- Береги ключи, Миш, - усмехнулся Матвей, проходя в гостиную.
Еноты и правда оживились - деловито обступили мужчин, вставая на задние лапки и протягивая передние. Будто устроили досмотр пришельцам.
- Это они попрошайничают, - усмехнулась Сашка из-за дивана, закрывая Гошу в клетку. - Привыкли в кафе сразу набрасываться на посетителей и требовать подношения… Ой, я же привезла для них печенье! Совсем забыла. А Гоша у вас поправился!.. Прям второй подбородок будто появился…
- Что значит попасть к нашему заботливому Мише, - вставил тут же Матвей.
И понеслось.
- Я не знаю, что бы делала без Маши, - вещала Сашка, размахивая бокалом с вином, - несмотря на свою тяжелую работу на скорой, она всегда находила время примчаться на помощь. И животные ее очень любят. А в этот раз спасла всем пятерым жизнь! Маша - очень самоотверженный человек!
- Миша уже настолько привык рисковать жизнью, что я никак не могу затащить его в мирную жизнь на гражданке, - удрученно вздыхал Матвей. - Безусловно, госпиталь лишится главного оперирующего хирурга, но нужно и о себе подумать…
- Конечно, - кивала Сашка, - тем более и здесь вы, Михаил, можете быть очень нужным. Жителям поселка уже повезло. И, как я понимаю, моим енотам и Гоше - тоже. Да и Маша тут под надежным присмотром. Я очень переживала, как она одна тут со всем справится…
- Конечно, повезло! - не отставал Матвей. - А еще повезло нашей медицинской академии! Мишу пригласили туда преподавателем. До него особенности полевой хирургии никто не освещал, и руководство академии вне себя от радости, что им достался такой практик…
Еноты особенно были рады увлеченности этой парочки, потому что, поглощенные своей миссией, Матвей и Сашка раздавали печеньки бесконтрольно направо и налево, стоило попросить.
Мы с Михаилом сначала молча ели, поглядывая друг на друга исподлобья, потом уже не скрывали усмешек. Первым не выдержал Миша.
- Кажется, мне нужно баллотироваться в Президенты. С подачи Матвея, уверен, я мог бы выиграть. - И он поднялся из-за стола. - Вы можете продолжать ваши рекламные кампании, мы с Машей потом выберем лучшую. А пока пойдём подышим воздухом, да, Маш? Тебе вина или чая?
- Чая, - и я поднялась следом. - И печенек захвачу.
Матвей с Сашкой смущенно переглянулись. Моцарт же выразил недоумение всей банды от прекращения потока воздаяний громким ворчанием.
- Прости за это, - смущенно усмехнулась я, когда мы вышли на веранду. - Сашка просто и правда настоящая подруга.
- Как и Матвей, - вежливо улыбнулся он. - Друг, в смысле.
- Мотоцикл заработал?
- Да.
- Ты позволишь мне заплатить за?…
- Нет.
- Наказываешь чувством вины? - усмехнулась я.
- Вовсе нет, - возмутился он. - А разве это выглядит именно так?
- Ну, я со всех сторон тебе должна…
- Ничего ты мне не должна. В мое время мальчиков учили поддерживать девочек, а не выставлять счет за каждое неудобство. Я старомоден. И убираться я умею сам. Мне несложно. Поэтому, забудь.
- Ладно, - кивнула я и поднесла свою чашку к его, тихонько звякнув фарфоровыми боками. - За наших настоящих друзей.
- Это точно.
- Поздравляю с назначением в академию, кстати.
- Спасибо, - улыбка Михаила вдруг стала немного мечтательной, но он тут же спохватился: - У меня завтра собеседование с утра. По видеосвязи. Поэтому, я бы хотел у тебя отпроситься в первый же день работы на пару часов.
- Я прикрою, - пообещала я.
- Спасибо.
Мы постояли немного в тишине. День плавно катился к вечеру, веселый треск дневных кузнечиков сменялся на минорное пение сверчков, и было так хорошо и спокойно…
- А тебе и правда хочется вернуться в госпиталь после… всего? - осмелилась спросить я.
- Я ничего другого не умею, - пожал он плечами и повернул ко мне голову. - А это, как оказалось, играет роль - быть нужным, на своем месте…
- Но это так опасно, - поежилась я. - Даже, когда ты снайпера этого… убирал. Он же мог тебя убить.
- Он мог убить многих врачей и не только, поэтому я не думал о том, что он мог убить меня, - ответил Миша спокойно. - Вернее, я знал, что он меня не убьет.
- Как это?
- У меня есть навыки, - уклончиво отозвался он. - Преимущество…
- Снайперов, насколько я знаю, очень сложно выследить.
- Сложно, но можно, - поморщился он. - Сейчас они не такие… профессионалы. Не все. Почему мы об этом говорим?
- Прости. Я просто пытаюсь понять… Звучит это все очень непривычно здесь.
Он смущенно улыбнулся.
- Да уж… Я не знаю, как тебе объяснить. Просто привык быть там. Жизнь на войне - она другая. Концентрированная, на острие секунды и скальпеля… Да и… Мало нас. Наверное, я рад возможности рассказать новому поколению хирургов о том, как они нужны там. И обучить их действовать в других обстоятельствах.
- Матвей ничуть не приукрашивает твоих заслуг, - заметила я.
- Александра твоих - тоже, - усмехнулся он, и тут же добавил. - Только, мне мои заслуги идут в плюс, а тебя все используют.
- Почему это? - опешила я.
- Это же очевидно. Ты патологически удобная, услужливая и добрая…
- Вовсе нет, - задохнулась я от смущения, чувствуя, как снова начинают гореть щеки.
- Вовсе да. Муж твой даже не считает нужным поставить тебя наравне с собой. Ни цветов, ни извинений - ты сама сказала. Он был уверен, что ему вообще не стоит напрягаться, ведь ты такая мягкая и добрая, что можно просто дать команду «к ноге». Подруга твоя со своими енотами - туда же. Она не нахвалится на тебя, что ты всегда на подхвате, хотя наверняка еле ползаешь после своей работы на скорой. Ну и.… Шпорт эта. Оседлала тебя, а ты, несмотря на все смущение и нежелание, так и не заставила себя слушать.
- Может, мне не хотелось отказывать Шпрот, - проворчала я. - Хорошая же работа…
- Да нет, тебе хотелось отказаться, потому что ты считала, что это место - мое. Но не смогла.
- Ты говоришь так, будто бы все так просто… - тихо возмутилась я.
- Для меня - просто. Поэтому, наверное, мне и правда лучше вернуться туда, где я привык быть, - досадливо подитожил он.
Я медленно вздохнула, допила залпом остатки чая и направилась в дом.
- Посмотрю, как там моя лучшая подруга, которой я не могу отказать, - буркнула себе под нос.
*****
- Что ты там Маше сказал на веранде, что она как в воду опущенная вернулась?
- Правду, - буркнул я, толкая калитку своих ворот.
- Черт, ну какую правду? - недоумевал Матвей.
- Слушай, забудь, - обернулся я. - Эти ваши кампании по продвижению нас с Машей друг другу - дурацкая идея с самого начала! Я… не приспособлен!
- А ты приспособься! - парировал Матвей. - Сделай над собой усилие! Тем более, ты нравишься Маше. А она - нравится тебе. Я же вижу. - Он закрыл калитку и поспешил за мной. - Маша - редкая женщина, Миша. Может, ты и правда у нас одичал, но для этого у тебя есть я. И я тебе со всей ответственностью заявляю - Машу нельзя упускать! Она умная, красивая, заботливая…
- Безотказная, - вставил я.
- Что? - послышалось позади. - Ты ей это сказал?
- Да.
- Ну ты и дурак, Миша, - усмехнулся Матвей и шумно вздохнул. - Кто ж такую правду-то говорит? Тем более, в начале…
- Нет у меня никакого начала. Я не умею нравится женщине. И давай закроем тему.
- Ты ей уже нравишься. Просто не порть все.
- Видимо, для меня даже это сложно.
Мы поднялись на крыльцо, и я не удержался от взгляда на соседский дом. Вышло по-дурацки, согласен. Как медведь в посудной лавке, ей богу! Захотелось выпить. Я вошел в дом и направился в кухню, а вскоре поставил на стол чудом уцелевшую бутылку.
- Будешь? - и обернулся к Матвею.
- Мужской вечер? - усмехнулся Матвей и досадливо поморщился. - Заманчиво, но у меня операция рано утром. Нельзя. Недостатки того, что я не оборотень, налицо, как говорится.
- Прискорбно, - отозвался я и потянулся за бокалом.
- Связь у тебя тут нормально работает? Видеоконференцию потянет?
- Да, отличная скорость. И отличный виски. Все, что мне нужно… Черт, льда нет…
- Не только льда, - неодобрительно заметил Матвей. - Ладно. Я всё ещё надеюсь, что ты исправишь ситуацию. Вам же с Машей еще работать вместе.
- Угу. Исправлю.
- Может, тебе для нее подарок какой-то привезти?
- Ты представляешь меня с подарком для Маши?
- Вполне, - озадаченно протянул он. - А что такого?
- Я ей не изменял, с чего бы?.. То есть, по какому поводу?
- Ты, вроде, еще должен быть трезвым.… - покосился Матвей на бокал в моей руке, - прояви смекалку!
- Абонемент на еженедельный клининг всего дома?
- Ладно, не проявляй, я сам подумаю.
- Зря, - усмехнулся я, с удобством устраиваясь на кресле. - Ты не представляешь, какой бардак способны развести еноты.