Не друзья

Глава 27

Я захлёбываюсь от удовольствия, теряя связь с реальностью. Уши закладывает от собственного крика, перед глазами всё плывёт, и только успокаивающий шёпот Богдана заставляет меня до металлического привкуса крови закусить нижнюю губу. Мы в отеле, не на даче, где нас никто не услышит.

Из груди вырывается протяжное мычание, оргазм плавно стихает. В этот раз он наступает слишком быстро и неожиданно. Хочется ещё. Продолжить. Здесь, дома либо у озера… Неважно, лишь бы ещё хотя бы раз ощутить всё это.

Толчок, ещё один. Шероховатые ладони крепко, до лёгкой боли сжимают мои бёдра — я чувствую, что Богдан вот-вот кончит следом.

Тёплые капли семени обильно покрывают мои ягодицы, медленно стекают по ногам и внутренней стороне бедра. Пошло и в то же время дико возбуждающе. Губы горят, волосы липнут к лицу. В кабинете душно и жарко, несмотря на работающий кондиционер.

— Не двигайся, — произносит Богдан, отстранившись.

Повинуясь уверенному мужскому голосу, продолжаю лежать на столе, оттопырив задницу. Под животом мои проекты и ещё какие-то бумаги Тихомирова.

Сердце колотится на разрыв, а в горле сухо, словно в пустыне. И в голове такой кавардак, будто я под кайфом. Не помню даже, как зовут и какой сегодня день.

Я слышу, как Богдан застёгивает молнию на брюках, щёлкает пряжкой ремня. Затем небрежным жестом бросает на стол упаковки влажных и сухих салфеток и помогает мне привести себя в порядок. Вздрагиваю каждый раз, когда его руки меня касаются, но Богдан молчит и при этом слегка улыбается.

— А ты запасливый, — произношу, кивая на салфетки. — Часто так развлекаешься в кабинете?

— Не очень, — признаётся он.

Я планировала вернуться в офис и немного поработать, но теперь понимаю, что ни черта не получится. Я совершенно без сил, выжата до последней капли. Надев трусики и опустив юбку, застёгиваю пуговицы на рубашке. Нескольких не хватает — они бесцеремонно вырваны Тихомировым. Неужели так сложно было сдерживать себя? Хотя бы немножко?

Опираясь бёдрами о стол, скрещиваю руки на груди. Богдан достаёт из шкафа бутылку воды, включает на полную мощность кондиционер и возвращается ко мне.

— Мысли мои читаешь? — Усмехнувшись, откручиваю крышечку.

— Почти.

Я тут же присасываюсь к горлышку, едва не закашливаясь. Полностью утолив жажду, ставлю бутылку на стол.

Рубашка Богдана всё ещё расстёгнута, поэтому я в очередной раз любуюсь его рельефным животом. Кончики пальцев покалывает, потому что я помню, какой он твёрдый на ощупь. И помню то, что находится ниже — там, куда ускользает тёмная дорожка волос, идущая от пупка.

Богдан застёгивает пуговицы, а я разочарованно отвожу взгляд. Даже полюбоваться как следует не успела.

Он выглядит спокойным и невозмутимым. И ведь не скажешь, что пять минут назад в него вселился беспощадный демон, который терзал моё тело до красных отметин и мелких синяков.

— Что у вас с Тимуром случилось? — спрашиваю, тяжело вздохнув.

— С чего ты взяла, что у нас что-то случилось?

— У него разбита переносица, а у тебя ссадина на брови и синяк. Вы отдыхали в одном ночном клубе. Совпадение?

Он смеётся, закинув голову к потолку и обнажая ровный ряд белоснежных зубов.

— Не смешно, — хмыкаю я. — Детский сад какой-то.

— Ага, детский сад.

Богдан, всё ещё улыбаясь во весь рот, подходит ближе, сокращая расстояние между нами до минимального. Осторожно приподнимает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

— Девчонку одну не поделили.

— Красивую?

— Очень.

Богдан нависает надо мной и коротко целует в губы. Одно касание, а у меня вновь глаза прикрываются от удовольствия. Жаль, что оно не длится слишком долго, но я и не настаиваю.

— А если серьёзно? Тимур говорил, что ты в клубе с девушкой был. Из-за неё, да?

Богдан отстраняется и смотрит на меня, чуть нахмурившись.

— Что ещё он тебе сказал?

— Ничего особенного. Что вы уехали вместе и она тебе понравилась.

Тихомиров закатывает глаза и качает головой. Правда, значит.

В груди неприятно колет при этом. Совсем недавно он сказал, что ни на кого даже смотреть не хочет. Не подумав произнёс? На эмоциях? Или с закрытыми глазами трахал девушку из клуба?

— Я прекрасно помню о нашей договорённости, Богдан, — начинаю, сделав глубокий вдох.

— Дружеский, ни к чему не обязывающий секс? — переспрашивает он.

— Именно. Но мне бы не хотелось, чтобы ты спал с кем-то ещё. Не потому, что я ревную! Нет, вовсе нет! Просто это неприятно и грязно… Хотя ты можешь не соглашаться с моими правилами.

— Хорошо, Светлячок. Я не идиот, можешь не разжёвывать, — неожиданно быстро отвечает Богдан. — Не будет других. И не было. Я вызвал той девушке такси, а сам уехал следующим.

И всё? Вот так просто? Я поверю? Ладно… Надеюсь, таких неловких разговоров больше не возникнет. Я не знаю, как долго продлится наша связь… Месяц? Два? Пока мы оба не насытимся. Но то, что происходит, мне, определённо, безумно нравится. Я не хочу заканчивать.

Обойдя стол, беру оставленную на стуле сумочку и надеваю её на плечо. Поправляю волосы, одёргиваю юбку. Представляю, как я выгляжу со стороны… В таком виде даже в холл выходить стыдно. Кажется, что все заметят мои опухшие от поцелуев губы, смятую одежду и отсутствующие пуговицы на рубашке.

— Мы же на третьем варианте остановились, да? — спрашиваю у Богдана, вспомнив, для чего вообще к нему пришла.

— Да, третий вариант отличный. Мне нравится.

— Хорошо, работай, не буду мешать.

Я медленно прохожу по кабинету ощущая лёгкое покалывание между лопатками. Он смотрит. Чёрт, даже не остановит? Не скажет, приедет сегодня или нет? Я бы ужин приготовила… Всё равно теперь свободна — в таком виде тоно не явлюсь на работу.

— Ты ставки уже сделала? — вдруг спрашивает Богдан, когда я касаюсь прохладной металлической ручки.

Довольно улыбнувшись, оборачиваюсь.

— Пф… Англия, конечно же, чемпион!

— Уверена?

Тихомиров смотрит на меня с лёгким прищуром. Уж не знаю, что у него в голове, но почему-то уверена, что в этот раз я точно выиграю.

— Без сомнений.

— Ну тогда готовься, Свет, — хитро усмехается Богдан. — С тебя ужин, с меня алкоголь.