Махабхарата: Ревизия смыслов. Часть II

Вступление.

Во второй части "Истории, записанной на лепестках лотоса" речь шла о переговорах между пандавами и кауравами перед битвой. Внешне дело выглядит так, как если бы пандавы стремились к мирному решению конфликта, а кауравы его не желали. В действительности Кришна сформировал коалицию панчалов, матсьев, магадхов, чеди и бходжей не для того, чтобы вернуть царство в Индрапрастхе Юдхиштхире, как он об этом говорил на переговорах в Хастинапуре. Джанардана раскрыл свои сокровенные мысли Арджуне за несколько недель до битвы. Цель Кришны - развязать войну, в ходе которой будут истреблены все его противники, и захватить власть в свои руки, пандавы же - только средство к этой цели. Время покажет, что он не будет щадить и союзников, и друзей. Сам текст Махабхараты излагает события с точки зрения будущих победителей: Вьясы, Кришны, Нарады, их учеников и пандавов. Подлинные события сокрыты под грузом мифов, схоластических, дидактических и философских рассуждений. Их назначение и состоит в том, чтобы оправдать те средства, с помощью которых была одержана победа. И надо сказать, что эта изощрённая тактика смущает слабые умы до сих пор, поэтому так много последователей у Кришны и так мало критиков и исследователей. Вот почему вторую часть "Истории, записанной на лепестках лотоса" пришлось посвятить подробному разбору дипломатических переговоров в "Удьйогапарве".

Битва на поле Куру описана в четырёх книгах, затем следует нападение на спящих и плач женщин. Третья часть "Истории, записанной на лепестках лотоса" будет посвящена этим событиям. Написаны они в сказочной манере, когда один воин посылает тысячи стрел, даже если в груди у него торчат стрелы. Наша задача - постараться найти реальность и в таких описаниях. Это не просто, но возможно.

Эпизод 1. На поле Куру.

Войска кауравов и пандавов сошлись на поле Куру. На западной половине поля находилось войско пандавов, на восточной - кауравов. Противники согласовали правила боя.

Бхишмапарва, гл. 1, шл. 26 - 34:

"Вайшампаяна сказал:

Тогда куру, Пандавы и Сомаки согласились между собою и установили правила для сражающихся, о бык среди бхаратов. Чтобы по завершении боя относиться с приязнью друг к другу, как это было принято издавна и как подобает, и чтобы не было больше [никакого] коварства. На словесные выпады отвечать только словом и никоим образом не убивать того, кто вышел из боя. Колесничному воину сражаться с колесничным, правящему слоном - со слоном, коннику - с конником, а пехотинцу - с пехотинцем, о Бхарата; чтобы сражаться соответственно обстоятельствам, согласно мощи, согласно отваге, согласно возрасту, бросив [предварительно] вызов, [но] не наносить удара доверившемуся или отчаявшемуся, никоим образом не разить схватившегося с другим, зазевавшегося, повернувшегося спиной, обезоруженного, не одетого в доспехи; не разить никоим образом ни колесничих, ни лошадей, ни оруженосцев, ни трубачей с барабанщиками. И, заключив такое соглашение, куру, Пандавы и Сомаки исполнились великого восторга, взирая друг на друга".

Явившись к Дхритараштре, Вьяса, "...ведающий прошлое, настоящее и будущее", предложил царю даровать зрение, чтобы он мог увидеть битву своими глазами, но отец Дурьйодханы отказался. Тогда мудрец сказал, что обо всём происходящем на поле боя ему расскажет Санджая.

Бхишмапарва, гл. 2, шл. 9 - 13:

"Вьяса сказал:

Вот Санджая и расскажет тебе об этой битве, о царь. Ничто в сражении этом не останется от него сокрытым. Наделенный чудесным зрением, Санджая поведает тебе, о царь, сам он будет все о [ней] знать. Явное ли, тайное ли, произошедшее ночью или днем, или помысленное в уме - все будет ведать Санджая. Не поразить его оружие, не изнурит его усилие; живым выйдет из этой битвы сын Гавальганы. И я распространю славу тех куру и пандавов всех, о бык среди бхаратов, не печалься. Издревле предопределено это, потому не предавайся печали. И предотвратить это невозможно; на чьей стороне правда (дхарма - Л. П.), на той стороне и будет победа".

После ухода Вьясы Дхритараштра обратился с просьбой к Санджае, чтобы он рассказал ему о странах и народах, живущих вокруг горы Меру. Сута исполнил его просьбу, а в конце сказал, что сейчас истекает Двапараюга. На этом закончилась их беседа.

По прошествии некоторого времени Санджая явился к Дхритараштре и сообщил ему, что убит Бхишма, "повергнутый в бою Шикхандином". Царь стал расспрашивать суту, как погиб полководец кауравов.

Бхишмапарва, гл. 15. шл. 22 - 23, 41 - 47, 54 - 62:

"Дхритараштра сказал:

Кто были те великие лучники моего войска, что не покинули неколебимого, о Санджая? Кто те герои, что сплотились вокруг него по указу Дурьйодханы? И когда все пандавы во главе с Шикхандином напали на Бхишму, ведь куру, о Санджая, не бросили же, устрашившись, его, неколебимого?

Беззаконие одержало верх над законом - таково мое мнение, если убиением старого учителя хотят обрести царство Пандавы!

Поистине, велика мощь Времени и неодолимо оно для всех людей, если ты уведомляешь меня, о Санджая, что убит Бхишма, сын Шантану".

Сута начал свой рассказ о том, что видел он "силою йоги". Это знание сын Гавальганы обрёл благодаря мудрецу Вьясе: "Мудрому сыну Парашары я поклонился, отцу твоему, от коего и обрел высочайшее дивное знание и зрение, превосходящее то, что [обычно] доступно чувствам, о царь, а также способность слышать издалека, ведать чужие мысли и минувшее, и еще не наступившее, познание происхождения раздоров, всегда [свободное] паренье в поднебесье, неуязвимость от оружия в битвах - желанные дары от великого духом" (Бхишмапарва, гл. 16, шл. 5 - 10). Затем Санджая рассказал царю о распоряжении Дурьйодханы по охране Бхишмы.

Бхишмапарва, гл. 16, шл. 11 - 20:

"...Дурьйодхана, о великий царь, так сказал Духшасане: "Пусть займут места немедля бойцы на колесницах для охраны Бхишмы, о Духшасана, и поторопи все полки. Наконец дождался я того, о чем помышлял на протяжении стольких лет, - встречи воинств куру и пандавов. Я полагаю: нет [для нас] в этой битве более важной заботы, чем охрана Бхишмы. Защищенный, он ведь [наверняка] уничтожит сыновей Притхи и Сомаков со сринджаями. Он, чистый душою, сказал, что не станет убивать Шикхандина, о котором известно, что прежде он был женщиной, - потому он будет избегать его. Я думаю, что [именно] поэтому нужно особенно оберегать Бхишму, пусть все мои воины приложат старание, чтобы убить Шикхандина. Пусть воины с востока, с запада, с южной и с северной стороны, искусные во владении всяческим оружием, защищают деда".

Сута продолжил свой рассказ после перечисления полководцев кауравов, которые выступили в поддержку Дурьйодханы. А затем он сказал, что Бхишма и Дрона каждое утро желали победы пандавам.

Бхишмапарва, гл. 17, шл. 5 - 7:

"Санджая сказал:

Каждый день, восстав поутру, возглашали престарелый дед куру и сын Бхарадваджи: " Да будет победа Партхам, сынам Панду!" - сами же оба укротителя врагов, принуждая себя, сражались на твоей стороне в согласии с заключенным о том договором".

По словам Санджаи Юдхиштхира предложил Арджуне "построить рать Острием стрелы", но Пхальгуна решил использовать другой вид строя - "Оружие грома" (ваджру), выставив вперед Бхиму. Юдхиштхира усомнился в успехе, но Арджуна уверил его в победе.

Бхишмапарва, гл. 21, шл. 1 - 17:

"Арджуна, истребитель недругов, отвечал сыну Притхи Юдхиштхире, впавшему в уныние при виде твоей рати, о царь: "Узнай, о владыка народов, как в меньшинстве будучи, побеждают умом даже многих героев, числом превосходящих и достоинствами наделенных. Тебе, дабы ты не роптал, я расскажу о средстве [того достигнуть], о царь; знают о нем провидец Нарада и Бхишма с Дроною, о сын Панду... Так знай же, о царь: нашею непременно [будет] победа в битве. Как сказал мне Нарада: "Где Кришна, там победа!".

Кришна сказал Арджуне, что Бхишму прикрывают воины и нужно сначала истребить их, а потом выступить против самого полководца кауравов. Неожиданно Арджуну, появившегося на поле боя, охватило отчаяние и он произнёс речь, которая изложена в первой главе Бхагавадгиты.

Бхишмапарва, гл. 23, шл. 29 - 46:

"Арджуна сказал:

Когда я вижу этих родных мне людей, о Кришна, сошедшихся здесь и готовых сражаться,

Опускаются руки мои и пересыхают уста, трепет охватывает меня и волосы вздымаются на теле,

Лук Гандива из руки выпадает, жар палит кожу, и я не могу стоять твердо, и мысль моя словно блуждает...

Какая радость будет нам, о Джанардана, от убиения сынов Дхритараштры? Только грех падет на нас, если убьем этих разбойников...

Как нам, в истреблении рода зло провидящим, не понять, что от преступления такого отвратиться должно, о Джанардана?..

Увы, то великий грех собрались мы совершить, из жажды радостей царствования убить готовые ближних своих!

Если меня, сопротивления не оказывающего и безоружного, вооруженные сыны Дхритараштры убьют в сражении, мне утешнее это будет".

Как могло случиться такое, что Арджуна, недавно уверявший в победе Юдхиштхиру. вдруг впал в сомнение сам?

Западную часть поля Куру заняла коалиция пандавов. Если принять во внимание, что 3 акшаухини их войска составляли панчалы, то, скорее всего, на западе и находилось царство панчалов. С севера к нему и к югу от Сатледжа примыкало царство матсьев, а к югу от панчалов находилось царства магадхов и чеди (бывшие владения Джарасандхи и Шишупалы). К востоку от панчалов и к югу от Сатледжа находилось царство южных кауравов Дхритараштры

Правила боя, согласованные противниками, поражают своим благородством. Такое ощущение, словно они участвуют в рыцарском турнире и речи нет о том, чтобы истребить своих противников. Другое дело, что в ходе войны противники станут игнорировать их и львиная доля нарушений будет со стороны пандавов и их союзников.

Приход Вьясы к Дхритараштре несколько неожиданен. Если бы он действительно был дедом пандавов и сыновей Дхритараштры, то нашёл бы путь к миру намного раньше. По этой причине его приход вызван скорее уж сценарными планами: коли уж авторы эпоса сделали его "дедом", то остаться в стороне от конфликта он не мог. Вьяса "приходит" в Хастинапур для того, чтобы наделить Санджаю даром всеведения: отныне он сможет рассказать Дхритараштре обо всех событиях: как дневных, так и ночных, явных и тайных, прошлых и будущих. Не означает ли это, что Санджая и Вьяса заключили некий союз? Или Вьяса использует главу разведки Дхритараштры? В этом нужно разобраться, подобная задача не для одного эпизода. Вьяса предрекает, что "живым выйдет из этой битвы сын Гавальганы". И в Шальяпарве после разгрома кауравов, когда Сатьяки занесёт свой меч над головой Санджаи, мудрец остановит его.

Индийский календарь времён Махабхараты отличается от позднего индуисткого. Если. по словам Санджаи, истекает Двапараюга, то Калиюга должна наступить в осеннее равноденствие. А это означает, что новый года начинается со дня осеннего равноденствия. Тут нужно вспомнить, что особым пиететом у брахманов пользовалась "святейшая осенняя ночь полнолуния в месяце карттика" (Араньякапарва, гл. 179, шл. 14 - 18).

После сообщения Санджаи об убийстве Бхишмы расстроенный Дхритараштра задал множество вопросов по поводу битвы. Неожиданно выясняется, что на Бхишму напали "все пандавы во главе с Шикхандином" (Бхишмапарва, гл. 15, шл. 22 - 23). А ведь по согласованным правилам боя нельзя было убивать "схватившегося с другим", то есть бой должен был состоять из поединков. Далее Дхритараштра зявляет, что "беззаконие одержало верх над законом - таково мое мнение, если убиением старого учителя хотят обрести царстов Пандавы" (Бхишмапарва. гл. 15, шл. 41 - 47). Эти слова царя полностью расходятся с обещанием всеведущего Вьясы: "На чьей стороне правда (дхарма - Л. П), на той и будет победа" (Бхишмапарва, гл. 2, шл. 9 - 14). Совершенно понятно, что кауравы и их противники по-разному понимают дхарму. Для первых - это справедливость, честь, закон, для вторых дхарма - это то, что выгодно в данный момент. Именно поэтому мудрецы без конца рассуждают о дхарме. Изменившиеся обстоятельства вынуждают прибегнуть к новому витку лжи, и такие поступки толкают к новым спекуляциям на тему дхармы.

В славословиях Санджаи Вьясе есть намёк на особый характер отношений между ними. Да, он - глава разведки Дхритараштры, он вёл переговоры в Упаплавье от имени царя, но это не исключает и то, что у него есть своя позиция, отличающаяся от владыки кауравов. За какие услуги он мог получить "дар" от Вьясы? Мы будем внимательно следить за их отношениями.

В речи Дурьйодханы к Духшасане явный акцент сделан на охране полководца кауравов. Последующий ход битвы носит во многом сказочный характер: Бхишма посылает сотни и тысячи стрел, убивая воинов в войске пандавов. И разве он тем самым не защищает себя? Но если полководец сам посылает тысячи стрел, то чем же тогда занимаются воины? И когда он будет командовать войсками? И всё-таки эти слова об охране Бхишмы говорят о том. что тактика пандавов заключается в том, чтобы отсечь полководца от вверенного ему войска и выставить против него пандавов и Шикхандина.

Авторы эпоса пытаются уверить читателей, что Бхишма и Дрона сочувствуют пандавам и желают им победы, но при этом сами ...сражаются на стороне кауравов. Такое раздвоение личности невозможно: если человек готов отдать свою жизнь за кого-то, то это означает его верность данному человеку. И Бхишма, и Дрона погибают за дело кауравов, значит они уверены в правоте их дела. Невозможно представить себе, что полководец, мысленно желающий победы врагам, делает всё возможное для своей победы. Как мог в таком случае Дурьйодхана поставить во главе своего войска человека, желающего победы своим врагам? Это просто немыслимо! Да и как рядовые воины будут верить своим полководцам, если те желают победы своим врагам? А ведь эти воины идут в бой, веря в справедливость царя Дхритараштры. Таким образом слова Бхишмы и Дроны о желании победы пандавам просто ложь, попытка ввести в заблуждение читателей. Если бы Бхишма и Дрона желали победы пандавам, они тем самым поступали бы подло по отношению к воинам кауравам, которыми командовали. Но в их честности и верности Дурьйодхане никто не сомневается. По логике авторов авторитет Бхишмы и Дроны должен убедить слушателей и читателей в справедливость пандавов.

Арджуна говорит Юдхиштхире, что пусть войско пандавов и меньше, но он не сомневается в успехе и приводит слова Нарады: там, где Кришна, там победа. Казалось, его уверенность в себе непоколебима, но почти сразу же он сам впадает в уныние (Бхишмапарва. гл. 23). Его аргументация в этой первой главе Бхагавадгиты сильно напоминает слова Бхишмы, когда он в Удьйогапарве говорит, что не будет сражаться с Шикхандином, даже если тот выступит с оружием против него (то есть, станет вести себя подобно ататайину). Арджуна печалится о смерти родственников кауравов, но вместе с тем называет "разбойниками" (ататайинами) сыновей Дхритараштры (Бхишмапарва, гл. 23, шл. 36). Неожиданно он говорит, что если пандавы убьют "этих разбойников", то они сами станут грешниками. В этих словах нет логики. Если человек, защищая собственную или чью-то жизнь, убьёт разбойников, то в чём тут грех? Ататайин - преступник, совершивший один из шести видом преступлений: поджог, отравление, грабёж, вооружённое нападение, лишение земли, изнасилование. Такие люди - вне закона, даже если они брахманы, их можно убить и в этом нет никакого греха. Ни одного из этих преступлений кауравы не совершали. Но вот если посмотреть на жизнь пандавов, то можно увидеть, что они - преступники-рецидивисты со стажем. За их плечами грабёж (золото Кхандавы), поджог (сожжение оружейного склада и "смоляного" дома), отравление (смерть шестерых нишадов), вооружённое нападение (Хидимба, Бака, Кирмира), лишение земли (Джарасандха), изнасилование (Хидимби и Улупи). Слова Арджуны приобретают смысл только в том случае, если он называет разбойниками не кауравов, а ...пандавов. А уж авторы эпоса изменили его слова на противоположные. Сам термин "ататайин", видимо, лучше переводить как "мятежник, бунтовщик". В переводе А. Каменской так и есть. Но какой же из Дурьйодханы бунтовщик? А вот пандавы, бросившие вызов законной власти, мятежниками себя и осознавали. Кришна приложил все усилия, чтобы заглушить голос совести, временами проявляющийся у пандавов, и убедить их в необходимости убийства родственников.

Эпизод 2. Посольство Юдхиштхиры.

Войска кауравов и пандавов стояли на поле Куру готовые к битве. Внезапно Юдхиштхира снял с себя доспехи, отложил в сторону оружие, сошёл с колесницы и, почтительно сложив ладони, отправился пешком в лагерь противника. За ним последовали все пандавы и Кришна. Братья задавали ему вопросы, зачем он идёт к кауравам, но Юдхиштхира ничего не отвечал и продолжал идти. Васудева с усмешкой ответил им, что их старший брат хочет воздать почести старейшим кауравам: "...кто, почести согласно учению воздав, сражаться будет с теми, кто выше его, тот непременно одержит победу в битве - таково суждение мое" (Бхишмапарва, гл. 41, шл. 15 -19).

Подойдя к Бхишме, Юдхиштхира попросил старейшего из куру простить его и даровать ему своё благословение.

Бхишмапарва, гл. 41, шл. 33 - 37:

"Бхишма сказал:

Если бы в битве ты не пришел ко мне так, о властитель земли, я проклял бы тебя, о великий царь, на погибель твою, о Бхарата! Я доволен, сын мой, сражайся, обрети победу, о сын Панду, и что еще другое желаешь, то обрети в бою! И выбери дар, о сын Притхи, что хотел бы ты получить от нас. Раз уж так случилось, о великий царь, не потерпишь ты поражения. Человек - раб расчета, расчет же - ничей не раб, такова истина, о великий царь; расчетом связан я с Кауравами. Потому речи, достойные евнуха, веду с тобою, о радость куру. Полонен я расчетом, о Кауравья! если битвы не касаться, чего ты желаешь?".

Юдхиштхира просил деда давать ему советы, а сам он может сражаться за кауравов. Пандава задал Бхишме вопрос: как победить его? Полководец кауравов ответил, что нет такого человека, который мог бы его победить в сражении и ещё не пришёл его смертный час, поэтому пусть пандавы придут к нему в другой раз.

Затем Юдхиштхира подошёл к Дроне с просьбой, чтобы он помог ему одержать победу, "дабы сражаться мне от греха очищенным". Учитель сказал ему, что сражаться он будет за кауравов, а "уповать же - на твою победу". На вопрос пандавы, как победить его в битве, Дрона ответил, что Юдхиштхира не сможет одержать победу, пока жив Дрона. Пандава просил учителя открыть способ, как он может убить его. Дрона ответил, что он сложит оружие, когда услышит "нерадостную очень весть из уст человека, достойного доверия". Учитель сказал, что победа будет за тем, чьим советником является Хари: "Где праведность, там Кришна, где Кришна, там победа!" (Бхишмапарва, гл. 41, шл. 54 - 55).

Затем Юдхиштхира поочередно подошёл к Крипе и Шалье. Между ними произошли подобные разговоры. Он просил их помощи в будущей войне, чтобы пандавы могли одержать победу. И все четыре произносят одинаковые слова: "Раз уж так случилось, о великий царь, не потерпишь ты поражения. Человек - раб расчета, расчет же - ничей не раб, такова истина, о великий царь; расчетом связан я с Кауравами. Потому речи, достойные евнуха, веду с тобою, о радость куру. Полонен я расчетом, о Кауравья! если битвы не касаться, чего ты желаешь?". Крипа обещал, что каждое утро от сна "восстав, буду желать тебе победу".

Встретившись с Шальёй, Юдхиштхира обратился к нему с просьбой сломить "отвагу сына возницы в битве", то есть Карны. Царь мадров сказал, что исполнит его желание и обещал ему победу. Когда Юдхиштхира в окружении братьев ушёл от Шальи, Кришна обратился к Карне: "Слышал я, о Карна, что из ненависти к Бхишме ты не будешь сражаться. Переходи к нам, о сын Радхи, пока не будет убит Бхишма. А когда убьют Бхишму, о сын Радхи, ты опять, коль равно смотришь на это, придешь на помощь сыну Дхритараштры" (Бхишмапарва, гл. 41, шл. 83 - 86).

Карна отказался.

Бхишмапарва, гл. 41, шл. 87:

"Карна сказал:

Ничего неугодного сыну Дхритараштры я не сделаю, о Кешава! Знай, что я, о благе Дурьйодханы радеющий, жизнь отдам за него".

Уходя от войска кауравов, Юдхиштхира неожиданно обратился к воинам кауравам с призывом переходить на его сторону. Из всего войска на его слова откликнулся один Юютсу и покинул стан кауравов.

Если подходить к пониманию событий данного эпизода с точки зрения авторов эпоса, то приход Юдхиштхиры в лагерь кауравов выглядит не столько наивным, сколько абсурдным. Он просит своих врагов не только простить его, но и спрашивает совета у них, как их лучше убить! И авторы настаивают, что именно таким образом он проявляет уважение к старейшим кауравам. Но лишить человека жизни - не значит ли это и проявить к нему неуважение. Но вот у авторов эпоса иная логика... Не менее странными выглядят и ответы всех кауравов, к которым обращался Юдхиштхира: они говорят, что желают победы пандавам, но все четверо сражаются за кауравов. Такое впечатление. что логика и разум всем сразу отказали. Но ведь это же нонсенс! Если ты честный человек, то выбор за тобой. И коли ты уж сражаешься за кауравов, то желаешь им победы. Но если в присутствии других людей ты заявляешь, что желаешь победы пандавам. то зачем ты сражаешься за кауравов? Авторы дают ответ, что якобы каждый из сторонников кауравов утверждает: "Человек - раб расчета, расчет же - ничей не раб, такова истина, о великий царь; расчетом связан я с Кауравами. Потому речи, достойные евнуха, веду с тобою, о радость куру. Полонен я расчетом, о Кауравья!". Иначе говоря, все они вышли на поле битвы и готовы отдать свою жизнь за кауравов из корыстных побуждений. Эту странную речь дословно повторяют все четыре каурава, хотя они находятся на расстоянии друг от друга. Она похожа на заклинание, тут чувствуется рука брахмана. Но, предположим, что эти слова всё-таки произнесли сами кауравы. Что удивительного в этой речи? Странный расчёт... Жизнь - самое дорогое, что есть у человека, и они готовы отдать её за дело кауравов. Если они погибнут, то о каком расчёте может идти речь? Как раз это и говорит об отсутствии у них корыстных рачётов. Но, предположим, это не так и кто-то из них руководствуется корыстными расчётами. А разве в лагере пандавов иначе? Если уж воины готовы отдать свои жизни, то, возможно, они надеются на вознаграждение своих родственников. Это очень естественно. Но, когда кауравы говорят о том. что они желают победы Юдхиштхире, почему они не задумываются, что их слова могут услышать другие воины? И, конечно, их возмутят слова Бхишмы и Дроны. И вот тогда будут ли эти воины слушать команды Бхишмы и Дроны, если они желают победы пандавам? А Дурьйодхана? Как он может назначать главнокомандующим сначала Бхишму, затем Дрону, а после смерти Карны Шалью, если все они, кроме Карны, желают победы пандавам? Это невозможно. Дурьйодхана хорошо знал истинные мысли старших из кауравов, им не было смысла желать победы пандавам. Поэтому слова о том, что Бхишма и Дрона расчётом связаны с Дурьйодханой, являются выдумкой брахманов. Очевидно, главная причина войны - идеологические расхождения, а вовсе не корысть. Но, допустим, так и есть, что все кауравы "полонены расчётом", то есть сражаются из корыстных побуждений. тогда как раз им и есть резон желать победы кауравам, потому что только в этом случае они получат вознаграждение, а если выиграют пандавы, то никто из кауравов ничего не получит.

Поскольку все четверо кауравов говорят одинаковые слова, то в этом есть рука редакторов. Ну не могли же они все вчетвером говорить одно и то же, словно слышали друг друга. Да и повторять слова других у героев не принято, есть же уважение к себе прежде всего. А вот все герои говорят так, словно хотят унизить себя, поэтому и сравнивают своё положение с евнухами, что для мужчин нехарактерно. Понятно, что редакторы сильнейшим образом изменили этот текст. Но что они говорили изначально? В чём смысл слова arthasya? В словаре его нету... Сравним, например, со словом tapasya - вести аскетический образ жизни. Иными словами это - Тот, кто живёт как аскет, ведущий образ жизни по принципу "тапаса". Тогда arthasya - это Тот, для кого главенствующий принцип "артха" - польза, дело, смысл, судебная тяжба, процесс. Артхасья - это Тот, для кого смысл жизни заключается в общественной пользе, служении государству. По-русски - это "государевы слуги", для кого закон - это суть жизни. Они служат государству, а государство им платит - в этом их "расчёт" (артха). Во время переговоров в Хастинапуре Бхишма, Дрона и другие представляли интересы государства Дхритараштры. Пандавы же - это ататайины - мятежники. Когда Юдхиштхира является в лагерь кауравов, то Бхишма, Дрона и другие кауравы говорят ему: мы - мы служим государству, закону и никому больше не служим, служением государству мы связаны с кауравами. Какой смысл говорить об этом с евнухами? Мы - слуги государевы! Их служба и есть "дело Дурьйодханы", о котором чуть позже говорит Карна.

По версии авторов эпоса Бхишма и Дрона считали дело пандавов справедливым. Но это не так. В реальной, а не вымышленной истории, было сожжение оружейного склада, ограбление Кхандавы, суд, изгнание пандавов в леса, изнасилования, убийства и т.д. Шлейф преступлений тянется за пандавами: убийство Джарасандхи, Кирмиры, Шишупалы... Юдхиштхира поочередно просит прощения у четверых кауравов, но почему молчат остальные пандавы? А ведь по сказанию именно стрелы Арджуны поразят Бхишму! В разговорах Юдхиштхиры с кауравами есть намёк на то, как будут убиты потом Бхишма и Дрона. И в этом случае было бы логично, что именно Арджуна попросил бы прощения у Бхишмы. Но он молчит! Его молчание, как и молчание остальных пандавов. говорит о том, что они не разделяют позиции Юдхиштхиры. Отсутствие их реакции словно намекает, что младших братьев рядом с ним и не было. Итак. логично сделать вывод: диалог Юдхиштхиры с кауравами был, но его характер и смысл совершенно другой.

С точки зрения авторов эпоса сам приход Юдхиштхиры в лагерь кауравов и его просьба о прощении является актом уважения, который должен оправдать последующие убийства Бхишмы, Дроны и Шальи. Первый из них погиб от стрел Арджуны, второй - от рук Дхриштадьюмны, а вот третий был убит самим Юдхиштхирой. Все они обещают победу пандавам, как и оставшийся живым Крипа, но дальше всех в этом стремлении заходит Шалья, который обещает сломить отвагу Карны. Юдхиштхира ничего не обещает кауравам, а вот Шалью, исполнившего его просьбу, он не благодарит, не награждает его, а убивает своими руками! Разве это не подлость? Стремясь оправдать Юдхиштхиру, авторы эпоса на самом деле его изобличили. Но это не их заслуга, просто они сами запутались в своих выдумках. Удивительно, что на это никто не обращает внимания. Но зачем же тогда пандава приходит в лагерь кауравов? В чём подлинный смысл его переговоров с ними?

Приход Юдхиштхиры в стан кауравов являлся ответом на посольство Улуки. По решению Дурьйодханы и Карны сын Шакуни рассказал Юдхиштхире в присутствии Кришны и Арджуны всю правду о переговорах в Хастинапуре и о том, как Кришна сорвал их. В ответ посол Дурьйодханы Улука услышал презрительную речь Кришны и агрессивную Арджуны. Обманутый Юдхиштхира испытал шок от такого коварства и решил прийти в лагерь кауравов перед битвой, чтобы оправдаться в их глазах. Утопающий хватается за соломинку! Увидев огромное войско кауравов, "пришел в уныние сын Кунти царь Юдхиштхира" (Бхишмапарва, гл. 21, шл. 1 - 17). Предполагая что в наступающей войне победят кауравы, он этим приходом хотел оправдать себя в послевоенном мире. В ответ он услышал от кауравов: о недостойный евнух, уйди прочь! Какой из тебя царь, если ты вынужден подчиняться лжецу!

Беседа Кришны и Карны обнажает поразительный цинизм вришнийца и его беспредельную подлость. Сразу после того, как Шалья пообещал помощь Юдхиштхире в битве Арджуны и Карны, Джанардана подходит к другу Дурьйодханы и предлагает Карне перейти на сторону пандавов. В этих словах явно слышна насмешка. Какой разумный человек согласится убивать своих родственников и друзей, чтобы потом снова вернуться в их ряды! Какими бы глазами они смотрели на него? Для такого подлеца, как Кришна, законы чести не писаны. Смешно читать слова якобы сказанные Дроной: " Где праведность, там Кришна, где Кришна, там победа!" Уж скорее их смысл был другой: где подлость, там Кришна! Джанардана считал естественным для себя убийство кауравов и долго обосновывал необходимость убийства родных для Арджуны в "Бхагавадгите". Возможно, у него ещё теплилась надежда, что Карна сделает такой шаг. Но, может быть, он хотел запятнать репутацию Карны среди его ближайшего окружения. Ответ Вайкартаны был простым: честь не продаётся, я сохраню верность Дурьйодхане до конца своих дней.

Юдхиштхира обратился с призывом к кауравам переходить на сторону пандавов. Возможно, он слышал разговор Кришны и Карны и, получив отказ от старейших кауравов, хотел оправдаться уже в глазах своих союзников о цели посещения лагеря кауравов. Среди многотысячного войска нашёлся только один перебежчик - Юютсу.

Эпизод 3. Первые дни войны.

Воинские книги Махабхараты резко отличаются от первых книг эпоса, хотя и в них тоже есть главы, описывающие боевые действия. Однако характер битвы на поле Куру совершенно уж необычный: герои осыпают своих противников сотнями и тысячами стрел, а сами при этом длительное время остаются невредимыми. Иногда один воин поражает другого десятком стрел в грудь, но он не погибает. Встречаются и такие случаи, когда три стрелы попадают в лоб, и автор сказания находит это прекрасным. Характер описания становится совсем уж сказочным, когда ракшасы и наги летают по воздуху, используют колдовство, демонстрируют невидимость. Чаще всего сражение состоит из поединков, но иногда один воин сражается против десятка, сотни или даже тысячи воинов. И совсем у фантастическим выглядит то, что один герой убивает десятки тысяч воинов. Все эти грандиозные события мало сочетаются со здравым смыслом, однако ведь победы в конечном итоге достигает одна из сторон. И где тут реальность? Она, конечно, присутствует, но спрятана удивительным образом. Попробуем понять смысл этих военных действий.

Чтобы не быть голословным, посмотрим на некоторые примеры из "Бхишмапарвы". Вот "сам царь Юдхиштхира напал на царя мадров" (Бхишмапарва, гл. 43, шл. 26 - 28). Стоп! Но ведь только что он посещал лагерь кауравов, где встречался с Шальёй и просил его оказать ему помощь, когда Арджуна будет сражаться с Карной. Какой же ему смысл убивать своего будущего "помощника"? Одно исключает другое! Если он просил Шалью оказать ему помощь, то не должен сражаться с ним, а если сражается, то он не должен был просить о помощи. Ведь если бы он убил Шалью, то последний не мог оказать ему помощь, а если бы Шалья убил его, то некому было бы помогать. А если всё же Юдхиштхира просил оказать помощь до битвы, а затем напал на Шалью, то последний был вправе забыть о своём обещании. Но ведь Шалья потом предал Карну. значит всё было не так, как описано в эпосе. Где-то в этой цепочке была ошибка. И далее в тексте мы будем наблюдать или противоречия, или фантазии авторов эпоса.

Вот Абхиманью напал на Бхишму и "снес колесничему Дурмукхе голову с плеч" (Бхишмапарва, гл. 45, шл. 7 - 16). Но ведь в согласованных с кауравами правилах боя не следовало "разить никоим образом ни колесничих, ни лошадей, ни оруженосцев" (Бхашимапарва, гл. 1, шл. 26 - 34). И первым это правило нарушил 16-и летний юноша. Невероятным представляется, что в бой на прадеда бросается мальчишка правнук. А ведь это же будущий наследник. И кто стал бы им рисковать?

Описание "подвигов" Бхимы носит совсем уж былинный характер, мечом он сокрушает слонов, а затем и коней. Но ведь на них есть люди, и пока Волчебрюхий убивает животного, ничто не мешает всадникам убить самого пандаву. Бхиму поражает Калинга 9-ю стрелами в грудь, а он садится на колесницу, преследует союзника кауравов и убивает его. Раненный 9-ю стрелами! В другом месте он соскакивает с колесницы и палицей разгоняет слоновье войско, затем вырывает бивень у слона и поражает его им в голову (Бхишмапарва, гл. 98, шл. 28 - 30). И такие небылицы встречаются очень часто на страницах эпоса. Бхима ходит по полю битвы с палицей, когда вокруг летают тысячи стрел, "толчком бедра опрокидывая ряды колесниц" (Бхишмапарва, гл. 59, шл. 11 - 19). Удивительно, как этот рой стрел не поражает его? Такой ход битвы вызывает большое сомнение, что нам передают хотя бы намёк на реальность. Тем не менее, реальность в этих фантастических описаниях существует почти в микродозах.

Каждый день войска противников принимают новый боевой строй: макары, орла, гаруды, острия иглы, круга, ваджры и т.д. Их описания кратки или совсем отсутствуют, трудно понять, что они собой представляют. И кто же выстраивает их? Полководцы, военачальники. Они должны отправлять посыльных, руководить битвой, посылать подкрепления, отправлять раненых в тыл. Им некогда самим посылать стрелы, но авторы утверждают, что все полководцы сами стреляют из лука. Это невозможно! Подобное мог написать только человек, далёкий от воинского дела.

Реальность можно увидеть в словах Санджаи Дхритараштре о причинах поражения кауравов: "они презрели обряды" (Бхишмапарва, гл. 61, шл. 14 - 22). Идея о том, что власть Дхритараштры была светской в своей основе, находит своё подтверждение. Дурьйодхана, обращаясь к Дроне, говорит о том, что надеется победить пандавов, "мужества и отваги лишённых" (Бхишмапарва, гл. 65, шл. 17 - 21). Если вспомнить, что последний год перед битвой пандавы провели при дворе царя Вираты, исполняя обязанности игрока в кости, повара, евнуха, конюха и пастуха, то они никак не могли быть хорошими воинами, ведь для этого нужны регулярные тренировки, чем, кстати, занимался Дурьйодхана. Но в реальности дело обстоит ещё хуже, они все были евнухами, а их подвиги были таковыми только для наивных читателей или слушателей эпоса.

Почти на каждой странице эпоса, излагающей боевые действия, можно видеть бесконечный полёт фантазии авторов этих сказаний. Вот Сатьяки в одиночку победил в бою 10 тысяч колесниц, посланных против него Дурьйодханой. Навстречу ему выступил Бхиришравас, но на помощь вришнийцу пришли 10 его сыновей. Тут впервые мы узнаём о таком количестве сыновей у советника Кришны. И вот один каурава убил всех потомков Сатьяки, а его самого вынудил отступать. Как это понять? Он только что в одиночку уничтожил 10 тысяч воинов и вынужден бежать от одного. И даже не попытался отомстить за смерть своих детей. Вслед за тем уже один Арджуна "сразил двадцать пять тысяч великих воителей" (Бхишмапарва, гл. 70, шл. 30 - 33). Кажется, фантазии авторов вообще нет пределов.

Сын Арджуны от Улупи Ираван, поражённый дротиками в грудь, спину и бока, вытащил их из своего тела и поразил ими шесть братьев Шакуни! Против Иравана выступил ракшас Аламбуса, сын Ришьяшринги, и убил его. Чуть ранее мы вдруг узнаём, что этот ракшас - "заклятый враг Арджуны" (Бхишмапарва, гл. 97, шл. 8 - 20). Как и с чего это вдруг у Арджуны появился заклятый враг? Присмотримся к этом персонажу более внимательно. Обратимся к главе "Лики Рамы". В ней было высказана идея о том, что Вибхандака, Рама Джамадагни и Вишвамитра - это один персонаж. Ришьяшринга же - это сын Вибхандаки, а сын Ришьяшринги, следовательно, - это внук Рамы Джамадагни! Таким образом внук Рамы Джамадагни сражается на стороне кауравов, и он хочет отомстить Арджуне за ограбление Кхандавы! Вот по этой причине Аламбуса и является заклятым врагом Арджуны.

Вдруг неожиданно по краткой реплике Санджаи становится известно, что он сам присутствует на поле битвы. В момент, когда войско кауравов стало отступать, он вместе с Бхишмой призвал сражаться. Вот это сюрприз! С одной стороны Санджая всё время находится рядом с Дхритараштрой. а с другой он - участник битвы! И где тут правда?

После гибели Иравана Арджуна обратился к Кришне со словами сожаления: "Скверные дела творятся корысти ради, о лучший из героев. Будь прокляты богатства, ради которых подобное истребление родных творится! Лучше умереть без богатства, чем обрести его через убиение родичей. Что мы обретем, о Кришна, если убьем собравшихся [здесь] родных? По вине Дурьйодханы и Шакуни, сына Субалы, а также из-за дурных советов Карны идут к гибели кшатрии! Теперь я понимаю, о Губитель Мадху, как хорошо поступил царь, о мощнорукий, когда просил у Суйодханы только полцарства или же пять деревень, но и того не выполнил, злодей!" (Бхишмапарва. гл. 92, шл. 1 - 13).

А ведь в реальности в этих словах Арджуны видно обвинение Кришны в разжигании войны. Именно он в "Бхагавадгите" подталкивал Арджуну к убийству родных, именно он умолчал о пяти деревнях в собрании кауравов. Последующие слова с упрёком Дурьйодханы, Шакуни и Карны - это редакторская оценка событий в эпосе, повторяющаяся в каждой книге много раз.

После окончания 8-го дня битвы Дурьйодхана собрал в шатре своих советников Карну. Шакуни и Духшасану, чтобы выяснить в чём причина того, что победа над пандавами не достигнута. Карна сказал, что он одержит победу, если Бхишма сложит с себя обязанности главнокомандующего. С этим предложением Дурьйодхана решил отправиться к Бхишме. Но тут вдруг выясняется, что полномочия Дурьйодханы несколько ограничены, так как он обещает Карне, что вернётся к нему, "когда я уговорю [уйти] из боя Бхишму". А ведь действительно, главнокомандующим сына Шантану назначил Дхритараштра и логично было бы, что он и должен снять его.

Дурьйодхана встретился с Бхишмой, но после беседы с ним сын Шантану отказался уйти в отставку. Он обещал победить всех панчалов и их союзников, "кроме одного Шикхандина"! Битва продолжилась. Дурьйодхана приказывает Духшасане послать для охраны Бхишмы "тридцать два полка"! Масштаб, конечно, поражает, как они его будут охранять, если Бхишма сам стреляет из лука? Арджуна просит Дхриштадьюмну поставить Шикхандина против Бхишмы. Но ведь он ещё не знает об этом условии сына Шантану. Только следующей ночью в шатре у Бхишмы, по версии авторов эпоса, пандавы услышат об этом. Когда Юхшитхира перед битвой пришёл в лагерь кауравов и просил Бхишму указать ему способ, как убить его, последний ответил, что нет такого врага, который "мог бы победить меня в сражении". И вдруг выясняется, что Арджуна хочет поставить против Бхишмы Шикхандина. Но что может сделать один Шикхандин против "тридцать два полка" кауравов?

И снова во второй раз сошлись на поле боя Шалья и Юдхиштхира. Пандава поразил царя мадров десятью стрелами, Накула и Сахадева тремя стрелами каждый. В ответ на это Шалья поразил Юдхиштхиру 60 стрелами и близнецов двумя каждого. Автор эпоса подобно бухгалтеру ведёт учёт стрел, пущенных воинами. Но как он успевает подсчитывать количество стрел? И так ведь на каждой странице, описывающей ход битвы на поле Куру.

Кришна упрекает Арджуну в жалости к Бхишме. Возмущённый, Джанардана с одним бичом устремляется на сына Шантану, желая убить его голыми руками. Но Арджуна остановил его, схватив руками сзади. Эта сцена вряд ли вообще могла быть. Уж если охотник Джара убил Кришну одной стрелой в ногу, несмотря на его божественность, то ничто не мешало это сделать любому каураве.

Все эти примеры волшебного хода битвы удивляют только неистощимой фантазией их авторов и не имеют никакого отношения к реальности. Складывается впечатление, что подлинное описание военных действий было начисто переписано жрецами. Не один раз в эпосе битву уподобляют жертвоприношению. Подобный образ мог родиться только в голове жреца, но не воина. А вот художественное описание битвы должно было прикрыть факты, которые свидетельствовали только о подлости, благодаря которой пандавами была одержана победа над кауравами.

Эпизод 4. Последний бой Бхишмы.

Прошло девять дней битвы, но победы не могла добиться ни одна из сторон конфликта. После захода солнца Юдхиштхира собрал совет пандавов, вришнийцев и сринджаев. Он сказал, что невозможно победить Бхишму в битве и лучше ему удалиться в лес. Кришна ответил, что он готов убить Бхишму, но лучше пусть это сделает Арджуна. Юдхиштхира сказал, что сын Шантану заключил с ним уговор: сражаться он будет за Дурьйодхану, но поможет советом пандавам. После этих слов Дхармараджа предложил пойти к Бхишме и спросить у него совета, ведь он "нас взрастил, детей, отца лишенных". Кришна согласился.

Оставив оружие и доспехи, пандавы и Васудева отправились к шатру Бхишмы. Войдя в жилище сына Шантану, Юдхиштхира сказал ему: " Как нам победить, о знаток закона, как нам обрести царство, как избежать истребления народа, скажи мне, о властелин! И да откроешь ты нам средство для убиения твоего, и как нам, о царь, противостоять тебе в бою!" (Бхишмапарва, гл. 103, шл. 53 - 67).

Обращаясь к пандавам, Бхишма ответил: "Никогда, о сын Кунти, пока я остаюсь в живых на поле брани, не видеть вам успеха, истинно говорю тебе! Но когда я буду побежден в битве, вы непременно одержите победу над Кауравами. Скорее сразите меня, если желаете победы в бою. Я разрешаю вам, о сыны Притхи, разите сколько вам угодно!" (Бхишмапарва, гл 103, шл. 53 - 67).

Юдхиштхира попросил деда рассказать о таком средстве, с помощью которого можно победить его. Сын Шантану ответил, что в войске пандавов есть Шикхандин, который раньше был женщиной, а теперь обрёл мужское тело. Если его поставить перед Арджуной, сказал Бхишма, то "ни за что не захочу я биться, [даже] будучи с оружием в руках. В это время, приблизившись, пусть немедля Завоеватель богатств, сын Панду, поразит меня насмерть стрелами отовсюду" (Бхишмапарва, гл. 103, шл. 70 - 82).

.Пандавы вернулись в свой лагерь. Мучимый стыдом, Арджуна сказал: "В детстве, о великомудрый Васудева, я, мальчик, бывало, весь запылившийся, играя, взбирался ему, великому духом, на колени и марал его, о старший брат Гады. Батюшкой я называл его, отца нашего отца, великого духом Панду. "Не батюшка я тебе, я - батюшка отцу твоему, о Бхарата", - говорил он мне в детстве. Как же я могу убить его? Ладно, пусть истребят мое войско, я не буду сражаться с великим, победа ли ждет меня или гибель" (Бхишмапарва, гл. 103, шл. 83 - 89).

Кришна сказал, что он обязан убить Бхишму: "И выслушай слово мое о том. что сказал некогда Шакре великомудрый Брихаспати: "Даже старшего, о Шакра, даже достоинствами наделенного, если со злым намерением он как убийца приходит, надо убить!" (Бхишмапарва. гл. 103. шл. 90 - 96).

На следующее утро начался бой. Шикхандин шёл впереди, по бокам его колесницы шли Бхимасена и Арджуна, с тыла были сыновья Драупади и Абхиманью, далее сзади Дхриштадьюмна и Юдхиштхира с близнецами. Кауравы тоже поставили впереди Бхишму, его поддерживали сыновья Дхритараштры, Дрона, Крипа, Критаварман и остальные.

Дхритараштра сказал Санджае, что он не может поверить, чтобы Шикхандин мог приблизиться к Бхишме. Сута продолжил свой рассказ. В ходе боя Бхишма убил 10 тыс. слонов, столько же коней вместе с седоками, 200 тыс. пехотинцев. Духшасана вытупил против Арджуны и пятью стрелами поразил его в лоб. "И с теми стрелами, торчащими во лбу, воссиял превосходнейший из Пандавов необыкновенно, о великий царь, как вознесшиеся [в небо] вершины [горы] Меру" (Бхишмапарва, гл. 106, шл. 22 - 45). Дхриштадьюмна выступил против Бхишмы. "И необычайной была схватка из-за Бхишмы, что произошла между ними в великой битве, как [единоборство] Вритры и великого Индры" (Бхишмапарва, гл. 107, шл. 32 - 41).

Дрона обратился с речью к сыну: "Не время [теперь] служивым людям беречь свои жизни!" (Бхишмапарва. гл. 108, шл. 25 - 35). Он приказал ему выступить против наследника Панчалы, а сам решил сражаться с Юдхиштхирой. В это же время десять царей (Бхагадатта, Крипа, Шалья, Критаварман и др.) выступили в бой против Бхимы и поразили его все вместе 84 стрелами, а ответ он поразил их 112 стрелами!

Увидев неподалёку от себя Юдхиштхиру, Бхишма сказал себе, что он больше не будет убивать людей и обратился с речью к пандаве, что ему ненавистно собственное тело и пусть Арджуна убьёт его. Юдхиштхира приказал войскам двигаться на Бхишму. "И, приняв такое решение на десятый день, Пандавы, миру Брахмы себя предав, двинулись, гневом ослепленные, выставив впереди Шикхандина и Завоевателя богатств, сына Панду; и все силы они прилагали для того, чтобы повергнуть Бхишму" (Бхишмапарва, гл. 111, шл. 21 - 32).

В поединке между Дхриштадьюмной и Дроной панчалиец бросил в каураву палицу, но последний отразил её 50 стрелами. Сын Друпады бросил в учителя дротик, но тот рассек его 9 стрелами. Так происходила эта битва.

Бхишма продолжал убивать сомаков. "Колесница была его огненным алтарем, лук - языком пламени, меч, дрот и палица - топливом, рои стрел - жертвенным огнем, когда испепелял он кшатриев на поле битвы" (Бхишмапарва, гл. 112, шл. 58 - 72). 14 000 чедийцев, кашийцев и карушей нашли свою смерть от стрел Бхишмы.

Шикхандин приблизился к Бхишме и начал его обстреливать, но каурава не посылал в него стрелы, а стремился поразить Арджуну. Ливни стрел Шикхандина не причиняли вреда Бхишме. "Десять тысяч [воинов] сыновей Притхи сразил Бхишма, вражеских героев губитель... И, пять тысяч колесничных бойцов сразив, четырнадцать тысяч мужей, также тысячу слонов и еще десять тысяч коней силою [той] науки уничтожил в великой битве дед, отец твой, о владыка народов" (Бхишмапарва, гл. 113, шл. 16 - 30).

Арджуна тучей стрел покрыл Бхишму, но тот "тучами [своих] стрел рассеял многократно" (Бхишмапарва, гл. 113, шл. 34 - 46). Пандавы окружили Бхишму со всех сторон. Семеро кауравов во главе с Дроной покрыли стрелами пандавов. У Бхишмы был сломан лук, он взял другой, но и его рассек Арджуна. Сын Шантану бросил дрот, но и его пятью стрелами на пять частей рассёк пандава. "И пал он, разъяренным Увенчанным рассеченный, ка низвергшаяся из собравшихся туч и рассыпавшаяся стократная молния" (Бхишмапарва, гл. 114, шл. 23 - 29). И стал размышлять сын Шантану: "Я мог бы с одним луком [моим] сразить всех Пандавов, если бы не был покровителем их [Кришна], Вседостигающий Полководец великомощный. По двум причинам не стану я сражаться с Пандавами: из-за неуязвимости [рода] Панду и из-за женской природы Шикхандина. Когда-то, когда отец мой женился на Кали, довольный [мною], даровал он мне выбор [времени] смерти по собственной воле и неуязвимость в бою. Теперь, я мыслю, пришло, кажется, время для смерти моей" (Бхишмапарва. гл. 114, шл. 30 - 40).

Боги на небесах приветствовали это решение, цветочный дождь пал на Бхишму. Но никто не услышал их, кроме Бхишмы и Санджаи. "И великое смущение овладело Тридцатью, о владыка народов, из-за того, что падет с колесницы всем миром любезный Бхишма" (Бхишмапарва, гл. 114, шл. 30 - 40). Шикхандин и Арджуна окатили каураву сотнями стрел "во все части тела, во все уязвимые места" (Бхишмапарва, гл. 114, шл. 41 - 45).

Обращаясь к Духшасане, Бхишма сказал, что стрелы, поражающие его, это не стрелы Шикхандина, а стрелы Арджуны. Он метнул в Арджуну дрот, но его рассек Шикхандин, взял шит и меч, но Арджуна "разбил его щит на 100 частей" Бхишмапарва. гл. 114, шл. 46 - 68). Кауравы отступили, Бхишма остался один. "Рои стрел поразили его стократно и тысячекратно, и не было [тогда] на теле у него [даже] на палец места не пронзенного. Так отец твой, о повелитель, остроконечными стрелами Пхальгуны весь иссеченный в бою, пал незадолго до заката с колесницы головою к востоку на глазах у твоих сыновей" (Бхишмапарва, гл. 114, шл. 78 - 82).

Мудрецы в образе гусей обошли вокруг Бхишмы и произнесли: "Духом велик Бхишма, а уходит, когда солнце на южном пути!" (Бхишмапарва, гл. 114, шл. 92 - 199). Но им ответил Бхишма: "Пока солнце повернуло к югу. я не уйду ни за что, так я решил. В ту былую обитель мою я уйду, когда к северу повернет солнце, о гуси, истинно говорю вам! Ожидая к северу поворота [солнца], буду я удерживать жизнь мою, ибо дарована мне власть [самому] определить, когда отказаться от жизни. Потому я буду удерживать жизнь, во время пути [солнца] на север я хочу умереть". (Бхишмапарва. гл. 114, шл 92 - 100).

Победа Арджуны в битве с Бхишмой с одной стороны удивительна, а с другой стороны вызывает много вопросов. Удивительна она тем, что Арджуна одерживает победу только благодаря подсказке самого Бхишмы, который советует пандаве воспользоваться Шикхандином как щитом. Странность подобного совета выражается в том. что сын Шантану считает, что Шикхандин родился женщиной и поэтому он не будет стрелять в него. Но зачем он тогда даёт такой совет, который окажется для него роковым? А ведь Бхишма сам хотел одержать победу над падавами, не зря же он подвергал сомнению попытки Карны стать главнокомандующим. Этим советом Юдхиштхире он обманул Дурьйодхану, которому обещал одержать победу ровно сутки назад, а себя погубил. Никакого смысла давать такой совет пандавам сыну Шантану не было. Подобный поступок противоестественен и нелогичен. Что стоит за этим?

Ход битвы в течение десятого дня поражает воображение множеством воинских подробностей, количеством стрел и финалом, в котором Бхишма, весь утыканный стрелами, не погибает, но удерживает свою жизнь в течение нескольких месяцев. Фантастика! Возникает большое сомнение, что события происходили именно так, как их описали авторы эпоса. Столь сказочный ход сражения должен скрыть некоторую реальность, которая была очень неприятной для создателей эпоса. Посмотрим пристально на все детали сражения, начиная с вечера девятого дня.

Итак, после заката солнца Юдхиштхира вспоминает об уговоре с Бхишмой, якобы он поможет советом пандавам. Братья вместе с Кришной направляются в шатер к сыну Шантану. Удивительно, каким образом им удаётся пройти незамеченными - эпос не даёт ответа на этот вопрос. А ведь воинский лагерь охраняют караульные и вполне вероятно, что часовой стоит у шатра Бхишмы. Странным выглядит сама цель экспедиции: спросить у главнокомандующего кауравов как его победить. И удивительным выглядит ответ: полководец кауравов даёт своим врагам такой совет, какой им нужен. Получив такой совет от своего будущего врага на поле битвы, Арджуна выйдет на бой, прикрываясь Шикхандином. Потрясающе! Бхишма сам даёт пандавам средство своей гибели. Зачем? Что это за поединок? Ответа нет, но продолжим дальше.

Вернувшись в свой лагерь, мучимый стыдом Арджуна вспоминает как в детстве он взбирался на колени Бхишме, называл его батюшкой, марал ему колени. Почему же стыд не мучил его в шатре? Кришна успокаивает ученика и приводит слова учителя богов Брихаспати, сказанные некогда Индре, что убивать можно даже достойного человека, если он приходит как убийца. Поразительный совет! Но ведь Бхишма не убийца, а воин и дед пандавов. А вот в шатёр входит Арджуна, а не Бхишма! Брихаспати - редкостный мерзавец, он изнасиловал беременную жену своего брата, а потом ещё проклял нерождённое дитя. Чему хорошему мог учить такой человек богов? Только подлости! Совет Кришны в данном случае - это стремление негодяя успокоить совесть Арджуны.

Тактика пандавов выглядит фантастической. Поставив впереди Шикхандина, по бокам его были Бхимасена и Арджуна, сзади Юдхиштхира с близнецами, они двинулись на кауравов. Такое впечатление, что пандавы - самые великие воины в стане их войска и рискуют каждый миг битвы... А в реальности выживут только они, что явно противоречит этим описаниям. Духшасана попадает пятью стрелами в лоб Арджуне, отчего он становится невероятно красивым, как гора Меру. Пять стрел в лоб - и живой! В воинских книгах чудеса на каждой странице. Если стрелы попадают в лоб и не убивают, то куда они должны попасть, чтобы убить человека? Вот Кришна, например, умер от стрелы в пятку, а тут пять стрел в лоб - и живой!

Десять воинов выступают против Бхимы и поражают его все вместе 84 стрелами, а один Бхима пустил в них 112 стрел! Странно не только, что один Бхима послал больше стрел в десять человек, чем они, но и то, что Санджая, рассказывающий, что он видит на поле боя Дхритараштре, успевает посчитать количество стрел, пущенных каждым воином в отдельности. Всё это слишком уж невероятно.

Кажется, что логика оставила всех сразу. Ровно сутки назад Бхишма пообещал Дурьйодхане победу, а теперь вдруг он заявляет, что не хочет воевать и пусть его убьёт Арджуна. И сразу вслед за этим он посылает одну стрелу в войско кауравов за другой. Похоже, авторы эпоса уже забыли об его обещании Дурьйодхане, о нежелании воевать и просто путаются в показаниях.

На других участках поля продолжается тот же парад чудес. Дхриштадьюмна бросает в Дрону палицу, но отец Ашваттхамана разбивает её 50 стрелами, а брошенный дротик рассекает 9 стрелами. О чём это говорит? Палица - оружие ближнего боя, как и меч. Если бросить их в воина, то толку мало, он легко может уклониться, да и сам бросающий остаётся в этом случае безоружным. Бросить их можно на 10 - 20 метров, а попасть в них можно в лучшем случае одной стрелой, но не пятьюдесятью!!! Такое мог написать только человек, совсем не знакомый с воинским делом.

Авторы эпоса сравнивают колесницу Бхишмы с жертвенным алтарём, лук - с языками пламени, а меч, дротик и палицу - с топливом. Такие сравнения характерны для брахмана, а не воина. И не удивительно, что реальность битвы не находит своего отражения в эпосе, её заменяют чудеса и поэтические образы. От стрел одного Бхишмы гибнет 14 000 воинов! А чуть раньше количество жертв ещё возрастает. Но даже если считать, что это не один Бхишма уничтожил столько воинов, а всё войско кауравов под его командованием, то количество жертв просто чудовищно: 10 тыс. воинов, 5 тыс. конных бойцов, 14 тыс. "мужей" 1 тыс. слонов и 10 тыс. коней! В этом перечне удивляет и сам факт учёта Санджаей, и круглые цифры жертв. Брахман, писавший этот текст, рисовал эти цифры в своём воображении, так выдумки стали ложью.

Арджуна покрыл Бхишму тучей стрел, каурава ответил тем же. Когда у Бхишмы сломался лук, он взял другой, затем дротик. Но всё это рассек Арджуна на множество частей. Это рассечение на "множество частей" выглядит просто литературным приёмом. Оно невозможно в принципе, особенно если стрела попадает в палицу. Плетью обуха не перешибёшь! Бхишма пал, но тут же принялся размышлять, что мог бы победить всех пандавов, если бы не Кришна и "неуязвимость [рода] Панду". А с какой стати они неуязвимы? Репутацию пандавам создают брахманы. Все эти пртиворечивые мысли Бхишмы на совести авторов эпоса. С их помощью они запутывают истинный ход битвы. И что характерно, больше никто из кауравов ничего не говорит о ходе битвы. А ведь командующие акшаухини должны отдавать приказы о тактических перестроениях, следует ли наступать или отступать и т.д. Всего этого нет. Все воины от рядового пехотинца до главнокомандующего бесконечно пускают стрелы друг в друга.

Боги на небе сыплют цветами и радуются гибели Бхишмы, но при этом поражены смущением. Что это? Им известен стыд? Что позорного они увидели за смертью Бхишмы? Цветы небожителей должны укрепить слушателей в мысли, что гибель Бхишмы благословляют боги. Но они смущены... Что же такого в этой победе, что ей нельзя гордиться?

Бхишма говорит Духшасане, что его поразили не стрелы Шикхандина, а Арджуны. И зачем тогда был нужен Шикхандин? Ведь его могли поразить стрелы и других воинов, и "щит" в этом случае для Арджуны был бы разбит на "множество частей" намного раньше... Дротик, щит и меч Бхишмы Арджуна разбил на "сто частей". У лжи должны быть красивые слова. Подобная фактологичность похожа на литературный приём, не имеющий отношения к реальности, словно авторы хотят, чтобы в эту выдуманную реальность верили больше, чем в подлинную. Всё тело Бхишмы усыпано стрелами, а он - живой! Невероятно. На упрёки мудрецов, что он погибает, когда солнце двигается на юг от экватора, Бхишма говорит им, что он будет жить до дня зимнего солнцестояния, когда солнце начнёт своё движение на север. Но как он может сохранить свою жизнь, если всё тело утыкано стрелами: "И не было [тогда] на теле у него [даже] на палец места не пронзенного"? Очевидно, он ранен, но не до такой же степени. Весь ход сражения приводит вдумчивого читателя к одной мысли: поединка между Бхишмой и Арджуной на поле битвы не было! Но тогда как же погиб сын Шантану?

Смертельное ранение Бхишмы могло произойти только в одном случае, если в шатёр к нему вошёл ночной убийца. Для того, чтобы проникнуть в шатёр Бхишмы, Арджуна воспользовался Шикхандином. Он стал тем щитом, с помощью которого пандава приблизился к сыну Шантану. По всей вероятности Амба родила от Бхишмы Шикхандини вне брака и нашла себе приют в царстве панчалов, вот почему его шпионы следили за девочкой при дворе царя Друпады. Бхишма не видел своей дочери после того, как Амба ушла от него. Пандавы воспользовались этим обстоятельством, и Кришна через своих агентов в лагере кауравов передал Бхишме, что с ним хочет встретиться его дочь. Сын Шантану дал своё согласие и караульные пропустили к нему женщину. (Вот почему пандавы в авторской версии смогли спокойно пройти в шатёр Бхишмы!). Но под видом Шикхандини скрывался Арджуна в женских одеждах. Можно вспомнить, что Кришна сам вызывался убить Бхишму, но всё же говорил Арджуне, что это лучше сделать пандаве. Вместо Шикхандини в шатёр Бхишмы явился Арджуна, одетый в женское платье. После "игры в кости" он стал евнухом, и потом уже в течение целого года жил в гареме Вираты. Привычки, походка женщины были ему хорошо известны. Взволнованный Бхишма в нетерпении ожидал встречи с дочкой. Войдя в шатёр Бхишмы, Арджуна улучил момент и несколько раз всадил нож в тело сына Шантану, а затем бежал из лагеря. Вернувшись в лагерь пандавов, Арджуна испытывает муки совести и вспоминает, как он марал дедушку в детстве, а сейчас замарался в его крови. Кришна успокаивает его речами Брихаспати, что идущий на убийство не должен ни о чём сожалеть, даже если он убивает достойного человека! Мерзавец будет оправдывать любое убийство. Легенда о Шикхандини, поменявшей пол и ставшей Шикхандином, стала средством объяснить этот "подвиг" Арджуны, который прикрывался Шикхандином как щитом.

Духшасана, первым вбежавший на крики в шатёр Бхишмы, услышал от него, что его пыталась убить не Шикхандини, а Арджуна. Опыт диверсионных операций у пандавов был огромный. Их жертвами стали шесть нишадов, Пурочана, Хидимба, Бака, Кирмира, Джарасандха, Кичака. Двенадцать человек! Все они были убиты в ночное время. Маскарад с переодеванием одежд был использован Бхимой, Арджуной и Кришной как раз во время убийства Джарасандхи, нашедшего свою смерть ночью во дворце.

Создатели эпоса девочку Шикхандини превратили в мужчину, а евнуха Арджуну сделали героем. Эти изменения потребовались авторам эпоса, чтобы показать, что Бхишма был убит не подлым образом в шатре, а на поле битвы. Но даже в этом случае они не могли обойтись без чудес. Только кого они могут удивить? Людей, не желающих думать самостоятельно, а живущих под влиянием идей Кришны.

Эпизод 5. Бхишма и Карна. Может ли благородный человек быть жестоким?

Когда пал Бхишма, лица кауравов были подавлены стыдом. Пандавы стояли перед рядами войск и затрубили в раковины. И тут все увидели ликующего Бхимасену.

Духшасана помчался к рати Дроны и рассказал ему о гибели Бхишмы. Войска установили перемирие. Пандавы и кауравы собрались возле сына Шантану. Великий воин приветствовал их и, находясь на ложе из стрел, сказал, что ему нет опоры для головы. Для Бхишмы принесли мягкие подушки, но он попросил Арджуну дать такую опору в изголовье, которую тот сочтёт достойной. Сын Кунти поднял лук и тремя острыми стрелами дал опору для головы. Каурава поблагодарил его: "Поступи ты иначе, прклял бы я тебя во гневе!" (Бхишмапарва, гл. 119, шл. 33 - 50). Сын Шантану сказал, что он простится с жизнью, "когда к стране Вайшраваны пойдет дневное светило" (Бхишмапарва, гл. 115, шл. 44 - 50). Установив вокруг раненого охрану, воины вернулись к своим шатрам.

В своём лагере Юдхиштхира сказал Кришне, что победа над Бхишмой одержана благодаря ему. На эти слова Кришна, "улыбаясь" ответил, что ожидал от пандавы таких речей.

Утром следующего дня пандавы и кауравы пришли к деду и окружили его. Все воины приветствовали павшего сына Шантану.

Бхишмапарва, гл. 116, шл. 1 - 8:

"Санджая сказал:

"Девы [почтили его] всячески сандаловым порошком, жареным зерном и венками, женщины, дети, и старики и [прочие] зрители из простонародья потянулись к сыну Шантану, словно духи к Истребителю тьмы. Музыканты, танцовщицы, гетеры, также мимы с плясунами заплясали и запели пред старым прародителем куру. Прекратив сражение, сбросив доспехи и положив оружие, куру и пандавы вместе собрались вокруг неодолимого Девавраты, укротителя врагов, приязнь изъявляя друг к другу возрасту согласно, как в былое время".

Сын Шантану сказал, что изнывает от жажды. Ему принесли воду и еду. Но Бхишма подозвал Арджуну и сказал ему, что только он может "добыть мне воды как должно" (Бхишмапарва, гл. 116, шл. 9 - 27). Пандава взошёл на колесницу, объехал на ней вокруг великого воина слева направо, положил стрелу на тетиву, прочёл заклинание над оружием и пронзил ей землю к югу от Бхишмы. В том месте забил источник воды, которой напоили сына Шантану и он стал прославлять пандаву. Затем раненый каурава обратился к Дурьйодхане и призвал его заключить мир и отдать половину царства пандавам, так как с "кончиною Бхишмы и всем [придет] конец - это слово истины я говорю [тебе]!" (гл. 116, шл. 47 - 51). После его слов все воины разошлись по своим обителям.

Узнав о том, что сражён Бхишма, к нему пришёл Карна, "муж, величием осиянный, и голос его прерывался слезами, когда он сказал ему: "О лучший из куру, я - сын Радхи, тот, кто, безвинный, столь ненавистен был, тебе всегда, когда представал пред твоими очами!" (Бхишмапарва, гл. 117, шл. 1 - 20). Увидев, что опустело поле, сын Шантану отослал воинов, охранявших его, и обнял Карну.

Сын Ганги сказал: "Приди, приди, о ты, что [всегда] спорил и соперничал со мною! Если бы ты не пришел сейчас, блага не было бы тебе, поверь мне. Ты - сын Кунти, не сын Радхи, я знаю об этом от Нарады, а также от Кришны Двайпаяны и от Кешавы, в этом нет сомнения. Нет у меня ненависти к тебе, правду, сын мой, тебе говорю. А жестокие слова я молвил тебе, чтобы пыл в тебе убить. Ибо нет причины у тебя, по мнению моему, ненавидеть Пандавов, с коими столько раз ты поступал жестоко, о ты, радость Сурьи! Я знаю твое мужество в бою, для врагов губительное, и благочестие, и доблесть, и высочайшее благородство в даянии. Нет подобного тебе среди мужей, о богоравный!.. О Карна, [некогда] ты, [только] луком вооруженный, в Раджапуру придя, один сокрушил [там] царей, за царя куру сражаясь. Так и могучий Джарасандха, трудноодолимый, боевой славой похваляющийся, неравен тебе оказался в бою. Ты благочестив, правдив, пылом солнцу равен, ты - божий отпрыск, в битве непобедимый, превосходящий [всех] людей на земле. Сегодня ушла ненависть, которую когда-то питал я к тебе. Не в силах человека предотвратить назначенное судьбою. Храбрые Пандавы - единоутробные братья твои, о истребитель врагов! Объединись с ними, о мощнорукий, если хочешь сделать угодное мне! Да кончится со мною эта вражда, о радость Адитьи, и да будут отныне беспечальны все цари на земле!" (Бхишмапарва, гл. 117, шл. 1 - 20).

Вайкартана ответил.

Бхишмапарва. гл. 117, шл. 21 - 28:

Карна сказал:

Все это я знаю, о великомудрый, в том нет [у меня] сомнения! Как ты сказал, о неодолимый, я - сын Кунти, не сын возницы, но бросила меня Кунти, и воспитан я был возницей. Властью воспользовавшись, от Дурьйодханы [полученной], не смею я [теперь] поступить вероломно. Имущество [мое], и плоть, и ту высокую славу - все отдал я делу Дурьйодханы, о щедрый к жрецам. Своей приверженностью Суйодхане постоянно гневаю я Падавов. Что неизбежно должно произойти, того предотвратить невозможно! Человеку то не по силам - кто предотвратит назначенное судьбою?.. Знаю я доподлинно, что непобедимы Пандавы и Васудева для других мужей, но мы поборемся с ними! Позволь мне сражаться, отец мой, о ты, всегда радостный душою в битве. С твоего разрешения, о герой, я буду сражаться, такова моя воля. Если грубо говорил или спорил, от вспыльчивости или по неразумию, и за все, в чем провинился я, да соизволишь ты простить меня!" (Бхишмапарва. гл. 117, шл. 21 - 28).

Бхишма сказал, что он даёт своё разрешение Карне сражаться "без гнева и неистовства", самоотверженно. Он закончил свою речь словами: "Долго, очень долго я пытался добиться мира, но не смог достичь цели. Где праведность - там победа!". (Бхишмапарва, гл. 117, шл. 29 - 33).

Почтив сына Ганги, Карна поднялся на колесницу и отправился к Дурьйодхане.

На исходе десятого дня, когда пал Бхишма, кауравы и пандавы собрались у тела сына Шантану, чтобы почтить его. Так повествует "Бхишмапарва"... Но это скорбное перемирие авторы эпоса использовали не столько для того, чтобы выразить уважение к павшему, сколько для того, чтобы прославить Арджуну - убийцу своего деда. По легенде Бхишма лежит "на ложе из стрел". Иначе говоря, всё его тело настолько поражено стрелами, пронзившими его, что они создают опору для него. А вот у головы такой опоры нет... И он просит Арджуну сделать ему её. Три стрелы, пущенные из лука пандавой, становятся "подушкой" для головы деда. Это несомненная ложь! Если всё тело утыкано стрелами, то сын Шантану просто умер бы от потери крови. Сама идея этого ложа из стрел просто дурацкая: в этом случае под тяжестью тела стрелы пронзят его насквозь через несколько часов. И вот авторы эпоса прославляют ночного убийцу и евнуха таким иезуитским способом! По-другому почтить великого воина никак нельзя. Это, конечно же, говорит об уровне мыслительных способностей авторов Махабхараты. Бхишма будет лежать на этом "ложе" не день и не два, а несколько месяцев, сохраняя жизнь и ожидая, пока солнце не начнёт своё движение от тропика Козерога к экватору. Где логика?

Ночью в лагере кауравов Юдхиштхира принялся благодарить Кришну. Он сказал, что победа над Бхишмой одержана благодаря ему. Несомненно, план ночного нападения был придуман им. Кришна только улыбнулся в ответ. Самодовольство сквозит в этой улыбчивости Джанарданы. Здесь, среди своих, когда его никто не видит из противников, он позволяет своим чувствам расслабиться.

Утром следующего дня воины обоих лагерей снова собрались у тела Бхишмы. Теперь уже сын Шантану попросил воды, но, когда её принесли кауравы, он отказался и сказал, что только Арджуна может принести ему нужную воду. И, словно заранее зная, какой она должна быть, сын Кунти послал одну стрелу к югу от Бхишмы в землю. И этого было достаточно, чтобы из неё забил источник воды, которой напоили сына Шантану. И это тоже ложь! Чудо понадобилось авторам эпоса, чтобы выделить Арджуну из всех воинов и поднять его авторитет таким образом. Это ещё и способ обелить убийцу... На самом деле присутствие пандавов у ложа Бхишмы явная выдумка. Чудеса - плохой аргумент в истории и хороший во лжи. Наличие танцоров, музыкантов и гетер на поле боя невозможно, а вот если реальный Бхишма находится в шатре, то вполне вероятно, что музыка и танцы способны отвлечь страдающего от ран.

В отличие от пафосных и претенциозных сцен с участием Арджуны совсем по-другому смотрится приход Карны к Бхишме и их разговор с глазу на глаз. Вайкартана не хочет показывать своих чувств и горя, охвативших его, на публику. Он является к сыну Шантану, не позируя ни перед кем, они остаются в полном одиночестве друг с другом. На искренность Карны (я - невиновный, хотя ранее и ненавидимый тобою. пришёл сказать тебе последнее "прости"...) Бхишма отвечает взаимностью, к которой авторы эпоса всё же примешали старый тезис, что Карна - сын Кунти. Как на авторитетов в этом вопросе "Бхишма" ссылается на мнение Кришны Двайпаяны, Нарады и Кришны Васудевы. Но ведь это же главные интриганы эпоса и первые враги кауравов! Если враги говорят так. значит, истина совсем в другом! Эти слова "Бхишмы" должны примирить Карну и пандавов, к которым якобы он много раз поступал несправедливо и жестоко. И когда это было? Во время "игры в кости"? Так ведь там Бхишма сказал, что "благородный (Юдхиштхира - Л. П.) сам не считает эту (игру) бесчестием" (Сабхапарва, гл. 60, шл. 40 - 42).

Но вот что интересно. Чуть далее в своей речи, воздавая должное Карне и отмечая его достоинства (мужество в бою, благочестие, доблесть, благородство), Бхишма по сути дела опровергает свой же тезис о жестокости Карны по отношению к пандавам. Может ли благородный и доблестный человек быть жестоким? Очевидно, что нет. А ведь Карне свойственно милосердие не только в жизни (спасение Ашвасены и Рамы Джамадагни), но и на поле боя, о чём у нас ещё будет возможность сказать.

Более того, упрёки "Бхишмы" о якобы жестокости Карны по отношению к пандавам выглядят вообще несостоятельными, если их сравнить с характеристикой сына суты, данной Дхритараштрой. Он называл его благородным и ...сострадательным (Удьйогапарва, гл. 51, шл. 1 - 9). Не может один человек быть сострадательным и в тоже время жестоким! Если предположить, что эпический "Бхишма" в этом месте выражает мысли авторов эпоса. то реальный Бхишма как раз мог сказать Карне, что он слишком мягок и сострадателен к противнику. Тут хочется сравнить Арджуну с Карной, к чему часто прибегают исследователи. Никто его не называет жестоким, но если посмотреть на его поступки в лесу Кхандава, то, кажется, это просто само воплощение злодеяния. После того, как они с Кришной подожгли лес, из него стали разбегаться живые существа. И не надо думать, что это просто животные, как описывает эпос. Вот пример, что это за "животные" и как с ними поступал Арджуна при попытке к бегству: "Некоторые, обняв своих детей или же отцов и матерей, не в силах были покинуть их из любви и так находили гибель... А тех из них, которые взлетали вверх, Партха, разрывая на куски, со смехом бросал их затем в пылающий огонь" (Адипарва. гл. 217, шл. 1 - 15). При спасении из огня только люди обнимают друг друга, животные подчиняются инстинкту и спасаются как могут, чаще всего просто в страхе убегая. Из этих слов можно понять, что Арджуна бросал в огонь детей и разрубленные части тел их родителей.

Бхишма вспоминает подвиг Карны в Раджагрихе, совершённый им ради Дурьйодханы. К сожалению, эта история в Критическое издание не вошла. На смертном ложе Бхишма перечисляет достоинства Карны: правдивость и благочестие сына Солнца. А ведь правдивый человек - это прежде всего честный, объективный, не предвзятый к фактам и личностям, а не только говорящий правду человек. Сын Шантану говорит Вайкартане, что пандавы - его единоутробные братья ("Храбрые Пандавы - единоутробные братья твои"). Об этом свидетельствует текст легенды о рождении Карны в "Адипарве" и "Араньякапарве". Но как согласовать эти слова с тем, что сказано в главе 31, шл. 58 - 66 Дронапарвы, когда Арджуна убивает трёх других ...единоутробных братьев Карны ("Так на глазах у сыновей Дхритараштры и перед лицом сына возницы три его единоутробных брата были убиты Носящим диадему - одним без посторонней помощи")? Определённо эти слова Бхишмы о том, что пандавы его единоутробные братья вызывают недоверие, он говорит то, что нужно авторам Махабхараты. И вслед за этим в словах "Бхишмы" снова звучат мысли авторов эпоса: Карне нужно объединиться с пандавами... Но что значит это для Карны? Предать Дурьйодхану! В этих словах отражаются попытки склонить Карну к предательству. Да, ранее это ярко проявилось при встрече Кришны и Карны, Кунти и Карны. Но, видимо, они продолжились и потом через других людей, а "Бхишма" был для авторов эпоса авторитетным рупором их идей. Реальный Бхишма, погибший за дело кауравов, к этим словам не имел отношения. Отделить этого "Бхишму" и "Дрону" от реальных Бхишмы и Дроны очень не просто. И тут главный критерий один: не важно, что они говорят, важно, что они не предают и погибают за дело Дурьйодханы.

По замыслу авторов эпоса все герои из стана кауравов (кроме друзей Дурьйодханы) восхваляют пандавов, брахманов и Кришну. Удивительно, как же тогда конфликт между пандавами и кауравами сделал неизбежной войну? Вот и "Карна" говорит, что он - сын Кунти. Зачем это понадобилось авторам? Его достоинства столь значимы, что пандавов решили возвысить и таким вот путём, сделав их "братьями" Карны. Вполне вероятно, что между собой пандавы говорили: "Ах, если бы нашим братом был Карна! Более надёжного и верного человека не найти!".

Подлинному Карне чужды предательство и вероломство. Всю свою жизнь он посвятил делу Дурьйодханы, став его верным другом. Именно эта преданность Карны вызывает раздражение пандавов, ведь ими всю жизнь манипулировали Кунти, Драупади, Вьяса, Кришна, брахманы. Решение Карны неизменно, он будет сражаться с мятежниками. Перед уходом Карна просит прощение за невольные грубые или неразумные слова, сказанные им ранее Бхишме. Сын Шантану напутствовал его словами. что сражаться он должен "без гнева и неистовства". И вот эти слова Бхишмы Карна сохранил в памяти.

Уверенность кауравов, что "где правда - там победа!" перечеркнут поступки пандавов на поле боя и вне его и их девиз "где Кришна - там победа!". А ведь это означает: где Кришна - там ложь. На поле Куру победит подлость... Победа, достигнутая таким путём, не повод для радости, а позор!

И Бхишме об этом будет суждено узнать.

Эпизод 6. План Дурьйодханы.

В Хастинапуре Дхритараштра спросил Санджаю, "явившегося ночью из лагеря в город", что сделали кауравы после того, как на поле Куру пал Бхишма. Сута ответил, что все воины были сильно расстроены, но потом цари вспомнили о Вайкартане: "О Карна, о Карна! Сын Радхи, наш благодетель, сын возницы, готовый всегда пожертвовать жизнью (в бою). Ведь Карна, овеянный великой славой, вместе со своими приверженцами и друзьями не сражался в течение этих десяти дней! О, позовите его немедля!" (Дронапарва, гл. 1, шл. 27 - 35). Обратившись к воинам, Карна сказал, что он приложит все силы, чтобы победить в битве: "Когда тот могучий воин на колеснице - сын Шантану, низвергнут (с колесницы) и (даже сейчас) лежит на земле, будто Солнце (упавшее с небосвода), цари (в стане кауравов) не в состоянии выносить Дхананджаю, подобно тому как деревья (не в силах переносить) ветер, дующий с гор... Представляя себе могущество врагов, я нанесу сегодня поражение им, лишь только вторгнусь (в их ряды), о возница! Я не потерплю этого вероломства по отношению к друзьям... Когда женщины и дети, рыдая, взывают о помощи и когда мужество сына Дхритараштры испытало поражение, о возница, я знаю, что мне следует делать... Жертвуя своею жизнью в этой страшной битве, я защищу кауравов и постараюсь убить сыновей Панду! И уничтожив в сражении все полчища врагов, я отдам царство сыну Дхритарашры... Пусть шестнадцать колчанов прикрепят (к колеснице) и пусть принесут дивные луки. (Пусть приготовят) также мечи и дротики, и тяжелые палицы и мою раковину, ярко сверкающую золотом. Пусть также принесут мое победоносное знамя, (цветом) подобное лотосу, с изображением золотой подпруги слона, сулящей победу..." (Дронапарва, гл. 2, шл. 8 - 14, 15 - 21, 22 - 27).

Подойдя к раненому Бхишме, Карна сказал, что он готов к сражению. Сын Шантану напомнил ему о его предыдущих победах: "Как и Дурьйодхана, о сын мой, вместе с родными, родственниками и друзьями, будь и ты тоже прибежищем для всех кауравов! С благоприятным словом я обращаюсь к тебе: отправляйся и сразись с врагами! Веди кауравов на битву, даруй победу Дурьйодхане! Ты приходишься нам внуком, точно так же, как и Дурьйодхана!" (Дронапарва, гл. 4, шл. 8 - 12).

Почтив Бхишму, Карна отправился к Дурьйодхане. Сын Дхритараштры спросил его, кого следует назначить полководцем кауравов. Карна предложил Дрону на эту должность, и Дурьйодхана согласился с ним. Став главнокомандующим, Дрона построил войско кауравов в виде "шакаты" (тележки), а у пандавов боевой строй был в виде "краунча" (журавля). Во главе всех лучников был назначен Карна.

Санджая рассказал Дхритараштре, что, совершив множество подвигов, Дрона "отправился из этого мира на небо", "убив свыше двух акшаухини храбрых и неотвращающихся воинов" (Дронапарва, гл. 7, шл. 22 - 29, 30 - 36). И когда пал Дрона, среди существ раздался крик "О позор!".

Дхритараштра стал расспрашивать суту при каких обстоятельствах Дхриштадьюмна, "вершитель коварных дел", убил полководца кауравов. Лишившись чувств, Дхритараштра упал на землю. Придя в себя, Дхритараштра продолжил свои вопросы о ходе битвы, когда войско кауравов возглавлял Дрона

Дронапарва, гл. 9 шл. 42 - 56:

"...владыка земли пришел в сознание и вновь стал вопрошать:

"Тех пятерых братьев-кекаев, справедливых и воистину отважных, внешностью подобных насекомым индрагопака, в красных доспехах, с красным оружием и красными знаменами, - тех героев, которые приходятся двоюродными братьями пандавам со стороны матери и всегда жаждут победы последним, - кто из (моих) героев окружил, когда они ринулись, чтобы убить Дрону? Того повелителя сражений, наилучшего из лучников, того героя, стойкого в правде и могучего силой, того тигра среди людей - Юютсу, которого разгневанные цари, сражаясь в течение шести месяцев в Варанавате с намерением убить его, не могли победить и который в битве при Варанаси низвергнул с колесницы стрелою с серповидным острием могучего воина - сына царя Каши, домогавшегося (на сваямваре девушки) себе в жены, - кто (из моих героев) отвратил от Дроны?"

Дхритараштра сказал Санджае, что победа пандавов не могла быть достигнута без Васудевы. Царь принялся перечислять его подвиги: "Тот герой с глазами голубого лотоса, победив всех царей на сваямваре, увез дочь царя Гандхары. А те негодующие цари, словно они были конями от рождения, были запряжены в его брачную колесницу и искромсаны кнутом. Избрав средством другого, Джанардана также заставил убить в единоборстве могучерукого Джарасандху, повелителя акшаухини войска. Могучий (Кришна) убил также отважного царя чедиев, повелителя войск (подвластных ему) царей, словно это было какое-нибудь животное, из-за того, что тот стал оспаривать (право на) почетное питье. Проявив доблесть, Мадхава низринул в пучину моря своевольно летающий город дайтьев Саубху, охранявшийся Шальвй и (считавшийся) неприступным" (Дронапарва, гл. 10, шл. 10 - 18). Дхритараштра напомнил, что "там, где Джанардана, - там будет и геройский Рама, ... вооруженный плугом", его брат (Дронапарва, гл. 10, шл. 27 - 35).

Санджая рассказал царю, что Дурьйодхана поставил задачу Дроне пленить вождя пандавов Юдхшитхиру.

Дронапарва, гл. 11, шл. 1 - 6:

"Санджая сказал:

Тогда Дурьйодхана, посовещавшись с Карной, Духшасаной и другими, сказал наставнику, неодолимому и лучшему из побеждающих: "Если ты желаешь дать мне дар, то, схватив живым Юдхиштхиру, лучшего из воинов, сражающихся на колеснице, доставь его сюда ко мне!".

Дрона спросил, почему Дурьйодхана не желает смерти Юдхиштхиры, а хочет его пленить. Сын Дхритараштры ответил полководцу.

Дронапарва, гл. 11, шл. 13 - 19:

"...сын твой, о царь, ...сказал такие слова:

"С убийством сына Кунти в бою, о наставник, победа не может быть моей! Ведь если Юдхиштхира будет убит, Партха тогда вне всякого сомнения убьет всех нас! Ибо он не может быть убит в сражении даже всеми богами. И тот из них, кто уцелеет, - тот именно и не оставит нас в живых! (Юдхиштхира) же верен своему обещанию. Доставленный сюда (живым), если он будет снова побежден в игре в кости, то сыны Кунти снова должны будут удалиться в лес, ибо они послушны ему. Поэтому я не желаю никоим образом убиения царя справедливости".

Дрона, "выяснив хитроумный замысел Дурьйодханы", ответил, что эта задача разрешима, только если "Арджуна будет какими только возможно средствами удален из битвы" (Дронапарва, гл. 11 шл. 13 - 19, 20 - 26). Санджая сообщил Дхритараштре, что этот уговор был разглашён Дурьйодханой "во всех местах расположения войск" (Дронапарва, гл. 11, шл. 29 - 31), Очень быстро об этом условии стало известно и в стане пандавов: "Однако царь справедливости, о потомок Бхараты, вскоре узнал во всех подробностях через своих доверенных лиц о том намерении, которое сын Бхарадваджи собирался осуществить" (Дронапарва, гл. 12, шл. 1 - 6). Дхармараджа предложил Арджуне сразиться с Дроной сегодня же недалеко от него. Дхананджая постарался его обнадёжить.

Дронапарва, гл. 12, шл 7 - 13:

"Арджуна сказал:

Как убийство моего наставника никогда не может быть совершено мною, так, о царь, никогда я не смогу согласиться и отказать тебе. Скорее, о Пандава, я положу свою жизнь в бою, чем смогу я выступить против своего наставника. И тебя я никогда не смогу покинуть!.. Несомненно, однако, Дроне никогда не удастся схватить тебя, пока я живу... Я не помню несправедливого слова (когда-либо мною сказанного), я не помню (за собой) и поражения!".

В лагере пандавов зазвучали раковины и барабаны.

Боевые действия на поле Куру Дхритараштра "видит" глазами Санджаи. О событиях в воинских книгах сута сообщает царю. Так повествует эпос. В реальности же Санджая находится в лагере кауравов, а Дхритараштра получает регулярные сведения о ходе битвы от начальника своей разведки через гонцов. Гибель Бхишмы и избрание Дроны главнокомандующим столь значимые события, что Санджая ночью прибывает в Хастинапур, чтобы рассказать царю о том, что произошло после этого в лагере кауравов. Сута сообщил царю, что расстроенные убийством Бхишмы, воины кауравов вспомнили о Карне. Его смелость, воинское мастерство, готовность пожертвовать жизнью в бою и преданность Дурьйодхане были хорошо известны всем. В течение всего времени, когда войско кауравов возглавлял Бхишма, Вайкартану поддерживали его приверженцы и друзья. Тут речь идёт не только о Дурьйодхане, Шакуни и Духшасане, но и о других кауравах, имён которых эпос не называет, и мы, к сожалению, ничего не знаем о них.

В словах Карны об Арджуне ("цари не в состоянии выносить Дхананджаю") отчётливо звучит осуждение подлого поступка пандавы во время убийства Бхишмы. Они не являются восхищением его воинскими подвигами. Ну какие подвиги можно ждать от евнуха, который целый год перед началом войны не касался лука и стрел? А без регулярной тренировки пропадают всякие навыки в любом занятии. В гареме Вираты Арджуна мог тренироваться только в танцах, музыке, пении и воровстве поношенных женских одежд для последующей продажи их на рынке. Все кауравы осуждали подлое убийство Бхишмы Арджуной, одетым в женские одежды и принявшим облик Шикхандини. Война для Карны носит особый смысл, он говорит, что вступает в битву для защиты женщин и детей. Судя по этим словам Карны, воины из войска пандавов отличались особой жестокостью и не щадили ни женщин, ни детей.

Карна просит прикрепить к колеснице шестнадцать колчанов со стрелами. Если считать, что в одном колчане примерно двадцать стрел, то всего их в его арсенале 320 штук. Кроме этого на колеснице несколько мечей, дротиков и палиц. Можно предположить, что воины рангом ниже Карны на других колесницах имеют не больше стрел, чем Вайкартана. В этом случае тысячи стрел, пущенных с лука Арджуны и других воинов, являются вымыслом авторов. Такое количество просто нельзя расположить на одной колеснице.

Перед боем Карна решает почтить раненого Бхишму. Напутствие сына Шантану носит ясный характер: иди и сражайся с врагами. Никаких призывов к миру с пандавами, как накануне вечером, не слышно. Задача Карны, по мнению раненого кауравы, одна - принести победу Дурьйодхане. Загадочными выглядят слова сына Шантану о том, что он считает Карну таким же внуком, как и Дурьйодхану. Парадоксальными они становятся ещё и потому, что авторы эпоса сделали Бхишму бездетным. Тут возможно одно решение: Шакуни, Гандхари и мать Карны являются детьми Вритры. В этом случае Карна - внук Вритры, как и Дурьйодхана, для которого Бхишма формально является дедом по отцовской линии.

Дурьйодхана советуется с Карной, кого назначить полководцем, и Вайкартана предлагает на эту должность Дрону. Этот факт говорит о том, что он не честолюбив, и он высоко оценивает полководческое искусство панчалийца. Санджая сообщает Дхритараштре, что за то время, когда он возглавлял войско кауравов, им было уничтожено два акшаухини войска пандавов. Когда пал Дрона, среди воинов раздавались крики "Позор!". Эти возгласы свидетельствуют об очередной подлости пандавов. В риторических вопросах к Санджае Дхритараштра называет Дхриштадьюмну вершителем коварных дел. Обстоятельства убийства Дроны ему хорошо известны из доклада Санджаи, что он характеризует их так определённо. На этом фоне удивительным кажется факт проживания сыновей Дхриштадьюмны Кшатранджаи, Кшатрадевы и Кшатрадхармана в доме Бхишмы в мирное время и учёба у Дроны сына Шикхандина Кшатрадевы, "выросшего чуть ли не на коленях у Дроны". Как могло такое быть - просто непонятно. Наивность, честность и доверие кауравов к людям просто поражают. И с другой стороны их противники настолько коварны, настолько умеют маскировать свои цели, что так легко входят в доверие.

Вопросы Дхритараштры Санджаи намекают на многие скрытые события эпоса, о которых мало информации, чтобы о них можно судить более подробно. Дхритараштра называет пять братьев-кекаев двоюродными братьями пандавов со стороны матери. Следовательно, Кунти и мать безымянных кекаев происходят из одного племени, а именно бходжей, ведь отец матери пандавов Кунтибходжа. Удивительно, что их количество равно числу пандавов. Возможно, в случае гибели одного из братьев-пандавов его могли заменить братом-кекаем...

В одном из вопросов Дхритараштра говорит об Юютсе, который участвовал в битве при Варанавате. Нам ничего не известно об этом событии. Если эта битва произошла в самом начале сражения, то война продолжается уже более полгода.

Дхритараштра принялся перечислять подвиги Кришны, которые вызывают не восхищение, а, скорее, возмущение. Якобы он победил царей на саямваре дочери царя Гандхары и запряг побеждённых царей в колесницу вместо коней, избивая их при этом кнутом. Такое поведение характерно для очень жестокого человека, унижение других и издевательство над ними для него является удовольствием. Великодушие ему незнакомо. В число подобных подвигов Джанарданы входит и убийство Джарасандхи. Лукавством отдают слова "избрав средством другого". На самом деле Васудева вместе с Арджуной и Бхимой, переодевшись в одежды брахманов, задушили ночью в своей постели спящего царя магадхов. Что тут геройского? Это - подлость, а не подвиг! Следом за этим Дхритараштра напомнил об убийстве Шишупалы, которого Кришна убил за обеденным столом в присутствии многих людей, гостя в доме Юдхиштхиры. Царь уверенно заявляет, что Баларама всегда будет поддерживать своего брата. Очевидно, ему известно намного больше, чем это можно понять из текста эпоса.

Дурьйодхана ставит задачу Дроне пленить Юдхиштхиру. Это удивляет панчалийца и он просит пояснить, зачем это нужно царю. Ответ Дурьйодханы ещё более удивителен: он хочет сыграть с пандавой в кости, чтобы затем его можно было удалить в лес как проигравшего. Такой план выглядит наивным, в этом ответе угадывается рука авторов, писавших подобный текст. Но если под "игрой в кости" понимать суд, то такой замысел Дурьйодханы становится не таким уж наивным. Ему нужна не просто победа на поле Куру, а подтверждение его моральной правоты, не физическое устранение противника, а суд над мятежником. Только это по его мнению позволит установить мир в царстве на длительное время. И не удивительно, что перед оглашением этого плана он советуется с Карной, Духшасаной и другими. Жестокость и несправедливость им несвойственна.

Авторы эпоса сообщают, что "хитроумный замысел Дурьйодханы" якобы по приказу Дурьйодханы был разглашён в войске кауравов. Но это выглядит глупо! В чём тогда состоит смысл этого хитроумного плана? Зачем царю делать свои замыслы достоянием всех? Ведь в этом случае пандавы могут предпринять меры, препятствующие реализации плана Дурьйодханы. Судя по всему, этот вопрос обсуждался на военном совете кауравов, а вот разглашать это решение простым воинам не было смысла.

Эпос сообщает, что об этом плане узнал Юдхиштхира "через своих доверенных лиц". Не шпионов, не соглядатаев, как это было бы естественно в случае разглашения плана самим Дурьйодханой, а через неких доверенных лиц. Эти слова могут означать одно: на военном совете кауравов и находились эти доверенные лица. Кто у нас тут под подозрением? Критаварман, царь бходжей и Крипа, учитель пандавов? А, может, всё-таки Шалья? Или ещё кто-то...

Юдхиштхира предложил Арджуне сразиться с Дроной как можно быстрее. Но ответ Бибхатсу был уклончивым. Он сказал, что не оставит брата в беде, но и не сможет убить Дрону. За этими словами ясно проглядывает простая истина: стратегию сражений определяет не Арджуна.

Эпизод 7. Клятва саншаптаков и гибель Бхагадатты.

Битва на поле Куру продолжалась. Дрона, "сокрушив ряды вражеских войск, быстро пронесся сквозь них". Снова в поединке сошлись Сахадева и Шакуни, Бхима сражался с Вивиншати, Накула с Шальёй, Дхриштакету с Крипой, Сатьяки с Критаварманом, Друпада с Бхагадаттой.

Абхиманью выступил против Пауравы. "Вскочив внезапно на дышло колесницы Пауравы, (Абхиманью) издал громкий рык. Взойдя потом на колесницу, он схватил Паураву за волосы. Пинком ноги он убил мимоходом его возницу и срубил мечом его знамя" (Дронапарва, гл. 13, шл. 53 - 61). Но на помощь стороннику кауравов пришёл Джаядратха. Абхиманью отпустил Паураву и, соскочив с колесницы, обнажил свой меч. Поединок между ними продолжался до тех пор, пока меч Джаядратхи не сломался, и тогда царь Синдху вскочил на колесницу. Бой между ними продолжился на колесницах. Оставив затем Джаядратху, Абхиманью вступил в бой с Шальёй. Царь мадров бросил в него дротик, но его на лету поймал сын Субхадры и бросил его в Шалью. Достигнув колесницы, дротик убил возницу Шальи. "И тогда Вирата и Друпада, Дхриштакету и Юдхиштхира, Сатьяки, кекайи и Бхима, Дхриштадьюмна и Шикхандин, оба близнеца (Накула и Сахадева) и (пятеро) сыновей Драупади - все закричали: "Превосходно, превосходно!" (Дронапарва, гл. 13, шл. 72 - 89).

Шалья взял палицу и бросился с ней на сына Субхадры. Но своего племянника удержал Бхимасена и выступил против царя мадров. Долго продолжался бой между ними, пока они внезапно взаимно не ударили друг друга одновременно и оба упали на землю. Критаварман поднял потерявшего сознание Шалью на свою колесницу и вывез с поля боя. Бхима, "шатаясь словно пьяный", поднялся сам.

Поразив многих воинов, Дрона предстал перед Юдхиштхирой. Среди войска пандавов уже раздались крики "Царь схвачен!", но тут на колеснице быстро примчался Арджуна и "обрушился на отряд Дроны". Зашло солнце и воины ушли с поля боя.

В лагере кауравов Дрона сказал Дурьйодхане, что пленить Юдхиштхиру не удастся до тех пор, пока кто-то из воинов не отвлечёт Арджуну. Повелитель тригартов вместе со своими братьями дали клятву, что они не вернутся с поля боя, если не убьют Дхананджаю. Для защиты Юдхиштхиры Арджуна выделил Сатьяджита, сына Друпады, а сам принял вызов саншаптаков.

Войско тригартов, давших клятву сражаться насмерть, составляло 10 тыс. колесниц. Все вместе они выпустили стрелы. "Способный с быстротой проявлять свою доблесть, Арджуна десятью и пятью стрелами рассек те тысячи стрел еще до того, как они смогли достичь его. Затем каждый из них, о царь, пронзил Партху пятью стрелами, а он, великий в своей отваге, пронзил в ответ каждого из противников двумя стрелами!" (Дронапарва, гл. 17, шл. 8 - 16).

Сын Кунти принялся истреблять тригартов сетью своих стрел. Он применил оружие тваштри, "способное убивать совокупно большие скопища врагов. И сражу же появились там, каждый в отдельности, тысячи образов (самого Арджуны и Васудевы). Приведенные в замешательство теми совершенно отличными образами, схожими с их собственными, (воины те), принимая друг друга за Арджуну, стали убивать самих себя" (Дронапарва, гл. 18, шл. 7 - 15). Арджуна принялся убивать саншаптаков сотнями и тысячами.

Желая схватить Юдхиштхиру, Дрона построил войско в виде Гаруды. Пандавы ответили тем, что построили войско в виде полукруга. Глазами строя кауравов были Критаварман и Крипа, а в хвосте находился Карна "со своими сыновьями, родственниками и друзьями в окружении могучего войска". Дрона убил Сатьяджита, и Юдхиштхира бросился в бегство, а за ним бежало всё войско. Спустя небольшое время войско пандавов вернулось к битве.

В бой вступили Сатьяки против Критавармана, Юдхиштхира против Шальи, Друпада против Бахлики, Шикхандин против Викарны, пять братьев-кекайев против Карны, Бхима против повелителя млеччхов, восседавшего на слоне. Одной стрелой Бхима поразил слона в голову, а когда он падал, "отсек ему голову стрелою с серповидным острием еще до того, как он грянул оземь" (Дронапарва, гл. 25, шл. 10 - 18).

Много неприятностей войску пандавов нанёс царь Прагджьйотиши Бхагадатта. Против него на колеснице выступил Бхима, но слон Бхагадатты напугал его коней, "когда тот устремился на него, окатив их водою, исторгнутой из хобота, и они тогда вынесли Партху (из поля боя)" (гл. 25, шл. 42 - 49).

В это время Арджуна решал, пойти ли ему сражаться с Бхагадаттой или продолжать битву с 14 тыс. воинов-саншаптаков. "И желая один уничтожить в битве тысячи воинов, сражающихся на колесницах, сын Васавы (Арджуны - Л.П.) вдруг повернул назад" (Дронапарва, гл. 26, шл. 9 - 15). Убив большую часть саншаптаков, сын Кунти побудил Кришну ехать севернее, туда, где наступал Бхагадатта, но тригарты преследовали его. Тогда Кришна снова повернул колесницу против саншаптаков и Арджуна продолжил их истребление, а затем ринулся против царя Прагджьйотиши. "Тогда десять тысяч лучников, отважных и неистовых, приняв решение сражаться до полной победы или поражения, повернули против (Арджуны)" (Дронапарва, гл. 27, шл. 17 - 23). Сын Кунти продолжил сражение. Против него выступил Бхагадатта. Оба они окутали друг друга ливнем стрел. Царь Прагджьйотиши "освятил мантрами стрекало, обратив его в оружие вайшнава, и метнул в грудь Пандавы" (Дронапарва, гл. 28, шл. 9 - 16). Но Кришна перехватил его своей грудью и сказал Арджуне, что это оружие губительно даже для Индры и Шивы. И только затем Васудева позволил сыну Кунти убить царя Прагджьйотиши: "Убей же теперь, о Партха, врага своего, неодолимого в бою, - Бхагадатту, того ненавистника богов, точно так. как я убил прежде ради блага (миров) (асуру) Нараку!" (Дронапарва, гл. 28, шл. 27 - 35).

Арджуна поразил в лоб слона стрелой, и она "вошла в тело вплоть до самого оперения". Вслед за тем он поразил в грудь царя Прагджьйотиши. Против сына Кунти выступили гандхары, но сын Кунти отправил в царство смерти 500 воинов, а затем одной стрелой поразил двух братьев Шакуни, стоящих на одной колеснице.

Войско кауравов разделилось на два потока. Сута Дхритараштры Санджая сообщает: "Я, однако, последовал за Дроной" (Дронапарва, гл. 29, шл. 29 - 35).

Бхима один сражался с Бахликой, Карной, Дроной, Ашваттхаманом и Дурьйодханой (Дронапарва, гл. 31). Спустя какое-то время уже один Карна вёл бой против Арджуны, Дхриштадьюмны, Бхимы и Сатьяки. На глазах сыновей Дхритараштры и Карны Арджуной были убиты "три его (Карны - Л.П.) единоутробных брата", а Бхима, соскочив с колесницы, убил мечом 15 сторонников Карны. На помощь Вайкартане пришли Дурьйодхана, Дрона и Джаядратха. И тут солнце зашло за гору заката.

Читая текст воинских книг эпоса не устаёшь удивляться многим картинам боя: один воин сражается с тысячами других, совершает один подвиг за другим, применяет волшебное оружие. Всё это очень похоже на сказку. И так происходит почти на каждой странице эпоса. Реальную картину событий из этих описаний трудно установить. Складывается впечатление, что брахманы слушали воспоминания многих участников событий с обеих сторон, но составляли текст так, как им было выгодно. По их замыслу Сахадева должен был убить Шакуни, Юдхиштхира - Шалью, Дхриштадьюмна - Дрону, поэтому они раз за разом сводят их в поединке. Но если всё уже предопределено, то что мешает пандавам убить своих противников уже в первом бою? Очевидно, всё не так уж предопределено.

Подвиги Абхиманью, которого эпос усиленно прославляет, полны чудесных описаний. Когда колесницы противников скачут навстречу друг другу, как можно вскочить на дышло колесницы своего противника Пауравы, сохраняя при этом равновесие, пинком ноги убить возницу и срубить знамя своего врага? В это же время Паурава может выстрелить из лука или бросить копьё. Или пока Абхиманью прилагает все усилия, чтобы сохранить равновесие, он может убить его мечом. Да и 16-летний мальчишка не обладает физической силой и воинской техникой, чтобы совершить такой акробатический трюк, как противостоящие ему опытные воины. Можно привести такой пример: во всех спортивных соревнованиях 16-летний юноша уступит 25 - 40-летним противникам практически во всех спортивных дисциплинах, а особенно это касается борьбы, бокса, фехтования, беге, прыжках и т.д. У него нет никаких шансов на успех в этих состязаниях. Чтобы поймать на лету дротик, нужно тренироваться многие месяцы, да и то это очень затруднительно. В лучшем случае от дротика можно уклониться. А вот дротик, пущенный сыном Субхадры, убивает возницу, а 20 человек смотрят, как сражается подросток против взрослых мужей. Среди зрителей пять кекайев, пять сыновей Драупади и шесть командующих акшаухини! Но это же война, а не театр, кино или цирк. Как могут шесть полководцев любоваться действиями рядового воина? Им ведь надо командовать своими отрядами.

Вслед за этим Бхима и Шалья устроили поединок на палицах, при этом едва не убив друг друга одновременно. Разве возможен одновременный нокаут в боксе? У чудес нет логики, они пренебрегают законами природы.

Уже в первый день Дрона едва не пленил Юдхиштхиру, который спасся бегством. Эпос утверждает, что этому помешал Арджуна. Но раз план кауравов был известен пандавам, то помешать его исполнению было не так уж и сложно.

В лагере кауравов у костра Дрона сказал Дурьйодхане, что он пленит Юдхиштхиру, только если кто-то отвлечёт Арджуну. Царь тригартов Сушарман ответил, что он возьмёт эту миссию на себя. Воины дали клятву, что, если они не убьют сына Кунти, то попадут в те миры, которые предназначены для грешников. Текст клятвы очень примечательный, в ней перечисляются люди, совершающие различные преступления: убийство брахманов, сожительство с женой учителя, пьянство, воровство, поджоги домов, убийство коров, оскорбление людей, а также неверящие в существование богов и в гороскопы - все эти люди грешники. По тяжести преступлений они примерно сопоставимы за исключением последнего примера.

Вряд ли текст клятвы саншаптаков был именно таким в реальности, для воинов главное в сражении - победа или смерть. А вот для жрецов самыми тяжёлыми преступлениями были убийство брахманов, сожительство с женой учителя, неверие в существование богов. Видимо, одним из редакторов эпоса был брахман-астролог, который включил в этот перечень пункт о гороскопах. Тот, кто не верит в них, не станет верить и в богов. Да и нужно же как-то астрологам зарабатывать себе на жизнь.

Самым любопытным в этом списке преступлений является пример с поджогом домов. Как мы помним из "Адипарвы" Юдхиштхира приказал Бхиме поджечь оружейный склад, дом, где жил Пурочана и дом, в котором жили пандавы, так называемый "смоляной дом". Следственно, на основании этого списка преступлений, составленном брахманами, пандавы являются преступниками или, в терминах жрецов, грешниками, достойными ада.

Вернёмся на поле сражения. Мы снова можем видеть отсутствие всякой логики при описании битвы. Десять тысяч стрел, выпущенных тригартами, Арджуна отразил ...пятнадцатью стрелами! Когда же все тригарты послали 50 тыс. стрел, то один Арджуна пронзил каждого из воинов-саншаптаков двумя стрелами. Вот такой герой, один выпустил 20 тыс. стрел. Если в одну минуту он выпускает 10 стрел, то нужно 33 часа, чтобы выпустить все 20 тыс. стрел. Нереально. Можно предположить, что он был не один, а командовал отрядом воинов, тогда в первом случае всё его войско послало только 15 стрел. И где здесь логика? Её нет в обоих случаях.

Затем Арджуна применяет оружие тваштри, и тригарты принимая друг друга за Арджуну, истребляют самих себя. Что стоит за этой выдумкой? Может быть, лица воинов скрывают маски, а шпионы пандавов в войске кауравов сеют панику и кричат, что видели Арджуну в войске среди союзников Дурьйодханы?

Дрона применяет новую тактику, он выстраивает своё войско в виде Гаруды. Пандавы отвечают тем, что строят своих воинов в форме полукруга. Настораживает то, что впереди кауравов Критаварман и Крипа, а Карна позади. Тем не менее, он один сражается против пяти братьев-кекайев. И снова мы видим парад чудес в ходе сражений. Бхима одной стрелой убивает слона, попав ему в голову, а затем стрелой с серповидным остриём отсекает её. Но зачем? Когда слон падает, то нет смысла отрубать ему голову. Да и невозможно стрелой отсечь её, ведь в таком случае "серп" стрелы должен быть размером около одного метра.

Особый героизм в этом бою проявил царь Бхагадатта. Но и здесь не обошлось без вымысла. Слон царя напугал коней Бхимы, "окатив их водою, исторгнутой из хобота". Неужели Бхима напал на царя, когда его слон находился в реке, а он на колеснице подкрался незаметно по берегу? Тогда нет смысла говорить, что события происходят на поле битвы.

Эпос сообщает, что, убив несколько тысяч саншаптаков, Арджуна поспешил на помощь Юдхиштхире. Но тригарты преследовали его (уж не сбежал ли он от них, как Юдхиштхира от Дроны?). Сын Кунти оказался между Бхагадаттой и саншаптаками, то есть в окружении. И как он мог тогда победить царя?

Поединок между Бхагадаттой и сыном Кунти изобилует чудесными явлениями. Царь Прагджьйотиши превращает стрекало в оружие вайшнава и применяет его против пандавы. Арджуну спасает Кришна. Скорее всего здесь речь идёт о какой-то военной хитрости, разгаданной Джанарданой. Васудева называет Бхагадатту ненавистником богов и призывает убить его. Ещё одно свидетельство, что цари в составе коалиции кауравов были идеологически близки Дурьйодхане.

Стрела Арджуны вошла в голову слона Бхагадатты по самое оперение. Явное преувеличение! Вслед за тем пал и сам царь. Арджуна одной стрелой убил сразу двух братьев Шакуни. И это тоже ложь. Когда три стрелы попадают Арджуне в лоб, или когда стрела проходит через грудь, он всё ещё живой, а тут одной стрелой сразу двоих... Авторы эпоса злопамятны, ведь Шакуни был судьёй в ходе "игры в кости". И пандавы должны были удовлетворить свою жажду мести. Войско кауравов разделилось. Санджая сообщает, что он был рядом с Дроной. И только после гибели полководца он поедет с докладом к Дхритараштре. Сута сообщает, что сначала один Бхима сражается против пяти кауравов. а потом точно так же один Карна ведёт бой с четырьмя пандавами и их сторонниками: Арджуной, Бхимой, Дхриштадьюмной и Сатьяки. И это очень странно. Чуть позже мы узнаем, что Кришна специально уводил Арджуну от поединка с Карной на том основании, что у него было копьё Амогха. А ведь оно при нём было и в этом случае... Эпос подчёркивает, что один Арджуна убил трёх его единоутробных братьев, а Бхима мечом - 15 сторонников Карны. Авторы явно стремятся подчеркнуть этот факт. Карна видит их гибель, но ничем не может помочь. Но интересно другое: у Карны есть три единоутробных брата. И это не пандавы! Два из них названы по имени - Шатрунджая и Випата. Имя третьего неизвестно. А это значит, что Карна не является сыном Кунти. Создатели легенды о рождении Карны в "Адипарве" и "Араньякапарве" не читали воинских книг эпоса.

Эпизод 8. Подлость Юдхиштхиры и "подвиги" Абхиманью.

Утром следующего дня Дурьйодхана обратился с упрёками к Дроне, что он не исполнил своего обещания пленить Юдхиштхиру. Полководец обещал царю сделать это, но поставил условие, чтобы отвлекли Арджуну с Васудевой. Дрона построил войско в "круглый боевой строй" (cakra-vyuga - "боевой строй в виде колеса": "Я построю войско таким боевым строем, который будет непроницаемым даже для богов" (Дронапарва, гл. 32, шл. 5 - 14).

Войско пандавов двинулось на кауравов, но Дрона отражал все попытки своих противников подступиться к нему. Тогда Юдхиштхира обратился к Абхиманью: "О сын мой, действуй таким образом, чтобы Арджуна, возвратившийся (от саншаптаков), не мог порицать нас! Мы не знаем, как прорвать круглый боевой строй! Только ты, или Арджуна, или Кришна, или же Прадьюмна могут прорвать тот круглый срой!... Быстро взяв оружие, сокруши боевой строй Дроны, ибо Дхананджая, о сын мой, вернувшись из сражения, станет порицать нас всех!" (Дронапарва, гл. 34, шл. 10 - 17).

Абхиманью принял это предложение. И Юдхиштхира дал ему задание; "Прорви с боем этот строй, о превосходнейший, и сделай проход для нас. Мы же последуем за тобой путем, каким движешься ты, о сын мой! В битве ты равен самому Дхананджае. Как только ты проникнешь в строй (врага), о сын мой, мы последуем за тобой, охраняя тебя со всех сторон" (Дронапарва, гл. 34, шл. 20 -21).

Старшего брата поддержал Бхимасена. Юноша отправился в путь, но по дороге уже возница предупредил его о трудности этой задачи. Абхиманью со смехом отверг его сомнения и вступил в бой с кауравами, которые пытались защитить свой боевой строй.

Дронапарва. гл. 35, шл. 13 - 19:

"Санджая сказал:

"...И в то время как происходило то вселяющее ужас сражение, сын Арджуны, прорвав на глазах самого Дроны тот боевой строй, проник в него. Но когда он проник в середину стана врагов и начал уничтожать их, большие отряды слонов, конницы, колесниц и пехотинцев с поднятым оружием окружили того могучего воина".

Абхиманью убил много кауравов, но всё-таки его окружили со всех сторон Дрона, Ашваттхаман, Крипа, Карна, Критаварман, Шакуни, Шалья, Бхури, Бхуришравас, Шала и другие воины. Сын Арджуны убил младшего брата Шальи и "отсек ему голову вместе с шеей, руки и ноги, сразил коней и возницу, рассек лук его, зонт и знамя, тройной бамбуковый шест, приспособление из дощечек дерева шами (для добывания огня), оба колеса колесничные, ярмо и дышло, колчаны и днище колесницы, древко знамени, обоих воинов, охраняющих колеса колесницы, и все боевые принадлежности колесницы" (Дронапарва, гл. 37, шл. 2 - 8).

Разгневанный Духшасана сказал, что он убьёт Абхиманью: "Услышав о том, что сын Субхадры сражен мною, оба Кришны, отличающиеся чрезмерным самомнением, несомненно, отправятся в мир усопших из этого мира живущих!" (Дронапарва, гл. 38, шл. 22 - 30). Он вступил в бой с сыном Субхадры, но через какое-то время возница вывез раненого Духшасану с поля боя. Войско пандавов вступило в бой, "желая прорвать боевой строй Дроны" (Дронапарва. гл. 39, шл. 9 - 18).

Против Абхиманью вышел сражаться Карна, но сын Субхадры рассек его знамя и лук. Тогда на помощь ему пришёл младший брат Карны. "Тогда партхи и их последователи издали громкие звуки и ударили в музыкальные инструменты и одобрили сына Субхадры (за его героизм)" (Дронапарва, гл. 39, шл. 26 - 31). Спустя какое-то время после начала их поединка Абхиманью снёс голову и ему. Карна "спасся бегством (с поля брани) на быстрых конях. И ряды войск (кауравов) были тогда прорваны" (Дронапарва, гл. 40, шл. 1 - 8). Все остальные воины и среди них Юдхиштхира, Бхима, Сатьяки, Дхриштадьюмна, Вирата, Друпада и другие воины ринулись в бой. Но их всех остановил один царь Синдху. Санджая сообщает Дхритараштре, что он это сделал благодаря дару Шивы за свои аскетические подвиги. "И каждого среди твоих врагов, кто стремился прорвать боевой строй, установленный Дроной, правитель Синдху сдерживал благодаря дару, полученному от бога" (Дронапарва, гл. 42, шл. 13 - 19).

Проникнув в ряды кауравов, Абхиманью продолжал их истреблять в одиночку. Сын Субхадры применил оружие гандхарвов, "он (кружил) в той битве подобно пылающей головешке и показывался, о царь, то в одном лице, то в сотне, то в тысяче образов" (Дронапарва, гл. 44, шл. 17 - 23). Пандава встретился с Лакшманой, сыном Дурьйодханы, и сказал ему, что убьёт его на глазах всех родных. После этого он стрелой снёс ему голову.

Шесть воинов кауравов Дрона, Крипа, Карна, Ашваттхаман, Брихадбала и Критаварман окружили Абхиманью. "Пронзив их острыми стрелами и отвратив их от себя, сын Арджуны со стремительным порывом и яростью обрушился на огромное войско правителя Синдху. Но тут калинги и нишады и доблестный сын Кратхи (отрезали) ему путь, окружив его своим отрядом слонов" (Дронапарва, гл. 45, шл. 19 - 26). Абхиманью вступил в бой с сыном Кратхи. "Обе его руки вместе с луком, стрелами и браслетами, его голову, украшенную диадемой, его зонт и знамя, возницу и коней (рассекши стрелами), поверг он (на землю" (Дронапарва, гл. 45, шл. 19 - 26).

Стоя на колеснице с трёхлетними конями, сын Субхадры дважды из лука пронзил ухо Карны и убил шестерых его советников, а затем двух возниц Шальи. Но тут Карна рассек лук Абхиманью, Критаварман убил его коней, Крипа сразил обоих возниц, а Дрона отсек рукоять меча в его руке. Схватив колесо колесницы, Абхиманью бросился с ним на Дрону, но кауравы разрубили его на части. Тогда он схватил палицу, убил ей коней и обоих возниц Ашваттхамана, затем он смял сына Субалы Калакею и убил семьдесят семь его гандхарских последователей" (Дронапарва, гл. 48, шл. 1 - 7). После этого он убил десять воинов на колесницах и семь кекаев, сторонников кауравов. "И убив затем десять слонов, он сокрушил своею палицею колесницу сына Духшасаны вместе с его конями" (Дронапарва, гл. 48, шл. 8 - 14). Между Абхиманью и сыном Духшасаны начался поединок на палицах и каурава убил сына Арджуны.

Поле битвы представляло ужасную картину. Везде были погибшие воины и животные, разбитые колесницы, кровь людей, коней и слонов. На закате дня кауравы вернулись в свой лагерь. Уставшие воины расположились на отдых.

В лагере пандавов Юдхиштхира скорбел о гибели сына Субхадры. Все пандавы думали, что они скажут Арджуне, когда он с Кришной вернётся к шатрам на ночной покой. Узнав о смерти Ахиманью, Арджуна воскликнул: "...Я слышал, что Дроной был установлен круглый боевой строй. И никто среди вас, кроме сына Субхадры, не смог прорвать его в сражении. Однако он не был мною обучен тому, как выйти из того строя, (проникну в него). Не был ли мальчик принужден вами проникнуть в тот вражеский строй?" (Дронапарва, гл. 50, шл. 17 - 24).

Арджуна продолжал горевать, что ему пришлось уехать и он не мог защитить сына. Кришна принялся упрекать сына Кунти, что он не должен так скорбеть. Юдхиштхира сказал, что войско пандавов оказалось в затруднительном положении после того, как Арджуна уехал сражаться с саншаптаками. "И мучимые Дроной, мы не могли даже взглянуть на его строй, а уж тем более - прорвать его в битве" (Дронапарва, гл. 51, шл. 1 - 8). Всё войско пандавов последовало за Абхиманью, но царь Синдху остановил его. Выслушав Юдхиштхиру, Арджуна поклялся убить Джаядратху уже завтра до заката солнца. "Тот негодяй является причиной в убийстве ребенка. Завтра же я убью Джаядратху!" (Дронапарва, гл. 51, шл. 16 - 22).

Дурьйодхана поставил перед Дроной задачу не просто разгромить войско пандавов, а пленить Юдхиштхиру. С этой целью полководец применил новую тактику, войско кауравов он построил в "круглый боевой строй". Этот строй, по словам Дроны, непроницаем даже для богов! То есть, преодолеть его не смогут даже боги. Что это может означать? Неужели юный Абхиманью может исполнить задачу, невозможную богам? И вот Юдхиштхира ставит перед 16-летним подростком задачу проникнуть в этот строй и прорвать его. И задача эта окажется для него непосильной, хотя он и положит ради неё свою жизнь. Неужели Юдхиштхира не мог догадаться об этом?

Судя по тому, как развиваются потом события, речь идёт о том, что войско пандавов окружено кауравами. Попытки прорваться, предпринятые ранее пандавами, не удались ("Однако всех их, как только они приблизились вместе, доблестный сын Бхарадваджи бесстрашно сдержал могучим потоком своих стрел" - Дронапарва, гл. 34, шл. 1 - 9). В прорыв шли цари вместе со свитами (!). Вырваться из окружения хотят даже люди, не имеющие оружия. Всё было бесполезно. Тогда Юдхиштхира обратился к Абхиманью и предложил ему прорвать окружение. Дхармараджа льстит подростку, что с этой задачей может справиться только он. По замыслу Юдхиштхиры он должен проникнуть в строй войска кауравов, то есть сыграть роль штурмового звена. Вслед за ним, обещает Юдхиштхира, пойдут и остальные воины пандавов. Бхима поддержал брата. Очевидно, они действуют сообща. Но почему же сам Бхимасена не возглавил этот отряд? Эпос так превозносит его воинские подвиги... И вдруг первым на прорыв окружения Юдхиштхира посылает неопытного мальчишку. Да ведь Дхармараджа и не полководец, формально им является Дхриштадьюмна. А тут вдруг он принимает такое решение. Несомненно, Юдхиштхира догадывается, что эта попытка прорыва может закончиться трагически и он просто решает пожертвовать своим племянником, конкурентом на власть. Формально ведь Абхиманью - сын Арджуны, а за ним стоит Кришна. Очевидная подлость Дхармараджи, но теперь уже не по отношению к кауравам, а к своему племяннику и брату. Борьба за власть не признаёт кровных уз.

Эпос описывает события так, словно Абхиманью осуществляет этот прорыв в одиночку. Это, конечно же, не так. Один человек не может победить целое войско. Подвиги Абхиманью явно преувеличены. Вот он убивает младшего брата Шальи и далее идёт перечень, что он разрушил своими стрелами: отсек руки и ноги, убил коней и возницу, рассек лук, зонт, знамя, бамбуковый шест, полёса колесницы, ярмо, дышло, колчаны, древко знамени и т.д. Зачем? В этом истреблении предметов нет никакого смысла. Но для красочности описания годится даже то, что лишено смысла.

В стане кауравов Духшасана восклицает, что смерть сына Субхадры будет тяжёлым ударом для Арджуны и Кришны. Кажется, ему тоже известно, что Абхиманью - сын двух отцов.

Убив младшего брата Шальи, сын Арджуны продолжил свой путь, но тут перед ним оказался Карна. Эпос сообщает, что Вайкартана отступил, а сын Субхадры убил затем и младшего брата Карны. Оба эти брата Шальи и Карны не названы по имени и очень сомнительно, что в реальности они были убиты. Возможно, здесь действует следующая схема: если Арджуна по легенде убивает Карну, а Юдхиштхира - Шалью, то сын Арджуны ведь тоже герой, так пусть он убьёт младших братьев Шальи и Карны. Мелочно, но для брахманов это очень характерно и подчёркивает их мстительность. Авторы эпоса преувеличивают подвиги сына Арджуны и стараются всячески уязвить других героев из стана кауравов. Кстати, это уже второй "младший брат" Карны, первый был убит днём ранее Арджуной. Вот сын и повторил подвиг отца. С таким же успехом могло быть и три, и четыре младших брата.

События, развивающиеся далее, говорят, что прорыв Абхиманью был не столько его заслугой, сколько реализацией плана кауравов. Карна не "спасся бегством (с поля брани) на быстрых конях", как об этом говорит Санджая, а отступил, чтобы заманить в ловушку штурмовой отряд сына Субхадры как можно далее. И как только остальные воины пандавов ринулись за ним, на их пути стал царь Джаядратха с войском. Его отряд остановил прорыв основного войска пандавов. Абхиманью с группой прорыва оказался в ловушке. Сын Субхадры продолжал двигаться дальше и применил оружие гандхарвов, то есть в панике он бросался в разные стороны, надеясь вырваться из окружения уже сам ("он (кружил) в той битве подобно пылающей головешке и показывался, о царь, то в одном лице, то в сотне, то в тысяче образов"). Но тщетно, со всех сторон его отряд окружили кауравы.

Эпос сообщает, что Абхиманью убил сына Дурьйодханы Лакшману. После младших братьев Шальи и Карны это уже не удивляет, ведь самого Дурьйодхану должен был убить Бхима. Даже сын Арджуны должен смыть кровью оскорбление, нанесённое Драупади. Мстительность и злопамятство авторов эпоса удивляют. В реальности вряд ли Дурьйодхана стал бы рисковать единственным сыном. И это, конечно же, тоже удивительно, ведь у него был гарем. Ах да, пандавы и здесь выше его, у каждого из них по двое сыновей, а у царя всего лишь один ребёнок.

Наконец, кауравы прекратили отступление и дружно обратили оружие против отряда Абхиманью. И что же наш герой? Он вдруг понял, что его послали на верную смерть. В отчаянии он поворачивает и бросается против воинов Джаядратхи, который был у него за спиной. Но ему не дают покоя воины кауравов уже позади сына Субхадры.

Абхиманью вступил в бой с сыном Кратхи и убивает его. Авторы эпоса снова перечисляют его бессмысленные успехи: он отсекает обе руки сторонника кауравов, зонт, знамя, убивает возницу, коней, отсекает голову противнику. Зачем? Даже если человеку отрубили одну руку, он уже не воин, а смертельно раненый человек. Зачем потом посылать стрелы в зонт, знамя? Глупо ведь. Перед авторами эпоса стоит задача показать насколько великий воин юный сын Субхадры.

В колесницу Абхиманью запряжены трёхлетние кони. О чём это говорит? 16-летнему подростку доверили колесницу с молодыми, пугливыми, малообученными конями, ведь их используют в упряжи начиная с трёх лет.

Бессмысленные подвиги Абхиманью продолжаются. Дважды он стрелами пронзил уши Карны. Авторы эпоса явно намекают, что одно из значений имени Карна - это ухо. А им так нравится символизм! Это нужно понимать, как юмор брахманов: пусть он и не убьёт Карну, но ведь символически сразил его дважды! Опять попытка унизить друга Дурьйодханы. Вслед за тем сын Субхадры убивает шесть советников Вайкартаны. Вот такой герой, а Карна ничем ответить не может... Но ведь и шесть советников у советника Дурьйодханы, разве это возможно? Потом погибают и двое возниц Шальи. После "младших братьев" это уже не удивляет. Мелочность брахманов поражает, сын Арджуны, по их мнению, может ранить лучшего воина среди кауравов и ему за это ничего не будет. В реальности если бы он сражался с Карной один на один, то не прожил бы и минуты. Оставшись без лука, который рассек Карна, Абхиманью хватает колесо колесницы и бросается с ним на противников. Кауравы разбивают колесо стрелами. Но зачем посылать стрелы в колесо, если их можно послать в пандаву? Логики нет! Но "подвиги" 16-летнего подростка ещё не завершились. Он хватается за палицу и ей убивает возницу и коней Ашваттхамана. А ведь сын Дроны прекрасный лучник, и он не может сразить пешего Абхиманью с палицей? Какая ерунда! Затем сын Субхадры убивает 77 воинов-гандхаров из окружения Шакуни. Полная чушь! Палица - оружие ближнего боя, а у кауравов при себе луки. Ничем не рискуя, они могут убить его на расстоянии. А уж количество гандхаров говорит о том, что это невозможно сделать, если ты окружён воинами со стрелами. Затем сын Арджуны палицей убивает 10 воинов на колесницах и 7 кекаев. Как это, он пешком гоняется за колесницами? Ну глупость же. И 10 слонов гибнут от удара палицы Абхиманью. Тут даже не хочется комментировать. Чудовищная ложь! После этих "подвигов" начинается поединок с сыном Духшасаны, где Абхиманью погибает. Подросток, убивающий слонов палицей, гибнет от рук человека.

В лагере пандавов после заката солнца Юдхиштхира изображал скорбь на своём лице, а сам с опасением ожидал встречи с Арджуной. Он хорошо представлял себе, что Арджуна и Кришна не оставят смерть Абхиманью неотмщеённой. И Арджуна задаёт вопрос, не принудили ли его сына идти в бой. Юдхиштхира ответил, что мучимые Дроной "все мы тогда обратились к сыну Субхадры". Он не сказал, что инициатором этого обращения были не "все мы", а сам Юдхиштхира. Это была уловка, ханжа спасал свою жизнь. Трудно сказать, что было там в реальности. Возможно, он говорил, что не знал, где находится Абхиманью или что сын Субхадры сам присоединился к штурмующему отряду. Жрецы - авторы эпоса - всеми силами сглаживали противоречия между пандавами. Бхима промолчал, а ведь он обещал поддержать Абхиманью.

С точки зрения логики Арджуна должен был мстить сыну Духшасаны, от палицы которого погиб его сын. Но вот гнев отца обрушился почему-то на Джаядратху, который к смерти его непричастен. Это говорит о том, что главным для всех пандавов было стремление выйти из окружения. Ведь именно Джаядратха воспрепятствовал этому. В этом смысле гнев Арджуны оправдан. И вот вопрос, где же был сам Бибхатсу в течение целого дня? Формально он в одиночку сражался с саншаптаками. Но не было ли это просто поводом для чего-то другого? Всё-таки в этой битве много загадок и чудес.

Эпизод 9. Гонец к Шиве.

После того, как Арджуна дал клятвенное обещание убить Джаядратху, воины пандавов громко закричали. В лагере кауравов шпионы Дурьйодханы, "услышав тот громкий крик, исходящий от пандавов", сообщили царю о клятве Бибхатсу. Джаядратха обратился к сыну Дхритараштры с просьбой защитить его от гнева сына Кунти. Царь успокоил его и сказал, что все одиннадцать акшаухини будут отражать атаки пандавов. Дрона сообщил ему, что он построит такой боевой строй, который Арджуна не сможет прорвать.

У шатров пандавов Кришна сказал Бибхатсу, что он послал шпионов в лагерь кауравов и они, вернувшись оттуда, доложили ему, что кауравы уже знают о клятвенном обещании Арджуны. Васудева произнёс: "Карна и Бхуришравас, сын Дроны и Вришасена непобедимый, Крипа и царь мадров - эти шестеро будут находиться впереди (Джаядратхи). Дроной будет установлен боевой строй, (одна половина которого примет) вид повозки, а другая половина - вид лотоса. В середине ответвлений того лотосообразного строя, где должен расположиться боевой порядок в виде острия иглы, будет стоять царь Синдху, защищаемый героями, трудноодолимыми в бою" (Дронапарва, гл. 53, шл. 25 - 30).

Арджуна клянётся Кришне, что он прорвёт головной отряд войска, убьёт тысячи воинов и самого царя Синдху: "Ты увидишь в (завтрашнем) сражении различные виды оружия всех защитников Синдху, отражаемые мною при помощи оружия Брахмы!" (гл. 53, шл. 40 - 46). Сын Кунти распорядился, чтобы его колесница была снаряжена перед рассветом. Воины пандавов разошлись по своим шатрам.

Дронапарва, гл. 54, шл. 1 - 8:

"Санджая сказал:

И Васудева и Дхананджая, оба терзаемые печалью и горем и часто вздыхающие, подобно двум змеям, не обрели сна в ту ночь".

Арджуна сказал Кришне, чтобы тот утешил Субхадру и Уттару в жилище сына Кунти. Встретившись с женой пандавы, Джанардана обещал свой сестре, что смерть её сына не останется неотмщённой. Затем он вернулся к Арджуне и остался с ним наедине. Служители совершили обычное ночное жертвоприношение Шиве. Кришна сказал Арджуне, что пора отдыхать. Санджая сообщает, что "поставив затем привратников и несущих охрану людей, хорошо вооруженных, великолепный (Кешава) в сопровождении Даруки (своего возницы) отправился в свой собственный шатер. И он улегся на белом ложе и стал обдумывать различные меры, которые следует предпринять. Никто в лагере пандавов не спал в ту ночь. Бессонница овладела каждым из людей, о владыка народов!" (Дронапарва, гл. 56, шл. 1 - 7).

В середине ночи "Джанардана, пробудившись ото сна, вспоминал о клятвенном обещании Партхи и, обратившись к Даруке" (Дронапарва, гл. 56, шл. 16 - 23) сказал, что он постарается сделать так, чтобы Арджуна убил Джаядратху до захода солнца. Он приказал Даруке, чтобы тот ещё до рассвета уложил на колесницу его палицу, дротик, диск, лук и стрелы.

В своём шатре Арджуна вспомнил о мантре, данной ему Вьясой и "тут же впал в забытье". Во сне ему явился Говинда. Арджуна сказал, что у него недостаточно пыла ("обнаруживается отсутствие пыла") перед завтрашней схваткой, так как у кауравов одиннадцать акшаухини, а царь Синдху "будет ведь удерживаться у них в тылу" (Дронапарва, гл. 57, шл. 9 - 18). Кришна ответил, что эту проблему можно решить с помощью Шивы: "О Партха, есть извечное и величайшее оружие, по названию "пашупата". При помощи его бог Махешвара убил в битве всех дайтьев! Если оно придет тебе на память сегодня, тогда ты сможешь убить Джаядратху завтра! А чтобы узнать его, прибегни мыслию к богу с изображением быка на своем знамени!" (Дронапарва, гл. 57, шл. 9 - 18).

Сын Кунти сосредоточился мыслью на Шиве, и они вдвоём с Кришной переместились по небу на гору в Гималаи, где находился великий бог. После того, как он восславил Махадеву, бог обещал исполнить любое его желание. Арджуна попросил у него оружие пашупата. Шива сказал, что недалеко отсюда расположено озеро амриты, в котором находится лук и стрелы. Когда Кришна и Арджуна пришли туда. то они обнаружили в озере двух меев, которые превратились в лук и стрелы после того, как они произнесли сотню гимнов в честь Рудры. Взяв лук и стрелы, оба героя вернулись к Махадеве. Из бока Шивы вышел брахмачарин ("С темно-синим (горлом) и рыжими (волосами), он был наделен могучей силой" (Дронапарва, гл. 57, шл. 74 - 81). Владыка пустил стрелу в ту озеро и бросил в него лук. Затем он даровал Арджуне оружие пашупата и исполнение клятвенного обещания. Расставшись с Махадевой, оба героя вернулись в лагерь.

После пробуждения Джанарданы он и Дарука беседовали всю оставшуюся часть ночи. На рассвете пробудился Юдхиштхира. Музыканты, певицы и танцоры развлекали царя. Сын Кунти совершил омовение, утренние обряды и молитвы. Привратник сообщил, что пришёл Хришикеша и другие полководцы, Арджуны среди них не было. Кришна и Юютсу уселись на одном сидении. Джанардана обещал собравшимся, что сегодня Арджуна убьёт Джаядратху. В это время вошёл Арджуна и рассказал собравшимся о своей встрече с Шивой. Присутствующие военачальники преисполнились изумления.

Взойдя на колесницу, Арджуна сказал Сатьяки, что он должен охранять Юдхиштхиру, а сам он выступит против Джаядратхи.

Эпос сообщает как шпионы Дурьйодханы донесли царю, что Арджуна хочет убить Джаядратху, "услышав громкий крик, исходящий от пандавов". Это странный способ информации и слишком уж наивный. Очевидно, в действительности эту весть могли принести из лагеря пандавов лазутчики кауравов. После этого сообщения якобы царь Джаядратха испугался и попросил его защитить от гнева Арджуны. Но если царь Синдху только что остановил всё войско пандавов, то почему он должен бояться одного Арджуну? На протяжении всего эпоса авторы явно преувеличивают подвиги сына Кунти, да и сам он в последней главе Дронапарвы признается в этом. По всей вероятности, царь Синдху просто попросил Дурьйодхану дать ему возможность отдохнуть после боя и вывести в резерв.

Странная ненависть Арджуны к Джаядратхе удивляет. В смерти Абхиманью он не виновен, сын Субхадры погиб в поединке с сыном Духшасаны. Но ни одного слова угрозы от Арджуны в его адрес не слышно. Очевидно, причина такой ненависти только одна - Джаядратха не дал возможности выйти войску пандавов из окружения. При этом не исключён и такой вариант: пандавы хотели подкупить царя Синдху, и он с согласия Дурьйодханы обещал им помочь, но поступил иначе. В этом случае пандавы попали в ловушку. Почему можно так думать? Чуть позже мы узнаем, что кауравов предали Критаварман и Шалья. Но где же был Арджуна во время прорыва? Он узнаёт о гибели Абхиманью вечером после возвращения в лагерь. Но и на поле битвы его не было рядом с Юдхиштхирой, защищать которого он обещал...

Ссылаясь на сведения своих шпионов, Кришна говорит, что кауравы установят боевой строй в виде тележки. Иначе говоря, окружение представляет не кольцо, а прямоугольник, в середине которого и находятся пандавы.

Арджуна обещает применить оружие Брахмы ("брахмаширас"). И хотя описание его действия выглядит ужасающим, но оно скорее психологического свойства, чем физического. Самое удивительное при его применении то, что жертв в этом случае нет.

Наступила ночь. Рассказчик сообщает, что Кришна и Арджуна не спали в это время. И это очень странно, ведь сил в этом случае у них не прибавится, а они очень будут нужны завтра.

Арджуна отправляет Кришну в своё жилище, чтобы он успокоил Субхадру и Уттару. Но тут много странностей. Почему он сам не делает это? Почему женщины находятся в лагере? Если битва происходит в течение 18 дней, то их присутствие вовсе не обязательно. Другое дело, если война длится несколько месяцев. Кто-то же должен готовить пищу, стирать одежду. И что очень интересно, Арджуна вообще не встречается с женой и невесткой! После беседы Кришна устанавливает охрану жилища. Но ведь более логично, если бы это делал сам Арджуна. Какой-то пандава не дееспособный...

Кришна возвращается в свой шатёр, и тут же мы узнаём, что "никто в лагере пандавов не спал в эту ночь. Бессонница овладела каждым из людей"! Поразительно, как эти люди будут завтра сражаться? Что является поводом для бессонницы у тысяч человек? Ещё можно понять, почему не спали Кришна и Арджуна, но почему бессонница мучает всех остальных? Каждый день у воинов гибнут родственники и друзья, почему же смерть Абхиманью вызывает бессонницу у всех? Явно тут причина в другом. Складывается впечатление, что весь лагерь пандавов живёт в тревоге и ожидании каких-то вестей или событий.

И вдруг! Рассказчик сообщает, что в середине ночи Кришна ...пробудился от сна и стал беседовать с Дарукой! Так спал он или не спал? Авторы явно противоречат сами себе. А, может, речь идёт о двух разных ночах? Кришна приказывает Даруке (своему вознице) положить в колесницу его - Кришны! - палицу, дротик, диск, лук, стрелы, "а также всякие боевые приспособления". Неужели он сам собирается воевать? А где же Арджуна? Такое впечатление, что его нет в лагере пандавов... Он не пришёл на помощь, когда всё войско устремилось в прорыв за Абхиманью, не утешает жену и невестку, не выставляет охрану у своего шатра. Утром, когда идёт совещание в шатре у Юдхиштхиры, ничего существенного на нём не происходит, хотя собрались все полководцы. И все сидящие в шатре говорят ни о чём, словно ожидают какого-то гонца. Но вернёмся к Арджуне.

Ночью в своём шатре Бибхатсу вспомнил о мантре, данной Вьясой, "впал в забытье" и во сне, встретившись с Кришной, переместился в Гималаи, чтобы встретиться с Шивой. Стоп! Складывается впечатление, словно Арджуна раздваивается. Один, выступающий в роли Арджуны, не встречается с женой и невесткой, не выставляет охрану у своего шатра, а другой в это время спешит к Шиве, имея на руках полномочия вести переговоры с Шивой, данные Кришной. Джанардане приходится утешать Субхадру, потому что жена не поверит двойнику. А в это время настоящий Арджуна встречается с Шивой и просит его помощи, чтобы прорвать блокаду пандавов.

В последней главе Дронапарвы Арджуна в лагере спрашивает Вьясу, "случайно пришедшего туда", что он видел какого-то человека, пришедшего ему на помощь: "В то время как я уничтожал врагов в сражении ливнями сверкающих стрел, я постоянно видел перед собою шествующего впереди человека, ярко сияющего, словно наделенного блеском огня. В какую бы сторону он ни устремлялся с поднятым копьем, всюду там враги мои оказывались сокрушаемы мною, о великий отшельник!... Всех врагов, в действительности им сокрушенных, люди считали сокрушенными мною Следуя по пятам его, я только сжигал войска, уже сожженные им" (Дронапарва, гл. 173, шл. 2 - 8). Вьяса отвечает, что это был Шива. Тут трудно что-то добавить, победа на поле Куру была достигнута с помощью войск горца. А все "подвиги" Арджуны - это просто полёт фантазии авторов эпоса и целиком на их совести. Впрочем, какая у них совесть мы помним: "Ложь должна быть выше правды"...

В лагере пандавов пробудился и Юдхиштхира. "Бессонница", не дававшая спать всем, закончилась. Утро у царя началось с музыки, танцев и песен. Царь нуждается в развлечении, а воинов, видящих развлекающегося царя, музыка, песни и танцы успокаивают.

В шатре у Юдхиштхиры собираются все военачальники и Джанардана. Кришна и Юютсу усаживаются на одно сидение. Это говорит о высоком статусе последнего. С чем это связано? В Дронапарве, гл. 9, шл. 47 - 56 Дхритараштра говорит о каком-то подвиге Юютсу, "которого разгневанные цари, сражаясь в течение шести месяцев в Варанавате с намерением убить его, не могли победить". Об этой битве ничего не известно. Варанавата - пограничная крепость в Гималаях, отделяющая царство Шивы от царства кауравов. В ней проходили службу пандавы в юности. Можно предположить, что Юютсу перешёл на сторону пандавов в самом начале войны, захватив врасплох гарнизон Варанаваты. И тогда войско кауравов ("разгневанные цари") принялось осаждать крепость, чтобы вернуть её себе. Когда пандавы попали в окружение, кауравы большую часть осаждающих отвели от города. Воспользовавшись этим, осаждённые чувствовали себя в большей безопасности и Юютсу с небольшим отрядом направился к основному войску пандавов. Возможно, он и выступил с инициативой призвать на помощь Шиву с его горцами.

В шатре Юдхиштхиры все слушали беседу царя с Кришной. Джанардана все свои надежды связывал с миссией Арджуны. Наконец, появляется и гонец. Войдя в шатёр, Дхананджая рассказывает, что цель достигнута и горцы Шивы нападут на уставших после сражения воинов Джаядратхи, которые расположились в тылу кауравов.

Отступление. Меры длины и время суток в Махабхарате.

В эпосе используются следующие меры длины: кроша, гавьюти и йоджана. Санскритские словари для кроши дают значение 3, 5 - 4 км. Две кроши равны одному гавьюти (7 - 8 км), четыре кроши - одной йоджане (13 - 14 км или 16 - 17 км). Казалось бы, всё ясно. Но вместе с тем кроша определяется как расстояние, на котором слышен крик человека. Крик человека же слышен на расстоянии 350 - 400 метров. Исходя из практических соображений этой мерой длины пользовались чаще других пастухи или воины. Что касается воинов, то есть такие примеры, когда герой посылает стрелы на расстоянии целой кроши. Но луков, способных послать стрелу на расстояние 4 км, в истории человечества не было. На этом расстоянии цель редко когда видна, да и вести прицельную стрельбу по ней нельзя, даже если бы такие луки были А вот луки, поражающие на расстоянии 400 метров в истории были, хотя и в этом случае прицельную стрельбу можно вести на расстоянии 70 - 90 метров. Любопытно, что это противоречие никак не отражается в комментариях.

Йоджана - это расстояние, которое можно проехать на повозке, не меняя ездовых животных. И вот здесь цифры 13 - 14 или 16 - 17 км правдоподобны. Существует значительная разница между летними и зимними условиями. Летом температура в тени на широте Дели очень часто превышает 35 градусов Цельсия, а зимой температура намного меньше и может колебаться от 15 до 25 градусов Цельсия. Когда герои путешествуют, то имеет большое значение и продолжительность светового дня. Но, когда в эпосе сообщается, что герой за половину светового дня преодолел расстояние в три йоджаны (около 50 км), то это представляется невозможным. Световой день зимой на широте Дели в декабре минимальный и составляет 10 часов 20 минут, а ночь около 13 часов. 28 декабря Солнце восходит в 7 часов 13 минут, а заходит в 17 часов 33 минуты. Сумерки на экваторе составляют 20 - 24 минуты, а в районе Дели около 30 минут. Преодолеть расстояние в 50 км за пять часов на колеснице невозможно. А ведь так Арджуна преодолевает это расстояние в первой половине дня, а Сатьяки во второй. При этом они всё время ведут бой и двигаются по полю боя, где находятся трупы людей, животных и разбитые колесницы. В этом случае мы имеем дело с эпическим преувеличением, а, возможно, с преднамеренной ложью.

О сумерках гражданских, астрономических и навигационных можно прочитать на "Морском сайте".

Эпизод 10. Гибель Бхуришраваса и Джаядратхи.

Утром во время построения войск Дрона сказал Джаядратхе, чтобы он, Бхуришравас, Карна, Ашваттхаман, Шалья, Вришасена и Крипа заняли "место на расстоянии трёх гавьюти" от него (Дронапарва, гл. 63, шл. 10 - 17). Боевой строй кауравов был частью в виде круга, а частью в виде тележки..

Дронапарва, гл. 63, шл. 18 - 25:

"Санджая сказал:

Тот боевой строй, установленный сыном Бхарадваджи, частью в виде круга и частью в виде тележки, был длиною двенадцать гавьюти, а шириною с тыловой стороны простирался на пять гавьюти... А внутри того лотосообразного строя был образован другой, скрытый строй, называемый иглой... У головы иглообразного строя расположился могучий лучник Критаварман".

В бой с Арджуной вступил Духшасана с войском слонов, но вынужден был отступить "в боевой строй в виде тележки". На пути Арджуны стоял Дрона, но сын Кунти после слов Кришны уклонился от него. Дрона преследовал его по пятам. Арджуна применил оружие Брахмы и устремился между Критаварманом и Судакшиной, правителем Камбоджи. Савьясачин "не убил Критавармана, хотя последний и был вполне досягаем" (Дронапарва, гл. 67, шл. 31 - 37). Царь бходжей остановил Юдхаманью и Уттамауджаса, стражей колёс пандавы и сын Кунти уехал дальше без них.

Арджуна убил Шрутаюдху, обладателя волшебной палицы. Он не должен был метать её в того, кто не сражается. Шрутаюдха использовал её против Джанарданы, но он перехватил её своим плечом, и она, отскочив от Кришны, убила самого Шрутаюдху. Шрутаюс и Ачьютас ранили Арджуну и он "впал в полное беспамятство". Когда пандава пришёл в сознание, он лишил рук и голов обоих воинов.

Воины-анги окружили его отрядом слонов, но он поразил тысячи животных вместе с седоками. Дурьйодхана сказал Дроне, чтобы он сразился с пандавой, на что полководец ответил, что он должен схватить Юдхиштхиру и пусть сам царь вступит в бой с сыном Кунти. Учитель завязал золотой панцирь на Дурьйодхане, который обладал волшебными свойствами и должен был защитить царя.

Войско кауравов оказалось разделённым на три части. Санджая сообщает: "Сам я со своим войском, облаченный в панцирь и хорошо снаряженный, при поддержке четырех сотен могучих лучников сдерживал Чекитану" (Дронапарва, гл. 70, шл. 41 - 47). Джаядратха находился в тылу всего войска", охраняемый Крипой, Карной, Ашваттхаманом, Вришасеной и шальёй.

Воины пандавов стремились прорвать боевой строй Дроны. В битве сошлись Юдхиштхира и Шалья, а потом Юдхиштхира вступил в бой с Критаварманом, Дхриштадьюмна с Дроной. Кони колесницы Дхриштадьюмны смешались с конями колесницы Дроны и панчалиец, перепрыгнув на колесницу Дроны, взяв с собой щит и меч, а затем быстро перебегал по спинам коней. Учитель никак не мог поразить его стрелами. Сотнею стрел, наконец, он поразил "щит сына Друпады и меч его - десятью стрелами", затем "шестьюдесятью четырьмя стрелами его коней, и двумя стрелами с серповидным острием он срезал знамя и зонт своего противника и убил обоих его возниц". Вслед за тем он метнул стрелу в Дхриштадьюмну, но её рассек четырнадцатью стрелами Сатьяки и освободил Дхритшатдьюмну, захваченного первейшим из наставников" (Дронапарва, гл. 72, шл. 28 - 35).

Между Дроной и Сатьяки произошёл бой, но никто не мог одержать победу. Солнце, достигнув зенита, стало клониться к западу. На помощь Сатьяки ринулись Юдхиштхира, Бхима, Накула, Сахадева, Вирата с воинами кекаями. Для защиты Дроны устремились кауравы во главе с Духшасаной, Воины испытывали усталость, но продолжали сражаться.

Кришна направлял колесницу туда, где был Джаядратха. "Арджуна метал свои стрелы на расстоянии целой кроши" (Дронапарва. гл. 74, шл. 9 - 16). Переезжая через убитых коней и людей, Арджуна заметил, что его кони устали. "Те превосходнейшие кони с трудом везли колесницу Арджуны, одолеваемые голодом, жаждою и усталостью" (Дронапарва. гл. 74, шл. 9 - 16). На пути Арджуны встретились два брата Винда и Анувинда. Арджуна вступил с ними в бой и убил Винду. Тогда Анувинда взял булаву, соскочил с колесницы и "ударил Сокрушителя Мадху по лбу своею булавою", но так и не смог убить. Шестью стрелами пандава срезал ему конечности, голову и шею. Заметив, что он утомлён, кауравы окружили его. Арджуна предложил Кришне дать отдохнуть коням. Он сошёл с колесницы, а Кришна занялся конями. Пандава отражал стрелы кауравов, а затем "пронзил землю оружием и образовал озеро". Сын Кунти продолжил отражать атаки кауравов, а Кришна удалил с коней дрожь и пену, залечил раны, искупал, накормил коней и освободил их от усталости.

Арджуна и Кришна прорвались через строй войск Дроны и уже увидели царя Синдху, когда их на колеснице обогнал Дурьйодхана. Царь кауравов стал перед ними на расстоянии полёта стрелы. Кришна сказал Арджуне, что сейчас благоприятное время, чтобы убить сына Дхритараштры: "Если он будет убит тобою, тогда может быть прорван строй этого войска, лишенного своего повелителя" (Дронапарва, гл. 77, шл. 10 - 18). Но Арджуне не удалось убить царя из-за его панциря, хотя он убил его коней, находясь на расстоянии одной кроши. Бхиришравас, Шала, Карна, Вришасена, Джаядратха, Крипа, Шалья, Ашваттхаман и Дурйьодхана окружили пандаву и осыпали его стрелами. Но Арджуна "быстро рассеял тех врагов своих сотнями острых стрел".

Санджая по просьбе Дхритараштры описывает какие знамёна у кауравов. Сута говорит, что Арджуна с помощью стрел сделал врагов своих невидимыми. И кауравы тоже сделали его невидимым своими стрелами. Дхритараштра спрашивает о судьбе остального войска пандавов и панчалов. Санджая продолжил свой рассказ.

Панчалы атаковали Дрону. Учитель убил коней Юдхиштхиры, но пандава вскочил на колесницу Сахадевы и умчался прочь. В бой вступили ракшасы Аламбуса и Гхатоткача, применяя сотни иллюзий. Пандавы громко обрадовались, когда Гхатоткача убил Аламбусу, доставлявшего много хлопот им. Услышав звук раковины Арджуны, Юдхиштхира стал уговаривать Сатьяки прийти на помощь Арджуне: " Впереди (Арджуны) находится войско правителя Синдху, а позади него - войско Дроны" (Дронапарва. гл. 85, шл. 78 - 85). Сатьяки напомнил, что он охраняет Юдхиштхиру по поручению Арджуны. Пандава сказал, что теперь его будет охранят Бхима, сыновья Драупади, пятеро братьев-кекаев, Гхатоткача, Вирата, Друпада и другие. Сатьяки сказал, что Арджуна находится на расстоянии 3 йоджан и ему противостоит войско млеччхов из тысячи слонов, подчинённое Карне, войско киратов из семисот слонов и акшаухини камбоджей. Сатьяки распорядился, чтобы его коней напоили и накормили.

Внук Шини следовал по пути Арджуны, но его сдержал Дрона. Уклонившись от него Сатьяки вышел на Критавармана и после недолгой преестрелки погнал своих коней дальше. Против Ююдханы ринулся Критаварман, а Дрона преследовал сзади ("Когда же, однако, Ююдхана проник туда и отряды, (противодействующие ему), разбежались, неистовый Критаварман стал сдерживать Сатьяки" (Дронапарва. гл. 88, шл. 36 - 44). Внук Шини убил возницу Критавармана, и кони умчали царя бходжей с поля боя. . Сатьяки проехал вперед, а Критаварман ринулся против Бхимасены. Дрона продолжал преследовать Сатьяки.

Дхритараштра спрашивает Санджаю, что делали кауравы после того, как Ююдхана "прорвался сквозь строй бходжей" (Дронапарва. гл. 89, шл. 38 - 43). Сута сказал, что царь не должен печалиться: "Зная твою непригодность (в делах) и твое пристрастие к сыновьям своим, а также твое двойственное отношение к справедливости и ревность к пандавам, ...Васудева вызвал тогда великую войну среди всех кауравов!" (Дронапарва, гл. 90, шл. 1 - 9). Санджая продолжил свой рассказ.

Бхима сражался с Критаварманом. Царь бходжей войско пандавов, следовавшее за ним. Тогда Сатьяки ринулся против Критавармана, убил четырёх его коней, возницу, рассек лук, а сам последовал за Арджуной. После этого внук Шини вступил в бой с царём Магадхи Джаласандхой и убил его, но и сам был ранен пикой в левую руку. Кауравы во главе с Дроной и Дурьйодханой окружили его. Через какое-то время здесь появился и Критаварман, но был ранен Сатьяки. "Прорвавшись сквозь середину строя (противника)", внук Шини проследовал дальше, а Критаварман остался там дальше сдерживать пандавов.

Сын Бхарадвади, преследовавший Сатьяки, догнал его. "Дрона поразил в лоб внука Шини тремя красивыми стрелами, сделанными целиком из железа и напоминающих ядовитых змей" (Дронапарва, гл. 93, шл. 1 - 8). Сатьяки убил возницу Дроны, и его кони умчали с поля боя. Внук Шини сказал своему вознице, что здесь недавно проехал Арджуна, и вся земля усеяна трупами животных и людей. Рассказчик сообщает , что Ююдхана убил "три сотни всадников и четыре сотни слонов" (Дронапарва, гл. 96, шл. 17 - 24).

Сражение продолжалось. Дрона убил Брихаткшатру, старшего из братьев-кекаев, Дхриштакету, царя чедиев, Сахадеву, сына царя Джарасандхи, Кшатрадхармана, сына Дхриштадьюмны.

Наедине с собой Юдхиштхира размышляет, что ранее он послал Сатьяки "по пути Пхальгуны", но свдений от них обоих нет, поэтому ему нужно послать вслед за ними Бхиму. С этим предложением он обратился к младшему брату. Врикодара согласился, а защиту Юдхиштхиры он возложил на Дхриштадьюмну.

Бхима вступил в бой с Дроной, а затем с Критаварманом, "измотал его многократно и проехал дальше" (Дронапарва, гл. 103, шл. 18 - 25). "Пройдя сквозь войско бходжей и боевой строй камбоджей", Бхима увидел Сатьяки, а затем и Арджуну.

Царевичи Панчалы Юдхаманью и Уттамауджас, стражи колёс Арджуны, обойдя стороной войско кауравов, проследовали к Дхананджае. Их встретил Дурьйодхана и разбил палицей одну колесницу. Царевичи на другой колеснице направились к Арджуне.

Бхимасена вступил в бой с Карной и убил четырёх коней его колесницы и возницу, но каурава пересел на другую колесницу. "И в то время как сын Адхиратхи и Бхима, отражая ливни стрел друг друга, метали в ответ свои стрелы один в другого, там падало много коней, людей и слонов, смертельно пораженных ими" (Дронапарва, гл. 107, шл. 32 - 39). Бхима во второй раз убил возницу и четырёх белых коней Карны. Дурьйодхана отправил своего брата Дурджаю на помощь Вайкартане: "Отправляйся туда, о Дурджая! Там Пандава скоро пожрет Радхею! Убей того безбородого евнуха немедленно и придай силы Карне!" (гл. 108, шл. 30 - 35). Но Бхимасена убил Дурджаю вместе с конями и возницей. Карна взошёл на третью колесницу и продолжал преследовать пандаву. Бхима бросил булаву, уничтожил ей всех коней Вайкартаны и убил возницу стрелой. Дурьйодхана отправил на помощь Карне своего брата Дурмукху, но и того убил Бхима. Карна взошел на его колесницу. Четырнадцатью стрелами Карна пронзил "насквозь левую руку Бхимасены", в ответ пандава пронзил сына суты тремя стрелами, а его возницу семью. Карна покинул поле боя. Пять братьев Дурьйодханы ринулись против Бхимы, но их всех убил Бхимасена 25 стрелами.

Карна вернулся на поле битвы. Бхима опять - уже в пятый раз! - убил его коней и возницу. Семь братьев Дурьйодханы выступили против пандавы, их тоже убил сын Кунти. Карна взошёл на шестую колесницу. Дурьйодхана послал ещё семь братьев против Бхимы, но он убил их семью стрелам! Пандава поразил Карну в ухо и сбил серьгу. Наконец, Карна "рассек оба колчана и тетиву лука" Бхимы, убил его коней, ранил возницу. Сын Кунти побежал к колеснице Сатьяки, "преследуемый Карной", и спрятался между двух слонов ("Пандава, желая сохранить свою жизнь, не посмел напасть на сына Радхи" (Дронапарва. гл. 114, шл. 62 - 68). Рассказчик соощает, что он "подняв слона, убитого стрелами Дхананджаи, стоял там (выжидая)" (Дронапарва, гл. 114, шл. 62 - 68). Пандава бросал в Вайкартану кусками слона, коней, колёсами, но всё это рассекал своими стрелами каурава. Прикоснувшись к пандаве луком, Карна сказал: " О евнух безбородый, о глупец бестолковый, о ненасытный обжора! - повторял он все снова и снова. Неискушенный во владении оружием, ты не должен сражаться со мною, ты лишь младенец, о робкий в сражении!" (Дронапарва, гл. 114, шл. 69 - 75).

Карна с насмешкой сказал, что пандава не искушён в сражении, и пусть он находит удовольствие в жизни отшельника.

Разгневанный Арджуна стал посылать стрелы в каураву. Рассказчик сообщает, что Карна удалился с поля боя "с луком, рассеченным Бхимой" (Дронапарва. гл. 114, шл. 81 - 87). Бхима взошёл на колесницу Сатьяки и последовал за своим братом Савьясачином.

Кришна говорит Арджуне, что приближается Сатьяки, но его это не радует, потому что он тревожится за судьбу Юдхиштхиры, а навстречу внуку Шини движется Бхуришравас. Между ними завязался бой. Оба они убили коней друг друга, рассекли луки, взялись за мечи, а затем схватились в рукопашном бою. Бхуришравас одержал победу и, схватив противника за волосы, обнажил меч. Арджуна по подсказке Кришны стрелой отрубил ему руку. Бхуришравас сказал ему, что он нарушил закон кшатриев, вмешавшись в поединок. Оставив Ююдхану, он приготовился умереть согласно обету прая, отказавшись от пищи и погрузившись в глубокое сосредоточение. Арджуна сказал, что он действовал так согласно своему обету, что ни один сторонник пандавов не может быть убит, если он находится на расстоянии полёта стрелы его лука и напомнил о гибели Абхиманью. Бхуришравас молча прикоснулся к земле головой и бросил ему левой рукой свою отрубленную правую руку. Арджуна сказал, что питает к Бхуришравасу такую же любовь, как к своим братьям. Сатьяки, поднявшись с земли и схватив меч, несмотря на негодующие возгласы окружающих, отрубил голову Бхуришравасу. В ответ на возмущение воинов, он заявил, что совершил это за то, что каурава нарушил его обет и оскорбил в сражении, ударив ногой в грудь.

Солнце уже приобрело красный оттенок. Арджуна спешил к Джаядратхе, которого защищали кауравы во главе с Дурьйодханой и Карной. Вайкартана защищал Джаядратху, но Арджуна убил четырёх его коней и возницу. Тогда Ашваттхаман посадил его на свою колесницу.

Достигнув Джаядратхи, Арджуна покрыл его стрелами, отрубил голову вознице. Кришна сказал ему, что он не должен позволить голове царя Синдху упасть на землю, ведь в этом случае сбудутся слова отца царя, что голова того человека, что уронит её на землю, лопнет на 100 частей. Сын Кунти должен ту голову уронить на колени отцу Джаядратхи. Арджуна отрубил голову Джаядратхи, но вслед за тем пускал в небо стрелу за стрелой и послал ту голову за пределы Самантапанчаки на колени молящемуся отцу. Она не была замечена им и, когда он встал, голова Джаядратхи упала на землю. После этого голова отца царя Синдху лопнула на 100 частей.

Зашло солнце. Битва продолжалась в темноте.

Дрона говорит Джаядратхе, чтобы он вместе с Бхуришравасом, Карной, Ашваттхаманом, Шальёй, Вришасеной и Крипой находились в трёх гавьюти от него. По традиционным представлениям одна кроша равна двум гавьюти, при этом считается, что длина кроши равна 4 км, тогда гавьюти равна 8 км. Следовательно, Джаядратха находится от места нахождения Дроны не менее чем в 20 км. А пандавов отделяет от Джаядратхи ещё большее расстояние, которое они должны преодолеть за один день с боями. Но чуть позже мы узнаем, что или это расстояние сильно преувеличено, или что-то напутано с этими величинами. Войско Джаядратхи находится в резерве, шесть кауравов во главе с Карной, Бхуришравасом и Ашваттхаманом охраняют его. Странным здесь кажется то, что из шести кауравов пять являются командующими акшаухини. Вряд ли это возможно, но так сообщает эпос. Большая часть описания битвы представляет собой поединки между главными героями, но тогда кто же командует акшаухини? Очень трудно составить представление о подлинном характере битвы, если реальность столь искажена.

Прорыв цепи окружения начинает Арджуна. Его сопровождают только стражи колёс, нет никаких указаний о том, что рядом с ним есть другие воины. Спустя какое-то время этим же маршрутом двигаются Сатьяки и Бхимасена. Эпос описывает их действия как подвиги героев-одиночек. С точки зрения здравого смысла подобное совершенно нереально, поэтому мы будем свидетелями многочисленных чудес с применением волшебного оружия. За действиями этого оружия скрываются не столько даже технические достижения, сколько воинские хитрости или просто обычная подлость, которая усилиями авторов эпоса превратилась в героизм или в чудеса. Арджуна применяет оружие Брахмы, встретившись с Дроной. Здесь его действия не описано. Но благодаря ему он уклонился от битвы с Дроной. Более подробно его действие описано в 10-й книге эпоса, вот там и следует рассмотреть, что оно собой представляет.

На пути Арджуны оказался Критаварман. Он же потом будет противостоять Сатьяки и Бхиме. Это не случайно, пандавы действуют согласно определённому плану. Арджуна мог убить царя бходжей, но не стал этого делать. По всей вероятности, он и является "доверенным лицом" Юдхиштхиры в лагере кауравов, о котором шла речь раньше. Внешне он демонстрирует воинственность, задержав стражей Арджуны, а на самом деле он просто пропускает Арджуну с Кришной.

Следующего своим путём Арджуну встретил царь Шрутаюдха, обладатель волшебной палицы. Эта странная история наводит на мысль, что Кришна договорился с рядом вождей кауравов о проезде. Но вот с Шрутаюдхой вышла осечка, он отказался пропустить их и замахнулся палицей на Арджуну. Пришлось и Кришне взяться за оружие, так палица "отскочила" от его плеча. Несговорчивый сторонник кауравов погиб. Отказались пропустить Арджуну и Шрутаюс с Ачьютасом, они ранили пандаву и он на какое-то время потерял сознание. Странной эта история выглядит от того, как он быстро пришёл в себя.

Санджая сообщает Дхритараштре, что он в это время находился на поле боя и возглавлял отряд в четыреста лучников. Арджуна уже проехал через цепь окружения, и рассказчик переходит к описанию событий в основном войске кауравов.

Сообщается, что Юдхиштхира сражается с Шальёй, а Дхриштадьюмна с Дроной. Ещё одна попытка ввести в заблуждение. Если Джаядратха находится в "тылу всего войска" кауравов, а его охраняют шесть воинов и среди них Шалья, то откуда он тут взялся? Но авторы эпоса следуют своей логике: поскольку было "предписано", что Юдхиштхира убьёт Шалью, а Дхриштадьюмна - Дрону, то они сводят их в поединке много раз. Но если Юдхиштхира договорился о помощи Шальи при "поединке" с Карной, то как это возможно. Какой смысл Шалье оказывать помощь пандавам, если Юдхиштхира хочет его убить. А если Юдхиштхира убьёт его, то кто тогда окажет им помощь. Очевидное противоречие. Тем более в войске кауравов объявлено, что пандаву нужно захватить в плен... Зачем ему лезть на рожон? Проще говоря, "поединок" Шальи с Юдхиштхирой выдуман.

"Бой" Дхриштадьюмны с Дроной ещё более удивительный. Кони двух колесниц смешались и, взяв с собой щит и меч, панчалиец перебегает по спинам лошадей, возможно, чтобы их освободить. Но как Дрона не может попасть в него из лука с расстояни трёх метров? Непонятно. Ведь главная цель - это царевич Панчалы. Дрона посылает сотню стрел в щит и меч, десятки в коней колесницы Дхриштадьюмны, знамя и зонт и одну-единственную в самого царевича, которую четырнадцатью стрелами (!) рассек Сатьяки - и освободил панчалийца. Что это за поединок? Тут, скорее, речь идёт о том, что царевич попал в плен и каким-то чудом Сатьяки освободил его.

Возвратимся к Арджуне с Кришной. Эпос сообщает, что Арджуна мечет стрелы на "расстояние целой кроши", то есть предполагается, что речь идёт о 4 000 м. Невозможно представить себе такой лук. Да и не нужны такие луки. Кроша - это расстояние, на котором слышен человеческий голос. Следовательно, она не может быть больше 350 - 400 м. Солнце уже перешло зенит, за горизонтом в декабре оно окажется в 17 часов 15 минут. Сумерки на широте Дели продолжаются 30 минут. Заметив, что его кони устали, Арджуна предлагает Кришне дать им отдохнуть, напоить, залечить раны, накормить. На всё это уйдёт не меньше часа времени. Следовательно, им ехать до встречи с Джаядратхой менее 4-х часов. А весь маршрут составляет 3 йоджаны, об этом чуть позже говорит Сатьяки, то есть около 50 км. Если они проехали половину его, то им ещё нужно преодолеть 25 км за 3 часа. А ехать нужно по полю, усеянному трупами людей и животных, разбитыми колесницам и всё время приходится вести с кем-то бой. Это невозможно.

Пока Кришна занимается конями, Арджуна продолжает вести бой с Виндой и Анувиной. Кришна получает палицей по лбу, а великий воин не спасает своего возницу. Но как Анувинда приблизился на такое расстояние? Ведь, по мнению авторов эпоса. у него лук стреляет на 4 000 метров. Ну пусть на 400 метров... А палицу можно бросить с расстояния 20 метров. Очевидно, и тут эти "герои" хотят или договориться о проезде, или их застали врасплох.

Арджуну обгоняет Дурьйодхана на колеснице. Рядом с ним оказываются шесть кауравов, охраняющих Джаядратху. Обе стороны мечут столько стрел друг в друга, что становятся невидимыми. Таким способом авторы хотели, видимо, сказать, что Арджуна с Кришной скрылись с поля боя.

Неожиданно Дхритараштра задаёт вопрос Санджае о знамёнах кауравов. Он кажется здесь неуместным, если не предположить, что Арджуна и Кришна используют чужие знамёна, чтобы выйти из окружения.

Основное войско пандавов в это время всё ещё находится в окружении. Юдхиштхира посылает Сатьяки на помощь Арджуне. Внук Шини говорит, что Арджуна находится на расстоянии трёх йоджан. Сатьяки не знает точно, где сейчас находится пандава, он может говорить только предположительно, но если Арджуна уже вышел к месту, где находится Джаядратха, то он преодолел три йоджаны за полдня. Как думают некоторые комментаторы и исследователи, это - 50 км! Невероятно. Теперь это же расстояние должен преодолеть Сатьяки за полдня! Тут явно что-то напутано, или авторы эпоса что-то выдумали, или йоджаны намного меньше, или Джаядратху убивает совсем не Арджуна... Сатьяки на своём пути встречается с Дроной, а затем с Критаварманом. В беседе с Санджаей Дхритараштра скажет, что Ююдхана "прорвался сквозь строй бходжей". А сута назвал Кришну виновником войны: "Васудева вызвал тогда великую войну среди всех кауравов". Сколько слов было сказано и авторами эпоса, и исследователями о Кришне-миротворце! И вот редкий случай, когда правду можно прочесть в одной строке. Зачинщиком войны Кришну назвала и Гандхари в "Плаче женщин". Редко, очень редко правда прорывается на страницы эпоса.

Дрона продолжал преследовать Сатьяки. Эпитеты авторов, сопровождающие их "поединок" впечатляют. Три железные стрелы, поразившие лоб внука Шини, кажутся и красивыми. Сатьяки убил возницу Дроны, и кони умчали его колесницу. Как странно, Арджуна и Сатьяки ведут столько боёв, убивают столько возниц и коней, а их кони и возницы целы! Поле битвы усеяно трупами, но авторы эпоса говорят, что Ююдхана убил три сотни всадников и четыре сотни слонов. Один? Но это невозможно. А если не один, то почему не говорят сколько сторонников пандавов погибло?

Не получив вестей от Арджуны и Сатьяки, Юдхиштхира посылает вслед за ними Бхимасену. Пандава проходит через войско бходжей, как нож через масло, он почти не испытывает сопротивления. Золото Кхандавы и здесь сыграло свою роль. Цепь окружения настолько не плотна, что через неё просочились и стражи колёс Арджуны - Юдхаманью и Уттамауджас. Бхима уже видит вдали Арджуну и Сатьяки, когда на его пути появляется Карна. Эпос описывает их бой как ожесточённую схватку, но в финале эта схватка превращается в гротеск. Бхимасена убивает четырёх коней и возницу Карны. Дурьйодхана посылает своего брата Дурджаю ему на помощь, называя при этом Бхиму евнухом. И очень странно выглядит то, как сражается пандава. Четырежды он повторит это деяние! И это кажется невероятным. В ходе битвы уже погиб 31 брат Дурьйодханы! Это выглядит фантастикой. В какой-то момент сын Дхритараштры посылает на помощь Карне семь своих братьев. И всех их Бхима убивает всего семью стрелами! Вот это меткость, чемпион мира по стрельбе из лука. Как будто братья Дурьйодханы, едущие на колесницах, представляют собой неподвижные мишени. Это уже выглядит насмешкой над здравым смыслом, Пандава поражает Карну стрелой в ухо и сбивает серьгу! Римейк "подвига" Абхиманью. Невольно авторы эпоса настолько увлекаются перечнем этих "подвигов", что конец этой эпопеи становится смешным и опровергающим здравый смысл. Все

эти "подвиги" бессмысленны: Карна убивает коней Бхимы, его раненый возница спасается бегством, а сам "герой" мужественно спрятался между трупами двух слонов, подняв одного слона руками. Желая возвысить силу Бхимы, жрецы, писавшие этот текст, обнажили собственную глупость. Зачем он тогда спрятался?

Карна отпускает Бхиму живым с поля боя, прикоснувшись к нему луком и назвав его евнухом. Как он мог помиловать пандаву, если тот на его глазах убил 31 брата Дурьйодханы? Если бы пандава совершил такое, то вряд ли бы он дождался милости от кауравы, ведь этот поступок стал бы свидетельством неуважения Дурьйодханы. Как он мог пощадить Бхиму, если Арджуна и Абхиманью убили четырёх его единоутробных братьев? Помилованием Бхимы эпос как бы молчаливо намекает на обещание Карны сохранить жизнь четверым пандавам, кроме Арджуны, данное им Кунти. Но если Арджуна и Абхиманью убивают его единоутробных братьев, то какая Кунти ему мать? Карна не убил евнуха, которого по воинскому кодексу не следовало убивать. А все "подвиги" Арджуны, Сатьяки и Бхимы только плод фантазии авторов эпоса.

Арджуна с Кришной наблюдают "поединок" Карны и Бхимы, но ничего не могут поделать. Почему? Формально этот "бой" длится довольно долго и Арджуна мог бы прийти на помощь. Даже когда Бхима был на волосок от гибели, Савьясачин не поспешил ему к нему на выручку. Совершенно иначе он повёл себя во время боя Бхуришраваса и Сатьяки.

Если сравнивать поведение Абхиманью, Сатьяки и Бхимасены во время боя, то в их поступках много одинакового: все они совершают огромное количество "подвигов", чтобы потом оказаться на краю гибели. Эти "подвиги" одиночек выдуманы для того, чтобы прославить пандавов и их союзника. Эпос представляет реальность в искажённом виде. Но в какой-то момент в "поединке" Карны с Бхимой реальность вторгается в описание боя. Когда Карна с Бхимой посылают "стрелы один в другого, там падало много коней, людей и слонов, смертельно пораженных ими"! То есть стреляют как бы два человека, но от этих стрел почему-то гибнет много людей рядом с ними. На самом деле бой ведут два отряда, и никакого поединка между Бхимой и Карной нет. А то ведь получается, что пандава убивает 31 брата Дурьйодханы, возниц и коней Карны и братьев Дурьйодханы, а каурава не поражает ни одного из сторонников пандавов. Но ведь это же нонсенс! Бхима трусливо спрятался между двух убитых слонов, спасая свою жизнь. По воинскому кодексу запрещалось убивать евнуха и "оказавшегося в затруднительном положении" (Законы, Ману, VII, 90 - 93). Трус достоин презрения, но не убийства.

Во время поединка Бхуришраваса с Сатьяки, когда каурава уже одержал победу, Арджуна, побуждаемый Кришной, нарушил правила боя, он объясняет это своим обетом. Но где был его обет, когда прятался Бхима. Обет Арджуны, как и клятвенное обещание Сатьяки, это повод для авторов эпоса оправдать их поведение и спасти им репутацию. Бхуришравас молча бросает в сторону Арджуны свою отрубленную руку. Таким поступком он как бы говорит: какой смысл обмениваться словами, твои поступки говорят за тебя, о бесчестный человек. И вот после этого подлого поступка Арджуна заявляет, что он любит Бхуришраваса так же, как и своих братьев. Какое лицемерие! Так отруби руку своим братьям и пусть Кришна отрубит им голову.

Спасённый Сатьяки решает отомстить. Схватив меч, он отрубает голову Бхуришравасу. Услышав возмущённые крики, он говорит, что каурава нарушил его обет. Жрецы стараются оправдать его подлость, придумав очередной обет задним числом. Они изобретают клятвенные обещания, чтобы нарушить воинский кодекс - это всё, что надо знать о совести пандавов и их сторонников.

Перед тем, как Арджуна встретился с Джаядратхой, у него состоялся бой с Карной. В шестой раз за один день у Вайкартаны были убиты возница и кони его колесницы. Но как мог состояться этот "поединок", если в "Карнапарве" Кришна говорит, что препятствовал ему до тех пор, пока у Карны было копьё Амогха? И почему кони у Карны гибнут шесть раз, а у Арджуны и Сатьяки в этот день ни разу? Гибель возниц и коней у Карны, как и попадание стрелой в его уши Бхимой и Абхиманью, - это просто способ унизить воинские достоинства Карны. А ведь больше никому из воинов стрела не попадает в ухо... А вот с Карной это случилось даже три раза. В этом же ряду и семь стрел Бхимы, убивших семь братьев Дурьйодханы, как и скорострельность Сатьяки, который послал 14 стрел в одну летящую в Дхриштадьюмну стрелу Дроны. Если нет реальных событий, их следует выдумать, так жрецы создают чудеса на поле боя.

Гибель Джаядратхи сопровождается чудесами. Якобы, отрубив голову стрелой, Арджуна посылает всё новые стрелы вслед и голова царя Синдху летит по небу за пределы поля Куру, чтобы упасть на колени молящемуся отцу царя. Что тут сказать, где чудо, там - ложь! Отец Джаядратхи, видимо, принёс много неприятностей отцу Кришны. Отрубленную голову гонцы Джанарданы привезли и бросили на колени отцу Джаядратхи. Сердце старика не выдержало. Месть Джанарданы безжалостна.

Эпизод 11. Ночной бой и копьё Амогха.

После убийства Джаядратхи Крипа и Арджуна ринулись против Арджуны. Отражая стрелы учителя и сына учителя, пандава метал в них "стрелы с медленной скоростью", чтобы не убить. Крипа впал в "обморочное состояние" и возница вывез его. Умчался прочь и Ашваттхаман.

Карна двинулся в бой против Арджуны, но Кришна сказал, что с ним справится Сатьяки, Дхриштадьюмна и Шикхандин, ведь при каураве "сверкающий дротик, ... данный ему Васавой" (Дронапарва, гл. 122, шл. 27 - 34). Кришна затрубил в раковину, примчался Дарука и Сатьяки взошёл на колесницу. Стражи колёс Арджуны поехали вместе с ним. Внук Шини бросился в бой против Карны. Сатьяки убил возницу и четырёх коней Карны, каурава вынужден был взойти на колесницу Дурьйодханы.

Бхима пожаловался Арджуне, что Карна оскорблял его словами "евнух, глупец, обжора", поэтому его надо убить. Послушав его, Арджуна приблизился к Карне и дал клятвенное обещание убить его. Зашло солнце. Заливаясь слезами, Юдхиштхира благодарил Кришну за убийство Джаядратхи.

Дурьйодхана сказал Дроне, что Арджуна уже сокрушил семь акшаухини войск кауравов, а союзники Хастинапура не желают больше поддерживать их.

Тьма накрыла всё вокруг, пандавы и сринджаи ринулись против Дроны. Ударом кулака Бхима убил Дхруву, шлепком ладони Джаярату, затем он ударом ноги убил двух сыновей Дхритараштры Дурмаду и Душкарну на глазах Карны, Дурьйодханы и Ашваттхамана.

Ашваттхаман убил Анджанапарвана, сына Гхатоткачи. Желая отомстить ему, ракшас стал применять иллюзию. Сын Дроны ранил Гхатоткачу, и его затем вывез с поля боя Дхриштадьюмна.

Десять сыновей Дхритараштры вступили в бой с Бхимой, и он убил их "десятью длинными стрелами". Вслед за тем пандава осыпал стрелами Вришасену, сына Карны. Каураву поддержал Вришаратхта, "прославленный брат Карны", но и его убил пандава.

Дрона применил против Юдхиштхиры оружие Брахмы, но пандава отразил его собственным оружием Брахмы. Санджая говорит Дхритараштре, что из=за густого мрака он ничего не мог распознать. Панчалы бросились в бегство, но их остановил Арджуна и Бхима "двумя мощными потоками колесниц" (Дронапарва, гл. 132, шл. 37 - 42).

Дурьйодхана обратился за помощью к Карне. Вайкартана обещал ему одержать победу и убить сыновей Панду. Но Крипа сказал, что он только хвастается. Карна ответил, что он не бросает слов на ветер и у него есть волшебный дротик, если же Крипа продолжит восхвалять пандавов, то он отрежет ему язык. На защиту своего дяди бросился Ашваттхаман, но его удержал Дурьйодхана.

Увидев Карну, пандавы и панчалы с удивлением восклицали: "Откуда взялся Карна в этой свирепой битве?". Вайкартана успешно отражал панчалов, и тогда против него выступил Арджуна. Пандава рассек его лук, убил четырёх коней и возницу. Карна взошёл на колесницу Крипы.

Сатьяки сражался с Сомадаттой. Он рассек лук кауравы, четырьмя стрелами убил четырёх его коней, снёс голову вознице и убил самого Сомадатту. Многие воины обоих войск бежали прочь. Воины, оставшиеся на поле битвы, взяли в руки светильники и продолжали драться. "И окутанные кромешной тьмою, воины (с обеих сторон) разили и убивали друг друга" (Дронапарва, гл. 141, шл. 56 - 61).

Карна сражался с Сахадевой, победив его, он сказал, ему, чтобы он не сражался с героями, превосходящими его. Против Арджуны сражался ракшас Аламбуса, но вынужден был отступить. Теснимое сыном Карны, войско Друпады пустилось в бегство. Духшасана "поразил темя стрелами в лоб" Пративиндхью, сына Юдхиштхиры. В ответ он послал в каураву девять, а затем ещё семь стрел.

Ашваттхаман поразил Дхриштадьюмну пятью стрелами, Карна - десятью, Шалья - девятью, Духшасана - тремя, Дурьйодхана - двадцатью, Шакуни - пятью. Их всех панчалиец поразил тремя стрелами каждого.

Под натиском войск Дроны и Карны войско пандавов обратилось в бегство. Но после речи Кришны воины вернулись на поле битвы. Арджуна спросил его, что следует делать дальше. Васудева ответил, что против Карны должен выступить ракшас Гхатоткача, а сам пандава не должен вести бой с кауравой, так как "сверкающий дротик, подобный могучему метеору, данный Васавой, находится еще при нем!" (гл. 148, шл. 31 - 36).

Дурьйодхана отправил ракшаса Аламбалу против Гхатоткачи. После изнурительного боя союзник пандавов победил и бросил отрубленную голову своего противника к колеснице Дурьйодханы.

Плешивый Гхатоткача, обладатель рыжей бороды, в битве против Карны применял иллюзию, то появляясь, то становясь невидимым, превращаясь то в облако, то в гору. Карна победил его, он исчез, но обещал вернуться.

К Дурьйодхане обратился ракшас Алаюдха, желая сразиться с Бхимой, потому что "он совершил некогда насилие над девицей Хидимбой" (Дронапарва, гл. 151, шл. 1 - 9). Дурьйодхана дал согласие. Алаюдха ринулся в бой против Гхатоткачи, а Карна выступил против Бхимасены. Пренебрегая Вайкартаной, сын Кунти двинулся против Алаюдхи. В это же время против Карны выступили Накула, Сахадева, Дхриштадьюмна, Шикхандин и Сатьяки.

Алаюдха продолжал бой с Гхатоткачей. Оба они сражались различными видами страшного оружия и с помощью иллюзий. Отрубив голову Алаюдхи, Гхатоткача бросил её перед Дурьйодханой. Затем ракшас убил коней, возницу Карны и сделался невидимым.

Дхритараштра спрашивает Санджаю, что сделали кауравы после того, как ракшас применил обманные средства. Сута отвечает, что кауравы воскликнули: "Невидимый в битве и сражающийся с применением обмана, сей ракшас непременно убьёт Карну" (Дронапарва, гл. 154, шл. 21 - 25).

Гхатоткача создал на небосводе иллюзию в виде багрового облака, из которого исторгались молнии, посыпался ливень дротиков, камней, секир, мечей, стрел и молотов. Всех кауравов охватило замешательство. Воины призвали Карну убить ракшаса своим дротиком. Вайкартана принял решение. Ракшас бросился бежать, но дротик пробил его грудь и ушёл в небесные сферы, а ракшас "упал с небосвода на землю безжизненный". Карна взошёл на колесницу Дурьйодханы и "вступил в свое войско".

Пандавы были опечалены гибелью Гхатоткачи, а Васудева принялся плясать. На вопрос Арджуны, в чём причина этой радости, он ответил, что дротик обезопасен на Гхатоткаче. Тем не менее, Джанардана сказал, что Карна по-прежнему очень опасен и только Арджуна сможет убить Карну, когда "предстваится один удобный случай для его убиения". И он, Кришна, подаст ему знак, когда Карна окажется в бедственном положении.

Дронапарва, гл. 155, шл. 25 - 30:

"Васудева сказал:

Именно ради твоего блага, при помощи различных изобретательных средств мною были убиты один за другим все эти (герои): Джарасандха и благородный царь чедиев, и наделенный могучей силой нишадец Экалавья. Равным образом были убиты и другие великие ракшасы с главенствующими из них Хидимбой, Кирмирой и Балой, а также Алаюдха, сокрушитель вражеских войск, и Гхатоткача, вершитель страшных подвигов".

Кришна сказал, что с их помощью кауравы бы одержали победу и без применения изобретательных средств нельзя было обойтись. Только ради блага Арджуны Экалавья "был вероломно лишен своего большого пальца Дроной. взявшего на себя роль наставника" (Дронапарва. гл. 156, шл. 17 - 24). Ракшасы же Хидимба, Бака и Кирмира "были губителями брахманов и жертвоприношений". И если бы Карна не убил Гхатоткачу, то это сделал бы сам Кришна, так как он тоже был ненавистником брахманов и жертвоприношений.

Дхритараштра спросил Санджаю, почему Карна не применил этот дротик против Арджуны. Сута ответил, что Васудева оберегал пандаву. Каждой ночью на совете кауравы обсуждали этот вопрос, но Джанардана "никогда не хотел поставить его (Арджуну - Л. П.) перед сыном суты в сражении. Но зато всегда ставил перед ним других выдающихся воинов на колесницах" (Дронапарва, гл. 157, шл. 25 - 31).

Кришна сказал Арджуне, что кауравы на советах призывали Карну использовать дротик против пандавы, "однако же я всегда сбивал с толку сына Радхи". ( Дронапарва. гл. 157, шл. 32 - 38).

Если исходить из фактов и логики, то правдивость описываемых событий в "Дронапарве" и их соответствие реальным событиям крайне низка. Восстановить подлинные события на основе текста, много раз в течение длительного времени подвергавшегося переработке, трудная задача. Роль одних персонажей была уменьшена, других - увеличена, кто-то был вычеркнут из истории, а кто-то просто выдуман. Реальные события, не вписывающиеся в картину мироощущения авторов эпоса, были заменены на волшебные. Сами по себе чудеса являются одним из способов уйти от правды. А для наивных слушателей и читателей эти волшебные эпизоды являются способом доказательства могущества богов и жрецов.

Сразу после убийства Джаядратхи зашло солнце. Это важное условие не следует упускать из виду при описании битвы в рассматриваемом эпизоде. Когда Бхима подъехал к Арджуне и стал жаловаться ему на Карну, создатели эпоса снова говорят о заходе солнца. Очередной пример забывчивости или небрежности авторов. Реакция Арджуны удивляет сдержанностью: он угрожает убить Карну и даже даёт клятву, но не спешит это сделать сейчас же, словно ему что-то мешает. И для этого есть причина, о которой ему сообщает Кришна: волшебный дротик, не знающий промаха или копьё Амогха.

Против Крипы и Ашваттхамана Арджуна применяет стрелы "с медленной скоростью". Но дальность полёта стрелы зависит от начальной скорости. Если начальная скорость не высокая, то и стрела не улетит далеко. Стрелы "с медленной скоростью" могут просто не долететь до Крипы, а если даже и долетят, то не нанесут ему вреда. Таким образом, обморочное состояние Крипы просто выдумано. Арджуна не столько герой на поле боя, сколько герой на страницах эпоса. Кришна останавливает его после слов клятвы, напоминая, что у Карны есть волшебный дротик. Почему же Карна не применил этот дротик раньше, когда, по словам авторов эпоса, у него были небольшие стычки с пандавой. Чуть позже в битве с Гхатоткачей он использовал его и ракшас (стражник) "упал с небосвода на землю бездыханный". Получается, что этот неотразимый волшебный дротик сам находит в темноте и разит на расстоянии сотен метров или даже километров. В этом смысле его волшебные свойства чем-то напоминают современный "Стингер" или ПТУР. Когда Арджуна приближается к Карне и даёт клятву его убить, то расстояние между ними сокращается до 300 метров или даже меньше. Но Карна не применяет этот дротик. Из этого можно сделать вывод, что волшебные свойства этого дротика являются выдумкой создателей эпоса.

Дневной бой плавно переходит в ночной. В реальности это маловероятно. Воинам нужна была пауза для отдыха, а пандавы нуждались в перегруппировке сил. поскольку они находились в окружении. По описанию битвы наблюдается противоречивая картина, то воины стреляют из лука, то идёт рукопашный бой. Но как Бхима может в темноте десятью стрелами поразить десять сыновей Дхритараштры? Очевидно, это вымысел. Создатели эпоса снова прибегают к своему старому приёму: якобы он убивает двух сыновей Дхритараштры Дурмаду и Душкарну на глазах Карны, Дурьйодханы и Ашваттхамана, что должно подчеркнуть бессилие лучших воинов среди кауравов.

Во время битвы Вришасене, сыну Карны, оказывает помощь прославленный брат Вайкартаны Вришаратха. Но и он гибнет от рук Бхимы. Если Арджуна убивает трёх единоутробных братьев Карны, Абхиманью и Бхима ещё двух, то их число включая и ещё одного, погибшего от рук Арджуны при похищении скота в "Виратапарве", насчитывает уже шесть человек. Итак, на данный момент есть упоминания о шести братьях Карны.

1) Виратапарва, гл. 49, шл. 14 - 18 - Санграмаджит,

2) Дронапарва, гл. 31, шл. 58 - 66 - Шатрунджая, Випата и третий без имени (младшие единоутробные братья),

3) Дронапарва, гл. 40, шл 1 - 8, безымянный брат,

4)Дронапарва, гл. 132, шл. 16 - 21, "прославленный брат Карны Вришаратха".

5)Шальяпарва, гл. 9, шл. 16 - 20, 21 - 29, сыновья Карны Читрасена, Сушена и Сатьясена убиты Накулой.

И как при этом авторы смогли назвать Карну сыном Кунти - уму непостижимо! Мы ничего не знаем об этих братьях Карны. Кто они, какие у них семьи - ничего... Если они не выдуманы, то очень странно выглядит их смерть от рук только пандавов. Точно таким же чудом выглядит и смерть всех ста братьев Дурьйодханы от рук одного Бхимы. Это говорит только об одном - Дурьйодхана и Карна были самыми принципиальными врагами для жрецов, а пандавов они сделали героями эпоса.

Как добросовестный статистик Санджая перечисляет количество стрел, посланных каждым воином в Дхриштадьюмну: Ашваттхаман - 5, Карна - 10, Шалья - 9, Духшасана - 3, Дурьйодхана - 20, Шакуни - 5. И панчалиец всё ещё невредим. Более того, в ответ он посылает по три стрелы в каждого из кауравов. Кого могут убедить такие "факты" эпоса, трудно сказать. Как может сута сосчитать количество стрел, если он сам говорит, что из-за темноты ничего не может распознать? Все воины кауравов не располагаются рядом друг с другом, а находятся на расстоянии десятков или сотен метров.

Конфликт между Крипой и Карной возникает на пустом месте. И тут вопрос не только в симпатии Крипы к пандавам. Может быть, Карна стал подозревать Крипу в измене? Последующие события и тот факт, что Крипа станет воспитателем Парикшита, покажут, что его измена делу кауравов имела место.

Панчалы, идущие на прорыв, сталкиваются с неожданностью и удивляются, откуда тут взялся Карна. Для них это неприятный сюрприз. Возможно, конфликт Крипы и Карны и вызван тем. что наставник хотел убрать Карну с этого участка фронта. Неожиданно тут появляется Арджуна и убивает коней и возницу Карны. Но где же волшебный дротик Вайкартаны? Ведь Кришна предупреждал пандаву о нём. Следовательно, есть все основания сомневаться в достоверности этого "подвига" пандавы. В течение дня Карна сменил шесть колесниц, в течение ночи он сменит ещё три. Девять колесниц за сутки! Ночью коней и возниц Карны убьют Сатьяки, Арджуна и Гхатоткача. А вот коней и возницу Арджуны никто не поразил ни разу. Кажется, по замыслу создателей эпоса подобный пример должен показать уязвимость Карны, который не может защитить своих возниц и братьев, и воинскую доблесть Арджуны и других воинов из коалиции пандавов. Но ведь можно взглянуть иначе: Карна всё время сражается на линии фронта, а Арджуна находится в тылу. Но ещё более вероятно, что авторы злоупотребляют этим приёмом.

В темноте в обоих войсках местами возникает паника и воины разбегаются. Санджая сообщает, что оставшиеся на поле боя бойцы взяли в руки светильники. Но если это стрелки из лука, то они превращаются в прекрасную мишень. Если же лагерь кауравов подвергся ночному нападению, то понятно, зачем они взяли светильники: так можно разглядеть, где свои, а где чужие.

По словам Санджаи Карна побеждает Сахадеву и отпускает его. Всё это очень странно. "Факты" эпоса очень противоречивы. Вайкартана обещает Кунти не убивать её сыновей, кроме Арджуны, но ведь Сахадева не её сын. Вместе с тем он обещает Дурьйодхане убить всех пандавов. Арджуна, Бхима и Абхиманью убивают шесть его братьев, а он отпускает Бхиму и Сахадеву, чуть позже помилует Накулу и Юдхиштхиру. Складывается впечатление, что Карна уверен в победе, а вот пандавы ему и Дурьйодхане нужны живыми, чтобы их предать суду после победы. Не зря же Дурьйодхана говорит, что хочет пленить Юдхиштхиру, чтобы сыграть с ним в кости. И вот что интересно, никто из кауравов не упрекает Карну за его милосердие.

А на поле боя продолжается парад чудес. Санджая продолжает вести статистику. Кем послана стрела, в кого она попала, какого цвета знамёна и кони - всё это ему удаётся рассмотреть в темноте. Сказочная картина!

Теснимое Дроной, Карной и Вришасеной войско пандавов обратилось в бегство. Их остановил Кришна. Но это возможно только в том случае, если колесница Арджуны находится в тылу пандавов, а не на передовой. Не в этом ли состоит секрет неуязвимости Арджуны? Подвиги на страницах эпоса приписаны ему задним числом. Кришна решает отправить против Карны Гхатоткачу. По решению Дурьйодханы ракшасы Аламбала и Алаюдха выдвигаются против него.

Удивительное стремление ракшасов, сторонников кауравов, сражатья против рашаса Гхатоткачи должно быть чем-то вызвано. По словам Санджаи Алаюдха вспоминает, что Бхима когда-то изнасиловал Хидимби. Он хочет отомстить за смерть своих родственников и честь жены Хидимбы. Ночные "подвиги" Гхатоткачи вполне вероятно вызваны тем, что он убивает ракшасов тайком, находясь в войске кауравов. Не будем забывать, что дело происходит ночью, и ему легко скрыть свою внешность, используя защитную маску на лице.

Вступив в бой с Карной, Гхатоткача убивает его возницу и коней. Это уже девятая колесница за сутки! Или это преувеличение, или на него объявлена охота. В течение всей битвы с Карной ракшас применяет иллюзию, но эти же волшебные средства Дхритараштра называет обманными. Очень похоже, что Гхатоткача занимается диверсиями в рядах кауравов. Именно такими средствами пандавы избавляются от своих противников ракшасов Баки, Хидимбы, Кирмиры, махараджи Джарасандхи, полководца Кичаки. Да и шесть нишадов и Пурочана тоже были убиты и сожжены ночью. Гхатоткача в этом смысле - ученик пандавов и Кришны. Временами он просто исчезает в темноте и таким образом становится невидимым. Никаких подвигов до этой ночи и никаких иллюзий от него на поле битвы никто не слышал.

Карна убил его дротиком, а это говорит о том. что он был поражён с расстояния максиму 20-30 метров. Тайный враг, наводивший панику в стане кауравов, пытался спастись бегством, но был сражён дротиком. Чудес на поле битвы не бывает.

Гибель ракшаса вызвала дикий приступ радости у Кришны. Он принялся танцевать. На вопрос Арджуны, в чём причина такой радости, Кришна отвечает, что Гхатоткача, Джарасандха, Шишупала и Экалавья были убиты изобретательными средствами. Иначе говоря подлостью. И сценарий их убийства написал Джанардана. Точно так же были убиты Хидимба, Бака, Кирмира и Алаюдха. Как и они, Гхатоткача был ненавистником брахманов и жертвоприношений. Отсюда понятно, что потенциальные союзники кауравов Джарасандха и Шишупала тоже были светскими правителями и противниками жертвоприношений.

На откровенный вопрос Дхритараштры, почему же раньше Карна не применял свой дротик против Арджуны или Кришны, Санджая ответил, что Васудева оберегал пандаву и не ставил его перед Карной. Все предыдущие упоминания о схватках Арджуны с Карной являются таким образом ложью.

Но в чём секрет волшебства дротика? По условию он должен был сразить главного врага Карны. Несомненно, им является Кришна, а не его марионетка Арджуна. Ранее в эпизоде "Две стрелы в колчане Карны" было выдвинуто предположение, что под этим дротиком следует понимать Раму Джамадагни. Он - пострадавший при ограблении Кхандавы, а Ашвасена - свидетель убийств и грабежа. Карна хотел бы после победы предъявить их в качестве свидетелей во время суда в присутствии побеждённых панчалов, главных союзников пандавов. Так могло быть... Но брахманы, редактировавшие эпос, превратили Раму Джамадагни в копьё Амогха. По этой причине в изложении появляются многочисленные иллюзии, одно волшебство сменяется другим волшебством. И эти "факты" сильно затрудняют понимание эпоса. Паника в стане кауравов привела к тому, что Рама Джамадагни скрылся в ночной темноте. Копьё Амогха улетело в небесные сферы...

Эпизод 12. Гибель Дроны.

Встретившись с Кришной, Юдхиштхира сообщил ему, что Дрона виноват в гибели Абхиманью, а Карна виновен в гибели Гхатоткачи, поэтому он отправляется на битву с Вайкартаной. Войско двинулось за ним, но пандаву остановил неожиданно появившийся здесь Вьяса. Мудрец сказал ему, чтобы Дхармараджа не поддавался гневу и "на пятый день (отсюда) земля будет" его. После этих слов он так же внезапно исчез.

Вокруг была ночная мгла. Часть воинов не покидала своих подразделений, другая часть, оставив оружие, спала на земле или колесницах, третья часть сражалась. Арджуна распорядился, чтобы воины отдохнули. Такое же решение приняли и кауравы. Прошло какое-то время и на восточной части неба появился месяц. Ощутив его лучи, воины проснулись. Битва возобновилась, "когда осталась на исходе только третья часть ночи... Вскоре, затмевая блеск месяца, показалась заря, предвестница солнца" (Дронапарва, гл. 161, шл. 1 - 6),

Бхима обратился к Арджуне со словами, что наступило время добиться желательного исхода: "Если в такое время, уже наступившее, ты не постараешься достичь благоприятных результатов, тогда ты, уподобляясь человеку низкочтимому, допустишь (излишнюю) жалость! Проявив свою доблесть, освободи себя от долга перед правдой, благосостоянием, добродетелью и славой! Прорви этот боевой строй, о лучший из воителей!..." (Дронапарва, гл. 161, шл. 1 - 6).

Битва возобновилась. Поднявшаяся пыль мешала воинам видеть поле боя. Дрона переместился с главного направления на северный участок боя. Он убил тремя стрелами трёх внуков Друпады, потом самого Друпаду и Вирату, царя матсьев. Дхриштадьюмна, узнав о гибели Друпады, даёт клятву лишить жизни Дрону. Вместе с Бхимой он проник в войско кауравов. И тут взошло солнце.

Санджая сообщает Дхритараштре, что пыль мешает ему рассмотреть, кто и где находится на поле боя. Воины обоих сторон убивали чужих и своих. Но вот ветер унёс пыль и в битве сошлись Карна с Бхимой, Дрона с Арджуной, Дурьйодхана с Накулой, Духшасана с Сахадевой.

Карна сразил обоих возниц и коней колесницы Бхимы. Пандава вскочил на колесницу Накулы. Дрона применил оружие Брахмы, Арджуна ответил тем же и никто не мог победить в их бое. Критаварман с тремя своими единоутробными братьями сдерживал Дхриштадьюмну. На помощь панчалийцу пришли Накула и Сахадева. Оставив близнецов, Дхриштадьюмна направился к Дроне. Сатьяки сражался с Дурьйодханой и рассек его лук, но царю на помощь поспешил Карна. Бхимасена старался помешать Вайкартане, но каурава рассек его лук и убил его возницу. Бхимасена схватил палицу и сокрушил знамя Карны, его лук и возницу кауравы.

Накула, Сахадева и Бхимасена призвали Арджуну оттеснить кауравов от Дроны. Кришна сказал Арджуне: "Сей предводитель предводителей отрядов колесниц никогда не может быть побежден силою в сражении, даже самим сокрушителем Вритры - в пылу битвы! Отбросив справедливость, о Пандава, следует теперь придумать такой хитроумный замысел для содержания победы, чтобы (Дрона), обладатель золотой колесницы, не убил нас всех в сражении! После того как будет убит (его сын) Ашваттхаман, он уже не будет сражаться - таково мое мнение. Пусть какой-нибудь человек поэтому скажет ему, что Ашваттхаман убит в сражении!" (Дронапарва, гл. 164, шл. 66 - 73).

Слова Кришны не понравились Арджуне, их с большим трудом принял Юдхиштхира, а Бхима убил палицей "огромного слона, тоже по имени Ашваттхаман". Приблизившись к Дроне, Бхимасена сказал ему: "Убит Ашваттхаман!". Дрона не поверил ему и продолжил яростно сражаться. Он убил 20 тыс. панчалов, 5 сотен матсьев, 6 тыс. сринджаев, 10 тыс. слонов и 10 тыс. коней.

Санджая сообщает, что на поле боя появились мудрецы и сказали Дроне, что его "время... теперь полностью истекло". Роасстроенный полководец кауравов спросил Юдхиштхиру, действительно ли убит его сын. Санджая говорит, что у Дроны была полная уверенность, что пандава не будет говорить неправды.

Обратившись к Юдхиштхире, Кришна сказал: "Если Дрона будет сражаться, отдаваясь своей ярости, даже полдня, говорю тебе правду, войско твое придет к полной гибели. Спаси ты нас в таком случае от Дроны. (При таких обстоятельствах) ложь должна быть выше правды!. Говорящий неправду ради спасения жизни не получает соприкосновения с грехом, вызванным неправдой!" (Дронапарва, гл. 164, шл. 97 - 104).

Бхима сообщил Юдхиштхире, что он убил слона Ашваттхамана, но Дрона не поверил его словам. После этого Юдхиштхира сказал полководцу, что Ашваттхаман убит, произнеся при этом невнятно "слон". Дрона упал духом и уже не мог сражаться так как прежде.

Дхриштадьюмна ринулся против Дроны. Истекла уже третья часть пятого дня, как войском кауравов руководил сын Бхарадваджи. Он заставил коней своей колесницы смешаться с конями колесницы Дхриштадьюмны. Дрона сокрушил крепления дышла и колёса, рассек лук своего противника и его булаву. Схватив меч, Дхриштадьюмна то укрывался на сидении своей колесницы. то сидя на дышле пытался пронзить грудь Дроны. Полководец убил дротиком всех коней колесницы панчалийца. Вооружившись мечом и щитом, Дхриштадьюмна теснил Дрону. Полководец кауравов рассек их стрелами и уже готов был убить панчалийца, но его "стрелу рассек десятью острыми стрелами бык из рода Шини (Сатьяки) на глазах у твоего сына и благородного Карны и таким образом спас Дхриштадьюмну" (Дронапарва, гл. 165, шл. 147 - 153).

Юдхиштхира направил против Дроны воинов на колесницах. Санджая говорит, что, продолжая битву, "он (Дрона - Л. П.) решил тогда отдать свою жизнь, сражаясь справедливо" (Дронапарва, гл. 165, шл. 8 - 13).

Бхима подъехал на колеснице к Дхриштадьюмне и потребовал, чтобы он убил полководца кауравов. Потом он снова сказал Дроне, что его сын лежит на поле боя позади него. Эти слова заставили полководца задуматься. Оставив оружие и "усевшись на площадке колесницы, он (Дрона - Л. П.) дал обещание безопасности всем существам и всецело предался йоге" (Дронапарва, гл. 165, шл. 33 - 39). Спрыгнув со своей колесницы, Дхриштадьюмна направился к нему и отсек голову восьмидесятипятилетнего старца мечом, несмотря на то, что Арджуна говорил ему, что он должен привести наставника живым. Затем он бросил голову Дроны перед воинами Дурьйодханы и кауравы разбежались.

Увидев разбегавшееся войско, Ашваттхаман спросил Дурьйодхану, в чём причина бегства. Но царь не мог ему сказать правду о гибели Дроны. Крипа сообщил сыну Дхритараштры в подробности как было дело, начиная со слов Кришны, Бхимы и Юдхиштхиры. Дядя Ашваттхамана сообщил царю, как Юдхиштхира "приблизившись затем к Дроне, он (Юдхиштхира - Л. П.) громко промолвил: "Тот, ради кого ты носишь оружие, и на кого взирая, ты живешь, тот неизменно любимый сын твой - Ашваттхаман повержен!" (Дронапарва, гл. 165, шл. 112 - 117).

Во время встречи с Кришной Юдхиштхира не просто обвинил в смерти Абхиманьи Дрону, а фактически обозначил следующие цели для убийства - Дрону и Карну. В реальности Абхиманью погиб от рук сына Духшасаны, а Дрона в его смерти не виновен.

Появление Вьясы на поле боя выглядит неожиданным и малообоснованным. Он останавливает от поспешных действий пандаву и сообщает, что на пятый день власть в стране будет принадлежать ему. Это - важная деталь в хронологии. По преданию битва продолжалась 18 дней и на данный момент прошло уже 13 суток. Но эти данные противоречат одному обстоятельству. В Удьйогапарве Кришна говорит Карне, что битва должна начаться в день новолуния (гл. 140, шл. 16 - 20). После ухода Вьясы за 2-3 часа до рассвета на восточной стороне неба появляется месяц. Следовательно, речь идёт о конце синодического периода, равного 29, 53 суток. Молодой месяц восходит вечером после заката Солнца на западе спустя 2 - 3 дня после новолуния, а старый месяц виден на восточной стороне неба за несколько дней до новолуния. Таким образом с начала битвы прошло, как минимум, 25 суток. А ведь сражение ещё не закончилось и продлится 5 суток.

Слова Бхимы, сказанные Арджуне, "Если в такое время, уже наступившее, ты не постараешься достичь благоприятных результатов..." явно свидетельствуют, что подготовлены специфические условия для убийства Дроны и ни в коем случае нельзя проявлять жалость. Бхима считает, что на такое способны только низкочтимые люди, а подлинная доблесть заключается в свободе от правды и добродетели. Именно такого поведения он ждёт от Арджуны. Несомненно, Кришна и пандавы затеяли очередную подлость, поэтому Бхима убеждает Арджуну, чтобы он не поддавался жалости.

Санджая продолжает рассказывать о ходе сражения, сообщая "факты", противоречащие здравому смыслу. Несмотря на пыль в воздухе, Дрона тремя стрелами убивает трёх внуков Друпады ещё до восхода солнца. Удивительная меткость! Столь раннее начало битвы тоже часть плана пандавов. Речь идёт о нападении в часы, когда ещё не все воины в стане кауравов проснулись.

На поле боя сходятся Карна и Бхимасена, Дрона и Арджуна. Но какой смысл Карне снова сражаться с Бхимой, если он накануне его помиловал? Авторы сказания не объясняют противоречия, они их создают. Дважды Вайкартана лишает пандаву коней и возниц. Бхима, лишённый лука, палицей крушит знамя Карны, затем его лук и убивает возницу. Но ведь, чтобы применить палицу, пандаве нужно приблизиться к Вайкартане, у которого лук ещё целый и меч тоже при нём. В момент, когда Бхима крушит знамя и убивает возницу, Карна может применить и лук, и меч. Но создатели эпоса в этом тоже не видят противоречия, что заставляет сомневаться в правдивости их повествования. Здесь нет связи ни с реальностью, ни с логикой.

Цель пандавов в этот день - полководец кауравов. Близнецы и Бхима призывают Арджуну отсечь Дрону от войска. Кришна заявляет, что честным путём полководца кауравов не победить и нужно отбросить справедливость.

План Кришны выглядит наивным. Он предлагает сказать Дроне, что убит его сын Ашваттахаман и тогда он "уже не будет сражаться". А на каком основании он уверен в этом? Во-первых, почему Дрона должен верить пандавам? Во-вторых, что мешает ему спросить об этом у кауравов? В-третьих, даже если он вдруг поверит пандавам, почему, услышав о гибели Ашваттхамана, он не поступит наоборот, не сложит оружие, а начнёт мстить? В этом отношении пример со "слоном" Ашваттхамана выглядит очень наивным. Эти слова предназначены не для Дроны, а для слушателей эпоса. Полководец кауравов и не поверит им. Даже сами авторы эпоса понимают, что они малоубедительны, поэтому они прозвучат четырежды: их произнесёт Бхима, потом мудрецы, Юдхиштхира, снова Бхима...

Реакция пандавов на слова Кришны различная. Сколько слов в эпосе было сказано о приверженности пандавов дхарме! И вот их учитель призывает своих учеников отбросить справедливость. Целесообразность и выгода определяют всё. За словами "хитроумный замысел" и скрывается обман. Авторы эпоса спасают репутацию Юдхиштхиры и Арджуны, поэтому они говорят, что пандавам не нравится план Кришны. И тем не менее, они никак не противодействуют ему. Убийство "слона" - это искусственный приём, который должен, по мнению авторов, вынудить Дрону сложить оружие. Реальность, видимо, ещё подлее.

Слова Бхимы о смерти Ашваттхамана не убедили Дрону. Но ведь создатели сказания думают и о том, как убедить слушателей. На поле боя появляются мудрецы, слова которых "слышит" только Дрона. Очередная выдумка! Чтобы оправдать подлость пандавов её нужно подкрепить авторитетом отшельников. Их появление вынуждает Дрону спросить у Юдхиштхиры, убит ли Ашаваттхаман. Дхармараджа отвечает не сразу. Возникает пауза. Кришна убеждает Юдхиштхиру солгать, потому что честным путём победы не одержать ("Ложь должна быть выше правды!"). Сказание сообщает, что пандава невнятно произносит: "слон" Ашваттхаман убит... Какое лукавство! По иезуитской логике авторам эпоса представляется, что Дхармараджа не лжёт. Но ведь он лжёт самому себе, если у него есть совесть...

Санджая сообщает, что кони колесниц Дхриштадьюмны и Дроны смешались, и полководец пандавов проникает на дышло и совершает акробатические трюки, что вызывает восхищение окружающих. Этот эпизод в главе 164 Дронапарвы почти во всём повторяет такой же эпизод в главе 72 этой книги. Даже кони Дхриштадьюмны, погибшие в первом из них, той же масти, что и во втором - голубиной! Ошибка ли это или полководец кауравов должен был погибнуть раньше по замыслу авторов сказания - трудно сказать. Но и этот "подвиг" Дхриштадьюмны не помогает ему убить полководца кауравов.

Дрона по-прежнему не верит словам Юдхиштхиры и продолжает сражаться. Он решает отдать свою жизнь, "сражаясь справедливо". Насколько всё-таки различна мораль двух противоборствующих лагерей! Для Кришны всё иначе: ложь должна быть выше правды! А справедливым будет всё то, что скажет Бхагаван. Дрона даже для спасения своей жизни не хочет прибегать к подлости.

Полководец кауравов продолжает сражаться. Второй раз Бхима говорит ему, что Ашваттхаман убит. И в четвёртый раз прозвучит этот надуманный тезис на страницах эпоса... Эти повторы звучат как заклинания. Почему только представители кауравов - Бхуришравас и Дрона - решают совершить обет прая на поле боя, столкнувшись с подлостью Арджуны и Бхимы? Честь для них на первом месте, бесчестный теряет право на звание человека.

Дурьйодхана не в силах рассказать Ашваттхаману, как погиб его отец. Это решается совершить Крипа. Но как он мог слышать и видеть, если его рядом с Дроной и пандавами не было. Или всё-таки он был там? Его слова разоблачают Юдхиштхиру. Крипа говорит, что Дхармараджа, приблизившись к Дроне, громко говорит полководцу кауравов, что убит его сын Ашваттхаман, а не мифический "слон"...

Эпизод 13. Оружие Нараяна.

Узнав о том, что Дрона убит нечестным образом, его сын Ашваттхаман пришёл в ярость и поклялся отомстить.

Дронапарва, гл. 166, шл. 16 - 22, 23 - 29:

"Санджая сказал:

Услышав об убиении своего отца при помощи обмана (Дхриштадьюмной), вершителем греховных дел, сын Дроны залился слезами и преисполнился гнева... И вытирая все снова и снова слезы, ...он сказал Дурьйодхане такие слова: "Я узнал сейчас, как отец мой, сложивший оружие, был повержен низкими людьми и как был совершен нечестивый поступок (царем), прикрывающимся знаменем справедливости!... Сегодня земля несомненно наполнится кровью того царя справедливости, который путем обмана заставил тогда наставника сложить оружие! Всеми средствами я буду стараться, чтобы уничтожить панчалов".

Ашваттхаман решил применить оружие нараяна. Это оружие может сокрушить любого врага, но его нельзя применять, "когда нанесено ранение в пылу битвы, когда пускаются в бегство или бросают оружие, когда обращаются к врагам с просьбой о пощаде или прибегают к защите, ища убежища..." (Дронапарва, гл. 166, шл. 43 - 50).

В лагере пандавов Юдхиштхира сказал Арджуне, что многие кауравы после убийства Дроны обратились в бегство. Дхананджая ответил, что Ашваттхаман будет мстить Дхармарадже за то, что он "прибег тогда к неправде в обличье правды!" (Дронапарва, гл. 167, шл. 33 - 39) Этот поступок пятнает оставшуюся жизнь пандавов, ведь "наставник наш убит (нами) ради кратковременной верховной власти!" (Дронапарва, гл. 167, шл. 40 - 46). И вот теперь пандавы отплатили наставнику "коварством ради обладания царством!" (Дронапарва, гл. 167, шл. 47 - 50).

Дхриштадьюмна ответил Арджуне, что если убийство Бхишмы он называет справедливым, то почему тогда убийство Дроны он считает несправедливым. Сын Друпады сказал, что он не считает себя грешником, а также и Юдхиштхиру, а вот Дрона был "ненавистником учеников своих" и достоин смерти. После этих слов наступило молчание, цари безмолвствовали. Только Сатьяки возмутился и сказал, что Дхриштадьюмна достоин смерти за оскорбление учителя и нет на свете греховнее людей, чем сыновья царя Друпады Шикхандин и Дхриштадьюмна. На эти слова царевич Панчалы ответил, как он может его упрекать, если он сам убил Бхуришраваса, собравшегося умереть согласно обету прая? Кауравов невозможно победить одной справедливостью. Он напомнил внуку Шини, что Юдхиштхира был обманут кауравами во время игры в кости, Драупади была унижена ими, а сами пандавы несправедливо изгнаны в лес. Сатьяки схватился за булаву, но его удержал Бхима, побуждаемый Васудевой. Сахадева сказал, что у пандавов нет более близких друзей, чем панчалы и андхаки с вришни. С большим усилием Кришна и Юдхиштхира усмирили всех.

В лагере кауравов Ашваттхаман дал клятву Дурьйодхане: "Так как сын Кунти, Юдхиштхира, приняв лишь внешний наряд добродетели, сказал наставнику, (справедливо) сражавшемуся в битве, "Оставь оружие!", я на его глазах сокрушу его войско! Отбросив добродетель, я убью затем зловредного царевича Панчалы. И право же, я убью всех их, если они будут сражаться со мною в битве. Клятвенно заверяю тебя, что это правда. Поэтому поверни обратно свое войско!" (Дронапарва, гл. 170, шл. 1 - 7).

Сын Дроны вызвал оружие нараяна. В воздухе показались стрелы, железные шары, "шатагхни, извергающие огонь, и диски с бритвообразными лезвиями". Пандавы, панчалы и сринджайи сильно напугались. "И добиваемые оружием нараяна, словно сжигаемые огнем, они были жестоко теснимы повсюду в том сражении. И в самом деле, как огонь сжигает сухую траву на исходе холодной поры, так и оружие то сжигало войско пандавов" (Дронапарва, гл. 170, шл. 15 - 23)

Кришна обратился ко всем воинам с требованием сойти с колесниц и положить оружие, потому что только так можно остановить оружие нараяна. Но Бхима продолжал сражаться. "И покрытый в пылу битвы стрелами, изрыгающими огонь, подобно змеям с пылающей пастью, Партха, казалось, был усеян золотыми стрелами" (Дронапарва, гл. 170, шл. 52 - 56). Поскольку все остальные воины прекратили бой, то вся мощь оружия обрушилась на Бхиму.

Арджуна накрыл Бхиму оружием варуна. "Ибо сам Бхима, его колесница, кони и возница, о достойнейший, покрытый там сыном Дроны, казалось находились посредине огня" (Дронапарва. гл. 171,

шл. 1 - 7).

Дронапарва, гл. 171, шл. 8 - 13:

"Санджая сказал:

...Арджуна и Васудева, те оба героя, сияющие ослепительным блеском, поспешно сойдя со своей колесницы, подбежали тогда к Бхиме. И погрузившись в тот мощный жар, возникший от силы оружия сына Дроны, оба они, чрезвычайно могучие, прибегли затем к помощи иллюзии. И тогда огонь, возникший из того оружия, не сжег их, так как они положили свое оружие, а также собственной мощи обоих Кришн. Затем Нара и Нараяна ради успокоения оружия нараяна начали с силой тащить оттуда Бхиму и все его оружие".

Сын Кунти ревел, издавая громкий крик. Когда он сошёл с колесницы и положил своё оружие, то оружие нараяна успокоилось.

Войско пандавов снова построилось, и тогда Дурьйодхана попросил Ашваттхамана снова применить то оружие. Но сын Дроны сказал, что его нельзя применить дважды. Ашваттхаман обрушил ливень стрел против панчалов, лишил Дхриштадьюмну коней и возниц. Войско панчалов пустилось в бегство, а на помощь царевичу панчалов пришёл Сатьяки. Ашваттхаман ранил их, но к ним на уже спешили Арджуна и Бхимасена, Сударшана и Вриддхакшатра, а также наследник престола чедиев. Сын Дроны убил трёх последних и вынудил бежать Бхиму.

Санджая говорит, что отряды, "с трудом сплачиваемые Говиндой и Арджуной, все еще не способны были твердо стоять там (на поле боя)" (Дронапарва, гл. 172, шл. 1 - 6). Целое акшаухини войска было уничтожено Ашваттхаманом и "внешний вид убитых невозможно было распознать" (Дронапарва, гл. 28 - 34). Воины пандавов уже не надеялись увидеть живыми Арджуну и Кришну. Увидев их, сын Дроны воскликнул "О позор, позор, все это ложно!" и убежал прочь. На своём пути он увидел Вьясу, который объяснил ему, что Кришну и Арджуну нельзя победить, потому что они являются древними мудрецами Нарой и Нараяной. И это есть дар великого Шивы. Ашваттхаман вернулся к войску и заставил его отойти для ночного отдыха.

Арджуна спросил Вьясу, "случайно пришедшего туда" к пандавам, что он видел перед собой в битве человека с копьём, который убивал его врагов, кем он мог быть. Мудрец ответил, что он видел Шиву, окружённого своей свитой. Именно ему надо поклоняться, "кто с желтоватыми глазами и (именуется) Стхану и Пуруша, - рыжеволосому и лысому, ...тому, кто принимает различные формы, ...у кого тысяча голов и тысяча глаз, тысяча рук и тысяча ног!" (Дронапарва, гл. 173, шл. 22 - 28).

Услышав трагическую весть о смерти отца, Ашваттхаман клянётся отомстить всем, причастным к его гибели. Возмущённый тем, что Дрона был убит обманным путём Дхриштадьюмной при участии Юдхиштхиры, он говорит, что использует все средства для того, чтобы отомстить сыну Кунти, сыну Друпады и всем панчалам. Ашваттхаман решает применить оружие нараяна. Это оружие он получил от своего отца. Волшебные свойства оружия уникальны: оно способно уничтожить любого врага, но с другой стороны его нельзя применить против раненых, сдающихся в плен, спасающих свою жизнь бегством. И таким образом оно не столь ужасно, как это могло выглядеть при первом взгляде. Более того, его применение можно назвать гуманным, ведь если воин нарушит эти условия, то это оружие уничтожит его самого! Таким образом даже в крайних условиях кауравы применяют, выражаясь современным языком, конвенциональное оружие. Важно и то, что ни одно волшебное оружие, не изменило кардинальным образом итоги битвы. За каждым из них можно увидеть контуры тактических приёмов боя, технических средств или банального обмана. В течение многих лет усилиями авторов эпоса и редакторов эти виды оружия были дополнены волшебными свойствами к большому удовольствию слушателей и читателей Махабхараты.

В лагере пандавов после убийства Дроны неожиданно разгорелся конфликт. Что скрывается за этим спором союзников? Арджуна обвинил Юдхиштхиру и Дхриштадьюмну в обмане и подлости. В ответ на это сын Друпады напомнил ему об убийстве Бхишмы, убитом столь же нечестным образом и назвал Дрону грешником и ненавистником своих учеников. Сатьяки выступил на защиту Дроны и назвал уже Шикхандина и Дхриштадьюмну самыми большими грешниками на земле. И тогда сын Друпады напомнил ему о подлом убийстве Бхуришраваса. Цари, сторонники пандавов, безмолвствовали. Конфликт удивительный, собрание "героев" выясняет важный вопрос: кто из них подлее... Никто не хочет выглядеть преступником в глазах безмолвных царей. Вопрос, а почему не возмутились Арджуна и Юдхиштхира? Ведь за оружие хватаются только Дхриштадьюмна и Сатьяки. В Карнапарве возникнет похожий сюжет, и тогда Арджуна будет готов обнажить свой меч против Юдхиштхиры. А вот здесь он молча выслушает обвинения в нечестном убийстве Бхишмы от Дхриштадьюмны. И только ли сведение личных счётов можно увидеть в этом споре? Если Арджуна представляет претендентов на престол, то Дхриштадьюмна и Сатьяки - это ближайшие союзники пандавов. Почувствовав, что победа возможна, союзники пандавов вместе с Арджуной затеяли распрю. Начав свою атаку, Арджуна вовсе не демонстрирует, что у него проснулась совесть. Если бы это было так, он бы не убил Бхишму. Савьясачин намекает на своё стремление стать махараджей. Молчание Юдхиштхиры свидетельствует, что он понимает: его поступок - подлость. Нападая на Арджуну, Дхриштадьюмна не только защищается, но очевидно имеет в виду, что основу коалиции составляют три акшаухини панчалов, а сам он - наследник погибшего царя Друпады и, следовательно, плоды победы должны принадлежать ему. Обвиняя сына Друпады, Сатьяки напоминает, что стратегию битвы определяют вришни и андхаки: Кришна и, разуеется, внук Шини, возглавляющий одно акшаухини. Совесть и справедливость здесь ни при чём, все эти люди - подлецы. Они готовы апеллировать к справедливости только потому, что ожидают поддержки от молчащих царей. А действительно ли они молчали, если спор принял столь ожесточённый характер? Распрю, грозящую убийством, остановил Кришна, который подсказал Бхиме и Сахадеве, как остановить неожиданно вспыхнувшую вражду между союзниками. Это совсем не означает, что он миротворец, просто ещё не пришло время сводить счёты.

В разговоре с Дурьйодханой Ашваттхаман говорит, что Юдхиштхира сказал Дроне оставить оружие, чтобы отец мог увидеться с ним. О "слоне" он даже не упоминает. Юдхиштхира солгал, "приняв лишь внешний наряд добродетели", когда предложил одному Дроне без охраны подойти к раненому (а не убитому!) Ашваттхаману. Он говорит, что убьёт Дхриштадьюмну и ему наплевать на дхарму ("отбросив добродетель"). Вряд ли в этом надо видеть то, что он тоже будет нарушать правила боя. Ашваттхаман их не нарушит, когда применит оружие нараяна. А вот по авторскому замыслу эти слова станут потом предлогом для того, чтобы обосновать нападение на спящих Крипы, Ашваттхамана и Критавармана уже после поражения на поле Куру. Но не будем обгонять события...

Волшебные свойства оружия нараяна не помогли кауравам. Но они помогли выиграть время. В описании свойств этого оружия можно увидеть поджог травы горящими стрелами. Об этом говорят слова, что "внешний вид убитых было невозможно распознать". В сказании много раз говорится об огне, а, когда Бхима продолжил бой и попал в трудное положение, то ему на помощь пришёл Арджуна с оружием варуна, И это естественно, пожар следует тушить водой. Пандавы спаслись тем, что отступили за водную преграду. Но даже и в этом случае они не обошлись без обмана ("прибегли затем к помощи иллюзии"). Обман для них - главное оружие, начиная с поджога оружейного склада и гибели людей в смоляном доме. Невозможность применить это оружие против раненых, сдающихся в плен и спасающихся бегством ясно свидетельствует о том, что кауравы не такие жестокие, как пандавы при сожжении Кхандавы или при сожжении оружейного склада и смоляного дома, когда гибнут вообще невиновные люди. И то, что его нельзя применить дважды понятно, ведь однажды сгоревшая трава не загорится вновь.

После пожара отряд Ашваттхамана продолжает преследовать панчалов. Кришна и Арджуна организовывают своих сторонников. В эпосе очень редко можно найти строки, где Кришна и Арджуна занимаются расстановкой воинов. Зато целые страницы посвящены описанию бесконечного числа стрел, слетающих с его лука. Спасение Кришны и Арджуны воины расценили как чудо. Ашваттхаман мог изменить судьбу сражения, но что-то пошло не так. Сын Дроны чувствовал себя опозоренным, он не исполнил клятвенного обещания Дурьйодхане. Ему не удалось убить Юдхиштхиру, Дхриштадьюмну, Арджуну и Кришну.

Появление Вьясы и его беседу с сыном Дроны вряд ли можно считать реальными. Слишком уж ожидаемы его слова о божественности обоих Кришн. А вот перед Арджуной он появляется случайно. Цену этой случайности мы помним ещё с тех пор, когда он также "случайно" встретился в лесу с пандавами после сожжения смоляного дома и оружейного склада. Эти слова предназначены для наивных слушателей и читателей эпоса. Они не должны догадываться о том, что тень Вьясы стоит за многими событиями эпоса.

Арджуна говорит Вьясе, что часто видел, как ему на помощь приходили неизвестные люди. Мудрец отвечает, что это был Шива со своими специфическими отрядами, предпочитающими нападать в том месте и тогда, когда их меньше всего ожидали, меняя свой облик. Шива в описании Вьясы предстал неожиданно: рыжеволосый и лысый, а через несколько строк он уже "краснобурый и с золотистыми локонами". Это трудно совместить в одном человеке, возможно, Махадева использовал грим. Но легко можно представить, что под маской Шивы появляются разные люди сразу в нескольких местах. Вероятно, и бессмертным он стал благодаря такой многолетней эстафете. Слова Вьясы о том, что Шива обладает Вишварупой, как и Кришна, сразу заставляют вспомнить о видении Арджуны "вселенской формы" в 11 главе Бхагавадгиты. Иначе говоря за маской Шивы скрывается такая же организация, поэтому Вьяса и говорит о тысяче голов, рук, ног, глаз. Речь идёт о шпионах, осведомителях, гонцах, убийцах. Мудрец сотрудничает с обеими "вселенскими формами", но ведёт свою игру.

Эпизод 14. Обет Карны.

После гибели Дроны Вайшампаяна сообщает, что Карна, "учинивший недругам своим в той схватке великое побоище, на глазах у всех сынов Дхритараштры сражен был Пхальгуной" (Карнапарва, гл. 1, шл. 13 - 17).

Санджая прибыл в Хастинапур и стал в подробностях рассказывать о последних событиях на поле Куру. Узнав о гибели Вайкартаны, Дхрираташтра, Гандхари и "другие женщины гарема" от горя не находили себе места. "Глядя на своих жён", царь безмолвствовал. Санджая рассказал, что от рук Бхимасены пал Духшасана и советник Дхритараштры Вришаварман, Абхиманью убил Лакшману и сына Джарасандхи Джаятсену, Дхриштадьюмна - сына Духшасаны Бахушалина, Арджуна - сына Карны Вришасену и братьев Шакуни Вришаку и Ачалу.

По просьбе Дхритараштры Санджая перечислил оставшихся в живых кауравов. Среди них были три сына Карны, Санджая назвал имя одного из них, его звали Сатьясеной. Царь никак не мог смириться с мыслью о гибели Карны. Придя в себя, он стал задавать вопросы суте.

Карнапарва, гл. 5, шл. 14 - 26:

"Дхритараштра сказал:

Как же так случилось, что Карна, первый среди колесничных бойцов, муж-тигр, чьей мощи невозможно противостоять, сражён был на поле брани Партхой? Ведь он, полагаясь на мощь своих рук, обычно не ставил ни во что ни Ачьюту, ни Завоевателя богатств, ни вришнийцев, ни кого-либо другого?... Ведь прежде он уже одолел сильнейших, необоримых противников: гандхаров, мадраков, матсьев, тригартов, тунгаков, шаков, пундров, нишадов, вангов с кичаками, ватсов, калингов, таралов, ашмаков, ришиков - и всех их, осилив в битве, сделал своими данниками!... Царь Магадхи (Джарасандха), привлекши его дружеским обращением, почестями, лестью и выгодами на свою сторону, сумел пленить всю правящую землей кшатру, кроме только кауравов и ядавов!..."

Дхритараштра говорит, что с помощью обмана были убиты Бхишма и Дрона, и он не может поверить в гибель Карны. Царь спрашивает Санджаю, кто был рядом с Карной, не был ли он оставлен друзьями? Гибель великих воинов не даёт покоя царю и он говорит" "Использовав выгодный случай и, главное, с помощью обмана убили их обоих; так я слышал о гибели Бхишмы и Дроны! Ведь ни Бхишму, ни Дрону не смог бы сразить в бою даже сам Владетель ваджры, если бы бой шел по правилам, поверь мне!

Как могла Смерть коснуться в битве героя, подобного Индре, отважного Карны, мечущего в цель бесчисленные стрелы? Сам Пурандара дал этому губителю в обмен на серьги волшебное, блещущее подобно молнии, изукрашенное золотое копье; а в сандаловой пыли у него хранилось вложенная (в золоченый тростниковый футляр), оперенная, змееглавая, украшенная золотом, губительная для недругов волшебная стрела. Презревши всех героев, великоколесничных бойцов, во главе с Бхишмой и Дроной, он воспринял от сына Джамадагни знание грозного оружия Брахмы... Еще, развеяв тысячи колдовских чар, он поразил копьем Шакры неистового в битве Гхатоткачу, Индру ракшасов. Из страха перед ним даже отважный Завоеватель богатств все эти дни не решался сойтись с ним на бранном поле в колесничном поединке; так как же могло случиться, что пал он в битве? Как он мог быть убит врагами, если только не увязла в земле его колесница, не сломался лук, не иссякло оружие?... Коли ты говоришь мне, что он сражен, - значит лук его несомненно сломался, либо колесница увязла в земле, либо не стало под рукой оружия; не могу представить себе другой причины его гибели!" (Карнапарва, гл. 5, шл. 57 - 63, 64 - 75).

Царь напоминает Санджае, что Карна, "исполнившись сострадания", пощадил Бхимасену и Сахадеву, что Юдхиштхира не мог спать спокойно из страха перед ним в течение 13 лет. Дхритараштра спрашивает, как случилось, что Шалья стал возницей Карны? Царя смущают многие обстоятельства гибели Карны. "Какие воины охраняли во время битвы правое колесо (колесницы) Сына суты, какие - левое, кто с тыла защищал героя? Кто были те храбрецы, что не оставили Карну, и кто - те трусы, что бежали в страхе? И как могло случиться, когда вы все (сражались) вместе, что был убит великоколесничный воин Карна? И как отважные Пандавы смогли приблизиться к великоколесничному бойцу в то время, как он изливал ливни стрел, словно облако - потоки воды? И как случилось, что та волшебная, змееглавая, превосходнейшая из стрел не достигла тогда своей цели, - поведай мне о том, о Санджая!" (Карнапарва, гл. 5, шл. 101 - 105).

Санджая рассказал, что в лагере кауравов вечером после гибели Дроны Ашваттхаман предложил Дурьйодхане назначить Карну полководцем всего войска кауравов. Сын Дхритараштры обратился с этим предложением к Вайкартане. Карна согласился. Цари совершили над Карной обряд "окропления", используя рога быков, носорогов и бивни слонов.

Войско кауравов под командованием Карны построилось на поле Куру ещё до восхода солнца.

Санджая прибыл в Хастинапур и сообщил Дхритараштре, что погиб Карна. Царь, Гандхари, все жёны и женщины гарема были вне себя от горя. Санджая перечислил царю погибших кауравов и оставшихся в живых воинов. Среди последних он назвал трёх сыновей Карны.

Безутешный Дхритараштра задавал вопросы, как могло случиться, что погиб Карна. Царь говорит, что Дурьйодхана надеялся на его воинское искусство, опыт и доблесть. Из слов Дурьйодханы становится понятно, что Карна не уважал Кришну, Арджуну и весь род вришниев ("ставил ни во что"). Он вспоминает о прежних победах Карны, когда им были покорены многие народы. В Критическое издание эти сказания не вошли, и нам о них подробности не известны, кроме кратких упоминаний. Список покорённых народов большой и, учитывая милосердие Карны, можно предположить, что часть этих побед была дипломатической.

Из слов царя можно понять, что особые отношения у Карны были с Джарасандхой, непримиримым врагом Кришны. Царь Магадхи дорожил союзом с Карной, оказывал ему почести и вместе с ним участвовал в походах. Завоевания Джарасандхи, описанные в Сабхапарве, стали возможны благодаря союзу с Карной. Но в истории войн Джарасандхи, которую пандавам рассказывает Кришна, ничего не говорится о вкладе Карны в победу царя Магадхи. Странно звучат слова Дхритараштры, что Джарасандха использовал лесть, чтобы привлечь Карну на свою сторону. Обычно к лести прибегает человек с низким социальным статусом. Но махараджу Джарасандху точно нельзя отнести к людям такого ранга. И зачем ему было льстить Карне? Вполне вероятно, что его восхищение Карной было искренним. "Льстец же подобен хамелеону", - говорил Плутарх. Царю Магадхи не было нужды притворяться, угодничать перед Карной, для него это унизительно. Дружба несовместима с ложной хвалой. Лестью является неискреннее восхваление кого-либо с целью добиться от него благосклонности. Карну невозможно пленить лукавой похвалой, лесть для него была синонимом обмана, коварства и хитрости. В современных сербохорватском, словенском, чешском, словацком и польском языках это слова имеет именно такое значение. Карна говорил: "Больше смерти я боюсь обмана". Для брахманов же лесть была нормальным явлением, поэтому редакторы эпоса и вложили эти слова о лести в уста Дхритараштры.

Карна и Джарасандха, по словам царя, покорили многие народы, кроме кауравов и ядавов. Исключение кауравов из этого списка понятно, но почему поражения избежали ядавы? Как известно, Кришна был из племени ядавов, родственного бходжам. В Сабхапарве шла речь о походах Джарасадхи и покорения им бходжей, панчалов, матсьев, кунтиев и других народов. Ядавы вынуждены были бежать в Двараку. И тогда "восемнадцать младших семей (ядавов)" приняли решение отомстить Джарасандхе (Сабхапарва, гл. 13, шл. 34 - 38). Редакторы эпоса не могли так унизить Кришну, поэтому устами Дхритараштры они поставили их наравне с кауравами. Но царь не мог такое сказать.

Напоминая о гибели Бхишмы и Дроны, царь снова говорит об обмане. Он уверен, что, если бы пандавы воевали по правилам, то они не одержали бы победы. И эти же слова говорит Кришна: "Отбросив справедливость, о Пандава, следует теперь придумать хитроумный замысел для одержания победы" (Дронапарва, гл. 164, шл. 66 - 73). Без обмана победы пандавов бы не было. Говоря о "выгодном случае", царь тем самым даёт понять, что роковой удар по вождям кауравов был нанесён в тот момент, когда они себя не защищали и не ждали удара со стороны противника.

Дхритараштра продолжает задавать риторические вопросы, которые звучат так, словно ответ ему уже известен: не был ли оставлен Карна друзьями, не увязла ли в земле его колесница (формальная причина гибели Карны), почему возницей стал Шалья, кто были те трусы, которые бежали в страхе, как мог Арджуна одержать победу над Карной, если "из страха перед ним" он "все эти дни не решался сойтись с ним на бранном поле в колесничном поединке"? Возникает такое впечатление, словно авторы эпоса этими вопросами уводят нас от понимания сути событий и боятся прямо рассказать об обстоятельствах битвы. А ведь в этих вопросах подспудно звучит тема предательства. Это и есть настоящая причина гибели Карны. Но назвать её прямо авторы эпоса не решаются: это развенчает их героев Кришну и Арджуну.

Царь напоминает, что ни копьё Амогха, ни змеевидная стрела не помогли Карне. Для слушателей и читателей эпоса тут речь идёт о чудесном оружии. Этот вопрос уже раньше разбирался в эпизоде "Две стрелы в колчане Карны", на самом деле "волшебным оружием" являются Рама Джамадагни и Ашвасена. Карна рассчитывал в собрании царей в "Бхишмапарве", что на поле Куру он одержит победу мгновенно, предъявив всему войску пандавов виновников ограбления "золотого алтаря" в Кхандаве Кришну и Арджуну. Обвинителем должен был выступить Рама Джамадагни (копьё Амогха), а свидетелем его сын Ашвасена (змеевидная стрела). Это и есть "оружие Брахмы"! Но в ночном бою в схватке с Гхатоткачей Рама Джамадагни исчез, он не погиб, поскольку потом появится в эпосе под именем Вишвамитры. И теперь у Карны в "колчане" только одна "стрела" - Ашвасена. Вайкартана - противник кровопролития, он до конца надеялся сохранить жизни как можно большему количеству воинов.

Дхритараштра говорит Санджае о том, что Карна сохранил жизнь Бхимасене и Сахадеве после того, как победил их. Милосердие является основным качеством характера Вайкартаны, и оно определяет многие его поступки. За год с небольшим до начала войны в Араньякапарве Карна говорит Сурье: "Принесу ли я себя в жертву во время битвы, совершив ратный подвиг, или, наоборот, одолею в битве недругов, все равно я достигну славы и смогу защитить робких, просящих пощады на поле брани" (гл. 284, шл. 35 - 39). Погибнет ли он, одержит ли победу - это не столь важно, главное - сохранить жизни людям. Доброе имя ему дороже всего на свете. "Я сберегу свою честь, пусть даже ценою жизни, - вот мой обет" (там же). Это его кредо! Он будет сражаться по правилам боя, даже если его жизни будет угрожать опасность. Льстить такому человеку невозможно. Вот почему Джарасандха не мог быть льстецом.

Санджая говорит, что Ашваттхаман предложил назначить полководцем Карну. Цари совершили обряд и войско приготовилось к битве.

Эпизод 15. План Ашваттхамана.

Пандавы построили свои войска в форме полумесяца, а Карна расположил кауравов боевым порядком "макара".

В поединок вступили каурава Кшемадхурти и Бхимасена. Пандава бросил в своего противника железное копьё, но каурава расщепил его 10 стрелами, поразил пикой Бхиму, а вслед за тем поверг его слона железными стрелами. Соскочив со слона, Бхима "пеший, сокрушил слона своего противника палицей" (Карнапарва. гл. 8, шл. 39 - 45). Кшемадхурти спрыгнул со своего слона и погиб от удара палицы Бхимы.

Сатьяки сражался с братьями кекаями Виндой и Анувиндой, Дурьйодхана - с Юдхиштхирой, Арджуна - с саншаптаками, Сахадева - с Духшасаной, Ашваттхаман - с Бхимасеной. Сын Дроны поразил пандаву стрелой в лоб, Бхимасена сделал то же самое, но уже тремя стрелами. Бой между ними длился долго, пока их раненых не вывезли возницы.

Арджуна сражался с саншаптаками. "Слонов, коней и колесницы с едущими на них воинами многими тысячами стрел отсылал Пандава в той битве в обиталище Ямы" (Карнапарва, гл. 12, шл. 2 - 9). Вызов ему бросил Ашваттхаман. Он поразил Кришну 60-ю стрелами, а Бибхатсу - тремя. Арджуна рассек его лук, но он взял другой и поразил Васудеву тремя стрелами, а пандаву - тысячью стрел. Затем Ашваттхаман поразил Арджуну миллионами и сотнями миллионов стрел, но каждую из них Арджуна расщепил на три части. Стрелы пандавы разили "на расстоянии целой кроши" (Карнапарва, гл. 12, шл. 36 - 43). Арджуна перерубил поводья и кони унесли сына Дроны с поля боя.

На левом крыле войска пандавов царь магадхов Дандадхара избивал их, и Кришна сказал Арджуне, чтобы он убил его, а потом уже сражался с саншапатаками. Сын Кунти отправил царя магадхов в царство Ямы, а затем и его брата Данду.

Кришна обратился к Арджуне, описывая поле боя, убитых воинов, коней и слонов. Он говорит, что раненые воины просят пить, "одни умирают, напившись воды, другие - пока её пьют" (Карнапарва, гл. 14, шл. 1 - 58).

Союзник пандавов Пандья вступил в бой с Ашваттхаманом и убил четырёх его коней. Племянник Крипы послал в него "сто тысяч стрел". "За одну лишь восьмую часть дня сын Дроны обрушил (на врага) столько оружия, сколько привезли восемь телег, запряженная каждая восемью быками" (Карнпарва, гл. 15, шл. 27 - 34). Ашваттхаман поразил четырёх его коней, убил возничего, в мелкие куски сокрушил колесницу. Владыка Малаи взобрался на слона и ринулся против сына Дроны. Ашваттхаман убил его и шестерых бойцов с ним 14 стрелами: "Пятью он отсек стопы их ног и хобот слона, тремя - голову и руки царя, а шестью остальными сразил наделенных необычайным блеском и величием шестерых великоколесничных бойцов, которые следовали за царем пандьев" (Карнапарва. гл. 15, шл. 39 - 42).

После гибели Пандьи Кришна сказал Арджуне: "Погляди (туда, где находится) почтеннейший царь. Отступает воинство Пандавов! Исполняя замысел Ашваттхамана, Карна сокрушил сринджаев; великое побоище учинил он людям, коням и слонам!" (Карнапарва, гл. 16, шл. 4 - 8).

Против Карны выступили сыновья царя панчалов и сыновья Драупади, Накула, Сахадева и Сатьяки. Духшасана вёл бой с Сахадевой. Они посылали друг в друга множество стрел. Сахадева метнул свой меч в каураву, и он рассек его лук. Пандава послал в него смертоносную стрелу, но её рассек каурава, бросив в неё свой меч. Духшасана Послал в пандаву 64 стрелы, но каждую из них рассек Сахадева пятью своими. Пандава ранил каураву, и его вывез возница с поля боя.

Накула выступил против Карны. Вайкартана нанёс ему поражение, убил четырёх коней, разнёс в щепки колесницу, сразил "стражей колес". Приблизившись к пандаве, он набросил ему на шею свой лук и с улыбкой сказал, чтобы он сражался с равными себе, а ещё лучше шёл бы домой. Сахадева отправился к колеснице Юдхиштхиры.

Солнце достигло зенита, когда Карна учинил пандавам великое побоище. Истребляемые им, сринджаи бежали в разные стороны.

Улука сражался с Юютсу. Он снёс голову возничему, поразил четырёх коней и тяжело раненный Юютсу перешёл на другую колесницу. Крипа нанёс поражение Дхриштадьюмне, и тот бежал к тому месту, где находился Кришна.

Сотни тысяч кауравов, налетев на Арджуну, нашли свою смерть. Сатьясена ранил пикой левую руку Кришны. Связанные клятвой окружили Арджун, но он вызвал "оружие Индры" и из него возникли тысячи стрел.

Дурьйодхана сражался с Юдхиштхирой и терпел поражение, но ему на помощь пришли Ашваттхаман и Карна. Вайкртана многих воинов обратил в бегство. Арджуна отражал стрелы Карны, но тут "Солнце достигло Горы Заката и скрылось".

Воины разошлись по своим шатрам.

Описание битвы в эпосе носит сказочный характер. С одной стороны мы должны быть благодарны авторам Махабхараты, что они сохранили это сказание, а с другой стороны они настолько видоизменили историю тех событий, что реальность почти не поддаётся восстановлению. Негодяев сделали героями, а людей чести превратили в "злокозненных" персонажей. В многих сюжетах вымысел, ложь, искажения определяют ход событий. Большая часть поединков в ходе битвы носит нереальный характер. Конкретные детали боёв просто несовместимы с логикой. Но без анализа их трудно понять ход сражения. Вот и приходится рассматривать эти поединки в надежде найти отдельные детали, из которых потом можно попытаться сложить мозаику картины событий.

Бхима вступает в бой с Кшемадхурти и бросает в него копьё, но каурава расщепляет его в полёте 10 стрелами. Но разве это возможно? Копьё летит максимум 30 - 40 метров в течение 2 - 3 сек. и за это время невозможно выпустить 10 стрел. Соскочив с падающего слона, Бхимасена палицей убивает слона своего противника. Но одним ударом убить слона нереально. А в этот момент ведь Кшемадхурти может поразить Бхимасену. Но у авторов эпоса своя логика, вслед за убитым слоном падает убитым и Кшемадхурти. Далее происходит поединок Ашваттхамана и Бхимасены. И как всегда, Бхима герой и здесь. Сын Дроны поражает его стрелой в лоб, а Бхима отвечает на это уже тремя стрелами. И тоже в лоб! И вот при такой меткости никто не погибает - так видят бой авторы эпоса.

Арджуна посылает в саншаптаков многие тысячи стрел. Физически такое для одного человека невозможно. Ашваттхаман вступает в бой с ним. Забавно, создатели эпоса сообщают, что сын Дроны посылает в Кришну 60 стрел, а в Арджуну всего лишь три стрелы. Но тут же он исправляется и, взяв другой лук, уже Кришну поражает тремя стрелами, а Арджуну тысячью стрел. А потом миллионами и сотнями миллионов стрел! Удивительно, как в эпосе сочетаются иногда совершенно реалистический подход с абсолютно фантастическим. Вот в эпизоде с сожжением смоляного дома авторы прямо указали, что оружейный склад и смоляной дом подожгли по приказу Юдхиштхиры. Правда это не помешало им объявить виноватым в этом Дурьйодхану. А в эпизоде боя Ашваттхамана с Арджуной на сотни миллионов стрел кауравы пандава послал в два раза больше. Пусть читатели и слушатели эпоса восхитятся учеником Кришны.

Эпос не даёт описание тактики битвы, на каждой странице только бесконечные фантастические поединки. Это сильно затрудняет понимания хода битвы. В какой-то момент Кришна описывает поле боя и говорит, что раненые воины стремятся утолить жажду и, напившись воды, они умирают! Складывается впечатление, что источник воды просто отравлен. Возможно, многим это покажется удивительным, но Кришна использует все средства для уничтожения врагов.

Ашваттхаман вступает в бой с Пандьей. И снова речь идёт о сотне тысяч стрел. За полтора часа (восьмую часть дня)! Авторы эпоса сообщают любопытную деталь, что это количество стрел разместилось на восьми телегах, в каждую из которых впряжено восемь быков. Эти странные подробности также выдуманы. Вот любят брахманы символику, поэтому и повторяется тут три раза цифра "восемь". Но эта же символика приводит к бессмыслице. Как можно в одну телегу запрягать восемь быков! Это сколько же должен весить груз, если их везут восемь быков? А ведь на телегах в основном стрелы, вес которых не слишком велик. Вместе с тем приведена и ещё одна любопытная деталь: 16 стрел, пущенных Ашваттхаманом, отсекли четыре ноги, хобот слона, голову и руки царя и убили шесть бойцов, сопровождавших его. Меткость поразительная! Все стрелы поразили цель. И как могли "миллионы стрел" не убить чуть раньше Арджуну? Логики в описании битвы нет.

Кришна говорит Арджуне, что исполняя замысел Ашваттхамана, Карна разбил сринджаев и вынудил их бежать. Трудно сказать, в чём состоял этот план, но если он оказался эффективным, значит кауравы действовали согласно ему. Но откуда Кришна знает о замысле сына Дроны? А если он знаком с ним, следовательно это говорит о том, что его агенты в лагере кауравов поставляют ему информацию регулярно. Под подозрением (это выяснится позже) находятся Критаварман, Крипа, Шалья и, возможно, Санджая. Вообще эпос излагает события с точки зрения интересов пандавов. Мы узнаём о плане Ашваттхамана не от кауравов, а от их противников.

Любой поединок вызывает массу вопросов о его достоверности. Духшасана с Сахадевой ведут бой на близком расстоянии. Когда Духшасана рассек лук своего противника стрелой, то Сахадева бросил в него свой меч и рассек им уже его лук. Когда пандава взял второй лук, то его рассек уже каурава, бросив в него свой меч. Следовательно, между ними не больше 30 метров дистанции. И вот с этого расстояния Духшасана посылает 64 стрелы, но каждую из них Сахадева рассекает пятью своими. Если скорость полёта стрелы принять равной 65 - 70 м/сек, то она преодолеет 30 метров за полсекунды. Выстрелить из лука пять раз за полсекунды Сахадева не сможет, а ведь нужно ещё попасть в стрелу. Реальность в подобном поединке равна нулю.

Карна встретился в поединке с Накулой, победил его и пандава бросился бежать. Вайкартана догнал его, набросил ему на шею свой лук и с насмешкой сказал ему, чтобы он отправлялся домой. Он сохранил ему жизнь, как ранее уже было с Бхимой и Сахадевой. Удивительное милосердие! Кажется на поле боя только он сохраняет человечность. А ещё этот факт говорит о том, что он уверен в победе.

Уже к полдню Карна одержал победу. Сринджаи бежали. Любопытно, что Накула и Дхриштадьюмна, потерпевший поражение от Крипы, ищут спасение возле Кришны и Арджуны. Не говорит ли это о том, что они оба находятся в безопасном месте в тылу? А ведь формально Арджуна ведёт себя как герой. Об этом можно прочитать на всех страницах эпоса, где он появляется. Только мы хорошо знаем цену этого "геройства": оба они Арджуна и Кришна мастера ночных убийств. И не забудем, в течение последнего года перед битвой, когда пандавы жили у Вираты, они не прикасались к оружию. Гарем, кухня, загоны для скота - вот где они развивали свои способности.

Эпос сообщает, что Арджуна убил сотни тысяч саншаптаков. Но это обычная гипербола. Даже пустую руку поднять тысячу раз вверх трудно, а уж одному человеку убить тысячу человек из лука нереально. Удивительно, но Сатьясена ранил Кришну в левую руку. Если это так, то как он мог держать вожжи одной рукой и управлять колесницей? Тем более, если ранение было пикой, а это значит с близкого расстояния, то где был Арджуна? А ведь он когда-то говорил Бхуришравасу, что любой из его сторонников находится в безопасности рядом с ним и "ни один, принадлежащий к моей стороне, не может быть убит (никем), пока он будет находиться в пределах досягаемости моих стрел" (Дронапарва, гл. 118, шл. 23 - 28). И если уж пика Сатьясены достигла руки Кришны, то ведь она могла достичь и головы. Вот такой герой, убивал сотни тысяч противников, а позволил ранить своего возницу...

В самом конце дня авторы эпоса сообщают, что Арджуна вдруг вступил в бой с Карной, но тут зашло Солнце. Сомнительное утверждение, потому что после сражения вечером этого дня Карна скажет Дурьйодхане, что боя между ними до сих пор не было: "Из-за множества других деяний, которые предстояло совершить мне и Партхе, поединок наш с Арджуной не мог состояться ранее" (Карнапарва. гл. 22, шл. 29 - 34).

Эпизод 16. Спор Карны и Шальи.

На рассвете следующего дня Карна сказал Дурьйодхане, что поединок его с Арджуной ранее не мог состояться "из-за множества других деяний", но теперь время пришло и он к нему готов. Вайкартана сравнивает свои возможности с возможностями Арджуны и говорит, что преимущество на его стороне, ведь у него есть лук Виджая, который "Шакра даровал Бхаргаве, а Бхаргава передал мне... Этим луком, который дарован Рамой, о чудесных деяниях которого сам Бхаргава мне поведал, я и буду биться против Пандавы" (Карнапарва, гл. 22, шл. 35 - 40). Карна просил Дурьйодхану, чтобы его возничим был Шалья, потому что только он способен управлять колесницей лучше Кришны.

Сын Дхритараштры обратился к Шалье с речью, где сказал, что Бхишма и Дрона "убиты с помощью обмана" и теперь Карна возглавляет войско, а его возницей должен быть Шалья. Услышав слова Дурьйодханы, царь мадров возмутился, что он, как раджа, не должен быть возничим Сына суты. Сын Дхритараштры сказал сказал, что как Карна превосходит Арджуну. так Шалья превосходит Кришну в умении править конями. Потом он расcказал ему легенду о разрушении Трипуры Шивой, колесницей которого правил Брахма и произнёс: "И если Карна в битве равен Рудре, то ты равен Брахме, о безгрешный!" (Карнапарва, гл. 24, шл. 125 - 128). Затем Дурьйодхана рассказал Шалье ещё одну легенду о Раме Джамадагни, который передал "все свое знание военной науки великому духом Карне! Будь за Карной хоть какой-нибудь грех, о царь, - не дал бы ему тогда волшебного оружия потомок Бхригу!" (Карнапарва, гл. 24, шл. 157 - 1610. Шалья согласился и сказал, что он может быть возницей даже у самого Шакры. Колесницу Карны "освятил жрец его царского рода" (Карнапарва, гл. 26, шл. 8 - 10).

Дурьйодхана напутствовал Вайкартану словами, что он должен пленить Юдхиштхиру и сразить кого-нибудь из пандавов. Карна обещал: "Да сражу я завоевателя богатств, Бхимасену, обоих Близнецов и царя Юдхиштхиру!" (Карнапарва, гл. 26, шл. 22 - 25). Шалья возразил ему, что он зря пренебрегает пандавами. Карна сказал, что его колесница "дарована самим Рамой", поэтому ему ничего не страшно. Царь мадров напомнил ему о подвигах Арджуны при похищении Субхадры, "при том, что сам младший брат Индры мужей (Кришна) стерег обитель ядавов так же (бдительно), как царь бессмертных хранит свое небо" (Карнапарва, гл. 26, шл. 61 - 69). Не забыл они и другие подвиги Арджуны: сожжение Кхандавы, бой с гандхарвами в Двайтаване, победу над кауравами при угоне скота в царстве Вираты. Карна возразил ему, что восхищаться Арджуной он может только после его победы. Шалья замолчал.

По дороге Карна расспрашивал встречных воинов, где может находиться Арджуна: "Кто скажет мне, где Кешава с Арджуной, тому я, сразив обоих Кришн, отдам все их богатства!" (гл. 27. шл. 1 - 12). С усмешкой отвечал ему Шалья, что пусть он не спешит этого делать, ведь он всё равно их встретит. Карна сказал, что только "враг под личиной друга" может не желать ему победы. Царь мадров продолжил свои оскорбления, уподобляя Карну глупцу, зайцу, шакалу, теленку, собаке. Карна ответил, что он хорошо знает свои достоинства и недостатки и зря Шалья пытается внушить ему страх и неуверенность. Вайкартана привёл слова некоего брахмана о том, что с "мадраками" нельзя заключать союз и дружбу, они лживы, а женщины их порочны, бесстыдны, прожорливы и потеряли честь. Чуть позже он добавил, что не остановится и напомнил ему слова Рамы Джамадагни: "Помнишь, что рассказывал прежде наставник мой, Рама, об участи, ожидающей мужей-львов, которые, не обращаясь вспять, расстаются в битвах с жизнью? Знай, что я, решившись спасти наших и погубить недругов, твердо следую примеру превосходнейшего Паурураваса! Я не знаю, пожалуй, во всех трех мирах такого существа, о мадрака, которое могло бы остановить меня на пути к нашей цели! Зная это, умолкни: зачем из трусости столько пустословишь? Но я не убью тебя и не брошу пожирателям падали, о презреннейший мадрака!

Во имя (прежней) дружбы, из уважения к сыну Дхритараштры и повинуясь приказу — по этим трем причинам оставляю тебя в живых!" (Карнапарва, гл. 27, шл. 92 - 105).

Несмотря на предупреждение прекратить разговоры, Шалья продолжил свои оскорбления. Он рассказал притчу о наглой, глупой вороне, вступившей в спор с лебедями, кто из них может пересечь океан, и проигравшей его. Царь мадров уподобил Карну вороне: "Как та ворона питалась объедками при семье вайшьи, точно так и ты кормишься объедками при сыновьях Дхритараштры!.. Зная это, не смотри свысока, о Сын суты, на Ачьюту с Арджуной! Они — мужи-львы, а ты — собака. Лучше бы тебе помолчать, бахвал!" (Карнапарва, гл. 28, шл. 55 66). И снова он напомнил ему о подвигах Арджуны при дворе Вираты во время угона скота и при нападении гандхарвов в Двайтаване.

Карна ответил, что он хорошо знает о возможностях Арджуны и Кришны, но его угнетает мысль о проклятии Рамы.

Карнапарва. гл. 29, шл. 4 - 7, 18 - 25, 26 - 27, 31 - 39:

"Санджая сказал:

Выслушав из уст владыки мадров эту нелестную для себя речь, сын Адхиратхи не поверил ей и отвечал Шалье:

"Для того чтобы заполучить волшебное оружие, жил я некогда у Рамы, скрываясь под видом брахмана. Но мне воспрепятствовал в этом царь богов, радеющий о пользе Пхальгуны, о Шалья! Когда, приняв обличье отвратительного червя, он прогрыз отверстие и вошел в мое бедро, то я, из страха (разбудить) наставника, даже не шелохнулся. Однако дважды-рожденный, проснувшись, все увидел. И я тому великому святому мудрецу ответил на его расспросы: «Я есмь сута!». Он же предал меня проклятию: «Обманом, о сута, добыл ты это оружие, и потому в самый нужный миг ты не вспомнишь (о том, чтобы применить) его». Но сегодня, в этой шумной и грозной битве это оружие — в полном моем распоряжении, любезный!...

В этот грозный смертный час, когда сам Дурьодхана вышел на битву, я, желающий (по долгу дружбы) осуществления его цели, последую за ним, хотя мы и не вполне единодушны. Друг должен быть нежен с другом, радовать его, делать приятное, выручать из беды, веселить его, о даритель гордости, и с самого начала (друг) проявляет это в речах; все это налицо в моем отношении к Дурьодхане. Врагу положено губить, карать, мучить, вредить, быть надменным, бесконечно терзать нас злыми пророчествами; почти все это налицо в твоем отношении ко мне! Для блага Дурьодханы, для того, чтоб досадить тебе, ради славы, ради собственного блага и блага Ишвары сегодня я со всем рвением буду сражаться против Партхи и Васудевы...

Мысленным повелением я обращу на Партху, обеспечив себе победу, не имеющее равных, неодолимое оружие Брахмы! И благодаря ему не спасется от меня в битве Арджуна, если только не увязнет сегодня в рытвине колесо моей колесницы!..

Когда ты будешь сражаться, тебя средь битвы охватит страх и колесо твое увязнет в углублении колеи!» —предрек мне один брахман...".

Карна продолжил свою речь: "Ты дерзко оскорбил меня — в этом сила человека ничтожного! Ты, злоумный, не можешь равняться со мной достоинствами, потому и предаешься безудержной похвальбе! Не для того был рожден Карна, о почтеннейший, чтобы в этом мире (перед кем-либо) испытывать страх! Нет, я явился на свет для доблести и славы!" (Карнапарва, гл. 30, шл. 1 - 6). Карна рассказал об обычаях мадров, живущих в стране бахликов вдали от Химавана между пятью реками. Эту повесть он слышал от одного брахмана при дворе Дхритараштры ещё в юности. Образ жизни жителей этой местности "весьма предосудителен. Они пьют крепкие напитки из зерна и патоки, едят говядину с чесноком, лепешки с мясом и плодами ватья. Им чужды принципы добродетели. Умащенные, украшенные венками, они, напившись допьяна, хохочут, поют и, скинув одежды, пляшут с женщинами у стен города и домов, у всех на виду" (Карнапарва. гл. 30, шл. 14 - 18).

Далее Карна приводит слова песни о "светлокожих" девушках одного знатного бахлики, который вспоминает их, находясь в стране Куру. Вайкартана сообщает Шалье, что бахлики, по словам брахмана, едят мясо "вместе с пышнотелыми, светлокожими женщинами: "е, кто не едят свинины, говядины, птицы, мяса ослов и верблюдов, а также баранины, — зря живут на свете!" — так, опьянев от вита, приплясывая, поют и стар и млад из жителей Шакалы" (Карнапарва, гл. 30, шл. 27 - 33).

По словам другого брахмана бахлики "пьют овечье, верблюжье и ослиное молоко, едят изготовленные из него продукты" (Карнапарва, гл. 30, шл. 38 - 40). Карна приводит рассказ ещё одного брахмана о гандхарах, мадрах и бахликах, из которого следует, что брахман может стать кшатрием, "а вайшья или шудра из бахликов становится цирюльником, потом тот, кто был цирюльником, становится вдруг брахманом, а бывший дваждырожденным может стать у них даже рабом" (Карнапарва, гл. 30, шл. 48 - 56). Карна продолжил свою речь: "Куру и панчалы, шальвы, матсьи и наймиши, косалы, кашийцы, анги, калинги и магадхи, чедийцы — все эти избранные народы познали извечную дхарму. И во всех почти странах есть праведники, кроме, разве, таких, где обитают (народы), вовсе уж чуждые (дхарме). У всех избранных народов — от матсьев до куру-панчалов, от наймишей до чедийцев — праведники живут, следуя древней дхарме; исключение составляют нечестивые мадры и жители Пятиречья. Зная это, при беседах о дхарме не раскрывай даже рта, будто ты нем, о Шалья! Ведь ты — царь и защитник этого народа, шестая часть их заслуг и прегрешений принадлежит тебе! Впрочем, тебе причитается, скорее, шестая часть одних только грехов: ведь ты их не защищаешь! Лишь царь — защитник народа вкушает благой плод, а ты его недостоин" (Карнапарва, гл. 30, шл. 57 - 66).

Заканчивая спор, Карна сказал: "Зная это, храни молчание и не перечь мне, не то я убью тебя еще до того, как сражу Кешаву с Арджуной" (Карнапарва, гл. 30, шл. 76 - 82). Шалья ответил, что у ангов, царём которых является Карна, в обычае продавать собственных жён и сыновей.

Ничего не ответил Карна, усмехнулся и сказал: "Поезжай!".

Во время разговора с Дурьйодханой Карна говорит, что ему так и не удалось встретить Арджуну на поле боя. Это и неудивительно. Кришна сам говорил своему напарнику, что он специально выставлял против кауравы других сильных бойцов: Сатьяки, Гхатоткачу и других. В преддверии встречи с Арджуной Карна говорит, что с ним лук Виджая, полученный им от Рамы Джамадагни. Чуть позже мы узнаем, что колесница его тоже ранее принадлежала Раме. Эти факты указывают на их близость и родство, ведь Карне сейчас около 55 лет и годы ученичества у Рамы уже далеко позади. В этот день Вайкартана не один раз вспомнит своего брата. До нападения Гхатоткачи Рама (копьё Амогха) был у него в шатре, а вот куда он исчез потом - это загадка. Вайкартана скажет Шалье, что у него в особом колчане хранится "змеевидная стрела". Так брахманская цензура говорит об Ашвасене, сыне Рамы Джамадагни (Такшаки).

По эпосу Карна просит Дурьйодхану, чтобы его возничим был Шалья, но последующий спор между ними вызывает сомнение, что Вайкартана выступил с таким предложением. Шалья столько раз оскорблял его, что нужно просто удивляться смирению Карны. Очевидно, назначение Шальи не было выбором Карны. Разгневавшись на царя мадров, он сказал: "Во имя (прежней) дружбы, из уважения к сыну Дхритараштры и повинуясь его приказу - по этим трем причинам оставляю тебя в живых!". Назначение Шальи стало решением Дурьйодханы. Но в чём был его расчёт? Если бы речь шла только о поединке, то с этой задачей справился бы любой воин. Складывается впечатление, что или кто-то ещё оказал воздействие на Дурьйодхану (Крипа? Критаварман? Санджая?..), или особые условия предстоящих событий этого дня вынудили его поступить так.

Разговор Дурьйодханы с Шальёй состоит из двух легенд, цель которых убедить царя мадров стать возничим Карны. Это роковое решение станет ошибкой и просчётом сына Дхритараштры. Чтобы убедить Шалью принять это назначение, он сравнивает Шалью с Брахмой, который был возничим Шивы при разрушении Трипуры. Легенда эта чисто брахманская, такое сравнение выглядит даже смешным. Настоящую причину такого выбора создатели эпоса скрыли. Шалья должен оправдать некий расчёт, но, как покажут дальнейшие события, он обманет Дурьйодхану и предаст Карну.

Сын Дхритараштры ставит перед Карной задачу пленить Юдхиштхиру и убить пандавов. Карна обещает это исполнить. Вот только события в эпосе окажутся слишком противоречивыми и загадочными. Раньше он уже пощадил Бхиму, Сахадеву и Накулу. Почему он так делает? Если он даёт обещание Дурьйодхане, то почему не пленяет пандавов? А если отпускает с поля боя, то почему забывает о задаче пленить? Возможно, проявляя милосердие и отпуская их, он всё ещё надеется, что они попытаются вырваться из власти Кришны и вынудят войско пандавов принять условия мира.

Едва Карна с Шальёй отъехали от Дурьйодханы, как между ними разгорелся спор. Царь мадров начал превозносить подвиги Арджуны. Карна ответил, что об этом лучше говорить после победы. Шалья перечисляет "подвиги" Арджуны: похищение Субхадры, сожжение Кхандавы, сражение при угоне скота и т.д. Любопытно, что во всех таких случаях в эпосе кауравы молчат. Но не потому что им сказать нечего, а потому что грабёж и поджог сокровищницы Солнечной династии подвигом считать нельзя. К тому же у Карны был свой взгляд на сожжение Кхандавы: в его "колчане" находился выживший свидетель преступления Арджуны и Кришны - сын Такшаки (Рамы Джамадагни) Ашвасена. А что касается слов Шальи, что Арджуна похитил Субхадру несмотря на то, что Кришна охранял "обитель", то слова эти выглядят полной ложью. Ведь именно Кришна предложил Арджуне похитить Субхадру: "Поэтому ты, о Арджуна, уведи силою мою прекрасную сестру, ибо кто знает, что она задумала сделать на сваямваре?".

Демонстрация одежд якобы кауравов Вирате Арджуной в качестве доказательств его победы в глазах кауравов трудно назвать подвигом, скорее это уж цирк или спектакль. Рассказы о героизме Арджуны часто сопровождаются чудесами (бой с гандхарвами в лесу Двайтавана, разрушение Хираньяпуры, сожжение Кхандавы), а это чёткий маркер выдумки создателей эпоса. Если бы реально слова об этих "подвигах" прозвучали, то для кауравов они бы стали свидетельством подлости Арджуны и Кришны. Все эти "славные" деяния Арджуны являются средством для его героизации, а потому так много чудес мы наблюдаем в этих случаях.

По эпосу Шалья оскорбляет Карну, уподобляя его зайцу, шакалу, собаке... Несомненно, в реальности такого не могло быть. Тут даже терпения Карны бы не хватило. Шалья предаст Вайкартану, но, чтобы он смог такое совершить, нужно было, чтобы он ему доверял. Если бы они прозвучали, то Шалья бы потерял доверие или лишился жизни. В лучшем случае Карна вернулся бы к Дурьйодхане и сказал, чтобы ему дали другого возничего. Конфликт между ними появился только на страницах эпоса, в реальности его не было. По представлению авторов Шалья должен был внушить Карне страх и неуверенность в его поступках. Но Карне не свойственен страх, он говорил о себе: "Я явился на свет для доблести и славы!".

В ответ на оскорбления Шальи Карна применяет любопытную аргументацию. Он приводит несколько примеров из жизни народов северо-западной Индии, так называемого Пятиречья, и ссылается на свидетельства неких брахманов об обычаях этих народов. В этом районе обитают мадры, гандхары и бахлики, столицей которых является город Шакала. Обычаи этих народов резко отличаются от обычаев народов остальной Индии. Но все эти примеры не столько характеризуют Карну, сколько самих брахманов или авторов эпоса.

Мадры, гандхары и бахлики - это ближайшие союзники кауравов, а бахлики даже родственники их. Говорить о них негативно Карна не мог. Он высоко ценил дружеские отношения и союз с ними, поэтому обливать грязью и укорять своих союзников не стал бы. Столь низкие характеристики этих народов нужны брахманам для того, чтобы потом сделать простой вывод, что шестая часть греховности мадров принадлежит царю, то есть Шалье. Авторы эпоса стараются подвести нас к мысли, что гибель Карны стала возможна не только благодаря воинским способностям Арджуны, но и результатом сговора Шальи с Юдхиштхирой, о чём говорилось ещё в Удьйогапарве. А вот в отношении Кришны и его вкладе в гибель Карны они умолчали, если не считать намека Джанарданы сразу после смерти Гхатоткачи, высказанном Арджуне: "... представится один удобный случай... И ты заранее получишь от меня знак" (Дронапарва, гл. 155, шл. 25 - 30). Убийство Карны станет итогом спланированной операции самим Кришной. И Шалья тут - решающее звено.

Возвращаясь к эпосу, мы увидим, что Шалья называет Карну собакой, а Кришну с Арджуной - львами. Если бы так было в реальности. то Вайкартана или повернул назад к Дурьйдхане, или убил бы Шалью на месте. Но он этого не делает. Сценарий событий в эпосе должен развиваться по замыслу брахманов. Шалья обещает Юдхиштхире выводить Карну из равновесия, он должен обеспечить выполнение условия гибели Карны, когда "колесо... увязнет в углублении колеи". Таким наивным языком авторы намекают на сговор Шальи с Юдхиштхирой. Но этого мало, нужны ещё проклятия брахманов. Как мы помним, без них подлость трудно объяснить.

Карна вспоминает Раму Джамадагни. Якобы он проклял его во время учёбы (то есть свыше 30 лет тому назад!). Проклятие для брахманов - это способ объяснить надуманной причиной очередную подлость. Но одного проклятия недостаточно и авторы эпоса придумывают ещё одно проклятие некоего безымянного брахмана. Это у них фишка такая, чтобы никто не стал обвинять имя этого брахмана во лжи. Якобы когда-то Карна убил телёнка коровы (горе-то какое, сколько этих несчастных жертв в эпосе!), молоко которой использовалось для жертвоприношения. Кстати, ведь корова-то жива и молоко у неё по-прежнему есть. Взамен Карна привёл 700 слонов, сотни рабов и рабынь, 14 тысяч "черных (коров) с белыми телятами" - ничего не помогло! Брахман изрекает, что колесо его колесницы "увязнет в углублении колеи" и он погибнет. Абсурдность приношения Карны и проклятия безымянного брахмана не подлежит сомнению. У чёрных коров белые телята, нищему брахману дарят рабов и рабынь и 700 слонов - всё это неважно, главное - нанести ущерб другому человеку. Проклятия брахманов должны внушать страх, иначе повиновения не будет - такова логика авторов эпоса. Подлость убийства Карны объясняется столь надуманными причинами только с одной целью: скрыть истинные обстоятельства его гибели.

Описывая обычаи мадров, гандхаров и бахликов, Карна излагает не собственный взгляд на них, а рассуждения брахманов, ведь народы эти не знают дхармы. Вина их в том, что они скотоводы, поэтому пищей для них являются молочные продукты и мясо. Такую пищу брахманы считают нечистой, поэтому и обычаи их кажутся варварскими. Не случайно Карна упоминает слова знатного бахлики о светлокожих девушках. Это народы севера, столица их город Шакала. Название города связано с племенем шаков. Но самое ужасное для брахманов это то, что у них нет жёсткой границы между варнами и они не знают дхармы в том виде, как её понимают брахманы. С их точки зрения такие люди просто дикари какие-то.

Отвечая на критику обычаев мадров, Шалья говорит, что анги, царём которых является Карна, продают жён и сыновей. Более глупых обычаев брахманы придумать не могли. Зачем тогда жить на свете, если продавать жён и сыновей? По существу такой обычай саморазрушителен для семьи и народа, его просто не могло быть. Вайкартана молчит. И это молчание означает одно: в реальности этих слов Шалья не говорил. А ведь это оскорбление тяжелее предыдущих. Если бы Шалья это произнёс, то его слова означали, что анги и их царь не способны защитить своих жён и детей. Молчать бы Карна в этом случае не стал.

Спор Карны и Шальи нужен авторам эпоса как средство объяснения причины, почему царь мадров вступил в сговор с пандавами. Сценарий этого спора родился в головах авторов эпоса, поэтому Карна так часто приводит слова неких безымянных брахманов, а Шалья оскорбляет Карну сравнением с самыми "нечистыми" животными. Таким способом создатели эпоса старались скрыть подлинные причины предательства Шальи и обстоятельства гибели Карны.

Эпизод 17. Победа Карны.

На правом крыле войска кауравов расположились Крипа, Критаварман и Магадха, а на самой оконечности крыла Шакуни, Улука и гандхары. На левом крыле выстроились саншаптаки на 34 тыс. колесницах, на оконечности левого крыла располагались колесницы и конница камбоджей, шаков и яванов. В центре войска кауравов находился Карна со своими сыновьями. За Карной располагались Духшасана и Дурьйодхана, охраняемые мадрами и кекаями, а далее Ашваттхаман и воины куру.

Войско пандавов выдвинулось навстречу кауравам. Обратившись к Арджуне, Юдхиштхира сказал: "Итак, выступайте: ты против Радхеи, Бхимасена — против Суйодханы, Накула — на Вришасену, а Сахадева — против сына Субалы, Шатаника — на Духшасану, бык в роду Шини — на Хардикью, Дхриштадьюмна — на сына Дроны, сыновья Драупади с Шикхандином — на остальных сынов Дхритараштры, сам же я пойду на Крипу! И пусть каждый из нас сразит порознь своего из врагов!" (Карнапарва. гл. 31, шл. 33 - 35).

Шалья говорит Карне, что приняв вызов саншаптаков, Арджуна устремляется на них. Карна отвечает, что саншаптаки теснят Бибхатсу. Санджая сообщает, что сын Кунти рассекал тысячи колесниц, коней, слонов, пеших воинов спереди себя, сзади, справа и слева. "Карна рассеял ту великую рать, сокрушил превосходнейшие колесницы и ранил самого Юдхиштхиру" (Карнапарва, гл. 32, шл. 19 - 22). "Стражами колес" у Карны были два его сына Сушена и Сатьясена, а третий сын Вришасена был "стражем тыла".

Бхимасена убил сына Карны Сутасену и уже собирался лишить жизни Сушену, но Карна расщепил его стрелу. Сатьяки убил возничего Вришасены и Духшасана взял сына Карны на свою колесницу, а потом он пересел на новую колесницу. Внук Шини убил возничего Духшасаны, но он пересел на другую колесницу.

Карна достиг Юдхиштхиру, сразил "стражей колес" его колесницы, а потом применил "оружие Брахмы" и рассеял множество воинов, охранявших пандаву. Затем он лишил его доспехов. Юдхиштхира поразил каураву четырьмя дротиками в обе руки, чело и грудь. Из ран Карны пошла кровь, он пришёл в ярость, снёс стрелой знамя пандавы, рассек его колчаны и убил возничего. Юдхиштхира обратился в бегство, но Карна настиг его, коснулся рукой его плеча и с усмешкой сказал, что пусть пандава занимается изучением вед и жертвоприношениями, долг кшатрия не для него. Вайкартана отпустил пандаву и принялся крушить войско противника. Юдхиштхира, "терзаясь стыдом, поспешно пустился в бегство" (Карнапарва, гл. 33, шл. 40 - 45). Вслед за ним бежали панчалы, Сатьяки, сыновья Драупади, Накула и Сахадева.

Бхимасена и Сатьяки обрушились на кауравов и вынудили их отступить. Карна погнал своих коней против Врикодары. Бхима поручил Сатьяки и Дхриштадьюмне охранять Юдхиштхиру, а сам поклялся либо погибнуть, либо убить Вайкартану. После их схватки Карна потерял сознание и его вывез Шалья с поля боя. Дурьйодхана послал к нему своих братьев на помощь с пятьюдесятью колесницами. Но всех их убил пандава.

Карна снова выступил против Бхимы. "Не прилагая особых усилий, как бы играючи", он лишил его колесницы. Бхима схватил палицу и "пеший уничтожил-таки палицей семь сотен слонов с ездоками" (Карнапарва, гл. 35, шл. 23 - 32). Затем Бхимасена палицей уничтожил пятьдесят одного слона сына Субалы, более ста колесниц и сотни пеших воинов. Потом он убил ещё 500 воинов на колесницах, перебил 3 000 всадников, посланных Шакуни, сел на колесницу и выступил против Карны.

Вайкартана убил возничего Юдхиштхиры и, увидев, что колесница его удаляется с поля боя, пустился в погоню. И, когда он уже настигал сына Кунти, его накрыл стрелами Бхимасена.

Солнце достигло зенита, и битва продолжилась. Предводитель саншаптаков Сушарман ранил правую руку Арджуны тремя стрелами. Сын Кунти применил оружие "нага" и "сковал неподвижностью ноги (вражеских воинов)" (Карнапарва, гл. 37, шл. 20 29). Сушарман применил оружие "саупарна" и войско освободилось от оков, затем он пронзил Бибхатсу тремя стрелами и пандава, "тяжко раненный", бессильно опустился на днище колесницы. Сын Панду уложил на поле боя 10 тыс. воинов, а затем ещё 14 тыс. и ещё 10 тыс. колесниц и 3 тыс. слонов.

Под натиском Ашваттхамана, нанёсшего ущерб тылу войска пандавов, Юдхиштхира отступил, "покинув свое могучее войско" (Карнапарва, гл. 39, шл. 21 - 33). Карна истребил тысячи панчалов, кекаев и сринджаев, Арджуна и Бхима убивали саншаптаков и кауравов. Уничтожая панчалов, Карна рвался к Юдхиштхире. Он вынудил отступить войско пандавов. Ашваттхаман осыпал Арджуну и Кришну множеством стрел, но пандава ранил его в ключицу и его умчал с поля боя возничий. Сын Дроны выступил против Дхриштадьюмны, он рассек его лук, лишил колесницы, коней, возницы, меча. На помощь панчалийцу поспешил Арджуна, а Сахадева умчал с поля боя сына Друпады. Ашваттхаман ранил Арджуну "в обе руки и грудь" (Карнапарва, гл. 42, шл. 49 - 57). Пандава пронзил его плечо и колесничий увёз сына Дроны с поля боя.

Кришна обратился к Арджуне с предложением ехать к Юдхиштхире, так как его преследуют сыновья Дхритараштры: "Карна заставил уйти с поля боя самого могучего царя (Юдхиштхиру), губителя недругов, искусного, ловкого (воителя), умудренного в битвах!

Герой Радхея вместе с могучими духом сыновьями Дхритараштры сумел потеснить в бою первого среди Пандавов. Пока смиривший душу Партха сражался (с Карной), другие могучие колесничные воины (кауравы) захватили его щит. Царь (Юдхиштхира) тяжко изнурен постом, о могучий, лучший из бхаратов; он владеет брахманской мощью, но не слишком силен как кшатрий... «Уничтожьте сына Панду Юдхиштхиру!» — подстрекает Карна многосильных сыновей Дхритараштры, о бык-бхарата! Могучие колесничные воины преследуют царя, пытаясь настичь его то стхунакарной, то индраджалой, то Пашупатой, о Партха! Мне видится, царь в смятении и нуждается в помощи, бхарата!..

Вот к нему устремились могучие панчалы вместе с Пандавами — это лучшие среди тех, что владеют любым оружием. Спеша спасти его, будто утопающего в водах Паталы, они торопятся, (сознавая, что) время (действовать) быстро. Не видно царского знамени: оно сбито стрелами Карны на глазах у обоих Близнецов, Сатьяки, Шикхандина, Дхриштадьюмны, Бхимы, Шатаники и всех чеди и панчалов, о могучий бхарата Партха! Карна в бою губит стрелами войско Пандавов, точно слон — заросли лотосов, о Партха! Бегут твои колесничные воины, о радость Пандавов, смотри, смотри, о Партха, отступают могучие колесничные воины! Слоны, настигнутые Карной в битве, с воплями ужаса разбегаются на десять сторон, о бхарата! Смотри же, о Партха: всюду виднеется множество отступающих колесниц, преследуемых в битве сокрушителем недругов Карной. Видишь, о лучший из владеющих знаменем, — там и тут мелькает на поле брани водруженное на колесницу знамя Сына суты «Слоновья подпруга». Вот Радхея направился к колеснице Бхимасены — словно рассеивая сотни стрел, он истребляет твою рать. Смотри: великий духом (Карна) обращает в бегство панчалов — так некогда в великой битве Шакра губил дайтьев...

Потеснив в бою Пандавов, панчалов и сринджаев, Карна оглядывается по сторонам, и кажется мне, что он высматривает тебя. Смотри, о Партха: натянув лучший из луков, он мощно блистает, точно Шакра в окружении сонмищ богов после победы над недругами. Наблюдая подвиг Карны, кауравы издают (победные) кличи, заставляя трепетать Партхов и тысячи сринджаев. Сурово потеснив в великой битве Пандавов, достойный Радхея обращается ко всем своим войскам с речью: «Спешите, о кауравы, наступайте, мчитесь быстрее, чтоб ни один из сринджаев не ушел от вас в бою живым! Выступайте объединенными силами, а мы двинемся следом!»..

С такими словами, меча стрелы, отправляется он вслед (за своим войском). Посмотри, о Партха, на сияющего светлой кожей Карну в бою: он подобен Творцу дня, озаряющему гору Удаю! Из-под схожего с полной луной стореберного зонта, укрепленного над его головою, нахмурив брови, Карна высматривает тебя, о бхарата, владыка народов! Собрав воедино все силы, он стремительно ринется в бой. Смотри: этот могучий герой натягивает мощный лук и мечет стрелы, подобные ядовитым змеям, о мощнорукий! Видно, как разворачивается Радхея и устремляется навстречу собственной смерти, как мотылек (в пламя) светильника, о Имеющий обезьяну на стяге!..

Увидев, что Карна один, стремясь поддержать его, на помощь к нему, о бхарата, спешит с колесничным войском сын Дхритараштры (Дурьодхана). Покарай же сурово того нечестивца вместе с ними со всеми, если ты хочешь (вернуть) свою славу, царство и высшее преуспеяние! Оглянись на себя, совершенного духом, бык-бхарата, (посмотри, что сделал) грешный Радхея с верным дхарме Юдхиштхирой, и выступай без промедления против Радхеи — время пришло! Неспешно обдумай, (что происходит) на поле брани, и направляйся к главе колесничных отрядов. Вот стремительно приближаются пятьсот мощных, грозно блистающих главных колесниц, о первый среди колесничных воинов! О герой Каунтея, к тебе, охраняя друг друга, стягиваются твои объединенные войска: пять тысяч слонов, вдвое больше того коней и вместе с ними — миллион пеших воинов. Явись открыто великому лучнику, Сыну суты! Выступай, о бык-бхарата, сосредоточив все свои силы! Разъяренный Карна налетел на панчалов — я вижу его знамя у колесницы Дхриштадьюмны. Я думаю, разобьет он панчалов, о губитель недругов! Добрую (весть) хочу сообщить я тебе, о Партха, бык-бхарата: остался в живых царь-кауравья, сын Дхармы Юдхиштхира!.." (Карнапарва, гл. 43, шл. 11 - 21, 22 - 31, 32 - 42, 43 - 53).

В битву против Карны вступили Бхимасена, Сатьяки, Шикхандин, Дхриштадьюмна. Бой продолжался и рассказчик сообщает: "Так Карна разгромил войско Пандавов, о великий царь, - словно быстрый вихрь (разметал) кучу хлопка" (Карнапарва, гл. 44, шл. 24 - 33). Ашваттхаман вступил в бой с Арджуной и угодил ему стрелой в грудь, "тяжко раненный в поединке с сыном Дроны, о бхарата, тот схватил грозную палицу и метнул её в Драуни" (Карнапарва, гл. 45, шл. 11 -21). Арджуна сбил его возничего стрелой с колесницы и сын Дроны стал сам управлять колесницей и вести бой. Дхананджая стрелой перерезал поводья и кони умчали Ашваттхамана с поля боя.

Пандавы теснили кауравов, и они вынуждены были отступить. Тогда в бой вступил Карна и пустил в ход оружие Бхаргавы. Санджая сообщает: "Уничтожаемые в битве Сыном суты сринджаи, обезумев (от ужаса), непрерывно взывали к Арджуне и Васудеве, точно к царю претов в городе царя претов. И тут, видя в действии устрашающее оружие Бхаргавы, сын Кунти, Завоеватель богатств сказал Васудеве: «Смотри, о мощнорукий Кришна, сколь велико могущество оружия Бхаргавы, — ничем нельзя уничтожить его в бою. Посмотри, о Кришна, как яростен Сын суты в великом сражении: этот герой, вершащий суровый подвиг, подобен самому Антаке! Неистово погоняя коней, он то и дело бросает взгляды в мою сторону, и я не видел, чтобы Карна поворачивал вспять в ходе боя.

Только пока человек жив, он добивается в бою победы, но (горе ему), если он (терпит) поражение: побежденному, о Хришикеша, (суждена) погибель, ему нечего (надеяться) на победу». Затем Джанардана, понимая, что Карна утомлен боем, тронулся с места, решив повидать Юдхиштхиру, о достойный! И сказал Кришна Арджуне: «Царь (Юдхиштхира) тяжко ранен. Утешь его, о лучший среди куру, а потом ты уничтожишь Карну!» (Карнапарва, гл. 45, шл. 43 - 53).

Кришна подъехал на колеснице к Бхиме и спросил его, где сейчас находится Юдхиштхира. Бхима ответил, что Дхармараджа ранен стрелами Карны и удалился отсюда. Арджуна сказал, что пусть Бхима отправится к нему, но он отказался, ответив, что тогда о нём могут подумать, что он испугался. Бибхатсу сказал Кришне, чтобы он ехал к Юдхиштхире.

Выступая перед войском, Юдхиштхира говорит, что Арджуна должен сражаться против Карны, Бхимасена - против Дурьйодханы и т.д. Но в реальности эти и другие поединки, которые запланировал Юдхиштхира, в первой половине дня не состоятся. Более того, хотя сам Юдхиштхира выказал намерение сражаться с Крипой, в действительности он вступил в бой с Карной. Что-то пошло не так... События развиваются не так, как их запланировал Дхармараджа.

Описание битвы продолжается в столь же фантастическом ключе, что и в предыдущих эпизодах: три стрелы во лбу и шесть дротиков в груди, по мнению авторов эпоса, выглядят очень красиво и совсем не мешают дальше сражаться с прежней силой. Создатели эпоса находят это красивым. Вот такая у них эстетика, но если они восхищаются Кришной, то почему бы и не восхищаться таким видом сражающихся воинов. А по факту эти ранения несовместимы с жизнью. "Подвиги" Арджуны на этом фоне затмевают всё и носят нереальный характер: один человек не может убить тысячу слонов, коней, воинов, а вот Бибхатсу убивает даже десятками тысяч.

Рядом с Карной сражаются три его сына: Сушена, Сатьясена и Вришасена. Чуть позже Бхима убивает четвёртого сына Сутасену. Авторы эпоса не стесняются в средствах: все братья Дурьйодханы и Карны, как и их сыновья, должны быть убиты сыновьями Кунти. Вайкартана встретился с Юдхиштхирой, победил его, но тут же сообщается, что Карна был ранен им, уже лишённым лука, четырьмя дротиками: в обе руки, грудь и лоб(?). Поразительный подвиг! Дротики посылают на расстоияние 20 - 20 метров, и от них легко уклониться. А Юдхиштхира умудрился попасть в Карну четырежды. Но ведь у Карны лук в руках, он легко может поразить стрелой Юдхиштхиру. Очевидно, этот "подвиг" Юдхиштхиры выдуман. Да и при таких ранениях (в лоб!) как он мог выжить? Невероятно! Если бы Карна был ранен, разве стал бы он отпускать Юдхиштхиру? Милосердие Карны удивительно, оно противоречит обещанию пленить пандаву, которое он давал Дурьйодхане. Возможно, в реальности Карна не отпустил Юдхиштхиру, а упустил его. "Царь"-евнух бежал так быстро, что его нельзя было догнать. Раньше так бежали Бхима, Сахадева и Накула. А вот Арджуна, по словам Карны. уклонялся от боя с ним по совету Кришны.

Авторы эпоса сообщают о новом поединке, в котором Бхима ранил Карну и Вайкартана потерял сознание. Шалья вывез его с поля боя, а Бхима в это время убил 50 кауравов на колесницах. Но тут вдруг Карна вернулся и, "не прилагая особых усилий", лишил пандаву возничего и коней. Получается, предыдущая "победа" выдумана, если уж раненный Карна одержал победу не прилагая усилий, играючи. И тут Бхима с одной палицей убивает 700 слонов! Столь чудовищной ложью авторы эпоса создают Бхиме героическую репутацию. Если же пытаться в этом видеть некую гиперболу, то почему никто из кауравов так не геройствует. А ведь это евнух всего лишь... Затем он убивает ещё десятки слонов и сотни воинов на колесницах. Ложь, ложь и ещё раз ложь. Ведь в это время Карна мог бы его поразить стрелой,

Арджуна сражался с саншаптаками, хотя по плану Юдхиштхиры должен был выступить против Карны. Удивительно, он всё время бьётся с ними, начиная с первого дня битвы, а они всё ещё живы, хотя он убивает их десятками тысяч. В эту чудовищную ложь невозможно верить. Савьясачин применяет оружие "нага", в котором можно усмотреть отравленные стрелы, потому что раненные воины становятся неподвижными. Сообщается, что предводитель саншаптаков Сушарман ранил пандаву и вот в таком виде он лишил жизни свыше 30 тыс. человек. Чудовищная ложь. Впрочем, кто-то в этом охотно увидит эпическое преувеличение.

Описание битвы очень противоречиво, бегут то кауравы, то пандавы. Вступив в бой с Арджуной, Ашваттхаман ранил его в "обе руки и грудь". И вот спрашивается, как он потом, ещё до полудня дважды раненный Сушарманом и сыном Дроны, будет сражаться с Карной в конце этого дня в поединке? А ведь раненный остро нуждается в отдыхе и воде.

Вайкартана вызывает Арджуну на поединок, но пандава приказал Кришне везти его к саншаптакам. И вдруг всё поменялось...

Неожиданно Кришна скажет Арджуне, что он должен навестить своего брата Юдхиштхиру. Джанардана беспокоится о его жизни и говорит, что слышит крик Карны кауравам: "Уничтожьте сына Панду Юдхиштхиру!". Но как можно оставить поле боя в это время! Почему никто не переживает за Арджуну, когда его в полдень ранил Сушарман, а чуть позже Ашваттхаман? И ведь раньше Кришна уже успокаивал пандаву, говоря о Юдхиштхире, что "остался в живых царь-кауравья".

Если Джанардана правильно передаёт слова Карны, то они тоже удивительны. Вот он отдаёт команду убить Юдхиштхиру, почему же чуть раньше в этот день он сам отпустил его? Да, мы помним, по сказанию, он якобы обещал это Кунти. Но тогда зачем он призывает убить его сейчас? Скорее всего, обещание Кунти выдумано. А если оно было, то в совсем другой форме: пандавы могут остаться в живых на поле боя, если мои стрелы не долетят до них. Если же слова Карны с призывом убить Юдхиштхиру принадлежат авторам эпоса, то их назначение в том, чтобы обосновать неожиданный отъезд Кришны и Арджуны с поля боя: царь в опасности и нужно срочно защитить его. Подлинная цель встречи Арджуны и Юдхиштхиры совершенно другая. На поле боя случилось нечто экстраординарное и нужно встретиться с Дхармараджей, ведь формально он является царём и только он может принять решение.

Далее Кришна рисует картину боя. Мы видим бегство воинов, сражающихся за пандавов, сбитое знамя Юдхиштхиры. Детали картины противоречивы, их трудно сложить в мозаику. Вот Карна приказывает войску двигаться вперёд, а сам следует за ним. Но тут же Кришна говорит, что Карна один, а Дурьйодхана посылает ему на помощь колесницы, пришло время сражаться с Карной, а войско кауравов бежит. Здесь трудно сделать вывод, кто одерживает верх.

Но вот слово берёт Санджая: "Так Карна разгромил войско Пандавов, о великий царь, - словно вихрь (разметал) кучу хлопка". Здесь всё выглядит однозначно, и победа кауравов несомненна. Ашваттхаман преследует Юдхиштхиру. И тут Карна применил "оружие Бхаргавы". Санджая сообщает: "Громкие вопли ужаса издавали нанчалы, теснимые в битве мощным оружием Бхаргавы, о владыка народов!

Вокруг тысячами падали убитые воины, кони, слоны, (сокрушенные) колесницы, так что земля содрогалась, о царственный муж-тигр! Тревога объяла, о царь, всю могучую рать Пандавов. Лучший из воинов, губитель недругов Карна, в одиночку испепеляя врагов, блистал, о муж-тигр, словно бездымно (горящий) огонь.

Истребляемые Карной панчалы, а вместе с ними и чеди растерянно метались, точно слоны в. пламени лесного пожара. Достойнейшие из людей о муж-тигр, устремляли они на восток свои кличи, слыша, как стенают в страхе и трепете, разбегаясь в разные стороны, те, что в центре сражения" (Карнапарва, гл. 45, шл. 31 - 42).

Терзаемые Карной, сринджаи взывали к Арджуне и Кришне. Пандава говорит Джанардане, что "побежденному. о Хришикеша, (суждена) погибель, ему нечего (надеяться) на победу". Удивительные слова! Он признаёт поражение пандавов и даже надежды на победу нет. Ведь именно войско пандавов в этот момент терпит крах. И вот, казалось бы, теперь он может проявить свою доблесть. Где же обет Бибхатсу, высказанный Бхуришравасу в ответ на упрёки кауравы в нечестном ведении боя Арджуной: "Все цари земные знают этот мой великий обет, что ни один принадлежащий к моей стороне, не может быть убит (никем), пока он будет находиться в пределах досягаемости моих стрел!" (Дронапарва, гл. 118, шл. 23 - 28). Теперь как раз тот момент, когда он может показать всем, какой он герой. Гибнут панчалы, а он забыл о своём "обете".

И совершенно неожиданно реагирует Кришна, он говорит: "Царь (Юдхиштхира) тяжко ранен. Утешь его, о лучший среди куру, а потом ты уничтожишь Карну" (Карнапарва, гл. 45, шл. 43 - 53). Вместо того, чтобы прийти на помощь гибнущим панчалам и сринджаям, Джанардана говорит, что Юдхиштхира нуждается в утешениии. Они отправятся к нему, и там Арджуна "утешит" брата так, что едва не убьёт его. Несомненно, этот критический момент вызван военной необходимостью, а не желанием Кришны вытереть слёзы Юдхиштхире. Карна обещал Дурьйодхане одержать победу на поле боя, и он её достиг. Пандавы остро нуждались в заключении мира.

Эпизод 18. Обет Арджуны.

Когда Кришна и Арджуна явились к Юдхиштхире, то Дхармараджа подумал, что Карны уже нет среди живых. Царь "дружелюбно и ласково приветствовал их, ...улыбаясь" и спросил, как был убит Вайкартана. Он стал вспоминать, что из-за него он не знал покоя ни днём, ни ночью в течение 13 лет, "предчувствуя свою гибель" (Карапарва, гл. 46, шл. 9 - 17). Охваченный гневом, сын Кунти заявил, что его радует смерть злокозненного, грешного Карны, который "был беспредельно любим Суйодханой". Снова и снова он перечислял недостатки Вайкартаны. По его словам он был скудоумным, грешным разумом, тупоумным: "Низкий помыслами, неугомонный Сын суты, который некогда в Собрании перед лицом царей назвал нас бесплодным сезамом, наконец-то нашел свою смерть, встретившись в битве с тобою! Нечестивый Сын суты, который когда-то с усмешкой говорил (Духшасане): «Приведи-ка сам силою Яджнясени, которую выиграл Саубала», — теперь наконец-то повержен тобой! Низкий душою, скудоумный сын Адхиратхи, тот, кто в сражении, деля колесницу с другим, низринул на землю Деда, лучшего среди тех, что владеют оружием, наконец-то повержен тобой. Так скажи мне: «Мною повержен сегодня грешный помыслами (Карна)!» — погаси поскорее, о Пхальгуна, постоянно раздуваемое ветром бесчестия неистовое пламя, которое тайно сжигает мое сердце!" (Карнапарва, гл. 46, шл. 42 - 48).

Арджуна ответил, что он дрался с саншаптаками, когда на него напал сын Дроны и ранил пятью стрелами его и пятью стрелами Кришну. Затем Карна двинул против него 500 колесниц, но он отбился от Вайкартаны и решил повидаться с Дхармараджей. Арджуна обещал одержать победу над кауравами: "...Пожелай мне победы в бою, ибо прежде сыновья Дхритараштры сумели одолеть Бхиму" (Карнапарва, гл. 47, шл. 8 - 14).

Узнав о том, что Карна остался невредим, разгневанный Юдхиштхира стал упрекать брата: поскольку Арджуна дал ему обет убить Вайкартану, но не исполнил его, то пусть бы он ещё до битвы отдал лук Гандиву Кришне, а сам бы стал его возницей. Услышав эти слова, Арджуна в ярости схватился за свой меч, "намереваясь убить быка-бхарату", поскольку он ранее дал "обет" убить каждого, кто осмелится сказать ему, чтобы он отдал Гандиву другому.

После этих резких слов братьев Кришна сказал, что он рад видеть царя Юдхиштхиру в добром здравии, но его огорчает, что Бибхатсу не знает дхармы: "Может случиться, что нельзя сказать правду, а надо прибегнуть ко лжи; (к примеру) если пытаются отобрать все твое достояние, то уместно солгать. Если жизнь под угрозой, или при заключении брака ложь допустима — тут неправда может, обернуться истиной, а истина — ложью. Такой (как тебе) верность истине представляется только юному существу, но когда (человек) постигает, что действительно истинно, а что ложно, он становится подлинным знатоком дхармы. Даже крайне жестоко поступающий человек, приобщившись такому вот чуду, может исполниться высочайшей благодати, как это получилось с Балакой, убившим слепого" (Карнапарва, гл. 49, шл. 25 - 32). Затем он рассказал ему две притчи об охотнике Балаке и отшельнике Каушике, а закончил он словами: "Если же речь идет о жизни и смерти, о браке или гибели всего рода и достояния, или же когда пускаются в ход насмешки, пусть будет ложным сказанное — прозревшие суть и смысл дхармы не видят в том ее нарушения. Тому, кто (должен прибегнуть) к клятвам, чтоб избежать столкновения с грабителями, лучше солгать — в том несомненная истина. Если есть такая возможность, ни за что не следует уступать свое достояние подобным, ибо богатство, отданное нечестивцам, бьет по самому отдающему. Поэтому тот, кто прибегнет ко лжи во имя (спасения) своего имущества, лжецом не окажется. Теперь тебе должным образом возвещено, по каким признакам различается (то, что истинно, а что ложно). Выслушав это, скажи мне, о Партха, должен ли ты убивать Юдхиштхиру?" (Карнапарва, гл. 49, шл. 50 - 56).

Арджуна ответил, что он не будет убивать Юдхиштхиру, если сможет освободиться от обета: "Я уложил бы такого на месте, о Кешава, так же как Бхима убил бы любого, кто посмел бы бросить ему: "Безбородый! ... Но, если бы я убил его, Кешава, то не задержался бы в мире живых и малую толику времени. О Кришна, лучший из вершителей дхармы, ты должен меня надоумить, (как поступить мне), чтоб мой известный в мире обет был истинен, но чтоб и я, и (Юдхиштхира) Пандава остались в живых?!" (Карнапарва. гл. 49, шл. 57 - 63). Кришна сказал, что Юдхиштхира утомлён и изранен множеством стрел Карны, поэтому он говорил слишком резко: "Теперь игру в сражении ведет Карна, и если бы он принял смерть, то куру были бы побеждены, — так полагает царь (Юдхиштхира), сын Дхармы. Но когда (человеку) выпадает великий позор, его и живого считают мертвым. Ты, Бхима, оба Близнеца, старцы ш мужи, (славные) в мире своей отвагой, всегда выказывали почтение царю (Юдхиштхире). Теперь же ты прояви к нему, неуважение, но в чем-то ничтожном: (к примеру,) обратись о Партха, к Юдхиштхире на ты, тогда как положено (обращаться к нему) на Вы. Наставник, о бхарата, если к нему обратились на ты, все равно что мертв. С тем и приблизься к Юдхиштхире, Царю справедливости" (Карнапарва, гл. 49, шл. 64 - 71). После это Бибхатсу должен припасть к его стопам и просить прощения. Таким образом он избегнет и нарушения обета, и братоубийства.

Послушав Кришну, Арджуна сказал брату оскорбительные слова, что не Юдхиштхире осуждать его, иначе он не находился бы на расстоянии кроши от битвы: "Ты вынес мне осуждение, пребывая на ложе Драупади, меж тем как я в это время ради тебя истреблял великих колесничных воинов. Ты слишком мнителен и жесток, о бхарата, и я не жду от тебя благодати! Верный истине (Бхишма), о бог среди людей, для твоего же блага сам подсказал тебе, как умертвить его в бою: то был отважный Шикхандин, сын Друпады, великий духом, и под моей охраной он погубил (Бхишму). И я бы не стал ратовать за твое возвращение на престол, ибо ты вопреки здравому смыслу привержен игре в кости.

Ты сам совершил греховный поступок, на который способны лишь недостойные, а теперь рассчитываешь с помощью себе подобных одолеть неприятеля в битве. Ты слышал о многих сокрушающих дхарму сквернах, (связанных) с игрой в кости, — о них говорил (тебе) Сахадева, но ты был не в силах отринуть этот удел нечестивых, и потому мы все ввергнуты в ад. Ты — игрок, и царство погибло из-за тебя, ты навлек несчастье на нас, о Индра людей!" (Карнапарва, гл. 49, шл. 81 - 90).

После этих слов раскаяние охватило Арджуну, и он обнажил свой меч. Удивлённый Кришна спросил, зачем он это сделал. Бибхатсу ответил, что после таких оскорблений он не хочет жить. Кришна посоветовал ему провозгласить свои достоинства. И Арджуна произнёс длинную речь о своих достоинствах, а затем попросил у брата прощения. Выслушав его, Дхармараджа встал с ложа и тоже попросил прощения у Бибхатсу: "Я труслив, бездеятелен и жесток, (своим поступком) я оскорбил старейших — зачем ты так долго был верен мне, столь безжалостному! Теперь же я, грешный, удаляюсь в леса, живите счастливо без меня- Великий душой Бхимасена достоин стать царем. Какой толк для меня в царстве, если я, точно евнух, (лишен мужества)? Я не в силах стерпеть те жестокие (обвинения), которые ты (бросаешь мне) в ярости" (Карнапарва, гл. 49, шл. 99 - 112).

Кришна обратился к Юдхиштхире и сказал ему, что Арджуна во исполнение своего знаменитого обета в отношении Гандивы по его (Кришне) воле нанёс царю оскорбление, потому что считается, "что обидеть наставника - все равно что убить его". И пусть царь простит своего брата и Кришну. В смятении Юдхиштхира поднял Джанардану и стал благодарить его. Арджуна поклялся, что или убьёт Карну, или сам погибнет. Кришна сказал Юдхиштхире, что, узнав о том, что он "изранен стрелами Карны" они с Арджуной поспешили встретиться с ним. И какое счастье им видеть теперь царя здоровым!

По дороге Кришна напутствовал Арджуну: "Не относись с небрежением к Карне, украшению боя, о мощнорукий, ибо Карна доблестен и могуч и в совершенстве владеет оружием. Этот великий колесничный воин искусен (в сражении), разнообразна вооружен и умел в выборе места и времени. Пламенностью он подобен огню, быстротою схож со стремительным ветром, яростью подобен Антаке, а мощь его напоминает силу льва. Руки его могучи, локти — как из железа, грудь широка, он горделив, отважен, непобедим, доблестен и приятен обликом, наделен всеми воинскими добродетелями и пробуждает в друзьях бесстрашие. Это извечный враг Пандавов, радеющий о благе сыновей Дхритараштры. Для всех неуязвим Радхея, даже для богов вместе с Васавой, но только не для тебя, — вот что я думаю. Покарай теперь же Сына суты! Никто из воинов — ни боги, ни те, чьи (тела) из плоти и крови, — при всем старании не в силах одолеть его в битве. По отношению к Пандавам он неизменно низок душой, грешен помыслами, враждебен и злокознен, однако в этой распре с сыновьями Панду он лишен корысти. Уничтожь Карну —и ты исполнишь свое предназначение. Одолей сегодня же Сына суты, о Завоеватель богатств, — (вырви) корневище (древа) грешников: ведь это благодаря (Карне) низкий Суйодхана считает себя героем" (Карнапарва, гл. 50, шл. 57 - 65).

Кришна говорил Арджуне, что только благодаря мощи Арджуны и Бхимы держится всё войско их союзников. Один Врикодара уничтожил "десять тысяч грозно нападавших слонов". Джанардана перечисляет подвиги пандавов, ранее убивших Бхишму, Дрону, Джаядратху, а теперь пришло время убить Карну; "Мы (доподлинно) знаем: здесь нет никакого прегрешения. (Вспомни) о той ночи, когда чуть было не сожгли твою мать с сыновьями, о безупречный, и то, как держал себя с вами Суйодхана в конце той игры; корень всех этих (бед) - злокозненный Карна, о Арджуна!" (Карнапарва, гл. 51, шл. 55 - 65). Кришна напомнил ему о том, как Карна рассек лук Абхиманью, а "пятеро великих колесничных воинов, и среди них искушенный в низостях (Карна) потоками стрел умертвили (сына Субхадры)" (Карнапарва, гл. 51, шл. 66 - 76). Раз за разом он называет Карну грешным, злокозненным, не знающим дхармы, нечестивым. Арджуна отвечает, что он видит бегущее войско панчалов, но он сделает всё, чтобы убить Карну: "Теперь Радхея раскается в своих жестоких словах, которые он обратил в Собрании к Панчали, выставляя Пандавов на позор. Когда будет убит низкий душою Карна Вайкартана, Сын суты, те, что сейчас - словно бесплодный сезам, станут сезамом (плодоносящим). "Я избавлю вас от сыновей Панду", - говаривал (Карна), но мои острые стрелы сделают лживыми эти его (слова). "Я уничтожу всех Пандавов вместе с их сыновьями", - хвалился Карна, а теперь я убью его на глазах у всех лучников" (Карнапарва, гл. 52, шл. 12 - 22).

По эпосу целью посещения Юдхиштхиры Арджуной и Кришной во второй половине дня было стремление навестить Дхармараджу, который, как уверял Кришна, был "тяжело ранен". Но, встретившись с сыном Кунти, они убедились, что пандава вполне здоров. Дхармараджа улыбался. Казалось бы, Арджуна с Кришной могли сразу уехать, ведь битва продолжалась. Но неожиданно между братьями разгорелся спор, который привёл к конфликту и едва не закончился смертью Юдхиштхиры. Поводом для конфликта явилась фраза Дхармараджи отдать лук Гандиву Кришне и последующие слова Арджуны, что у него есть обет: он должен убить каждого, кто предложит отдать лук другому. Повод для спора настолько незначительный, что возникает сомнение в истинной цели приезда Арджуны и Кришны. Не скрывает ли он подлинную причину этого приезда, которую авторам эпоса назвать неудобно, ведь главные события происходили на поле битвы, где пандавы терпели поражение. Если в 43 главе Карнапарвы Кришна говорит Арджуне: "Добрую (весть) хочу сообщить я тебе, о Партха, бык-бхарата: остался в живых царь-каурава", то уже в главе 45 он заявляет иное: "Царь (Юдхиштхира) тяжко ранен". Но что случилось такое, что он поменял своё мнение и сказал Арджуне, что он должен утешить брата? Оба они стали свидетелями поражения пандавов от Карны (гл. 45, шл. 31 - 54), и Арджуна, глядя на разгром пандавов Карной, сказал Кришне: "...Смотри, о мощнорукий Кришна, сколь велико могущество оружия Бхаргавы, - ничем нельзя уничтожить его в бою...Только пока человек жив, он добивается в бою победы, но (горе ему), если он (терпит) поражение: побежденному, о Хришикеша, (суждена) погибель, ему нечего (надеяться) на победу". С этого момента оба они понимают, что поражение неизбежно и нужно вести переговоры. И вот под предлогом заботы о здоровье Юдхиштхиры Кришна предлагает навестить Дхармараджу и они покидают поле боя.

Сын Кунти встретил Арджуну и Кришну в полной уверенности, что Карны уже нет среди живых. Он испытывает просто животный страх перед Вайкартаной и не стесняется об этом говорить. Какими только эпитетами он не награждает каураву - он и злобный, и грешный, и низкий помыслами, но не приводит никаких доказательств и примеров. Голословные обвинения равнозначны клевете. Невольно Дхармараджа и сам признаётся в этом, когда говорит, что ветер бесчестия раздувает пламя ненависти в его груди. Из слов Юдхиштхиры становится понятно, что Карна принципиальный и последовательный противник пандавов. Вайкаратана говорит им всегда ту правду, которую неприятно слышать, называет факты, которые не опровергнуть, вот почему в груди Юдхиштхиры горит пламя ненависти, раздуваемое ветром бесчестия. Юдхиштхире, Арджуне, Кришне остаётся только награждать Карну нелестными эпитетами, которых он недостоин.

Арджуна рассказывает брату, почему он не мог убить Карну. Но мы хорошо помним, в реальности Бибхатсу с Карной не сражался, хотя Вайкартана и вызывал его на поединок. Эпос любит говорить о "подвигах" Бхимы, Кришна даже скажет, что он уничтожил "десять тысяч грозно нападавших слонов", но неожиданно Арджуна признается, что "сыновья Дхритараштры сумели одолеть Бхиму". И это признание дорого стоит, если мы вспомним, что Арджуна сказал Кришне, то надежд на победу у пандавов нет.

Спор Юдхиштхиры с Арджуной начался после того, как Дхармараджа, узнав, что Карна живой, сказал, что было бы лучше, если бы он ещё до битвы отдал свой лук Кришне, а сам стал бы его возничим. В этом предложении нет ничего оскорбительного или унизительного. Если исходить из версии авторов эпоса, то неужели Кришна недостоин быть воином? Смешно право. Но оказывается, у Арджуны есть обет: он должен убить любого, кто скажет ему отдать лук Гандиву другому. В конце концов главное - это победа, а кем она будет достигнута Кришной или Арджуной неважно. Кришна же не просто друг, но и учитель пандавов и даже бог, как говорят авторы эпоса. По этой причине отдать лук Кришне и стать его возницей для Арджуны не является унижением. В таком случае следует признать, что он унизил Кришну и заставил его быть своим возницей. Если же верен исторический взгляд, то нужно признать, что этот обет выдуман задним числом, как и другие обеты пандавов и Арджуны. Вспомним их.

Сразу после замужества Драупади по совету Нарады пандавы установили порядок общения с ней и дали такой обет: "Если один из нас предстанет перед другим, который будет сидеть вместе с Драупади, то он должен будет жить в лесу в течение двенадцати лет, соблюдая обет воздержания" (Адипарва, гл. 204, шл. 25 26). Арджуна нарушил условие братьев и отправился в изгнание, но вот дальше он многократно нарушал воздержание с разными женщинами. В действительности же обет должен был объяснить причину исчезновения Арджуны из Индрапрастхи, а это было изнасилование Улупи. После отсечения руки Бхуришраваса Арджуна объясняет свой подлый поступок ещё одним обетом: "Все цари ведь знают этот мой великий обет, что ни один, принадлежащий к моей стороне, не может быть убит (никем) пока он будет находиться в пределах досягаемости моих стрел!" (Дронапарва, гл. 118, шл. 23 - 28). И тут он лжёт! Сколько воинов погибло рядом с ним, а он не смог их защитить на поле Куру! Обеты Арджуны даются, чтобы оправдать его очередную подлость: в первом случае - изнасилование Улупи, во втором - отсечение руки Бхушришраваса, когда между ним и Сатьяки происходил поединок и победу одерживал каурава. И вот новый обет: убить любого, кто скажет - отдать лук другому. Сначала Арджуна говорит, что это "мой тайный обет" (гл. 49, шл. 1 - 13), но чуть позже это уже "мой известный в мире обет" (гл. 49, шл. 57 - 63). Что сказать, "герой" путается в показаниях. Если Юдхиштхира знал об этом обете, то зачем он провоцировал брата? А если он не знал ничего об этом обете, то его не следовало убивать. Возникает острейшее впечатление, что Арджуна что-то потребовал от Юдхиштхиры, а Юдхиштхира не хочет это выполнить, вот и потребовалось "герою" вытаскивать свой меч из ножен и угрожать ему. Но что?

В конфликт братьев вмешался Кришна. Он осознаёт, что их спор не поможет решению вопроса. Джанардана начал рассуждать о дхарме. Это не самое удобное место и время для этого, но ведь нужно убедить другого, а тут все средства для Кришны хороши. Традиционно о дхарме в эпосе идёт речь, когда нужно оправдать нарушение закона. Нового в этом ничего нет. В наше время любой чиновник-казнокрад старается сохранить видимость закона, когда идёт на его нарушение, прикрываясь его толкованием. С подобной аргументацией мы уже сталкивались в "Сказании о беседах Маркандеи". Это всё та же философия оправдания убийства, лжи и обмана: "Тот, кто прибегает ко лжи во имя (спасения) своего имущества, лжецом не окажется". Кредо Кришны: "Ложь должна быть выше правды!!" (Дронапарва, гл. 164, шл. 97 - 104). Именно таким путём он ведёт пандавов.

Для сравнения напомним об обетах Карны. Каурава придерживается совершенно других принципов, даже Кришна говорит, что "по отношению к Пандавам он лишен корысти" (Карнапарва, гл. 50, шл. 57 - 65). Карна - не только сам бесстрашен в бою, но пробуждает смелость в других, он честный и милосердный. О последнем качестве говорят Дхритараштра, Бхишма и другие герои эпоса. Вайкартана говорит сам о себе, что он сражается не только ради славы, но и желает "защитить робких, просящих пощады на поле брани, а также избавлю от великого страха стариков, детей и дваждырожденных" (Араньякапарва, гл. 284, шл. 35 - 39). Сострадание для него столь же естественно, как и мужество. Он говорит: "Доброе имя мне дороже всего на свете, (дороже) самой жизни" (Араньякапарва, гл. 284, шл. 23 - 34). Если Кришна советует пандавам обманывать другого ради спасения имущества, то Карна готов жертвовать своей жизнью ради спасения других людей. Но если человек идёт на обман из-за собственности, то он будет обманывать всегда, когда речь идёт о выгоде. Карна говорит Сурье: "Я сберегу свою честь, пусть даже ценою жизни, - вот мой обет" (Араньякапарва, гл. 284, шл. 35 - 39). Высшая ценность для сына Солнца - честь, а не жизнь: "Такому, как я, не подобает спасать свою жизнь ценою бесчестья" (Араньякапарва, гл. 284, шл. 23 - 34). А вот обман для него неприемлем ("Я не так страшусь гибели, как обмана"). Кришна же наставляет Арджуну, что обманывать нужно всегда, когда речь идёт о выгоде. И не важно идёт ли речь о спасении имущества, жизни, смерти, браке, клятве...

Ещё один обет Карна даёт после сражения с гандхарвами в Двайтаване. Он обещает Дурьйодхане убить Арджуну после того, как (по легенде) последний нанёс им поражение и освободил кауравов: "Я не омою ног до тех пор, пока не будет убит Арджуна" (Араньякапарва, гл. 243, шл. 13 - 17). Битва эта носит фантастический характер и выставляет пандавов в благородном виде, что для них совершенно не характерно. Ненависть к Арджуне возникла, скорее всего, по причинам личным. Эпос о многом умалчивает или представляет реальность в искажённом виде. В это время Карне каким-то образом стало известно, что Арджуна изнасиловал Улупи, которая являлась то ли невестой, то ли сестрой Вайкартаны. Вот почему он даёт клятву убить Арджуну. Слова клятвы означают: каждую минуту с утра до вечера, пока я не вымою ноги перед сном, я буду думать, о том как убить Арджуну.

Доводы Джанарданы подействовали, но тут Арджуна просит помочь ему в связи с его обетом. Он напоминает, что Бхима убил бы любого, кто назвал его "безбородым", то есть евнухом. В реальности пандавов так называли давно, со времён "игры в кости", когда их по приговору суда лишили мужского звания. Да и сам Арджуна жил в доме Вираты в качестве евнуха и, несомненно, так его называли все обитатели дворца царя матсьев. В таком случае надо был убить всех слуг Вираты. Какая тут честь...

Кришна тоже путается в показаниях: то они видят здорового царя, то он "утомлен и изранен". Джанардана прямо говорит, что к конфликту братьев имеет отношение сын Солнца: "Теперь игру в сражении ведет Карна. и если бы он принял смерть, то куру были бы побеждены, - так полагает царь (Юдхиштхира), сын Дхармы" (Карнапарва, гл. 49, шл. 64 - 71).

Дальше следует инструкция Кришны по примирению сторон: нужно оскорбить Юдхиштхиру в чём-то незначительном и потом попросить прощения - так можно и сохранить обет Арджуны в отношении Гандивы, и оставить в живых Юдхиштхиру. Отказ Дхармараджи был настолько важен, что Арджуна готов был его убить. И вот "обет" Арджуны, а затем "инструкция" Кришны стали способом выйти из этого положения.

Джанардана оправдал доверие Кришны. Он жёстко и с удовольствием высказался о недостатках брата. И, конечно же, он не забыл "игру в кости"... Обвинить Юдхиштхиру в чём-то ничтожном не получилось. Но в конце концов братья всё же примирились. Юдхиштхира тоже стал каяться в своих недостатках, он даже сравнил себя с евнухом... Совет Джанарданы едва не привёл к убийству Юдхиштхиры. Психотерапевт из Кришны никакой, интриган же выдающийся: Арджуна поклялся убить Карну.

В дороге Джанардана говорил, что Бибхатсу должен быть чрезвычайно внимательным и осторожным, ибо Карна и физически, и морально является выдающимся воином, он пробуждает в друзьях бесстрашие, по отношению же к пандавам он враждебный и злокозненный. Перед каждым преступлением убийца нуждается в психологической накачке. Разжигая ненависть к Карне, Кришна напоминает о том, как кауравы едва не сожгли Кунти с сыновьями в "смоляном" доме. И вот перед убийством Карны он говорит, что в этом нет преступления и приводит пример со "смоляным" домом. Но в реальности именно Юдхиштхира отдаёт приказ Бхиме о поджоге: "Подожжем оружейный склад и, предав огню самого Пурочану и оставив здесь шесть трупов, убежим отсюда незамеченными" (Адипарва, гл. 136, шл. 1 - 4). Действительно, жестоким человеком был Юдхиштхира. Но ведь Кришна же прекрасно знал, кто поджигал оружейный склад и дом. где жили пандавы. А если знал, то в его голове созрела новая подлость, как убить доверившегося человека.

Джанардана приводит ещё один пример, иллюстрирующий его методы. Он говорит, что Абхиманью убили пятеро лучников и среди них называет Карну. И это тоже ложь! Сын Субхадры погиб в поединке на палицах с сыном Духшасаны (Дронапарва, гл. 48, шл. 8 - 14).

Но какова же реальная причина приезда Арджуны и Кришны к Юдхиштхире? Тут стоит вспомнить, что Карна, применив оружие Бхаргавы, нанёс поражение войску пандавов ("сыновья Дхритараштры сумели одолеть Бхиму") и теперь открылся путь к переговорам. Карна выставил условие, что на переговоры должен был явиться Юдхиштхира, но Дхармараджа догадывается, что Кришна готов совершить ещё одну подлость. Возможно, Джанардана прямо сказал ему о том, что следует убить Карну в этот момент. Вот почему Арджуна вытаскивает свой меч и грозится убить его. "Обет" тут ни при чём, а Кришне приходится читать лекцию о дхарме. Появление Юдхиштхиры на переговорах должно было означать конец войны и подписание мира. Но и под страхом смерти от меча Арджуны Юдхиштхира не соглашается, Карны он боится больше, чем своего брата. Кришна прилагает усилие, чтобы примирить братьев. Неожиданно у него в голове возник план убийства Карны.

Эпизод 19. Обет Бхимасены и гибель Духшасаны.

Санджая продолжает свой рассказ о битве. В поединках сходятся разные воины: Уттамауджас - против сына Карны Сушены, сын Накулы - против Вришасены, Сатьяки - против Дурьйодханы, Дхриштадьюмна - против Карны.

Карнапарва, гл. 53, шл. 1 - 14:

"Санджая сказал:

...И тут доблестный Уттамауджас без труда покончил с сыном Карны: он отсек ему голову и, обрушив ее наземь, заставил криком кричать землю и небеса. Увидев, что голова Сушены скатилась на землю, Карна, охваченный горем, грозными заостренными стрелами яростно иссек коней, колесницу и знамя Уттамауджаса, но тот острыми стрелами и сверкающим мечом ударил (по нему) с тыла и, сразив коней Крипы, вскочил на колесницу Шикхандина. Заметив, что Крипа лишился своей колесницы, стоящий на колеснице Шикхандин не пожелал добивать его стрелами, и тогда Драуни, развернув колесницу, подхватил Крипу, (спасая его), точно быка, увязавшего в иле...".

Бхима просит своего возничего узнать, свои или чужие воины приближаются к нему, потому что из-за пыли он не различает стягов, а затем он приказывает ему посчитать количество стрел, колчанов и другого оружия на своей колеснице. Посчитав, возница доложил.

Карнапарва, гл. 54, шл. 15 - 16:

"Вишока сказал:

... (Стрел) маргана (у тебя) шестьдесят тысяч, а стрел-"бритв" и бхалл насчитывается по десять тысяч, (стрел) нарача - две тысячи, а (стрел) прадарана - три (тысячи), о доблестный Партха-герой! Осталось еще столько оружия, что его не увезти и шести быкам па повозке, о сын Панду! Мечи (стрелы) тысячами: у тебя в запасе, о мудрый, имеются еще копья и пики - то, что приводят в движение руками".

Обрадованный Бхима сказал, что он или один разгромит всех кауравов, или же погибнет. Пандава говорит Вишоке, что кауравы бегут от стрел Арджуны. Возница отвечает, что среди отряда слонов появилось знамя Бибхатсу. Уничтожая тысячи врагов, он продвигается навстречу Бхимасене.

По приказу Дурьйодханы кауравы окружили Бхимасену со всех сторон, но он "уничтожив десять тысяч не отступающих (в битве) слонов, две сотни тысяч и еще двести воинов, погубив пять тысяч коней и сто колесниц", породил реку из крови (Карнапарва, гл. 55, шл. 31 - 42). Бхимасена убивал кауравов "сотнями тысяч". В бой с ним вступил Шакуни и пробил копьём его левую руку, но Бхимасена взял лук и окутал царя Гандхары множеством стрел и тяжко раненный Шакуни опустился на земле. Кауравы отступили к Карне.

Санджая продолжает свой рассказ о битве: "В послеполуденный час, о великий царь, пламенный Сын суты принялся истреблять сомаков на глазах у Бхимасены, а необычайно могучий Бхима стал теснить войска сыновей Дхритараштры..." (Карнапарва, гл. 56, шл. 7 - 18).

Карну окружили Шикхандин, Бхимасена, Дхриштадьюмна, Накула, Сахадева, Сатьяки, сыновья Драупади. Внук Шини поразил его 20 стрелами в ключицу, Шикхандин 25 стрелами, Дхриштадьюмна - 5 стрелами, сыновья Драупади - 64 стрелами, Сахадева - 7 стрелами, Накула - целой сотней стрел, а Бхимасена - 9 стрелами "прямо в ключицу". Карна разбил колесницы сыновей Драупади, ранил в грудь Сатьяки и поразил каждого из них пятью стрелами. Вайкартана в одиночку противостоял всей рати пандавов и обратил её в бегство.

Арджуна сказал Кришне, что пандавы бегут, избиваемые Карной, поэтому нужно ехать навстречу Сыну суты. Стоя на колеснице и увидев Бибхатсу, Вайкартана стал перечислять все его подвиги, начиная с сожжения Кхандавы, истребления калакеев, сражения в царстве Вираты во время угона скота кауравами и т.д. Карна обратился к Крипе, Критаварману, Шакуни, Ашваттхаману и к своему младшему брату с предложением напасть на Арджуну. Кауравы ринулись в бой. Дхананджая рассек стрелами лук Ашваттхамана, снес голову его вознице, убил его четырёх коней. Затем он рассек лук у Крипы и Критавармана, убил возниц у каждого из них и всех их коней. Арджуна уничтожил 400 слонов Критавармана и войско кауравов устремилось в разные стороны. Встретившись с Бхимой, он сообщил ему, "что Юдхиштхира в добром здравии" (Карнапарва, гл. 58, шл. 14 - 23). Десять сыновей Дхритараштры окружили его, но он десятью стрелами снес им головы. Против него выступило 90 саншаптаков, но он убил их. С тыла на него напали млеччхи на 113 слонах и все они погибли от его стрел.

Сатьяки убил сына Карны Сушену. Разгневанный Карна сразил сына Дхриштадьюмны. Кришна сказал Арджуне, что ряды панчалов тают и он должен убить Карну. Следом за ними ехал Бхимасена, охраняя его тыл.

Духшасана вступил в бой с Бхимой, рассек его лук, убил возницу и множеством стрел поразил пандаву. "Истекая (кровью)", Бхимасена метнул в него палицу на расстояние "десять дханвантара" и Духшасана рухнул на землю. Палица на лету сразила его коней, колесничего, разрушила колесницу. Соскочив с колесницы, Бхима подошёл к нему, наступил ногой на корло, мечом рассек грудь и стал пить кровь поверженного кауравы.

Карнапарва, гл. 61, шл. 8 - 17:

"Санджая сказал:

...Он пил жадно и долго, бросая вокруг свирепые взгляды, пил и приговаривал:

«Превыше всего я ценю этот напиток из добытой мною сегодня крови — превыше молока из материнской груди, чистого масла с медом, (превыше) чтимого напитка из мадхуки, питья из небесной влаги и даже лучшего (из напитков) — молока, смешанного с простоквашей!». Те, кто видел тогда, как Бхимасена, произнося эти слова, вновь и вновь припадал (к ране) и, приплясывая, в радостном возбуждении стремился напиться (кровью врага), объятые трепетом, в ужасе падали ниц. Оружие валилось из рук падающих воинов, они громко кричали от страха, закрывая глаза, чтобы не видеть (происходящего). Все вокруг, кому довелось видеть, как Бхима пьет кровь Духшасаны, охваченные смятением, бежали прочь, возглашая: «Это не человек!».

А (Бхимасена) продолжал говорить, обращая свои слова к слуху отважнейших в мире: «Теперь, когда я пью кровь из твоего горла, нечестивейший из людей, посмеешь ли ты снова сказать столь же высокомерно: «Корова! Корова!».

Ночлег в Праманакоти, попытка отравить (меня) смертельным ядом, коварное нападение змей, сожжение смоляного дома и, наконец, похищение царства с помощью игры, наша жизнь в лесах, неудобные пристанища, (раны) от стрел и (иного) оружия в битвах — вот те беды, которые непрестанно претерпевали мы из-за низости Дхритараштры и его сыновей, а счастье— где оно было?!». Закончив эту свою речь, Врикодара, одержавший победу (над недругом), вновь заговорил, о великий царь, обращаясь с улыбкою к Арджуне с Кешавой: «Все, что вы слышали от меня насчет Духшасаны, я исполнил в бою, о герои!

Теперь же мне предстоит выполнить другой (свой обет): убить второго — Дурьодхану, (как убивают) жертвенное животное. Только поправ ногою голову нечестивца на глазах у всех кауравов, я обрету покой!» Произнеся эти слова, безмерно могучий (Бхима), великий духом, ликуя, издал громкий клич и, окропленный кровью с головы до ног, принялся приплясывать, словно Тысячеокий, одолевший Вритру".

Вришасена хотел напасть на Врикодару, но с ним вступил в бой Накула. Сын Карны убил всех коней пандавы, но брат Бхимы соскочив с колесницы, с одним мечом "сразил в одиночку" 2 тыс. воинов. Вришасена осыпал его стрелами со всех сторон. "Израненный Накула, теснимый в схватке, пришел в ярость и ответно стал разить героя своими стрелами" (Карнапарва, гл. 26 - 34). Затем Накула "на глазах у Завоевателя богатств вспрыгнул на колесницу Бхимасены" (Карнапарва, гл 62, шл. 26 - 34).

Когда Арджуна увидел, что Вришасена лишил коней Накулу, он выступил против него, "расположившегося впереди Сына суты" (Карнапарва, гл. 62, шл. 52 - 62). Они разили стрелами друг друга, и пандава снёс ему голову. Потрясённый смертью сына, Карна ринулся против Арджуны, "выкликая Завоевателя богатств на поединок" (Карнапарва, гл. 63, шл. 1 - 2),

В описании битвы на поле Куру авторы эпоса используют некий набор стереотипов. Судьбу битвы решают герои-одиночки, убивающие тысячи или даже десятки тысяч воинов в день. Чаще всего такими героями являются Арджуна и Бхима, это и неудивительно, поскольку все симпатии авторов на их стороне. В реальности же, конечно, это невозможно. Подлинную картину битвы понять трудно. В искусственно выстроенном ходе сражения видны противоречия и элементы, которые при анализе позволяют понять, что битва происходила вовсе не так, как она описана в эпосе. Вот почему приходится обращать внимание на каждую мелочь и противоречия в описании битвы.

Пока Арджуна с Кришной, опечаленные состоянием здоровья Юдхитхиры, ведут трогательную беседу с ним, главными действующими лицами на поле битвы будут Бхимасена и Уттамауджас, царевич Панчалы. Последний и становится виновником смерти Сушены, сына Карны. Сушена сражается рядом с Вайкартаной, и вряд ли отец мог спокойно следить за тем, как царевич Панчалы одерживает верх в битве с его сыном. Но это пандавы, по мнению авторов, всегда успевают приходить на помощь друг другу в крайней ситуации, а вот кауравы на это не способны. И всё же, вступив в бой с опозданием, Вайкартана лишил царевича коней. Обычно эпос излагает события одном и том же ключе: противник рассек лук, убил возницу, сбил его стяг, поразил коней, потом лишил своего врага палицы или меча и т.д. Но тут случилось нечто неожиданное: лишённый коней Уттамауджас напал на Вайкартану с тыла (?) и затем сразил коней (?) Крипы. И что мешало Карне в этот момент убить панчалийца, ведь без колесницы Уттамауджас представлял из себя просто мишень? Как он, сражавшийся лицом к лицу с Карной, оказался у него в тылу и почему напав на него с тыла он не нанёс ему никакого вреда, но умудрился убить коней Крипы - это вопросы, на которые эпос не даёт ответа. Здесь логика отсутствует. Кто здесь ошибается, трудно сказать: авторы эпоса, переводчики, редакторы - непонятно. Вслед за тем мы наблюдаем любопытный момент: Шикхандин не убил Крипу, хотя и мог это сделать. Что это, акт милосердия или же Крипа для пандавов свой среди чужих? Последнее предположение станет понятно уже после сражения: пандавы выберут Крипу наставником для Парикшита и это несмотря на то, что Крипа, по сказанию, был участником ночного нападения на лагерь панчалов.

Пока Арджуна возвращается на поле битвы, Бхимасена просит своего возничего Вишоку посчитать количество стрел на колеснице. Напомним, в этот момент времени солнце уже давно перевалило через зенит. Подсчёт показал, что всего на колеснице находится 85 000 стрел, а ведь кроме них есть ещё копья, пики, мечи и колчаны. О чём это говорит? Такое количество стрел невозможно расположить на одной колеснице. Если они не в колчанах, а располагаются в несколько рядов в виде штабеля, то его размер составит 4 м в длину и 2 м в высоту при диаметре древка стрелы 10 мм. Предположим вес одной стрелы равен 30 г (это лёгкие стрелы, а ведь могут быть и тяжёлые), тогда общий вес одних стрел равен 2 550 кг! И это не считая колчанов, копий, палиц и пик. Можно сравнить вооружение Бхимы с вооружением Карны. После гибели Бхишмы Вайкартана говорит, чтобы к его колеснице прикрепили 16 колчанов со стрелами, а также мечи, дротики, палицы (Дронапарва, гл. 2, шл. 22 - 27). Предположим, вес одного колчана со стрелами равен 4 кг, тогда их общий вес будет 64 кг. Если в одном колчане 20 - 24 стрелы, то общее количество стрел на колеснице Карны утром в начале сражения будет равным 320 - 384 штуки. Такие цифры представляются реальными, а колесница не перегружена и будет мобильной. Вернёмся к Бхимасене. Общий вес одних только стрел свыше 2, 5 т, а их количество 85 000! Огромное количество стрел Бхимы на его колесницы во второй половине дня удивляет. Почему такое несоответствие вооружения колесницы Бхимы с вооружением колесницы Карны? А ведь речь в первом случае идёт о количестве стрел на колеснице Бхимы, когда солнце уже пересекло зенит, а во втором случае у Карны намного меньше стрел, но в начале дня. Такой вес стрел на колеснице Бхимы не под силу для четвёрки лошадей, да и сама колесница, сделанная из дерева, просто развалится. А уж о мобильности говорить не приходится. Получается, или это художественный вымысел, или Бхима служит в обозе и тогда приведённые факты обретают реальные очертания. Но если он служит в обозе, то какие подвиги он может совершать на поле битвы? А ведь его вклад в победу пандавов, по мнению авторов эпоса, мало уступает вкладу Арджуны.

Но вот Арджуна возвращается на поле битвы, встречается с Бхимой и сообщает ему, что Юдхиштхира в прекрасном здравии. А в реальности? Ведь вовсе не тревогой за здоровье Юдхиштхиры озабочен Бибхатсу. У них произошёл конфликт, который мог закончиться трагически для Дхармараджи Эпос рисует такую картину, словно битву выиграли Арджуна и Кришна, едва ли не в одиночку. Реальную картину можно представить с трудом по умолчанию авторов, по искажению событий действительности, по использованию чудесного оружия. Махабхарата сообщает, что Бхимасена уничтожил 10 000 слонов, 5 000 коней и 200 000 воинов в этот день. Но это невозможно, хотя бы по той причине, что у него всего 85 000 стрел. Уж не говоря о том, что человек не сможет столько раз выстрелить из лука в течение одного дня. Если предположить, что за 1 минуту он выстрелит 10 раз, а за час - 600 раз, то ему потребуется свыше 140 часов, чтобы отправить в полёт такое количество стрел, которое у него имеется на колеснице. Раненный в левую руку копьём, пандава продолжает посылать стрелы, словно рука его совсем не беспокоит. Все эти факты говорят о том, что битва в таком виде невозможна. Авторы лгут и в мелочах, и в целом. Где же реальность?

Она искажена и забыта.

Создатели эпоса словно испытывают терпение читателей, проверяют их способность думать на соответствие здравому смыслу. Вот Карну окружили лучшие воины среди панчалов. Сатьяки посылает в него 20 стрел, и все они попадают в ключицу! Уже похоже на чудо. Но кажется, им этого мало. Бхимасена посылает 7 стрел и тоже в ключицу! Это не может быть случайным. Если они оба такие меткие, посылая стрелы только в ключицу, то что мешает им попасть в голову или в шею? Но ведь у них есть и такой шаблон: три стрелы попадают в лоб и выглядят очень красивыми... В Дронапарве было сказано, что Абхиманью попадал ему в уши. А ведь в них труднее попасть, чем в тело человека. С Карной сражаются 11 воинов и каждого из них он поразил пятью стрелами, а вот один Накула попал в него целой сотней стрел! Для прославления воинских доблестей пандавов ничего не жаль.

Увидев Арджуну на поле боя, Вайкартана вспоминает о его "подвигах". Но для него они точно не то, чем следует гордиться. О сожжении Кхандавы он знает от Рамы Джамадагни и от Ашвасены. Так что и в этом случае Карна говорит не о подвигах Арджуны, а о его подлостях.

Против Арджуны выступает Ашваттхаман, Крипа, Критаварман и Дурьйодхана. И вот пандава как под копирку ведёт свой бой с ними. Словно кто-то невидимый написал одну программу для него. Он рассекает лук одного противника, сносит голову его вознице, убивает четверых коней... И потом всё это в том же порядке повторяет с другим противником, третьи, четвёртым. А ведь последним был сам Дурьйодхана. Кто ему мешал убить главного врага и конкурента Юдхиштхиры? Но во всех четверых случаях от стрел Арджуны не пострадали ни Ашваттхаман, ни Крипа, ни Критаварман, ни Дурьйодхана. Следовательно, и эти "победы" выдуманы.

После этих "подвигов" чудеса на поле битвы продолжаются. Арджуна убивает 400 слонов. Обычным оружием для него является лук, ни палицу, ни дротики он не применяет. Предположим, он убивает одного слона за 1 минуту, тогда он должен потратить свыше 6 часов, чтобы их убить. А ведь идёт вторая половина дня, а после 18 часов уже наступают сумерки, слоны станут невидимыми. Десятью стрелами пандава сносит головы у десяти сыновей Дхритараштры. Если предположить, что он убивает одного, то ведь остальные могут убить его в это время. Но как было сказано, логика авторам эпоса незнакома. Сразу после этого на него с тыла (?) нападают млеччхи на 113 слонах! Зачем такому количеству слонов нападать на одного человека? Казалось бы, здесь он совсем беззащитен, но все они тоже гибнут от стрел Савьясачина. Фантазия у авторов эпоса не имеет предела!

Духшасана одерживает верх в схватке с Бхимасеной, он рассек его лук, убил возницу, множеством стрел ранил пандаву. Но, "истекая (кровью)", Бхима бросил в него палицу и она, пролетев 15 м, убила колесничего, сразила четверых коней и свалила на землю Духшасану. Всё это не просто маловероятно, а совершенно невозможно. Одна палица не может убить сразу четверых коней и разрушить колесницу! А ведь Бхима ещё ранен копьём в левую руку... Далее наступила трагическая развязка: пандава рассек грудь сына Дхритараштры мечом и стал пить его кровь - таков был его обет, который он когда-то дал своим братьям. Эта сцена настолько реалистична, что поражает не только нас сейчас, но и потрясла свидетелей этого убийства. Воины кауравы воскликнули: "Это не человек!". Как можно назвать подобное существо? Вампир, вурдалак, упырь... Так называют в мифах многих народов мира людей, пьющих человеческую кровь. Жестокость их не знает предела. Бхимасена перечислил все "грехи" кауравов, которые он помнил. Среди них и сожжение смоляного дома... А в реальности? После того, как Юдхиштхира предложил поджечь оружейный склад и смоляной дом, Бхима сделал то, что приказал ему старший брат. "И вот ночью, когда подул сильный ветер и люди улеглись спать, о владыка, Бхима, сын Панду, поджег тогда тот (дом), где спал Пурочана" (Адипарва, гл. 137, шл. 5 - 10). И где тут вина Дурьойдханы? А ведь Бхима прекрасно знал, что сын Дхритараштры не виновен в поджоге.

У тела убитого Духшасаны Бхимасена говорит, что теперь он исполнит свой второй обет: "убить второго - Дурьйодхану, (как убивают) жертвенных животных". Вот чему он научился у брахманов... Весь в крови с головы до ног он устраивает дикий танец у тела павшего Духшасаны. И этих людей брахманы объявили праведными... Ни стыда, ни совести, ни чести у этих "героев".

В поединке с Накулой Вришасена одерживал верх, сразил всех его коней. Соскочив с колесницы, Накула взял меч и сразил им 2 тысячи воинов. В одиночку! Как это возможно? И чем тогда в эту минут занимался Вришасена, который лишил его колесницы и лука? Он мог спокойно поразить его стрелой, а если он не сделал этого, значит всё было иначе. Тут одно из двух: или этот "подвиг" пандавы выдуман, или он просто добивает мечом раненных на поле битвы кауравов. Не зря же создатели эпоса говорят, что пандава " в одиночку, играючи, разил и пеших, и колесничных, а также коней и слонов". Это возможно только в одном случае, если и пешие, и колесничные воины не оказывали сопротивления. Но как только появился Вришасена, Накула тут же спасается бегством, запрыгнув на колесницу Бхимасены. А почему Врикодара не продолжил бой с Вришасеной и увозит Накулу с поля боя? Каждый факт битвы говорит о том, что авторы эпоса вводят в заблуждение доверчивых читателей и слушателей.

И вот только теперь Арджуна заметил, что Вришасена лишил Накулу колесницы и выступил против него. Убийство Вришасены в этот момент нужно авторам эпоса для того, чтобы обосновать последующий поединок Арджуны с Карной.

Эпизод 20. "Карна! О Карна!"

Узнав о гибели Вришасены, Карна стал вызывать Арджуну на поединок. Он спросил Шалью, что тот будет делать, если Бибхатсу сразит его. Царь мадров ответил, что в этом случае он собственными руками убьёт Савьясачина и Джанардану. Когда с подобным вопросом к Кришне обратился Арджуна, то Васудева ответил, что этого не может быть, но если подобное случится, то он убьёт Карну и Шалью. Пандава обещал ему, что он один справится с Карной и Шальёй.

Вайкартана и Арджуна метали стрелы друг в друга так, что вокруг наступила тьма. Воины обеих сторон поддерживали пандаву и каураву. Сомаки призывали Арджуну снести голову Карны одним ударом меча, кауравы кричали Вайкартане, что, победив своего противника, он вынудит его отправиться в изгнание.

Арджуна привёл в действие "оружие Брахмы", он сокрушил "четыре сотни слонов с воинами на них, восемьсот колесниц, а еще тысячу коней со всадниками и восемь тысяч отборных пеших воинов" (Карнапарва, гл. 65, шл. 24 - 31). Неожиданно лопнула тетива у лука сына Кунти. Карна осыпал его сотней стрел, а Васудеву - шестьюдесятью. Сомаки обратились в бегство. Партха поразил Шалью десятью стрелами, а Карну - двенадцатью.

Санджая сообщает: "Савьясачин предал смерти всех «стражей стоп» и «стражей колес», «впереди идущих» и «охранителей тыла», а также две тысячи лучших в числе куру героев, доблестных, сплоченных воедино и руководимых Дурьодханой отборных колесничных бойцов со всеми их конями, возничими и колесницами.

Тут сыновья твои и другие оставшиеся в живых кауравы обратились в бегство, оставив Карну одного, бросив на произвол судьбы своих убитых и раненных стрелами, жалобно стенающих сыновей и отцов.

Но Карна, хоть он и видел, что терзаемые страхом куру покинули его и все пространство вокруг опустело, не дрогнул, а, напротив, стремительно атаковал Арджуну, о бхарата!" (Карнапарва, гл. 65, шл. 40 - 45). Карна не отступил. Кауравы оставили поле боя и издали наблюдали за поединком двух героев.

Карнапарва, гл. 66, шл. 1 - 4, 5 - 9, 10 - 11:

"Санджая сказал:

А то оружие, которое Арджуна применил в великой битве на погибель Карне, (одного за другим) поглощало отважных воинов, производя в небе и в поднебесье неумолчный шум. (Однако Карна) губительным для недругов, наделенным огромной мощью, полученным им некогда от Рамы «оружием Атхарванов» развеял то пламенное оружие Арджуны и самого Партху поразил острыми стрелами.

И вот Карна возложил средь битвы на тетиву смертоносную для недругов, остро-отточенную, огненную, ярко-полыхающую, гладко отполированную, змееглавую, происходящую из рода Айраваты, полную жгучего яда стрелу, которую уже очень давно берег он на случай встречи о Арджуной и которой постоянно воздавал почести, содержа ее в золоченом тростниковом футляре, в сандаловом порошке. Ею намеревался он в битве снести голову Пхальгуне. Видя, что Вайкартана уже готов пустить стрелу, великий духом царь мадров сказал ему:

«Не долететь этой стреле, о Карна, до шеи (Арджуны); попробуй взять (другую), ту, что (действительно) способна снести голову!» А Карна, глаза которого налились кровью от гнева, изготовил, несмотря на его слова, лук для выстрела и отвечал ему: «Знай, о Шалья, что Карна никогда не прицеливается дважды! Подобным мне (героям) плутовство не к лицу!» Сказав эти слова, он выпустил из лука эту стрелу по имени Балахака, коей он столькие годы воздавал почести; и посылая поспешно ту мощную (стрелу) в цель, он крикнул: «Смерть тебе, Пхальгуна!».

Заметив, что Карна возлагает на тетиву ту (стрелу-) змею, Мадхава, наисильнейший из силачей, ногами изо всех сил уперся в (днище) колесницы. Колесница глубоко увязла в земле, а кони пали на колени, и потому стрела сбила (только) диадему (с головы) многомудрого (Арджуны)".

Эту диадему Владыка богов когда-то подарил Киритину, "который истреблял тогда недругов небожителей". Никто из богов не мог причинить вреда ей, но "(стрела-)змея" сбила её с головы Бибхатсу. Арджуна повязал голову белым куском ткани.

Санджая сказал: "А Балахака, великий, грозный змей, сиянием подобный Солнцу и Вкусителю жертв, закоренелый во вражде своей к Арджуне, направленный рукою Карны, ударив в диадему, отлетел прочь и сказал Кришне: «Знай, что я совершил ныне это злодейство, поддавшись злобе, порожденной во мне убийством моей матери!» Тогда Кришна средь битвы молвил Партхе: «Срази этого змея, твоего заклятого врага!» (Карнапарва, гл. 66, шл. 20 - 22).

Савьясачин спросил своего возницу, кто этот змей. Кришна ответил, что этот змей из леса Кхандава, мать его была убита сыном Кунти во время сожжения леса. И тогда Савьясачин шестью острыми стрелами сразил этого змея. Карна осыпал своего противника стрелами. Пандава послал в него 90 стрел и головной убор Карны слетел на землю. И тут одно из колёс колесницы Вайкартаны увязло в земле.

Сын Солнца стал попрекать дхарму: "Знатоки дхармы всегда твердят, что она хранит поборников своих от бед. Ныне она столь низко пала, что не хранит преданных моих друзей, и я склонен думать, что дхарма не всегда дает защиту!" (Карнапарва, гл. 66, шл. 42 - 44).

Вайкартана вызвал "оружие Брахмы", Савьясачин призвал "оружие Индры", а затем "оружие Брахмы". Карна сумел рассечь тетиву лука своего противника. Пандава снял эту тетиву и натянул другую. Арджуна взял волшебную стрелу, зовущуюся "оружием Рудры". Карна сказал ему: «Потерпи немного, о Пандава! Ты видишь, по воле рока увязло колесо у меня среди (бранного поля); так отрешись, о Партха, от мысли (убить меня), достойной лишь негодяя! Герои никогда не наносят удара в битве тому, у кого распущены (и спадают на лицо) волосы, тому, кто повернулся спиной, или брахману, или тому, кто (в знак покорности) сложил ладони, кто просит пощады или бросил оружие, тому, кого постигла несчастливая случайность, о Арджуна, тому, кто остался без стрел, у кого упал доспех, выпало из рук или сломалось оружие. Царь никогда не поступит так по отношению к царю! Ведь ты — преотважнейший герой, о Каунтея: потому повремени немного, пока я не вытащу из земли колесо, о Завоеватель богатств! Не подобает тебе, стоящему на колеснице, убивать меня, стоящего на земле! Я не жду зла ни от Васудевы, ни от тебя, о Пандавея! Ты ведь по рождению кшатрий, продолжатель великого рода. Помня заповеди дхармы, повремени немного, о Пандава!» (Карнапарва, гл. 66, шл. 60 - 65).

И тут Кришна сказал Вайкартане, что не случайно он вспомнил о дхарме, оказавшись в беде, почему же он не вспоминал о ней во время игры в кости, когда в собрание ввели Драупади.

Карна осыпал их стрелами, а сам попытался вытащить колесо из земли. Арджуна послал в него "оружие Джатаведаса", Вайкартана ответил "оружием Варуны". Сын Кунти применил "оружие Ваю", сбил знамя Вайкартаны и достал из колчана оружие "Анджалика", "шестикрылое, длиной в три локтя", ...подобное Пинаке (Шивы) и диску Нараяны". Этой стрелой он отсек голову Карны.

После того, как Карна пал на землю, довольные сомаки пустились в пляс. Санджая сообщает Дхритараштре: "Увидев, что отважный Карна, израненный стрелами, с телом, запятнанным кровью, недвижно лежит на земле, царь мадров на колеснице со срубленным знаменем удалился с поля боя" (Карнапарва, гл. 67, шл 35 - 37).

Шалья, встретив едущего навстречу Дурьйодхану, показал ему во что превратилось поле боя. Узнав о гибели Карны, опечаленный Дурьйодхана громко вздыхал и твердил со слезами на глазах: "Карна! О Карна!"

Карнапарва, гл. 68, шл. 6 - 12:

"Санджая сказал:

Увидев, что Карна, учинивший (врагам) страшное побоище, сражен, словно слон - гривастым львом, Арджуной, и простерт на земле, царь мадров в страхе поспешно умчался прочь на своей колеснице".

Глядя на кроваво-красный диск солнца, кауравы вернулись в свой лагерь. Вайкартана ушёл на небеса, тот, "кто был всегда любимым людьми, щедрым дарителем и сам радовался возможности совершать дарения", оставил землю.

В лагере пандавов Кришна сказал Арджуне: "Губителем Балы сражен Вритра, а тобой, о Завоеватель богатств, - Карна!" (Карнапарва, гл. 69, шл. 1 - 5). В Хастинапуре Дхритараштра, услышав весть о гибели Карны, пал на землю, а вместе с нима "пала также и верная обету правдивости, прозревающая дхарму царица Гандхари" (Карнапарва, гл. 69, шл. 41 - 43).

Отправляясь на поединок с Арджуной, Карна спрашивает Шалью, что тот будет делать, если он погибнет. Царь мадров отвечает, что тогда он сам убьёт Арджуну и Кришну. Этот странный разговор не имеет аналогов в эпосе. По определению считается, что воин на колеснице сильнее своего возничего и последние гибнут почти всегда первыми и намного чаще самих воинов на колесницах. Но Карна почему-то считает, что он может погибнуть первым. И, как мы потом убедимся, его подозрение полностью оправдается. Не менее удивительно, что на подобный вопрос Арджуны, Кришна обещает убить Карну и Шалью. Почему же Карна говорит о том, что он может быть убитым раньше своего возницы? С этим поединком определённо что-то не так, как он описан в эпосе.

Несмотря на то, что Арджуна и Карна мечут стрелы так, что вокруг становится темно, сомаки (они же панчалы) призывают пандаву снести голову кауравы ударом меча. Но ведь для этого нужно сблизиться до расстояния рукопашного боя... Что же такое наблюдают сомаки, если они говорят о том, что Арджуна должен убить Карну мечом? Уже в самом начале ещё не начавшегося поединка они уже знают, что Арджуна и Карна должны сблизиться на расстояние 2 - 3 м. А вот кауравы кричат не о смерти Арджуны, а о его изгнании в леса после поражения и, следовательно, речь вообще не идёт о том, что Арджуна может погибнуть. Не странно ли это? Такое впечатление словно Карна и Арджуна ждут разных итогов от будущей встречи на поле Куру. И кауравы считают, что Карна достигнет своих целей и Арджуна с братьями отправятся в изгнание.

Поединок между Карной и Арджуной сопровождается применением чудесного оружия, о волшебных свойствах которого мало что известно. Используя "оружие Брахмы" Арджуна убивает 400 слонов, уничтожает 800 колесниц с воинами на них и 8 000 отборных воинов. Искусственность этих цифр очевидна: все они кратны четырёмстам. Подобная статистика просто проявление фантазии авторов эпоса. Применение божественного оружия должно скрыть обман читателя. Но вот лопнула тетива лука Арджуны и рассказчик даже не повествует о том, что Савьясачин натянул новую тетиву или взял другой лук (Карнапарва, гл. 65, шл. 32 - 36). Почти сразу же он продолжает посылать стрелы в своего противника, как будто ничего такого не случилось. Каждая неточность вызывает сомнение в достоверности описания происходящих событий. Арджуна убивает "стражей" колёс колесницы Карны и ещё 2 000 воинов-кауравов. И нет ни одного слова о таких же "стражах" колёс Арджуны. А почему? С учётом ранее убитых воинов общее количество убитых Арджуной превышает 10 000 человек, не считая воинов на слонах и колесницах. Никаких трудностей при этом он не испытывает. Но это уже не поединок! Если сын Кунти выпускает 600 стрел в час, то, чтобы убить такое количество воинов, он должен выпускать стрелы с такой скоростью в течение не менее 16 часов! Это просто невозможно. Получается, все эти "подвиги" Арджуны выдуманы. Текст сообщает, что кауравы отступили с поля боя, оставив Карну одного. В реальности оба войска наблюдают издали, как сближаются две колесницы. Описание этой встречи, итоги которой ждут воины обеих сторон, мало напоминают поединок.

Чтобы поразить Арджуну, Карна берёт змееглавую стрелу, которую он хранил специально для этого случая в золочёном футляре. Но тут Шалья сказал ему, что эта стрела не долетит до шеи Арджуны и лучше взять другую. Вне себя от гнева Карна отвечает: "мне плутовство не к лицу!" Эти слова удивительны. Несомненно, Шалья предлагает ему совершить некую подлость, которую он с негодованием отвергает. Обман не для него!

Стрела Балахака, которой "он столькие годы воздавал почести", находилась в полёте, а Кришна, упершись ногами в днище колесницы, сделал так. что "колесница глубоко увязла в земле, а кони пали на колени, и потому стрела сбила (только) диадему (с головы) многомудрого (Арджуны)". Этим чудом авторы эпоса прикрывают нечто другое. Странно то, что Арджуна вышел на бой с диадемой на голове. По существу, корона на голове - это символ власти, используемый в официальной церемонии, а не на поле боя. Падение её всегда носило негативную оценку и считалось символом падения власти. В эпосе это падение представлено как страшное бедствие. Стрела Балахака, превратившаяся вдруг в змея, говорит, что совершила это "злодейство" из-за злобы, "порожденной во мне убийством моей матери". Не странно ли, у "стрелы" вдруг появилась мать, убитая подлым путём? "Злодейство" - это, конечно, оценочное суждение авторов эпоса. Ну какое может быть злодейство, если сын хочет отомстить убийце за смерть своей матери, сбивая его диадему на землю? Справедливое, хотя и позднее воздаяние, но точно не злодейство. Кришна призывает Арджуну убить этого "змея". Говорящий змей, которого следует убить, - это, конечно же, человек. На вопрос Арджуны, кто этот змей, Кришна отвечает, что это сын Такшаки. Мать "змея" была убита Арджуной при сожжении леса Кхандавы. Сын Кунти убивает "змея" шестью стрелами и сбивает головной убор Карны. По мнению авторов эпоса таким образом Арджуна должен отомстить сыну Такшаки, ведь его же унизили.

В этот момент колесо колесницы Карны увязло в земле и он стал попрекать дхарму. Но как связаны застрявшее в земле колесо и слова Карны, что "дхарма не хранит преданных моих друзей"? Очевидно, что никак. Застрявшее колесо - это повод, чтобы Карна сошёл с колесницы и проявил свою уязвимость. В противном случае ведь его трудно убить. А вот преданным другом Карны, несомненно, в этой сцене является Балахака! Его гибель является нарушением дхармы, вот почему Карна и начинает попрекать дхарму. Иначе говоря, убийство Балахаки, сбившего корону с головы Арджуны, это преступление. Оно незаконно. Так говорит Карна.

Эпос сообщает, что, сойдя с колесницы, Карна сумел рассечь тетиву лука своего противника. Арджуна меняет тетиву и берёт из колчана стрелу, зовущуюся "оружием Рудры". Это грозное оружие, как и "оружие Анджалика" чуть позже, он достаёт из обычного колчана. Что за чудесное оружие может быть в колчане? Стрела. Карна перечисляет сыну Кунти те случаи, когда не следует наносить удара в битве, так как это нарушение дхармы воина. Несомненно, увязшее в земле колесо он относит к такому же нарушению воинского кодекса и продолжает свои безуспешные попытки вытащить его. И тут возникает недоумение. Если следовать тексту эпоса, то чуть раньше Кришна уперся ногами в днище своей колесницы и она "глубоко увязла в земле". Но это погружение в землю никак не помешало Арджуне. А чуть позже увязшее колесо в земле колесницы Карны тоже не помешало Шалье уехать с поля боя! Это колесо мешает только Карне и считается, что именно оно стало причиной гибели Вайкартаны. Шалья ведь тоже не сходит с колесницы, чтобы вытащить колесо из земли. Исходя из этой логики, можно сказать, что колесо - это повод для авторов эпоса, чтобы Карна сошёл на землю и оказался в уязвимом положении. И вообще сошествие Карны на землю из-за застрявшего колеса - это единственный случай подобного рода в Махабхарате.

На реплику Вайкартаны, что дхарма не защищает его преданных друзей, Кришна отвечает ему, что тот прежде не вспоминал о дхарме во время "игры в кости", когда в зал ввели Драупади. Вообще "игру в кости" (суд над пандавами) авторы вставляют при любом затруднении. Для брахманов "игра в кости" - вершина злодеяний кауравов. Представление о дхарме у Кришны избирательное, он считает законным только те случаи, когда соблюдаются его интересы или его сателлитов. Равноправными союзниками пандавы для него не являются, он использует их в своих интересах.

Карна и Арджуна применяют различные чудесные оружия. Сын Кунти достал из колчана "оружие Анджалика", "шестикрылое, длиной в три локтя" и отрубил им голову Карны. Но как стрела длиной в три локтя (1, 5 м!) может поместиться в колчане? Скорее всего тут речь идёт о мече.

После гибели Карны Шалья спокойно удалился с поля боя, чуть позже авторы эпоса скажут, что он "в страхе поспешно умчался прочь" И увязшее колесо в земле не помешало! Но где же его обещание Карне, что он убьёт Арджуну и Кришну, если Вайкартана погибнет? Он обманул Карну. Но и Арджуна позволяет ему уехать, а ведь мог бы убить, потому что стрела летит быстрее, чем скачет лошадь. В этой истории слишком много тайн и умолчаний. На поле Куру возницы гибнут в несколько раз чаще, чем воины на колесницах Но в случае с Шальёй Арджуна даже не предпринял попытки убить его.

Весть о гибели Карны Дурьйодхана встретил со слезами на глазах, "почти не воспринимая окружающего, всем видом являя страдание". В длинной речи Шалья стал описывать поле боя и погибших кауравов на нём. Зачем он это делает? С большой долей вероятности эти слова авторские, а не Шальи. Дурьйодхану интересовало, как мог погибнуть Карна, а не поле боя, которое он видел сам. Глупо считать причиной гибели Вайкартаны проклятие брахманов и увязшее в земле колесо, которое не помешало Шалье уехать с поля боя.

Санджая сообщает, что на небеса ушёл тот, "кто всегда был добродетелен и окружен добродетельными мужами", "кто был всегда любимым людьми, щедрым дарителем и сам радовался возможности совершать дарения" (Карнапарва, гл. 68, шл 41 - 46). А сколько грязи на него вылили брахманы! Ушёл из жизни человек, для которого смыслом жизни было дарить себя людям, который чувствовал себя счастливым, проявляя щедрость к окружающим, а не только к своим друзьям.

В лагере пандавов Кришна сравнивает убийство Вритры Индрой с убийством Карны Арджуной. Но теперь мы хорошо знаем, что убийство Вритры было вершиной подлости Индры: сын убил отца. Невольно Кришна признался, что убийство Карны по степени подлости равнозначно отцеубийству. Разве это поединок! Ведь в поединке соблюдаются определённые правила боя, а Карна говорит, что закон (дхарма) не хранит его верных друзей (Балахаку). Иными словами Балахака, сбивший диадему с головы Арджуны, убит подлым образом. Да и сам Карна, хотя и предостерегал Арджуну от нарушения дхармы, тот её всё равно нарушил. История со "змеем" Балахакой - это вообще центральная часть этого эпизода. Поэтому нужно вспомнить многое что из предыдущего повествования.

Узнав о гибели Карны Дхритараштра и Гандхари потеряли сознание и пали на землю, словно они потеряли своего сына.

В "поединке" Карны и Арджуны слишком много противоречий, чудес и умолчаний, которые скрывают совершенно другую реальность. Но какую? Ответом на это будет то, что Карна погиб во время переговоров о мире. Об этом в следующей части.

3. Версия исторических событий

Начать переговоры о мире пандавы вынуждены были после поражения, которое они потерпели от Карны. В Карнапарве, гл. 45 Арджуна, глядя на разгромленное войско, говорит Кришне: "Только пока человек жив, он добивается в бою победы, но (горе ему), если он (терпит) поражение: побежденному, о Хришикеша, (суждена) погибель, ему нечего (надеяться) на победу". Надежды на победу нет, следует признать поражение. Сразу после этих слов Кришна предлагает оставить поле боя и навестить Юдхиштхиру. Но это не забота о здоровье пандавы, а предложение ему возглавить делегацию пандавов. Юдхиштхира отказывается ехать на переговоры даже под угрозой смерти, острого языка Карны он боится больше. Кришна предлагает Арджуне использовать двойника вместо Юдхиштхиры.

Карна едет на переговоры, о которых он давно мечтал. Ещё в Удьйогапарве, гл. 61 он обещал одержать победу над пандавами и, когда он возглавил войско кауравов, он своё слово сдержал. Вайкартана считал, что пандавы должны признать поражение, их лишают всяких прав на власть и они ожидают суда, после которого братья вместе с Драупади уходят в изгнание. Так Карна хотел сохранить жизнь как можно большему количеству людей. Не будем забывать, что милосердие было его основным качеством, о чём хорошо было известно Кришне: "...правдоречивый, ... соблюдающий обет и милосердный даже по отношению к врагам" (Дронапарва, гл. 155, шл. 18 - 24). Вайкартана едет вместе с Шальёй и Балахакой. Он отдаёт себе отчёт, что его могут убить первым, поэтому он ожидает, что Шалья отомстит за его смерть - вот почему у них возникает разговор, что будет делать Шалья, если Карну убьют на переговорах. В центре эпизода находится Балахака, он же Ашвасена - сын Такшаки (Рамы Джамадагни). Его мать погибла при ограблении Кхандавы, а сам он спасся благодаря её мужеству и самопожертвованию. Ашвасена - преданный друг Карны, о чём он сам говорит после его гибели.

Сторонники пандавов сомаки желают Арджуне убить Карну мечом. Это как раз аргумент в пользу того, что встреча Арджуны и Карны носит характер переговоров, а не поединка, Они должны сойтись на близкое расстояние, только потом у Арджуны будет возможность убить Карну мечом и сорвать переговоры. Кауравы ожидают, что пандавы признают поражение, будет заключён мир, потом состоится суд над ними и братья отправятся в изгнание.

Подъезжая к месту переговоров, Шалья намекает Вайкартане, что можно убить Арджуну стрелой, но Карна отвечает, что ему "плутовство не к лицу". Царь мадров действует как провокатор. Из дальнейшего станет понятно, что он находится в сговоре с Кришной и они действуют по одному плану. Если Карна послушает его, то он - нарушитель дхармы. А соблюдение воинской этики для Карны было делом чести. С другой стороны царь мадров мог помешать ему это сделать. И тогда репутация Карны испорчена.

Фактически Кришна под прикрытием переговоров приготовил для Карны ловушку. В Ашвамедхикапарве Кришна об этом скажет своему отцу, что Карна "принял смерть, как мотылек в огне" (гл. 59, шл. 13 - 24). То есть, доверился людям и не ожидал от них опасности. Обычно угрозы других не видит тот, кто сам не хочет нанести вреда другим. План убийства Карны Кришна вынашивал давно. В Дронапарве после убийства Гхатоткачи он говорил Арджуне: "А ведь представится один удобный случай для его убиения. Когда колесо его колесницы погрязнет в выбоину, ты, действуя особенно внимательно, должен будешь убить его, оказавшегося в бедственном положении, в то время как сам он будет вовсе невнимательным. И ты заранее получишь от меня знак"! И далее он перечисляет убитых по разработанному плану Джарасандху, Шишупалу, Экалавью, Хидимбу, Кирмиру, Баку, Алаюдху, Гхатоткачу. Все они были убиты обманным путём ("при помощи различных изобретательных средств" (гл. 155, шл. 25 - 30).

Когда колесницы сблизились, сын Такшаки вместе с Карной сошёл на землю для переговоров. Подойдя к колеснице Арджуны Ашвасена сбил диадему с головы Арджуны, лишая его властных полномочий. По знаку Кришны Арджуна убивает его. В этот момент Шалья оказывает помощь мятежникам, отвлекая Карну, который оказался на земле безоружным. Возмущению Вайкартаны нет пределов: как можно убивать потомка рода Брахмы и участника переговоров о мире! ("дхарма не всегда даёт защиту"). Арджуна, Кришна, двойник Юдхиштхиры убивают его все вместе, используя разные виды оружия (Анджалика одновременно похоже на меч, пику и чакру).

Убийцы отпускают Шалью и он мирно уезжает на колеснице. У Кришны есть план, как использовать предателя дальше.

Эпизод 21. Змеиная благодарность.

После гибели Карны Дурьйодхана назначил полководцем Шалью, который был убит Юдхиштхирой в полдень следующего дня. Сын Дхритараштры бежал и спрятался в озеро. "И во второй половине того же дня, после того как озеро было окружено могучими воинами на колесницах, а сам (Дурьйодхана) был вызван оттуда обманным способом, он был повержен Бхимасеной" (Шальяпарва, гл. 1, шл. 9 - 13).

В ранний час дня Санджая вошёл в Хастинапур. Он сообщил Дхритараштре о гибели Дурьйодханы, Шакуни, Шальи, Улуки. Сута рассказал о смерти Дхриштадьюмны, Шикхандина, сыновей Драупади. В живых осталось только пятеро пандавов, Кришна и Сатьяки, а со стороны кауравов - Крипа, Критаварман и Ашваттхаман. Услышав о таких вестях, Дхритараштра вместе с Гандхари лишились чувств. Обретя сознание, царь сказал, чтобы женщины удалились. Затем он стал спрашивать суту о тех событиях, что произошли после смерти Карны.

Санджая стал рассказывать, что после гибели Вайкартаны войска "не раз обращались в бество, ... охваченные паническим страхом" (Шальяпарва, гл. 3, шл. 1 - 8). Крипа предложил Дурьйодхане заключить мир с пандавами на условиях, что Юдхиштхира позволит ему "оставаться (повелителем) в царстве" (Шальяпарва, гл. 3, шл. 44 - 50). Дурьйодхана ответил, что сейчас не подходящее время для заключения мира: "Верную политику я усматриваю в том, чтобы сражаться справедливо, о усмиритель врагов! Сейчас не время, чтобы действовать подобно евнуху... Слава — (это все), что должно быть достигнуто здесь. Она может быть добыта (только) в сражении и отнюдь не иначе. Для кшатрия же такая смерть, которая наступает дома, достойна порицания... Мы тоже теперь взойдем по пути, по которому идут бессмертные, а также герои, не отвращающиеся от битвы, по пути, избранному такими (героями), как наш престарелый дед и равно наставник, одаренныйглубоким умом, Джаядратха, Карна и Духшасана!.. Вспоминая подвиги тех героев, которые погибли ради меня, я хочу заплатить им долг (положенный от меня), не устремляя своих помыслов на царство. Если, допустив убийство своих друзей, братьев и дедов, я спасу свою собственную жизнь, весь мир тогда будет осуждать меня (Шальяпарва, гл. 4, шл. 24 - 31, 32 - 38, 39 - 45).

Накормив и приведя в порядок упряжных и верховых животных, кауравы отошли на "без малого на две йоджаны" и расположились на ночь на берегу Сарасвати у подножия Химавана. Дурьйодхана спросил Ашваттхамана, кого следует назначить полководцем после гибели Карны. Сын Дроны предложил сделать военачальником Шалью. Дурьйодхана согласился. Войско приветствовало решение царя громкими возгласами.

В лагере пандавов, услышав шум в войске кауравов, Юдхиштхира сказал, что полководцем кауравов назначен Шалья. Кришна сказал, что царь мадров настолько силён, что убить его может только Юдхиштхира: "Убей же его, о могучерукий, как Васава убил (демона) Намучи! И нисколько не должно быть проявлено здесь милосердия при мысли: "Это мой дядя со стороны матери!" (Шальяпарва, гл. 6, шл. 31 - 37).

Перед началом битвы кауравы обещали друг другу, что не будут сражаться в одиночку. Оставшееся войско кауравов составляло 11 000 колесниц, 10 700 слонов, 200 000 коней и 30 000 000 пеших воинов. На стороне пандавов сражались 6 000 колесниц, 6 000 слонов, 10 000 коней и 20 000 000 пеших воинов.

Санджая сообщает Дхритараштре: "Мы видели, (сколь) чудесным и страшным по виду был тот способ, о владыка народов, коим сражались с Шальей те герои сообща и каждый в отдельности" (Шальяпарва, гл. 8. шл. 34 - 41). Увидев своё войско разбитым, царь мадров сказал вознице, чтобы он вёз его к Юдхшитхире. В начавшейся битве Накула убил трёх сыновей Карны: Читрасену, Сушену и Сатьясену.

Шальяпарва, гл. 10, шл. 7 - 13:

"Санджая сказал:

И когда так происходила битва та, внушающая ужас робким, когда наступил ранний час

дня перед восходом солнца, противники, о царь, метко разившие в цель, охранявшиеся

благородным (Юдхиштхирой), сражались с твоим войском, избрав смерть вместо отступления... Охваченный гневом, царь мадров, взяв превосходнейший лук, ринулся в битву против пандавов, смертельных своих врагов".

Шалья и Бхимасена сошлись в битве на палицах. Они сражались до тех пор, пока не упали оба одновременно. Крипа посадил Шалью на свою колесницу и вывез его. Бхима встал сам и стал вызывать на бой царя мадров. Шалья уже сражался с Юдхиштхирой, но ему на помощь пришли Сатьяки, Бхимасена и оба сына Мадри. Арджуна сражался против Ашваттхамана и саншаптаков. Солнце достигло зенита.

Юдхиштхира сказал, что он или победит Шалью, или погибнет. Дхармараджа распорядился, чтобы близнецы стали охранителями его колёс. Чуть позже он уже сказал, что Сатьяки будет охранять его правое колесо, Дхриштадьюмна - левое, Арджуна будет сзади его колесницы, а Бхимасена впереди его. Дхармараджа убил возницу и четырёх коней Шальи, но сын Дроны пришёл ему на помощь и взял его на свою колесницу. Царь мадров взошёл на другую колесницу. После долгого боя Юдхиштхира убил Шалью дротиком, а вслед за ним его младшего брата.

Дурьйодхана наблюдал за боем царя мадров и Юдхиштхиры с близкого расстояния. Перед его глазами открывалась поразительная картина.

Шальяпарва, гл. 17, шл. 1 - 4:

"Санджая сказал:

После того как был убит Шалья, о царь, последователи царя мадров численностью в семь

сотен храбрейших воинов, сражавшихся на колесницах, с большой стремительностью

выступили на битву. Дурьйодхана же, взойдя на слона, подобного горе, осеняемый зонтом и

обмахиваемый опахалами из буйволовых хвостов, удерживал мадров словами: «Не высту-

пайте! Не выступайте!» Но, хотя и сдерживаемые Дурьйодханой снова и снова, герои те,

жаждавшие убить Юдхиштхиру, ворвались в войско пандавов".

К Юдхиштхире примчались Арджуна, Бхима, оба сына Мадри, Сатьяки, Дхриштадьюмна и Шикхандин. Мадры, окружённые со всех сторон пандавами кричали, что они не видят Юдхиштхиру, его братьев, Шикхандина, Дхриштадьюмны и Сатьяки. Сыновья Драупади и Сатьяки стали убивашихать приверженцев царя мадров. Санджая сообщает Дхритараштре, что остальные кауравы, "хотя и удерживаемые твоим сыном", бросились им на помощь. Шакуни сказал Дурьйодхане: "Почему на наших глазах уничтожается войско мадров?... Сражаться нам должно, сплотившись вместе, - таково было соглашение, достигнутое (между нами). Так почему же ты проявляешь терпимость к нашим врагам, коль они убивают (наших ратников)?" (Шальяпарва, гл. 17, шл. 14 - 20). Дурьйодхана сказал, что он удерживал воинов, но они не послушались его слов.

Кауравы направились туда, где были мадры. Приверженцы царя мадров сражались врукопашную. И пока кауравы приблизились, все мадры были уже убиты. Санджая сообщает: "Увидев тогда огромное войско царя мадров уничтоженным и храбрейшего царя мадров поверженным в сражении, всё войско Дурьйодханы снова отвратилось от битвы" (Шальяпарва, гл. 17,шл. 35 - 39).

В полдень после гибели Шальи кауравы бежали прочь. Бхима, сойдя с колесницы, уничтожил палицей 21 000 воинов. Дурьйодхана кричал отступающим, что они должны сражаться, а не бежать, и прикрывал отступление кауравов. Царь обратился к ним со словами: "Если же вы погибнете в беспорядке, совершив роковую ошибку, пандавы преследуя вас, убьют всех" (Шальяпарва, гл. 18, шл. 56 - 61). Часть кауравов вернулась, чтобы сражаться. Шакуни сказал воинам, чтобы они продолжали сражаться, а он нападёт на пандавов с тыла. Ему удалось это сделать, и войско пандавов обратилось в бегство. Тогда Юдхиштхира направил Сахадеву со слонами и конницей против Шакуни.

Дурьйодхана, лишившись колесницы, сел верхом на коня и направился к Шакуни. Три тысячи слонов окружили пятеро пандавов. Арджуна убивал каждого из слонов одной стрелой, а Бхимасена - одним ударом палицы. Ашваттхаман, Крипа и Критаварман направились к Дурьйодхане. Сатьяки с четырьмя сотнями колесниц преследовал Санджаю. Сута потерял сознание и внук Шини пленил его.

Рано утром Санджая вернулся в Хастинапур и сообщил царю о разгроме кауравов и гибели Дурьйодхнаы. Услышав эту весть Дхритараштра и Гандхари лишились чувств. Когда сознание к ним вернулось, царь попросил женщин удалиться. Сута рассказал подробности как это произошло.

Свой доклад Санджая начал с того, что сообщил о бегстве с поля боя части союзников кауравов после гибели Карны. Несомненно, после смерти Вайкартаны они уже потеряли веру в победу. Крипа предложил Дурьйодхане заключить мир с пандавами при условии, что Дурьйодхана останется в царстве. Но сын Дхритараштры отверг такую возможность, понимая, что она для него унизительна. Как и ранее павшие кауравы, он считал, что сражаться справедливо - это путь для достижения славы, а слава - единственно достойная цель жизни воина. Изменить этим принципам для него было то же, что и предать себя. Таким путём прошли ранее павшие на поле Куру Бхишма, Дрона, Джаядратха, Карна и Духшасана. Сравним. Последним желанием Дроны перед смертью было решение "отдать свою жизнь, сражаясь справедливо" (Дронапарва, гл. 165, шл. 8 - 13). Карна говорит Сурье: "Тот, о ком идет добрая слава, достигает небес, а утративший честное имя приходит к погибели. Ведь добрая слава в этом мире лелеет человека, как мать, а бесславие хоронит его заживо" (Араняькапарва, гл. 284, шл. 23 - 34). Таким образом весь правящий слой кауравов придерживается общих принципов. А вот Кришна ради победы готов пойти на любые преступления. Перед убийством Дроны он предлагает Арджуне очередную подлость: "Отбросив справедливость, о Пандава, следует теперь придумать такой хитроумный замысел для одержания победы, чтоб (Дрона), обладатель золотой колесницы, не убил нас всех в сражении!" (Дронапарва, гл. 164, 66 - 73). Какая пропасть разделяет мироощущение кауравов и их противников во главе с Кришной!

После гибели Карны войско кауравов отошло на две йоджаны и расположилось на берегах Сарасвати у подножия Гималаев. Две йоджаны - это расстояние около 30 км. Такой переход войско могло совершить не менее чем за двое суток. Легенда о битве в течение 18 дней рассыпается под одним этим фактом. Но к ней мы ещё обратимся чуть позже. По предложению Ашваттхамана полководцем кауравов Дурьйодхана назначил Шалью. Почему был сделан такой выбор? Всё-таки гибель Карны могла навести сына Дхритараштры на понимание виновности царя мадров. Но этого не произошло. Каким-то загадочным образом Шалья оправдался. Но главной причиной назначения нового полководца было, видимо, то обстоятельство, что мадры в данный момент преобладали в составе коалиции кауравов и назначение Крипы или Ашваттхамана на эту должность выглядело бы вызывом для мадров.

Эпос сообщает, что Юдхиштхира узнал о назначении нового полководца кауравов по шуму в лагере кауравов. Разумеется, это не так. Эту весть могли сообщить только шпионы. Загадкой остаётся решение кауравов отступить к Гималаям. Возможно, это связано со снабжением армиии, но, может быть, это произошло по стратегическим соображениям.

В лагере пандавов Кришна говорит Юдхиштхире, что Шалью может убить только Дхармараджа. И никто другой! Но почему же не Арджуна или Бхима? Несомненно, это объясняется вовсе не воинскими доблестями пандавов, а ловушкой для царя мадров. Джанардана говорит, что пандава ни в коем случае не должен проявлять милосердия к своему родственнику. И ведь Юдхиштхира соглашается...

Если исходить из логики авторов эпоса, то в Удьйогапарве Юдхиштхира просил Шалью оказать пандавам помощь при поединке Карны и Арджуны. И Шалья дал тогда согласие! Кришна же предлагает "отблагодарить" царя мадров иным способом. Кажется, мавр уже сделал своё дело и ему пора уходить. Если Джанардана говорил, что Карна милосердный даже к врагам, тот тут его советы Юдхиштхире отказывают в милосердии даже родственнику пандавов. Поистине, змеиная благодарность!

Шальяпарва сообщает о численности войск пандавов и кауравов накануне последнего дня битвы. Цифры эти нереальны, для такого колоссального количества просто невозможно найти пищи и оружия. Способ, которым был убит Шалья, Саджая называет "чудесным и страшным". Кажется, и тут идёт речь о коварстве и подлости, которые эпос скрывает под таким эвфемизмом.

Битва началась ещё до восхода солнца. И как тут можно разить стрелой в цель? А вот для тайной встречи этот момент времени самый удачный. Эпос сообщает, что "стражами" колёс Юдхиштхиры были Накула и Сахадева по бокам, спереди Бхима, сзади Арджуна с Кришной. Чуть позже вместо Накулы и Сахадевы названы Сатьяки и Дхриштадьюмна. В этот ранний час ещё в сумерки Шалья встречается, как говорит текст, с отрядом "смертельных своих врагов". В оригинале здесь стоит термин "ататайинов". Но зачем этот термин передали так невыразительно, непонятно. Ататайины - это поджигатели домов, грабители, насильники, убийцы. По существу здесь речь идёт о мятежниках, бунтарях. Сам "поединок" Шальи и Юдхиштхиры мало что проясняет. Но за ним с близкого расстояния наблюдает Дурьйодхана. Это расстояние можно определить как не более 1 кми и не менее 300 м. Теперь посмотрим на события его глазами. Что видит Дурьйодхана?

Сын Дхритараштры видит, что Шалья и отряд мадров в составе 700 колесниц сближаются с Юдхиштхирой и отрядом войск пандавов. Вполне вероятно, что Дурьйодхана даже не знает с кем сближается царь мадров, на что он рассчитывает. А вдруг это просто разведка? Когда Юдхиштхира убивает Шалью дротиком (а, следовательно, на расстоянии 10 - 20 м), то отряд мадров атакует пандавов. До этого отряда и пытается докричаться Дурьйодхана, удерживая его от нападения. Внезапно мадры оказываются окружёнными со всех сторон войском пандавов. Мадры кричат о том, что они не видят Юдхиштхиру, его братьев, Дхриштадьюмну и Сатьяки. Но почему они это кричат? Зачем они хотят видеть этих военачальников пандавов? Такое впечатление, что они им назначили встречу, а сами на неё не пришли. В этот момент мадры догадались, что их обманули. Чудо в эпосе почти синоним обмана - вот почему этот способ убийства Шальи и его окружения Санджая называет "чудесным и страшным".

В этот момент Шакуни говорит Дурьйодхане, почему мадрам не оказывают помощи кауравы. Дурьйодхана отвечает ему, что мадры не послушались его, хотя он пытался их удержать. Всю эту ситуацию можно объяснить просто: Шалья договорился о встрече с Юдхиштхирой и двинулся навстречу ему во главе отряда с 700 колесницами. Его цель то ли получение золота за предательство Карны, то ли оговорить особые условия перехода всех мадров на сторону пандавов. Кришна решает этим воспользоваться и предлагает убить Шалью при встрече. Царь мадров оставляет свои колесницы на расстоянии несколько десятков метров и сближается с пандавой и его сторонниками. В этот момент его окружают и пандава убивает Шалью дротиком. Это с точки зрения кауравов Шалья - предатель, а с точки зрения пандавов он ведь оказал им неоценённую услугу при убийстве Карны. Но вместо благодарности от пандавов его ждёт смерть. Судьба всех предателей одинакова: их ждёт не слава, а позор, презрение и забвение. Если же о них остаётся память в истории, то она должна предостеречь людей от желания сиюминутной выгоды в конкретной ситуации за счёт других людей. И вот тут мадры поднимают крики, начинают атаковать, но внезапно все они оказываются окружёнными войском пандавов. Ловушка захлопнулась! И начинается избиение окружённых мадров. Такое впечатление, что чем больше погибнет людей на поле Куру, тем лучше для Кришны.

Дурьйодхана догадался о происходящем и пытался докричаться до мадров, чтобы они не выступали против пандавов, а отступали назад. После слов Шакуни, что нельзя в беде оставлять союзников, царь вместе с отрядом кауравов пытался спасти их, но, пока воины преодолевали расстояние до гибнущих воинов, несчастные мадры были уже убиты.

Войско кауравов в панике отступает. Бхима добивает раненых палицей. Пощады никто из пандавов не желал. Призыв Кришны убивать родственников звучал уже в Бхагавадгите. Сам Дурьйодхана прикрывал отступление кауравов. Часть бежавших воинов, услышав его призывы, вернулась и сражалась с ним рядом. Шакуни пытался спасти положение и сказал, что он нападёт на войско пандавов с тыла. Его маневр оказался успешным. Потеряв полесницу, Дурьйодхана сел верхом на коня и направился к царю гандхаров. Вслед за ним последовали Ашваттхаман, Крипа и Критаварман, а Санджая попадает в плен к Сатьяки.

Эпизод 22. Кто предал Дурьйодхану?

Кришна говорит Арджуне, что большая часть войска кауравов разгромлена, Сатьяки пленил Санджаю, а посреди конницы кауравов стоит Дурьйодхана. Арджуна отвечает ему, что почти все сыновья Дхритараштры убиты, а в живых остались только 500 всадников Шакуни, 200 колесниц, 100 слонов и 3 000 пехотинцев.

Санджая сообщает, что Дурьйодхана поразил пикой голову Сахадевы и он весь залитый кровью опустился на площадку колесницы. Придя в сознание, он осыпал сына Дхритараштры стрелами. Арджуна выступил против тригартов, он "отсек голову у многих храбрых воинов", а Бхима у Сударшаны, брата Дурьйодханы. Шакуни сражался с Сахадевой, он поразил его пикой в голову и пандава опустился на площадку колесницы. Но Бхима обратил многих кауравов в бегство. Дурьйодхана обратился к воинам с призывом вернуться в бой. Придя в сознание, Сахадева снова вступил в бой с Шакуни и его сыном Улукой. Пандава снёс стрелой голову Улуки, а через какое-то время и стрелой с бритвообразным лезвием отсек голову Шакуни. Гандхары бросились в бой, но Арджуна, "отсекал у стремительно подступавших воинов руки с зажатым в них оружием и головы, а также иссекал коней их" (Шальяпарва, гл. 28, шл. 1 - 8). Лишённый остатков своего войска, Дурьйодхана обратился в бегство.

У пандавов осталось 2 000 колесниц, 700 слонов, 5 000 всадников и 10 000 пехотинцев. Потеряв коня, Дурьйодхана пешком отправился к озеру. В живых от войска кауравов остались Ашваттхаман, Крипа и Критавармано. Увидев Санджаю в руках Сатьяки, Дхриштадьюмна произнёс, что нет смысла сохранять ему жизнь. Но к ним подошёл Вьяса и сказал: "Пусть Санджая будет отпущен живым! Он не должен быть убит!" (Шальяпарва, гл. 37 - 43).

С разрешения Сатьяки сута снял доспехи, сложил оружие и отправился вечером в Хастинапур. Он прошёл около одной кроши и встретил Дурьйодхану с палицей в руке. Затем сута рассказал царю о своём пленении и освобождении благодаря милость Двайпаяны. Санджая сообщил, что в живых от войска кауравов остались только трое воинов. Так ему рассказал Вьяса. Дурьйодхана просил его передать Дхритараштре, что он сам погрузился в озеро.

Шальяпарва, гл. 28, шл. 52 - 57:

"Санджая сказал:

Сказав так, о великий государь, царь погрузился в то озеро. И чудодейственной силой

иллюзии тот повелитель людей сделал недвижимыми воды (того озера, оставив для себя

свободное место). После того как он погрузился в озеро, я, (оставшись) один, увидел (тех)

троих воинов на колесницах (из нашего войска), вместе приближавшихся к тому месту со

своими утомленными упряжными животными. Это были Крипа, сын Шарадвана,

доблестный (Ашваттхаман), сын Дроны, наилучший из воинов, сражавшихся на колесницах,

и Критаварман из рода Бходжа".

Сута рассказал им о своей беседе с Дурьйодханой и о том, что он погрузился в воды озера. Ашваттхаман сказал, что очень жаль, ведь все вместе они могли ещё сражаться с врагами. Крипа посадил Санджаю на свою колесницу и они вчетвером поехали в лагерь кауравов.

Шальяпарва, гл. 28, шл. 58 - 64, 65 - 72:

"Санджая сказал:

... Как раз перед этим зашло солнце. Сторожевые отряды (лагеря), сильно перепуганные там, узнав о гибели твоих сыновей, все громко завопили. Тогда, о великий царь, престарелые люди, охранявшие

(придворных) женщин, взяв с собою царских жен, поехали по направлению к городу... Тогда приближенные Дурьйодханы, сильно удрученные, с подступающими к горлу слезами, взяв с собою царских жен, отправились в город... Простые люди, вплоть до пастухов и овчаров, охваченные смятением и мучимые страхом перед Бхимасеной, убегали, направляясь в город. Даже у этих (людей) появился сильный, ужасный страх перед партхами".

Глядя на бегство кауравов, Юютсу стал размышлять о том, что наступила подходящее время, чтобы вместе с перепуганными обитателями лагеря вступить в город. Он решил спросить разрешения у Юдхиштхиры и Бхимасены. Дхармараджа выслушал его и, обняв, охотно отпустил. Юютсу сел на колесницу и погнал коней в город, не обращая внимания на царских жён. Солнце садилось, когда он въехал в Хастинапур. Здесь Юютсу встретился с Видурой и рассказал ему, что "царь Дурьйодхана с уцелевшей частью своей свиты, покину своего коня, бежал в страхе в восточном направлении... Тогда надзиратели за царским двором, посадив жен царя и всех (жен) его братьев на повозки и телеги, бежали прочь в страхе" (Шальяпарва, гл. 28, шл. 86 - 92). Юютсу сказал, что он, получив разрешение у Юдхиштхиры и Кришны, помчался в Хастинапур, "дабы избежать укора людей". Видура, "разумея, что было подходящим в тот час, одобрил Юютсу" и сказал ему, что он может сегодня отдохнуть, а завтра отправится к Юдхиштхире.

Пандавы разыскивали Дурьйодхану, но, не найдя его, вернулись на ночь в свой лагерь для отдыха. В это время трое кауравов, увидев свой лагерь брошенным, вечером отправились к озеру. Подойдя к нему, кауравы обратились к царю, "покоившемуся в воде", с призывом выйти и сражаться вместе с ними против пандавов. Дурьйодхана сказал, что сейчас он слишком устал, но готов сразиться завтра днём. Ашваттхаман даёт клятву царю, что сегодня ночью он уничтожит сомаков: "Да не обрету я радость от свершения жертвоприношений, (радости), достойной людей благочестивых, если по истечении этой ночи я не убью врагов в сражении!" (Шальяпарва, гл. 29, шл. 18 - 25).

В это время к озеру пришли охотники, достававшие пандавам мясо, и слышали все слова той беседы. Они решили отправиться в лагерь пандавов и сообщить Юдхиштхире, где находится Дурьйодхана. Охотники рассказали Дхармарадже и Бхимасене, что сын Дхритараштры покоится в водах озера.

Арджуна, Бхимасена, Юдхиштхира, близнецы, Дхриштадьюмна, Шикхандин, Сатьяки, пятеро сыновей Драупади и панчалы отправились к озеру Двайпаяна, "во чреве вод" которых находился Дурьйодхана, "сковав его воды чудодейственной силой своей иллюзии" (Шальяпарва, гл. 29, шл. 49 - 56). Услышав шум от подъезжающих колесниц, трое кауравов сказали царю, что им следует уехать. Совершив далёкий путь, они распрягли коней и расположились на отдых под деревом ньягродхи.

Приблизившись к озеру, пандавы обнаружили Дурьйодхану, лежащим среди вод. Кришна предложил убить сына Дхритараштры "применением иллюзии". Юдхиштхира обратился с речью к царю кауравов, чтобы он сразился с ними, взывая к его героизму и чувству чести. Дурьйодхана ответил, что погрузился в воды от усталости, но обещал сразиться с каждым из пандавов один на один: "Слава у всех благочестивых людей основана на справедливости, о повелитель людей! Оберегая тут и справедливость и славу, я говорю тебе об этом. Восстав (из озера), я сражусь со всеми вами в битве!" (Шальяпарва, гл. 13 - 21). Юдхиштхира обещал сыну Дхритараштры: "Если ты убьешь одного из нас, царство достанется тебе! Иначе же, убитый (нами), ты обретешь небеса" (Шальяпарва, гл. 31. шл. 22, 25). Сын Дхритараштры согласился и выбрал оружием палицу.

Кришна сказал, что зря Юдхиштхира предложил такие условия Дурьйодхане, ведь он в течение 13 лет упражнялся с палицей на железной фигуре человека и единственным воином, кто может противостоять ему, является Бхимасена: "Ни Пхальгуну и ни тебя, ни также обоих сыновей Мадри я не считаю сопсобными сражаться в честном бою на палицах (с Дурьйодханой" (Шальяпарва, гл. 32, шл. 8 - 14). Бхимасена обещал одержать победу, ведь его палица в полтора раза тяжелее, чем палица у сына Дхритараштры. Обратившись к Дурьйодхане, Бхима напомнил ему все беды пандавов: случай в Варанавате, оскорбления Драупади среди собрания, игру в кости. Сын Дхритараштры отвечал ему, что он одержит победу, "если сражение ведется справедливо..." (Шальяпарва, гл. 32, шл. 46 - 49).

Кришна говорит Арджуне, что войско кауравов разгромлено, а Дурьйодхана находится среди пятисот всадников царя Гандхары и теперь главная цель для пандавов - это убийство самого царя.

Находящийся в плену Санджая продолжает свой рассказ о ходе битвы. В этот момент Дурьйодхана поразил голову Сахадевы пикой, и пандава опустился на площадку колесницы, а, когда он пришёл в сознание, его снова пикой поразил в голову Шакуни, и он опустился на площадку колесницы во второй раз. Ранение в голову всегда считалось тяжёлым, а тем более пикой. И вот, будучи дважды раненным в голову, пандава потом убил Шакуни и его сына Улуку. Явное преувеличение! Эти заслуги написаны задним числом. Вряд ли подобные подвиги были в действительности, таким способом авторы эпоса создают героический образ пандавам - людям, нарушающим правила жизни и боя в постоянном режиме. Эпос сообщает, что убитым кауравам пандавы отрубают головы. По всей вероятности, это делается с одной целью, чтобы избежать появление самозванцев под их именами. Но не исключено, что это следы какого-то религиозного культа.

Оставшись без войска и потеряв коня, Дурьйодхана пешком отправился к озеру. Санджаю, попавшего в плен, Дхриштадьюмна хотел убить, но тут внезапно на поле битвы появился Вьяса и приказал его отпустить живым. Появление Вьясы на поле и решение помиловать суту выглядит неожиданным, ведь именно мудрец наградил его "чудесным зрением", а теперь вот спас ему жизнь. Что это, милосердие или нечто совсем иное? Почему Вьяса не спас Дрону, Карну или Бхишму, но спас Санджаю? Причин, собственно, две: или Вьяса хочет через него выйти на след Дурьйодханы, или выяснить, где находится казна кауравов. Санджая, находящийся в плену, снимает доспехи и складывает оружие(!), а ведь, когда Сатьяки захватывает суту в плен, то он уже рассек его доспехи (Шальяпарва, гл. 24, шл. 51 - 56). Первое противоречит второму! Да и как можно оставлять пленному оружие? Очень похоже, что Санджая сам сдался в плен, рассчитывая на милость при оказании каких-то услуг победителям. Да и вообще, пленение Санджаи - это единственный такой случай во всей Махабхарате! Больше никого из кауравов в плен пандавы не берут. И как уже давно замечено, пандавы всегда выполняют любые приказы Вьясы, даже если они не соответствуют интересам Кришны. Какая-то связь между сутой и Вьясой есть, ведь ещё в во время переговоров в Хастинапуре в Удьйогапарве Санджая устраивает встречу Дхритараштры с мудрецом. Их отношения трудно выяснить до конца, слишком уж мало об этом известно.

Пройдя около кроши, сута встретил Дурьйодхану. Насколько неожиданной является данная встреча? В этот день множество шпионов, посланных Юдхиштхирой, пытаются разыскать царя и не находят его, а Санджая встречается с ним сразу, едва его отпускает Вьяса на свободу. Очень вероятно, что суте было известно, где может находиться Дурьйодхана незадолго до того, как стало понятно, что кауравы потерпели поражение. Санджая рассказал ему, что он был пленён и освобождён по милости Двайпаяны. (Может быть, Вьяса рассчитывал, что сын Дхритараштры тоже сдастся на милость победителей?). Санджая сообщил царю, что в живых осталось только трое кауравов: Ашваттхаман, Крипа, и Критаварман. Так сказал ему Вьяса. О военных событиях отшельник знает не меньше, чем о делах религиозных. Удивительная осведомлённость мудреца поражает. Мирские дела его интересую больше, чем отшельнические. В реальности же, конечно, в живых осталось намного больше, трое кауравов - это три командира акшаухини. Чуть позже трое кауравов появятся в своём лагере и там встретят много воинов, охранявших его. А ведь были ещё воины, которые бежали с поля боя или просто отступили. Дурьйодхана погрузился в озеро. Узнав обо всём от Санджаи, кауравы вместе с ним поехали к лагерю на колесницах. Они не предприняли попытки поговорить с царём. Зашло солнце. Обитатели лагеря, жёны царя и другие женщины с плачем отправились в город.

В это время Юютсу, глядя на бегство советников Дурьйодханы из лагеря в город, размышляет о том, что "подходящее время уже наступило", чтобы вместе с ними вступить в город. Он получает разрешение Юдхиштхиры и отправляется в Хастинапур. "Солнце уже зашло" (Шальяпарва, гл. 28, шл. 81 - 85). Юютсу появляется в Хастинапуре и встречается с Видурой. По эпосу получается, что Хастинапур располагается недалеко от места последней битвы и это место где-то возле Гималаев. Видура задаёт странный вопрос Юютсу, почему он прибыл в город без сопровождения царя. Но кого он имеет в виду, Дурьйодхану или Юдхиштхиру? Но и цель прибытия Юютсу неясна. Он сообщает о разгроме кауравов, бегстве Дурьйодханы и своём появлении в городе, "дабы избежать укора людей". Но что за стыдливая формулировка? За что люди должны были его укорять? За этим туманом слов скрывается нечто иное. Победителей интересует совсем другое. Казна. Видура должен следить за её перемещением. Иными словами Юютсу даёт ему задание, что следует делать в это время. А после, отдохнув ночью, утром следующего дня он снова отправится в лагерь пандавов. Любопытно, предательство Юютсу никак не сказалось на его собственности: "он проведет ту ночь в своем собственном доме" (Шальяпарва, гл. 28, шл. 86 - 92). Кауравы не отняли у изменника даже его дом!

Пандавы разослали шпионов, чтобы они нашли, где прячется Дурьйодхана, но те не могли его отыскать и вернулись в свой лагерь на ночь. Трое кауравов второй раз вышли к озеру с призывом к Дурьйодхане продолжить бой, но царь сказал, что он устал и готов сражаться только после отдыха. Единственным человеком, видевшим Дурьйодхану и беседовавшим с ним до этого, был Санджая. Когда в первый раз трое кауравов пришли на берег озера, они встретили там суту и разговаривали только с ним. У них не было беседы с Дурьйодханой. Теперь же всё иначе. Царь разговаривает с ними и обещает выйти на бой утром после того, как отдохнёт. Ашваттхаман даёт клятву царю уничтожить врагов этой ночью. Санджая сообщает, что разговор кауравов с Дурьйодханой услышали охотники, снабжавшие пандавов мясом и случайно оказавшиеся там, которые и сообщили о месте нахождения Юдхиштхире. Но вот что странно, а где же в это время находился Санджая? Сута ведёт свой рассказ о трёх кауравах, об охотниках, но ничего не говорит, где в этот момент находится он сам. А ведь чуть раньше он уехал от озера в лагерь вместе с кауравами на колеснице Крипы.... Не выдумал ли сута этих охотников для того, чтобы скрыть, что именно он стал осведомителем пандавов? Случайно найти Дурьйодхану охотники вряд ли могли, ведь поисками его целенаправленно занимались много шпионов. И не нашли! Да и откуда сута мог видеть этих охотников, а если даже и видел, то почему не сообщил об этом Ашваттхаману? И откуда он узнал, что охотники ушли в лагерь к пандавам? "Милость" Вьясы вполне могла носить характер сделки с сутой...

Пандавы и панчалы пришли к берегу озера Двайпаяна, где находился Дурьйодхана. Эпос сообщает, что он был в озере, "во чреве вод", "сковав его воды чудодейственной силой своей иллюзии". Это можно понять как нахождение на одной из тиртх, на острове или на другом берегу. Тут главное то, что силой его достать пандавы не могут, а вот обманом это им удастся. По этой причине вариант с тиртхой является предпочтительным. Учитывая связь Карны с Рамой Джамадагни, такая тиртха могла принадлежать ему. В самом начале Шальяпарвы в гл. 1 эпос сообщает, что "озеро было окружено могучими воинами на колесницах, а сам (Дурьйодхана) был вызван оттуда обманным способом". Юдхиштхира предлагает сыну Дхритараштры поединок, победитель которого получает царство, а проигравший погибает. Отказ принять участие в поединке становится приговором: уклонившийся объявляется трусом, лишённым чести. Последние надежды на сопротивление тают. У Дурьйодханы нет другого выбора, он соглашается. Сын Дхритараштры был уверен в своём мастерстве, ведь он много времени посвящал специальным тренировкам с палицей. Рассчитывал ли он на то, что пандавы будут сохранять правила боя, ведь до этого они сражались, используя обман? Может быть, и так, ведь поединок будет проходить в присутствии многих зрителей. Неужели и в таких условиях пандавы решатся на обман? Единственный шанс для него был в том, что поединок будет вестись в равных условиях. Но можно ли верить лжецу, если дело касается власти и царства? Пандавы были только инструментом в руках Кришны.

Эпизод 23. Сын Дхритараштры.

После того как Дурьйодхана и пандавы согласились на поединок неожиданно здесь появился Баларама, брат Кришны. Он сказал, что сегодня исполнилось 42 дня как он оправился в паломничество "при созвездии Пушья и возвратился при созвездии Шравана" (Шальяпарва, гл. 33, шл. 1 - 5). В путешествии он отправился из Двараки, "попрощавшись с Кешавой", перед тем, как началась битва. Его путь проходил от низовьев Сарасвати до её верховьев в Гималаях. По его приказу люди делали в тиртхах "в большом количестве запасы пищи и воды".

Вайшампаяна рассказывает о многих легендах в тех местах, которые посещает Баларама. О большинстве этих мифов (о дочерях Дакши, о семи Сарасвати, о Вишвамитре и Васиштхе, о посвящении Сканды и др.) уже говорилось прежде в Араньякапарве. Но вот сказание о Баке Далбхье и Дхритараштре речь пойдёт впервые.

В тиртхе Брахма-йони жил отшельник Далбхья Бака, который "совершил жертвенный обряд, (обратив мысленно) страну Дхритараштры, сына Вичитравирьи, в возлияние (жертвенному) огню". В лесу Наймиша мудрецы совершали а 12-и летнее жертвоприношение Вишваджит, а потом они отправились в страну панчалов. Там они попросили у правителя 21-го телёнка в награду за совершённый обряд. Но Бака предложил мудрецам разделить этих животных между собой, а сам решил попросить себе коров в другом месте.

Шальяпарва, гл. 40, шл. 1 - 8:

"Вайшампаяна сказал:

Сказав так, о царь, всем мудрецам, он, превосходейший из брахманов, наделенный скрытой мощью, отправился тогда в обиталище Дхритараштры. Явившись к владыке людей Дхритараштре, Далбхья попросил у него животных. Он же, увидев, что некоторые его коровы случайно околели, о лучший из царей, в гневе сказал ему: "Уведи немедленно этих животных, если желаешь, о недостойный брахман!".

Разъярённый брахман в гневе проклял царя. Вырезав куски мяса из мёртвых животных, он принёс их в жертву ради сокрушения царства кауравов. После того "царство Дхритараштры стало приходить в упадок". Советники царя сказали, что причиной тому жертвенный обряд Баки Далбхьи и предложили ему умилостивить мудреца. Отправившись к отшельнику, Дхритараштра умолял простить его. Мудрец вновь совершил жертвоприношение огню и освободил царство кауравов от бедствий, получив в дар многих животных.

Баларама был в тиртхе на Ямуне, "где в прежнее время Индра, Агни и Арьянман обрели (великое) счастье", когда туда пришёл Нарада и рассказал ему о гибели кауравов. Спустившись с гор и "с той благостной обители Плакшапрасравана", Баларама сел на колесницу и отправился на поле битвы.

Увидев Балараму, Дурьйодхана обрадовался и почтительно встал. Брат Кришны предложил всем отправиться в Самантапанчаку, где расположен "Северный (жертвенный) алтарь Владыки созданий", ведь погибший там попадает потом на небо. Все отправились оттуда пешком в западном направлении к югу от Сарасвати. "И там, на месте, свободном от солончаков, они решили устроить поединок" (Шальяпарва, гл. 54, шл. 8 - 13). Зрители образовали круг, внутри которого стояли Дурьйодхана и Бхимасена. Пандава перечислил все преступления сына Дхритараштры: попытку отравить ядом в детстве, сбрасывание в воду в Праманакоти, попытку сжечь в смоляном доме, игру в кости, жительство в лесу и жизнь в царстве Вираты.

Долго продолжался поединок. Противники наносили удары по бокам, груди и голове, падали на землю, вставали и продолжали бой. Арджуна и Кришна наблюдали за боем. Джанардана сказал пандаве: "Сражаясь справедливо, Бхимасена не сможет победить. Но если же он будет сражаться несправедливо, то, несомненно, он будет в состоянии убить Суйодхану. Асуры были побеждены богами при помощи обмана, и Вирочана тоже был побежден Шакрой при помощи обмана, о друг мой! При помощи обмана Сокрушитель Балы лишил могущества Вритру... И пусть он (Бхима - Л.П.) при помощи обмана сокрушит царя (кауравов, также) преисполненного обмана!... Суйодхана достаточно опытный, он герой и к тому же предельно внимательный... Целых тринадцать лет он старательно упражнялся палицей. И даже теперь, горя желанием убить Бхимасену, он подпрыгивает вверх и отскакивает в поперечном направлении! Если при таком положении вещей могучерукий Бхимасена не убьет его нечестным путем, то сей сын Дхритараштры, несомненно, останется для вас царем кауравов!" (Шальяпарва, гл. 57, шл. 3 - 8, 9 - 17).

После этих слов Кришны Арджуна ударил рукой по своему левому бедру, подавая Бхиме знак. Врикодара понял тот знак, он метнул в него свою палицу, но Дурьйодхана вовремя отпрянул и палица упала на землю. И тут же сын Дхритараштры ударил его своей палицей и Бхима "как бы впал в обморочное состояние". Пандава был измучен, но "(Дурьйодхана) чел его неколебимым и готовым нанести ответный удар в пылу сражения" (Шальяпарва, гл. 57, шл. 35 - 42).

Отдохнув, Бхима снова ринулся в бой. Он метнул свою палицу и она раздробила бедра Дурьйодханы. Сын Дхритараштры пал на землю. Бхимасена подошёл к нему, коснулся левой ногой головы царя и сказал ему, что теперь уже пандавы будут говорить ему "корова, корова!". Юдхиштхира сказал, что за этот поступок "опечаленные снохи и жены внуков Дхритараштры" будут осуждать пандавов.

Баларама сказал, что Бхимасена нанёс нечестный удар ниже пояса и ринулся против пандавы. Но его двумя руками обхватил Кришна. Он заметил ему, что пандавы их природные союзники и "благодаря их росту идет и наше развитие" (Шальяпарва, гл. 5 9, шл. 11 - 16). Баларама ответил ему, что Бхимасена нарушил нравственный закон, а Кришна сказал тольок то, что он желает. После этого он взошёл на колесницу и отправился в Двараку. Панчалы и сринджайи обрадовались победе Бхимы. Кришна сказал, что Дурьйодхана убит потому, что он отказался отдать пандавам их наследственную долю царства.

Сев на землю и опираясь на неё руками, Дурьйодхана сказал Кришне: "О сын раба Кансы, и тебе не стыдно, что я повержен нечестным путём в битве на палицах! Ибо (тобою) был коварно подан знак раздробить мне бедра! (Ты думаешь, что) мною не было замечено, как ты намекнул об этом Арджуне, (действовавшему по твоему совету)? Допустив убийство тысяч царей земных, сражавшихся справедливо, применением различного рода нечестных средств, ведь ты не чувствуешь ни стыда, ни отвращения (от подобных действий)!" (Шальяпарва, гл. 60, шл. 23 - 29).

Затем сын Дхритараштры перечислил все подлые убийства, совершённые с ведома Кришны на поле боя и назвал имена Бхишмы, Дроны, Бхушришраваса и Карны. Джанардана обвинил его в попытках убить пандавов, перечислив все их, подобно Бхимасене. Дурьйодхана ответил ему, что в течение всей своей жизни он соблюдал закон своей касты. С неба посыпались цвет на Дурьйодхану, а пандавы прониклись печалью, услышав о том, что вожди кауравов Бхишма, Дрона, Карна и Бхуришравас были убиты нечестным путём. Кришна сказал им: "Все они были могучими воинами, сражавшимися на колесницах, и чрезвычайно ловкими во владении оружием! И сей (герой) не мог быть убит вами в битве, даже если бы (вы) проявили всю свою доблесть, сражаясь справедливо. Поэтому и были мною применены (хитроумные) средства, о повелитель людей! Иначе победа никогда не досталась бы пандавам!

Ведь те все четверо были благородными и непревзойденными воинами на земле. Они не могли быть убиты даже самими хранителями мира! Точно так же и сей сын Дхритараштры, не знающий усталости, не мог быть убит здесь справедливым путем даже богом смерти, вооруженным булавою! И не следует вам принимать близко к сердцу, что сей царь убит (нечестным путем)! Когда враги становятся все более многочисленны, их должно убивать изобретательными и хитроумными средствами!... Мы преуспели в своей цели. Уже вечер. Мы лучше найдем усладу, (расположившись) в наших шатрах! Вместе с нашими конями, слонами и колесницами мы отдохнем все, о повелитель людей!" (Шальяпарва, гл. 60, 51 - 58, 59 - 65)

Неожиданное появление Баларамы перед поединком трудно объяснить, но оно, конечно же, не случайно. Старший брат Кришны - второстепенный персонаж в Махабхарате, но в Шальяпарве "Сказание о паломничестве в места священных омовений", где рассказывается о его путешествии, занимает более одной трети всей книги. Он отправляется в паломничество ещё до начала войны. Баларама говорит, что его путешествие продолжалось 42 дня. Таким образом наряду с фактом, что битва на поле Куру продолжалась 18 дней, у нас есть ещё одна версия о длительности этой войны. Но и эта версия не последняя. Формально путь Баларамы начинается в устье Сарасвати и заканчивается в её истоках в Гималаях. Но цель этого путешествия совсем не религиозная: он останавливается в тиртхах и там по его приказу накапливают запасы продовольствия для военных действий ("Находящиеся там люди, о царь, по приказанию сына Рохини, повсюду делали в большом количестве запасы пищи и воды" - Шальяпарва, гл. 34, шл. 18 - 24). С тиртхами связано множество легенд, о которых брахманы любят поговорить. Большая часть их ранее уже известна из предыдущих книг. А вот сказание о царе Дхритараштре и Баке Далбхье впервые появляется только в Шальяпарве. Рассмотрим его повнимательнее.

После совершения некоего обряда брахманы попросили 21 телёнка у царя панчалов и получили их. По-видимому речь идёт о царе панчалов Друпаде, поскольку он - современник Дхритараштры. А вот Бака решил попросить себе коров у царя кауравов. Но Дхритараштра предложил ему ...мясо мёртвых коров. Иначе говоря, он сказал, что брахман-паразит недостоин никакой награды. Подобный жест Бака счёл оскорблением. Никто из царей не поступал таким образом ни с одним брахманов во всей Махабхарате! Этот поступок ярко характеризует светский характер политики Дхритараштры. Антиклерикальная политика царя кауравов и стала причиной ненависти брахманов ко всем кауравам. А уж Дурьйодхана был наследником Дхритараштры и придерживался основных принципов его политики. Последовавшее "раскаяние" Дхритараштры составлено ааторами эпоса задним числом. Допустить столь острый выпад против брахманов авторы эпоса не могли. Да и "прощения" не могло быть. Сколько раз брахманы после проклятий в эпосе говорят, что слов своих они отменить не могут!

Нарада находит Балараму в тиртхе Плакшапрасравана. Желание увидеть поединок Дурьйодханы и Бхимасены у брата Кришны вызвано вовсе не любопытством. Если сам Нарада отправляется за Баларамой, то он хорошо знает, где брат Кришны находился в тот момент. Присутствие сына Рохини является, скорее всего, условием Дурьйодханы на его согласие в поединке. Он должен был гарантировать соблюдение правил боя - так считал сын Дхритараштры. На что он рассчитывал? Может быть, он думал, что присутствие старшего брата вынудит Кришну занять выжидательную позицию? Тут следует вспомнить, что Баларама уклонился от участия в войне. Этот факт мог натолкнуть Дурьйодхану на мысль, что сын Рохини может занять нейтральную позицию в поединке, быть справедливым судьёй. Но вот выбор места сражения заставляет задуматься над этим. Самантапанчака. Это место, где когда-то полководец Солнечной династии Рама Джамадагни нанёс поражение войскам Лунной династии во главе с Арджуной Картавирьей. Вряд ли об этом думал Дурьйодхана. А вот Кришна считал, что пришло время реванша. Формально это место предложил Баларама, но ведь с ним был Нарада. Удивляет особенная способность брахманов возникать словно ни откуда в решающие моменты времени. Связь Нарады с Кришной не один раз мы ранее уже подчёркивали.

Перед поединком Бхимасена, а после него Кришна, перечислили все "преступления" Дурьйодханы. В реальности они являются просто клеветой авторов эпоса и вряд ли вообще эти слова прозвучали во время поединка. Дурьйодхана их оставляет без комментарий, словно их и не было. Раньше все эти "преступления" уже были разобраны подробно не один раз. Мятежникам ведь как-то нужно было обосновывать "тиранический" характер правления Дурьйодханы, вот поэтому они и шли на выдумки и клевету.

Поединок шёл долго, два раза участники отдыхали, чтобы потом снова продолжить бой. Силы противников почти равны, но Дурьйодхана обладает лучшей техникой боя. Если бы поединок продолжался по правилам, то победу, скорее всего, одержал бы сын Дхритараштры. Если вспомнить, как в воинских книгах авторы эпоса превозносили подвиги Бхимасены, то примерно равный ему по силе Дурьйодхана ничего подобного не делал. Это говорит только об одном: предвзятость и тенденциозность авторов эпоса не имеет границ. Зрители образовали круг и сидя наблюдали за боем. Кришна сказал Арджуне, что, сражаясь справедливо, Бхимасена не одержит победы. Он привёл примеры, когда в прежние времена были одержаны победы обманным путём богами над асурами, а Индрой над Вритрой. Какие странные, однако, боги, без обмана им не одержать победы над своими противниками! И эти боги говорят, что они всесильны. А их сила на самом деле заключается в обмане. Джанардана настаивает: Бхима должен использовать обман для победы над Дурьйодханой. А если пандава не применит обмана, то сын Дхритараштры останется царём кауравов. И вот тут становится понятным, что главная цель Кришны - устранить Дурьйодхану с трона.

Арджуна подаёт знак, он ударяет левой рукой по своему бедру и Бхимасена показывает, что он понял его знак. Вспомним. После убийства Гхатоткачи Карной, обсуждая убийство сына Солнца, Кришна говорит Арджуне: "И ты заранее получишь от меня знак". Теперь такой же момент наступает с Дурьйодханой. Кришна ждёт, когда сын Дхритараштры, устав от боя, на мгновение потеряет бдительность и сообщает Арджуне, что этот момент наступил. После этого Савьясачин подаёт знак Бхимасене. Напрашивается вывод, что с Бхимой заранее была договорённость, что Арджуна подаст ему знак рукой, в какой момент он должен был совершить свой подлый поступок. Пандава бросает палицу и она разбивает бёдра Дурьйодханы. Затем он касается левой ногой головы царя с целью его унижения и произносит оскорбительное "корова", напоминая ему суд царей в Хастинапуре.

Зрители приветствовали победу Бхимасены, единственным человеком, возмутившимся подлым поступком пандавы, был Баларама. Но это возмущение было в значительной степени игрой на публику. Его быстро успокоил Кришна словами, что успех пандавов временный, затем последует восхождение вришниев к власти ("наше развитие", по словам Джанарданы). И Баларама успокоился так же быстро, как ранее он возмутился. Тут нужно сказать, что среди зрителей не было ни одного человека, сочувствующего сыну Дхритараштры.

Смертельно раненный Дурьйодхана сел на землю и обвинил Кришну в том, что он сказал Арджуне, чтобы тот подал знак Бхимасене нанести ему подлый удар палицей. Сыну Дхритараштры хорошо известно, что бессмысленно обращаться с упрёками к ограниченному и тупому Бхимасене, он всего лишь инструмент в руках Кришны. Дурьйодхана перечислил все подлые убийства, совершённые пандавами в ходе битвы в то время, как кауравы не нарушали правил боя.

Круг воинов, наблюдавших за поединком, составляли не только пандавы, их сыновья и Кришна, но и панчалы. И тут многие из них впервые услышали о том, что Бхишма, Дрона, Карна и Бхуришравас были убиты подлым путём. И вот они опечалились. Но никто не подумал, что тогда все претензии пандавов на власть беззаконны. Кришна понял, что это важный момент и сказал, что погибшие кауравы не могли быть убиты иным образом. Но если даже в минуту своей гибели они сохраняли правила боя, основу которых составляли честность и справедливость, то тем более эти качества кауравы проявляли в мирной обстановке, когда их жизнь не подвергалась опасности. И все обвинения кауравов в нечестности и несправедливости основаны на лжи пандавов, авторов эпоса и Кришны.

Джанардана сообщает, что наступил уже вечер и всем воинам следует отдохнуть в шатрах. Никто из панчалов не знает, чем для них обернётся пиррова победа пандавов. Если человек не хочет остановить преступника в момент преступления, то в следующий раз он сам может оказаться жертвой этого преступника.

Эпизод 24. Нападение на спящих.

Кришна предложил пандавам отдохнуть в своих шатрах, но победители отправились в лагерь кауравов. Пандавы вошли в шатёр Дурьйодханы, который "изобиловал женщинами и евнухами и был обитаем (некоторыми) престарелыми советниками" (Шальяпарва, гл. 61, шл. 1 - 6). Юютсу, Сатьяки, Дхриштадьюмна, Шикхандин и пятеро сыновей Драупади отправились к своим шатрам.

Кришна предложил Арджуне сойти первым с колесницы, взяв два неистощимых колчана и гандиву, и, когда он сделал это, вслед за ним сошёл Джанардана, а колесница с остальными колчанами и конями превратилась в пепел. Кришна объяснил, что ранее она уже была сожжена оружием Брахмы, оттого, что он присутствовал на ней, она не распалась на части, но теперь цель уже достигнута. Юдхиштхира принялся благодарить Джанардану, ведь только благодаря ему пандавы смогли "перенести оружие Брахмы, выпущенное Дроной и Карной" (Шальяпарва, гл. 61, шл. 26 - 30).

Пандавы получили в своё распоряжение войсковую казну, драгоценные казни и другое богатство. В шатре раздались ликующие возгласы. Воины остались на ночь в покинутом лагере кауравов. Санджая сообщает.

Шальяпарва, гл. 61, шл. 31 - 36:

"Тогда, о великий царь, Васудева, овеянный великой славой, сказал: "В преддверии блаженства нам должно оставаться вне лагеря на эту ночь!". И, сказав "хорошо!", пандавы все и Сатьяки в сопровождении Васудевы выехали из лагеря ради свершения благоприятного обряда.

Достигнув священной реки Огхавати, о царь, пандавы, избавленные от врагов, провели (на ее берегу) ту ночь. Затем они послали героя из рода Яду в город, носящий имя слона".

Кришна отправился в Хастинапур, чтобы успокоить Гандхари. Вайшампаяна говорит Джанамеджае, что Юдхиштхира испытывал страх перед Гандхари, что она может проклясть его: "Как Гандхари перенесет это тяжкое горе, когда услышит о своем сыне, всегда сражавшимся справедливо, но сраженного нами нечестным путем?" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 7 - 13). Джанардана "с большой скоростью" отправился в Хастинапур, где был уже Кришна-Двайпаяна. Войдя в покои царя Дхритараштры, он "стал громко рыдать", а затем стал рассказывать историю конфликта пандавов с кауравами. Кришна сказал, что Дхритараштра не должен обвинять пандавов: "Даже малейшего проступка не замечается у благородных пандавов, будь то осуждаемых правилами нравственности, или здравым смыслом, или же глубокой привязанностью, о усмиритель врагов! Зная, что все это - плод твоей собственной вины, ты не должен питать неприязни к сыновьям Панду!" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 42 - 48). Ничего не ответил Дхритараштра Кришне.

Обратившись к Гандхари, Джанардана напомнил ей её слова о том, что "там только (может быть) победа, где справедливость!". И вот теперь, говорит Кришна, исполнились эти слова, ей не следует печалиться и направлять свой ум на сокрушение пандавов. Гандхари сказала, что всё так и есть, как сказал Кришна и после его слов её сердце вновь стало стойким.

Вайшампаяна говорит Джанамеджае: "И утешив Гандхари и Дхритараштру, Кешава, отпрыск рода Мадху, узнал (своим внутренним чутьем) о коварном замысле, задуманном сыном Дроны" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 66 - 70). Кришна поспешно встал и сказал Дхритараштре: "У сына Дроны таится преступное намерение. Оттого я и встал так внезапно! По-видимому, им задуман замысел уничтожить пандавов ночью!" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 66 - 70). Дхритараштра сказал, что Джанардана должен защитить пандавов. После отъезда Кришны Вьяса стал утешать царя кауравов. В лагерь пандавов Джанардана прибыл ночью.

Санджая сообщает Дхритараштре, как смертельно раненный Дурьйодхана говорил ему, что нужно рассказать его сторонникам о нарушении условий честной битвы Бхимасеной. Сын Дхритараштры сказал глашатаям: "Если Чарвака, странствующий отшельник, искушенный в речи, знает все, то он, наделенный великой долей, непременно отомстит за меня" (Шальяпарва, гл. 63, шл. 30 - 39). Окружающие его люди покинули царя. Глашатаи прибыли к Ашваттхаману, рассказали ему о поединке в битве на палицах и передали наказ Дурьйодханы никогда не доверять пандавам.

Ашваттхаман, Крипа и Критаварман прибыли к умирающему сыну Дхритараштры. Они сошли с колесниц и бросились к царю. Дурьйодхана просил их не печалиться, ведь он погиб в бою, и относиться "с почтением к славе Кришны, неизмеримого в своей мощи" (Шальяпарва, гл. 64, шл. 22 - 29). Охваченный яростью, Ашваттхаман сказал ему, что его отец "был убит теми негодяями при помощи жестоких коварных средств!". Но ещё больше страдания сын Дроны испытывает из-за гибели царя кауравов. Он даёт клятву: "Сегодня я на глазах у самого Васудевы всеми средствами (своей мощи) отправлю всех панчалов в обиталище царя усопших! Благоволи же ты, о великий царь, дать мне свое дозволение!" (Шальяпарва, гл. 64, шл. 30 - 35).

Дурьйодхана сказал Крипе, чтобы тот посвятил его в сан верховного военачальника. Воины уехали, а сын Дхритараштры остался лежать на земле. Уехав от Дурьйодханы, трое кауравов расположились на ночь в лесу недалеко от лагеря пандавов. Сидя под сенью баньяна, они предались тоске. Крипа и Критаварман уснули. Ашваттхаман не спал и увидел как на спящих ворон набросилась сова и принялась уничтожать их. Разбудив своих спутников, сын Дроны предложил им напасть на лагерь пандавов ночью и убить всех воинов в нём. Ашваттхаман напомнил им о том, что противники много раз нарушали воинский кодекс. После долгих уговоров Крипа и Критаварман согласились с ним. Приблизившись ко входу в лагерь, они встретились с существом, облаченным в тигровую шкуру и имеющим змею вместо брахманского шнура. Из его рта исходили языки пламени, а из лучей пламени "изошли сотнями тысяч хришикеши, держащие боевые раковины, диски и палицы" (Сауптикапарва, гл. 6, шл. 2 - 9). Драуни вступил в бой с ним, но спустя короткое время, обнаружил, что "все пространство вокруг, без малейшего промежутка, покрыто джанарданами" (Сауптикапарва. гл. 6, шл. 10 - 17).

Существо поглотило всё оружие сына Дроны, и он обратился к Шиве за покровительством. И тут перед ним возник золотой алтарь, появились существа с множеством ног, рук и голов, с мордами слонов, собак, коней, верблюдов, медведей, тигров, крокодилов. В руках у них были диски и палицы, они двинулись к Ашваттхаману с намерением укрепить его мощь. Сын Дроны восславил Рудру. Махадева явился ему и произнёс улыбаясь: "Преданностью истине, чистотой, стойкостью и самоотречением, подвижничеством и верностью обету, смирением и любовью, умом и речами, как должно, ублаготворил меня Кришна, неутомимый в подвигах, и потому нет для меня другого, кто был бы мне так же сильно дорог, как Кришна. Желая выказать ему почтение и чтоб испытать тебя, тщательно оберегал я панчалов, прибегая к многочисленным уловкам. Оберегая панчалов, явил я ему свое расположение, но они настигнуты Временем, и не жить им теперь!".

Шива принял свой телесный облик и даровал сыну Дроны меч. Санджая сообщает: "Невидимые бхуты и ракшасы сбежались к нему, когда он, - воочию сам Ишвара, - выступал по направлению к лагерю недругов" (Сауптикапарва, гл. 7, шл. 58 - 66).

Ашваттхаман сказал Крипе и Критаварману, что он прорвётся в лагерь, "мчась наподобие Времени" (Сауптикапарва, гл. 8, шл. 5 - 10). Сын Дроны приблизился к тому месту, где спал Дхриштадьюмна, стащил его за волосы, придавил к земле, наступил ногой на горло. Сын Друпады умолял его убить мечом, а не задушить, чтобы он попал в райские миры, но Ашваттхаман принялся избивать его ногами. От криков панчалийца проснулись женщины в его шатре и стража. Убив Дхриштадьюмну, Драуни взошёл на колесницу и поехал по лагерю. Женщины и стражники подняли крик, а сын Дроны принялся убивать панчалов "оружием Рудры": Уттамауджаса, Юдхаманью и других. Пробудившиеся от сна воины пришли в смятение, а затем набросились на него с оружием. Но всех их убивал сын Дроны, несясь по лагерю "подобно Времени". Он лишил жизни Шикхандина, внуков Друпады и сыновей Драупади от пяти братьев. Стоя с луком на колеснице, сын Дроны отправлял своих врагов в обиталище Ямы. Проснувшиеся люди в панике убивали своих же и пытались покинуть лагерь, но у входа в него их убивали Крипа и Критаварман. Земля была устлана павшими воинами. Некоторые из панчалов кричали, что такое стало возможно, потому что отсутствуют Партхи. В лагере появились ракшасы и пишачи, пожирающие плоть и пьющие кровь. На исходе ночи трое кауравов покинули лагерь, не оставив никого в живых.

Дхритараштра спросил Санджаю, как стало возможным, что Драуни уничтожил всех панчалов. Сута ответил, что это случилось потому, что отсутствовали Партхи, Сатьяки и Кришна.

Явившись к Дурьйодхане, трое кауравов сообщили ему о гибели панчалов. Сын Дроны сказал умирающему царю, что в живых остались только Кришна, Сатьяки и пятеро пандавов. Дурьйодхана ответил ему, что они теперь встретятся только на небесах и исторг праны. Трое кауравов взошли на колесницы, а Санджая отправился в Хастинапур.

Нападение на лагерь спящих и жестокое убийство панчалов тремя кауравами представляют яркую картину нарушения воинской этики. И по утверждению авторов эпоса это сделали Ашваттхаман, Крипа и Критаварман, дав обещание смертельно раненному Дурьйодхане отомстить пандавам за убийство кауравов. Многие сторонники пандавов любят указывать на этот факт. Однако в этой истории есть некие намёки и факты, говорящие о том, что с нападением на лагерь панчалов не всё так однозначно. Первое, что приходит на ум: как трое кауравов смогли уничтожить тысячи воинов панчалов? Куда смотрела стража лагеря? Поднявшийся шум после убийства первых воинов должен был разбудить остальных панчалов. И теперь уже проснувшиеся воины не должны были оставить ни одного шанска выжить трём кауравам. Последующая судьба всех трёх кауравов тоже удивляет. Буквально в следующем эпизоде Ашваттхаманана отпускают живым в обмен на драгоценный камень сына Дроны. Это делают Кришна, Вьяса и пандавы. Как такое могло случиться, если он убил сыновей пандавов, а они даже не пытаются ему отомстить? Это абсолютно невозможно. Чуть позже мы узнаем, что Крипа станет воспитателем Парикшита, внука Ардрижуны. Как могли пандавы поставить воспитателем ребёнка человека, принимавшего активное участие в нападении на лагерь панчалов? Это тоже невероятно. А ведь Парикшит был и родственником Кришны... Получается за подлое убийство панчалов Крипу наградили доходной должностью. Никто из пандавов не предпринимают ничего, чтобы ему отомстить. Это говорит о невиновности Ашваттхамана и Крипы. По преданию Критаварман живёт много лет после битвы на поле Куру среди бходжей и никто не упрекает его в этом злодеянии до развязки событий в 16 книге эпоса.

Исходя из всего вышесказанного, становится понятным, что Ашваттхаман, Крипа и Критаварман не могли иметь отношения к нападению кауравов на спящих. Но кто же совершил это злодеяние и почему эпос обвиняет в этом Ашваттхамана и его спутников? Посмотрим внимательно на обстоятельства нападения на лагерь панчалов. В них много загадочного и непонятного, вплоть до участия богов в этом преступлении.

По описанию авторов эпоса идея напасть на спящих пришла в голову Ашваттхамана, когда он наблюдал за тем, как ночью сова напала на стаю спящих ворон и принялась их убивать поодиночке. Обычно хищники убивают других животных для того, чтобы получить пищу для себя. Для совы достаточно и одной вороны. Поэтому очень вероятно, что этот сюжет выдуман, но, предположим, такие совы в Индии есть. Тогда разбуженные шумом вороны просто перелетят на другое место. Но даже если такое поведение для сов в Индии характерно, то этот сюжет использовали авторы эпоса для того, чтобы обосновать нападение кауравов на лагерь.

Ашваттхаман разбудил товарищей и убедил их напасть на панчалов. Странным здесь выглядит тот факт, что согласие дал Крипа. Будучи человеком старшего поколения, он часто занимал нравоучительную позицию по отношению к младшим героям эпоса. Подойдя ко входу в лагерь, сын Дроны встречается с неким существом, имеющим многочисленную свиту. Из описания становится понятно, что это существо - Шива. А вот далее рассказ о нём приобретает чудесный характер и кроме обычной свиты Шивы появляются ещё и некие хришикеши и джанарданы! А эти существа (или виды оружия) перекликаются с эпитетами Кришны. Неожиданно Шива произносит речь, в которой говорит, что он действует с согласия Джанарданы. И если раньше Шива оберегал панчалов, "прибегая к многочисленным уловкам" (т. е. к обману, если уж говорить честно), то отныне - "не жить им теперь!". Эта неожиданная смена позиции говорит о том, что в гибели панчалов заинтересованы Шива и ...Кришна. Такую метаморфозу трудно понять, ведь панчалы - первые и главные союзники пандавов. Чем же они провинились перед богами? Но снова вернёмся к напавшим на лагерь спящих воинов.

По описанию эпоса Ашваттхаман один уничтожает всех воинов в стане панчалов, а это несколько тысяч человек, между прочим. В это время Крипа и Критаварман стоят у входа в лагерь. Но это невозможно. А вот войску Шивы это по силам. Его отряды представляют собой специфическое зрелище: воины носят на лицах маски разных зверей, которые скрывают их лица и нападают они в основном по ночам. С ними мы сталкивались, например, во время ночного нападения на Хираньяпур.

Лагерь представляет собой охраняемую территорию, причём проникнуть внутрь него можно только в одном месте и этот вход хорошо охраняется. По этой причине Ашваттхаман не может это сделать один, ведь Крипа и Критаварман, по описанию создателей эпоса, остались охранять вход. Очевидно, их задача заключается в том, чтобы убивать пытающихся спастись воинов. Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что нападение на спящих было хорошо спланированной операцией и совершили её не трое кауравов, а совсем другие люди. И прямое отношение к нападению имели Шива и Кришна. Теперь обратимся к этим персонажам.

После поединка Дурьйодханы и Бхимасены Кришна предложил воинам отдохнуть в шатрах. Найдя войсковую казну кауравов, пандавы возликовали. История с сожжением колесницы Арджуны должна, по мысли авторов эпоса, подчеркнуть божественность Кришны и изменение отношения его к пандавам. Ведь теперь главные враги разгромлены и нужно менять тактику. Сразу после этого Джанардана предложил пятерым братьям покинуть лагерь "...ради свершения благоприятного обряда". В чём суть этого обряда ничего не сообщается. Но по факту это было принесение в жертву несчастных панчалов ради тщеславных планов Кришны. Союзники становятся конкурентами, а их надо убирать...

Эпос сообщает, что Юдхиштхира якобы попросил Джанардану съездить в Хастинапур, чтобы он утешил Гандхари. Но его отъезд сразу после того, как пандавы и Кришна покинули лагерь панчалов, приезд в Хастинапур и беседа с Дхритараштрой и Гандхари становятся не утешением их, а издевательством над ними. Он говорит родителям, потерявшим всех своих сыновей, что "даже малейшего проступка не замечается у благородных пандавов". И это сразу после подлого убийства Дурьйодханы, когда Бхима наносит коварный удар по его совету. Какой же он лицемерный человек! По словам Кришны получается, что во всём виноваты Дхритараштра, Дурьйодхана и остальные кауравы. И это, по мнению авторов эпоса, моральный авторитет... Да он лжёт так, как никакой другой персонаж эпоса! Вспомним, отправляя его в город, Юдхиштхира совсем по-другому оценивает поступки пандавов и Дурьйодханы: "Ведь, услышав об убийстве своего сына, свершенном нами столь (неблаговидным образом), она (Гандхари - Л.П.) в гневе своим мысленным огнем превратит нас в пепел! Как Гандхари перенесет это тяжкое горе, когда услышит о своем сыне, всегда сражавшемся справедливо, но сраженном нами нечестным путем?" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 7 - 13). Юдхиштхира отдаёт себе отчёт, что пандавы совершили подлость, а Кришна настаивает на их моральной чистоте перед убитыми горем родителями. Джанардана обвиняет Дхритараштру и его сыновей и оправдывает пандавов. Ложь для него - норма жизни. Юдхиштхира признаёт, что Дурьйодхана всегда сражался справедливо, как и Бхишма, Дрона, Бхуришравас, Карна... Итак, по факту никакого утешения Гандхари не было, как и не было приезда Кришны в город. Его так называемый отъезд в город на самом деле должен был прикрыть факт его исчезновения с берегов Огхавати в ночь, когда погибли панчалы. "Уезжая" от пандавов в город, Кришна создавал себе алиби. В случае если бы кто-то наводил справки, почему его в городе не было в ту ночь, он мог всегда выдумать какое-то происшествие, задержавшее его в дороге.

Оставив пандавов на берегу Огхавати, Джанардана встречается с Шивой и договаривается с ним, что он нападёт на лагерь панчалов. Между ними была достигнута предварительная договорённость о нападении на лагерь и сейчас нужно было уточнить последние детали. По легенде Шива признаётся Ашваттхаману в обращении Кришны к нему в своеобразной форме: он защищал панчалов по просьбе Джанарданы, но теперь они "настигнуты Временем". Таким образом выражена мысль, что приказ на уничтожение панчалов отдан Кришной. В данном случае под Временем надо понимать Смерть!

Часть агентов Шивы уже находилась внутри лагеря, что позволило незаметно снять его стражу. Учитывая коварство Кришны, можно даже предположить, что в эту стражу им были назначены люди, которые позволили спецназу Шивы пройти внутрь лагеря незаметно и вырезать всех панчалов. Таким способом Кришна устранял конкурентов в дальнейшей борьбе за власть. Шип вынимается шипом, потом оба выбрасываются... Так говорит индийская поговорка. С Шивой он пообещал расплатиться сразу после гибели панчалов.

Это злодеяние авторы эпоса решили возложить на Ашваттхамана, поскольку было хорошо известно, что его не было среди погибших на поле Куру. Признаться в том, что эту подлость замыслил Кришна, создатели эпоса не могли. Это было бы дискредитацией главного "героя" эпоса для победителей. Возможно, среди нападавших были и люди Критавармана, поскольку он был в свите Кришны ещё во время переговоров в Хастинапуре. Причина, по которой он оказался в стане кауравов, неизвестна, но есть основания считать, что он сделал это по указанию Кришны, чтобы снабжать его информацией. Как повелитель акшаухини он присутствовал на собраниях царей кауравов в ходе битвы и знал о всех планах Дурьйодханы. А Крипа вообще не причастен к нападению на лагерь панчалов, поскольку пандавы доверили ему потом воспитание Парикшита.

По описанию эпоса умирающий Дурьйодхана через глашатаев в присутствии Санджаи просил передать своим сторонникам, чтобы его агент среди брахманов Чарвака отомстил за его смерть. С этим персонажем мы столкнёмся в Шантипарве - 12 книге эпоса, но его миссия закончится неудачей.

Эпизод 25. Последняя ночь Шивы.

После истребления панчалов колесничий Дхриштадьюмны, чудом спасшийся из всех воинов лагеря, утром следующего дня сообщил Юдхиштхире о случившемся минувшей ночью. Из его рассказа следовало, что панчалы были уничтожены Критаварманом, Крипой и Ашваттхаманом. Охваченный печалью, Юдхиштхира пал на землю. Очнувшись, он послал Накулу в Упаплавью к Драупади, чтобы сообщить ей о гибели её детей.

Не веря в случившееся, Юдхиштхира спросил Кришну, как могло случиться, что сыну Дроны "удалось в одиночку перебить весь наш лагерь"? Джанардана ответил, что ему покровительствовал Ишвара. Кришна рассказал Юдхиштхире сказание о жертвоприношении Дакши, как во время этого жертвоприношения Шиве не выделили долю и тогда он разрушил его. Затем "Треокий раздробил Савитару обе руки, Бхаге - оба глаза, Пушану - зубы" (Сауптикапарва, гл. 18, шл. 12 - 26). После этого боги испугались и выделили Махадеве жертву, а он вернул им их органы. Свой рассказ Кришна закончил следующими словами: "Так вот, когда он разгневался, вся вселенная вышла из равновесия, о могучий, а когда смилостивился, то снова она пришла в равновесие. (Драуни) ублажил того могущественного (бога), и вот убиты все сыновья твои, великоколесничные воины, и многие другие герои и панчалы со своими соратниками. Не должно и размышлять об этом, ибо не Драуни то содеял - такова милость Махадевы. Исполни немедля, что надлежит!" (Сауптикапарва, гл. 18, шл. 12 - 26).

Ночное нападение на лагерь спящих воинов и их уничтожение изменило расклад сил в борьбе за трон Хастинапура после поражения кауравов. В лагере находились панчалы и пять сыновей Драупади. Все они погибли и были исключены из числа претендентов за власть. Кришна предусмотрительно спас самих пандавов, вывезя их из лагеря накануне нападения. Без них ему трудно обосновывать свои претензии на власть. Это был удар по Юдхиштхире, Драупади и Вьясе. Пандава очень сильно переживал, но никак не мог поверить в то, что это совершил Ашваттхаман: "Как мог ничтожный грешник Драуни, неутомимый в своих деяниях, погубить всех моих сыновей, великоколесничных воинов?!" (Сауптикапарва. гл. 17, шл. 1 - 5). Внутри себя он догадывался, что и чудесное спасение самих пандавов не случайно. Но кто действительно напал на спящих? Сначала Кришна попытался убедить пандаву в том, что Ашваттхаман это сделал с помощью Шивы: "Драуни обратился за покровительством к непреходящему Ишваре, Владыке богов над богами, и поэтому он один уничтожил многих!" (Сауптикапарва, гл. 17, шл. 6 - 15). А закончил свою речь Джанардана уже другим утверждением: "Не должно и размышлять об этом, ибо не Драуни то содеял - такова милость Махадевы. Исполни немедля, что надлежит!" (Сауптикапарва, гл. 18, шл. 12 - 26). "Милость" Шивы - "prasada". Это многозначный термин, который в данном контексте можно перевести как "жертва, юмор, дар, доброта, подношение". Учитывая особый цинизм Кришны, истребление своих союзников он может назвать и шуткой Шивы, и добротой, и милостью. В арабских странах в Средневековье существовал особый вид казни, называемый "милостью султана". Султан присылал лицам благородного происхождения шелковый шнурок, которым потом чиновника душили слуги султана.

Возникает вопрос: почему Кришна так смело возлагает вину за ночное нападение на Шиву? Неужели он не боялся опровержения и мести со стороны Шивы? Такая смелость могла означать только одно: Шивы в живых уже не было! Знать о смерти Шивы Кришна мог только в том случае, если он сам участвовал в убийстве своего конкурента. Главным итогом ночного истребления панчалов и убийства Шивы является то, что теперь войсковую казну кауравов не приходится делить ни с кем: она вся целиком достаётся Кришне. Что же есть в мифах такое для того, чтобы выдвинуть подобную версию?

Эпитет Шивы "Нилакантха" означает Синешеий. Почему характерной особенностью Шивы является синяя шея? В эпосе на этот счёт существуют три мифа.

Легенда о пахтании океана говорит, что во время этого процесса из океана появился горшок яда, который выпил Шива и задержал его в своём горле. И по этой причине шея приобрела синий цвет. Дальнейшее посинение тела предотвратила супруга Шивы Парвати, схватившая его за шею. В городе Ришикеш есть даже храм синешеего Шивы. Легенда явно носит наивный характер. Яд и предназначен для того, чтобы убивать. А нейтрализовать его таким экстравагантным способом не додумается ни один нормальный человек. Современной медицине неизвестен такой яд, действие которого приводит к посинению только шеи. А вот при удушении человека как раз и наблюдается посинение шеи. Во время удушения на шее образуется характерная полоса, носящая в медицине и криминалистике название странгуляционной. "Странгуляционная борозда (мед.) — наблюдается на шее повешенных или удавленных петлей. Странгуляционная борозда на трупе бывает или единичной, или двойной, или в несколько рядов, смотря по тому, как наложена петля" Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона. Вторая легенда как раз говорит об этом.

В "Нараянии", гл. 344, шл. 86 - 88 есть беседа Арджуны и Кришны. Последний приводит в ней один вариант легенды о жертвоприношении Дакши. Он совершил жертву богам, но не оставил жертвы для Шивы. Тогда Махадева послал в него дротик. Внезапно в обитель Бадари прилетел этот дротик и попал в грудь Нараяне. Далее следуют такие слова: "Тогда к тем двум подвижникам, предавшимся изнурению плоти, подбежал Рудра; нападающего рукой ухватил за горло Вселенский Атман Нараяна, и шея у (Рудры) посинела, (он) стал Синевыйным (Шитикантха). Затем, чтобы убить Рудру, соломинку взял Нара, укрепил её мантрами так. что громадным топором (парашу) она стала. " - пер. Б.Л. Смирнова. Вторая из этих легенд как раз и говорит о конфликте между Кришной и Шивой, который закончился столь трагически для последнего из них.

В третьей легенде тоже идёт речь об удушении Шивы. В этой же главе "Нараянии" есть и такие шлоки: "Ради (поражения) разрушителя трёх городов (Шивы), предпринявшего священнодействие, явившийся к Рудре Ушанас, содрав с его головы косы, обвил их вокруг (его шеи), и они превратились в змей, его шея, сжатая змеями, посинела" ("Нараяния", гл. 344, шл. 19).

Во всех трёх легендах речь идёт об удушении. В первой это делает супруга Шивы Парвати, во второй - сам Джанардана, в третьей - Ушанас. Кришна использовал Шиву для нападения на лагерь панчалов. Ранее в нём обитали кауравы и там находилась их войсковая казна. Поскольку вклад Кришны в победу пандавов не подлежал сомнению, то он пообещал Шиве разделить эту казну на двоих. Шива дал согласие и, тем самым, подписал себе смертный приговор. По всей вероятности, когда ночные убийцы спали после удачного для них разбоя, люди Кришны и Сатьяки вырезали их, а спящего Шиву задушили шнурком. Чуть позже создатели легенд постарались и передать суть событий, и возложить ответственность на других людей. Но полностью угаснуть эти легенды не могли, вот почему и сохранилась та из них, где виновником смерти Шивы оставался его настоящий убийца - Кришна. Жестокие боги, сеющие смерть среди людей, сами гибнут в погоне за наживой. Нападение на спящих и убийство Шивы открывает новую страницу смертной летописи. Теперь это уже сражение между прежними противниками кауравов.

Эпизод 26. Жемчужина Ашваттхамана.

Возница Дхриштадьюмны сообщил пандавам и Сатьяки о нападении на лагерь Ашваттхама и его спутников и гибели всех панчалов. Братья отправили Накулу в Упаплавью, чтобы он сообщил Драупади печальную весть. На исходе дня они вернулись из столицы матсьев. Обратившись к Юдхиштхире, дочь царя Друпады потребовала от него отомстить Ашваттхаману, Крипе и Критаварману. Юдхиштхира сказал, что сын Дроны ушёл далеко в лес и как она сможет узнать, что он будет убит? Драупади ответила, что пандавы должны принести ей жемчужину, "с которой он родился" и тогда она поверит в его гибель. Вслед за тем она обратилась к Бхиме, напомнив ему о его предыдущих подвигах, и потребовала убить сына Дроны. Сев на колесницу вместе с Накулой, Врикодара отправился в путь по колесничному следу Ашваттхамана.

Кришна рассказал Юдхиштхире, что Драуни обладает оружием брахмаширас, а оно "способно спалить землю!". Когда-то Дрона, передавая это оружие Арджуне, с неохотой передал его и сыну, сказав: "Даже если, сын мой, ты попадешь в битве в большую беду, тебе нельзя будет использовать это оружие, а против людей в особенности" и добавил: "Ведь ты не из тех, что придерживаются стези праведников!" (Сауптикапарва, гл. 12, шл. 1 - 9). Ашваттхаман после этого прибыл в Двараку и предложил Кришне обменять оружие брахмаширас (а его Дрона получил от мудреца Агастьи) на чакру, любимое оружие Джанарданы. Кришна согласился. Но Ашваттхаман не смог даже поднять чакру с земли. Джанардана сказал, что никто ранее не обращался к нему с подобной просьбой: ни Арджуна, ни Баларама, ни Прадьюмна, ни "живущие в Двараке вришнии и андхаки". Кришна закончил свой рассказ словами, что Ашваттхаман "гневен и злодушен, жесток и своенравен" и поэтому Бхима должен остерегаться его.

Юдхиштхира, Арджуна и Кришна поднялись на колесницу и помчались вслед за Врикодарой. Скоро они настигли его на берегу Бхагиратхи и у самой воды увидели Вьясу вместе с мудрецами. Рядом с ними стоял Драуни. Увидев пандавов, Ашваттхаман обратился к волшебному оружию и левой рукой взялся за "айшику" (Сауптикапарва, гл. 13, шл. 10 - 20).

С кличем "Смерть Пандавам!" сын Дроны пустил в ход оружие и "в тростниковой стреле возник огонь, словно бы нацелившись испепелить три мира, подобно Яме-Калантаке" (Сауптикапарва, гл. 13, шл. 10 - 20).

Кришна обратился к Арджуне со словами, что он должен применить дивное оружие. Шумом наполнился небосвод, ужас охватил всё живое, пришла в движение земля. Между сыном Дроны и Арджуной стали два мудреца - Нарада и Вьяса, чтобы остановить их. Увидев двух мудрецов, Арджуна убрал "свою волшебную стрелу" и сказал им, что они должны остановить сына Дроны. Вайшампаяна сообщает, что это оружие может удержать только тот, кто "исполнил обет брахмачарина".

Ашваттхаман "не смог в битве прервать действие своего грозного оружия" и сказал Двайпаяне, что он применил его, "желая спасти свою жизнь!" (Сауптикапарва, гл. 15, шл. 11 - 18). И теперь это оружие лишит жизни всех потомков Панду. Вьяса ответил, что сын Дроны должен остановить это оружие, а пандавы пусть останутся живы: "Царь-мудрец Пандава (Юдхиштхира) не желает победы вопреки дхарме. Отдай им эту жемчужину, что на твоей голове, а Пандавы, получив ее, взамен сохранят тебе жизнь" (Сауптикапарва, гл. 15, шл. 19 - 27)

Сауптикапарва, гл. 15, шл. 28 - 31, 32:

"Драуни сказал:

Эта моя жемчужина превосходит ценностью и те сокровища, что есть у Пандавов, и то богатство, которое было добыто кауравами. Тот, кто носит ее, никогда не ведает страха ни перед оружием, ни перед болезнью, ни перед голодом, а также перед богами, данавами и демонами-змеями. Нет (у такого) страха ни перед толпами ракшасов, ни перед разбойниками, и я ни за что не могу расстаться со столь ценной жемчужиной! Но как ты сказал, о владыка, так мне и надлежит немедленно поступить. Вот жемчужина, а вот я! Да поразить эта стрела чрево каждой женщины из стана Пандавов; она, без промаха бьющая, уже нацелена!"

Вьяса сказал:

Делай же так, если разум твой никак невозможно направлять на что-то другое! Послав (оржуие) во чрева женщин из стана Пандавов, на том и успокойся!"

Выслушав Двайпаяну, Ашваттхаман направил оружие во чрева женщин пандавов. Кришна обратился к сыну Дроны со словами, что это оружие не причинит Уттаре вреда и она родит Парикшита. Разъярённый Ашваттхаман сказал, что его оружие достигнет чрева дочери Вираты. Кришна ответил, что, хотя "и умерщвленное во чреве, дитя все же родится на свет, и суждена ему будет долгая жизнь. Тебя же все мудрые будут считать ничтожеством, многогрешным злодеем и детоубийцей!" (Сауптикапарва, гл. 16, шл. 8 - 15). Вслед за тем он предрёк ему странствование по земле в течение 3 000 лет, а Парикшит в течение шести лет будет хранителем земли.

Отдав жемчужину, Ашваттхаман отправился в лес. Пандавы, Кришна, Вьяса и Нарада поспешили к Драупади. Бхимасена отдал ей жемчужину и сказал, что сын Дроны повержен, но отпущен ими благодаря брахманскому происхождению и родству с наставником. Драупади ответила, что она принимает эту жемчужину как оплату долга: "сын наставника для меня - что наставник", и предложила эту драгоценность Юдхиштхире.

Последнее сражение на поле Куру происходит на берегу Огхавати. Кришна из лагеря панчалов доезжает до Хастинапура в течение одного дня. То есть, столица кауравов находится на расстоянии не более 20 км от места гибели Дурьйодханы. Эпос сообщает, что Накула доезжает до столицы матсьев Упаплавьи, где находилась Драупади, и возвращается вместе с ней назад тоже в течение одного дня! И это явное преувеличение, ведь Кришна в "Удьйогапарве" преодолевает это расстояние за 7 дней.

Требование Драупади убить Ашваттхамана и его товарищей понятно, ведь ей сказали, что детей пандавов убили именно они. Странным кажется вопрос Юдхиштхиры о том, как Драупади узнает, что сын Дроны убит. Такое впечатление, словно жена пандавов не доверяет своим мужьям. И как доказательство смерти Ашваттхамана пандавы должны привезти ей жемчужину. А вот это очень странно. Логично было бы, если бы она потребовала привезти голову Ашваттхамана.

Кришна предупреждает Юдхиштхиру, что Ашваттхаман обладает чудесным оружием брахмаширас, которое он получил от своего отца. Характер этого разрушительного оружия столь ужасен, что, по словам Дроны, он не должен применять его против людей. Эпос выставляет Арджуну любимым учеником Дроны и и он обучил его владению этим оружием. Но зачем обучать владению им, если его нельзя применять против людей? Всё это выглядит более чем странно. Кришна рассказывает, что Ашваттхаман хотел обменять оружие брахмаширас на чакру Джанарданы, для чего прибыл в Двараку. И Варшнея согласился на обмен, но Драуни не смог поднять чакру с земли. Эта легенда, рассказанная самим Кришной, явно преувеличивает силу Джанарданы. Он просто не захотел совершать эту сделку, она показалась ему не равноценной.

Бхимасена, Накула, Кришна и Арджуна сели на колесницы и отправились по следу колесницы Ашваттхамана. Это вызывает сомнение, потому что в лагере панчалов находилось несколько тысяч воинов на колесницах. Даже, если бы Ашваттхаман и напал на лагерь спящих, то разобраться, где прошла колесница сына Дроны просто невозможно. Пандавы нашли Ашваттхамана на берегу Бхагиратхи, а рядом с ним были Нарада, Вьяса и другие мудрецы. Таким образом пандавы точно знали, где в данный момент был сын Дроны, а получить эти сведения они могли от посыльного.

Но что же делал Ашваттхаман на берегу Сатледжа? Если он не нападал на лагерь спящих, то после поражения он решил предпринять попытку переправиться на другой берег реки, где находилось царство северных панчалов. Для этого он вышел к одной из тиртх. Брахманы этой тиртхи сообщили об этом Вьясе и Нараде, а сами постарались тянуть время, ссылаясь на то, что сейчас в тиртхе нет лодок. Вьяса и Нарада решли, что сейчас пришёл удобный момент отнять волшебную жемчужину у сына Дроны. Они послали гонца к пандавам, чтоб сообщить им, где сейчас находится Ашваттхаман. Так пандавы оказались в тиртхе на берегу Сатледжа.

Увидев пандавов и Кришну, сын Дроны решается применить оружие брахмаширас, которое, как мы помним. нельзя использовать против людей. В ответ на действия Драуни Кришна призывает Арджуну тоже использовать дивное оружие. И вот, несмотря на то, что описание действия этого оружия ужасно, оно, тем не менее, никому не причиняет вреда! Все остаются живы и даже не ранены. Как это возможно? В чём же секрет этого оружия? Реальность проста. Брахмаширас ("голова Брахмы" так обычно переводят, но возможен перевод и "главный брахман"!) является тем, к чему Ашваттхаман прибегает в крайнем случае: он захватывает в заложники Вьясу и Нараду и угрожает их убить, если его не отпустят живым на северный берег Сатледжа.

Между сторонами начинаются переговоры. Ашваттхаман говорит, что он пошёл на этот шаг, "желая спасти свою жизнь!". Вьяса предлагает сыну Дроны отдать драгоценную жемчужину, находящуюся у него на лбу, и тогда пандавы сохранят ему жизнь. Он даёт ему свои гарантии. Эта жемчужина у сына Дроны находится с момента его рождения. Как мы помним, точно так же у Карны были и серьги с момента его рождения. Таким образом это ещё одна священная реликвия Солнечной династии. За серьгами будет идти охота едва ли не до последней страницы эпоса. Жезл Брахмы, ваджра Индры, корона Арджуны, серьги Карны и жемчужина Ашвттхамана являлись символом власти Брахмы. Каждая из них была оберегом, но всю полноту власти они могли дать только вместе. Жемчужина даёт своему обладателю защиту от оружия, голода, болезни и также от богов, ракшасов и нагов. Главной особенностью подобного символа является добровольная передача его другому лицу. Если же отнять его насильно или убить его бывшего владельца, то этот символ теряет свою силу и не сможет защитить его будущего обладателя.

Вместе с тем Ашваттхаман неожиданно угрожает убить своей стрелой ещё не родившихся детей каждой женщины из рода пандавов. Зачем ему это нужно? Вьяса согласен на всё, только бы получить свободу, а сын Дроны расстался с жемчужиной.

Ашваттхаман направляет действие своего оружия на женщин из рода пандавов. По факту получается, что пострадает одна Уттара, да и то через несколько месяцев. Эта "стрела" Ашваттхамана выглядит как проклятие. И от этого поступка больше всех из присутствующих пострадает Кришна. Он обещает, что, хотя и родится мёртвым Парикшит, но он проживёт долгую жизнь. Будущий потомок Уттары и Абхиманью - это последняя ставка Кришны в борьбе за власть. Вот почему он так возмущается. Но виновен ли в смерти младенца Ашваттхаман? Да и какая ему разница, когда и кого родит Уттара? Вполне вероятно, он даже не знает, что дочь царя матсьев является женой Абхиманью. Они стали мужем и женой незадолго до начала войны. Ашваттхаману нет никакого повода мстить дочери царя Вираты. Кажется, в истории рождения мёртвого младенца Уттары виновен совсем другой человек. И имя ему Вьяса. Двайпаяна догадался, что организатором нападения на спящих был Кришна. В результате погибли все панчалы и его внуки от Драупади. Именно Вьяса, а не Ашваттхаман, имеет все основания проклясть потомство Кришны: если ты убил моих внуков, то и твои тоже не будут жить!

Пандавы возвращаются к Драупади и Бхимасена вручает ей жемчужину. Удивительное дело! Она легко забыла о том. что Ашваттхаман остался в живых, а её дети будут неотмщёнными. Сколько слёз она пролила, когда её привели в сабху во время месячных, как сообщают авторы эпоса! И сколько раз брахманы напомнили об этом слушателям Махабхараты! Получение жемчужины перечеркнуло всю её боль от потери пяти сыновей, Обретение этой реликвии для жены пандавов намного важнее гибели Ашваттхамана. Волшебная жемчужина для неё дороже пяти своих сыновей. Она водрузила жемчужину на лоб Юдхиштхиры. Теперь ещё больше оснований говорить всем, что Драупади - царица!

Эпизод 27. Плач Гандхари и "откровение" Кунти.

После гибели кауравов Дхритараштра не находил себе места от горя. Его утешали Санджая и Видура. Но после их слов он потерял сознание. Когда он пришёл в себя, к нему с речью обратился Вьяса. Он рассказал ему, как в собрании Индры он слышал, что Земля просила богов облегчить её ношу от людей. И тогда улыбнулся Вишну и сказал, что старший сын Дхритараштры исполнит это дело. Он родится как частичное вполощение Кали.

Стрипарва или книга о женах, гл. 8, шл. 27 - 44:

"... А господин Кришна Двайпаяна... обратился с такой речью:

"...Дядя его с материнской стороны - Шакуни и лучший друг - Карна, а также все прочие цари родились на погибель земли; и Нарада был полностью посвящен в эту тайну, о мощнодланный! Сыновья твои погибли из-за собственных грехов, о владыка земли! Не скорби же о них, о Индра царей, здесь нет причины для скорби! Ведь Пандавы ни в чем, даже в самом малом, не провинились, сыновья же твои - злодеи, именно из-за них опустошена земля!".

Вьяска сказал, что ещё во время раджасуи он и Нарада сообщили Юдхиштхире, что грядёт война между пандавами и кауравами, в которой они погибнут. Мудрец настояла, чтобы Дхритараштра оставался в живых.

Дхритараштра распорядился, чтобы женщины города отправились на поле Куру для совершения обрядов. Пройдя крошу, они встретили Ашваттхамана, Крипу и Критавармана. Крипа рассказал Гандхари о поражении кауравов, о ночном избиении спящих: "Мы затем бежали, ибо втроем не смогли устоять в битве. Пандавы, эти отважные великие лучники, сейчас всецело во власти гнева; они скоро придут сюда, чтобы насладиться местью. Эти герои, мужи-быки, узнав, что их родные сыновья застигнуты врасплох и убиты, быстро нападут на наш след, о многославная! Провинившись перед Пандавами, мы не смеем более оставаться (здесь). Отпусти нас, о царица!" (Стрипарва или книга о женах, гл. 10, шл. 5 - 17).

Простившись с горожанами, трое кауравов отправились к Ганге. Здесь они попрощались друг с другом и "Крипа, сын Шарадвана, направился в Хастинапур, сын Хридики - в собственное царство, а сын Дроны - в обитель Вьясы" (Стрипарва или книга о женах, гл. 10, шл. 18 - 23).

Пандавы, Кришна, Сатьяки и Юютсу направились к Ганге, где находились Дхритараштра, его советники и женщины Хастинапура. Отец Дурьйодханы с неохотой обнял Юдхиштхиру и стал ожидать Бхиму. Вайшампаяна сообщает, что Кришна разгадала его замысел убить пандаву и, оттолкнув Бхимасену, "подставил (Дхритараштре) Бхиму из металла". Сын Вичитравирьи сдавил его в объятиях так, что у него была повреждена грудь, а изо рта пошла кровь. Санджая стал успокаивать его словами, что уже слишком поздно. Кришна сказал царю, что он раздавил статую, а не самого Бхиму, поэтому он не должен огорчаться и пусть он вспомнит, сколько сам сделал дурного. Бхима же, убив Духшасану, "осуществил справедливое возмездие". После его слов Дхритараштра заключил в объятия всех сыновей Панду.

Братья подошли к Гадхари и она уже собралась проклясть Юдхиштхиру. Но её замысел разгадал Вьяса и быстро прибыл в тот край. Он стал её успокаивать и призвал к миролюбию. Гандхари вспомнила о том, как Бхима нанёс удар Дурьйдхане ниже пупа. Бхима ответил ей, что он это сделал "из страха, дабы спасти свою жизнь; соизволь же простить меня! Ведь твоего могучего сына в честном бою никто не мог бы одолеть - поэтому я и поступил нечестно" (Стрипарва или книга о женах, гл. 14, шл. 1 - 10). В своё оправдание пандава снова напомнил о том, что Духшасана привёл Драупади в зал собрания, а Дурьйодхана показал ей своё левое бедро. Гандхари сказала ему о том, что Врикодара пил кровь Духшасаны. Бхима ответил, что он не пил кровь, а только намочил губы и зубы, и не следует ей обвинять его, ведь она сама не удержала своих сыновей.

Гандхари вспомнила об Юдхиштхире, и он со страхом приблизился к ней, произнеся покаянную речь. Взгляд царицы из-под повязки на глазах попал на его ногти и они испортились.

Дхритараштра, Гандхари, пандавы, Кришна и женщины Хастинапура пришли на место битвы. Увидев погибших воинов жёны и матери кауравов пали на землю и огласили пространстов плачем. Обратившись к Васудеве, Гандхари стала говорить о тех, кто лежал на земле. Причитания и вопли неслись со всех сторон. Увидев Дурьйодхану, Гандхари вспомнила напутствие, которое она ему говорила перед битвой: "Где дхарма - там победа". Царица перечислила имена воинов, лежащих на земле: Дурьйодхану, Духшасану, Лакшману, Викарну, Дурмукху, Читрасену, Вивиншати и других своих сыновей. Она говорит, что Уттара оплакивает гибель Абхиманью: "В этом мире суждены были нам с тобой только шесть месяцев совместной жизни, а на седьмой месяц, о герой. ты уже встретил свою гибель! (Стрипарва или книга о женах, гл. 20, шл. 4 - 27).

Гандхари говорит, что на земле лежит Карна, а его оплакивают жёны Вайкартаны. Он внушал тревогу Юдхиштхире, что тот не ведал сна в течение тринадцати лет. Мать Вришасены оплакивает гибель Карны, а мать Сушены лишилась чувств.

На погребальный костёр кладут тело Дроны и в огонь бросают луки, древко копий, кузова колесниц. Брахманы - ученики Дроны, обойдя костёр против солнца, вместе с Крипи идут к Ганге. Мать Бхуришраваса оплакивает гибель своего сына, которому Арджуна отсек руку. Супруги кауравы обступили его тело со всех сторон и причитают: "Двое - одного бесчестно убили!". Сражённые Дроной лежат пять братьев-кекаев. Царица обвинила Кришну, что он развязал войну и прокляла его.

Стрипарва или книга о жёнах, гл. 25, шл. 36 - 42:

"Гандхари сказал:

Тем скромным подвижническим пылом, который я накопила в послушании своему супругу, я ныне налагаю на тебя заклятье, о Носитель диска и палицы, чей Атман столь труднодостижим! За то, что ты допустил, чтобы родичи - Пандавы и кауравы - истребили друг друга, тебе суждено стать убийцей собственных родственников, о Говинда! Когда придет тридцать шестой год от сего дня, ты, потеряв родичей, советников, потеряв сыновей, блуждая в лесу, примешь смерть непочтенным образом, о Губитель Мадху! И тогда жены (ядавов), потеряв сыновей, родственников и близких, сойдутся (оплакать) тебя - как сейчас эти жены бхаратов!"

Кришна ответил с улыбкой, что кауравы погибли по вине самой Гандхари. И зря она свою вину пытается переложить на него.

После совершения обрядов все присутствующие отправились к Ганге. Внезапно Кунти обратилась к сыновьям и сказала им, что Карна - её сын: "Тот, кому на всей земле нет равного в доблести, кто честен, отважен и в битвах никогда не обращался в бегство, - этот вершитель незапятнанных деяний должен быть почтен вами возлиянием как родной брат! Ведь это и есть старший брат ваш, рожденный мною от Творца света и в своих золотых серьгах и панцире сиявший, подобно (своему отцу), Творцу дня!" (Стрипарва или книга о женах, гл. 27, шл. 6 - 12). Юдхиштхира сказал, что после её слов он не понимает, зачем она скрыла эту тайну от них: "Теперь мы, со всеми нашими родственниками, тяжело скорбим из-за гибели Карны! Это горе терзает меня в сто раз сильнее, чем гибель Ашваттхамана, чем убийство сыновей Драупади, чем истребление панчалийцев и падение всего рода Куру!.. Ведь (в союзе с Карной) для нас не было бы ничего недостижимого, даже из того, что находится на небесах! И не было бы этой страшной бойни, столь гибельной для рода Куру!" (Стрипарва или книга о женах, гл. 27, шл. 12 - 20).

Поражение кауравов вызвало у Дхритараштры отчаяние. Такое невозможно было помыслить! "Утешения" Санджаи и Видуры закончились тем, что он потерял сознание. Они во всём обвинили кауравов. Когда сознание вернулось к царю, роль "утешителя" взял на себя Вьяса. "Отец" рассказал "сыну" легенду, как в собрании Индры Земля просила облегчить её ношу от количества людей и Вишну сказал, что эту миссию возьмёт на себя Дурьйодхана. Иными словами и "отец" Вьяса обвинил "сына" Дхритараштру и "внука" Дурьйодхану в розжиге войны: "сыновья твои погибли из-за собственных грехов". Эти слова особенно резко контрастируют с его оценкой пандавов, которые "ни в чём, даже в самом малом, не провинились", а вот дети Дхритараштры - "злодеи, именно из-за них опустошена земля!". Точно такую же оценку пандавам давал и Кришна, обращаясь к Дхритараштре: "Даже малейшего проступка не замечается у благородных пандавов, будь то осуждаемо правилами нравственности, или здравым смыслом, или же глубокой привязанностью, о усмиритель врагов! Зная, что все это - плод твоей собственной вины, ты не должен питать неприязни к сыновьям Панду" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 42 - 48). Два зачинщика войны - Кришна Двайпаяна и Кришна Васудева - обвиняют убитых горем родителей после того, как они сами приложили все усилия для розжига войны, в которой затем были нарушены все нормы нравственности. Но и Юдхиштхира понимал: правда была на стороне Дурьйодханы, о котором он говорил, что сын Дхритараштры "всегда сражался справедливо, но сраженном нами нечестным путем" (Шальяпарва, гл. 62, шл. 7 - 13). И Бхима чуть позже тоже сказал Гандхари о том, что без подлости пандавы не смогли бы одержать победу: "Ведь твоего могучего сына в честном бою никто не мог бы одолеть - поэтому я и поступил нечестно". (Стрипарва или книга о женах, гл. 14, шл. 1 - 10). Эпос называет Вьясу дедом пандавов и кауравов, но он считает всех сыновей Дхритараштры злодеями. ВСЕХ!!! Разве стал бы такое говорить настоящий дед? Разумеется, нет. Наступит очередь и пандавов, которым "дед" укажет путь на небо, чтобы его - Вьясы сын - стал царём в Хастинапуре. Пока же ещё не время предъявлять городу и миру настоящего претендента на власть в Хастинапуре.

Горожане вместе с царём отправляются на поле Куру для совершения похоронных обрядов. Пройдя крошу, они встретили Ашваттхамана, Крипу и Критавармана. К царю с речью обратился Крипа. Его слова вызывают недоумение. Крипа рассказал, что они втроём напали на лаегрь панчалов и убили всех воинов в нём. Но вслед за этим они почему-то бежали, "ибо втроем не смогли устоять в битве". Но как это возможно, если в живых уже никого не было, кроме пандавов, Кришны и Сатьяки? Крипа говорит, что они испытывают страх перед пандавами. Почему же он потом возвращается в Хастинапур, где теперь постоянно будут жить пандавы? Эти два факта наряду с фактами в предыдущих эпизодах явно не согласуются с нападением кауравов на лагерь спящих панчалов. Критаварман возвращается в царство бходжей, а оно находится на полуострове Катхиавар и там же располагается резиденция Кришны в Двараке. Царь бходжей будет там мирно жить в течение длительного времени до развязки событий в 16 книге эпоса. И никто не собирается ему мстить за нападение на лагерь. Загадочным выглядит уход Ашваттхамана в обитель Вьясы. Видимо, авторы эпоса этим "фактом" хотят подчеркнуть принадлежность сына Дроны к брахманам.

При встрече Дхритараштры и пандавов произошла сцена спасения Бхимы благодаря тому, что Кришна разгадал замысел Дхритараштры задушить пандаву. Так сообщает Вайшампаяна. Но данное намерение царя представляется сомнительным, так как в этой сцене несколько нелогичностей. Возникает вопрос: откуда на берегу Ганги появилась металлическая статуя? Вполне вероятно, что подобную статую Дурьйодхана использовал в качестве тренажёра в Хастинапуре. И зачем тогда Кришна заранее взял её оттуда? Непонятно. Осязание у слепых людей развито больше, чем другие чувства. При соприкосновении с ней Дхритараштра мог легко разгадать, что перед ним не человек, даже если он и был слепым. Третья странность заключается в том, что спасение Бхимы от удушения Дхритараштрой явно перекликается с подобным спасением Юдхиштхиры от проклятия Гандхари. Понятно, что родители Дурьйодханы были просто в ярости от подлости пандавов, но нанести им физический ущерб вряд ли могли. А вот высказать им всё, что у них накипело, они могли. Такое впечатление, словно эти "спасители" соревнуются друг с другом с целью показать пандавам, кто в большей степени способен их защитить от гнева Дхритараштры и Гандхари. Ну и последнее. Хотя царь и был сильным человеком, но возраст его таков, что раздавить металлическую статую он не мог бы.

Спасение Юдхиштхиры Вьясой от проклятия Гандхари тоже происходит чудесным образом. Мудрец появляется неожиданно на берегу Ганги, узнав волшебным образом о желании матери Дурьйодханы проклясть Юдхиштхиру. У пандавы пострадали только "кончики пальцев", на которые упал взор царицы. Что здесь вызывает сомнение? Если предположить, что Гандхари всю жизнь носила повязку на глазах, то она бы уже давно потеряла зрение. На данный момент ей около 70 лет и в этом случае повязка на глазах у неё находится уже 50 лет! Какой смысл соблюдать обет носить повязку, если все её сыновья погибли. Потерявши голову, по волосам не плачут!

Обе эти сцены хорошо иллюстрируют, что Дхритараштра и Гандхари понимали, что их дети погибли не в результате нарушения воинской этики ими (дхармы, в эпосе), а как раз наоборот: сами стали жертвой неукоснительного соблюдения принципа: "Где дхарма - там победа". Это стало возможным, потому что их противники нарушали эти принципы при любых обстоятельствах и где только возможно. Кришна и Вьяса всеми силами пытаются оправдать пандавов. Они снова прибегают к старому аргументу: гибель Дурьйодханы стала следствием "игры в кости". В этом состоит якобы главная причина гибели Дурьйодханы. Но почему авторы эпоса не возмущаются гибелью шести нишадов и Пурочаны, ставших невинными жертвами самих пандавов? И почему никто не мстит за их гибель? Вполне вероятно, что суд ("игра в кости") и изгнание пандавов в леса и явились результатом расследования этого преступления.

Плач по погибшим воинам является, пожалуй, самой трагической сценой эпоса. Поле битвы предстаёт перед нами глазами Гандхари. Мифическая повязка с глаз покинула царицу. Следование принципам воинской этики привело кауравов к поражению. Их противники на словах говорили о соблюдении дхармы, но не собирались следовать этим принципам. Страданию и горю матери и отца Дурьйодханы нет пределов. Кауравы стали жертвами бесстыдства и обмана со стороны Кришны. Своё горе не мешает Гандхари сострадать другим. Она видит плачущую Уттару и слышит её слова о том, что царевна матсьев наслаждалась совместной жизнью с Абхиманью всего только шесть месяцев. Если их свадьба произошла за несколько дней до летнего солнцестояния, то значит гибель Абхиманью произошла в зимнее солнцестояние. А война началась в осеннее равноденствие, сразу после сезона дождей. Таким образом от начала войны до гибели Абхиманью прошло три месяца.

Гандхари говорит, что она видит, как Карну оплакивают его жёны, а мать Сушены потеряла сознание. Женщины Куру по-разному переносят потерю мужей и сыновей: одни горестно оплакивают, другие теряют сознание, а некоторые сходят с ума. Супруга Дхритараштры вспоминает о подлости Арджуны и Сатьяки во время убийства Бхуришраваса. Гандхари прямо обвинила Кришну в развязывании войны и прокляла его. Она предрекла гибель Джанарданы и всех его родственников через 36 лет. Сам факт проклятия, несомненно, имел место. Добрых слов для Кришны невозможно найти. Но это ли погубило его? В этой смерти был другой заказчик. Об этом пойдёт речь в соответствующем месте. Само время гибели вызывает вопросы. Какой смысл в том, что виновник войны погибнет через 36 лет в возрасте около 100 лет.? Смысла в этом нет. И со временем мы убедимся, что речь идёт о 36 месяцах. Эта дата в прорицание Гандхари вставлена задним числом. Цинично улыбнувшись, Кришна по привычке обвинил во всём Гандхари.

На берегу Ганги неожиданно откровению предалась Кунти. Она заявила, что Карна - её сын. Зачем мать пандавов сделала такое признание в такой момент, когда ничего уже нельзя изменить? Кажется, и в этом случае мы имеем дело с расчётом и лукавством. И почему бы ей в этот миг не признаться, кто является отцом Карны? Формально по эпосу им является Сурья. Кунти совершила преступление, бросив своего ребёнка в реку. Но ведь она в этом случае бросила не только своего сына, но и сына бога Сурьи! А ведь ему видно всё и он не наказывает её. Эпос молчит на этот счёт. Почему Кунти не сделала признание о том, кто в реальности является отцом Вайкартаны? По легенде при рождении Карны произошло четыре (!) чуда: Кунти зачала от бога, зачатие было непорочным, оно происходило в период месячных и к ней вернулась девственность после рождения младенца. Принять эти "факты" как реальность невозможно. По этой причине подобное откровение Кунти и не вызывает доверия. В дополнение к этому в Виратапарве, гл. 49 и Дронапарве, гл. 31, гл. 40, гл. 132 есть шлоки, где говорится о 6 единоутробных братьях Карны: Санграмаджите, Шатрунджае, Випате, Вришаратхе и двух неназванных по имени. По эпосу Кунти родила только пандавов. А вот у Карны есть шесть других единоутробных братьев. Следовательно, их всех родила совсем другая женщина, имя которой нам неизвестно. Все они были убиты на поле Куру. От рук Арджуны пали три брата Карны, от рук Абхиманью и Бхимы - двое, Санграмаджит был убит Арджуной при угоне скота в Виратапарве. И эти шлоки опровергают слова Кунти.

Почему Кунти призналась в этом преступлении, но забыла о горе родственников нишадов, убитых и сожжённых её детьми по указанию матери пандавов в Варанавате? А ведь там, спасая своих детей, Кунти обрекла на смерть пять сыновей другой матери и Пурочану. Ни в чём неповинных людей! Она была инициатором и организатором того убийства, ведь пандавам на тот момент было около 18 лет, а, возможно, и меньше. И можно ли верить словам такой лживой женщины? Ответ тут, на мой взгляд, однозначный: нет!

В "признании" Кунти должен быть какой-то интерес. В глазах жителей страны кауравов пандавы отъявленные мерзавцы. Их авторитет слишком низкий, а ведь они формально претендуют на власть. И жителям Хастинапура явно не нравятся такие правители. С учётом столь низкой репутации её сыновей Кунти решает спасти их авторитет, объявив всем, что Карна - "вершитель незапятнанных деяний" - их старший брат. На её слова неожиданно отреагировал Юдхиштхира. Он сказал, что горе из-за гибели Карны его терзает в 100 раз сильнее, чем горе от смерти Абхиманью и пяти сыновей Драупади! Находясь под плотной опекой Кришны и Вьясы, он давно уже понял, что братья, по сути дела, находятся в рабстве. А вот если бы их союзником был Карна, то пандавы были бы суверенными правителями. Но это уже недостижимо для них... И как же это здорово умереть свободным и не изменять своим принципам, как Карна!