На берегу, когда мы вышли, Драгфат, не говоря ни слова, отвернулся от меня. Захотелось рыдать в голос. Я отвела взгляд от его спины… В какую-то секунду, когда я надевала быстро своё прожжёное бельё, и смахивала бесшумные, выступившие на глазах слёзы, мне показалось, что всё это путешествие на Землю какой-то дурацкий, нереальный кошмар. Сейчас как будто кто-то включил световую сферу и стало понятно, какую ерунду из дерьма и палок ты собрал в темноте. Быстрее бы обратно. Быстрее бы забыться!
— На причале, — Драгфат посмотрел на свои наручные часы, а после на меня. Холод. Абсолютный холод в серых глазах, — Тебя будет ждать синяя яхта “Морской Дьявол”. Капитан — женщина, Марьяна Пьер. Она же Сирена. Проводит тебя до места обитания Сирен. Я … — он задумался, — Или Владлен вернёмся за тобой через полтора часа. Я принесу Василия к тебе в комнату, — он ещё постоял с пару секунд, ожидая от меня какой-то реакции, но в моём горле ком. Как можно так…? По щелчку пальцев? Сначала “люблю-хочу”, а теперь будто в первый раз видит. Я молча сдерживала истерику.
— Вопросов нет, — с какой-то грустью в голосе проконстатировал факт Драгфат, и ещё через пару секунд тишины, забил последний гвоздь в мою нервную систему одним словом, — Прощай, — и не дожидаясь реакции облегчения на её лице, Драгфат щёлкнул пальцами.
В эту же секунду я покачнулась и, не удержавшись, упала в песок. Все эмоции, сдерживаемые столько дней, вырвались наружу. У меня случилась самая настоящая истерика. Я смеялась, хохотала, и одновременно кричала в слезах, в сердцах. Казалось, что конца этому нет…
— Вас зовут Ариэль, — спокойно со сложенными на груди руками сказала красивым своими интонационными переливами голосом девушка изумительной красоты. Она стояла надо мной и смотрела на то, как я не могу взять в себя в руки и успокоиться.
Я засмеялась ей в лицо. И, как ни странно, она без слов всё поняла. Просто села рядом со мной на песок, положила мою голову себе на колени. Посмотрев по сторонам, и взяв пару прядей моих волос себе в руки, она начала сначала напевать мелодию, а дальше петь. Я не знаю, что ощущают моряки в море, но на меня будто положили десять тёплых пуховых одеял и начали убаюкивать в самой нежной перине. Её голос укрывал, успокаивал, заставляя закрыть глаза и сконцентрироваться только на нём. На этом мягком голосе. На этой песне.
— Ариэ-э-эль, красавица, вставай, — девушка нежно погладила меня по голове, а после поцеловала в висок. Я подскочила. Она засмеялась. Истерика отошла. Я, хлопая глазами, смотрела на эту синеглазку.
— Извините, — я приложила руки к щекам, всё ещё приходя в себя, — Я… Я… — пыталась я найти слова, но не знала, с чего начать.
— Ты больше Сирена, чем многие из нас, — сказала она, вытянув ноги вперёд, как самая настоящая русалка.
От такой прямоты я поперхнулась. Они так спокойно и открыто говорят об этом? Марьяна, видимо, поняв моё смятение, с улыбкой добавила.
— Ты прочувствовала, — она приложила руку к моему сердцу, как будто она постоянно это делала со всеми другими… девушками, — Почему наши песни особенные. Из-за настоящей, искренней, страстной, но неразделённой любви, — и она близко приблизилась ко мне. Слишком близко. Её губы оказались фактически рядом с моими, — Хочешь, я тебя ещё больше успокою? — прошептала она мне в лицо, и поцеловала меня в губы. Сознание резко включилось на максимум. Глаза распахнулись. Рота, подъём! Я вскочила. А Сирена засмеялась, — Всегда работает безотказно! — сказала она и встала на ноги. Высокая. Статная. По сравнению с ней мне кажется, я выгляжу как недоразвитый зарёванный пони, — Пойдём на корабль! Времени осталось совсем немного.
Я утвердительно качнула головой — девушка обняла меня за плечи и повела в сторону освещаемой территории. Через пару секунд я увидела изящную блестящую синюю яхту “Le diable de mer”. Или, одним словом: роскошь.