На стальных путях

В. Левандовский ДОРОЖНЫЙ МАСТЕР

По высокой насыпи железнодорожного полотна шли два путейца: дорожный мастер Воронков и бригадир Севостьянов. Они были одеты в дубленые полушубки, добротные серые пимы, теплые меховые шапки-ушанки. Григорий Михайлович Воронков — человек средних лет, небольшого роста, с обветренным, загорелым лицом — шел, высоко подняв голову, энергично размахивая руками, четким, армейским шагом.

Спутник его — лучший бригадир околотка Севостьянов, пожилой, седеющий человек, с морщинистым, суровым лицом — еле поспевал за ним.

Слегка морозило. Над горизонтом поднималась полная оранжевая луна. Деревья, растущие в полосе «живой защиты», были одеты в богатый, пушистый наряд.

— Пойдем потише, Григорий Михайлович, — попросил Севостьянов.

Они возвращались на свой околоток с общего собрания, из дистанции. Домой можно было бы приехать поездом, но Воронков предпочел пройти по своему околотку пешком, хотя это составляло более десяти километров. И бригадир с ним согласился: никогда не лишним было посмотреть путь, проверить, как несут ночное дежурство путевые обходчики, поговорить с людьми.

Дорожного мастера и бригадира волновали обычные, повседневные заботы: очередная перестановка щитов в выемке, подверженной заносам, сообщение бюро погоды об ожидающейся на днях метели, готовность коллектива путейцев к отпору снежной стихии.

— Как у тебя с лопатами, товарищ Севостьянов?

— Вполне достаточно, полный порядок, Григорий Михайлович.

Он назвал цифру. Воронков удовлетворенно улыбнулся.

— Тогда вот что, товарищ парторг: завтра я к тебе на отделение не загляну. Делай, что намечено по плану. А я с утра проверю остальные отделения. Нужно все привести в боевую готовность. Лопаты и короба могут понадобиться в большом количестве. Если разыграется метель, к нам на помощь придут колхозники. Они должны быть обеспечены инструментом для работы.

Севостьянов, соглашаясь, молча кивнул головой.

Через некоторое время он, раскурив крепкую махорочную самокрутку, заговорил о письме мастера Добрыдина.

— Интересное письмо! В самую точку человек попал. Нам пора этим делом заняться, Григорий Михайлович.

— Я и сам об этом давно думаю, — ответил Воронков.

Он затянулся и спросил Севостьянова:

— Осилит коллектив околотка взятое серьезное обязательство?

— Все в наших руках, Григорий Михайлович, — ответил Севостьянов, — потрудимся — сделаем. Конечно, придется поломать некоторые старые привычки, крепко поработать с людьми, каждому разъяснить, помочь.

— Вот с этого мы и начнем, Севостьяныч! Я думаю запевалой должно стать твое отделение. У тебя замечательные люди: Панов, Зимина, Бутаков, Мясников — настоящие патриоты путевого хозяйства.

Письмо, о котором говорил Севостьянов, было напечатано в железнодорожной газете «Гудок». Коллектив одного из околотков Ленинград — Варшавской дистанции, которым руководил дорожный мастер Добрыдин, выступил с ценным, новаторским почином. Добрыдин добился на своем околотке отличного состояния пути, отказался от получения новых материалов, обязался продлить срок службы шпал, рельсов, скреплений и призвал к этому всех путейцев Советского Союза.

Снег пошел с вечера густо, крупными хлопьями. Уже через час после начала снегопада на линию вышли снегоочистители. К ночи с северо-запада потянуло острым, обжигающим холодом. Началась метель.

Воронков послал Севостьянова с бригадой лучших стахановцев на самый ответственный участок — отстаивать от бурана выемку. Остальные рабочие были расставлены на очистке станционных путей и стрелок в Смолино. Небольшая часть путейцев составляла резерв. В Смолино к путейцам вскоре присоединились свободные от дежурства стрелочники, осмотрщики вагонов, домохозяйки — жены железнодорожников. Ночью прибыли колхозники: несколько десятков крепких, загорелых парней и девчат, а с ними 20 подвод.

Метель крутила и завывала всю ночь. И всю ночь напролет не прекращалась борьба людей со снегом. Особенно много хлопот и трудов потребовала выемка и стрелочные переводы, которые приходилось очищать почти непрерывно.

Только под утро Воронков на полчасика забежал домой, чтобы наскоро перекусить и выпить крепкого, горячего чаю — отогнать усталость, слепящую покрасневшие на ветру глаза.

Много пришлось поработать в эту ночь коммунисту Воронкову. Всюду требовался хозяйский глаз. И Воронков появлялся именно там, где складывалась напряженная обстановка, где нужно было поднять дух людей личным примером в труде, увлечь за собой. Воронков организовал соревнование и добился, что все перевыполняли заданные нормы.

Метель стихла лишь под утро, ровно через сутки после того, как пошел снег. Усталый, но довольный, с сознанием выполненного долга, прошел дорожный мастер по своему околотку. Снегу везде было много, но он не мешал движению поездов. Пути были аккуратно очищены. Тяжеловесные, длинносоставные маршруты беспрепятственно двигались по двухпутному участку.

У выемки Воронков встретил Севостьянова. Старик стоял у обочины насыпи. Шапка у него была сдвинута на затылок. Ко лбу прилипла прядь потемневших от пота волос Воронков окликнул его и спросил, как идут дела. Севостьянов молча указал на выемку. Там рабочие подбирали инструмент.

— Отвоевались, Григорий Михайлович, — сказал бригадир, — наша взяла!

До конторки дорожного мастера Воронков и Севостьянов шли вместе. Григорий Михайлович напомнил Севостьянову о предыдущем разговоре:

— Прояви инициативу. Покажи всем пример, Севостьяныч.

— Я уже говорил с рабочими отделения, — ответил тот. — Мы решили драться за нулевую бальность.

— Правильно, Севостьяныч! Хорошо!

Расставаясь, они крепко пожали друг другу руки.

…Через несколько дней вечером Воронков созвал производственное совещание. Он рассказал путейцам о машинистах-пятисотниках, о маршрутах с челябинскими тракторами, мощными дорожными машинами, которые непрерывным потоком идут на стройки коммунизма.

— Основой безаварийного движения является путь, — сказал Воронков, — от нас, путейцев, не меньше, чем от машинистов, ведущих поезда, зависит быстрая доставка грузов Сталинским новостройкам. Мы должны всеми силами поддерживать пятисотников. А как поддерживать? Добиться отличного состояния пути, гарантировать пропуск поездов без ограничения скорости и веса. Можем ли мы этого достигнуть? Можем, товарищи. Пример тому — околоток дорожного мастера Ленинград — Варшавской дистанции товарища Добрыдина.

Совещание затянулось до поздней ночи. Путейцы активно и всесторонне обсуждали предложение дорожного мастера Воронкова. То, о чем говорил коммунист Воронков, находило горячий отклик в сердце каждого. На собрании выступили бригадиры, обходчики, рабочие. Все они обязались включиться в соревнование за отличное состояние пути.

Воронков с гордостью осматривал сидящих на скамьях, на подоконниках в маленькой, тесной конторке своих товарищей по труду. Он гордился ими. Коллектив был дружный и спаянный. Обычно все свои обязательства в социалистическом соревновании околоток всегда выполнял честно и добросовестно. Два года назад околоток первым на Полетаевской дистанции подписал гарантийный паспорт — обязательство работать отлично, безаварийно, и с честью выполнял его. В 1950 году был сделан новый шаг: стахановцы взяли на социалистическую сохранность путевое хозяйство околотка сроком на 5 лет. На околотке увеличилось число передовиков соревнования, путь содержится все лучше и лучше. За год сэкономлено почти 50 тысяч рублей…

Но на этом нельзя было успокаиваться.

…Совещание выработало практические мероприятия по борьбе за отличное текущее содержание пути. Заместитель начальника дистанции по политчасти, участвующий в работе совещания, назвал эти мероприятия стратегическим планом борьбы за нулевую бальность. Обязательство состояло из трех пунктов. И первый из них гласил, что коллектив околотка будет содержать путь в отличном состоянии. Во втором говорилось о том, что последователи ленинградцев обязуются выполнить годовой план ремонта пути досрочно, к Сталинскому Дню железнодорожников. Третий был посвящен мероприятиям по продлению сроков службы элементов верхнего строения пути. Коллектив околотка отказывался от получения новых материалов, в том числе 40 тонн рельсов, 1600 шпал, 40 кубометров балласта, 6,5 тонн скреплений. За счет бережливого отношения к материалам, использования «старогодних» материалов, а также за счет повышения производительности труда путейцы околотка в 1951 году обязывались сэкономить 100 тысяч рублей.

Новый социалистический договор в нескольких экземплярах был вывешен на видных местах на всех отделениях.

На околотке Воронкова значительно улучшилась организация труда. Задания бригадирам стали даваться с вечера. После окончания рабочего дня дорожный мастер требовал от каждого бригадира подробного отчета о выполнении дневного задания.

Новые обязанности появились и у счетовода т. Гусевой. Григорий Михайлович ежедневно проверял работу бригад и путевых обходчиков. Гусевой он поручил отмечать на доске показателей выполнение заданий. Кроме того, на собрании ее избрали в редколлегию стенной газеты и поручили выпускать «боевые листки».

Посоветовавшись с руководством дистанции, Воронков развернул на околотке зимний планово-предупредительный ремонт пути. Это было новшеством на Полетаевской дистанции. Такой ремонт впервые был применен дорожным мастером-сибиряком т. Удаловым. Он вносил коренное изменение в технологию путейского дела, ломал старые представления о сезонности ремонтно-путевых работ. По старым представлениям, в зимнее время путейцам полагалось заниматься только текущим содержанием стальной колеи и очисткой ее от снега, но никак не серьезным ремонтом.

Воронков тщательно подобрал состав ремонтной бригады, проинструктировал каждого рабочего, объяснил им цель зимнего ремонта. С первого же дня он установил тщательный технический контроль за качеством работы, требовал от бригадиров и от каждого рабочего строгого соблюдения технологического процесса, аккуратного, добросовестного выполнения своих обязанностей. Трудовые успехи ремонтников отражались в «боевых листках», на доске соревнования.

К весне на околотке коммуниста Воронкова была завершена перешивка пути, тогда как на других околотках дистанции эта работа, как обычно, только начиналась. Выигрыш во времени в дальнейшем сыграл решающую роль — коллектив мастера Воронкова в социалистическом соревновании намного опередил всех своих соперников, лучше других подготовился к весенне-летним путевым работам. Прошедший по околотку путеизмерительный вагон показал хорошую бальность. Путь был устойчив.

Весна 1951 года была ранней и дружной. Благодаря тому, что у Воронкова все делалось планово и обдуманно, все отделения быстро справились с очисткой водоотводных и нагорных канав, своевременно убрали снег из кюветов и обеспечили нормальный пропуск вешних вод.

Как только стаял снег, Григорий Михайлович поручил путевым обходчикам произвести сплошную добивку костылей, проверку и закрепление противоугонов. Тогда же весной были проведены и другие важные работы: подбивка стыковых шпал, добавление свежего балласта, укладка под шпалы амортизационных карточек.

Чтобы продлить срок службы костылей, Воронков применил многократную перестановку их из кривых участков пути, где костыли быстрее изнашиваются, в прямые, с внутренней стороны нитки на наружную и наоборот. Сносившиеся концы рельсов Воронков стал обрезать. В них просверливались новые отверстия для болтов, и немного укороченные рельсы снова укладывались в путь, продолжали служить дальше. Подносившиеся накладки и подкладки стали сдаваться в дистанционные мастерские, где был организован их восстановительный ремонт.

Для предотвращения износа шпал стахановцы этого околотка стали обвязывать их концы толстой проволокой или скреплять скобами, забивая скобу в торец шпал. Эта простая мера позволила предохранить разрушение многих сотен шпал, особенно тех, концы которых потрескались.

Ремонт шпал, переводных стрелочных брусьев, рельсов и скреплений, организованный Воронковым, помог сэкономить много дорогостоящего материала, приучал рабочих бережно относиться к государственному добру.

Путевые обходчики Панов и Зимина стали повсюду подбирать «старогодние» материалы. Мысль о том, что все это может пригодиться, что старую подкладку или болт можно «оздоровить», снова пустить в дело, заставило их по-новому взглянуть на свою работу.

У Зиминой собранных костылей оказалось больше, чем у Панова. Это раззадорило старика.

— Догоню и перегоню, — упрямо сказал он, когда они встретились при сдаче дежурства, — все равно на моем километре порядка будет больше.

— Поживем, увидим! — засмеялась Зимина.

Оба они обслуживали один и тот же обход. Для удобства учета выполнения социалистических обязательств за каждым из путевых обходчиков были закреплены определенные километры пути. И вот «соперники» принялись наводить на них чистоту и порядок. В поисках старых костылей они буквально перерыли обочины земляного полотна, куда сбрасывался старый балласт при ремонте пути в течение нескольких лет. Путевые знаки они украсили звездочками, аккуратно сложенными из цветных камней.

За соревнованием путевых обходчиков внимательно следил весь коллектив. В «боевом листке» появилась заметка, рассказывающая о том, что Зимина собрала более 800 костылей. Многие путевые обходчики и переездные сторожа тоже стали собирать костыли, подкладки, гайки, болты. Они потребовали от бригадиров, чтобы был заведен строгий учет собранных материалов.

На околотке открылись лицевые счета путевых обходчиков и ремонтных рабочих по сбору «старогодних» материалов верхнего строения пути. Благодаря этому околоток в короткое время получил большое количество материалов, в которых раньше испытывался недостаток.

Но Панов и Зимина не ограничились одним сбором костылей. Они достали краски и выкрасили все путевые знаки. Они стали постоянно смазывать болты в стыках, улучшили содержание стыков, привели в образцовый порядок личный рабочий инструмент, активно помотали в ремонте пути. Примеру передовиков соревнования скоро последовали все путевые обходчики остальных отделений околотка.

Благодаря широко развернувшемуся соцсоревнованию значительная часть работы была выполнена в зимний и весенний периоды. К маю резко улучшилось состояние пути.

К 1 июня стахановский коллектив полностью завершил летний ремонт главных путей, несмотря на то, что в бригадах работало на 7 человек меньше, чем полагалось по штату.

В июле политотдел Челябинского отделения Южно-Уральской дороги созвал совещание дорожных мастеров. Воронков выступил на этом совещании с докладом. Он рассказал о трудовом подъеме в коллективе, о том, как постепенно, шаг за шагом, шла борьба за здоровый путь. Из рассказа коммуниста Воронкова участники совещания почерпнули много поучительного. Они узнали о том, что на его околотке в социалистическом соревновании участвуют все рабочие, что бороться за высокое качество состояния пути им помогают члены семей.

Они узнали далее, что результаты соревнования предаются широкой гласности, об успехах передовиков рассказывается в «боевых листках», что во всех бригадах рабочие выписывают газеты и журналы, а по вечерам на околотке проводятся коллективные громкие читки газет и художественной литературы.

— Наши успехи завоеваны дружным, коллективным трудом, — в заключение сказал Григорий Михайлович.

Докладчику было задано много вопросов. Участники совещания интересовались тем, как на околотке организована проверка кривых участков пути, сколько создано бригад, работающих по методу знатного дорожного мастера страны т. Нефедова, какова бальная оценка пути была в зимние месяцы — самое тяжелое, страдное время на транспорте.

Многие интересовались средней производительностью труда, на что Воронков с гордостью ответил, что производительность труда в целом по околотку составляет 130 процентов.

— А как рабочие вашего околотка сдали испытания по Правилам технической эксплуатации?

— Правила технической эксплуатации — это основной закон работы железнодорожников. Испытания по Правилам все рабочие нашего околотка сдали на «хорошо» и «отлично», — ответил Воронков.

— За счет чего вы думаете получить 100 тысяч рублей экономии?

— Мы отказались от получения новых материалов, полагающихся по плану, увеличиваем срок службы рельсов, шпал, скреплений, балласта.

— Когда на вашем околотке производился капитальный и средний ремонты?

Григорий Михайлович улыбнулся.

— Мы обходимся и без того и без другого. Я даже не помню, товарищи, чтобы у нас производился капитальный ремонт. Я руковожу околотком с 1944 года. Вот с той поры мы и обходимся без капитального ремонта пути.

…После совещания в политотделе опыт дорожного мастера коммуниста Воронкова стал достоянием многих путейцев магистрали. С помощью партийных организаций он был распространен на всех дистанциях дороги. В социалистическое соревнование вступили десятки околотков, сотни бригад текущего содержания пути, тысячи путевых и мостовых обходчиков и переездных сторожей.

Воронков шел по междупутью, как всегда, размеренным, размашистым шагом. Легкие белые облака плыли в вышине и таяли, приближаясь к горизонту, где синели далекие, каменистые сопки.

На отделении Севостьянова, как всегда, кипела дружная работа. Весело стучали шпалоподбойки, быстро мелькали лопаты в проворных руках.

Севостьянов ходил от стыка к стыку с универсальным шаблоном. Время от времени он прикладывал инструмент к рельсам, проверяя правильность выполненной работы. Вся бригада трудилась с особым подъемом. Вместе с ремонтниками работали путевые обходчики, свободные от дежурства, и домохозяйки.

Воронков спешил сюда. Он поздоровался и по обыкновению спросил, как идут дела.

Вместе с Севостьяновым он стал промерять путь в различных местах. Все было в порядке — ни малейшего отступления от шаблона.

— Будет нулевая бальность, Севостьяныч? — спросил Воронков.

— Будет, Григорий Михайлович, все в наших руках.

…Всесоюзный Сталинский День железнодорожника маленький коллектив путейцев встретил производственными успехами. Годовое задание по ремонту пути, как и значилось в соцдоговоре, было выполнено. Кроме того, путейцы отремонтировали жилые помещения, вокруг переездных и путевых будок сделали новые штахетники, привели в образцовое состояние переезды и мосты, на откосах выемок и на некоторых междупутьях из цветных камней сложили лозунги, приветствовавшие стахановский труд машинистов-пятисотников, ведущих поезда с грузами для строек коммунизма.

Уже к середине лета околоток в основном завершил предзимние работы: ремонт щитов, ремонт и пополнение снегоуборочного инвентаря: лопат, скребков, кирок, коробков для возки снега.

…В один из осенних вечеров на околотке состоялось общее собрание. Руководители дистанции вручили передовому коллективу паспорт готовности к работе в зимних условиях — один из первых паспортов на дистанции.

Принимая паспорт, коммунист Воронков рассказал о том, что коллектив околотка, единодушно подписав Обращение Всемирного Совета Мира, несет стахановскую вахту мира. Он назвал фамилии бригадиров и рабочих, отличившихся в соревновании, и подчеркнул, что в любые морозы и метели путейцы его околотка обеспечат пропуск поездов точно по графику.

— Верно я говорю, товарищи? — опросил он, обращаясь к собранию.

— Верно! — дружно прозвучало в ответ.