Небесный всадник. 2 том

Глава 49

— Господин, могу ли я вам помочь?

Едва я оказался внутри, как ко мне прямо у дверей подскочил какой-то мальчишка-слуга, услужливо улыбнувшись.

— Я… — я едва не выдал своё коронное «э-э-э», но удержался. Что, зря что ли меня учили нормально общаться. — Я барон Самсон фон Хертвёрд. Для меня должны были приготовить виверну до баронства Хертвёрд.

Мальчишка ещё раз поклонился.

— Господин фон Хертвёрд, я осмелюсь попросить вас пройти за мной.

Даже осмотреться нормально внутри не дали. А вообще, он просто мог сказать, куда мне идти. Просто не сильно люблю вот это вот всё, когда вокруг тебя все скачут, но, к сожалению, так было положено. Скажем так, субординации между сословиями, и раз благородный, то изволь вести себя соответствующе. Поэтому я просто кивнул, и меня провели до стойки регистратора, будто я был не в состоянии сделать эти десять шагов самостоятельно и наверняка заблудился бы.

Там стояла довольная приятная девушка, которая встретила меня улыбкой, будто только меня и ждала всю свою жизнь.

— Самсон фон Хертвёрд, — бросил я скучающим тоном, как меня учила Серафина.

— Господин фон Хертвёрд, — повторила она, поклонившись, быстро пробежавшись взглядом по бумагам у себя. — Вы сегодня заказали виврену до баронства Хертвёрд. Уже всё готово, прошу вас проходите, вас проводят.

Вообще, я надеялся заглянуть в виверню, где тех держат, ну просто интересно посмотреть своими глазами, как это выглядит, однако меня сразу сопроводили через всё здание прямиком на площадку, где уже ждала одна из этих тварей и всадник.

Я наконец мог вблизи разглядеть её. Тогда на мотоцикле как-то уж момента не выдалось, чтобы нормально её разглядеть, там бы не сожрали и ладно.

Хочу сказать, что животное внушало уважение. Конечно, с драконом не сравнить, скорее дракон на минималках, но выглядел он как-то более классически что ли. Вот самый обычный чешуйчатый дракон с наростами на голове и гребнем по всей спине. Кто видел вертолёт, может примерно прикинуть его размеры.

Только моё появление почему-то резко изменило обстановку вокруг. Едва я вышел на взлётные площадки, не только моя, но и другие виверны оживились.

Та, что была для меня, будто что-то почувствовав, подняла с земли до этого скучавшую голову и посмотрела мне прямо в глаза. Я не преувеличиваю, это херота посмотрела мне прямо в глаза, словно в душу заглянуть пыталась.

Что она хотела увидеть там, хрен знает, но видимо увидела. И увиденное ей не понравилось.

Виверна быстро поднялась на лапы и начала пятиться в сторону, оскалив зубы. Другие тоже оказались от меня не восторге, начав пятиться в разные стороны. На несколько минут на взлётных площадках воцарилась суматоха. Всадники и помощники, что были здесь, тут же утихомиривать животных, которые вели себя, как кошки, к которым собаку закинули.

Так, ну тут гадать не приходится, они меня учуяли. И я даже знаю, почему — вестимо, причина в том же, почему меня драконы принимают. Кстати, те тоже на меня один раз отреагировали, но там они не ссались, как перепуганные собаки в углу, а скорее с интересом разглядывали. Тут же…

Я на всякий случай отступил назад, а то ещё погрызут чего доброго или вовсе сожгут. Буду тогда Самсон фон Погрызён.

— Простите господин, простите, — тут же испуганно забормотал мальчишка-слуга, который меня сопровождал. Для него это тоже стало сюрпризом. — Мы сейчас всё уладим. Приносим наши искренние извинения.

Хотя извиняться было в принципе не за что.

— Они всегда так себя ведут? — спросил я, наблюдая за тем, как всадники утихомиривают виверн. Некоторые даже намордники с поводьями, пытаясь взять под контроль.

— Иногда такое случается, просто иногда волнуются… из-за погоды… — но по лицу мальчишки было видно, что он врёт. Случай конкретно ему был в новинку. — Мы сейчас всё исправим, господин.

И чтобы исправить у них ушло минут десять. То ли всадники смогли справиться с паничкой у виверн, то ли те привыкли ко мне и успокоились, поняв, что я их тут крошить в ближайшее время не собираюсь, но в мою сторону коситься не перестали. Аж как-то неуютно было от десятка хищных глаз на своей скромной персоне.

Меня подвели к моей виверне, которая бочком-бочком начала меня сторониться.

— Господин, — тут же поклонился всадник. — Мы приносим свои искреннее сожаления по поводу задержки. В следующий раз, даём слово, для вас перелёт будет дешевле, — я молча кивнул, и он спросил: — Вы с багажом?

— Нет.

— Отлично. Прошу вас, располагайтесь, я пристегну вас.

На спине виврены уже располагалось два седла. Одно классическое и одно почти что кресло с ремнями безопасности и подлокотниками. Типа сел, откинулся и наслаждаешься полётом.

Забраться на спину виверны у меня не составило никаких проблем после драконов, после чего я застегнулся. Когда я коснулся чешуи ладонью в первый раз, то отчётливо почувствовал, как животина вся вздрогнула и напряглась даже через чешую. Но потом вроде как успокоилась.

Всадник проверил все ремни ещё раз и вежливо осведомился:

— Господин фон Хертвёрд, осмелюсь спросить, вам раньше приходилось летать на вивернах?

— Нет, в первый раз.

— Тогда с вашего позволения я объясню, как всё будет проходить ради вашей же безопасности.

Краткий инструктаж не занял и пяти минут. Всё было достаточно просто: не снимать ремни до посадки, не пытаться куда-то перелезть или свешиваться, сидеть ровно и особо не дёргаться. Видимо, у них уже были случаи, когда кто-то решил посмотреть, что там внизу, и полетел. Попутно мне даже выдали амулет, который не давал разбиться, но у меня уже был такой.

— Тогда господин, мы отправляемся, — поклонился всадник, будто до этого двух поклонов было недостаточно. Взобрался в седло, после чего пристегнулся. — Ещё раз прошу прощения за задержку.

Но у нас даже взлететь не сразу получилось. Виверна будто боялась сделать шаг, и потребовалась даже помощь других, чтобы те заставили её сделать разбег, расправив крылья, чтобы сделать несколько взмахов и взмыть в небо.

Конечно, тут было немного иначе. Не было вот этого позорного, как с Бегемотом, переваливания через край, когда ты не понимаешь, у него сердце прихватило или он свалился вниз или это полноценный старт. Да и разгона ей требовалось значительно меньше. Всего секунда, и мы уже были над городом. Ещё несколько мгновений, и мы взмыли вверх, по высоте плюс-минус поравнявшись со шпилем всадниц.

За какие-то минуты мы покинули пределы Дракархейма и поднимались, пока не заняли крейсерскую высоту, взяв направление на запад.

Ну, кстати, не высоко летим. Высота у драконов была значительно выше, я бы оценил ту где-то в три четыре тысячи метров, а тут километр от силы наберётся. Да и летели мы значительно медленнее, я понял это по тому, что глаза от встречного воздуха не слезились. В свой первый полёт на Бегемоте я вообще не мог без слёз смотреть, хотя потом вроде привык (хрен знает, как можно к этому привыкнуть, но, наверное, сила дракона и все дела).

Мы летели около получаса, когда мне уже стало скучно. Не, сидишь удобно, ничего не скажешь, наблюдаешь за окрестностями, туда-сюда, но после дракона это не сильно впечатляло. Как — то слишком… спокойно что ли…

— Ваша виверна огнём плюётся? — поинтересовался я, пощупав чешую, которая была как металл.

— О нет, господин, не беспокойтесь, эти виверны огнём не плюются, — по-своему истолковал мой вопрос всадник. — Это ездовой вид, они так не умеют.

— А есть разные виды?

— Конечно, господин. Есть разные виды виверн, можно сказать, они чем-то схожи с драконами Небесных Всадниц. Одни дышат огнём, но они не такие крупные, могут поднять значительно меньше веса и более манёвренные. Наши же крупнее, тяжелее и могут поднять больше груза, но не столь быстры и проворны. Есть совсем небольшие, но они очень быстры и вёртки, их, скорее, для гонцов используют. Некоторые виды могут посоперничать по скорости с драконами.

— И их разводят у вас в вивернях?

— Нет, — по голосу слышалось, что он улыбнулся. — Они в неволе не размножаются, к сожалению

Кстати, драконы тоже, как я читал.

— Совсем?

— Пробовали, господин, много раз пробовали, но безрезультатно. Не хотят, чтоб их.

Ну, кстати, у нас в мире тоже далеко не все животные в неволе размножаются. Кто там, черепахи некоторые, панды вроде тоже. Кстати, а ведь логично, ты так же двух человек запри так же, скажи размножаться, и они тебя пошлют. А может ещё и обидятся, что ты их похитил, расстроятся очень, не до размножения будет.

А мы уже пролетали над близлежащими к столице лесами, которые чередовались с бесконечными полями, которые обеспечивали пропитанием немаленький город. И так как полёт на виверне отличался более спокойным темпом (ну или просто я не у руля был), так ещё и он так плавно покачивалась, словно на волнах, меня начало вырубать.

Первое время я старался сопротивляться, но потом махнул рукой. Ну а чего терпеть, мучиться, если так сладко убаюкивает? Ну я и отрубился сладко под солнышком, так кайфово обдуваемый ветром…

Я проснулся рывком, будто щёлкнул тумблер и вернул меня в реальность.

Сердце билось в груди, чуть ли не крича о приближающейся опасности. Сонливость сняло как рукой.

Я вытянулся в кресле, быстро оглядываясь по сторонам. Что, откуда, куда, кто — взгляд уже сам лихорадочно искал источник опасности несмотря на то, что я был единственным, кто почувствовал опасность. Ни всадник, ни виверна никакого беспокойства не показывали.

— Мы где? — осипшим от напряжения голосом спросил я, продолжая оглядываться.

— Да уже над герцогством Гадернштайн, господин. Чуть меньше половины пролетели. К вечеру будем уже на месте, — отозвался он.

— Нам надо сесть, — произнёс я, продолжая озираться.

— Конечно, господин, впереди будет Ванхейвер, отлично место, там мы и…

— Нет, нам надо сесть прямо сейчас.

— Но вокруг леса да поля, господин. Зверьё голодное, да и…

— ЗАДИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ!!! — рявкнул я рычащим голосом.

Потому что в небе мы были как на ладони, а на земле можно было укрыться под теми же кронами деревьев.

Да только сесть мы не успели.

Чуйка, которой я как-то раньше не обладал, оказалась внезапно права, и жопа настигла нас здесь и сейчас. Только пришла она сверху, прямо из мёртвой зоны.

Я каким-то шестым чувством, словно дуновение ветра на внутренние органы, уловил её в последний момент. Задрал голову вверх и увидел, как на нас сверху пикирует огромная чёрная херота, увеличиваясь в размерах с каждой секундой. На этом чёрном пятне я отчётливо видел две вещи — блестящие зубы распахнутой пасти и красные, налитые кровью, глаза со зрачками-веретенами.

А затем последовал удар.

Меня дёрнуло так, что вполне могло бы порвать напополам. Мир вокруг завертелся бешенной каруселью. Перестало значить, где верх, а где низ — всё было однородным размытым зилёно-голубым пятном. Но что в этой карусели я заметил сразу, так это что до сих пор прикован к виверне.

К тому, что от неё осталось.

Животину порвало пополам и теперь её внутренности с кровью щедро вылетали наружу, разлетаясь в разные стороны. Не знаю, на какие волевых, но руки потянулись к ремню. С трудом, будто их налили свинцом, они добрались да защёлки, после чего щёлк… и меня выбросил из седла.

Я уже прыгал с парашютом, поэтому кое-как смог стабилизироваться в воздухе, чтобы не лететь волчком. Быстро огляделся, пока земля летела мне на встречу — её не боялся, так как на шее висел амулет, а вот дракон…

А вон и тварь. Она уже делала второй заход, и что-то мне подсказывает, что заходила она конкретно на меня. Проверять, что будет, если дракон меня поймает, мне не очень хотелось, если честно. Да, был грозовой дракон, которого я оседлал, но…

Вытянувшись стрелой, я устремился вниз. Ветер бил в глаза, шумел ветер, и земля стремительно приближалась. Если я смогу долететь, если смогу хотя бы дотянуть до крон деревьев, то буду спасён. И оставалось совсем немного, я уже даже ветви мог разглядеть (и слезящиеся глаза от встречного ветра не сильно мешали этом), когда…

Тело сдавило так, что захрустели кости. От перегрузки из-за сильного смещения вектора направления, голова будто распухла, словно её перекачали кровью, и в глазах потемнело. На мгновение, а может и на дольше я даже отключился, потому что, когда вернулась возможность оценивать происходящее, лес был уже далеко внизу.

Сука, да чтоб тебя… даже долететь до дома без приключений не могу… Надо мной словно злой рок висит, который только и ждёт, чтобы в удобный момент меня хорошенько поиметь.

Я огляделся, насколько это было возможно, но единственное, что мог разглядеть, так это вторую часть виверны, к которой прикованный к седлу висел безвольно всадник. То ли труп, то ли просто сознание потерял, сказать было сложно. А что касается самого дракона, то с моего положения было видно разве что его чёрное брюхо.

Опять что ли тот же самый дракон, что напал тогда на караван? Хрен знает, но я попытался мысленно установить контакт, как это получилось сделать в прошлый раз, пока меня не унесли к чёрту на куличики, правда безрезультатно. С тем же успехом я мог бы взвывать к стене или к Гейбу, чтобы треть халву выпустил наконец.

Ну что…

Я попытался ещё поворочаться немного, пытаясь высвободиться, но это стало фатальной ошибкой — тот, почувствовав мои попытки, сжал лапу ещё сильнее, отчего дышать стало совсем тяжко. Каждый вдох давался тяжелее и тяжелее, мне переставало хватать воздуха, а глазах пошли круги. Ещё и на высоте, где и так кислорода мало, это стало последней каплей, после чего я отключился.

Темнота…

Это был как сон, без волнений, без проблем, без реальности, где не было даже меня. Сдохни так, и я бы даже не расстроился, так как это было куда лучше, чем сгинуть в страхе и мучении в пасти какой-нибудь мерзкой тварины.

Но был в этом и заметный минус. Я не знал, ни куда меня несли, ни как долго мы летели, потому что по итогу, в следующий раз, когда я открыл глаза, то обнаружил себя в кромешной тьме.

Первой мыслью было, честно говоря, что я сдох наконец. Правда тяжёлая реальность (или наоборот, облегчение) поспешила напомнить, что я до сих пор топчу бренную землю. Спиной я чувствовал неровную каменистую поверхность. В воздухе витала сырость и неприятный гнилостный запах, перемешанный с чем-то аммиачным.

А потом глаза начали привыкать к темноте.

Была у небесных всадниц такая особенность, обострённые чувства. У них и зрение, наверное, в разы острее человеческого, глаза чувствительнее, позволяя видеть там, где обычный человек ничего не разглядит.

И я видел.

Это была какая-то пещера. С потолка свисали вековые сталактиты. Повернул голову вправо и увидел неровную каменную поверхность пещеры. Повернул налево — проход, уходящий дальше во тьму, откуда, казалось, доносился очень слабый свет. Но смутил меня не свет, а обилие костей и разлагающихся туш, разбросанных у стен пещеры.

Ну понятно, меня притащили в какую-то нору на банкетный стол. Только не говорите, что меня притащили к самому Дилд'Акот-Даю. Учитывая, на какой минорной ноте мы разошлись в последний раз, он меня на черенок от лопаты натянет за милую душу.

Я осторожно пошевелил ногами. Потом руками. Ну… вроде всё двигается, и ничего не болит. По крайней мере, так мне показалось, пока я не решил встать…

Боль была такой, будто мне всё тело обработали битой. Меня ни разу ею не обрабатывали, но уверен, что примерно так это и ощущается: все мышцы болели, словно из них сделали хорошую такую отбивную. Едва я попытался встать, как меня тут же скрутило такой болью, что я просто упал обратно. Ощущение было таким, будто мышцы просто перестали держать тело.

Пришлось немного отлежаться, прежде чем повторить попытку. Аккуратно перекатившись на грудь, я осторожно встал на четвереньки, привыкая к каждой вспышке боли от любого движения, после чего очень медленно поднялся на ноги. Немного покачнулся, но удержал равновесие, привыкая к негостеприимной гравитации.

И лишь после этого я повторно огляделся.

Это был самый настоящий склеп. Трупы разной свежести, в основном животные типа оленей, медведей, даже коров и овец, но на глаза попадались и характерные кости людей и даже доспехи, помятые и поржавевшие. Я прямо зарядился мотивацией.

А знаете, что ещё заразило меня мотивацией? Рык где-то в глубине пещеры, который разнёсся рокотом заводящегося двигателя по сводам норы. Тихий и очень нехороший, обещающий мне на жопу проблем ещё больше, чем есть сейчас.

— Да когда же, сука, это всё закончится… — пробормотал я, оглядываясь по сторонам.

Тут даже спрятаться было негде, а валяющееся оружие, типа мечей, которые сюда притащили вместе с людьми были как зубочистка против носорога. С другой стороны, ещё жив и уже ладно, а остальное как-нибудь стерпится.

Я сделал первый шаг во тьму. Пока никто за меня не спохватился, настало время выбираться из этой дыры.