Молчи о нас

43

– Ты только посмотри на это! – восторженно выдыхаю, обшаривая глазами выточенных изо льда "Богатырей".

Репродукция занимает собой целую ледяную стену. Это сколько времени нужно было потратить, чтобы высечь их из глыб. С ума сойти!

– Впечатляет, – произносит Дамир за моей спиной.

– А это "Утро в сосновом бору"! – лепечу, пораженная четырьмя снежными медведями, обосновавшимися на противоположной стене. – Не думала, что такое возможно. Даже шерсть можно рассмотреть.

Во мне бушует восторг, смешанный с любопытством. Чувствую себя ребёнком, первый раз попавшим в парк аттракционов. Только для меня это не парк, а галерея, выстроенная в ледовых пещерах. Я подобного никогда не видела. И не увидела бы, наверное, если бы не Дамир. Он каким-то образом достал сюда билеты, хотя вход строго ограничен по количеству посетителей.

– Ты только посмотри, посмотри сюда! – ахнув, замираю в узком коридоре, ведущем в другой зал. Здесь на стене красуется "Звёздная ночь", вызывая у меня мурашки по всему телу.

– Нравится? – руки Дамира оплетают мою талию, теперь уже добавляя мурашкам совсем иной окрас.

Несмотря на то, что мы вместе почти две недели и его руки на мне стали частой составляющей наших будней, я каждый раз вспыхиваю как спичка, стоит ему ко мне прикоснуться.

– Мне не просто нравится, – оборачиваюсь в любимых объятиях, – это что-то невероятное, Дамир. Я понятия не имела, что такое могут сотворить. Спасибо тебе огромное!

Дамир удовлетворенно улыбается.

– Лучше, чем кино?

– Гораздо!

Моё предложение сходить сегодня в кино явно не стоит и десятой доли тех впечатлений, которые я получаю сейчас в этой ледяной галерее – баре.

Кто-то приходит сюда для развлечения, выпить, пообщаться, сделать снимки для соцсетей. Для меня же это часть искусства. Ни Дамир, ни я особо не пьём, поэтому и бар нам не нужен.

Дамир не торопит меня, позволяет насладиться каждым произведением искусства. И хоть здесь довольно холодно, и тёплые перчатки, выданные нам при входе, почти не греют, я не спешу. Впитываю все увиденное, ведь такое зрелище довольно редко в нашей стране. Я бывала на обычных выставках ледовых фигур. Там тоже интересно и сказочно, но вот так, чтобы картины превратили из масляных в снежные – это впервые.

Я бесконечно благодарна моему мужчине, что он несмотря на усталость выделил этот вечер для меня. За время, которые я живу у него, я успела заметить, как на самом деле Дамир устает на работе, каким иногда приходит напряженным и подолгу курит на балконе, а потом возвращается ко мне уже успокоившимся. Я не знаю, как себя вести в таких ситуациях, все, что могу – это обнять его, подарить свою ласку, которую он потом возвращает сторицей. И вот сегодня прямо после работы любимый повез меня в этот «Волшебный мир».

В течение часа исследовав все закоулки ледовой галереи, мы наконец выходим на улицу.

– Сильно замёрзла? – спрашивает Дамир, беря меня за руку.

– Да, – собственный стук зубов выдаёт меня с головой, поэтому я не вру. – Но это того стоило. Спасибо тебе.

Тянусь к губам Дамира, но он вместо того, чтобы поцеловать меня долго, как я люблю, оставляет на губах быстрый поцелуй и ведёт к машине.

– Главное, чтобы теперь эта прогулка тебе боком не вылезла.

– Даже если и вылезет, все равно это того стоило.

Благо до дома нам всего каких-то десять минут.

В машине я успеваю согреться и чудом не засыпаю.

– Не вздумай спать, – тормошит меня в лифте Дамир, вероятно заметив, как я прикрываю ладонью зевок.

– Это все прогулка на холоде разморила, – улыбаюсь счастливо и обнимаю его за талию.

Подбородком трусь о шерстяной свитер, обтягивающий широкую горячую грудь. Несмотря на то, что на улице мороз, Дамир никогда не застегивается. Даже в лютый холод. И он всегда очень теплый. Не то, что я.

– Сейчас мы это исправим, – широкая бровь выгибается, и я замечаю в карих глазах огонь, полный обещания чего-то порочного и умопомрачительного.

Тело мгновенно с готовностью отзывается. Рефлекторно прижимаюсь к нему сильнее, в желании скорее получить то, что он может мне дать. А точнее взять. Потому что этот мужчина берет меня каждый день. С неутолимой жадностью, неистовым голодом. Я даже не знала, что секс может быть таким. Головокружительным, болезненно – приятным. Чтобы забывать обо всем на свете, и в момент близости соединяться с мужчиной в одно целое не только телами, а ещё и мыслями, дыханием, волшебством прикосновений. В животе тут же нагревается, а мозг перестаёт соображать.

Я почти не замечаю, как мы выходим из лифта и входим в квартиру. Как он помогает мне раздеться, а я на автомате разуваюсь.

– Пойдём, – хрипло произносит Дамир, сняв с себя куртку и подтолкнув меня к ванне.

Ну нет. Даже десяти минут без него я не выдержу.

– Я не буду на этот раз купаться одна, – когда Дамир включает воду, я ныряю сзади ладонями ему под свитер.

В ответ получаю усмешку.

– А кто сказал, что ты будешь одна?

Развернувшись, он стаскивает с себя свитер, открывая моим глазам своё невероятное тело. Сколько бы я на него не смотрела, мне всегда мало. Ранение на руке уже не доставляет ему сильного дискомфорта. Я каждый день старательно обрабатываю затягивающуюся рану, и делаю перевязки. Именно поэтому, едва я собираюсь прикоснуться к его груди, как Дамир без особых усилий рывком снимает с меня кофточку.

– В душ, Маш. И поторопись.

Сглатываю собравшуюся слюну и, подчинившись, быстро избавляюсь от вещей под пристальным взглядом моего мужчины. Когда я остаюсь полностью голой, он помогает мне забраться в ванную, а сам берётся за металлическую пряжку на своих штанах. Не знаю, что это за фетиш во мне, но я обнаружила, что люблю наблюдать за тем, как он раздевается. Как сильные руки разводят в стороны кожаные концы ремня, как молния едет вниз, и под тёмным бельём очерчивается внушительная выпуклость. От одного только зрелища я готова на стену лезть. В этом есть что-то дико возбуждающее. Когда твой мужчина раздевается для тебя, и ты видишь его неприкрытое желание обладать тобой. Когда собственное тело уже готово и вибрирует от желания соприкосновения.

Дамир забирается внутрь и включает душ, становясь ко мне вплотную. В ванной у нас ещё не было. В комнате, зале, на кухне – да. А вот в ванне впервые.

Глаза застилают капли воды, льющиеся сверху, когда долгожданный поцелуй лишает всех мыслей.

Мужские руки обхватывают мои бедра и с силой прижимают к себе. Каменная эрекция упирается мне в живот, превращая тело в кипящую лаву. Он такой горячий, твёрдый. Приподнимаюсь на носочках и жадно провожу ладонями по плечам Дамира. Обнимаю его как и всегда крепко – крепко, потому что хочу быть к нему ближе. Царапаться о жесткую щетину губами, ощущать чувствительными сосками мощную грудь и бесстыдно стонать, когда Дамир разворачивает вдруг меня к себе спиной и заставляет опереться руками в прохладный кафель.

Почти оседаю на ватных ногах, как только его пальцы проходятся по моей плоти.

– Машка моя, – хриплым голосом мне в затылок, отправляя миллион импульсов в то самое место, где он прикасается.

Его. Только его и больше ничья. Это ведь давно понятно, только он замечать не хотел.

– Возьми меня, Дамир, – дерзко выпрашиваю, потому что терпеть больше нет сил. Клубок внизу живота накаляется, плавя внутренние органы.

Горячий пар атакует лёгкие, но причина моему сбившемуся дыханию совсем не он.

Запрокидываю назад голову и протяжно стону, стоит Дамиру оказаться внутри меня.

– Боже, – срывается с губ каждый раз, когда он вот так растягивает меня собой.

До предела. До грани. Скользит внутри, с каждым толчком задевая все новые и новые точки и заставляя биться в его крепких руках. Руках, дарящих мучительные ласки.

Грудь оказывается в плену его больших ладоней. Дамир сжимает их не больно, но настолько остро, что я, как голодная кошка, трусь о него. Его большие пальцы гладят соски, обводят их, сжимают. Потом одна рука перемещается мне на плечи, а вторая вниз, к самому эпицентру, где набирает обороты наслаждение. Толчки его члена глубокие, сильные, распирающие. Слышу, как он ударяется об меня бёдрами, как хлюпает между нашими телами вода, как Дамир шумно дышит мне на ухо. Теряюсь, словно в тумане. Вокруг густой пар, но окутывает меня собой не он, а нежная власть моего мужчины. Дамир везде. На моей коже, внутри меня. Его язык прогуливаются вдоль моей шеи, слизывает стекающие сверху капли проточной воды, а потом Дамир рукой поворачивает к себе моё лицо, и я не в состоянии сдержать себя от накалившегося удовольствия вскрикиваю, стоит только его языку лизнуть мою нижнюю губу.

Сокрушительный оргазм сотрясает тело, выкручивая меня до последней капли. Пожирая собой, заставляя дрожать и хватать ртом воздух от электричества, словно обжигающей плетью бьющего меня изнутри.

Пульс тяжело стучит в затылке, ноги подрагивают, но Дамир не останавливается. Ему всегда нужно больше времени. Он словно упивается мной, растягивает удовольствие. То сдерживает себя, то ускоряет темп. Переместив руки мне на бедра, он вонзается в меня с размеренной точностью. Глубоко, резко, четко, заставляя жмуриться от вновь родившегося желания. Уже успев выучить своего мужчину, понимаю, что он скоро придёт к финишу. Но в этот раз мне хочется сделать иначе.

Чуть отстраняюсь и разворачиваюсь к нему лицом. Затуманенный взгляд тёмных как сама ночь глаз пронзает меня насквозь, пока я опускаюсь перед ним на колени. Я давно этого не делала и не знаю, нравится ли ему подобное, но надеюсь, что у меня получится все как надо.

– Маша, – доносится сверху, когда я обхватываю тяжёлый член ладонью и смыкаю вокруг него губы.

Резкое шипение заставляет вскинуть голову, но то, что я вижу на лице Дамира, подхлестывает продолжать.

Карие глаза сужены, челюсти сжаты. Одной рукой Дамир упирается в стену позади меня, а вторую кладёт мне на подбородок. Ласковое прикосновение действует сильнее, чем если бы он положил мне ладонь на затылок, как делал Валера, подталкивая к себе. За это я не любила делать ему подобное.

Дамир же не давит. Он позволяет мне ласкать его самой, и я с упоением это делаю. Солёный привкус на языке возбуждает. Но ещё сильнее возбуждает его реакция. Дамир откидывает назад голову, пока я вбираю его в себя. Целиком не получается, поэтому приходится помогать себе рукой. Гладкая плоть скользит по языку, упирается мне в горло. Мне нравится доставлять ему удовольствие. Нравится чувствовать, как спустя несколько секунд толчки в моем рту усиливаются, говоря о том, что Дамир теряет контроль. Я люблю эти редкие мгновенья, когда он забывает о том, что нужно себя сдерживать. Когда с голодом демонстрирует мне свои истинные эмоции и чувства. Начинаю двигать головой активнее, помогая ему достичь пика. Дамир резко опускает голову и, безотрывно смотря на меня, придерживает за подбородок, пока его член толкается в мой рот. Толчок, второй, третий, и под сиплый хрип, пропитанный удовольствием, на моем языке растекается тёплая жидкость.

Сердце бьётся как ненормальное, готовое пробить ребра от возбуждения, смешанного с волнением. С опаской наблюдаю за тем, как Дамир открывает глаза и несколько долгих секунд пилит меня взглядом. Надеюсь, он не подумал обо мне ничего такого, что могло бы его оттолкнуть.

– Иди ко мне, – произносит сглотнув, опровергая мои опасения, и тянет на себя за плечи.

Ноги немного затекли и покалывают, но я забываю об этом неприятном ощущении сразу же, как только Дамир меня целует. Облегчённо выдыхаю, тая в его трепетных руках.

– Решила добить меня, Маша? – спрашивает, расслабленно улыбаясь.

Карие глаза снова посветлели.

– А у меня получилось? – доверительно тону в собственном отражении, плещущемся в зрачках напротив.

– Получилось – получилось, – Дамир хмыкает, погладив при этом большим пальцем мою губу. Смущённо улыбаюсь.

– Я боялась, что не выйдет.

– Зря боялась. Спину мне потрешь?

Киваю и тянусь за мочалкой.

– С удовольствием.

Вспениваю мочалку и нежно веду ею по гладкой спине.

Мы думали, что наш вечер в приятном разгаре. Но ошиблись. Сильно ошиблись.