Медведь для беглянки

Изабель ла Виэда

Я проснулась с мыслью, что проспала завтрак и отец будет читать мне нотацию о том, как это не позволительно для леди. Только открыв глаза и увидев деревянный, немного покатый потолок, вспомнила, что ночью смогла сбежать из дома и теперь живу у альфы медведей.

Аластер такой… Такой! Уф. Он такой сильный, красивый, добрый и нежный… А ведь по нему и не скажешь. Внешне он выглядит очень серьёзным и собранным и только ночью я увидела в его глазах нежность. Мне ещё никогда в жизни не было так неловко и волнительно одновременно, как в столовой, когда Аластер решил меня покормить, а потом и наш с ним непродолжительный поцелуй у двери в мою комнату.

Прикоснулась пальцами к губам и, схватив вторую подушку, обняла её, пряча лицо. Мне кажется, что у меня сейчас горели не только щёки, но и уши. А ещё от мыслей об оборотне на сердце было очень тепло, а вот кончики пальцев начало покалывать. Казалось, что его сильные руки буквально пару минут назад, нежно держали меня за талию, пока он целовал меня, а я хоть и немного неуклюже, но отвечала ему. Немного хриплый рык, который вырвался из его горла, когда он выпустил меня из объятий, запустил по коже толпу мурашек. Мне даже не мешала его борода! Думаю, продли он поцелуй чуть дольше, и, возможно, эта ночь стала бы ещё более незабываемой.

И снова я вернулась мыслями к вопросу об инициации. Интересно, какой силой я обладаю? Мама могла вырастить за считанные мгновения самые разные растения. Отец… Он из тех, кого стараются обходить стороной. Его сила считается одной из самых редких среди ведунов и ведьм. Телекинез ему достался от моей покойной бабушки. Конечно, он сведущ и в остальных областях: порчи, сглазы, привороты с отворотами и не только это, ведь в академии обучают всем дисциплинам, которые требуются молодому ведуну или ведьме. Вот только устроить погром или взмахом руки поднять кого-то в воздух для него не составит труда. Именно поэтому, а ещё и из-за развитой интуиции, в виде отголоска прорицательского дара, его опасаются.

Отец обязательно постарается меня найти и если не он, то Жак точно. Почему-то я в этом уверена. Но и лечь в постель вот так сразу… с по сути, незнакомцем… Ох. Великая Сирлая, вот что мне делать? Я понимаю, что времени у меня толком нет. Но… мне страшно. Мариэль говорила, что первый раз жутко больно. А я боль никогда не любила. Да и я знаю, что оборотни ставят метки своим парам, кусая их.

Полежав ещё немного, постаралась отогнать от себя ненужные мысли. Мне понравился Аластер – это факт. Он помог мне сбежать из дома и приютил. Моя сила начала пробуждаться именно благодаря ему. И я ему пара. А то, что дети от союза оборотня и ведьмы, как правило, наследуют суть отца, то есть тоже становятся оборотнями… Ну и что? Жак вон вообще хотел лишить меня силы во время брачной ночи, а значит, и родить наследника ведической силы я бы не смогла при любом раскладе. То есть, раз отец с самого начала сбросил меня со счетов, так чего я переживаю? Надо просто объяснить Аластеру мои страхи и… Снова схватила подушку и даже запищала от смущения. Ужас! И о чём я только думаю?

Глубоко вздохнув, решила сходить в душ, завтракать буду после. Пока, боюсь, кусок в горло не полезет. Подхватила полотенце, сменную одежду и пошла в ванную, попутно рассматривая дом получше.

Пол был устлан светло-коричневой дорожкой, на стенах я заметила несколько картин с пейзажами. Среди них мне понравился лес в рассветных лучах солнца с речкой, над которой стелился лёгкой дымкой туман, а на переднем плане, в правом нижнем углу, художник расположил большого медведя, стоящего на валуне рядом с берегом, с большой рыбой в пасти. Медвежата смотрели на медведя, словно пытаясь перенять у него это умение. Очень красиво, мило и детально проработано.

– Мне тоже нравится эта картина, – неожиданно раздался голос за спиной. Я резко обернулась и упёрлась взглядом в мускулистую грудь, по которой стекали капли воды. Бросив взгляд вниз, поняла, что он только в одном полотенце и ощутила, как щёки запылали. – Доброе утро, соня.

Я подняла взгляд на Аластера и с удивлением обнаружила, что он укоротил бороду, отчего теперь не выглядел таким грозным. Хотя, возможно, что всё дело было в тёплом взгляде каре-зелёных глаз.

– Эм… – прочистив горло, выдавила из себя, сосредоточенно глядя себе под ноги, – доброе утро. Ты выглядишь иначе.

Вот так я выдала комплимент… Ой! Я же толком не причёсана… Ужас-то какой.

– Плохо? Что-то не так? – Он мягко коснулся моего подбородка и приподнял лицо, заглядывая в глаза.

– Нет. Просто необычно. Но тебе идёт… – пальцы снова стало покалывать, и не знаю из-за чего. То ли из-за силы, то ли от того, насколько сильно захотелось прикоснуться к Аластеру.

Словно прочитав мои мысли, оборотень стал нарочито медленно наклоняться ко мне, явно позволяя избежать поцелуя, и я отклонилась, подставив ему щёку, но не потому, что мне не понравилось целоваться с ним ночью. Нет. Просто я ещё даже не успела умыться…

Оборотень хмыкнул и сказал:

– Жду в столовой. Без тебя завтракать не буду, стесняшка, – и, улыбнувшись, ещё раз чмокнул в щёку, а потом пошёл в свою комнату.

На губах сама собой расползлась улыбка, а на душе стало очень тепло. Пребывая в отличном настроении и мурлыча незатейливую мелодию, я довольно быстро искупалась и побежала обратно в комнату, чтобы сделать себе причёску. Всё-таки хотелось, чтобы Аластер видел меня опрятной, да и вообще отец всегда говорил… Так, Бель, прекращай о нём думать.

И стоило это сделать, как голова начала немного побаливать. Навязанные мысли? О нет… Нет, нет, нет. Сосредоточься, Бель! Думай о чём хочешь, только не о Патрике. Не о нём!

Сев на кровати поудобнее, стала мысленно представлять, как в моей голове появляется стена. Вдох и выдох, вдох и выдох. Нет. До вечера ждать нет смысла. Да и… какая разница, утром это произойдёт или ночью?

Немного подумав, старательно удерживая стену в сознании, выбрала лёгкий сарафан кофейного цвета длиной до колен, с небольшим разрезом сбоку, тонкими бретельками и красивым вырезом. К нему в комплекте шла накидка, призванная скрыть плечи, но сейчас я преследовала иные цели. Поэтому и волосы решила оставить распущенными, чтобы они красивым полотном ниспадали на плечи и спину.

Достала косметичку и начала в ней рыться. Так, слегка подведу глаза, капельку любимых духов на запястье и всё… Вроде бы.

По пути в столовую головная боль усилилась настолько, что даже в глазах потемнело, и я бы рухнула со ступеней, если бы не Аластер. Он, как оказалось, ждал меня внизу, а не в столовой.

– Ты как? – мягко прижав к себе, обеспокоенно спросил оборотень.

– Ничего, – тихо ответила, облизнув пересохшие от волнения губы. Аластер помог мне принять вертикальное положение, чуть крепче сжав руки на талии.

– Ты очень красивая, но… – сказал оборотень, заправляя мне за ушко выбившуюся прядь.

– Спасибо, – поспешно выдохнула я, пытаясь собраться.

– Я не договорил, Бель. Я чувствую, что ты нервничаешь. Правда, не могу понять, почему. Ты теперь под моей защитой и Гилберт с Эвилин сказали, что в дом никто пройти без приглашения хозяев не сможет…

«Изабель, где ты?!» – неожиданно послышался голос отца в моей голове, а боль и странный гул стали почти нестерпимыми.

Я выдохнула, снова отгораживаясь мысленной стеной и надеясь, что это не испортит момент. Обняв всё ещё что-то говорящего Аластера за шею, притянула к себе и поцеловала. Сама.

Сначала он не отвечал, словно был удивлён моему порыву. Я же просто прихватывала его губы своими, но вскоре и он подключился к поцелую, чуть сильнее прижимая к себе, позволяя тем самым ощутить твёрдость его мышц под тёмно-зелёной футболкой, которая была на нём, проскользить руками по мощным плечам и снова вернуться к шее, чтобы потом зарыться пальчиками в шелковистые волосы. Он тоже стал понемногу оглаживать мою оголённую спину и талию.

Надо сказать, что в этот момент весь мой мир сузился только до этого мужчины, его поцелуев и рук. Всё остальное для меня словно перестало существовать. Даже противный гул в голове, как мне показалось, отступил. Но тут Аластер неожиданно разорвал поцелуй и сказал:

– Если мы продолжим, то мне будет сложно остановиться, Бель…

– И не надо… – тихо ответила ему, снова потянувшись за поцелуем.

– Уверена? – прошептал оборотень, не сводя с меня пристального взгляда. Сейчас его глаза словно светились изнутри, и это завораживало.

– Да… – еле слышно ответила, и Аластер, поцеловав, подхватил меня на руки и понёс куда-то наверх. На самом деле мне было без разницы, где случится мой первый раз. В его комнате или в той, что заняла я. Главное, чтобы это был он. Пальцы покалывало от силы, стремящейся поскорее высвободиться, а в теле поселилось неизведанное мной до этого момента томление. Казалось, что кожа горела в тех местах, где меня касался оборотень.

Я даже не поняла, когда он успел избавить нас от одежды, но шёлковая простыня приятно холодила разгорячённую кожу. Свет, лившийся из окна, позволил мне в недолгих перерывах между поцелуями наслаждаться красивым рельефным телом оборотня, и как мне кажется, он тоже с удовольствием рассматривал меня, но недолго, словно не желая смутить.

После очередного страстного поцелуя в губы, Аластер переключился на шею и ключицы. Он опирался на одну руку у моей головы, а второй накрыл грудь, нежно сминая её и кружа пальцем по ареоле. Тело стало словно не моё. Прикосновения Аластера разжигали внутри какое-то странное томление, смешанное с предвкушением чего-то большего. А когда он закружил языком по ареоле и мягко прихватил сосок, из груди вырвался стон удовольствия. Неожиданно Аластер опустил руку на лобок и, скользнув под резинку трусиков, нашёл чувствительную горошину.

– Ох…

– Неприятно? – Он слегка потёр клитор и провёл пальцем по промежности, раскрывая и мягко массируя.

– Нет… О-о-о… – Я накрыла рот ладошкой, испугавшись собственных стонов.

Аластер прекратил меня ласкать, убрал ладонь со рта и, поцеловав её, тихо сказал:

– Не сдерживайся. Я хочу слышать твоё наслаждение, не думай о Гилберте или Эвилин, просто расслабься.

Он снова меня поцеловал, сплетаясь своим языком с моим, лаская его и кружа. Потом стал осыпать короткими поцелуями тело, медленно спускаясь всё ниже и ниже. Затем снял с меня трусики и развёл мои ноги в стороны, покрывая лёгкими поцелуями внутреннюю сторону бёдер то с одной, то с другой стороны. Он устроился поудобнее и сделал глубокий вдох, а потом его язык прошёлся между лепестками и легко щёлкнул по чувственной горошине, после чего закружил по нему и снова вернулся к входу в лоно, слегка проникая в него. При этом он удерживал руки на грудях и мягко их сминал, периодически перекатывая соски между пальцами. Я стала метаться по кровати и в какой-то момент даже зарылась пальцами в его волосы, наслаждаясь тем, что дарил мне оборотень. Неожиданно тело словно прошиб разряд, и меня выгнуло. Казалось, что всё это время скручивающийся внизу живота узел лопнул, и я даже увидела звёзды перед глазами. Вот только Аластер продолжал ласкать языком клитор, отчего наслаждение так и продолжало накатывать волнами.

– Вот так, моя милая… Расслабься, я постараюсь быть аккуратным.

Услышав это, всё ещё плавая на волнах оргазма, ощутила давление на вход в лоно, а потом и лёгкую тянущую боль, когда он вошёл в меня, делая нас единым целым. Вот только слеза всё равно скатилась по щеке. Аластер положил руки по обе стороны от моей головы, удерживая на них свой вес, а сам мягко проскользил губами по щеке, тихо приговаривая:

– Мы уже стали одним целым, милая.

По телу разлилось странное тепло, скапливаясь в районе солнечного сплетения и на кончиках пальцев. Аластер сделал первое движение вперёд и назад, а я поняла, что мне уже даже не больно, а скорее приятно. Ещё пара плавных движений и поцелуй, после чего Аластер протиснул между нами руку и, найдя чувствительную горошину, стал её мягко массировать и шептать ласковые слова на ушко, тем самым разжигая в теле пожар, грозивший смести всё на своём пути. А потом мой громкий протяжный стон слился с хриплым выкриком Аластера:

– Бель… Моя…

Это утро стало самым прекрасным утром в моей жизни. Наши тела соединились в единое целое, дыхание стало одним на двоих, как и страсть, захватившая нас. Периодически Аластер осыпал моё лицо или шею с ключицами поцелуями, продолжая шептать нежности. В момент пика наслаждения я ощутила резкую боль в области плеча, которая быстро исчезла под поцелуями Аластера, и ещё спустя пару мгновений я, кажется, отключилась от переизбытка чувств.

Аластер Д’Беар

Такая маленькая, хрупкая и такая… моя. Теперь однозначно моя. И пусть только кто-нибудь попробует отобрать у меня мою ведьмочку. Никому не отдам.

Притянул теперь уже мою жену в свои объятия, заворожённо наблюдая за мягким мерцанием её кожи, вдыхая и наслаждаясь нежным ароматом розовоцветов, ромашки и гвоздики. Бель ещё даже не представляет, насколько сделала меня счастливым. Моё сокровище, моя пара…

Когда Бель внезапно пошатнулась на лестнице, я не на шутку испугался. Хорошо, что решил подождать её в гостиной, а не в столовой. А её поцелуй… Он несколько отличался от того, какой она подарила мне в такси, после того как я забрал её из бара. В нём чувствовалось отчаяние и желание. Словно она чего-то испугалась. Провёл рукой по её личику, убирая шелковистую прядь в сторону, и нежно поцеловал в щёку, потом в шейку и возле метки.

Тут опомнился и посмотрел на камень, лежащий на прикроватной тумбе, который дал мне Гилберт, отметив, что он тоже мерцает. Надеюсь, что инициация Бель прошла успешно. Я понятия не имею, как это происходит у ведьм. Может спросить брауни? Нормально ли то, что она потеряла сознание и почему у неё под грудью появился символ, напоминающий руну.

Хоть мне не хотелось оставлять её, но пришлось. Быстро надев свободные штаны с футболкой, вышел из комнаты и направился на поиски Гилберта или Эвилин.

– Господин Д’Беар, – услышал я голос брауни, стоило мне спуститься в гостиную. – Примите мои поздравления.

– Спасибо, Гилберт… – немного удивлённо ответил ему.

– Как Изабель?

– Об этом я и хотел с тобой переговорить… Камень, что ты мне дал, светится, как и её кожа. А под грудью появилась руна. И она пока без сознания.

– Хм… Силы в ней много. Мы с Эвилин её выплеск тоже частично поглотили. Некоторые ведьмы и ведуны иногда уходят в трансовое состояние, пока сила не уляжется. Поэтому самое лучшее для Изабель сейчас – просто хорошенько отдохнуть. В конце концов, за последние несколько дней она сильно перенервничала.

– Кроме отдыха, больше ничего не нужно?

– Любовь и забота, как и всем, – улыбнулся Гилберт и добавил: – Мы с Эвилин ещё немного побудем здесь, чтобы в случае чего подстраховать, а потом, с вашего позволения, хотели бы навестить дочку. Ну а вы с Бель сможете насладиться временем наедине, узнаете друг друга получше.

– Спасибо…

– Не за что, Аластер. Вы многое сделали для Бель. Надеюсь, в вашем лице она действительно обрела опору и семью.

– Для оборотня семья – самое важное в жизни. Поэтому не волнуйся.

Я развернулся и поспешил обратно в комнату. Раз с ней всё в порядке, то можно тогда и расслабиться.