Милфа

Глава 4

Он поворачивается ко мне, и я слышу въедливый запах алкоголя. К горлу комок подкатывает. Тихо лежу с закрытыми глазами, надеясь, что он увидит, что я сплю, и тоже уснёт.

Но спустя секунду ощущаю прикосновение его пальцев сразу к промежности.

Вспыхивает желание вот так и остаться лежать без движений, сцепив зубы, может, тогда он всё же отвалит.

Но Рома трогает меня под бельём и я рефлекторно сжимаюсь вся. Горло стягивает, в груди сдавливает.

– Лиль, ты чего такая холодная? – Шепчет и его вторая рука ложится мне на бедро, слишком тяжёлая и слишком властная.

– Я устала, Рома, – говорю тихо, не открывая глаз.

– Устала? – Он смеётся, низко и неприятно. – А что же ты такого делала, а, Лиль? Сервиз купила и утку пожарила в духовке? Что на меня времени и сил не хватит?

Я вздрагиваю, когда его ладонь медленно скользит вверх по моей ноге, задирая сорочку выше. Всё внутри сжимается от отвращения.

Не хочу его. Не могу.

Но слова застревают где-то в горле. Я просто лежу, не двигаясь, надеясь, что он остановится.

Но Рома не останавливается.

Он придвигается ближе и вжимается в меня всем телом. И речи никакой не идёт о прелюдии. Он просто отодвигает в стороны полоску моих трусиков и втискивается одним грубым толчком в моё тело.

Сжимаю зубы и зажмуриваюсь, вцепившись пальцами в подушку, пока Рома удовлетворяет свою похоть.

Отвратно. Противно. Мерзко мне.

Его член сегодня был в другой.

И от этого, мне кажется, меня вот-вот вырвет прямо во время процесса.

Лежу и считаю секунды в ожидании, когда всё кончится. Когда он перестанет вбиваться в моё тело, удовлетворяя свою пьяную похоть, и оставит меня в покое.

– Хоть бы немного задом пошевелила, – хрипло бормочет, застывая после несколько рваных болезненных толчков. – Лежишь, как бревно, Лиль. И сухая совсем. Купи смазку, что ли.

– Как скажешь, – отвечаю, не разжимая зубов.

После всё кажется как в тумане. Я лежу неподвижно, глядя в потолок, тяжело возвращая себе дыхание, а он уже уснул рядом, довольный. Я чувствую его запах, его прикосновения – всё это липнет ко мне, будто грязь, которую нельзя стереть.

Поднимаюсь с кровати. Ноги дрожат, но я заставляю себя выйти из комнаты и дойти до ванной. Не хочу в ту, которая в спальне, хочу оказаться как можно дальше. В тишине и одиночестве.

Включаю воду, горячую, почти обжигающую. Смываю с себя всё, что могу.

Вода с пеной стекает по телу, но ощущение чужой кожи, его прикосновений сохраняются. Мне противно до тошноты. Слёзы текут сами собой, их уже не остановить. Не знаю, сколько я стою там, под этими струями воды, но, кажется, что бесконечно.

Когда, наконец, выключаю душ, вытираюсь полотенцем и натягиваю халат, то выхожу в коридор и проваливаюсь в тишину дома. Она стоит недвижимая, окутывает вакуумом.

Здесь только я.

И… ещё он.

В полутьме коридора я замечаю силуэт.

Это Илья.

Он стоит, опершись на стену, и смотрит на меня. Его взгляд острый, как нож, он скользит по мне медленно, цепляясь за каждый изгиб.

Моё сердце замирает. Халат чуть сползает с плеча, и я торопливо поправляю его, чувствуя, как воздух вдруг становится тяжёлым и густым, словно туман наполняет коридор.

– Всё в порядке? – Его голос звучит низко, тихо, почти шёпотом.

Я не отвечаю. Просто киваю и отворачиваюсь.

Возвращаюсь в спальню, но пока иду, кажется, будто кожа воспламеняется. Маленькие волоски на шее встают дыбом. Я чувствую этот взгляд на себе, он провожает меня до самого поворота за угол.

Забираюсь под одеяло, сворачиваюсь в клубок, натягивая его до подбородка. Всё тело дрожит. Я не могу понять, что со мной.

Почему взгляд этого парня так ударил по нервам? Почему в этих глазах я увидела то, что расшевелило во мне странное, почти болезненное чувство?

Как будто он знает, что сейчас муж меня почти принудил.

Как будто знает, насколько мне тошно теперь.

Пытаюсь отогнать это от себя. Закрываю глаза, но передо мной снова этот взгляд, этот тёмный силуэт. Тишина дома больше не кажется мне безопасной. Она тянет, как омут, туда, в коридор, и я не знаю, как из этого странного ощущения теперь выбраться.