Наномашины, Кошмар Академии! Том 10

Глава 9

Ой, что-то плохо стало… ох… не к добру это… ох…

«Когда от твоей невестки дети срут в штаны — к беде»… есть такая примета.

— Чего такое? — говорила девочка, — Коллективно влюбились? Ха-ха, польщена! Но не стоит — у меня одно сердце, на всех не хватит.

Хмурые морды Кати и Суви стали ещё хмурее. Я же ещё более… офигевшим, что ли.

Это… это и есть та самая дочка Виктора Князева? Лунасетта «Что-то там» «Что-то там» Князева⁈ Вот ОНА⁈

Йоооооомайо…

До чего же она необычная и привлекательная!

Её волосы и кожа… да оно все белое! Волосы словно снег — такой цвет и крашенным-то выглядят привлекательно, а тут прям видно, что это натуральный цвет! Кожа — она не бледная больная, она именно белоснежная, как от природы, так и, судя по зонтику, нелюбви к загару. Словно чистый античный мрамор!

А глаза? Они же не просто голубые — у неё от края радужки к центру разные оттенки, от аквамаринового до небесно-голубого!

У Князева общеизвестно одна дочь и две жены, и от какой именно эта дочь непонятно, но лицом она явно в том числе и в отца. Виктор он… ну будто точёный. У него скуластое островатое лицо, прямо модельное. У этой девочки же точно такое же — оно будто… вырезано из мрамора, не знаю, будто создано искусственно, чтобы быть в меру необычным, в меру фактурным, но не слишком, чтобы остаться объективно красивым.

Это явно не типаж Кати, и уж точно не Суви. Катя русская красавица, Суви милашечка кореянка. Это какая-то… не знаю, инопланетная француженка, чёрт его знает. В ней есть что-то… нечеловеческое будто. И это в хорошем смысле.

Пууууууу… пупупупу…

И знаете что интересно? Мы ведь выглядим, ёмаё, едва ли не как брат с сестрой — беловолосые голубоглазые, вкусно воняющие скулатые фактурные дети!

— А мы оказались похожи, Михаэль Кайзер, — улыбнулась она, прокручивая зонтик, — Будто две части одного целого. Забавно… не так ли? Судьба свела?

— Миша, ты её знаешь?.., — хмуро спросила Катя.

— Уже ревнуете? — Лунасетта перевела задорный взгляд на Синицину, — Рановато.

— Ха? — задрала Катя бровь, которая тут же дёрнулась, — Это ты что имеешь в виду⁈

Я начинаю чувствовать что-то не то. Не только явное раздражение сразу ДВУХ девочек за спиной, — что страшнее захвата Бездны, — а сколько…

Да не знаю! Просто не понимаю!

Это же принцесса целой страны! Она опасна как минимум из-за родословной, ей открыто противостоять будут только отбитые. Но! Здесь явно… ЯВНО что-то большее. Её одноклассники прямо в ужасе. Но если бы она была маньячкой — весь бы мир знал, что она тиран и забияка. Но не знают ведь!

Лунасетта это какой-то очень, ОЧЕНЬ тёмный лес. Или шкаф с десятком скелетов, и далеко не только людских. Но главное… главное-то при этом… она ещё и девочка!

Драный рот, это же прямо в моём вкусе! Проблемы и красота! Грыаааааа! Отрежьте мне письку, отрееееежьте! Я уже понимаю, что она приведёт меня туда, куда бы я не пошёл под дулом пистолета!

«Рой, есть мысли? Я таких людей ещё не видел. Даже Вивьен при схожих повадках таких ощущений не вызывала».

«Не могу ответить. Не нахожу причин. Я сразу начал сравнение с Зайкой, но начальный высокий процент соответствия быстро снизился до минимума. Цвет глаз иной. Голос не сравнить — Зайка его меняла, он у неё двоился и искажался. Рост не сравнить из-за маски. Недостаточно данных».

Честно говоря, тоже на Зайку подумал. Есть у них что-то общее маньячное такое. Но ведь ноль доказательств! Зайка скрыла свою личность и внешность очень хорошо.

И тут я кое-что понял.

— Так, стоп. Откуда ты знаешь моё…

«Бз-з-з-з», — раздался звонок, прерывая мой вопрос.

Князева подняла небесно-лунно-голубые глаза и вновь улыбнулась.

— Пора бы вам возвращаться. Наругают ещё, — прокрутила она зонтик, шагая по классу.

И в подтверждение слов я слышу шаги за спиной — типичный звук каблуков училки.

Хочу догнать, хочу спросить! Но понимаю… мы же всё равно ещё встретимся. Была бы это просто красивая ученица — чёрт бы с ней, спросил бы. Но это же Князева. Мы в любом случае уже переплетены, не факт что надолго, но судьбы мимо не разойдутся.

— Кхм, господа, дамы, — услышал голос немецкой учительницы, — Классом не ошиблись?

Я оборачиваюсь и мало того, что вижу учительницу, так и вовсе всех оставшихся моих друзей, плюс Теодора, плюс Святослава Русова, которые видать поплелись следом, но с задержкой.

— Да, уже бежим, — хмурюсь я, — Извините.

— Бегом-бегом! У нас строгие правила, если вы не знали!

Я киваю и уже делаю шаг. Уже ухожу. Уже откладываю этот головняк на потом!

Как…

— *Тик. Тик. Тик*, — Лунасетта издала невероятно похожий на Судьбу звук тикающих часов.

Та же интонация. Тот же звук. Та же периодичность! Когда люди изображают часы — он изображают их иначе! Звучит это иначе! Но она… она…

Она знала, КАК изобразить тик грёбанного Порядка!

И я пытаюсь повернуться, но вставшая в проходе учительница со строгим лицом перекрыла и вид, и желание что-либо делать дальше. Сейчас она уже шутить не собиралась — если не уйду, то будут проблемы.

Тц. Да чёрт!

Ну, а вот это уже заявочка.

«Что-ж… вот и знакомство. Вот и долгожданная дочка Виктора…», — я хмурюсь, разворачиваюсь, и наконец шагаю в сторону нашего класса.

— Миша, ты куда делся? Да так незаметно! — подошёл Максим.

— За юбкой готической он побежал, мужлан! — зашипела Катя.

— Опять?

— «Опять»⁈ — Катя такого не ожидала и опешила ещё больше.

— Максим… да заткнись ты, — вздохнул я, — Нет, просто ощутил что-то странное. Думал случится там что. Есть у меня интуиция.

— Альбиноска там с приданным случилась! Как маньячки-принцессы так интуиция у него, а как вот рядом под носом… ай, гр-р-р!

Мы зашли в класс и сели. Катя не сводила с меня крайне злого взгляда, будто ожидая какого-то признания. Суви же просто хмурилась, рассчитывая как раз на Катю, что это она из меня что-то выудит.

А что тут выуживать?

— Да не знаю я её! — взмахиваю руками, — Впервые вижу.

— А вот она тебя знает!

— И мне тоже интересно откуда… — пробубнил я задумчиво, — А вот где ТЫ пропала на десять минут — наверное не особо, — намекаю я.

Катя фыркнула. На том и закончился наш спор — на недоговорённых тайнах, и очередных секретах, портящих доверие. Снова мы с Катей начинаем медленно расходиться. И снова… из-за Теодора и их интрижек…

Точнее, я так думал.

Урок начался, и спустя двадцать минут мне в голову прилетает комочек бумаги. Сначала я смотрю на Катю, вижу как она не обращает на меня внимания, и разворачиваю записку.

'Теодор клеился. Я отказала раз и навсегда. Если чё.

А вот ты дурак'.

И я, неожиданно для себя выдохнув, с ухмылкой повернулся на Катю. Та со скучающим видом смотрела на доску, подпирая подбородок кулачком, хотя очевидно, что такой аккуратный почерк может быть только у неё. Не Теодор же записку швырнул.

«Что-ж…», — я снова выдыхаю, ощущая как падает груз, — «Поживём ещё»

Ну… тогда не такой уж и плохой день.

Теперь можно расслабиться и наслаждаться первыми сутками в Академии. Теперь уже полноценно.

Ура.

Удивительно, но больших перемен здесь аж несколько: после второго урока, третьего и шестого. Исследование типа показало, что первый урок нужен на разгон детских мозгов, а потому второй и третий — это основные тяжелые занятия.

Поэтому и полноценно жрать в столовке тут можно два раза.

— Уо-о-о-о-о, крутя-я-як! — вскинул руки Максим, — Еда! Мы будем кушать!

— Он из бедной семьи? — аккуратно уточнил Святослав.

— Из очень богатой… — вздыхаю.

Святослав оказался шарящим чуваком! Знаете, нам в целом-то непривычно разговаривать с чернокожим, а тут ещё и на чистом русском. Да это же вообще прикольно! Как можно быть расистом⁈ Святослав крутой чувак!

Странный, правда. Он немногословный, но крайне экспрессивный. Это как если бы у Безымянного были эмоции. Странное сочетание. Но как человек он вроде хороший — показывает всё нам, рассказывает.

— Еда тут для всех и одинакова, — говорил он.

— А чего она такая маленькая?.., — мы нахмурились, заходя в мелкую тесную столовку.

— Она бесконечная.

— Чо?..

— Она вытягивается по мере необходимости, — коротко поясняет Святослав, — Зачем уборщицам убирать лишнюю пыль? Пространство нк нужно — академия его обрезает. Мы вот подошли — вон стол появился. Быстро начнёте это замечать.

Мы с друзьями переглянулись. Затем глянули на ещё подошедших людей, и вдаль столовой. И там реально откуда-то взялся стол!

Йопарисете…

— Готовит здесь команда под кураторством самой Мари-Антуанетты. Если знаете кто это.

— О нет… — меня бросило в пот.

Что-то аппетит пропал.

Ну, еда тут примерно в том же амплуа, что и у нас — шведский стол. Только тут отдельные эти столы: по культурным причинам. Многие индусы шли только к вегетарианской раздаче, например. Зато вот сам зал, как и вся академия, обставлен в античном стиле, но с явно реконструкцией и технологичностью — кухня здесь явно видно современная, зато столы деревянные, а пол мраморный, но тёплый!

Мы решили сильно не наедаться: Суви пять дессертов, Максос шесть лобстеров, а у остальных проблем с желудком нет. Катя вот бургер взяла. Ела, кстати, забавно — как птичка кусала, аккуратно и по-девчачьи.

— А ты как давно здесь? — мы не отставали от Святослава, чему тот был только рад.

— Второй год.

— И как впечатления?

— Компании маловато. Разные культуры, много важности, — пожимает он плечами, жуя пельмени, — И сложно. Тяжёлая программа.

— Да вроде не очень, — переглянулись мы.

— Это вы на следующем уроке не были…

А следующий урок… магическая формульная теория. Тот самый «основной». Таких здесь от двух до трёх в сутки. Чтоб вы понимали, алгебра и геометрия здесь НЕ считаются сложным предметом.

О, и интересный факт! Подготовительной группе, то бишь нам, детям… тяжелее, чем студентам! Почему? Потому что здесь студенты могут выбирать, что учить. Они выбирают большую часть занятий, и не ходят туда, куда не хотят. Основные есть, да, тот же этикет пару раз в месяц, или повторение математики, чтобы не забыть дроби, но они почти всё вы-би-ра-ют.

Дают ли детям выбор? Конечно! Например, как часто плакать. Потому что нас шпыняют ВАЩЕ ВЕЗДЕ. ПО ВСЕМ сложным программам!

— Шлёёёёёпаный рот… — Лёша Никифоров схватился за голову, когда увидел пятиметровую доску ВСЮ исчерченную формулами.

Лёня Морозов встал с открытым ртом, как и его подружка Лиза. И если даже ботаны в шоке — остальным лишь молиться.

А когда урок начался… ну, это «писец». Только с «д».

«Рой… Рой помоги, мне страшно!», — затрясся я, увидев задание.

«Мне нужно время»

«КАКОЕ ВРЕМЯ⁈ ТЫ СУПЕРКОМЬЮТЕР!»

«Время…»

Всё, конец. Отпевайте русских дебилов.

Ха… ха-ха-ха! А я ведь хотел записками побросаться с девчонками и друзьями! Балду попинать! Пха… пха-ха!..

У меня нервный смех! Это абсурд!

— Я ничо не понимаю… — пропищал Максим.

— Смолцев, у вас вопросы? — спросил старенький учитель практической магии, — Не понимаете коэффициент ширины энергоканала на выход в минусовой температуре? Вам повторить? С какого момента?

— Я даже с первого ничё не понял… — пищит он, вот-вот заплача.

Суви уже давно даже не пыталась включиться, она просто рисовала человечков на бумаге, а Катя сидела со взъерошенными волосами и безумными глазами, глядя на тетрадку. Она погрузила коготки под корень волос, и похожа на безумную ведьму, кропящую над исследованием.

«Мда-а-а, ёпта… теперь понятно, почему такая текучка», — я почесал голову.

Справедливости ради, нас и не готовили с рождения к программе Академии. А она не особо-то и секретна. Но! Это всё равно абсурдно сложно!

«Пользователь, я решил!», — гордо сказал Рой.

«Молодец. Только мы уже на другой теме»

— Катя… тебе помочь? Если что я… — услышал я шепот Теодора.

— Отвали, не мешай! — процедила она, зачёркивая очередную формулу.

— Ну тогда готовьтесь к позорному исключению через полгода, — едва не сплюнул он.

Я на него глянул. Эй, ты не путаешь там с тоном? Но вместо привычного страха я увидел… ухмылку в ответ. Наглую такую, желчную, полную удовлетворения от чужих неудач. Теодор действительно меня не боится — он готов скалится мне прямо в лицо. Слабоумие и отвага, очевидно. Но это может стать проблемой.

Прозвенел звонок, и с концом урока вся магия интересной мистической школы полной чудес улетучилась.

Это же грёбанная магистратура. Маг-фак.

— Я думал… мы на мётлах летать будем… зелья делать… — прошептал Максим, — ДА КАКИЕ НА УРОКЕ МАГИИ ФОРМУЛЫ-ТО⁈ ГДЕ ВЗМАХИ ПАЛОЧКОЙ⁈

Его возмущения услышали одноклассники, и пара девочек хихикнули с забавной истеричной реакции. Он тут же обернулся как бешеный варвар на запах женщины, на что англичанки испуганно спрятались в телефонах.

— Ну, зелья варить правда будете… если пойдёте на эти допы, — услышали мы голос нашего проводника.

— Ярослав спасаааай! — заныл Лёша, — Как нам выжить? Ну тут же НИКТО ничего не понял! К-кому заплатить! Я куплю мозг!

— Тебе не поможет… — пробубнила Катя.

— Ты сама ничего не поняла!

— Мне поможет. У меня есть шансы.

Наш чернокожий приятель задумался, взяв минуту на раздумья. Мы терпеливо ждали… ждали… ждали…

— Скорее всего вас исключат, — выдал он.

— Ну йооооптваю… — мы махнули руками.

— Меня изначально сюда планировали отправить, я с детства готовился. И то тяжело, — вновь задумывается он, — Тут либо так, либо гениальность, — смотрит на наши тупейшие мокрые глаза, — Ну… либо удача.

Слышу ухмылку. Голоса, появившиеся прямо в голове.

«Идиот»

«Чудак».

Два мысленных воззвания со стороны. Я поворачиваюсь и вижу, как Теодор и Иоганн стоят в углу возле окна и, даже не смотря на нас, о чём-то разговаривают. Хотя очевидно о чём. Даже о ком. И даже легко понять, для кого я «идиот», для кого «чудак».

Значит всё-таки друзья…

Два друга с двумя проклятыми мечами, способными сделать из них безбашенных могучих психопатов. Ситуация становится хуже.

Ещё я чувствую от одного из них гнев в мою сторону, но думаю можно не гадать от кого. Как и не обращать на него внимания.

— Не обращай внимания, Мих, — вдруг я услышал тихий голос Лёни, — Злорадствуют. Идиоты.

Он видать тоже что-то услышал — ближе к ним сидит же, у окна.

Я глянул на друга. Хоть он и не подаёт виду, но, наверное, ситуация задевает его больше всех. Мы то что? Мы все богатые аристократы. Исключат через полгода — наша жизнь только легче станет.

Но не его. Это — его шанс подняться на вершину и утянуть туда сестрёнку.

Его шанс выбиться в люди.

— Миша… — услышал я Катин голос.

Поворачиваюсь. Девочка сидела взъерошенная, и, судя по усталому взгляду, явно махнувшая рукой на идею всё это выучить.

— Надо ещё. Не вывезем, — тихо говорит она, чтобы услышал только я.

— Ага. Надо… — вздыхаю.

Она кивает и отворачивается. Удивительно, но Катя не захотела присуждать себе авторство этой идеи! А могла бы во всеуслышанье предложить, и все бы согласились, и она бы поднялась в их глазах! Но нет — сказала тихо и только мне, чтобы лидером и центром остался именно я.

Интересно…

Правда я и сам это понимал — не вывезем без ноотропов. Я-то смогу, остальные, даже ботан Морозов и его суженная — нет. У нас форы в подготовке с пелёнок не было.

— Друзья! — поднялся я, привлекая внимание, — Отставить панику! Учёба сложна. Но никто и не ждал, что будет легко!

Все переглянулись.

— Ну, я ждал, — говорит Макс.

— Я тоже, — кивает Лёша.

— Думала только подготовка сложная… — пробубнила Лиза.

— Так, ёшкин кот, команде слова не давали! — я начал расхаживать, — Академия оказалась сложной. Я вижу, что вы запаниковали. Некоторые из вас искренне не хотят исключения, хотят веселья всей компанией, и навсегда запомнить времена молодости! Вы боитесь, и я это вижу. Но! Мы не позволим каким-то уравнениям сломить нашу волю! Мы всегда забивали на них болт, забьём и сейчас! — сжимаю кулак с лицом полным решимости, — Не бойтесь! Знания нам не грозят! Они нас догоняют, но мы будем быстрее!

— Командир товарищ Кайзер, но как мы решим этот академический кризис⁈ — Максим отдал воинское приветствие.

— Всё просто! — хмыкаю, — Мы продолжим употреблять!

— Ура-а, зависимость! — захлопала Суви в ладошки.

— Мы победим программу академии. Мы не позволим каким-то скучным и ненужным формулам испортить веселье и вкусную еду в магической столовке! Друзья, идите за мной, и нас ждёт победа! Как и всегда!

Все уверенно закивали. Сомнения и страх перед уравнениями медленно ослабевали, уступая твёрдому взгляду в будущее!

— Святослав, ты с нами⁈ — протягиваю я руку, — Ты будешь употреблять⁈

— Это потому что я чёрный⁈ Нет, на вас посмотрю для начала.

Я пожимаю плечами. Ну как хочешь.

Конечно же дети продолжали на нас смотреть, особенно Иоганн с Теодором, но мы уже привыкшие. Только Катя у нас стыд ловила, но она и новенькая.

Дальнейший учебный день мы провели в режиме сохранения энергии, разве что конспекты писали — всё равно ничего не поймём! Зато ходили заедать стресс ещё два раза. И всё же, Мари своё дело знает!

В это время Святослав продолжал нам пояснять местные устои.

Например, такой вот кошмар здесь на самом деле не всегда. Ага! День через день. Между ними… кошмар чуть полегче! Ведь хоть детей и заставляют ходить на всё основное, но Академия это в первую очередь аналог университета, а в университетах ты же не ходишь на вообще все лекции и факультативы, верно? Так и тут — даже детям дают выбирать занятия. Что мы, не студенты? Мы просто маленькие!

— Вы через неделю уже должны выбрать, — говорит Святослав.

Он показал, где в приложении Академии это можно смотреть. Да, у Академии своё приложение на телефоны. Там же и личный кабинет, и список занятий, и заметки учителей. И, увы, электронный дневник. И увы, доступ к нему и у родителей. Ну и моего деда в том числе.

Так вот, занятия. Это важная штука! И их тут много!

— О, магическая информатика! — вскинул брови Лёша.

Мы встали в коридоре и начали изучать список. Некоторое было закрыто, например некромантия. Но основные-то на месте!

И тут… ну, друзья, Академия то не просто так топовое заведение!

— Блин, аж глаза разбегаются! — Лиза выразила наши мысли и поправила очки, — А у меня их четыре.

Угу… выбора ну ПРОСТО дофигища!

Информатика — программирование — техномантия. Легко!

Военное дело — теория боевой магии — секция дуэлянтов. Есть!

Культурология — психология влияния — политическое дело. Для настоящих подлецов!

Ну типа, глядя на это ты понимаешь, что кроме Академии тебе больше никуда и не надо. Учишься и не вылетаешь — получаешь все знания на мировом топовом уровне. Конечно, в теории ты их же получишь и в столицах, но это будут разные университеты разной направленности. Здесь же… всё в одном месте. С лучшими учителями, своими кинотеатрами под боком, развлечениями, общежитиями и лучшей кухней!

И на занятия здесь ходят ВСЕ. Теперь, зная о принципе обучения, ты реально замечаешь как студенты перебегают из класса в класс, и у некоторых даже видишь логику. Из класса целительства очень часто бегут в класс магии призыва!

Или вон, видите группу девчонок и ушлого смазливого пацана из класса танцев? Сто процентов пойдут в класс актёрского мастерства или высокой моды. А пареньку то это нафиг не упало, но… там ведь дееевочки!

— Подписка на полгода. Потом можно сменить. Но не советуют, — закончил пояснять Святослав.

Мы все хмурились. Пупупу…

Блин, а вот это тяжело. Хорошо, что на полгода, можно попробовать, пока молодые, но ведь желательно не менять — надо раз и навсегда, совершенствоваться!

А выбрать хочется много! Всё звучит вкусно! А ещё бы хотелось и с друзьями ходить, что, увы, невозможно — мы же разные люди с разными интересами. Пересекаться может и будем, но далеко не всегда.

— Миша, ты куда пойдёшь? — подошла Суви, пока остальные были погружены в выбор профессии.

— Пока не определился. А ты?

— Ну я тогда тоже, — пожала она плечиками.

Я нахмурился.

Ой, да ну нет. Только не говорите, что Суви просто запишется куда и я!

Не, так не пойдёт. Я беру Суви за эти же маленькие плечики и отодвигаю в сторону, на что у азиатки округлились глаза.

— Суви, послушай. Серьёзно послушай! — надавил я, отчего девочка даже напряглась, — Я понимаю, тебе оно всё, в общем-то, и не надо, ты здесь за компанию. Тебе по барабану ну эту учёбу, на эти серьёзные выборы, ты плывёшь по течению. И что ты хочешь быть рядом, тоже понимаю! — я смотрю ей прямо в глаза, — Но ведь ТЕБЕ жить с этим дальше!

— Одной?.. Без… тебя? — тихо спросила она, от переживания водя глазками.

— Ну… не… не факт! Ну точно не одной!

— Ну тогда я возьму то же что и…

— Но ведь это ТВОЯ жизнь! Нельзя быть приданным человека! Нельзя быть его хвостом! — хмурюсь я, — Ты — отдельная личность, отдельный маленький человек! Нельзя же… просто жить, чтобы кого-то ублажить…

Суви здесь из-за меня, и пойдёт за мной и дальше. Но это неправильно! Я не хочу, чтобы она жалела о выборе своего пути! И кто будет ответственен, что не объяснил это маленькому невдуплёнышу? Кто мог спасти ей грёбанную жизнь, но решил забить?

Я искренне не хочу, чтобы такой интересный человек просто становился моим придатком. Фанатизм Мари меня совсем не привлекает. Я ведь зависим от адреналина и ощущений! И… ну, девушка без личности — не лучше руки. Тоже часть тебя. В чём интерес встречаться с рукой? Только временно, пока реального человека не нашёл.

Не надо оно мне…

— Дурочка. Никому не нравятся куклы без мозгов. Привлекает красота. Влюбляет — вот это, — и тут… из неоткуда возникает Катя, нагло тыкая кореянке в лоб, — Понимаешь хоть? Или не бум-бум вообще?

Суви нахмурилась, явно начиная шевелить мозгами, а я удивлённо посмотрел на Катю. Видно, что делает она это с неохотой, будто переступая себя, но… блин, делает же.

— А ты чего уши греешь? — спрашиваю.

— Ты забываешь мои таланты и увлечения, Мишенька.

— А ты, оказывается, всё это время была хорошим человеком, — ухмыляюсь, смотря на златовласую девочку, — Это я и правда… упускал из виду.

— Пф, угу… — проурчала она, отворачиваясь, — Альбиносо-люба спросить забыла… это я вообще просто подруге помогаю! Не достоин ты, чтобы девочке жизнь портили!

И ушла, так напоследок и не повернувшись.

Я с улыбкой качаю головой. Знаете… а терапия Кате очень помогла. Может ещё есть шанс быть не просто красивой змеёй, но и хорошим человеком?..

— Катя, я поняла! — закивала Суви.

— Она ушла.

— А… — завертела головой девочка, — Тогда я… ам… тогда я, наверное, что-то сама посмотрю… это же лучше, да?

— Надо быть самостоятельной и уникальной. Это лучше, — киваю.

— Тогда посмотрю, — хмурится девочка и достаёт свой телефон, — Да. Выберу что-нибудь уникальное. Угу…

И взяв огромный смартфон в маленькие корейские ручки, она как солдатик потопала ко всем, что-то бубня себе под нос и активно читая описание каждого норматива.

Я новь улыбаюсь.

Да. Так лучше. Этим вот… ты меня и привлекаешь, Суви. Милых девочек много. Милых булок-невдуплёнышей — только моя мама.

«Господин Квон, вы мне торчите! Одно отцовское благословение», — вздохнув, я киваю сам себе и также шагаю к остальным.

Все активно думали. Нашу идиократию настигло новое испытание, с которым справился пока лишь только отечественный Святослав. Но нам это лишь предстоит.

В том числе и мне.

Выбор специалитетов на ближайшие полгода, что сделают меня несравненно лучше в этих областях.

Пу-у-у…

Ну и что же?

После второго урока.

Иоганн и Теодор встали возле окна.

— Нет, ну ты слышал? Какие никчёмные, особенно их главный идиот, — хмыкает Теодор.

— Больше чудак, — отвечает Иоганн, глядя на зелёный сад.

Теодор хмуро поворачивается на друга.

— Идиот. Он — идиот, Иоганн, — настоял он, — Поверь.

— Ну… тогда, наверное, идиот… — ответил тише австриец.

— Вот так лучше, да. Просто верь мне. Это грёбанный паразит! — скалится Салтыков, держа руку на Миазме, — Это только начало. Этот урод… это жадная падаль… заберёт всё… всё у тебя просто вырвет из рук… — процедил он, — Мы должны его закопать!

Иоганн медленно переводит взгляд на Теодора.

— В каком смысле, Тео?.., — не понимает, — Ну и он же вылетит, нет?

— Ты слышишь что он несёт? Всех подбадривает. Значит наверняка не вылетит. Что-что, но обещания этот урод держит, — хмурится он, — Нет, этот паразит здесь надолго. Мы должны победить его своими руками, иначе он высосет всю кровь, и тогда его не победить. Преимущество у нас! Мы просто… должны его извести… узнать слабые стороны… подготовиться… а затем…

— Эм… Тео… — продолжал не понимать Иоганн, — А разве то, что он нас побеждает не значит, что… ну… может это нам надо становиться лучше? Просто быстрее, чем он. Зачем его-то изводить? Это же… ну… нечестно.

И Теодор… медленно, сжимая кулак, поворачивается на того, кто до этого его всегда слушал.

— Иоганн… ты чё, меня совсем не слышишь?.., — прошептал он с распахнутыми глазами, — Ты хоть понимаешь, что я говорю, м?

Иоганн дрогнул.

Теодор ведь был его единственным другом за всю жизнь.

— Кайзер — болезнь в нашей жизни. Он заберёт всё. Это чудовище хуже дьявола, это ненасытная тварь, которой всё мало, — Теодор смотрел в глаза Иоганна неотрывно, — Ты мне не веришь, так? Он и тебя забирает, да?

— Ч-что? Нет, я не… — перепугался одинокий мальчик.

— Вот видишь? Один день. Всего один день, и мы уже ссоримся! Расходимся во мнениях! И ты думаешь… что он не разорвёт нашу дружбу?

Дыхание Франш-Конте участилось. Он медленно повернулся на Михаэля, который громко говорил речь и никак не мог слышать речи остальных.

— Если хочешь сохранить нашу дружбу — ты слушаешь меня, Иоганн, — Теодор отвернулся к окну, прикусывая ноготь, — Мы его уничтожим. Я знаю как. Мы заставим его поплатиться… мы победим… заставим… заставлю… — зашептал он, — Он за всё ответит передо мной. Я заберу своё… всё заберу… я придумаю как… сначала нужно увидеть всё на что он способен… нужно придумать…