Невостребованная личность

Глава 6. Не в деньгах счастье.

Пахали мы всю следующую неделю как кони, то одно, то другое. С Иванычем поговорить вариантов нет, поросята подхватили какой-то вирус, а это серьёзный удар по бюджету семьи. Фермер снабжает мясом турбазу, рынок, конюшню и мясные лавки в районе, потеря свиней – это трагедия. К нам приезжал ветеринарный врач, они с Фёдором Иванычем долго искали варианты, но вариантов не было. Поголовью вынесен смертный приговор. Хозяин подавлен, Маратовна искрит от минимальных косяков, ферма как на иголках.

Спустя пару дней после утилизации поголовья и очистки свинарника, нам должны привезти новых поросят. Казалось бы, буря утихла и можно общаться! На очередном «семейном» обеде, набравшись смелости, я начала.

– Фёдор Иванович, я уже тут три недели и у меня закончились сбережения, и испытательный срок прошёл давно.

– А на что ты их потратила, свои сбережения-то? – спросил он.

Вопрос поставил меня в тупик. Что это вообще за вопросики такие. «Тебя как должно волновать, на что я трачу? Нормально вообще такие вопросы задавать человеку? В конце концов, я тут, блин, работаю!».

– Мне нужно понимать, на какую сумму могу рассчитывать, – сказала ему прямо в глаза, – Я работаю с утра до вечера, как все тут, и рассчитываю на вознаграждение!

Он перестал есть, а это плохой знак, очень плохой знак.

– Послушай меня, Алёна! Ты грянула к нам как гром с ясного неба! Мы приютили тебя! Кормим и поим! Мы обучили тебя фермерству, а это дорогого стоит! Мы приняли тебя в семью, несмотря ни на что! Сейчас тяжёлый период для фермы, а ты… смеешь просить деньги, – сказал он мне прямо в глаза.

«Смею просить», «приняли, несмотря ни на что», серьёзно? Навыка сдерживать свои эмоции недостаточно на такую выходку…

– Я пашу у вас как негр на плантации, и ради чего? Мне деньги нужны, а не семья, – сказала я.

– Своей работой ты и на булку хлеба не наработала, тунеядка. Где Алёна? А Алёна в доме, Алёна обед приготовила? Нет, Алёна полдня картошку чистит…

– Я нормально работаю! – сделала я попытку вклиниться в монолог к Маратовне, за что мгновенно получила пинок от Кати под столом. Но жена фермера и вида не подола.

– Где Алёна? А Алёна в сепаратной спит, Алёна полы помыла? Помыла, только где видно, а под кроватями сами мойте… ещё непонятно кто заразу к свиньям принёс! – включилась Маратовна.

– Вы их своим змеиным ядом потравили, – огрызнулась я.

– Алёна, прекрати! – как-то тихо произнёс фермер.

– Ты как смеешь рот свой открывать в таком тоне! – шарахнула по столу хозяйка, – Ты кто? Ничтожество безродное! ПОШЛА ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА!

– Так, девочки, ну-ка… – начал фермер.

– Знаете, что? Нормальные фермеры как сыр в масле должны жить, а вы неудачники! Всего доброго! – я вскочила из-за стола, стул с грохотом упал на пол.

«Да горите вы синим пламенем, и ферма ваша, и Катюша Ваша блаженная. Надоело, какого чёрта?! Даже в колхозе людям платили». Влетаю в нашу с Катей комнату собрать манатки, а потом понимаю, ничего моего здесь почти нет. Переоделась в вещи, подаренные мне бабкой, и двинулась к выходу.

Катя, стоявшая в коридоре, схватила меня за руку:

– Иди извинись, ты не права! – взмолилась она.

– Я не буду работать бесплатно! Отойди.

Вырвав руку, я пронеслась по гостиной, краем глаза заметив, хозяева так и сидят за столом. Где-то, глубоко-глубоко в душе, была надежда, что окликнут или как-то сгладят, но нет. С грохотом закрыв входную дверь, я осталась один на один с осенью. И вот «хозяйка своей судьбы» стоит в бабкиных сапогах, старом тулупе и суммой, которой едва хватит на два билета на автобус.

Усугубив своё положение на максимум из-за несдержанности, я гордо шла к остановке. В голове вертелась успокаивающая мысль «закрылась одна дверь, откроется другая». Но работает ли этот принцип на самом деле? Сейчас поеду на турбазу просить работу. Затем на конюшню умолять о ней! Возможно, подвернётся какая-то халтурка. Помимо работы, придётся искать кров «ну что Алёнка, отстояла свою честь? А говорила тебе бабка, заткнись и сиди тихо». Из «знающей свои права» и «не лезущей за словом в карман» я превратилась в рыдающую бездомную нищебродку.

Автобуса не было долго, расписания я не знала и начала волноваться, вдруг до завтра их уже не будет. Пока ждала, успела остыть, может вернуться и извиниться? Ну и извинюсь, что дальше? И, вообще-то, я не права только в подаче своей мысли, а по сути, любая работа должна оплачиваться, я не его родня, чтобы вкалывать за спасибо, силы, потраченные мной на полях, превышают стоимость простенькой еды и проживания в тесной пристройке к дому с напарницей. Фермер знает о моих проблемах со здоровьем, логично, что мне нужны деньги, но платить не хочет, ну и пусть работает сам вместе со своей зазнобой.

К остановке подъехала машина, я напряглась, в открывшемся окне показалось удивлённое лицо Ларисы.

– Ты чего здесь сидишь? – спросила она.

– Меня уволили, – сказала я, ну по правде, так оно и есть.

– И куда тебе надо? – крикнул Артём с водительского сидения.

– На турбазу.

Артём махнул рукой, приглашая в машину. Мы с ними особо-то и не пересекались на ферме. Они вообще не обязаны были мне, могли проехать мимо, да и всё. Но я уже поняла, в маленьких городках свои законы и «своих не бросаем» – это их девиз!

– Ну… и что случилось? – спросила Лариса, сев ко мне вполоборота.

– Хозяин не хочет мне платить, – всю суть нашей беседы я не хотела говорить.

– Иваныч ещё тот скряга, но дела действительно идут неважно! На пятки наступают конкуренты из агрохолдингов. У Фёдора нет ни рекламы, ни связей в других регионах, это здесь он барон, а чуть ближе к крупным городам его товар никому не нужен. То, что мы реализовываем на рынке, не окупает даже солярку. Нервишки у хозяев шалят, прошлой весной телята, о лете вообще молчу, сейчас свиньи, – Лариса говорила это то ли мне, то ли мысли вслух.

– Они телят теряли?

– Да, напортачили чёта, то ли лекарства перепутали, то ли чё, коровы в тот же день отелились раньше времени, типа выкидыш… Иваныч тогда Катюху уволить хотел, да куда её выгонишь…– пояснил Артём.

– Плохо дело, если до свиней было трудно, то сейчас вообще караул, – поддержала Лариса, – получается, семейное дело летит в трубу! Денег нет, дети разъехались и плевать хотели на желания родителей, ещё вот и тебя уволили, потрясающе.

– А вы не знаете, кто-то сотрудников может быть ищет? – спросила я.

– Здесь кумекать надо. Просто так разве что на разовую работу, и то… разовая работа у Иваныча и бывает, – сказал Артём.

Мы остановились на ярко освещённой парковке посреди леса.

– Возьми, – сказала Лариса и протянула визитку, зажатую между наманикюренными пальцами, – если будет совсем тяжко, звони.

– Спасибо большое, – поблагодарила я и вышла.

Помощь пришла откуда не ждали, доехала куда надо и даже осталась сумма на две автобусные поездки.

Турбаза представляет собой россыпь небольших деревянных домиков на берегу озера, здесь обустроено место для рыбалки, оборудованы мангалы, гамаки, пирс, моторная лодка и всё это окружено лесом, место очень пользуется спросом. Основное здание стоит ближе к дороге, это одноэтажный деревянный дом с панорамными окнами. Войдя внутрь, ощущаешь тепло и уют этого места. Горит камин, пахнет кофе и едой. За столом администратора стоит парень и заигрывает с официанткой из кафе-столовой. Я испытывала дискомфорт от своего внешнего вида, тулуп пах фермой, сапоги в грязи по щиколотку, а здесь все такие нарядные, чистые. Нет, мне тут не место. Я остановилась на полпути к стойке регистрации, развернулась и встала как вкопанная.

Справа от входной двери в уютной нише стоял компьютер, на мониторе горела заветная строка GOOGLE.

План созрел моментально. Я развернулась обратно и пошла к парню.

– Добрый вечер! Я к вам по срочной просьбе Фёдора Ивановича, можно переговорить с руководителем? – вывалила я информацию на администратора.

– Может, я могу помочь? – парень напрягся, никто не любит дёргать начальство.

– Ну здесь дело жизни и смерти! На ферме, как вы наверняка слышали, проблемы со свиньями и на днях нам должны привезти новых поросят, мы готовимся к их приезду, но Фёдор Иванович боится повторения истории и хочет усовершенствовать свинарник. Нам срочно нужна информация о современных методах и профилактических мерах по предотвращению инфекций, – ай да я, ай да молодец.

–И? – сказал паренёк, сдаётся мне, он не особо понял.

– На ферме нет интернета, когда починят непонятно, Фёдор Иванович сказал, что на турбазе мне точно помогут, вам-то без свинины тоже туго, – завернула я.

– Да уж, шашлыков нет уже неделю.

– Позовите, пожалуйста, руководителя, – настаивала я и надеялась, что этого он не сделает!

– Директора нет, да идите так, сядьте только за второй компьютер, чтоб вас не видно было, – сказал паренёк и продолжил беседовать с барышней.

Это была победа, впервые с лета что-то получилось, и у меня по-прежнему было на два билета на автобус.