На Службе у Тирана. 2. На Службе у Тирана. Том 2

Глава 61

Сильные руки Драгфата крепко схватили меня под рёбра и резко подняли над водной поверхностью. Я начала громко кашлять, а также в перерывах между чахоточными припадками, вдохнуть как можно больше воздуха. Теперь я поняла вопрос Драгфата. Плавание в море не сравнится с плаванием в наших пресных водоёмах. Эта солёная стихия обладает гораздо-о-о более крутым нравом. Пощады не будет никому.

По Драгфату прошёлся разряд. Открывающийся вид Иви сверху... Без белья. Выдох. Вдох. Сейчас не время и не место, чтобы спустить с цепи все свои желания…

— Иви, — серьёзно произнёс Драгфат, смотря, что я кашляю, как старый асматик после забористой курительной трубки, — Если твоё дыхание сейчас же не выровняется, я силой выволоку тебя на берег.

Словно собака, что стащила с барского стола запретный хозяином искушения плод, я с силой сцепила губы, чувствуя, как во рту образуется колоссальное давление. Глаза наполнились кровью. Пусть я выгляжу как упрямый баран, но из воды я не выйду! Вот ещё! Я так мечтала о том, чтобы хоть раз побывать на море…

— Всё нормально, — сказала я, наконец-то успокоившись, и посмотрела вниз на Драгфата. Только сейчас до меня дошло, что всё это время я была как бы слегка ню для зрителей снизу. Изэните. А дэньги за билет на просмотр сие картины 18+ не хотите передать? — Отпусти, — скомандовала я, недовольная тем, что не проконтролировала этот момент. Может быть я бы и хотела, чтобы он смотрел на меня такую… Но когда я позволю. Драгфат, на удивление, медленно опустил меня вниз, но руки не убрал. Глаза чёрные. Сфокусированные. Опасные. Дыхание тяжёлое.

— Я смогу сама, — сказала твёрдо я своё волеизлияние, заглотнув новую порцию солёной воды. Желваки на его лице заходили. Дыхание стало ещё более громким. Он молчал. А напряжение, что создавалось вокруг него можно было с легкостью ощутить на своих плечах. Придавило. Заморозило. В голове возник туман. Так. Стоп! Меня что, хотят загипнотизировать!? — Але! — я начала щёлкать пальцами перед Драгфатом, но казалось, что он на грани. Чуть подтолкни — взорвётся.

— Если я отпущу тебя, — произнёс низкий звериный голос внутри Драгфата, глаза всё такие же. Пугающие своей затягивающей чернотой, — И ты начнёшь тонуть, то я вряд ли смогу себя сдержать и не выпороть тебя, а после…

Так. Ход мыслей мне понятен. Но давайте Вы как-нибудь дрессурой позанимаетесь потом. Я хочу плавать. И я это сделаю.

— Договорились, — я легко сказала слово, которое отделяло меня от свободного хода. Драгфат будто вернулся в реальность. Глаза стали серыми. Он нахмурился… И улыбнулся.

— Почему так быстро? — спросил Генерал понимая, что она, скорее всего, сразу утонет, если он уберёт руки. Может быть она сама этого хочет? Чтобы я…? Настроение моментально поднялось до небес.

— Именно. Всё сразу о том, что ты сейчас подумал, — сказала я как можно быстрее, чтобы меня отпустили. Драгфат просиял. Святой Создатель, что же в его голове? — Тем более, — решила я полирнуть наверняка, — Ты же рядом, — стена обрушена, границы открыты. Юхуу!!! В голове весёлая свинка с радостью хрюкнула: купаться!

— Ладно, — хитро сощурившись, сообщил мне свой вердикт Драгфат и убрал от меня руки.

Я резко пошла вниз. Движение-рывок-я пытаюсь глотнуть воздуха, меня накрывает с головой. Ещё рывок-ещё… Я понимаю, что не вывожу. Рука натыкается на грудь Драгфата. Я инстинктивно хватаюсь за его плечи и рывком, опираясь на него, поднимаюсь вверх. Обвиваю ногами и свешиваю голову на его плечо. Дышать. Только дышать. Одна его рука сильно прижала меня к его накалённым мышцам торса. По телу прошлась волна жара. Он и я совсем без одежды… Всеми частями тела я почувствовала его… физическое напряжение.

Он убрал с моего лица прядку прилипших волос. ПРЯДКУ! Волосы опять появились! Вот что действительно палит контору моих эмоций.

— Ну что, родная моя, — хрипло он произнёс горячим дыханием мне на ухо, опуская руку, которая только что убрала мои волосы, ниже по спине, к самой пятой точке, — Наказать тебя за дерзость? — его ладонь, спустившись до самого низа спины плавно перешла на пикантную область и сильно её сжала. Глаза, чернее смерти, посмотрели в мои.