Мой сводный хулиган

Глава 29

Алиса

— Про внутренний космос, — поделилась с придыханием я, проведя ладонью по множеству черновых зарисовок, которые заинтересовали Дашу.

— Эт как?

— Ну, типа… снаружи всё серое, бетонное, а внутри — взрыв цвета, звёзды, планеты. Чтобы люди мимо шли, вроде скучная рутина, а заглянули за угол — бац! А там целая вселенная.

Я с широкой улыбкой показала готовый эскиз на планшете, над которым мы работали с Егором несколько недель. На экране виднелась бетонная стена, на которой взрывалась спираль туманности: фиолетово-синие вихри, вспышки розового неона и золотые искры, а по краям чёрные трещины, как будто всё это яркое лезло из чёрной дыры. Внизу тонким шрифтом надпись: «Космос внутри тебя»

— Вау! — с восторгом выдала Даша, принявшись рассматривать эскиз. — И как ты только это придумываешь?

— Это мы с Егором вместе сделали.

— Круто, — искренне выдохнула она и её глаза загорелись, когда она взглянула на меня. — Слушай, а можно мне будет прийти и снять процесс? Отличный проект со статьёй и визуальными материалами для универа выйдет.

— Ну наверное можно, только мы пока ещё не решили где, когда и как всё это воплотим в жизнь. Думаю показать арт-группе эскиз, может они помогут с воплощением. Кстати… а хочешь я тебя и с арт-группой познакомлю?

— Я была бы рада, но я же не в теме.

— Почему? Многие страдают от того, что не могут придумать надписи к артам. Это, конечно, не обязательно, но… Я спрошу о тебе у оргов.

— Блин, Алиса, спасибо, ты такая классная. До тебя, не считая Кирилла, у меня не особо получалось общаться с кем-то…

— Почему? Ты же одуванчик вообще, ну в смысле такая милая, и добрая.

— Ну наверное именно поэтому.

— Да и ладно! Теперь у нас есть наши правильные мажоры и мы друг у друга, мне кажется нам хватит.

— Вполне!

Несколько недель после свадьбы пролетели в странной смеси счастья и лёгкости. Мы с Егором словно наверстывали упущенное, пока родители наслаждались свадебным путешествием. С удовольствием совмещали учёбу, наши хобби и отношения.

Ходили на свидания, как будто только влюбились. Целовались на заднем ряду в кино, как подростки. Я пищала, когда он одаривал меня, то цветами, то чем-то для стрит-арта. Пыталась несколько раз завести разговор о его матери, но Егор мастерски переводил тему или просто затыкал меня поцелуем. Решила, что проще узнать информацию вероятно будет у Эдуарда Сергеевича. Впрочем уверена, что Егор ему ничего не сказал о наглом вторжении, полюбому не хотел мешать родительскому отдыху.

Стало почти привычным собираться впятером за завтраком, на котором иногда смеялся даже вечно хмурый Макс. И ночевать вместе в спальне Егора тоже уже вошло в привычку. Правда, иногда я всё же сбегала в свою комнату, когда надо было выспаться, а то совместно спали мы мало по понятным причинам.

С Дашей мы прям по-настоящему сдружились, могли часами болтать вживую или по телефону. Нам не нужно было врать, или притворяться, мы говорили, что думали и понимали друг друга. Первая подруга, с которой оказалось так легко.

— Ты не представляешь, какой у нас сегодня загорелся спор на «Основах журналистики». Преподаватель говорит: «Ваша задача — докопаться до сути». А этот придурок, ну Игорь, такой на серьёзных щах: «А если суть неприятна? Можно же украсить?» Мне показалось, что препод чуть со стула не упал!

Я засмеялась, представив эту картину. Толкнула плечом дверь на выход из универа, заправив смартфон за край шапки.

— И что, придурок так и остался при своём мнении?

— О, он начал про «позитивную повестку» заливать! Препод такой: «Правда не всегда позитивная. Иногда она серая и неудобная, и даже омерзительная бывает, но от этого она не перестаёт быть правдой».

— Согласна с вашим преподом, — улыбнулась я. — А у нас сегодня на живописи мне опять пытались впихнуть «правильную» композицию. Мымра мне: «Фаталина, твой стиль слишком хаотичный. Зритель должен видеть главное». А я ей: а кто решил, что у моей картины должно быть «главное»? Может, я хочу, чтобы зритель просто чувствовал?

— И что она? — с интересом уточнила Даша.

— Ничего. Вздохнула. Поставила «хорошо» и пошла дальше. Да и хрен с ней! Ладно я уже вышла, давай вечером по видеосвязи свяжемся?

— Да, лисичка, до связи. Хорошего вечера.

— И тебе, одуванчик, хорошо время провести.

— Чмок, — Даша сбросила, я же с улыбкой взглянула на экран смартфона, чтобы написать Егору, что освободилась.

Он настаивал встречать меня каждый раз прямо здесь, но мне хотелось чуть-чуть личного пространства. Чаще я вообще возвращалась домой одна, потому что проводила время то с Дашей, то наведывалась в гости к арт-группе.

Сегодня пятница, у Даши ещё лекции, в арт-группе у всех свои дела, поэтому мы договорились с Егором встретиться у фонтана и погулять. Ловила себя на мысли, что всё настолько наладилось, что я даже мечтать не могла о такой жизни. Завтра уже вернуться мама с Эдуардом Сергеевичем, и я подумала, что не только по родительнице соскучилась, но даже по отчиму.

«Зайка, поторопись, хочу тебя согреть» — пришло сообщение от Егора буквально в эту же секунду. Я хихикнула и вздрогнула от потока ледяного ветра, пронизывающего до самых костей. Возможно стоило согласиться на встречу прямо возле универа.

— Алиса! Эй, подожди!

Я обернулась, удивленно окинув взглядом подошедшую ко мне Машу. Ту самую, которая пыталась когда-то через меня познакомиться с Егором.

Это странно, учитывая, что с того момента мы ни разу с ней не общались. В её руках виднелся мольберт, лицо неестественно бледное, а глаза бегали в панике.

— Слушай, я тут картину для проекта тащу, и у меня… я, кажется, палитру в аудитории забыла. Поддержи мольберт, пока я сбегаю! Брат вот-вот на машине подъедет. Ну короче, пару минут.

Очень нагло, но в её голосе слышалась настоящая паника и я поддалась.

— Давай, только быстро.

— Спасибо!

Она сунула мне в руки мольберт и помчалась обратно к корпусу, скрывшись за дверью. Я обняла холодный деревянный каркас. Прошла минута. Две. Внезапно за спиной резко затормозила машина. Брат уже её приехал, что ли, а она где там запропастилась?

Обернулась, взглянув на парня лет двадцати пяти со светлыми коротко стриженными волосами. Правильные черты лица, но совершенно лишённые эмоций.

О, я знала это взгляд с холодным, изучающим интересом. Мажор, одним словом. Тачка крутая, дорогая, кожаная куртка, на запястье золотистый Ролекс. Как там его зовут? Я не помнила.

— Привет, Алиса? — скучающе уточнил он, обойдя машину.

— Привет, ага, — беззаботно отозвалась я, и сама сделала к нему шаг, так как он открыл дверцу пассажирского места.

Без лишний мысли хотела уложить мольберт, пришлось наклониться и…

— Я Стас, познакомимся ближе, зайка.

Не успела осознать, как он меня подтолкнул, что я грудью рухнула на мольберт. Сердце ёкнуло от ужаса. В следующую секунду подхватил мои ноги, сунув в салон, и захлопнул дверцу.

— Ты что делаешь? — с ужасом уточнила я, выпрямившись на сиденье.

Отбросила мольберт назад, и попыталась выбраться, но Стас уже оказался за рулём, и заблокировал дверь. Затем мужская рука уверенно и нагло пристегнула меня.

— Не усложняй, для начала мы просто поговорим.

Пахло дорогим кожаным салоном, и ароматизатором, от чего в горле появился ком. Не верилось, что это происходило на самом деле.

Паника ударила в голову. Я застыла, наблюдая, как он завёл движок и машина двинулась в неизвестном для меня направлении. Несколько секунд шока, а затем я потянулась за смартфоном.

— Не думаю, — буркнул Стас, с лёгкостью забрав у меня телефон, и, став прокручивать его в пальцах, невозмутимо продолжил: — Ты извини, ничего личного, просто у непробиваемой троицы так мало слабостей.

— Троицы? — нахмурилась я, и в голове появилась догадка, что видимо он говорил о Егоре, Кирилле и Максе.

Только я тут причём⁈ Троица действительно и мне казалась непробиваемой, только если первоначально я считала их обычными мажорами, то сейчас знала, что это преданные друг другу и своим принципам друзья.

Егор, как огонь их компании, всепоглощающий, разрушающий, и абсолютно бесстрашный.

Кирилл голос здравого смысла и совести, только не на дороге. За рулём у него как будто другая личность включалась, которая не уступала отбитости Егору.

Макс же являлся камнем стабилизации. Замкнутый интроверт, который говорил мало, но по делу. От адреналина явно не зависел, но у него были другие приколы: взломать систему безопасности или стереть запись с видеокамер всего несколькими движениями пальцев. Даже с телефона.

Я поражалась как спокойный Макс затесался в компанию ненормальных Егора и Кира, но они дополняли друг друга и как выяснилось дружили с самого детства. Золотые мальчики привыкшие безнаказанно развлекаться и прогибать под себя весь мир.

— Самый болезненный способ бить по таким, как они — это ударить по тому, что они любят и считают своим. Разбил машину одному, второму уничтожил ноутбук, а вот что делать с третьим я думал долго…

Я нервно сглотнула, по спине пробежался холодок. Не представляла что, но вероятно троица чем-то его то ли обидела, то ли разозлила. Стас взглянул на меня с ухмылкой, от которой внутри всё похолодело.

— А такие, как ты, в нашем мире всё равно долго не задерживаются. Зайка, — с презрением он прошипел ласковое обращение, которым так часто меня называл Егор. — Слишком простая, хорошая и правильная. Такая хрупкая, маленькая и беззащитная. Ты его слабое место. Даже странно, что мне понадобилось так много времени, чтобы это осознать.

Он свернул в какой-то безлюдной проулок. Уже давно поняла, что дела очень плохи и я по-настоящему влипла! Пока он говорил, осторожно нырнула рукой в рюкзак, сжав пальцами баллончик с краской. Не перцовый, конечно, но… тоже сгодится.

Машина остановилась, Стас повернулся ко мне.

— Что тебе нужно от меня?

— Передать привет Егору, разумеется.

Он потянулся ко мне рукой, я испуганно дёрнулась, но в салоне спортивной тачки слишком мало места. Он всё равно дотронулся до меня. Не грубо, почти ласково, большим пальцем провёл по линии скулы. Как удар током по коже прошёлся.

— Ты думаешь, он тебя защитит? — прошептал Стас, склонившись ко мне.

Его холодные костяшки коснулись подбородка, заставив поднять голову. Глаза повлажнели, внутренности сковал животный ужас.

— Я могу сделать с тобой всё, что захочу. Прямо сейчас. И к тому времени, как он хватится, будет уже поздно. Понимаешь? Мы не в кино, здесь нет героев и спасения в последнюю секунду. Здесь только я…