На Службе у Тирана. 2. На Службе у Тирана. Том 2

Глава 35

Перед дверью я сделала глубокий вдох. Вы-ы-ы-дох. И шагнула к такой, казавшейся мне до этого приятной женщине в комнату.

— А что же Вы без Вереса? — аккуратно подняла тонкие бровки Кларнетта, когда увидела меня только с двумя бокалами. Один из которых я поставила перед ней на инструмент.

— Ох, увлёкся передачей про змей, — пришло мне первое на ум, — Знаете… — я представила момент, когда Драгфат сказал, что любит меня, и улыбнулась, — Эти фамильяры точно дети.

— Абсолютно с Вами соглашусь, — поверила дама-интриган моим словами, и указала рукой на стул, — Я знаю, что Вы — Сирена, а значит, я уверена, с постановкой голоса и дыхания проблем нет, — она вопросительно посмотрела на меня. А я ни то, чтобы не пою в принципе. Я думаю, что моё пение можно воспринимать как оружие массового поражения. Даже верный и всеприемлющий Василий смиренно дёргал глазом, когда я пыталась что-то напеть.

— Скорее всего, — со вздохом сказала я. Щёки загорелись. Чёрт-чёрт-чёрт! Сейчас она поймёт, что вместо ожидаемого саблезубого тигра там, дай Создатель, полевой грызун.

— Не смущайтесь так, — она похлопала меня по коленке, — Я Вам по секрету скажу, — наклонилась она ко мне, — Что сам Люциан Хора ждёт от Вас на свой День Рождения в подарок песню в Вашем исполнении. Собственно, поэтому я и здесь, — в голове тараканы вместо того, чтобы хотя бы бегать, просто сели на скамеечку уличного кинотеатра и жрут попкорн. Даже мой мозг отказывается сводить кредит реальности с дебетом возможностей. Спеть! Перед всеми! Какой-то таракан зачавкал на галёрке. Нам крышка.

— Хочу послушать Вас сначала, — она откинулась, и положила руки на инструмент, — Пожалуйста, пропойте “Таа-ра-ра-рааа”. На меня не обращайте внимания.

Я сглотнула. Что будет, если она поймёт, что я не Сирена? Или если я вообще не буду петь, будет ещё хуже? И наш диалог с Василием присовокупят к общей массе сомнений? Ладно, хуже уже некуда. Надо отвести внимание от пернатого.

— Хорошо, но только мы никогда не работали с… инструментом. И наше пение должно убивать, — я как бы намекнула ей. Спойлернула немного, — Вы готовы? — постаралась я взять инициативу в свои руки.

Кларнетта, понимая, что тянут её время, сузила глаза и коротко кивнула. Её руки легли на инструмент. Я выдохнула и запела. Как это бывает, когда нет слуха: ты поёшь и думаешь, что вроде ты попадаешь, а слушатели загибаются от боли в ушах.

Кларнетта нахмурилась. Меня прошиб озноб. Она переложила руки на другой “кусочек” клавиш и кивнула, мол “заново”. Я повторила незатейливую вокальную композицию. Она нахмурилась ещё больше. Её руки переместились на конец инструмента. Она попросила повторить ещё. Моя нога начала предательски дрожать, и я, пока Кларнетта была в задумчивости, запихнула её под стул. Холодный пот капал мне в трусы. Чувства хуже чем на экзамене.

Кларнетта развернулась ко мне. Взяла резко одной рукой мою ладонь, а вторую положила на грудь, на место, где должна быть диафрагма.

— Повторяй за мной, — серьёзно сказала мадам. Сначала я, — До-рэ-ми-фа-со-ля-си…

— До-рэ-ми-фа-со-ля-си… — Прокрякала я. И наступила она. Пугающая тишина. Кларнетта в шоке смотрит на меня. Ну, мать, прости. Сама хотела акт насилия. Считай, лёгкий БДСМчик получила.

— Такое… Я ещё никогда не слышала, — сказала она, убрав от меня руки и откидываясь назад.

В голове вместо паузы, которую она взяла после слова “такое” филигранно встала невысказанная фраза: “отменное дерьмо”.