — то все логично… рождались драконы и впоследствии не связанные кровными узами могли взять себе в пару уже дракона, а не магиню.

— Верно, — кивнул Сэтан, — раса драконов множилась, не увядала.

— Но откуда тогда спор про Первородных и Истинных? — развел руками Эйтан.

— Спустя много веков этот мир посетила настоящая драконница. Она в небе увидела золотого дракона, и зверь ей приглянулся. Их полеты продолжались несколько дней. Драконница улетела, но год спустя вернулась, нашла того золотого дракона и принесла ему девочку. Полудракона-получеловека. Человек на четверть. Драконница не знала, что в итоге делать с дитем. Золотой принял эту девочку, он растил ее, учил быть человеком и драконом. Эта девочка оказалась золотой и ее дар был видеть магические нити. Так родился первый дракон, нарекаемый Жрецом, который венчал пары. Девочка в последствии взяла в себе в мужья золотого дракона, и объявила себя Императрицей и Истинной. С того момента и появились споры о Первородных и Истинных.

— Это объяснят многие вещи, — задумчиво сказал Эйтан, — но я все же надеялся услышать, что были изначально драконы и драконницы.

— Нет, — покачал головой Сэтан. — Дракон Мирозданья настолько полюбил людей, что ему хотелось, чтобы у его детей была человечность, чтобы они осознали любовь, радость, боль, смех. Приобретали и теряли, узнавали ценности жизни и рождения. Это истинная история появления драконов.

— А Бог ли он был? — в тишине раздался голос Крэйя. — Может, как и раса Инайи он просто живой и разумный?

— Богиня Луны наша богиня, так и Дракон Мирозданья ваш Бог, — сказал Сэтан твердо смотря в его глаза. — Он дал вам жизнь. Ваш праотец и вы его творения, как и я.

— И он не слышит нас… — высказал Нейвуд.

— Отвернулся… — кивнул Эйтан.

— Потому что он хочет иного, — тихо сказала Ари.

— Наши внутренние распри кто Первородный, а кто Истинный закончились именно с правлением жреца Авира Дэл-Лана, — сказал Эйтан вновь усаживаясь на ствол дерева, — он принес нам устоявшееся взяв под контроль…

— Всё, — перебила его Ари, — но по сути все Едино, — и взглянув на Ровуда Ин-Раша заметила в его глазах спокойствие. И она поняла, что ректор не просто догадывался, он знал. — Мы еще поговорим о жреце создавшего Орден Солнца, — и Ари замолчала, посмотрев на Сэтана, который продолжил говорить.

— И на земле жили три народа. Первый — драконы, вечно выясняющие кто истинный, второй — люди, третьи — лунные, но жизнь не стояла, развивалась, текла в привычном ритме и на протяжении веков все менялось… и не всегда в лучшую сторону. Все не без греха, и драконов не обошли стороной человеческие слабости такие как тщеславие, самолюбие, жажда власти, всесильности в своей значимости. Многие драконы просто развлекались с женщинами-магинями не заботясь о последствиях. И все же, когда рождался дракон не в браке он не считался полукровкой в те времена, он был драконом. Драконы не бросали их, а забирали к себе одаривая женщину богатством и даже оставляли женщин при себе, конечно, если те желали этого и не могли покинуть свое дитя. Так некоторые драконы могли создавать себе гаремы. По желанию. Но вскоре это было отменено из-за того, что уже сами люди взбунтовались, начались первые волнения и распри между уже людьми, и драконами. Люди достигнув в своем развитии высокого уровня, разделились, стали самостоятельно принимать решения и захотели отгородиться от драконов. Так постепенно создался человеческий континент со своим королем, своей религией и Богиней. Люди своей многочисленностью одержали вверх за право быть отдельным государством. А лунные остались не удел, их вытесняли вглубь севера, так как драконы не могли с ними существовать из-за их магии. Но уже как триста лет драконы и люди мирно существуют благодаря тому, что объединились в борьбе с Тварями.

Все непроизвольно перевели взгляд на Императора. Но тот словно погрузился в транс сидя на земле скрестив ноги, с прямой спиной и закрытыми глазами. Как статуя, мраморная неподвижная статуя. Арине стало не по себе, и она слегка вздрогнула, когда услышала вопрос Сэтана к драконам.

— Как вы узнаете полукровок?

— Я уже говорил, — сказал Крэй, — что видел только двоих, одного сошедшего с ума, другого на смертной казне. Нам всегда говорили и учили, что они издают особый запах, в них больше от человека, а не от звериной сущности. И проявление в них дракона ломает их.

— Я не видел ни одного и не ощущал, — сказал Нейвуд, — но много слышал еще с детства от отца, что полукровки не могут перекинуться, а визуально они обычные, как мы с вами.

— А вы Ровуд? — спросил Сэтан.

Ин-Раш усмехнулся, — Они такие же, как и мы, но в них больше человечности и да, они источают аромат более человечный. Это может учуять только дракон. К нему словно приходит понимание.

— Ты так говоришь, словно знаешь о них, — тут же отреагировал Крэй и прищурился, смотря на Ин-Раша. — Почему Мирьям и Меллиса летают на твоей спине? Я конечно перестал этому удивляться, когда родственница Арины проделывает это с моим воином, и он позволяет. Но ты…

— Потому что Мелисса моя истинная пара, — повернул резко голову Ровуд в сторону Эр-Тэгина напряженно всматриваясь в его глаза, — а Мирьям… скоро ты узнаешь.

— Просто жажду, ты мне расскажешь, и, по-моему, эта история слишком давно ждет своего часа, — скрипуче произнес Крэй и посмотрел на Мирьям. — Думаю, я услышу то, что только что понял и это будет очень долгий разговор. Но в данный момент меня интересует откуда взялся ледяной дракон. Ни разу и нигде об этом не упоминалось, даже легенд не было, — Крэй не мигая смотрел на Морстена, признать его Мак-Оргом он пока еще был не в состоянии.

Сэтан чуть улыбнулся и его глаза сверкнули, — У Дракона Мирозданья был еще один сын, шестой — Ледяной дракон. Он не мог ужиться со своими огненными братьями, а они не могли существовать рядом с ледяным. Магия ледяного сковывала их, заставляла отгораживаться от него. А сам ледяной дракон терял свою магию и силу находясь не в своей стихии.

— И ты тоже? Стало быть, ты как ледяной слаб на нашем континенте, — догадался Крэй.

— Я могу существовать на всех континентах, но моя сила в большей степени на севере. Я обладаю что огненной магией, что ледяной, но став драконом, огненная стихия мне дается с большими затратами магических сил. Но моя магия по силе ничем не уступает огненной.

— Ты не скрываешь это.

— Не вижу смысла.

Крэй задержав взгляд на Сэтане слегка кивнул, — Ты сильный дракон. Признаю. И твою откровенность уважаю. Так что было дальше?

И Сэтан невозмутимо продолжил, он рассказал про своего предка ледяного дракона, как тот был одинок, не найдя себе пары, почему не мог существовать рядом со своими братьями, и почему ушел на север, где уснул вечным сном на долгие века. Рассказал, как его пробудила девушка с даром видеть души, которая в итоге оказалась его парой. — Но к тому времени как ледяной пробудился про него уже никто не слышал и не знал. Ледяной дракон стал мифом. Вскоре у них родился сын — Лунис Мак-Орг, мой дед. Пара ледяного дракона спустя много лет умерла, годы брали свое, когда как дракон был долгожителем. Он умер на могиле своей любимой. И Лунис остался один.

Сэтан какое-то время помолчал, но потом продолжил:

— Лунис жил вместе с лунными на острове, и они стали его семьей. Впоследствии он учился самостоятельно быть драконом применяя все знания и учения своего отца, познавал магию, учился у лунного народа. Он совершенствовался и достиг тех высот, которых и должен был. Ему стало интересно, что за мир окружает его, что за люди живут, какие они, и хотел увидеть других драконов, своих собратьев. И он покинул на несколько долгих лет остров. И перед ним раскинулся совершенно другой мир… Мой дед встретил свою пару, женщину-магиню с частицей драконьего гена. Именно такие женщины и привлекают драконов по их ароматам и магией. Хотя это не значит, что эти женщины будут жить долго. Лунис ей рассказал о себе правду. Но их дети по законам мира были бы объявлены полукровками, вне закона… но дед знал правду и отрицал установленные правила, и вот тогда он начал задумываться о том, что это неправильно, несправедливо… Он был один против всей Аримии.

— Вот поэтому он объявил себя равным драконам, — тихо сказал Эйтан. — Я всегда задумывался для чего и почему он это сделал.

— Причина в том, что он на самом деле дракон, — согласно кивнул Сэтан.

— Но зачем было идти воевать, истреблять наших жрецов, — рыкнул Нейвуд.

— Всему были причины… — сказал Сэтан, — и когда у Луниса родился сын, вот тогда он стал серьезно задумываться о своей и своего народа судьбе. Мой отец Этан Мак-Орг, ледяной дракон, получил магию не только от отца, но и от матери. Через много лет отец встретил мою мать, магиню с даром четырех стихий. Она также не была лунной, как и моя бабушка, но отец почувствовал в ней ту, которая могла ему подарить дракона. Но моя мать сошла с ума, когда произошли страшные события в храме, где были уничтожены лунные воины и жрец. Эти события вы знаете…

— Грязное пятно на нашей истории, — сказал Эйтан.

— Я рад, что вы это признаете, — тихо сказал Сэтан и лунные воины склонили головы в знак принятия слов дракона.

— Правда ваша и наша, — сказал Крэй. — Но вы заставили себя уважать.

— Но то, что сделал жрец — это грязно, — произнесла Ари.

— Я не отрицаю, — вскинул голову Крэй и посмотрел на Мараха, — но извиняться за содеянное жрецом не стану и за его решения, как главнокомандующего Аримии.

— Вы бы так не поступили, — кивнул старец мягко излучая свет в своем взгляде на мужчину. Крэй не отвел глаза.

— Не стал бы. Что вы знаете об Авире Дэл-Лане? Он наша история и много принес упорядоченного, не говоря уже о том, что именно он установил границы и побеждал тварей. Я не считаю его злом, он патриот своей страны, действовал и решал на благо своего государства, — и Крэй посмотрел сперва на Арину, а потом на Сэтана.

— Боюсь, тебе многое придется не по душе, когда ты услышишь некоторые вещи. А может и увидишь, — серьезно ответил Сэтан.

— Мне и так многое не по душе, но я сейчас слушаю, как сторонний наблюдатель, не применяя лично на себя. Если бы я увидел полукровку, такого рожденного дракона воочию, то многое мог бы понять, а так, увы… или есть таковой? — Крэй с ухмылкой посмотрел на Ровуда. — Морстен считается полукровкой, но из-за его магии я не могу понять, но чувствую в нем силу и мощь полноценного дракона. Это касается и Арины, ее драконница уникальна. Но я хочу увидеть именно своего собрата, огненного одного из пяти мастей, и ощутить его запах.

Ровуд опустил глаза и сжал руку Меллисы, та слабо улыбнулась.

Сэтан долго смотрел на черного дракона теряясь в своих мыслях и чувств на счет него, может и прав Идан, у Эр-Тэгина Душа Истинного Воина и в нем преобладает больше от человека?!

— Прошу Морстен продолжай, — кивнул ему Крэй холодно на него взглянув.

— Что касается меня, то я никогда не ощущал в себе дракона. Но из учений деда и отца я узнал, что дракон пробуждается естественно, когда посчитает нужным, когда созреет и, когда человеческая сущность готова принять его. Но бывает его пробуждение вызывается стрессовыми случаями, даже на грани смерти. Пробужденный сам по себе дракон созревает намного дольше, но по мощи и силе ничем не отличается от своих собратьев рожденных, и пробужденных с самого рождения. В моем случае, я стал самостоятельно учиться по дневникам деда и отца.

— Трудновато пришлось парень? — усмехнулся Крэй.

— Справляюсь, — в ответ усмехнулся Сэтан.

— Ну то, что мы видели, — обронил Нейвуд, — весьма неплохо.

— Но не обессудь, помогать не станем, — сказал Эйтан, — с тобой рядом и лунными на самом деле сложно находиться.

— По сути ты нам собрат, — усмехнулся Нейвуд, — но другой, но все же дракон.

Сэтан не смог скрыть улыбки, впрочем, как и остальные, и Ари тепло посмотрела на Нейвуда.

— Считай признали, — улыбнулся Эйтан, — как и Арину, но что касается полукровок… трудно это принять, ведь у дракона не будет пары, чтобы летать в небе. Мы драконы все равно будем стараться находить себе только драконницу. А если рассматривать, как увеличение расы…

— Но драконы вымирают вот это и плохо, скоро ваша раса может исчезнуть как вид, — тихо сказала Ари.

— Но я хочу в пару дракона и летать, а не девушку-мага, — нахмурился Нейвуд.

— Когда полюбишь это не станет иметь значение, — молвил Ровуд, а Нейвуд фыркнул.

— Отмена полукровок позволяет жить открыто и иметь детей, — сказала Ари, — подумайте об этом. — Таким как Ровуд и Мелисса, Софи и Арг. Например, я уверена, что многие драконы живут с любимыми магинями, но не позволяют себе иметь от них детей, хотя желают этого по своей истинной природе. А ведь многие из них страдают, чувствуя на уровне самой природы, что именно эта женщина могла дать ему свое продолжение. А у вас так редки союзы и каждый ребенок ценен.

— И все же это спорный вопрос, — нахмурился Крэй. — Мы связываем себя для продолжения рода с нашими драконницами и даже без жрецов, как-то стали обходиться без них, тем более два дракона долгожители, когда как магини смертны.

— Если обвязать нитью дракона такую женщину или мужчину, то нить продлит жизнь выбранной паре, — тихо сказала Ари.

— Но на наш век такой маг не родился. Не кому обвязывать. Как исчез жрец четыреста лет назад так с ним все и закончилось. Авир Дэл-Лан не оставил после себя потомков и не передал свой дар, — быстро среагировал Крэй. — И насколько я понял на нем и закончился род от той девочки.

— Пора бы рассказать про самого жреца, — тихо сказал Сэтан взглянув на Арину. — Причина по которой восстал Лунис против жреца Ордена Солнца, это мировоззрение Авира Дэл-Лана, его взглядов, его религии и политики. Жрец был фанатиком чистой крови, он проповедовал чистоту расы, никаких людей, никаких смешений кровей. Только Драконы. Чистокровные, сильные выносливые с сильной магией передающие по крови.

— Не вижу в этом ничего плохого, — сказал Крэй, а Сэтан продолжил:

— Авир Дэл-Лан, Золотой Дракон. Жрец, видящий нити. Основатель Ордена Солнца. Потомок Истинных драконов, как он величал себя. Он практически правил Аримией. Был регентом при Императоре. Он вел тихую войну со своим же народом через жреческое правление. Авир объявил вне закона тех, кто был рожден от человека-мага и нарек их — полукровками. Именно он нарек их полукровками, — подчеркнул Сэтан, — которые не должны были существовать. Он считал, что полукровки разбавляли истинную кровь делая драконов слабее, человечнее, что сокращало их долгожительство. Он хотел вернуться к истокам Первородных, но иначе. Он соединял нитями в пару только рожденных от драконов. Сознательно. Он обладал такой властью и вершил. Он распределил все масти по их магии, обозначив каждого кто и что должен делать. Золотых он объявил правящим родом, как Истинных. Вам не приходило в голову, что править мог и род Черных? Которые были намного сильнее не только по своей силе, но и по магии?

— Мы с тобой как-то затрагивали эту тему, — мрачно произнес Крэй. — Но оставь ее.

— Так продолжалось много веков и сменился император на нового, в главе Аримии встал совсем еще юный Тарган Эр-Тэгин-АрХар. Его век называют Золотым веком Великого Дракона. Тарган также следовал взглядам и учениям Жреца и нес правление под руководством уже не молодого Авира. И постепенно менялась вся история Аримии и устанавливались новые законы и правила. Именно с его приходом были уничтожены все учения и записи, переиначены легенды и история.

— Те истории и легенды по которым и учат в самой Академии, — Ари взглянула на Ровуда и тот опустил глаза. — Трудно знать правду и скрывать ее, а еще хуже не посвящать в нее молодые умы? — Ари тепло улыбнулась ректору.

— Я один против всей Аримии и своих собратьев, — тихо ответил он, — но скоро и я буду говорить…

— И мне это не понравится, — процедил Крэй.

— Зато это правда, и пора бы тебе как сыну Императора знать о ней, — среагировал Ин-Раш.

— Сейчас я вспомнил наш разговор на императорском балу, — прищурился Крэй, — ты уже тогда мне намекал…

— Но ты проигнорировал…

— Да нет, я отправился в императорский архив, но к сожалению, нашел только записи о жрецах и недавно их изучил. Там нет ничего особенного, только пространные объяснения о его жизни и даре, но я перечитаю еще раз. А ты Ровуд нашел?

Глава академии кивнул, — Но то, что я нашел, будет передано тому, кто унаследовал дар жреца.

— Ох, Ровуд, — покачал головой Крэй, — кажется ты доигрался, боюсь, что не сладко теперь тебе придется.

— А это мы еще посмотрим, — высказал Ин-Раш и своим коронным коршуновским взглядом полоснул по Эр-Тэгину.

Крэй вскинул голову сжав зубы, а Сэтан поднял руку, — Сначала я закончу то, что начал говорить.

— Продолжай, — испепеляя взглядом Ин-Раша сказал Крэй, обращаясь к Сэтану.

— Лунис Мак-Орг к тому времени стал жрецом, правителем лунного народа и основал Орден, в который входили сильные, одаренные маги и посвятил их в истину. Он твердо решил обнародовать правду и объявить себя равным драконам. Богиня Луны наделила всех Заклейменных Мечников своей силой, и были они равны по силе драконам. И только после того, как Лунис обрел силу, он встретился с Авиром Дэл-Ланом, и рассказал ему кто он есть и потребовал отменить закон о полукровках. Дать возможность его же братьям вернуться к истокам. Более того он предъявил ему доказательства…

Крэй чуть сощурил глаза в которых полыхнул огонь. Он вспомнил все, что ему когда-то расказывал Морстен. Сэтан не разрывая контакта взглядом с драконом продолжал говорить: — Авир выслушал его и обещал известить о своем решении. Он обещал созвать Совет и заключить мирное соглашение. Но в ту же ночь Дэл-Лан напал на них со своими боевыми драконами… Жреца Авира убил мой отец, он вызвал его на бой. Многие видели, как в небе столкнулись два дракона: золотой огненный и ледяной. Их схватка была обречена. Они оба сгинули в тумане. Моего отца не поглотили твари, он ушел в мир мертвых.

— Но есть кое-что, что нам не дает покоя, — перехватила Ари инициативу на себя, — мы знаем, что жрец исчез на пару лет, а потом вернулся, заняв пост официального главнокомандующего, советника и все также жреца при императоре Таргане, и напрашивается вопрос: Куда он исчезал?!

Ари обвела всех взглядом и остановилась на Гарркаа'нака'аши, — Он нам расскажет.

— Но какая связь? — не понял Ровуд.

— Я считаю, что его выпил наш с вами император-тварь и именно от него мы узнаем, куда исчезал на два года жрец Авир Дэл-Лан.

— Поэтому ты его оставила в живых, — прошептал Крэй обращаясь к Арине, и девушка медленно кивнула. — И ты уверена в этом?

— Уверена, потому что в пещере он говорил весьма обоснованные речи. И ты сам их слышал.

Крэй повернулся к Гарркаа'нака'аши, как и все, — А теперь наступил и твой черед, советую говорить правду.

Император Тварей медленно открыл глаза.

— Я хочу, чтобы ты показал выпитый тобою образ, — холодно и сухо сказала Арина. — И ты знаешь о ком я.

— Я буду говорить только с тобой.

— Мы уже выяснили, что Твари любят разговоры по душам с нашей Ариной, — напряженно сказал Крэй.

— И это обоснованно, — проронил Гарркаа'нака'аши, чем вызвал удивление на лицах не только воинов, но Мелиссы с Мирьям, когда как Ровуд оставался невозмутим помня беседы его адептки с тварью, содержащейся в кубе.

Ари твердо посмотрела на Гарркаа'нака'аши.

Тот молчал, и видно было что он о чем-то думал, словно борясь с самим собой. Ари непроизвольно сжала камень в руке и закрыла глаза, зачем она это сделала, и сама не знала, но хотела прочитать его, чтоб еще раз убедиться на его счет. Сэтан перевел взгляд на Арину заметив красный свет, обволакивающий девушку и тихо выругался.

Вспышка, и Ари захлестнули эмоции, нахлынули чужие воспоминания… о том дне, когда он перестал быть настоящим, сильным бойцом, родовитым и уважаемым членом могущественного дома, воином достойным восхищения и уважения, истинным воплощением Красоты и Силы! Как он хотел вернуться в общество себе подобных, и не быть отверженным, оскорбляющим чужие взгляды уродом, каким он стал после того, как разрушились все его мечты.

Но гнев ушел, осталась горечь.

А ведь когда-то он мог мечтать.

Но теперь… где отражаются мечты?

В душе? В глазах? Или в замечательных, очень добрых снах, что приходят после тусклого, переполненного чужими отражениями дня? В столь прекрасных снах, что после пробуждения они вызывают горький привкус тоски, а красота Вселенной блекнет серостью, не в силах соперничать с отражением вечной мечты о счастье.

О простом счастье, смысл которого невозможно передать словами, потому что никто, абсолютно никто не знает, где он будет счастлив. С кем? Когда… Однако все к нему стремятся, видя в счастье смысл. Все стремятся, потому что этот приз — самый ценный. Все стремятся, потому что стремление дарит надежду на избавление от стылой повседневности.

Где можно увидеть тепло души? В глазах? В снах? В мечтах?

И что оно — счастье?

Сила? Богатство? Власть? Вершина?

Что успокоит душу и сделает ее счастливой?

Что заставит позабыть о скуке будничного движения? А что вылечит душу, если она кровоточит?

Не стонет, не болит, не беспокоится, а кровоточит, словно пронзенная кинжалом плоть — изумленная, потерявшая все, еще живая, но почти умершая…

Умирающую душу легко узнать — она живет лишь в снах.

И мечтал найти место, где не отражается его боль, а потом понял, что в мире такого места нет. Мир так и не обрел правильности. И, если он хочет быть счастливым, нужно изменить мир.

Или сжечь его.

Дотла.

Ари вздрогнула, выпуская камень из рук.

Он хорошо знал правила мира и бился насмерть, хотя на удачу не рассчитывал. Понимал. Что только правда, именно сейчас, сможет спасти его, какая бы она ни была.

И пока у него получалось, когда он смотрел в ее глаза. Потому что грань между Человеком и Существом для нее стояла, хоть и размытая.

— Вы и сами вели войну между собой, были друг другу злом, — усмехнулся он, — и как я услышал, чтобы прекратить эту войну между собой, вас объединили мы, — император смерил всех взглядом, — вы дали шанс друг другу.

— Но ты иное Зло, — сказала Ари. — Твоя суть — уничтожение без переговоров и право быть иным.

— Но у каждого есть шанс.

— А ты разве можешь быть иным? Твоя суть пить и питаться энергией, магией. Нами.

— Не спорю… но это только пока я не обрету физического тела.

Арина, как и все изумленно уставились на него.

— Объяснись, — велел Крэй поднимаясь.

— И чтобы успокоить вас, я готов поклясться, чем угодно, что я не являюсь вашим врагом. Я никогда не окажусь на другой стороне, — сказал он твердо.

— Ты рожден таким, — сказала Ари вскинув голову, — и твоей сути не изменить, как бы ты не старался. И тебе никто не поможет.

— А ты смогла бы, если бы это было в твоей власти? — тихо спросил он, напряженно всматриваясь в глаза девушки. Ари не выдержала и отвела взгляд.

— Это странно, — усмехнулась она, — но мне жаль тебя, как разумное существо ты имеешь право на жизнь и на свой выбор пути. Я не желаю тебе смерти, — призналась Ари, — но и помогать тебе не стану. Я всего лишь хочу выяснить то, что мне нужно.

— Зачем мне идти на контакт зная, что я обречен?

— Но ты пытаешься склонить меня на свою сторону и только в этом видишь крохотное свое спасение, хотя понимаешь, что обречен. Это заставляет меня думать, что ты не так бездушен. Но есть одно, но — Я тебе не верю, я считаю, что все твои речи это выпитые тобою люди. Слишком уж они человечны что-ли…

— А ты считаешь, что только люди способны к чувствам? Пусть мы иные и мыслим, и чувствуем иначе, но человеческие качества выпитых нами не сделали нас агрессивными, они нам подарили мысли, эмоции, заставили задуматься, и прошло очень много веков, а может я выпил достойных и правильно мыслящих, и могу измениться, стать другим, существовать и наконец жить в этом мире рядом с вами.

— Даже не думай об этом парень, — воскликнул Крэй. — Ты же ходячая смерть.

— Мои способности станут иными, как только я обрету физическое тело. Я могу стать другим.

— Как интересно… и каким же? — нахмурился Эйтан встав рядом с Крэйем.

— Попробовать стать человеком. И грань между Человеком и Существом растает.

— Но ты не человек! — вскрикнула Ари.

— А как драконы имеют другую сущность… как другие…

— Драконы изначально рождены с человеческой сущностью. А ты надел на себя образ, как одежду.

— Это образ в котором мне комфортно, я принял его как свою суть и могу с ним срастись, больше не имея возможности менять образы. Я один остался, я не могу иметь продолжение рода, я не могу иметь никого с кем мог бы быть близок. Но я могу начать жить, как человек и получить шанс, — он обвел всех глазами.

— Вот что… давай рассказывай, показывай и закончим с тобой, меня больше интересуют другие представители моего мира, — и выразительно посмотрел на Ин-Раша и Мелиссу, а потом и на Мирьям, задержав на девушке долгий, пристальный взгляд. Под его взглядом Мирьям напряглась, по телу прошел ток сравнимый со страхом, но взяла себя в руки и вскинула гордо подбородок. Крэй хмыкнул и снова взглянул на Гарркаа'нака'аши.

— А как на счет того, что ты говорил в пещере? Ты хотел быть хозяином мира… что-то изменилось сейчас? — с сарказмом спросил он.

— Я был под давлением своих образов, под давлением последнего образа… а также голоден, зол и только пробудился.

— А разве теперь ты сыт? Или подумал-подумал и решил идти по другому пути, — усмехнулась Ари сложив руки на груди. — Ты опасен, и чтобы тут не говорил твоя сущность не изменится. Где гарантия, что через много лет ты не проявишь себя и скрыто не начнешь идти по тому пути, который в тебе заложен? Отомстить за свою расу? Отомстить мне — как Злу? Я склонна думать, что ты затаишься, вынашивая свои планы мести, станешь узнавать мир, привычки, законы, психологию людей… Тебе достаточно только касания, чтобы поймать человека как бабочку в свои сети, а потом…

— Если я обрету физическое тело, то мои способности иссякнут. А если и проявятся, то… не знаю… стоит попробовать.

— Эй… вы заговорились, никаких попробовать, — высказал Крэй неодобрительно посмотрев на девушку.

— Даже если я дам клятву? — Гарркаа'нака'аши резко повернул свое лицо к дракону. — В конце концов не обязательно использовать магию, о собеседнике можно узнать многое по тому, что тот говорит… или не говорит… как он строит фразы, какие использует слова…

Ари отошла на несколько шагов, просто покачала головой и бесстрастно произнесла:

— Думаешь, это так просто — взять и поверить тебе на слово?

«Не могу, — мысленно закончила она. — Не могу…», неужели ее так сильно взволновала судьба этой Твари. Он так хочет Жить…

Они смотрели друг на друга.

— Ты ничего не знаешь обо мне, но скоро я дам вам всем шанс понять и узнать меня… Иногда, — сказал он, — нужно уметь порвать со своим прошлым и принять свое будущее. Это никогда не бывает просто. Но это главная черта, отличающая способных выжить от жертв. Чтобы выжить, следует забыть о прошлом.

Он сейчас утверждал, что изменится с обретением человечности. Если так и было — а на этот счет у Ари имелись большие сомнения — она бы могла слишком легко представить его мгновенное обратное превращение.

— Я верю, что Создателям миров было бы приятно знать, что сотворенный ими мир будет населен свободными существами, — сказал император и замолчал.

— Не будет никаких сделок в обмен на информацию. Я достаточно знаю про жреца. Так что не прокатит, — прищурилась Ари.

— Но ты не знаешь где он был два года, а я знаю, — он сложил руки на груди копируя ее и улыбнулся.

— Черт! — выругалась Ари.

— Ты получила новую жизнь в этом мире, почему меня лишаешь этого.

— Ты путаешь многие вещи… Мы с тобой разные… Так как твое имя? Настоящее…

— Мое имя Аарон Аш'Вэрсс'Аши, моя раса Гарркаа'нака'аши. Мой мир Гарркаа'н.

— Ну вот, ты себя уже очеловечил, назвав не абракадабру, а имя, Аарон, — усмехнулась Ари.

Вся его последующая речь была гладкой и безликой, точно древний каменный идол.