Многоликая в дурмане. Любовь на всю голову

Глава 7

Виарат дор Халденрей

Долгое воздержание вредно. Вредно не столько разрывающим на части желанием, сколько тем, что в таком состоянии можно наворотить дел, о которых потом можно пожалеть.

Я сидел в кресле и наблюдал за мирно спящей Луарией. Вот только никак не мог избавиться от воспоминаний, как юное тело выгибалось подо мной.

Луария дарила себя, совсем не боясь моего напора. Наоборот, она смело подталкивала меня к более решительным действиям. Желание захлестнуло меня, когда её шаловливые ручки разорвали мою рубашку и коснулись меня. Я тоже не остался в долгу: порвал её платье и, ещё не донеся до кровати, стянул его до пояса. Её губы — нектар, который хотелось пить и пить. Кожа оказалась сливочной на вкус. Я бы попробовал её везде, поцеловал бы каждый сантиметр кожи, если бы не родовой артефакт, который лежал в ложбинке девичьей груди.

Кристалл отчаянно мерцал. Его сверкание и вырвало меня из дикого возбуждения, которое возникало каждый раз после боя. Сегодня я изрядно выложился. Мне требовались отдых и разрядка. Я хотел даже рискнуть и позвать сюда Далирию, но в шатре меня ждала Луария.

Мне нужно было сразу заподозрить неладное, но тьма коварна. Я ещё не отошёл от сражения, а Луария уже приблизилась. Она понравилась тьме, поэтому та не стала ревнивой свекровью, а затаилась, скрылась. И если бы не родовой артефакт, который мигал, говоря, что на девчонке сильное заклятье, то сегодня ночью случилось бы непоправимое. Пришлось усыпить Луарию, чтобы дать себе время сбросить некстати вспыхнувшее желание и разобраться в случившемся.

Я устало наклонился вперёд и поставил локти на колени. Ладонями протёр лицо.

Что творится в Академии? Я ощутил, что то-то изменилось в стенах родной академии, когда шёл к своей подопечной, но не мог понять что. Даже Луария вела себя не так, как обычно. Меня беспокоили совсем другие моменты, а не девчонка, которая не спорила, не бросала очередного вызова, как всегда делала при наших встречах. Она стояла и смотрела на меня, словно видела впервые. Вот только я не понял, что она под заклятьем, потому что только что проиграл первую в жизни битву.

Мы были не готовы к кровопролитному бою. Союз Пяти удивил. Теперь это Союз Восьми. И их нападение оказалось настолько внезапным, что пришлось выложиться на полную. Затем это сообщение из академии. Я сорвался на девчонке, не прав, но я же предупреждал, а она всё равно поступила по-своему. Упрямая, своевольная. Прямо, как её отец.

Луар Горат фер Плюморфъ. Покойный рейн. Впервые я встретился с ним в стенах Академии Изумруд. Он пришёл ко мне в качестве высокопоставленного гостя. Я знал от своего отца, что Луар недавно взошёл на трон, всего пару лет он правил.

— У меня дурные вести, Виарат, — рейн никогда не любил формальности. В тот день он их тоже отбросил. — Твой отец погиб. Но об этом пока никто не знает. Я заменяю его, — Луар изменил свою внешность, став моим отцом.

Я не сдержался тогда и ударил его. Носить личину моего отца? Править вместо него? Луар был превосходным боевым магом, поэтому наша потасовка быстро сошла на нет. Я извинился. Знал, что вокруг Надора кружили стервятники. Отец поэтому не стал возражать против моего обучения здесь. Даже поддержал, но практику запретил проходить в родном мире, аргументировав тем, чтобы посмотрел другие миры, попутешествовал, набрался больше опыта в полевых условиях.

Мой взгляд прошёлся по спящей девчонке. Она как-то спросила, заключили ли мы с её родителями договор. Нет никакого договора. Её отец заменял правителя Надора, пока я учился. Как Луару это удавалось, он так и не признался. Хотя могу предположить, что это были его приближённые. Недаром в его личную гвардию входили только метаморфы.

Ауэрия Тиара фер Плюморфъ. Рейна, мать Луарии. Правитель Рейнорана выбрал безродную женщину своей спутницей. Но я до сих пор сомневаюсь, что Ауэрия была из простого сословия. Она была настоящим целителем, лекарем, который вытаскивал чуть ли не с того света. Вот только их союз долго был бездетным. Рождение дочери стало сюрпризом для всех. Беременность рейны скрывали до самых родов. Луарию берегли как зеницу ока. Они пригласили меня к себе на празднование дня рождения дочери. Но ещё до этого приглашения Луар поделился радостной вестью, что его супруга ждала мальчика. Нас с ним сблизила смерть моего отца.

Вот только предатели не дремали. Покушения на меня прекратились, когда я расправился с несколькими родами, которые были причастны к смерти моего отца, ещё в первые годы своего правления. Вот только я тогда не догадывался, что целью была не одна моя семья, но и фер Плюморфъ.

Рейноран был одной из крупнейших стран в нашем мире. Надор уступал соседу по территории, но вот в организации управления моя страна оказалась лучше. Мне удалось вычислить предателей у себя, а вот Луар медлил. Почему? Не знаю. Рейноран вобрал в себя мелкие страны, создав вассалитет. За время существования империи у вассалов сменились не только поколения, но и роды. Власть пошатнулась.

Положение усугубилось тем, что наши ближайшие соседи вступили в союз. Скорее всего, они заручились поддержкой приграничных территорий Рейнорана. Но всё равно я не мог понять, откуда у них столько ресурсов, чтобы больше двадцати лет вести войну, сперва скрытую, а теперь и явную.

— Падёт Рейноран, падёт и Надор, — я как вживую услышал слова отца, хотя его уже давно не было в живых.

На нашем континенте мы были крупнейшими странами. Мы сдерживали кровопролитные войны, останавливали разгорающиеся дрязги, не давали переделать мир. Наверное, в этом и находится ключ ко всему происходящему. Вот только есть пара неизвестных, но думаю, что скоро и они заявят о себе.

Я встал с кресла, подошёл к Луарии и поправил её платье, магией восстановил все пуговицы и ткань. Взгляд снова приковал мерцающий кулон. Я отвёл руку в сторону, достал из пространственного кармана пузырёк с очень редким зельем. Достаточно одной капли, чтобы развеять любое заклятье или убрать яд из организма. Дорогое средство. Достал на одной из практик во время обучения в академии. Разбираться, что это за приворот и как его можно снять, не было сил, поэтому приоткрыл рот девушки и капнул.

Где-то минуту ничего не происходило, а потом из её рта сорвалось ярко-розовое плотное облачко с тяжёлым приторным запахом, что я закашлял. Ничего себе! Чем это в академии адепты балуются? Напишу ректору, что я избавил подопечную от любовного воздействия. Заодно поинтересуюсь, кто это умный такой отправил ко мне Луарию. Кроме тёмных, никто не рискнул бы после моего предупреждения открыть портал, да ещё ко мне сюда. Да и тёмные не помогают просто по доброте душевной. Чем же ты так заинтересовала тёмного магистра, раз он решился помочь тебе, Луария?

Хотя, я знаю чем. Смелая девушка, которая не играет. Пусть она и носит маски, меняет личины, но на деле её душа не признаёт лицемерия. Как Дамхорфу удалось воспитать её такой? Она честно заявляет о своих чувствах и мыслях. Совсем не боится быть собой. Затаится, чтобы оценить ситуацию, а затем наносит удар прямо в цель. Моя власть над рейноранской знатью пошатнулась после её вызова.

Этот её взгляд исподлобья, когда она признавала поражение на полигоне. Луария встала на колени, а казалось, будто выиграла не сражение, а войну. Я видел её улыбку. Пусть девчонка и склонила голову, но радость не скрывала.

Она смогла обаять своих аристократов, искавших более выгодные условия. Обаяла не только их. Даже надорские роды оценили её. Как и я.

Я подвинул кресло поближе к кровати и сел в него. Снял сапоги и положил ноги на край постели. Ночь будет долгой и неудобной. Спать с девчонкой — плохая идея. Особенно после случившегося. Пусть Луария и была под действием любовного заклятья, но я-то не был. Возбуждение ещё не отпускало меня, как бы под утро желание не усилилось бы. Надо позвать Далирию.

Герцогиня обиделась и после отъезда Луарии в академию удалилась из дворца. Даже не написала мне. Вряд ли приедет. Да и не нужна она. При мысли о ней настроение упало. Видимо, такой конец у наших с ней отношений. Помимо её обид, есть более важные вещи. Например, наследница-метаморф, которую нужно вернуть в академию.

Мой взгляд остановился на её губах. Настроение поднялось. Уселся в кресле поудобнее, чтобы не давили штаны, и прикрыл глаза, откинув голову.

Верну.

Завтра утром.