Немецкая история в Средние века

Предыстория и Великое переселение народов

Германцы представляют собой одну из ветвей большого индоевропейского семейства. Сравнительный анализ языков показывает, что в глубокой древности индоевропейцы, по всей видимости, кочевали по поволжским степям. Постепенно они расширили свою территорию в юго-восточном и юго-западном направлении, между ними оказались пришедшие с севера финские народы, и связь между восточной (азиатской) и западной (европейской) частью индоевропейского семейства оказалась нарушена. Западные племена добрались до Черного моря, Балкан и Карпатских гор, где временно остановились. На холмистой равнине они постепенно превратились из пастухов в оседлых скотоводов, занимавшихся в том числе и земледелием. Впоследствии греки перевалили через Балканы, италийцы двинулись на Саву, а кельты — вверх по Дунаю, к своим будущим районам расселения. Германцы и славяне остались к северу от Карпат и постепенно продвигались на северо-запад, к Балтике.

На равнине между Вислой и Везером германцы со временем разделились на западную и восточную группу. От восточных германцев (вандилиев) рано отделилось скандинавы, главным богом которых являлся Донар (Тор). Возможно, что и все восточные германцы пришли в Германию из Швеции. Западные германцы разделились на три племени — ирминов, ингвеев и иствеев[1] — которые вели свой род от мифических отцов-основателей и обладали собственным пантеоном. Ирмин был богом войны, его также называли Тиу (на староверхненемецком Циу, в Скандинавии Тюр). Ингво — скандинавский Ингви, основатель рода боговванов и предок бога морпелавания Ньёрда (Тацит называет главным божеством ингвеев богиню Нертус) и бога света Фрейра; первоначально их всех отождествляли друг с другом. Иство, похоже, является не кем иным, как Воданом (Одином), богом ветра, который позднее оказался во главе пантеона.

Земледелие у этих племен было еще не особенно развито и не приносило больших урожаев. К тому же после каждого сева землю приходилось на четыре года оставлять под паром. Это вынуждало германские народы постоянно двигаться. Уже когда Пифей из Массилии[2] около 330 года до н. э. путешествовал вдоль побережья Северного моря, ингвеи, которых кельтские соседи называли тевтонами, расселились по всей прибрежной равнине вплоть до Тевтобург-ского леса. В III веке кельты вынуждены были отступить под давлением иствеев и ирминов и переселиться частью на Рону, частью вниз по Дунаю в Галатию. Около 200 года до н. э. бастарны, принадлежавшие к семейству вандили-ев, обосновались на Нижнем Дунае, где на протяжении более чем трех с половиной столетий доставляли неприятности римлянам.

Иствейские и ирминские племена, в свою очередь, вышли к Рейну. В результате плотность населения на территориях к востоку от Эльбы значительно снизилась. Германцы же продолжали движение на юг. Кимвры (судя по всему, относившиеся к ирминам) и часть тевтонов, в том числе воинственное племя амбронов, вторглись с севера в Богемию, пробились через кельтскую территорию к Дунаю и добрались до Дравы. Здесь они обратились к римскому консулу с наивной просьбой предоставить им земли для расселения. Римлянин ответил нападением на германцев и был в 113 году до н. э. разбит при Норее в Каринтии. Однако кимвры и тевтоны не воспользовались плодами своей победы, а двинулись на территорию нынешней Швейцарии. Одержав там еще одну победу над римлянами, они продолжили путь в Галлию. В 105 году они разбили две римских армии при Араузионе на Роне. Однако затем союз племен распался. Тевтоны оказались разгромлены Марием в 102 году при Аквах Секстиевых в Провансе, кимвры — на следующий год при Верцеллах.

После этого германцы начали постепенно переходить к оседлости. Из числа иствейских племен ангривары поселились на берегах Везе-ра, амзивары на Эмсе, хазуары на Хазе, хамаве-ры восточнее Исселя, бруктеры, марзы, зугам-бры, узипы, тенктеры и убии на правом берегу Рейна севернее Таунуса. Из числа иствейских племен лангобарды заняли район к северу от Аллера, саксы и англы — севернее Эльбы, хауки и фризы — побережье Северного моря, а кани-нефаты и батавы — пространство между Зёйдерзе и Ваалом. Иримины, которых теперь называли свевами, продолжили расширять свои территории (земноны в районе Хафеля, гер-мундуры в Тюрингии, хатты на Верре и Фульде, маркоманы и квады южнее Майна). С 71 года до н. э. свевские армии под командованием Ариовиста начали переправляться через Рейн, пока Цезарь не отбросил их назад и не сделал Рейн границей Римской империи. В это же время бойи покинули свою территорию (Богемию), которая оставалась пустынной на протяжении полувека, пока ее не заняли маркоманы под руководством короля Маробода. В это же время квады расселились по соседству, в районе реки Марх. Покинутые маркоманами земли к западу от Богемского леса заняли гермундуры.

Если же говорить о восточных германцах (вандалах), то готы жили между нижним течением Вислы и Мемелем, скиры, руги и герулы в Западной Пруссии и Померании, бургунды на Варте и Нетце, лугии на верхней Висле и Варте, селинги в Силезии (которая благодаря им получила свое сегодняшнее имя).

Тем временем императору Августу удалось превратить Дунай на всем его протяжении в границу Римской империи. Ему же пришла в голову мысль выдвинуть восточную границу от Рейна к Эльбе. В 12-9 годах до н. э. пасынок императора, Друз, совершил ряд походов и был уже близок к осуществлению этого плана. Но в 9 году н. э. вождь херусков Арминий разбил три легиона наместника Вара в Тевтобургском лесу и вернул восточным германцам свободу. Связь между рейнской и дунайской границами Римской империи была обеспечена в период правления Домициана, Траяна и Адриана строительством укрепленного вала (лимеса), который шел от Нойвида на Рейне до Дуная западнее Регенсбурга.

На западе и юге германцы упирались в укрепленные границы Римской империи, на востоке на них наседали славяне. При этом численность германского населения быстро росла, так что занимаемая территория вскоре оказалась слишком мала. Сначала маркоманы и квады, усилившись за счет притока германцев с севера, попытались прорвать дунайскую границу. После этого готы постепенно начали переселяться с Балтики в район Черного моря, где впоследствии разделились на ост- и вестготов. Земноны двинулись с Хафеля на Майн, за ними последовали бургунды, находившиеся под давлением лангобардов с одной и гепидов (близких родственников готов) с другой стороны. Силезские вандалы (селинги и асдинги) через Моравские врата двинулись в долину Тисы, за ними последовали сначала гепиды, затем часть герулов и, наконец, лангобарды с верховьев Одера.

На западе в это время формировались новые большие народы. Земноны и ирмундуры, объединившись, образовали племя, носившее название аламанны или свебы (швабы). Хатты и различные племена на правом берегу Рейна стали франками (свое название они получили от двойного топора — так называемого франка). Фризами постепенно стали называть все племена, жившие на побережье Северного моря. Точно так же название «саксы» распространилось на всю равнину к западу от Эльбы. В покинутом ирмундурами «Дуренгейме» англы и варны образовали новую народность — тюринги.

После серии войн, которые шли с переменным успехом, император Аврелиан оставил готам в 270-е годы Дакию. В 280 году император Проб разрешил остаткам бастарнов поселиться во Фракии. Примерно в это же время аламан-ны окончательно заняли территорию между ли-месом и Рейном, и лимес стал границей между ними и бургундами.

Германцы в возрастающем количестве проникали на территорию Римской империи мирным путем. Германские подразделения стали вскоре ядром римской армии, германские крестьяне селились в пограничных провинциях, германцы начали занимать высшие государственные должности. Соправитель Диоклетиана Констанций, резиденция которого находилась в Трире, и его сын Константин Великий удерживали границу на Рейне. Однако после смерти Константина II франки и аламанны пересекли Рейн и постепенно заселили район Мааса и Шельды. Одержав в 357 году победу при Страсбурге, император Юлиан смог отбросить аламаннов за Рейн. Но шесть лет спустя он умер, и после этого удерживать границу было уже невозможно.

В это время германцы начали воспринимать римскую культуру, а вместе с ней — и христианство. На востоке они по большей части становились арианами — именно это течение доминировало в восточной половине Римской империи.

Новый мощный импульс миграционные процессы получили около 375 года благодаря вторжению гуннов, кочевого народа, который уничтожил старое королевство остготов Германариха и вынудил христиан-вестготов искать спасения на территории Римской империи. Последняя в 395 году, после смерти императора Феодосия, раскололась на восточную и западную половины. Вестготы под руководством молодого короля Алариха сразу же подняли восстание и потребовали себе одну из римских провинций. Получив Иллирию, они сделали ее базой для своих атак на Западную Римскую империю.

Чтобы защитить Италию от нависшей над ней угрозы, Стилихон, вандал по происхождению и ведущий государственный деятель императора Гонория, в конечном счете оказался вынужден отозвать римские легионы из Галлии. Для некоторых живших на среднем Дунае народов, которые сами находились под давлением со стороны гуннов, это стало сигналом для переправы через Рейн и вторжения в беззащитные римские провинции в начале V века. Вандалы с правого берега Дуная, свевы с Марха, к которым, вероятно, примкнули и земноны, а также германизированные аланы прошли через Галлию в Испанию. Народы, жившие ближе всего к Рейну, не стали покидать старую родину, но расширили свою территорию за счет обширных пространств Галлии. Речь идет о франках на нижнем Рейне, Маасе и Шельде, бургундах на Майне и среднем Рейне и ала-маннах, обитавших дальше к югу.

Стилихон был убит в 408 году[3], и вестготы получили возможность вступить в Италию. Только внезапная смерть Алариха предоставила Западной Римской империи последнюю отсрочку. Вестготы покинули Италию и основали в 419 году между Гаронной и Луарой, на территории, названной Аквитанией, свое государство с центром в Тулузе. На протяжении следующего столетия они смогли подчинить себе большую часть Испании.

Аэций[4], полководец императора Валентиниана III, смог на некоторое время стабилизировать ситуацию в Римской империи. Он сумел договориться с вестготами и даже с гуннами, которые постепенно переходили к оседлости на равнинах между Тисой и средним Дунаем, поставив в зависимость от себя почти все германские племена к северу от Альп и Пиренеев. Однако Аэций не смог предотвратить того, что после 429 года вандалы вместе с аланами захватили Северную Африку, а вестготы и свевы заняли Испанию. Около 450 года англы и саксы с побережья Северного моря переправились в давно оставленную римлянами Британию, а бриты вторглись на северо-восток Галлии.

Аэций оборонял Италию от вражеских вторжений, вынудил аламаннов и франков подчиниться своей воле и дал почувствовать непокорным бургундам превосходство римской государственной машины. С помощью гуннов он разгромил в 437 году бургундское королевство с центром в Вормсе и переселил остатки этого народа на Рону, где они стали верными подданными Рима. Их старые земли были заняты франками и аламаннами; территорию в верховьях Майна до Дуная заселили тюрин-ги. Даже когда чудовищный Аттила вновь привел в движение орды гуннов и покоренных германцев, чтобы разгромить римлян и вестготов, Аэций сумел спасти ситуацию, одержав с помощью союзников в 451 году победу на Каталаун-ских полях и вынудив своего противника повернуть назад.

В 453 году Аттила умер, держава гуннов распалась, и германцы вновь получили самостоятельность. На равнинах в долине Тисы расселились гепиды, западнее Дуная в старой Паннонии — остготы, к северу от них между Тисой и Мархом — герулы, у истоков Одера и Вислы — лангобарды. В современной Богемии по-прежнему жили маркоманы, между ними и аламаннами по обоим берегам Дуная — руги, скиры и родственные им племена, дальше к северу до Эльбы — тюринги, к северу и западу от последних — саксы, на берегу Северного моря — фризы. На пустеющие земли между Эльбой и Вислой постепенно проникали с востока славяне.

Толпы германцев снова и снова перебирались через Альпы, в Италию, где правил преемник Аэция, свев Рицимер[5], по своей прихоти возводивший на трон и низвергавший императоров. Пришедший ему на смену Одоакр и вовсе не видел смысла в императорском престоле и принял королевский титул в качестве предводителя германских наемников. Таким образом, Западной Римской империи в 476 году пришел конец.

Королевство Одоакра просуществовало недолго. В 488 году остготы под командованием Теодориха начали движение из Паннонии и в трех сражениях разгромили новоявленного короля. После трех лет осады даже неприступная морская крепость Равенна, являвшаяся со времен Гонория столицей Италии, вынуждена была сдаться. Одоакр был убит, а Теодорих Великий (493–526)[6] стал королем остготов и патрицием Восточной Римской империи. Под его властью находились не только Италия и Сицилия, но и Далмация и земли на Дунае от Леха до устья Савы. Мягким обращением с покоренным римским населением он смог смягчить национальные и религиозные противоречия, а сеть династических связей с королевскими домами вестготов, франков, бургундов, вандалов и тюрингов практически придала ему статус старейшины всех германских племен.

После смерти Теодориха его дочь Амала-сунта правила от имени своего малолетнего сына Аталариха. Когда последний скончался, готы, не любившие свою правительницу из-за ее римских симпатий, вынудили ее сделать соправителем своего двоюродного брата Теода-хада. Амаласунта вскоре была убита, но успела позвать на помощь византийского императора Юстиниана I, который решил отомстить за ее смерть.

В 534 году византийский полководец Вели-зарий уничтожил державу вандалов в Африке, и на следующий год Юстиниан поручил ему вести войну против готов. Несмотря на нехватку сил, Велизарий смог за короткое время, опираясь на Сицилию, завоевать всю Южную Италию и даже Рим. После этого он осадил в Равенне короля Витигеса, который наследовал Теодахаду. В отчаянии Витигес предложил Велизарию готскую корону. Приняв ее для вида, полководец тем самым добился капитуляции города, после чего с пленным королем и сокровищами Теодориха вернулся в Константинополь.

Юстиниан I не доверял своему победоносному полководцу и не стал отправлять его обратно в Италию. Воспользовавшись этим, готы под руководством своего нового короля Бад-вилы (Тотилы) смогли постепенно отвоевать всю Италию. Только после этого Велизарий в 544 году был вторично направлен против готов, но со столь недостаточными средствами, что на протяжении пяти лет с трудом удерживался на полуострове, после чего сам попросил отозвать его. На его место Юстиниан отправил своего камергера Нарсеса. Последний не уступал Велизарию в полководческом таланте, но из-за физической слабости казался императору менее опасным. Основу армии Нарсеса составляли германцы, в первую очередь лангобарды, уничтожившие государство герулов и теперь занимавшие вместе с гепидами оставленные готами земли по Дунаю.

Нарсес вступил в Италию с севера и разгромил готов в 552 году в решающем сражении при Тагинах в Умбрии. Тотила получил смертельное ранение; его наследнику Тейе удалось с остатками армии занять неприступную позицию у Везувия, при обороне которой он погиб в 553 году. Борьба с гарнизонами готских крепостей заняла еще два года.

Италия на короткое время стала экзархатом Восточной Римской империи. Вскоре, однако, ее заняли лангобарды под предводительством короля Альбоина[7]. До этого лангобарды совместно с пришедшими из Азии монголами-аварами уничтожили государство гепидов, однако вскоре оказались вытеснены своими недавними союзниками. Италия стала для них легкой добычей.

Франкская держава Меровингов (481–687)

Франки делились на рипуариев («прибрежных жителей», обитавших в сегодняшней Рейнской области), салиев («морские франки», между Маасом и морем) и хаттов (от Гессена до Мозеля). Как и аламанны, они в большинстве своем являлись крестьянами, подчинявшимися многочисленным мелким правителям. Одним из таких правителей у салиев являлся Хлоде-вех, или Хлодвиг, из рода Меровингов, получившего свое название от имени мифического короля Меровеха. Хлодвиг (481–511) был настоящим варваром, безгранично диким и необузданно энергичным. После смерти короля вестготов Эвриха он в 486 году захватил государство Сиагрия[8], римское наместничество на Сене и Луаре, пережившее крушение империи на десять лет. Сиагрий бежал к готам, однако Хлодвиг добился его выдачи и казнил.

Спустя десять лет, в 496 году, Хлодвиг напал над аламаннов и вскоре одержал над ними полную победу. Их западной границей стали Вогезы, а северная часть их земель до рек Лаутер, Энц и Ремс была отнята у них и заселена франками. Согласно легенде, данная в критический момент сражения клятва стала причиной принятия Хлодвигом христианства — шаг, на котором давно настаивала его супруга и который диктовался политическими соображениями. Естественно, речь шла о католицизме, сблизившем короля с его галло-римскими подданными. Арианство, принятое готами и частично бургундами, только увеличивало противоречия между победителями и побежденными.

В результате католическое духовенство Галлии стало союзником Хлодвига. Нападение на державу бургундов[9], где боролись за власть два родственника его супруги Клотильды, Гундо-бад и Годегизель, не принесло успеха. Однако после своей победы Гундобад изо всех сил старался сохранить мир с франками, и бургунды вскоре перешли в католичество.

В 507 году вестготы потерпели от рук Хлодвига сокрушительное поражение, а их король Аларих II погиб в битве. В итоге они оказались полностью вытеснены из Галлии и только благодаря прибытию помощи от итальянских сородичей избежали еще больших потерь. Теодорих Великий позволил им сохранить за собой Испанию, а также земли между Пиренеями и Гаронной и побережье от Пиренейского хребта до Роны. Прованс он присоединил к собственной империи.

Отношения Теодориха с Византией становились все более напряженными, в то время как Хлодвиг в последние годы жизни наслаждался дружбой с императором, имевшей для него большое значение. Уже ставший патрицием Римской империи, после победы над вестготами он получил от императора Анастасия титул римского консула. Это придало франкскому господству легитимность в глазах местного романского населения. В глазах самих франков статус королевской власти тоже вырос благодаря новым регалиям, которые Хлодвиг торжественно возложил на себя в Туре. Это облегчило Меровингу задачу по устранению других франкских правителей, которые теперь ничего не значили на его фоне.

В 511 году Хлодвиг скончался. Перед смертью он разделил свое королевство между четырьмя сыновьями — Теодорихом, Хлодомиром, Хильдебертом и Хлотарем, — постаравшись сделать это таким образом, чтобы единство не было утрачено. В течение некоторого времени Теодорих Великий препятствовал дальнейшему распространению власти Меро-вингов. Однако вскоре после его смерти Теодо-рих I и Хлотарь с помощью саксонцев вторглись в государство тюрингов, простиравшееся к западу от Эльбы от реки Оры на севере до Дуная на юге. В результате территория от Тюрингского леса до Франкской Юры была отдана франкским поселенцам, и по сегодняшний день эта область носит название Франкония. Тюрингам осталась только центральная часть их прежних владений, и они вынуждены были признать власть франкского короля.

После смерти в 524 году Хлодомира его братья, Хильдеберт и Хлотарь, разделили наследство между собой. Они завоевали в 534 году бургундское государство и использовали затруднения остготов для того, чтобы прибрать к рукам Прованс. Одновременно сын Теодори-ха I Теодеберт (533–548), самый значимый из потомков Хлодвига, подчинил себе аламаннов. Этот правитель называл себя Августом и надеялся с помощью Церкви восстановить Западную Римскую империю, однако ранняя смерть помешала исполнению его планов. Ему или его сыну Теодебальду начали платить дань бава-ры — так называли себя с начала VI века маркоманы, перемешавшиеся с остатками других многочисленных германских племен; они ушли из Богемии под натиском славян-чехов и под защитой готов расселились на территории между Альпами и Богемским лесом от Леха до Энса.

После смерти Теодебальда и Хильдеберта империю франков вновь объединил Хлотарь I, правивший с 558 по 561 год. Его владения простирались от Пиренеев до реки Унструт, от Атлантического океана до Богемского леса.

Перед смертью Хлотарь I вновь разделил свою империю между четырьмя сыновьями. Подобные разделы еще не раз повторялись в течение следующего полувека. Однако, при всей изменчивости границ, в империи Меро-вингов постепенно выделились три главных региона. Австразия, «восточные земли», включала в себя старые франкские владения вместе с территорией, отвоеванной у аламаннов и тюрингов, а также зависимые от Меровингов государственные образования аламаннов, тю-рингов и баваров. Нейстрия, «новые земли», состояла из бывших владений Сиагрия и части территории салических франков. Третьим регионом являлась Бургундия; четвертый, Аквитания, обычно делился между правителями трех остальных.

В 567 году произошла ссора между двумя королевами — австразийской Брунгильдой и нейстрийской Фредегондой — вследствие чего началась долгая и изнурительная война. Когда Фредегонда умерла, Брунгильда была еще жива, а два ее внука правили Австразией и Бургундией. С помощью королевы один из них был свергнут, однако после этого против ее воли убит собственным братом. Последний, впрочем, тоже вскоре умер. В 613 году на престол Австразии и Бургундии местной аристократией был призван правитель Нейстрии, король Хлотарь II, сразу же приказавший самым жестоким образом расправиться с Брунгильдой и перебить ее внуков. В результате он вновь объединил под своей властью все королевство Меровингов.

Хлотарь II был обязан своей победой дворянству, которое вскоре начало прибирать власть к своим рукам и даже вынудило короля разделить свои владения. Его сын Даго-берт (632–639) смог на короткое время восстановить самодержавие и с бешеной энергией, но весьма скромным успехом отстаивал королевские права. Он скончался в 639 году, а его преемники оказались слабыми правителями. Новые игроки стремительно усиливались, оставив королевскую власть позади.

Захватывая территорию Римской империи, германцы стремились по большей части сохранить существующие структуры. У остготов каждому воину полагалась треть, у бургундов и вестготов — две трети большого поместья. Лангобарды требовали для себя треть урожая, вандалы просто забирали всю землю, которая была им необходима, и изгоняли романское население. Франки и аламанны, в отличие от них, обнаружили на северо-востоке Галлии так много брошенных земель, что им этого вполне хватило, и только небольшое количество переселенцев добралось до долин Луары и Роны. Вся остальная земля вместе с прежней римской собственностью досталась королю, который благодаря этому стал крупнейшим землевладельцем.

Главными отраслями экономики были земледелие и скотоводство. Франки, аламанны, бавары и тюринги жили по большей части в деревнях. Лес, пастбище, водоемы являлись общинным имуществом. Что касается пашни, то каждый имел свою долю, которая вместе с двором называлась «гуфа»[10] и служила податной единицей. Однако и в этой сфере права собственника были ограничены общиной. От ограничений была свободна только та земля, которую земледелец самостоятельно отвоевывал у леса, — и, разумеется, собственность короля и крупных землевладельцев. Большие имения частью сохранились с римских времен, частью сформировались в результате расчистки земель или королевских подарков.

Даже романская Галлия вернулась на давно пройденный этап натурального хозяйства. Однако римская монетная система в целом сохранилась. Основной единицей был золотой солид; из фунта золота (327 грамм) чеканились сначала 72, позднее 84 солида. Разменной монетой служили серебряные денары — из фунта серебра чеканились 288 штук. Один солид стоил 40 денаров.

Уровень экономического развития был наиболее высоким там, где имелась возможность учиться у римлян. В этих же районах раньше всего потребовалась письменная фиксация норм обычного права. Уже в V веке появились первые письменные кодексы у салических франков и бургундов; у рипуариев и аламаннов аналогичные документы датируются VI веком, у других племен — еще более поздним временем. Законотворческая деятельность была изначально делом всего племени; но по мере расширения территории созывать всенародные собрания стало невозможным. Интересы народа отчасти представляло войско, собиравшееся на общий смотр 1 марта («Мартовское поле»).

После подчинения других германских племен королевская власть приобрела особое значение. В романских областях она могла опереться на императорскую традицию и присвоить соответствующие права. Благодаря огромным земельным владениям король был совершенно независим в экономическом отношении. Не подчиняясь никому, монарх вскоре получил право казнить и миловать, ставить вне закона, а затем стал верховным судьей. Однако в своих распоряжениях и решениях он был связан народным правом; каждый мог потребовать, чтобы его судили по законам его племени. В последней трети VI века у королевской власти появился опасный соперник в лице нового дворянства. Дворян поначалу собирали, чтобы спросить их совета; однако вскоре они стали действовать самостоятельно.

У франков не было старинного дворянства вроде ярлов у северных германцев, эрлов у англосаксов или этелингов у саксов. Верхним слоем общества являлись свободные люди. Между ними и несвободными существовало особое сословие литов, сформировавшееся в основном за счет бывших римских колонов и вольноотпущенников. Вира за убийство лита была вдвое меньше, чем за убийство свободного.

Значение крупного землевладения начало расти во многом благодаря двум институтам, позаимствованным у римской эпохи: прекариа-ту и иммунитету. Прекариатом называли передачу земли в аренду до востребования (позднее на определенный срок, обычно на пять лет). Этим активно пользовалась Церковь; переданные владения назывались бенефициями. Часто мелкий землевладелец дарил свое имущество Церкви и получал его в пожизненную аренду. Таким образом удавалось заручиться защитой со стороны могущественного соседа, согласившись на добровольную зависимость от него. Другим путем к той же цели являлась римская комменда, которая означала переход под покровительство более сильного. У франков подчинившийся (его позднее стали называть кельтским словом «вассал») вкладывал свои руки в руки сеньора и тем самым давал клятву личной верности.

Иммунитет обозначал свободу королевских владений от любых податей. Он сохранялся даже в том случае, если земля передавалась в другие руки. Постепенно в понятие «иммунитет» начали включать всю полноту королевских прав, включая судебную власть на данной территории. Королевские чиновники в результате не имели здесь никаких полномочий. В VII веке иммунитет распространился так широко, что охватывал около четверти всех земельных владений.

Крупнейшим землевладельцем после короля являлась Церковь. Доля франков среди епископов постепенно росла, а уровень учености снижался. Однако Церковь в результате смогла пустить в народе глубокие корни. Франкской Церкви были безразличны действия папы Григория I (590–604), который при всей личной скромности выступал за расширение церковной власти римского епископа, развивал христианское вероучение и проповедовал распространение истинной веры. Богатство франкского клира быстро росло; на территории державы Меровингов имелось 112 епископств и множество монастырей, некоторые из них владели тысячами гуф.

Высшими чиновниками являлись графы, представлявшие короля в своих округах, очертания которых во многом повторяли старые германские гау[11] и римские административные единицы. Граф собирал военный отряд и руководил им, он обеспечивал порядок на своей территории и имел ограниченное право назначать наказания. Естественно, на него же возлагалась обязанность исполнять приговоры судов, если это не являлось делом самого истца. Суд вершили местные жители, собиравшиеся для этого в специальные «судебные дни» раз в шесть недель. В этих собраниях должны были принимать участие все свободные общинники. Были и внеочередные судебные заседания, на которые собирались только лица, приглашенные графом. В ранний период на суде председательствовал избранный народом чиновник, позднее и здесь ключевую роль стал играть граф, оказывавший большое влияние и на вынесенный приговор. Ему помогали семь сведущих в праве «советников», а община должна была утверждать приговоры. Графам не полагалось никакого жалованья, как и всем чиновникам вообще, однако они получали треть от собранных штрафов и, кроме того, доходы с некоторых коронных владений. Часто их вознаграждали принадлежавшей королю землей, и вместе с ней должность часто становилась наследственной.

Несколько графов подчинялись герцогу. Герцоги первоначально являлись военными командующими, часто одновременно играя роль графов в своем округе. Их тоже назначал король. Только у аламаннов, баваров и тюрингов герцогами становились вожди племен. Аналогичным образом свои графы появились и в Бретани.

Самым большим авторитетом пользовались придворные, члены королевской свиты и другие приближенные, в первую очередь высшие чиновники двора. Сенешаль и шенк[12] контролировали поставки ко двору и королевский стол, маршал — конюшню и обоз, камергер — королевскую казну. Судебные дела вел пфальцграф, королевские грамоты готовил референдарий, у которого находилась и королевская печать. Однако самое влиятельное положение занимал мажордом — изначально предводитель королевской свиты, а в эпоху Брунгильды ставший регентом при малолетнем правителе. Постепенно он превратился в высшего чиновника и сосредоточил в своих руках больше власти, чем сам король.

Франкское государство в эпоху Каролингов (687–843)

Гибель Брунгильды в 613 году стала победой аристократии над королевской властью. Именно мажордом Бургундии, а также первые люди в Австразии, Пипин Старший и епископ Арнульф Мецский, призвали Хлотаря II. Последний вскоре оказался вынужден передать правление Австразией своему сыну Дагоберту и назначить Пипина мажордомом при юном правителе. После смерти Дагоберта и Пипина сын последнего, Гримоальд, провозгласил себя мажордомом без согласия монарха. Позднее он в результате предательства попал в руки короля Нейстрии, который велел его казнить.

Несмотря на это, внук Пипина и Арнульфа, Пипин Средний, вскоре снова стал самым могущественным человеком в Австразии. Он провозгласил себя герцогом Австразии и, одержав в 687 году победу у Тертри, неподалеку от Соммы, над мажордомом Нейстрии и Бургундии, стал единовластным мажордомом всего королевства франков. Конечно, он не смог остановить распад державы: Бавария, Аламанния, Тюрингия и Аквитания превратились в самостоятельные герцогства, на севере границам угрожали фризы и саксы, а на юге появился еще более опасный враг в лице сарацин.

В пустынях Аравии пастух и погонщик верблюдов Мухаммед, ставший благодаря удачной женитьбе богатым купцом, создал новую религию — ислам. От последователей она требовала полного подчинения божественной воле и борьбы за распространение новой веры. Пророк сначала не нашел понимания в родном городе и вынужден был даже бежать в Медину — событие, с которого начался отсчет мусульманского летоисчисления. Позднее он вернулся в Мекку с победой и умер повелителем всей Аравии.

Уже Омар, второй из его преемников (халифов), распространил свою власть на Палестину, Сирию, Месопотамию, Иран до реки Окс[13], Египет и Триполи. При Валиде I (705–715) из династии Омейядов, сделавшем своей столицей Дамаск, границами халифата стали Анти-Тавр и Кавказ на севере, Яксарт[14] и Инд на востоке, Атлантика на западе. Тарик, один из полководцев Валида, переправился в Испанию и в сражении при Хересе-де-ла-Фронтера в 711 году одержал блестящую победу, покончившую с королевством вестготов. Мусульманский полководец Муса в кратчайшие сроки завершил завоевание полуострова. Маленькое готское королевство продолжало существовать только в труднодоступных горных районах Галисии и Астурии.

Франки были тем более беззащитны против этой угрозы, что два сына Пипина умерли еще при его жизни. У мажордома оставались только шестилетний внук и сын Карл, которого сам Пипин собирался лишить наследства. И все же именно этот человек должен был спасти государство франков от полного краха.

С трудом бежав от своей мачехи, Карл в 717 году одержал победу у Венси над мажордомом Нейстрии. Смерть герцога фризов Ратбода избавила франков от опаснейшего врага на севере. Карлу удалось восстановить права королевства на территориях баваров, аламаннов и аквитанов, а также отбить у саксов охоту вторгаться на территорию франков. Когда сарацины в результате нескольких вторжений одолели герцога Аквитании, Карл выступил им навстречу из Тура с австразийским войском. В битве при Пуатье в 732 году он остановил наступление мусульман. Затем он сломил сопротивление фризов, положив в 734 году конец их герцогскому дому. Вскоре Карл повторно разбил саксов. Несомненно, новый правитель спас державу франков; он заслуживал свое почетное прозвище Мартелл («Молот»), им награждалось несколько человек в истории, но в конечном счете оно осталось только за ним.

Владения Церкви в Галлии несколько пострадали, поскольку Карл вынудил клир передать ряд бенефициев своим сподвижникам. Однако в другой сфере Церковь добилась значительного прогресса. Уже в конце VI века ирландские миссионеры распространяли христианство на верхнем Рейне: Колумбан в Вогезах, его ученик Галл в районе будущего монастыря Сен-Галлен, позднее Килиан на Майне. В начале VIII века основанная папой Григорием I англосаксонская Церковь в тесном взаимодействии с курией приступила к обращению в истинную веру племен, живших к востоку от Рейна. Англосакс Виллиброрд вел миссионерскую работу среди фризов; центром его епископства позднее стал Утрехт.

Его ученик Винфрид, принявший монашеское имя Бонифаций, отправился в 719 году в Рим и получил от Григория II благословение на проповедь в Тюрингии и Гессене. Позднее папа сделал его епископом и снабдил охранным письмом к мажордому франков. Бонифаций добился таких успехов, что в 732 году был произведен в архиепископы и занялся созданием германской Церкви. В Баварии он с согласия герцога Одило основал епископства Зальцбург, Фрейзинг, Регенсбург и Пассау, в Гессене Бюра-бург, в Тюрингии Эрфурт, в восточной Франконии Вюрцбург, а на севере Баварии Эйхштетт. Все это происходило в значительной степени без участия Карла, отношения которого с Бонифацием оставались достаточно напряженными.

Карл Мартелл оставил после себя двух сыновей: Карломан стал править в восточной части державы, Пипин в западной. С согласия Карломана Боинфаций включил в рамки новой церковной организации старые епископства Аугсбург, Кур, Констанца, Страсбург, Шпейер, Вормс и Майнц. Последний из этих городов стал в 745 году резиденцией архиепископа, позднее к нему были присоединены епископства Эрфурт и Бюрабург.

Когда аламанны подняли еще одно восстание, Карломан устроил над ними кровавую расправу, искоренил династию их герцогов и навсегда отбил у них желание сопротивляться. Однако это кровопролитие легло столь тяжким грузом на совесть самого Карломана, что он сложил с себя полномочия и удалился в 747 году в итальянский монастырь.

В результате Пипин взял под контроль всю державу. Упрочив свое положение, он решил, что настало время принять королевскую корону. Папе Захарию Пипин задал вопрос, справедливо ли, что королевский титул носит человек, не обладающий королевской властью.

Папство со времен Григория I стало политическим центром той части Италии, которая не была оккупирована лангобардами. Конфликт из-за иконопочитания, разразившийся в VIII веке между Римом и Византией, ослабил позиции курии и вынудил ее искать нового союзника против лангобардских королей. Поэтому Захарий ни минуты не колебался, ухватившись за возможность обеспечить себе дружбу могущественного правителя. Используя поддержку папы, Пипин в 751 году короновался в Суассоне; его помазал на царство по старинному обряду архиепископ Бонифаций. Прежний король, Хильдерик III, отправился в монастырь.

Бонифаций, однако, не занял в королевстве то положение, на которое рассчитывал. Тогда, будучи уже в преклонном возрасте, он отправился к язычникам-фризам, от рук которых принял в 754 году мученическую смерть. Его тело было доставлено в основанный им монастырь Фульда, который в результате стал пользоваться большой известностью.

Предшествующей этим событиям зимой папа Стефан II, власти которого угрожали лангобарды, приехал во Францию за помощью.

Пипин устроил ему роскошный прием, оказывая все почести по римскому обычаю, письменно обещал папе восстановить его светскую власть (именно отсюда берет начало подложный Константинов дар[15]). В ответ папа пожаловал ему титул патриция римлян и еще раз помазал на царство самого Пипина и его сыновей. После этого король организовал два похода против лангобардов, вынудив короля Айстульфа уступить Равеннский экзархат и Пентаполис[16]. В 759 году Пипин отбил у сарацин Сеп-тиманию[17], их последнее владение к северу от Пиренеев. В 768 году он после восьми лет борьбы подчинил себе герцогство Аквитанию, восстановив тем самым державу франков в ее старых границах. В том же году он скончался в Сен-Дени.

Держава досталась двум сыновьям Пипина — Карлу и Карломану. Вскоре пути братьев разошлись, и лишь смерть второго из них в 771 году предотвратила начало междоусобной войны. Вдова Карломана отправилась со своими сыновьями к королю лангобардов Дезидерию, дочь которого была выдана замуж за Карла, однако этот брак вскоре оказался расторгнут. Война стала неизбежной.

Однако франкская аристократия, как и прежде, выступала против войны. Именно поэтому Карл смело и энергично взялся за выполнение другой задачи, в большей степени отвечавшей пожеланиям франков — покорение и обращение в христианство язычников-саксов, с которыми на протяжении последних веков не утихали пограничные конфликты.

Саксы населяли северогерманскую равнину к западу от рек Эльба и Заале. В их число входили ост- и вестфалы, энгеры (жившие на Везере) и «северяне» (в Гольштейне к северу от Эльбы). Королевской власти у них не было, ключевую роль играли вожди (этерлинги), статус которых был намного выше, чем свободных людей (фрилингов) и тем более литов (лациев). Хотя саксы давно уже стали оседлым народом, они сохранили воинственный характер. Их главными богами являлись Водан, Донар и бог войны Захснот.

В 772 году Карл начал войну со вторжения в Вестфалию. Он захватил Эресбург на реке Димель, после чего разрушил местное святилище, Герминскую колонну, и добрался до Везера. Только тогда саксы согласились отправить к нему заложников. Однако в течение двух следующих лет, когда Карл находился в Италии, саксы устроили опустошительный набег, подойдя к Фрицлару в Гессене. Король ответил новыми кампаниями, в 775 году добравшись до Окера. В итоге саксы оказались подчинены, и в 777 году «майские поля» (пришедшие при Пипине на место «мартовских») были проведены в Падерборне. Здесь же крестили огромное количество саксов.

Но стоило Карлу повернуться спиной к этим землям, чтобы организовать на дальнем юге поход против сарацин, как свободолюбивый народ вновь восстал и опустошил правый берег Рейна от Кельна до Кобленца. Карл организовал две новых кампании, восстановил порядок и в 780 году добрался до Эльбы возле впадения в нее Оры, где крестил и северных саксов. Здесь он организовал миссионерский центр, на основе которого впоследствии возникли епископства Бремен, Верден, Хильдесхайм, Халь-берштадт, Падерборн, Мюнстер и Оснабрюк. Повсюду строились церкви, и Карл жаловал им земли и людей, после чего разделил завоеванную территорию на графства по франкскому образцу.

Казалось, саксы подчинены. Однако когда после отъезда Карла франкское войско в 782 году двинулось через их земли против сорбов, собирая вспомогательный контингент из местных жителей, вестфальский этелинг Видукинд, избежавший крещения, поднял восстание. Франки немедленно атаковали повстанцев и потерпели сокрушительное поражение при Зюнтеле.

Карл с большой армией лично поспешил в земли саксов. У Вердена он устроил суд над мятежниками, казнив четыре с половиной тысячи человек. Видукинду удалось бежать, и жестокость Карла вызвала всеобщее восстание саксов. В 783 году Карл одержал верх в двух сражениях при Детмольде и на Хазе, но это не сломило его противников. Тогда король приступил к планомерному опустошению вражеской страны. Дойдя до устья Эльбы, он смог подавить восстание; Видукинд согласился принять крещение.

Однако покорить северо-восточные окраины надолго не удалось. Когда Карл оказался втянут в войну с аварами, саксы подняли отчаянное восстание. Справиться с ним удалось только благодаря планомерным опустошениям, а также массовому переселению жителей в пределы королевства франков. Такая деятельность продолжалась с небольшими перерывами в течение 12 лет. Только после этого саксы перестали сопротивляться.

Одновременно в 773 году началась война с лангобардами. Карл пришел на помощь папе, которого Дезидерий хотел вынудить помазать на царство одного из сыновей Карломана. Франкский король начал движение от Женевы, перевалил через Альпы и окружил столицу лангобардского короля — Павию. В пасхальные дни Карл торжественно подтвердил в Риме все обещания Пипина, заодно конкретизировав их. В начале июня Павия пала, Дезидерий был отправлен во франкский монастырь, и Карл провозгласил себя королем лангобардов.

Устройство лангобардского королевства, в котором большую роль играли довольно независимые от центральной власти герцоги, новый монарх поначалу оставил без изменений. Только герцогство Фриульское, расположенное между рекой Адидже и Истрией, он превратил в 776 году в маркграфство, устранив сперва его беспокойного правителя. Италии была оставлена определенная самостоятельность, как и Аквитании, в которой династия местных герцогов лишилась власти еще в 769 году. Оба этих региона получили в 781 году своих королей в лице сыновей Карла — Пипина и Людовика. Герцогство Беневентское, дольше других пытавшееся сохранить самостоятельность, было подчинено в 787 году, однако здешняя династия смогла сохранить свой трон.

На «майские поля» 777 года у Падерборна прибыли сарацины, пригласившие Карла с войском в Испанию. Дело в том, что династия Омейядов была в середине VIII века почти полностью уничтожена Аббасидами, перенесшими столицу в Багдад и остававшимися во главе халифата до 1258 года. Лишь один Омейяд сумел избежать расправы и основал в Испании эмират (позднее халифат) со столицей в Кордове. Теперь его противники призвали Карла выступить в поход.

В 778 году король франков пересек Пиренеи, взял штурмом Памплону и добрался до Сарагоссы. После этого Карлу пришлось повернуть назад, и на пути через горы арьергард его войска потерпел весьма чувствительное поражение от басков. Именно тогда погиб граф Хруодланд — легендарный Роланд. Карл, однако, не прекратил войны, хотя сам уже не принимал участия в походах. Завоеванные территории вплоть до Эбро стали Испанской маркой.

Сломив сопротивление в Аквитании, Фриуле и Беневенте, Карл обратил свое оружие против Баварии. Ее правитель, герцог Тассило, всегда вел двойственную политику. В 787 году Карл с трех сторон вторгся в герцогство и вынудил Тассило подчиниться. Однако вскоре герцог вновь начал планировать измену; тогда он был вместе со своим сыном пострижен в монахи, а Баварию в 788 году присоединили к империи Карла Великого.

Целью дальнейших кампаний Карла была исключительно оборона границ. Чтобы защитить восточные рубежи Баварии, король в 791–796 годах воевал с аварами, заселившими Дунайскую равнину после ухода оттуда лангобардов. Войска Карла дошли до Рааба, и внутренние смуты ускорили распад державы аваров. Их столица была захвачена и разрушена франками. Для защиты от новых нападений аваров была создана Аварская марка, а для проповеди среди них христианства Зальцбургскому епископству был придан статус архиепископства и подчинены епископства Фрейзинг, Регенсбург, Пассау и Зебен (позднее Бриксен). Вскоре после этого авары исчезли со страниц истории; на их месте позднее появились родственные им мадьяры.

Северо-восточную границу предстояло оборонять от славян. В частности, Карл неоднократно организовывал походы против чехов в Богемии и сорбов, живших между реками Заале и Эльба. В 789 году король лично руководил большой кампанией против вендов в районе Хафеля и дошел до реки Пене. Позднее он приказал построить на Заале и Эльбе замки, чтобы контролировать переправы через эти реки. Ободриты, населявшие территорию современного Мекленбурга, были противниками саксов и поэтому с самого начала стали естественными союзниками франков.

Карлу приходилось неоднократно бороться с датчанами. Когда их король Годфред опустошил Фрисландию, Карл в 810 году во главе своего войска дошел до реки Аллер и повернул назад только после того, как узнал об убийстве Годфреда. С новым датским королем на следующий год был заключен мир.

Тем временем явный упадок Византийской империи, на троне которой в 797 году оказалась женщина[18], вызывал в Италии желание короновать могущественного франкского правителя императорской короной. Переговоры об этом еще продолжались, когда папа Лев III, изгнанный римлянами и вернувшийся на престол благодаря Карлу, на Рождество 800 года в церкви Святого Петра возложил на голову ошеломленного короля императорскую корону.

Карл принял ее в надежде, что сможет договориться с Византией. Однако этой надежде не суждено было оправдаться, и в Европе остались два императора — западный и восточный. В любом случае, императорская корона способствовала значительному росту авторитета короля франков, превратившегося в верховного покровителя западного христианства. Карл воспринимал себя как высшую светскую власть, в том числе по отношению к Церкви, глава которой являлся высшим духовным авторитетом. Монарх придавал своему новому титулу огромное значение, о чем свидетельствует введение новых регалий — золотого скипетра, трона и императорской короны — а также новая присяга, которую ему должны были принести подданные.

Восхищения достойны не только внешнеполитические успехи Карла, но и его внутренняя политика. При нем чиновники утратили свою независимость и вновь стали смещаемыми. Король устранил всех наследственных герцогов и не жаловал больше никому этот титул. В покоренных областях, где необходима была сильная рука, он назначал маркграфов. Походами командовали в большинстве случаев сыновья Карла. При дворе была ликвидирована должность мажордома, зато другие чиновники приобрели больший вес — к примеру, пфальцграф, руководивший королевским судом. Должность референдария исчезла еще раньше; его место заняли представители духовенства, которые вели дела королевской канцелярии под руководством эрцканцлера. Во главе придворного клира стоял эрцкапеллан, он должен был отчитываться перед императором обо всех церковных делах. Для надзора за графами использовались королевские послы (сначала по мере необходимости, а с 802 года регулярно). Они объезжали определенные регионы империи и должны были устранять злоупотребления или ставить в известность о них монарха.

Законодательством король занимался вместе с элитой своего государства, которую собирал на придворные съезды. В результате этих совещаний издавались подробные распоряжения, которые делились на главы (капитулы) и потому назывались капитуляриями.

В сфере судопроизводства Карл заботился о совершенствовании имеющихся кодексов и письменной фиксации обычного права там, где оно передавалось из уст в уста (в особенности у саксов, фризов и тюрингов). Одновременно он сократил судебные обязанности свободных общинников, уменьшив количество поводов, по которым следовало собирать весь народ, до трех. В остальных случаях дела должна была рассматривать коллегия из семи шеффенов, назначавшихся графами. Суды шеффенов проходили обычно раз в две недели под председательством чиновника, который назывался цен-тенаром или шультейсом[19]. Высшую инстанцию представляли суды королевских послов и непосредственно королевский суд. Только последний мог рассматривать дела представителей элиты, поскольку действовал принцип, в соответствии с которым равные судили равного.

Административная система в общем и целом осталась прежней. В списке источников королевских доходов на первом месте находились домены монарха, управление которыми Карл великолепно организовал. К этому добавлялись поставки, которые подданные осуществляли для содержания двора во время его путешествий по королевству, ежегодные подарки со стороны аристократов, судебные штрафы (король получал две трети, граф — треть суммы), дань с покоренных народов, наконец, пошлины и небольшой доход от чеканки монеты. Карл сохранил введенную Пипином систему серебряных денег, основной единицей в рамках которой являлся солид (шиллинг), делившийся на 12 денаров. Монет-шиллингов не существовало; из одного фунта серебра чеканились 240 денаров. При этом Карл установил вес фунта на четверть больше, чем в римские времена (409 вместо 327 граммов). Чтобы бороться с фальшивомонетчиками, император в 806 году распорядился чеканить монету только в Аахене. Однако, поскольку все отчеканенные ранее деньги оставались в обороте, эта мера оказалась не особенно эффективной. В общем и целом денежное обращение еще не имело большого значения; богатство и власть обеспечивали земельные владения.

Сельское хозяйство стало более интенсивным, появился трехпольный севооборот. Был установлен четкий размер гуфы, состоявшей теперь из тридцати частей, каждую из которых можно было обработать в течение одного дня (моргенов)[20]. На землях крупных землевладельцев все было организовано во многом так же, как и в крестьянских хозяйствах. Та часть владений, которая не выдавалась в качестве бенефициев, обрабатывалась людьми землевладельца (крепостными). Избыточная рабочая сила занималась ремеслом. Если речь шла о крупных собственниках, которым принадлежало несколько земельных угодий, то в каждом из последних назначался староста — мейер, следивший за обработкой почвы и взимавший подати.

Так постепенно стирались правовые различия между несвободными и литами. В особенности на территории королевского домена и владений, располагавших иммунитетом, положение крепостных было в целом благополучным. Со временем они стали создавать общины под руководством мейеров, решавшие конфликты между собой и представлявшие интересы крестьян перед землевладельцем. Последние, в свою очередь, стремились расширить свои территории за счет земель свободных крестьян, сделав их зависимыми общинниками. Мелкие землевладельцы должны были нести неоплачиваемую воинскую повинность, а также судебную повинность, за пренебрежение которой назначались штрафы. В результате все большее количество свободных добровольно или вынужденно переходили в ряды зависимых крестьян.

Система бенефициев и вассальные отношения способствовали постепенному складыванию основ ленной системы. Ленник получал свой бенефиций не на время за деньги, а пожизненно, выступая в качества вассала, приносящего своему господину клятву верности. Из таких вассалов крупные землевладельцы формировали вооруженную свиту, какая раньше имелась только у короля.

Карл придавал большое значение защите прав свободных крестьян. Однако он не сдерживал развитие ленной системы, а пытался поставить ее себе на службу двояким способом. С одной стороны, он сам раздавал бенефиции, формируя слой вассалов, которые могли играть роль конных воинов — призыв в армию свободных общинников уже давно не удовлетворял имевшиеся потребности. С другой стороны, он раздавал земли сеньорам, опосредованно превращая тем самым их вассалов в своих воинов.

Будучи покровителем Церкви, Карл Великий совершенно самостоятельно назначал епископов и требовал от них верности и послушания. Точно так же он по собственному усмотрению распоряжался аббатствами и даже отдавал их в качестве залога светским лицам. Епископам не позволялось вмешиваться в дела монастырей. Карл созывал епископов и аббатов на синоды, где решались церковные вопросы, контролировал образ жизни духовенства и определял церковную иерархию. Помимо Майнцского архиепископа, руководившего епископами на востоке империи, были назначены архиепископы в Кельн, Трир и Зальцбург.

Карл основывал школы для подготовки духовенства. По его приглашению ученый англосакс Алкуин вместе с другими выдающимися представителями духовенства занялся развитием придворной школы, в которой сыновья благородных франков готовились к карьере государственных деятелей или епископов. Латинское образование, находившееся в состоянии практически полного упадка, благодаря его деятельности поднялось на новую высоту. Сам Карл вместе со своими детьми и придворными присутствовал на уроках и не стеснялся на старости лет учиться писать — впрочем, в конечном счете эта его попытка на увенчалась успехом. В это же время приглашенные им ученые провели важную реформу правописания.

Выпускниками придворной школы заполнялись по мере возможности все высшие церковные должности. В результате развитие учености получило мощный импульс. Карл стремился основать школу в каждом епископстве и при каждом монастыре. Алкуин создал образцовое учебное заведение в Туре, куда он был назначен аббатом в 796 году. В школах штудировали Библию и читали латинских авторов, знакомясь при их посредничестве с архитектурой, астрономией и другими предметами. Кроме того, при дворе и в других местах создавались певческие школы, школы письма и рисования, выпускники которых оставили нам множество прекрасных книжных миниатюр.

Сам император являлся центром культурной жизни государства. В мирное время он жил в одном из своих путевых дворцов, с 794 года предпочитая Аахен с его теплыми источниками. Карл создал своего рода академию, ключевую роль в которой играли два ученика Алкуина: Ангильберт, одаренный поэт и государственный деятель, и Эйнгард, историк и архитектор, удачно подражавший античным образцам. Император покровительствовал не только латыни, но и немецкому языку. Рассказывают, что именно он дал ветрам и месяцам немецкие имена, начал составление немецкой грамматики и приказал собирать немецкие героические сказания, практически не дошедшие до наших дней из-за отвращения духовенства ко всему языческому и варварскому. Языком Церкви осталась латынь, однако Карл приказал проповедовать немцам на немецком языке и перевести с латыни некоторые молитвы и фрагменты Старого и Нового Завета.

Удивительно, что такой правитель, как Карл, не захотел сохранить единство своего государства. Еще в 806 году он завещал разделить после своей смерти империю франков между тремя своими сыновьями — Карлом, Пипином и Людовиком. Однако оба старших сына умерли раньше своего отца. В 813 году Карл вызвал единственного оставшегося, Людовика, в Аахен и короновал его здесь императорской короной. Вскоре после этого он сам умер и был похоронен в этом городе.

В 814 году началось правление Людовика Благочестивого. Новый император принял наследство своего отца с энергией и достоинством. Пережитая опасность заставила его довольно рано отдать распоряжения на случай своей смерти. Светская элита выступала за самостоятельность различных частей Империи, однако Церковь поддерживала сохранение единства, в котором нуждалась исходя из собственных интересов. С ее помощью император определил на большом имперском съезде в Аахене в 817 году порядок престолонаследия. В соответствии с ним, старший сын, Лотарь, должен был стать императором и взять на себя правление всем государством; младшие сыновья, Пипин и Людовик, становились королями Аквитании и Баварии соответственно, однако под сюзеренитетом своего брата.

Все присутствующие на съезде поклялись соблюдать этот закон, а папа утвердил его. Однако Людовик вскоре начал сам тяготиться собственными решениями — он вступил во второй брак с Юдифью, дочерью швабского графа Вельфа, которая родила ему сына Карла. Попытки императора изменить закон столкнулись с энергичным сопротивлением старших сыновей. Церковь в этой ситуации сделала ставку на Лотаря, который уже с 817 года носил императорский титул и в 823 году был коронован папой. Тайные интриги Юдифи и слабость монарха вынудили Пипина и младшего Людовика (его, чтобы отличать от отца, называют Немецким) принять сторону Лотаря.

Дело дошло до открытого столкновения. В 833 году, когда император выдвинулся в Кольмар навстречу своим сыновьям, его армия перешла на сторону противника, в лагере которого находился сам папа. Однако, когда Лотарь с помощью Церкви постарался обеспечить себе власть над всей империей, это вызвало недовольство братьев, которые вновь посадили на трон отца.

Итогом стала непрерывная смута. Смерть Пипина привела к началу нового раунда борьбы, до конца которого император уже не дожил, скончавшись в 840 году. Людовик Благочестивый получил свое прозвище благодаря религиозности. Он способствовал распространению христианства, взяв под защиту миссионера Ансгара, сопровождавшего в 826 году только что принявшего крещение короля датчан Харальда. Людовик назначил Ансгара в 831 году архиепископом Гамбурга. В 848 году, когда Гамбург был разрушен норманнами, это архиепископство было объединено с епископством Бременским. Людовик Благочестивый развивал также церковную организацию в землях саксов.

Вопрос наследства Людовика, под знаком которого прошло все его правление, так и остался нерешенным к моменту его смерти. В результате авторитет императорской власти резко снизился, порядок пошатнулся, а военная сила ослабла настолько, что норманнские пираты, с 834 года каждый год грабившие приморские районы, в 841 году безнаказанно поднялись по Сене до Сен-Дени. Одновременно сарацины в 838 году опустошили Марсель, а в 843 году берега Роны вплоть до Арля.

После смерти Людовика Благочестивого Ло-тарь вновь выдвинул притязания на единоличное правление. Однако в 841 году он потерпел поражение при Фонтенуа от рук своих братьев; современники считали это карой Господа. В 842 году Людовик и Карл торжественно поклялись в Страсбурге поддерживать друг друга, и на следующий год Лотарь вынужден был уступить. По Верденскому договору он получил Италию, Бургундию с Провансом, землю между Маасом, Шельдой и Рейном (кроме районов Шпейера, Вормса и Майнца) и Фрисландию. Карлу досталось все, что находилось к западу, Людовику — к востоку от его владений.

Государство восточных франков (843–918)

Западная часть империи франков, более развитая в культурном отношении, стала ареной противостояния светского дворянства и высшего духовенства; средняя, доставшаяся Лотарю, представляла собой комплекс разнородных земель. Восточная же часть империи, более примитивная в экономическом отношении, не имела серьезных внутренних проблем. Это обеспечило Людовику Немецкому определенное преимущество перед братьями. Ему удалось успешно защитить и внешние границы своих владений.

В 855 году император Лотарь скончался, и его владения разделили три сына: Людовик II получил Италию и императорскую корону, Карл — Бургундию, Лотарь II — северную треть, которая с тех пор называлась Лотарингией. В 863 году Карл скончался, и Лотарь II унаследовал его владения; когда и он, в свою очередь, умер в 870 году, Людовик Немецкий и его брат Карл Лысый разделили между собой по Мерзенскому договору эти территории. При этом впервые определенную роль сыграл национальный фактор.

Вскоре, в 875 году, скончался и Людовик II, который был обойден при этом разделе. Перед смертью он назначил своим преемником Карломана, сына Людовика Немецкого. Однако Карл Лысый опередил его и короновался в Риме в качестве императора. Год спустя, в 876 году, Людовик Немецкий скончался. Он стал первым монархом, объединившим под своей властью только начавшую формироваться немецкую нацию.

Земли Людовика Немецкого были разделены между его сыновьями: Карломан получил Баварию, Людовик — северную часть королевства, Карл — землю аламаннов, которая получила название Швабии. Карл Лысый попытался с помощью внезапного нападения захватить эти территории, но был разгромлен Людовиком при Андернахе[21]. Смерть Карла Лысого и его сына позволила сыновьям Людовика Немецкого взять реванш: в 877 году они захватили Италию, в 879 году — доставшуюся западным франкам часть Лотарингии. Однако Карломан умер в 880, Людовик — в 882 году, и все восточнофранкское государство досталось младшему брату Карлу, который уже в 881 году короновался в Италии императорской короной.

Карл III с молодых лет страдал эпилепсией и был по характеру совершенно мирным человеком — как раз в то время, когда его держава настоятельно нуждалась в полководце. С момента своей первой высадки во Фрисландии в 834 году норманнские пираты (викинги) из Дании и Норвегии стали настоящей чумой европейских берегов. В 880 году восточнофранкский король Людовик разбил их на Самб-ре, однако в это же время другой флот викингов практически полностью уничтожил у Гамбурга войско саксов под командованием графа Бруна. В 881 году западнофранкский король Людовик III, внук Карла Лысого, разбил норманнов при Сокуре, но в том же году они построили на Маасе в районе Маастрихта укрепленный лагерь. Последний был в 882 году осажден войском Карла III; однако, испытывая проблемы со снабжением, король предпочел заплатить внушительную сумму и пожаловать норманнам лены во Фрисландии, чтобы добиться их ухода.

Именно этот не слишком одаренный правитель смог еще раз объединить практически всю империю франков. Двое внуков Карла Лысого умерли, а третий, Карл Простоватый, был еще ребенком, и Карл III в 884 году стал правителем западнофранкского государства. Только южная Бургундия со столицей в Арле была с 879 года самостоятельным королевством под скипетром Бозона, зятя императора Людовика II.

Вскоре после этого у стен Парижа появился норманнский флот, и храбрый граф Одо зимой 885/886 года лишь с большим трудом смог отстоять город. Осенью 886 года император подошел к Парижу с армией, но согласился на переговоры и предоставил норманнам зимние квартиры в Бургундии в обмен на обещание вернуться домой. Викинги, естественно, основательно разграбили оставленную в их распоряжении территорию, после чего опустошили еще и низовья Сены.

После этого даже у самых лояльных подданных Карла III лопнуло терпение. Откликнувшись на приглашение баварцев, Арнульф, внебрачный сын Карломана и правитель Каринтии, двинулся в 887 году на Франкфурт, где обычно находился император. Без единого сражения он был признан правителем восточнофранкского государства. Лишенный престола, Карл III удалился в Швабию, где и скончался в 888 году.

Арнульф не смог предотвратить воцарения в западнофранкском государстве графа Одо, защитника Парижа. В Италии в это же время королем провозгласил себя маркграф Берен-гар из Фриуля. Однако в 891 году Арнульф смог разбить норманнов у Лёвена на Диле, снова внушив им почтение к могуществу франков. В следующем году они опять дошли до Бонна, однако затем внезапно прекратили свои набеги.

Примерно в это же время образованное в результате слияния нескольких государственных образований в 827 году королевство Англия смогло дать отпор датчанам. Вожак норманнов Ролл, приняв крещение под именем Роберта, получил Руан с окрестностями (Нормандию), а также герцогство Бретань в качестве лена. Вскоре эти земли стали центром притяжения для норманнской аристократии, в то время как в Дании и Норвегии образовались большие аграрные королевства.

Однако именно тогда, когда опустошительные норманнские набеги на западе прекратились, новая опасность возникла на востоке. Арнульфу пришлось сначала бороться против моравского государства, которое контролировало территорию Богемии и Словакии. Справиться с этим врагом удалось только после смерти в 894 году герцога Святополка и только с помощью мадьяр (венгров). Этот кочевой народ, двигаясь от Черного моря, добрался до долины Дуная между моравами и болгарами и вскоре стал самым опасным соседом франков.

В результате бавары были вынуждены постоянно принимать участие в военных кампаниях. Швабы, в свою очередь, оказались не слишком лояльными подданными и даже отказались принять участие в походе короля против норманнов. Лотарингию Арнульф передал своему внебрачному сыну Звентибальду (тот получил свое имя после заключения мира с моравским герцогом Святополком, крестником которого стал). Саксы, находившиеся с середины IX века под властью сначала графа Людольфа, а затем его сына Бруно (ум. 880), становились все более независимыми.

По мере того как германские племена отдалялись друг от друга, Арнульф был вынужден обращаться к Церкви за помощью в деле сохранения единства. Он двинулся в Италию, где императорскую корону носил Ламберт, сын Гвидо Сполетского, победившего Беренгара. Арнульф взял штурмом Рим и заставил папу в 896 году короновать его в качестве императора. Однако стоило ему уйти из Италии, как та вновь оказалась потеряна. Сам же Арнульф принес из своего похода болезнь, от которой умер в 899 году.

Его преемником оказался единственный законный сын — шестилетний Людовик, опекуном которого стал Гаттон, архиепископ Майнцский. Последний вынужден был опираться на могущественных аристократов. В свою очередь, и германские племена стремились противопоставить церковной иерархии светскую власть. Это привело к появлению и быстрому усилению новых герцогских династий. В Саксонии после смерти Бруна дворянство возглавлял его брат Отто, в Тюрингии ту же роль играл Буркхард, маркграф сорбов, в Баварии — Луитпольд, маркграф Богемии и Каринтии, в Швабии — граф Буркхард из Реции. В Лотарингии после смерти Звентибальда в 900 году аристократические кланы боролись друг с другом, во Франконии (этим словом обозначали территорию, отнятую Хлодвигом у аламаннов и тюрин-гов, включая Гессен) лидирующую роль играли граф Конрад из Веттерау и граф Адальберт Бамбергский. В последнем случае духовенство решило исход противостояния в пользу Конрада. В 906 году Конрад был убит Адальбертом, и тогда против последнего выступил Гаттон с королевским войском. Он хитростью заманил своего противника в ловушку и казнил графа. Герцогом после этого стал сын и тезка Конрада.

Мадьярская угроза привела к тому, что племена сплотились вокруг своих герцогов. В 907 году венгры уничтожили баварское войско Луитпольда; герцогом Баварии стал его сын Арнульф. В 908 году тюрингский Буркхард пал в бою с мадьярами, и его герцогство перешло под покровительство Оттона Саксонского. Фактически под властью восточнофранкского короля остались Швабия и Франкония, однако и эти земли не удавалось защитить. В 909 году венгры вторглись в Швабию и добрались до Сен-Галлена, в 910 году они разбили короля на реке Лех. В 911 году Людовик умер, оставив свое королевство в состоянии полного развала.

Людовик IV Дитя был последним из восточнофранкской ветви Каролингов. В западнофранкском государстве после смерти Одо к власти пришел Карл Простоватый, который смог распространить свою власть и на Лотарингию. Однако о том, чтобы присоединить к своим владениям восточнофранкское королевство, он не смел и мечтать.

Собрание в Форхгайме избрало новым королем герцога Конрада Франконского, который имел династическую связь с Каролинга-ми. Конрад был другом архиепископа Гаттона и нашел союзника в лице Церкви. Однако все его попытки укрепить королевскую власть по отношению к герцогам остались напрасными. Он не смог отвоевать Лотарингию. В 912 году, когда в Саксонии скончался герцог Оттон, Конрад не хотел подтверждать права на Тюрингию его сына Генриха; однако в результате Саксония вместе с Тюрингией и Фрисландией окончательно вышли из состава королевства. В Швабии королю противостоял молодой Бурк-хард, наследовавший своему отцу в 911 году, а также пфальцграф Эрхангер и его брат Берх-тольд. В 917 году Конрад смог заманить братьев к себе и казнить их, однако тем самым он лишь расчистил Буркхарду путь к единоличному господству. В Баварии Арнульф в результате решительной конфискации церковного имущества смог обеспечить материальную основу своей власти. Король осадил Регенсбург — столь же безрезультатно, как швабские и саксонские замки до этого.

В 918 году Конрад скончался, состарившись раньше времени. Самый значимый свой поступок он совершил на смертном одре, приказав своему брату Эберхарду отказаться от короны и передать ее саксонскому герцогу.