Глава 2


Кирк видел, что его исследовательская команда снова начала разбредаться. Спок, конечно, остался у провалов. Капитан не был уверен, многое ли там можно узнать, но зато он знал, что инстинктам его первого офицера можно было доверять в таких делах. Если кто и знал, как раскопать чего-нибудь интересное, это был Спок.

Кирк оглядел джунгли. К слову об интересном…

Достав трикодер, который он позаимствовал в научном отделе, он приблизился к достаточно интересно выглядевшему растению – дереву с пузырчатыми, похожими на животные, мембранами, пробегавшими зигзагом по коре – и записал ее клеточную структуру – для потомства. Затем он перешел к его соседу – совершенно другого вида, растению, чьи ветви оканчивались широкими метелками красноватых… волос, вот на что это было похоже, особенно когда он развевались по ветру.

Где- то в начале своей карьеры Кирк думал, что исследовательская работа скучна. Через годы, однако, он стал ценить мелочи Вселенной. Не так глубоко и многогранно, конечно, как Спок, но все же.

Кроме того, он терпеть не мог утрачивать навыки, которые приобрел по дороге к месту капитана. Так что, то и дело, при высадке на заинтересовавшую его планету он принимал участие в исследовании – просто для практики.

На этот раз, однако, он никак не мог сосредоточиться на деле. Его мысли то и дело возвращались к подземным толчкам.

Что, если его предположения были неверны и землетрясения были как-то связаны с их прибытием?

Может быть, они что-то невольно потревожили? Нарушили какое-то равновесие? Он снова посмотрел на дерево, которое он сканировал трикодером. Сложно сказать, какие у него могли быть корни, и на какое движение они способны. Он внимательно оглядел другие деревья, окружавшие его.

Если их корни могли двигаться – и сделали бы это одновременно – это произвело бы подвижку в почвенных слоях под поверхностью. Ясно что дальше, подумал Кирк, вот вам и землетрясение, небольшое, конечно.

Конечно, это была только теория. Но он собирался ее проверить до их отбытия. Может быть подкопать землю вокруг корневой системы молодого деревца, с тем, чтобы свести к минимуму ущерб…

Внезапно тишину джунглей разорвал крик. От неожиданности, Кирк на мгновение застыл.

Затем он бросился в направлении, откуда донесся крик. Отбрасывая на бегу ветки одну за другой, он понял, что узнал голос.

Это кричал Оуэнс. И вряд ли бы он стал так вопить, если бы не произошло что-то серьезное.

Когда капитан оказался вблизи провалов, он уже держал в руке фазер вместо убранного трикодера. Нырнув под толстую закрученную ветку, он выскочил прямо на Оуэнса.

– Что случилось? – крикнул он.

Тот повернулся, и Кирк увидел лицо, искаженное ужасом. Он не стал отвечать, а просто указал фазером.

Проследив направление, капитан увидел сквозь ветви деревьев кого-то из команды. Отсюда он не мог разобрать, кто это был, но похоже, что он с кем-то боролся.

А затем, к удивлению Кирка, он взмыл в воздух. Когда он оказался над верхушками деревьев, капитан увидел, что это был Спок – скорчившийся и согнувшийся пополам – хотя непонятно было, почему.

Затем Кирк разглядел бледное длинное щупальце, обхватившее Спока вокруг пояса. Проследив, откуда оно протянулось, он поставил оружие на сильное оглушение и выстрелил.

Красное копье фазерного выстрела ударило щупальце посередине между Споком и дырой провала. Это заставило его слегка отпрянуть, будто от боли, но и только. Напротив, по-видимому, оно сжалось сильнее, заставив свою жертву мучительно застонать.

Слева от Кирка в воздухе сверкнули еще две фазерные вспышки. Одна прошла мимо; другая ударила в щупальце в самой его нижней видимой точке. Как и выстрел капитана, она не заставила создание отпустить Спока.

Вне себя при виде боли, отразившейся на лице его первого офицера, Кирк поставил фазер на максимальное поражение. Он крайне не хотел причинять ущерб существу, у которого, возможно, даже не было мозга, чтобы замыслить что-то против них, но он не собирался отдавать Спока без боя.

К несчастью, в тот момент, когда капитан нажал клавишу фазера, земля вздрогнула под его ногами, заставив его промахнуться. Но это не было просто еще одно землетрясение – это выяснилось довольно быстро. Под пораженным взглядом Кирка земля позади него вздыбилась, будто ожила какая-то природная подземная сила.

Земля лопнула, деревья закачались и попадали, и что-то белое – настолько белое, что казалось даже светящимся – воздвиглось из каши камней, земли и порванных камней. Расправившись, оно поднялось в полный рост – в добрых десять раз превышавший рост человека.

Оно напомнило Кирку личинку – вроде тех, что они детьми выкапывали из земли дома, в Айове. Но эта была огромна, и пока он смотрел на нее, как зачарованный, она расправила ряд щупальцев, длинных и коротких. Щупальцев – таких, как то, что держало Спока!

Прежде, чем капитан понял, что происходит, земля между существом и провалом начала рваться по прямой. То, что появилось из-под земли, оказалось десятиметровой длины толстым и мощным остатком того щупальца, что обхватило Спока посередине. В конце концов, пытаясь высвободиться, оно обрушило вход в пещеру.

– Назад! – заорал Маккой, находившийся по другую сторону от существа. Он старался прикрыть мичмана Каррас, хотя она казалась спокойнее, чем он.

Тем временем, штука с щупальцами подняла Спока высоко в воздух, вровень со своей верхней частью, где начала открываться маленькая розовая пасть. Решив, что она и будет целью, Кирк послал луч фазера прямо в отверстие.

Тварь вздрогнула и подалась назад, послышалась тошнотворная вонь паленой плоти. Но даже луч максимального поражения не заставил ее ослабить хватку. Повернув Спока, она приблизила его не к поврежденному рту, а к одному из маленьких щупальцев.

Потом что-то произошло, хотя капитан не мог точно понять, что именно. Маленькое щупальце, казалось, дотронулось до плеча вулканца, ничего больше. А миг спустя толстое щупальце, то, которое держало его – уронило его на нарушенный дерн.

Может быть, фазерный выстрел возымел-таки наконец действие. Может быть, просто нужно было время, чтобы боль от раны достигла примитивного нервного центра существа. А, может быть, с более нефункционирующим ротовым отверстием, оно просто не знало, что делать со Споком.

В любом случае, тварь не стала задерживаться для объяснений. Когда Оуэнс и Отри рванулись вперед, чтобы подобрать первого офицера, она отступила обратно в яму, из которой прежде поднялась.

Кирк приблизился к краю зияющей дыры, чтобы удостовериться, что тварь действительно ушла, а не отступила на время. На другом краю провала он увидел Каррас, очевидно, она делала то же самое – фазер в руке, как и положено, учитывая обстоятельства. Через несколько секунд капитан решил, что существо в самом деле убралось; он убрал фазер и дал Каррас знак сделать то же.

К этому времени Маккой был уже возле Спока, распростертого на земле, и пытался определить его повреждения с помощью трикодера. Кирк обогнул яму и присоединился к ним.

Как только он приблизился, он увидел, что вулканец дрожал, скорее даже испытывал сильные судороги. Он будто был в жару и лихорадке, глаза широко открыты. И дышал он слишком часто, это было видно по быстро вздымавшейся и опадавшей груди.

Капитан ожидал сломанных ребер, может быть, внутреннего кровотечения. Но не этого.

– Боунз, – выдохнул он, опускаясь на землю рядом с доктором, – Что с ним происходит?

Маккой только нахмурился. Пока капитан беспомощно наблюдал, Боунз достал из своей аптечки шприц для подкожных инъекций, задал нужный состав и прижал устройство к руке Спока выше локтя. Через мгновение послышался шипящий звук и Спок перестал дрожать, хотя по-прежнему не приходил в себя.

Снова задействовав трикодер, Маккой просканировал вулканца. Увидев показания прибора, он немного расслабился. Повернувшись наконец к Кирку, он сказал:

– Что-то попало в его кровь – какой-то яд, который я не могу определить. Он ускоряет жизненные процессы Спока. – он снова повернулся к Споку и еще раз получил запись трикодера, которая, по-видимому, не показалась ему слишком неудовлетворительной. – Пока я не ввел ему седативное, – продолжал он, – его метаболизм в два раза превышал нормальный показатель. Если бы я ничего не предпринял, его сердце в конце концов бы разорвалось.

Внезапно у капитана перед глазами встала картина: как щупальце существа дотянулось до плеча Спока. Он выругался, привлекая внимание Маккоя.

– Боунз, я видел, как эта штука дотронулась до него одним из своих щупальцев… вот здесь… – он указал на соединение шеи и плеча Спока.

Сдвинув ткань одежды первого офицера, Маккой открыл три крошечные отметины, зеленые от запекшейся крови.

– Черт, – сказал он, – Это оно, точно. Так оно и произошло. – Он потряс головой, не отводя сердитого взгляда от ранок. – Джим, я должен поднять его наверх, в лазарет. Мне надо проанализировать состав субстанции, выяснить, что действует на него таким образом…

Кирк молча достал коммуникатор и открыл его.

– Мистер Скотт?

Через мгновение пришел ответ:

– Да, сэр?

– Спок получил повреждения. Транспортируйте его немедленно вместе с доктором Маккоем. Пусть медицинская команда будет готова принять его, когда они прибудут.

В голосе Скотта послышалось глубокое участие.

– Сказано – сделано, капитан

Маккой бросил на Кирка взгляд, будто говоря «только двое?»

– И, Скотти, – добавил Кирк, – дайте Кайлу знать, что остальные тоже вернутся, как только я свяжусь с группой Зулу. – Он взглянул на доктора, в конце концов, эта последняя фраза была произнесена для его спокойствия. – Я хочу быть уверен, что у них все в порядке, прежде чем мы снимемся с места.

– Ясно, сэр, – ответил главный инженер, –конец связи.

Капитан подождал, пока коммуникатор не мигнул, обозначая прерывание связи, и снова задействовал устройство.

– Зулу – докладывайте.

– Все отлично, капитан. Вообще-то, я как раз собирался связаться с вами. Мичман Эллис наткнулась на…

– Не сейчас, лейтенант. Мы выяснили, что являлось причиной подземных толчков – подземное существо, и не слишком покладистое. Мистеру Споку уже досталось, и я не хочу, чтобы это произошло с кем-нибудь еще. Мы возвращаемся на корабль.

– Ясно, – ответил Зулу. – Голос его звучал разочарованно, заметил Кирк. Но что бы там не обнаружила Эллис, это могло подождать.

В это время Спок и Маккой были захвачены переплетающимися вспышками эффекта транспортации. Когда они начали исчезать, капитан бросил последний взгляд на вулканца – теперь, после инъекции, он лежал спокойно, но по-прежнему был в глубоком беспамятстве и неважно выглядел. Если повезет, доктор сумеет найти противоядие прежде, чем он действительно серьезно пострадает.

Затем они исчезли, оставив только ряд отпечатков в мягкой почве, развороченной существом.

Если повезет. Кирк вздохнул.

– Будьте наготове, – сказал он Зулу.

– Будет сделано, капитан.

Кирк ждал выключения коммуникатора, когда он почувствовал, что земля подалась под ним. Он провалился, но только на несколько футов, неловко приземлившись на четвереньки. Оглянувшись, он увидел, что то же произошло с его товарищами. Они осторожно поднимали головы, пытаясь понять, что случилось – и что следует делать.

На добрые десять метров в каждом направлении, включая место, откуда вылезло существо, участок джунглей был смят, хаотичен. Деревья наклонились под странными углами; камни, большие и маленькие, катились к ним, постепенно скапливаясь. По краю участка образовалось нечто вроде баррикады из земли и рваных корней.

– Ладно, – объявил капитан, указывая на периметр участка и

баррикаду. – Двигайтесь отсюда, только медленно. Постарайтесь не…

Внезапно произошла новая подвижка, и ненадежный участок земли, казалось, накренился с одного края, и они, покатились по нему, точно куски пищи на немыслимо огромной тарелке, стряхиваемые в утилизатор. В накренившейся стороне Кирк увидел темную зияющую щель, ожидающую их. Он начал карабкаться в противоположном направлении, стараясь избежать падения в нее. Остальные последовали за ним.

Но им было не за что зацепиться. Вся эта земля и обломки породы подавались, только капитан цеплялся за них, и через миг он почувствовал, что волей-неволей скользит в направлении щели. Краем уха он слышал, как кто-то звал на помощь.

Затем он нырнул головой вперед в темноту. У него было смутное ощущение, что что-то хлопнуло его по макушке, – и сразу после этого земля поглотила его целиком.

Геолог Рон Гросс лежал на животе на крыше административного здания колонии Бета Кабрини и через щель в парапете смотрел на площадь, где налетчики впервые материализовались. Все население колонии согнали как стадо на открытое пространство вокруг временной платформы, возведенной в течении нескольких последних часов.

Все население колонии, исключая, конечно, Гросса и мужчину, лежавшего рядом с ним.

– Что там происходит? – спросил Румиэл Грин, помощник Гросса, у которого не было щели, чтобы смотреть через нее.

Старший пожал плечами.

– Они собирают всех вместе. Уэйн поднимается на помост.

Гросс видел, как администратор Уэйн проследовал через строй вооруженных мерканцев, окруживших деревянную платформу. Он высоко держал голову – не такая простая вещь, учитывая обстоятельства. Должно быть, было так же непросто не смотреть в направлении здания, где, как он знал, Гросс и Грин находились на крыше, в ожидании шанса.

Всего за несколько часов оккупации захватчики убили семь колонистов, не считая тех трех, погибших при высадке. Уэйн заявил мерканцам, что это не может продолжаться. Более того, сказал он, кровопролитие не в интересах захватчиков, оно только ожесточит колонистов и подвигнет на сопротивление. Но если ему будет предоставлена возможность обратиться к своим людям, он смог бы убедить их сотрудничать, к обоюдной выгоде людей и мерканцев.

Конечно, поставить заслон насилию было лишь частью планов Уэйна. Он знал, что если внимание налетчиков будет привлечено к нему, это может дать другим некоторую свободу действий. Он также знал, что за научными работниками колонии надзор был слабее, чем за прочими и что из всех научных работников Гросс имел наибольший опыт работы с подпространственной связью.

Передать геологу сообщение было непросто. Оно прошло через трех или четырех посредников, прежде чем наконец достигло его, и все это под бдительными взглядами вооруженных дизрапторами мерканцев.

Молодой человек нахмурился.

– Как долго нам еще ждать?

Гросс увидел, как Уэйн занял место в передней части помоста. Что бы там ни был за шум в толпе –не слишком сильный благодаря повсеместному присутствию мерканцев – он практически затих, уступив место почти полной тишине. Администратор начал говорить.

– Дождались, – сказал геолог, – пошли.

Подползши на четвереньках к задней стене здания, они оказались у другой щели в парапете. На этот раз в нее смотрел Грин.

– Все чисто?

– Пока что, – прошептал молодой человек.

Но это не означало, что прямо под ними никто не охранял заднюю дверь. С величайшей предосторожностью Грин высунул голову за стену. Мгновением позже, он убрал ее назад.

– Все спокойно, – доложил он.

Теперь предстояло самое трудное – спуститься с крыши и незамеченными проникнуть в здание. Гросс никогда не имел опыта шпионской деятельности. Черт, он и лазить-то толком не умел. И помощник его тоже.

Но они оба знали людей, которых мерканцы убили за пустяк или вообще без причины за последние несколько часов. Один из них был ближайшим другом Грина, и кто знает, кто мог оказаться следующим. Умеют или не умеют, они должны были попробовать.

Перевалившись через стену, старший из двух мужчин повис на секунду на руках. Затем он раскрыл руки и упал вниз. Земля метнулась к нему навстречу быстрее, чем он ожидал, но он приземлился на ноги. Быстро осмотревшись, он увидел, что улица пустынна и перевел дыхание, только теперь заметив, что задерживал его. Выдохнул белое облачко пара, которое через секунду растаяло.

Грин спрыгнул рядом с ним, и его ботинок скрежетнул по твердой, сухой земле, когда он неловко приземлился и пытался сохранить равновесие. Но звук не был таким громким, чтобы привлечь внимание.

Пока что все шло неплохо. Гросс полез в карман и достал ключ от административного здания, который ему передали вместе с сообщением Уэйна. Обычно здание не запиралось, но предводитель мерканцев, по имени Дрин, решил, что все потенциальные возможности неприятностей лучше запереть на замок и поставить вокруг них стражу.

Однако, в данный момент все мерканцы были на площади, слушая Уэйна и следя за толпой. Вложив магнитный ключ в соответствующую щель, Гросс увидел отворяющуюся дверь.

Обменявшись взглядами со своим помощником, он шагнул внутрь. К счастью, на их пути было только одно окно. Площадь отсюда не просматривалась, так же, как и другие помещения здания. Была только закрытая дверь.

Только Грин перешагнул порог, дверь за ним закрылась. В здании стояла глубокая тишина – комфортное, но, возможно, обманчивое ощущение.

– Сюда, – сказал Гросс. Он указал на коммуникационный отдел.

Система была гораздо сложнее, чем те, с которыми он когда-то имел дело. И потом, его опыту работы со связью насчитывалось пятнадцать или двадцать лет, опыт этот был продуктом тех дней, когда большинство планетных исследований проводились небольшими группами, и молодой геолог мог попасть в такую группу, если только он был на все руки мастер. С тех времен он не имел дела с коммуникаторами, а они были значительно модифицированы.

Когда они приблизились к помещению, низко пригибаясь, чтобы не быть замеченными из окна, Гросс понадеялся, что он сможет разобраться в этой чертовой штуке прежде, чем Уэйн закончит свою речь. На карту было поставлено слишком многое.

– Чем я могу помочь? – спросил Грин.

– Просто будь настороже. – Грин обратил внимание к контрольной панели, желая, чтобы он уделял ей больше внимания раньше, до кризиса. Обозначений не было; система была разработана для специалистов. А в колонии такого размера как эта, специалистов было достаточно; плохо только, что все они были сейчас на площади, под строжайшим надзором, и не могли помочь.

Геолог потер свои руки, чтобы согреть их. Они совершенно закоченели там, на крыше.

Хорошо, сказал он себе. Это не выглядит так уж сложно. Совершенно все по-другому, но не обязательно сложно. Все, что мне надо сделать, это активировать ее…

Он нажал включатель аппарата. Тот негромко зажужжал.

… настроить на ближайшую станцию, так у нас будет хороший шанс, что кто-нибудь поймает сообщение вовремя, чтобы отреагировать…

Гросс настроил аппарат для отправки сообщения на Звездную Базу 22. Тут же на мониторе появилось подтверждение того, что тарелка спутника системы на орбите развернулась соответствующим образом.

… ввести сообщение…

Требуется немедленная помощь. Колония захвачена мерканцами под командованием Хэймсаада Дрина. Дело крайней…

Грин так и не закончил предложение. Прежде чем он сообразил, что происходит, Грин схватил его за руку и потащил в ту сторону, откуда они вошли.

– Мерканцы, – прошептал он, расширив испуганно глаза.

Прислушавшись, старший мужчина услышал гортанные голоса – отдаленные, но громкие, так ему показалось, разносящиеся в холодном воздухе. Шли ли они сюда?

Неважно. Он не может уйти – не сейчас. Сначала он должен ввести команду отправки. Даже если сообщение неполное, все равно оно привлечет внимание Звездного Флота. Гросс протянул руку и нажал то, что казалось клавишей «исполнить».

Система отозвалась: ГОТОВНОСТЬ К ПРИЕМУ.

Это была не та клавиша. Он нажал ее снова, снимая команду и стирая ее.

Чертов Звездный Флот! Отчего бы им было не подписать эту клавишу? Может, они снова хотели что-то упростить, и добились только, что все стало гораздо сложнее. А без всяких обозначений…

– Мы должны идти, – настаивал Грин. Его лицо выдавало напряжение и страх.

Гросс потряс головой, пытаясь отогнать мрачные предчувствия.

– Не теперь. Мне нужно только несколько секунд.

Он снова повернулся к контрольной панели, чувствуя себя тупым. До сих пор все было прекрасно. Застопориться из-за того, что не можешь найти клавишу «исполнить» было верхом абсурда.

Она должна где-то быть. Если не там, где он думал, то вот здесь – или здесь. Или здесь.

Снова гортанные реплики, теперь ближе. Мерканцы определенно направлялись сюда. Их обнаружили? И дверь скоро скользнет в сторону, открывая полдюжины этих дьяволов с дизрапторами?

Внезапно Грин двинулся к выходу. Гросс раздраженно прошипел:

– Куда это, интересно, ты направляешься?

Молодой человек переглотнул.

– Наружу. Пусть у них будет пища для размышлений.

Геолог понял. Его помощник собирался намеренно попасть на глаза мерканцев, отвлечь их, чтобы Гросс смог выполнить свою задачу.

– Ты с ума сошел, – сказал он, – Это самоубийство.

Грин выглядел перепуганным, но он потряс головой.

– Не время спорить. Надо идти.

И дверь открылась, и он вышел, и Гросс остался один. Он решительно обратился к насущной проблеме.

Которая клавиша? Которая? Неверный выбор мог стереть сообщение, и ему нужно было бы начинать все сначала.

Он нажал одну клавишу слева. На мониторе появилось: СООБЩЕНИЕ ЗАНЕСЕНО В ЖУРНАЛ

Нет, этого ему не надо было. Если бы мерканцы обнаружили устройство, они бы узнали, что было отправлено сообщение. Нажав клавишу снова, он отменил команду.

Осталось два клавиши. Одна из них должна быть тем, что он искал.

Где- то за дверью раздались громкие тревожные крики. Грин был обнаружен? Они погнались за ним?

Две клавиши. Он должен был выбирать, и немедленно.

Внезапно, не думая, он нажал бoльшую клавишу. К счастью, это возымело ожидаемый эффект: СООБЩЕНИЕ ОТПРАВЛЕНО.

Гросс выдохнул с облегчением. Наконец давши выход своему ужасу, он кинулся к задней двери. И застыл.

Снова крики, более неистовые. Удары ботинок по мерзлой почве. И доносились они с улицы как раз за дверью.

На мгновение он подумал, что он обнаружен. Он почти что чувствовал, как его хватают за куртку, отшвыривают в сторону, поняв, чем он тут занимался. Он уже видел, как на него наводят дизрапторы…

Затем стук бегущих ног миновал здание и начал ослабевать.

«Слава тебе, господи» – прошептал он пустой комнате. В то же время он не мог не подумать о своем помощнике. Не мог не представить его мчащимся по улицам, со сворой мерканских бандитов, догоняющих его –ближе, ближе…

Отогнав эту картину, он взял себя в руки. В конце концов, дело еще не сделано. Если его найдут здесь, мерканцы захотят узнать, что он тут делал. Они найдут передающее устройство и поймут, что он послал зов о помощи. И они будут готовы встретить команду спасателей, когда она прибудет.

Гросс собрался и тронул панель рядом с выходом. Включился механизм, заставляя дверь скользнуть в стену.

Высунув голову на улицу, геолог увидел, что мерканцев на ней не было. Он выскользнул наружу, и подождал, пока дверь за ним не закрылась. Затем он поспешил прочь от административного здания, возможно дальше от передающего устройства, используя по пути все возможности для укрытия. Теперь план был выполнен, только он думал, что Грин будет рядом с ним.

Только он подумал о нем, как услышал крик боли. Он прозвучал где-то поблизости. В одном, может быть, в двух кварталах отсюда.

Конечно, он должен был немедленно бежать в противоположном направлении. Если его помощника схватили, он ничего не сможет сделать для него.

Тем не менее, он двинулся в направлении крика. Если есть хотя бы один шанс, сказал он себе, хотя бы тень шанса помочь Грину вырваться…

У перекрестка он услышал другой крик, с улицы за углом справа. Хотя это раздирало ему душу, Гросс знал, что крик – это хорошо, крик означал, что они еще не убили его. Это означало, что он все еще жив.

Оглянувшись вокруг, удостоверившись, что он сам не замечен, геолог пересек улицу и приблизился к углу. И, глубоко вдохнув, заглянул за него.

Тут же он увидел своего помощника, которого держали двое мерканцев. Они подтолкнули его к третьему, державшему дизраптор.

Балак. Грин узнал владельца дизраптора – это был помощник Дрина.

Балак приблизил свое лицо к лицу Грина.

– Чем это ты там занимался, человек? Что за предательство замышлял?

Гросс знал, что молодой человек не выдержит допроса. У него не было такого мужества. В свое время, он выдаст Гросса и Уэйна и всех, кто в этом участвовал.

Грин, должно быть, тоже это знал. Потому что вместо того, чтобы молить о пощаде, он изо всех сил ударил Балака в лицо. Совершенно ошеломленный, мерканец отшатнулся назад и громко выругался.

На мгновение, Гросс почувствовал удовлетворение при виде крови, струящейся из носа Балака. Затем Балак вскинул дизраптор и разрядил его в Грина.

Тот, казалось, хотел закричать, но не мог, когда небытие в виде яркого света расширилось и обволокло его. Через полудара сердца, от него не осталось и следа.

Гросса начало колотить. Он слышал, что дизраптор делает с людьми, но сам никогда не видел этого. Забыв о том, что нужно скорее уносить ноги, он тем не менее отступил назад вниз по улице, прежде чем кто-нибудь мог заметить его.

Однако ноги его ослабели. Колени будто стали резиновыми. Кое-как он добрался до ближайшей двери, прежде чем осесть на землю. Почувствовав его присутствие, дверь открылась.

Он протащил свое тело внутрь и опустил голову на пол. И в течении какого – то времени – вечности – он слушал свое сердце, колотящееся в темноте.


Загрузка...