На уездной орбитальной станции (СИ)

Глава 22

Может действительно о мужчинах лучше с электронной Алисой поговорить? А то с живой Оливой толкового разговора не получилось. Встречались они в очередном клубе, и хотя ранним вечером там было относительно тихо и малолюдно, их и так не клеящийся разговор то и дело прерывался пищанием от чипа Оливы. В конце концов Ната не выдержала:

— Почему твои сообщения так громко пищат?

— Чтобы сразу видеть, что пришла визитка.

— Какая визитка? — не понимающе переспросила Ната.

— От свободных партнеров поблизости, кто не прочь бы встретиться, — брюнетка напротив поджала свои тонкие губы, не отрываясь от листания нападавших ей контактов.

«Партнеров» резануло слух. Она бы сказала «мужчин». Ната быстренько оглянулась, пытаясь разглядеть в цветных сполохах света кто из окружающих за соседними столиками на них смотрит. Это что ж, вот так теперь и знакомятся? Увидел кого поблизости симпатичного, отсылаешь сразу же свои электронные контакты и ждешь ответа?

— Ээ, у тебя же Сирс, — напомнила она Оливе.

На что получила лишь молчаливые пожатия плечами.

— А мне почему визитки не приходят? — тем не менее продолжила Ната.

Что же получается, она не достаточно симпатична для местных аборигенов? Ей за все время, пока они тут сидят, ни одной визитки не пришло.

— А у вас в партнерском соглашении свободные отношения прописаны?

Что-то такое Вик кажется упоминал.

— Вроде нет.

— Так, значит, все отсылаемые тебе визитки автоматически блокируются, — снисходительно хмыкнула Олива.

И пока Ната пыталась переварить услышанное, снизошла до подсказки.

— Но ты можешь запросить у бармена подвешенные напитки, может там будут даже именные для тебя.

— А? — тормозила Ната.

Демонстративно закатив глаза, Олива все же вызвала барное меню на их части столика. Быстренько заскочив в какой-то раздел, пальцем с переливающимся неоном ногтем указала на выпавший список картинок с текстами, рядом с которыми подмигивали крошечные аватарки.

Мартини «сладком пусику в желтом», Игристое «для игристой блондиночки», Фирганский мул «для девахи посветлее», Джимлет для … Дальше девушка не стала читать, подняла глаза на свою собеседницу, которая поджала свои и без того тонкие губы еще больше:

— Вот, тебе уже подцепили, выбирай…

— Они что, все уже оплатили эти напитки? — Поразилась Ната.

Олива скривилась еще больше.

— Нет, оплата спишется, когда ты что-нибудь от кого-нибудь примешь.

Ясно, подумала Ната, сворачивая меню стола. С новыми знакомствами тут проблем не будет, что не скажешь про их качество. Опять огляделась. Ну никого приличного поблизости. Бледные хлюпики разных возрастов с разноцветными волосами в ярких вспышках подсветки бара казались еще бледнее. Вон тот за дальним столиком вроде крепыш, вероятно не местный, станционники ощутимо мельче, но нет, лучше бы он не поворачивался. Или это вообще не человек, издалека и не поймешь.

— Ну, и правильно, — неожиданно прокомментировала Олива игнор Натой подвешенных для нее напитков. — Ты же не собираешься менять такого перспективного Вика на кого-то случайного из бара.

Такого перспективного? Это какого такого? Хотя, если сравнивать с окружающими,

Вик еще действительно ничего так. Ната задумалась. Неужели у всех тут еще и рейтинги какие-то есть? Перспективности и востребованности.

Брюнетка же расценила ее молчание по-своему и продолжила.

— Раз у вас настолько строгое соглашение, то наверняка оно автоматом аннулируется при доказанной измене, — и она как-то странно зависла на мгновение, но тут же заулыбалась. — Так что, если уж совсем невтерпёж, будь аккуратна. Ну, ты знаешь… А то заполучить такого как Вик сложно.

На данную реплику девушке нечего было ответить, и их разговор постепенно затухал сам собой.

Всплыла одна давно нудящая мысль.

— А модификанты? — спросила Ната.

— Что модификанты? — отстраненно переспросила Олива, параллельно с кем-то переписываясь через чип. Перед ней уже появилась пара новеньких коктейлей.

— Как к ним здесь вообще относятся? — есть ли у современников Оливы какое-либо пренебрежение к улучшенным людям, или то были личные заскоки Вика?

— Мм? А зачем к ним вообще относиться? Ты, еще скажи, отношения с таким завести, — презрительно фыркнула брюнетка. Кажется, она всё о своем. — Хотя, не спорю, можно приятно провести время разочек-другой.

— А почему отношения завести нельзя? — не унималась Ната. Неужели действительно есть какие-то запреты? В законах что ли поискать или это у местных по умолчанию на уровне межличностных отношений?

Брюнетка оторвалась от своей переписки и с гримасой отвращения уставилась на собеседницу.

— С модификантом? — выплюнула она. И передернула плечами.

Ясно, все же тут модифицированных за людей не считают. Печальненько. Вот тебе и светлое будущее.

— Пойду потанцую, — подскочила вдруг Олива.

Не зовя Нату с собой на танцпол. Вероятно, ей уже есть с кем танцевать. Ната допивала самостоятельно оплаченный коктейль, когда на опустевшее рядом место плюхнулся крепыш из-за дальнего столика. И он действительно не человек. У хомо сапиенса же не может быть таких шипастых пластинок на лице. Бррр…

Массивная рука плюхнула перед Натой бокал с цветным коктейлем, так громко стукнув дном об столешницу, что девушка побоялась, вдруг посуда лопнет прямо перед ней.

— Мул. Забористо. Тебе.

— Спасибо, не надо.

— Отказываешшшь, девахха? — широкий «красавчик» качнулся в ее сторону, издав еще какой-то хрюкающий звук.

У него проблемы с дыханием или что это было? Ната некстати вспомнила соседского мопса из прошлой жизни, который вот также постоянно подхрюкивал из-за своего носа, собранного природой в складки. У сидящего рядом инорасника не складки, а выпирающие пластины в том месте, где у нормальных людей нос. Однако звуки такие же. Или может просто у мужика насморк?

Неужели она действительно хотела вблизи рассмотреть инопланетников разных да еще и пообщаться с ними? Дура! Ей и общения с аутами уже хватило, больше не надо. А от этого типа теперь как избавляться? Ната чуть повернулась в сторону, оглянулась. А охрана в баре есть, если вдруг конфликт возникнет?

— Сразу надо предупрежждать, — выдал вдруг настойчивый кавалер, обращаясь почему-то к Натиной шеи. По крайней мере, его взгляд туда прикипел. Или у мужика еще и косоглазие к тому же?

Встал и быстренько потерялся. А это что сейчас было? О чем она должна была предупреждать? Ната потерла занывшую шею, как будто внимание к ней инорасника на самом деле натерло кожу физически.

Пока новые ухажеры не слетелись к одиноко сидящей девушке, Ната решила сбежать из бара. Тем более, что Олива уже где-то пропала, видимо отдаваясь своей личной жизни. Домой идти не хотелось, мужики наверняка дома. Ни своего партнера, который вдруг решил поревновать ее, ни тем более нового соседа, так грубо флиртующего, ей видеть не хотелось. И чего они все активировались разом? Пойти в парк? С надеждой, что Кранс туда не заявится.

Но надежда не оправдалась. Едва успела Ната дойти до своего излюбленного места с пуфиками под прозрачным куполом, как рядом бесшумно материализовался Зеленый. Который тут же молча стиснул ее в своих медвежьих объятиях, вплющивая в плотную ткань плаща.

— Задушишь же… — прошипела девушка, даже не пытаясь вывернуться самостоятельно.

Кранс отпустил ее из объятий, но тут же ухватил, чтобы приподнять повыше и повести носом около нее.

— Ты опять меня обнюхиваешь?! Я не разрешала!

— Крионскау не спрашивают, — повторился парень. — У людей еще и память плохая? Или слух?

— У людей хорошая избирательность на то, что они хотят слышать и помнить, — набычилась Ната. — Поставь на место.

— Приятно пахнешь, — ответил Кранс, тем не менее возвращая ее на землю.

— И раз я уже слышала, что вы не спрашиваете, то лучше расскажи что-нибудь новое для меня о крионскау. Ну, не секретное, конечно.

Парень усадил ее на поляну, в кучу собранных подушек, устраиваясь рядом и опять втягивая ее в свои объятия.

— Могу рассказать о хвосте.

Ната замерла.

— Вот об этом, пожалуй, не надо. Это же нельзя!

— Тебе можно.

Что за новости такие?

— Но я же не…как там… не из твоего первого круга, так? Или ты вначале просветишь меня, кто такие духовные сиблинги?

— Это не твой случай.

Он же ей сейчас ни на что опять не намекает?

— Ну, так ведь других подходящих случаев там больше нет. Я ж тебе кровной роднёй вдруг не стану.

— Можешь стать половым партнером, — раздалось над ухом.

Да что все вокруг в последнее время озабоченные какие-то? Чего пристают к бедной Нате? У нее похолодело внутри. Как Зеленому объяснить, что она в принципе не собирается рассматривать его в качестве ухажера? И дело не в том, что она воспринимает его мальчишкой, хотя он прожил дольше нее, да и называл уже себя мужчиной. И может даже не в мыслях о последствиях того, что крионскау «забирают себе целиком и полностью» желаемое.

— Вот теперь мне действительно страшно. — Это она вслух сказала?

Забулькал. Опять, гад, смеется.

— Но это не смешно! — Она попробовала извернуться в его лапах, чтобы заглянуть ему в лицо. — Ты же даже не человек!

Вывернуться не удалось, в поле зрения были только его крупные зеленоватые руки.

— В смысле ты… другой. Совсем другой. Так что, пожалуй, я ничего не хочу знать о… — замялась, сказать «твоем» это ж совсем категорически послать, вдруг опять обидится? — …ваших хвостах.

Парень помолчал.

— Тебе помешает, что я другой? — все же отозвался.

— Конечно!

И что это вообще за разговоры, намеки? Неужели парни были правы, и Кранс реально к ней подкатывает? Подкатывает как… парень? Но он же инопланетянин! Как можно вообще думать об их отношениях более чем дружеских?

Воцарила недолгая пауза.

— А, это ваш человеческий расизм….

— Что?! — Возмутилась девушка, опять выворачивая шею, чтобы заглянуть назад. — Я не расистка!

— А как у людей называется, когда они отвергают других из-за непохожести на себя по каким-то признакам, порой надуманным?

— Ну, знаешь ли! И …. и… ты вообще относишься к совершенно другому биологическому виду! Вряд ли это можно назвать надуманной причиной.

— Наши расы физиологически совместимы, — обронил Зеленый.

Это то ей зачем знать? И чем ей крыть?

— Настолько, что даже может быть общее потомство? — ха, такое то вряд ли возможно. Так что пусть отвалит уже.

— При определенных условиях может.

Ну, пипец… надо срочно менять тему.

— Ээ… Но ведь наши расы воюют!

Промолчал. Вот интересно, что действительно привело к изначальному конфликту? То, что было написано в сети, мол, территориальные распри — да кто в это поверит? Космос слишком большой, на всех хватит, а те планетки, на которых все началось, да там даже ничего ценного не было.

— То есть мы настолько несовместимы …психологически? — продолжила гнуть свою линию девушка. А что еще можно придумать?

— Теперь я в этом сомневаюсь, — отозвался Кранс.

Ой-ёй. И как ей от него отделаться?

— Я хочу домой. Сейчас.

— Спи, — притянул к себе еще ближе.

Достал уже! Какое право у него командовать? Чертов крионскау.

— Я. Хочу. Домой. Сейчас же.

— Ты нашла координаты дома?

Ната опешила. Координаты дома. Земли. Или ее времени. Она обсуждала возврат в «тот дом» со Старшим Зеленым, так, получается, Кранс тоже в теме их договора?

— Нет, не нашла, — вздохнула она.

Помолчала и добавила:

— И у меня даже мыслей нет, как еще искать.

— Если не можешь найти вход, надо искать выход.

— Что? — Про что это он сейчас?

— Если ты не можешь найти вход в свой дом, то хотя бы ищи выход оттуда, где не твой дом.

Логично. Наверное. Но все равно не понятно. В смысле надо искать выход со станции? И куда ей лететь потом?

— И как искать выход?

Инопланетник пожал плечами. Опля, у него она раньше не замечала таких человеческих жестов.

Ната подняла взгляд наверх, к окошкам на потолке, где ей подмигивали звезды. Вернется ли она когда-нибудь домой?

Или все же придется оставаться тут и …искать себе нового мужика в этом пространстве и времени? К сожалению, выбор нормальных кавалеров на их отдаленной орбитальной станции маловат. Нет, Кранс — нормальный парень, в смысле как личность, но рассматривать его в качестве парня, в смысле, как своего мужчину? Да нет, это слишком! И нет, никакой это не расизм. Это же совсем другое!

Местные жители даже к модифицированным людям еще хуже относятся. Хотя те тоже люди, только чуть иные. Модификантам нельзя посещать многие «цивилизованные» планеты, точно как в Америке в середине 20 века людям с цветной кожей, уже не рабам, все равно нельзя было посещать разные «цивилизованные» места для белых. Да и прочее отношение к модифицированным какое-то брезгливо-снисходительное. Тот же Вик как не по-человечески относится к Азату, хотя тот при желании может его одним пальцем прищелкнуть. Но не делает этого. И почему терпит такое отношение к себе?

Так может в этом все дело? А что если расизм — это всего лишь способ несилового управления другими? А как еще можно управлять людьми, которых удерживать только физическое силой не получится?

Стоп, куда-то она уже далеко в философию забрела. Лично для нее, модифицированные люди, все же люди. А вот разумные представители иных видов, инопланетяне, — вот они то точно не люди! То есть в техническом плане они же не люди на самом деле! Ну и что, что разумные. Но ведь совершенного другие! И вычеркивать такого разумного из возможных кандидатов в свои парни — это расизм все же или не расизм?

У нее нет ответа на подобные вопросы.