Нигредо. Созданный из пепла

Глава 8. Галлюцинация

И всё-таки школа — самое ужасное место в мире.

Сколько бы Света ни пыталась настроить режим так, чтобы рано ложиться и рано вставать, во сколько бы ни засыпала, просыпаться каждый день в семь утра было одинаково невыносимо. А ведь в начальной школе родители будили её в шесть. Как она тогда вообще дожила до пятнадцати?..

С закрытыми глазами Света выползла из своей берлоги и наскоро собралась под весёлые возгласы Амалии и Катерины. Вторая как будто была рада отправить Свету в новую школу даже больше, чем родители. Те уже полчаса назад выехали на новую работу и не успели пожелать Свете доброго утра, но от этого легче не стало бы. Любое утро, кроме субботы и воскресенья, добрым быть не может. Разве что на каникулах.

Она решила не рисковать и в первый день всё-таки надеть школьную форму, чтобы учителя не сразу поняли, с кем имеют дело. Пусть ослабят бдительность, а уж потом репутация будет работать на Свету. Натянув тщательно выглаженную белую рубашку с галстуком и чёрные брюки (те всё же слегка помялись, брошенные в дальний угол шкафа), она вместе с Амалией вышла из дома. Только чёрные кроссовки не могла променять ни на какую другую обувь: расстаться с ними было равноценно самоубийству. Хранить им верность она собиралась до самой старости.

Амалия относилась к школьной форме чуть проще: с белой рубашкой и чёрными брюками контрастировала клетчатая зелёная жилетка, за какую в старой школе Светы и родителей могли вызвать.

Будь у неё силы, она бы потратила пять минут на утреннюю пробежку, но по понедельникам и без того редко высыпалась, поэтому вставать раньше не получалось ни при каких стараниях. Да и в расписании стояла физкультура, отработает упущенное там. Хоть и придётся перед этим пострадать на русском. Некоторые молитвы Светы всё же были услышаны, и в понедельник не было физики. Вот чему действительно стоило радоваться.

Как только сёстры ступили за школьные ворота, сонливость как рукой сняло. Света не знала, куда смотреть первым делом: движение было одновременно повсюду. Количество скамеек во дворе позволяло множеству учеников проводить свободное от уроков время на свежем воздухе, но большинство предпочитали более активное времяпровождение, чем простое сидение на месте. Возле огромной кучи листьев, скрупулёзно собранной дворником, крутилась компания первоклассников во главе с Тихоном. Тот выстроил детей в ряд и, как только задорно отдал команду, ребята по очереди с громким криком принялись нырять в эту кучу, превратив её в беспорядочное жёлто-красное месиво. В довершение за ними прыгнул и сам Тихон, уничтожив остатки листвы, имевшие хоть какие-то похожие на кучу очертания. Зимой они наверняка проделывали то же самое со снегом. Как только Амалия увидела это их невероятно весёлое занятие, кинулась нырять вместе со всеми.

Чуть поодаль перед Сабиной выстроилась другая группа детей, внимающих каждому с умным видом сказанному ею слову. Понаблюдав за этим какое-то время, Света поняла, что та рассказывает первоклассникам о принципах своего боевого искусства. А увидев, что лиса пришла в школу в спортивном костюме, догадалась, что форма здесь была не так уж важна, и Света зря пожертвовала своим комфортом. Завтра придёт в домашнем, как обычно.

— Итак, слушайте внимательно. Каждый ученик должен уважать своего наставника, соперников и всех окружающих! А теперь повторяйте!

Толпа задорным хором повторила сказанное.

— Что бы с вами ни происходило, вы ни за что не должны бросать начатое. Повторяйте! Ученик всегда должен быть смелым и никогда не сдаваться!

Толпа вновь прокричала нужную фразу.

— И самое важное — вы всегда должны контролировать свои эмоции и действия! Повто…

— Но ты же всё время злишься на своего брата.

Сабина на миг потеряла дар речи, когда один из «учеников» вдруг перебил её. Мальчишка стоял с таким спокойным видом, будто сказал нечто само собой разумеющееся.

— Да что ты… Когда такое последний раз было?!

— Получается, ты не уважаешь всех окружающих? — подхватила другая ученица.

— Постой…

— И математички вашей так боишься, что каждый день прибегаешь к нам и ворчишь, какой ужас нас ждёт в пятом классе! — вспомнил третий, особенно эрудированный для своего возраста, школьник.

— А ну проваливайте и повторяйте уроки!

Дети с громким смехом разбежались кто куда, а Сабина стояла на месте, пылая от возмущения. Ещё немного — и макушка загорится. Этим детям никогда не постигнуть её индивидуальный смешанный стиль!

Она уже хотела выплеснуть гнев на воздухе: занося руку для удара, развернулась, но отпрянула, едва не задев Свету, из ниоткуда взявшуюся прямо у неё за спиной. Она с интересом наблюдала, как толпа незадавшихся учеников Сабины забегает в двери школы. Когда они скрылись, перевела взгляд на застывшую в ступоре подругу:

— Это были принципы тхэквондо?

— Э… Вроде того. Но ты же помнишь, я не обучаюсь какому-то конкретному искусству… — отмахивалась Сабина, но в глубине души надеялась, что Свете хоть сколько-нибудь не плевать на эту деталь. И крайне удивилась, когда та согласно кивнула, а затем и вовсе с нескрываемой заинтересованностью продолжила расспросы.

— Чем не подошло кунг-фу?

— Долгая история… если коротко: мой бывший наставник тот ещё…

— Сабина! Твоя очередь! — вдруг крикнул Тихон, поднимаясь из кучи листьев.

— Потом расскажу как-нибудь, — вновь отмахнулась та, направляясь в сторону остальных. — Эта история не настолько интересная. Если что, Захар в библиотеке.

— Уже ищет дневник? — удивилась Света.

— Не, русичке помогает. Не хочешь с нами в листьях поваляться?

Света без лишних слов бросила рюкзак к сумкам остальных и присоединилась. Правда, до начала урока уже оставалось всего десять минут, поэтому вскоре занятие пришлось прервать, и ребята вместе с толпой школьников, принявших Тихона за своего вожака, поспешили в школу.

Когда четверо уже собирались подняться на второй этаж и приблизились к лестнице, были вынуждены посторониться: по перилам, убегая от кого-то, съехал высокий беловолосый парень в чёрном брючном костюме с галстуком и белой рубашке.

С лёгкой безмятежной улыбкой он мягко спрыгнул на пол и одним ловким движением свернул в мужской туалет, хлопнув дверью и попутно уклонившись от летящей сверху тряпки за миг до того, как та прилетела бы ему на голову. Тихон весело рассмеялся, глядя ему вслед. Тут же по лестнице со второго этажа спустилась разъярённая Агата.

— Где этот вредитель?!

Света удивилась редкому проявлению эмоций у одной из сов. Что такого мог сделать несчастный парень, чтобы настолько разозлить Агату?

— На кой чёрт он тебе сдался? — хихикала Сабина. Агата стрельнула в неё холодным взглядом, но всё-таки ответила.

— Он сфоткал ответы на тест по алгебре. Я хотела заставить его удалить их.

— Хорош! — похвалил «вредителя» Федя, невесть откуда взявшийся за спинами ребят, заставив их обернуться на звук.

Хоть до этого Света встречала его всего единожды, было странно видеть его не в спортивной одежде. Он не совсем плевал на школьную форму: под белый пиджак надел тёмно-синюю рубашку и чёрные брюки, даже полосатый галстук завязал. Руки были исправно в карманах, а волнистые волосы слегка растрёпаны.

Гнев Агаты по инерции переключился на брата, но тот проигнорировал её присутствие и с довольной улыбкой отвлёкся на телефон.

— Вы не должны списывать! Учителя получают зарплату за то, чтобы обучать вас! Я дождусь этого… двоечника здесь и заставлю удалить…

— Не успела. — Федя, победно прищурившись и оскалившись, показал ей экран своего телефона. Теперь Агата пылала от ярости.

Все, кроме Светы, получили уведомление, и Тихон вновь рассмеялся:

— Он отправил их в общий чат.

Агата сдалась и, топнув ногой, поднялась обратно на второй этаж, мысленно проклиная этих неучей. «Вредитель» же неспешно вышел из туалета, незаметно пристроившись к компании, и обменялся с Тихоном неким особым рукопожатием с кучей ударов кулаком о кулак и прочими загадочными элементами. Света задумалась, почему «вредитель» не проводил время вместе с их компанией, раз так хорошо дружил с Тихоном, но быстро вспомнила, что далеко не все жители Нового Оскола были обелисками. Видимо, он был обычным человеком, непосвящённым в их тайны.

— Братан, это был подвиг! — хвалил друга Тихон. Тот в ответ сдержанно улыбнулся, оглядывая остальных и кивая им в знак приветствия, задержав чуть удивлённый взгляд на Свете.

— Мы тебе жизнью обязаны! — подхватил Федя и по-дружески хлопнул парня по плечу так, что тот слегка пошатнулся, хоть и был на вид не менее спортивным, чем филин, даже роста был такого же.

Свете было неясно такое дружеское отношение Феди, Захар ведь говорил, что другие ему безразличны. Да это итак было ясно, пальцев двух рук не хватит, чтобы сосчитать, сколько раз ей пришлось держать в себе оскорбления и проклятья за то недолгое время, что Света с ним контактировала.

Кто этот парень вообще такой? Волосы и глаза у него были очень светлыми — кажется, вообще белыми, но ресницы тёмными. Укладкой он, похоже, заниматься не любил, но волосы и без того выглядели довольно аккуратными, хоть немного отросли и были чуть длиннее, чем у Феди. Он просто откидывал их назад, чтобы не лезли в глаза. Узел галстука был слегка ослаблен, а первая пуговица рубашки расстёгнута, что придавало ему чуть неряшливый вид. Увидь его Света, спокойно идущего по коридору, никогда бы не подумала, что тот плюёт на школьный устав, превышая скорость в коридорах и распространяя ответы на контрольные. На его натуру могли указывать только синие кеды, сильно контрастирующие с остальной одеждой. Если бы не эти мелкие детали, Света бы подумала, что перед ними второй Захар, такой же прилежный, вежливый и надевающий лишь то, что соответствовало школьному дресс-коду, только высокий и беловолосый.

Цвет волос парня заставил её невольно вспомнить недавний побег от пепельных: у одного из них тоже были белые. Похоже, цвет волос у адептов не обязательно серый. Другие ребята вели себя спокойно в присутствии друга Тихона, да и интуиция не кричала Свете о прямой угрозе. Видимо, просто совпадение, и парень действительно был обычным человеком.

Он разминал шею, пока Тихон увлечённо рассказывал ему о чём-то. И на середине истории вдруг указал на Свету:

— Это Света Козырева, новенькая.

— О, — Он с вежливой улыбкой протянул ей руку. — Я Богдан Полюсов. Приятно познакомиться.

Света отмела подозрения на задворки сознания и ответила на рукопожатие, также улыбнувшись. Приятно было знать, что здесь так много её братьев по разуму, умеющих списывать. Ребята как раз добавили её в общий чат класса, а Амалия отправила ей фото с ответами на тест. Компания уже собиралась подняться на второй этаж, как вдруг Богдана, идущего впереди всех, едва не сбили с ног двое пятиклассников, несущихся на всех парах вверх по лестнице.

— Извини! — неожиданно вежливо крикнул один из них, обернувшись и едва не завалившись на бок на повороте, перевешенный большим тяжёлым рюкзаком.

Света в ту же секунду воспользовалась тем, что парень отвлёкся, и попыталась как можно скорее почувствовать его биополе, как учила Амалия. Она умела быстро думать и действовать в нужных ситуациях, вот и сейчас с успехом повторила уроки сестры. И в то же мгновение застыла: сбоку от парня виднелся чёткий, такой яркий сияющий золотом силуэт волка, что пришлось невольно прищуриться. Биополе было настолько густым, что его можно было назвать полноценной фигурой, а не просто силуэтом. У Светы перехватило дыхание. Так он тоже обелиск? И насколько же он силён, что его биополе так сияет?!

Она опомнилась, лишь когда Богдан уже обернулся, и экстренно отключила «видение», вопросительно уставившись на парня. Тот почему-то задержал нечитаемый взгляд на Свете и с лёгкой улыбкой сказал:

— Аккуратнее.

Компания двинулась дальше, не обгоняя Богдана. Но Света так и хотела остановиться на месте, чтобы обдумать эту мимоходом брошенную реплику. «Аккуратнее»? Она, конечно, шла прямо за ним, но мальчишки никак не могли дотянуться своими рюкзаками до неё. И этот его нечитаемый взгляд… До чего тут все странные…

Шла вторая половина русского языка, но Света уже готова была поклясться, что находится в школе не меньше двадцати часов. Голова её лежала на парте спустя десять минут после начала урока, а как пережить оставшиеся, она не имела ни малейшего понятия. Обнадёживало, что справа сидела отличница-Амалия, согласившаяся помогать сестре с заданиями. Потому по доброте душевной делала работу за двоих, пока Света невидящим взглядом сверлила стену за спиной учительницы и думала обо всех не связанных с темой урока вещах.

В классе числилось около тридцати человек, среди них Света пока не приметила ни одного любителя поиздеваться над новенькими. Не то чтобы её заботили такие мелочи, со стопроцентной вероятностью она скорее первая начнёт издеваться над подобными людьми, чтобы им жизнь малиной не казалась. Ведь кто-то же должен наглядно показывать им, что в этом мире хорошо, а что плохо. Да и опыт у неё уже был.

Новые одноклассники смотрели на Свету либо с интересом, либо с восхищением: та ещё в первые минуты пребывания в кабинете кратко изложила им все свои необычные увлечения сразу после того, как классная руководительница парой слов обошлась, представляя классу новенькую, и удалилась из кабинета. Она не забыла отметить соблюдение школьной формы, в ответ на похвалу Света лишь натянуто улыбнулась. Жаль было разочаровывать учительницу, она ведь и вправду придёт завтра в своей обычной одежде…

Рассадка в школе была свободная, и Света в ещё более приподнятом настроении, не раздумывая, приземлилась на соседнее с Амалией место, попутно пожимая руки всем желающим.

По рассказам Амалии, их класс мог уверенно похвастаться лучшей командной работой во всей школе, хоть и делился в основном на несколько сформированных ещё в начальных классах компаний. Многие числились в спортивных кружках, участвовали в городских соревнованиях и частенько побеждали. Света для себя отметила, что на первой же перемене поинтересуется, есть ли в классе боксёры и в какую секцию они ходят, лишь на миг позволив себе грустно улыбнуться воспоминаниям о старой.

Сонный взгляд со стены плавно переместился на первую парту. Там сидел Захар и, судя по тому, как скучающе крутил ручку между пальцами и смотрел куда-то сквозь доску, уже давно сделал все задания. Раз уж им обоим было так скучно, Света решила развлечь их интересующими её вопросами. Захар опустил взгляд на вибрирующий от входящих сообщений телефон и, всё также ловко покручивая ручку в одной руке, свободной разблокировал экран. Света, глядя на это с последней парты, несказанно удивилась тому, как спокойно Захар позволял себе сидеть в телефоне прямо под носом учителя. Ещё один отличник, что с него взять…

— Ты говорил, Федя особо ни с кем не общается. А как же Богдан?

— А, он тоже из «занятых». Они взаимодействуют только в школе. Федя воспринимает его как спасение от скучной учёбы, и это взаимно. Они оба ленятся делать домашку и скидывают друг другу ответы на контрольных.

— И Тихон с ним хорошо общается. Почему Богдана не было с нами на выходных?

— Не знаю, заметила ли ты, но он тоже обелиск. В отличие от нас, — золотой. Он постоянно где-то тренируется с бабушкой, у него просто не остаётся свободного времени даже на то, чтобы гулять с Тихоном. На самом деле они лучшие друзья. У остальных Богдан значится просто как знакомый.

— То есть, вы про него особо ничего не знаете?

— Есть такое. Он держится от нас на расстоянии, но как человек — довольно надёжный и идёт на контакт охотнее, чем совы.

«Довольно надёжный»? Так они не на все сто процентов доверяют Богдану. Опасаются его силы? Уточнить Света не успела: строгая учительница русского заметила, как быстро большинство справилось с заданиями, и на ходу придумала несколько ещё более сложных. Оставшийся урок все были вынуждены провести, скрючившись над тетрадями в попытках решить ещё хоть что-то и не уснуть.

Следующим уроком была физкультура, чему большинство в классе были несказанно рады. Света наспех переоделась в любимый спортивный костюм и собиралась сходить к кулеру с водой в ожидании остальных, однако, не успела она скрыться за поворотом, как её остановили двое парней — лучшие волейболисты класса, как объяснила Амалия. Цель их оклика была довольно очевидной.

— Света! Не уделишь ли нам минутку? — приветливо улыбаясь, махал ей парень, которого звали, насколько она помнила, Егор. За ним следовал его лучший друг Олег, вежливо кивнув девушке в знак приветствия.

— В свою команду вербовать пришли? — оборачиваясь и широко улыбаясь, догадалась Света. Егор согласно закивал, обрадовавшись: не придётся долго объяснять.

— Спортсмен спортсмена видит издалека! Ты же в какую-то секцию ходила?

— В боксёрскую.

Света довольно оскалилась, обнажая острые клыки, и уже представляла, как парни падают от зависти её навыкам. Те и вправду готовы были упасть, только, скорее, от неожиданности: так и застыли в ступоре. Оно и понятно, оба опоздали на первый урок и не успели услышать, как Света представлялась. На занятии Егор узнал от кого-то, что новенькая увлекается спортом, но и не думал, что когда-нибудь повстречает девчонку, способную прекрасно постоять за себя в драке. Она выглядела уж очень уверенной, наверняка уложила бы любого из школы, как ребёнка. Теперь понятно, откуда у неё такая крепкая хватка. Пока Егор пожимал Свете руку, был уверен: ещё немного, и она нечаянно оторвёт её вместе с плечом. Обычно так пожимал им руку тренер.

— Жаль, но я не слышал, чтобы кто-нибудь из наших или из параллели занимался боксом, — расстроенно развёл руками Егор. — Но ты всё ещё можешь присоединиться к нам!

— Пока не уверена. Если надумаю — дам знать.

Оставив парней грустить в одиночестве, Света наконец отправилась искать кулер дальше. Она не против поиграть на физкультуре, но боевые искусства ей были куда ближе игр с мячом. Может, позже она передумает, но сейчас у них с друзьями и без того много дел, она не могла позволить себе отвлекаться на менее значимые вещи. Никогда бы не подумала, что однажды назовёт менее значимой вещью спорт…

Физрук оказался неплохим. В отличие от того, что преподавал в прошлой школе Светы, он хотя бы походил на спортсмена, а не на случайно взятого с улицы угрюмого дядьку, который только и может, что наблюдать за всеми со стороны и по любому поводу и без кидать вслед замечания. Да и как человек он оказался хорошим: даже тех, кто откровенно не мог отжаться и пары раз, хвалил хотя бы за то, что им хватило решимости не прогулять физкультуру и попытаться внести в свою жизнь толику физической активности.

Пока ребята на разминке нарезали круги по спортзалу, Егор догнал Свету и рассказал, что физрук — и есть их тренер по волейболу. После разминки учитель попросил поднять руки тех, кто горит желанием сыграть, а остальным разрешил до конца урока отсидеться на скамейке. Света представила, как бы обрадовалась Катя, будь у них в школе такой же физрук. Та ненавидела всё, что связано со спортом, но каждый раз была вынуждена играть со всеми.

Само собой, Света и компания не остались в стороне, разве что Захар, виновато улыбнувшись, присоединился к неспортивной части класса, но пообещал болеть за их команду. Агата предусмотрительно взяла с собой книжку, и весь урок провела за чтением, мастерски игнорируя гул голосов и топот игроков. Любой бы позавидовал её сосредоточенности и самообладанию.

Посему выходило, что в команде Светы были Тихон, Сабина и Амалия, а также Егор и Олег, всё ещё надеющиеся, что Света как можно скорее надумает присоединиться к школьной команде. В другой остались Богдан и Федя, по пути к игровой зоне давшие друг другу пять. Федя уже заранее был готов к победе: достаточно было просто взглянуть на его выражение лица, чтобы понять это. Описывать его Света не хотела бы, как и видеть в целом. Других четверых она пока не запомнила, но они тоже были волейболистами, как пояснил Егор. По мере знакомства с классом у неё всё чётче складывалось впечатление, что девятый «Б» специально создавался со спортивным уклоном. Легче было назвать тех, кто не был спортсменом.

Света уже и забыла, каково это — играть с теми, кто действительно умеет это делать. Если вообще хоть раз с такими сталкивалась. Она уважала ребят, которые не занимаются спортом, и жалела их, потому что тех на каждом уроке заставляют делать что-то против воли. Катя по несколько раз за неделю жаловалась на такую несправедливость, да так подробно описывала свои ощущения, что даже у Светы возникало желание пропустить тренировки разок-другой.

Долгие двадцать минут мяч летал туда-сюда, лишь изредка падал на пол, когда отбить его было физически невозможно. Огорчало лишь то, что игра закончится, когда количество очков одной из команд достигнет пятнадцати.

Победила команда Светы, но цена была велика: только последние пять минут обе команды, пыхтя и смахивая со лбов льющийся ручьями пот, пытались сдвинуть равный счёт четырнадцать-четырнадцать. И вот наконец, пока все игроки, сбитые с толку обманным выпадом, сбежались в кучу, а на другом конце поля мяч летел в паре сантиметров от земли, Тихон отбил его сжатым кулаком, почти лёжа проскользив по полу в последний момент. Другая команда уже начинала радоваться своей победе, расслабилась и не успела среагировать: Сабина приняла пас от Амалии и, что есть мочи, с яростным рыком вбила мяч в пол вражеской территории.

Федя был настолько возмущён, что Богдану пришлось собственноручно его успокаивать, удерживая того обеими руками, чтобы «бездарные» члены их команды не пострадали от его бушующего гнева. Света успела лишь повернуться в его сторону, чтобы подразнить, но завершить начатое не смогла: Тихон, Сабина и Амалия всем весом навалились на подругу с разных сторон, она едва устояла на ногах, вынужденная качаться из стороны в сторону вместе с остальными в отчаянных попытках сохранить равновесие.

На вопрос Светы, почему Тихон не играл в одной команде с Богданом, сам Тихон объяснил, что им больше нравится соревноваться, чем работать друг с другом. Друзья действительно мирно пожали друг другу руки и поблагодарили за захватывающую игру, пока по спортзалу эхом проносился оглушающий звонок.

По прошествии оставшихся уроков Света подружилась почти со всеми в классе, но компании Амалии изменять не собиралась: они всё равно оказались самыми интересными на фоне остальных. Понаблюдав за Богданом ещё какое-то время, она убедилась в правоте Захара: тот и вправду без надобности никак не взаимодействовал с ребятами, включая Федю, только парой фраз перекидывался с Тихоном. Захар уточнил, что парни дружат с детства. И всё же эта его отстранённость слегка пугала. Он вроде был со всеми, но при этом ни с кем. Словно призрак.

В конце урока биологии, когда все засобирались домой, незаметно сметая с парт школьные принадлежности в рюкзаки и готовясь в любой момент сорваться с места на полной скорости, добрая молодая учительница невзначай проговорила, не обращаясь ни к кому конкретному:

Ребята, буду рада, если поможете отнести все эти книжки в библиотеку. Нам как раз нужны добровольцы, которые помогут там убраться. Кто-нибудь хочет?

Под «всеми этими книжками» она имела в виду две стопки массивных старых учебников, сплошь наполненных наглядными иллюстрациями строения едва ли не всех существующих на Земле видов растений. Естественно, большинство между «задержаться и помочь» и «поскорее вернуться домой и отдохнуть» выбрали второе, но не компания Светы. У них как раз имелось одно важное дельце в этой самой библиотеке.

Учительница очень обрадовалась такому альтруизму, особенно от Светы, которая с трудом скрывала отсутствие интереса к уроку. Однако Света кое-чему удивилась куда больше учительницы: на задних партах тоже охотно подняли руки. Она не знала, злиться или радоваться этому, но Федя вдруг тоже согласился помочь. И, что ещё более странно, Богдан тоже.

Света напряглась. Если «мальчик-загадка» по какой-то одному ему известной причине не будет спускать с них глаз, расследование застопорится, и поиск дневника придётся отложить на потом. Захар едва заметно нахмурил брови: тоже был не рад этому, но вслух сказать ничего не мог.

Так как всей толпой в библиотеке было бы тесно, Амалия с Сабиной решили всё же отправиться домой, но Захара сестра утащила с собой, поскольку волновалась, что того увлечёт так называемая «читательская бездна», и в следующий раз Сабина увидит его лишь «спустя столетие». Таким дерзким эпитетам Захар не обрадовался, но, скрепя сердце, всё-таки последовал за девушками.

Библиотека располагалась, как и спортзал, на цокольном этаже. Такая близость требующего тишины помещения к подобному шумному месту показалась Свете странной, однако если подумать: кто вообще читал книги в школьной библиотеке?.. Разве что библиотекарша, Агата и Захар.

Пока спускались по лестнице, Тихон с Богданом плелись сзади, увлечённо обсуждая забавный случай из младшей школы. Федя, покосившись на них, неожиданно со скучающим видом поравнялся со Светой, возглавляющей волонтёрское шествие. Не особо стараясь скрывать пренебрежительное отношение, он неожиданно вполголоса обратился к ней:

— Мы его отвлечём, а ты работай.

Как бы ни хотелось Свете отвесить Феде подзатыльник, внезапному желанию действовать на общую цель она была благодарна. Захар уже рассказал совам всё, что ребята вычитали в первом дневнике, не забыл и о расположении второго. Так вот зачем Федя вызвался «помочь с уборкой». Света прекрасно помнила причину, по которой он вообще согласился помогать им искать артефакты. И не могла назвать цель «стать известным всему миру обелиском, собственноручно нашедшим легендарные четыре пары артефактов» такой уж великой. Первый дневник нашла Света, поиск второго Федя прямым текстом скинул на неё же. А сам когда собирается участвовать?

С другой стороны, отвлечь Богдана, никак не участвующего во всём этом, тоже было важно. Распределение обязанностей в команде никто не отменял. Сегодня Федя в очередной раз отсрочил свою участь быть слегка побитым крепкими кулаками Светы за свою наглость. Несмотря ни на что, от него действительно была какая-то польза.

Помощников оказалось шестеро. Как только четверо переступили порог библиотеки, едва не столкнулись с ещё двумя девушками из параллельного класса. Близняшки Велета и Ева уже частично приступили к уборке и направлялись в туалет, чтобы сменить грязную воду в ведре и промыть тряпки. Вид у них был скучающий, пришли они сюда явно не добровольно. Одна из сестёр вяло помахала прибывшим и, вымученно улыбнувшись, представилась.

— Вас тоже библиотекарша поймала?

— Не, мы сами пришли, — с улыбкой уточнил Тихон, сёстры посмотрели на него как на умалишённого.

— Вот как, — проговорила Ева, довольно ухмыляясь. — Ну, тогда за работу скорее. Вон тут сколько убирать!

Ясно, девушки просто решили скинуть всю работу на добровольцев. Но Свете это было только на руку. Обелиски сходу приступили к словесным битвам с близняшками, так и эдак подначивая их. В какой-то момент в ответ на сарказм в Богдана полетели сразу три тряпки: две от Евы и Велеты, и ещё одна от Феди «за компанию». Сёстры заметили, что тот стоит за их спинами и притворяется их соратником, но при этом всё ещё не работает. В тот же миг другие две тряпки полетели уже в его сторону. Парни прекрасно справлялись с задачей отвлечь, так что, пока план действовал, Света не стала медлить и тут же приступила к поиску, попутно взяв в руки швабру, чтобы хоть как-то имитировать уборку.

Остановившись поодаль от остальных, она принялась не спеша водить шваброй по полу и попыталась вспомнить, что вообще повлекло за собой появление усиленной интуиции на чердаке библиотеки. Но сколько бы ни хмурилась, игнорируя вопли близняшек и смех парней позади, так и не вспомнила ничего конкретного. Сейчас в её силах только проявлять огромное желание найти дневник и блуждать взглядом по полкам.

Перепалки у входа утихали лишь на пару секунд, не планируя заканчиваться. Света уже достаточно отдалилась от остальных и скрылась за стеллажами, чтобы не пришлось и дальше делать вид, что моет пол. Таинственная интуиция всё никак не появлялась, но обычная заставила девушку остановиться и развернуться обратно. Головой она понимала, что не сможет продолжать поиски, находясь в поле зрения остальных, но душа подсказывала — дневник именно в той стороне.

Когда ребята были в двух рядах полок от Светы, чутьё наконец откликнулось. Снова это чувство! Резкий толчок в груди, а затем — переключение в режим «автопилота». Ноги сами направили её к части стены, где у пола отвалилась штукатурка, оголив старую кирпичную кладку. Когда Света присела возле этой проплешины, рука сама схватилась за чуть выпирающий сильнее остальных кирпич и с лёгкостью вытащила его. В щель просачивалось совсем немного света, в темноте мало что можно было увидеть, но то, что нужно, она заметила. В тени проёма притаилась точно такая же тетрадь в твёрдой кожаной обложке, как первый дневник!

Света уже была на полпути, чтобы трясущимися от волнения руками схватить находку, но громкий шум заставил её подскочить как ужаленную. Визга одной из сестёр-близнецов она испугалась куда больше, чем грохоту падающих с верхней полки книг.

Света рефлекторно побежала на звук, готовая отбиваться кулаками от опасности, и обнаружила Еву, забившуюся в угол и с ужасом уставившуюся широко распахнутыми глазами на кучку учебников, хаотично раскиданных по полу, а затем Велету, с раздражением глядящую на опустевшую наполовину верхнюю полку. Парни стояли в стороне и недоумённо смотрели на Еву, Тихон удивлённо вскинул брови. Ева, увидев прибежавшую Свету, указала трясущимся пальцем на стеллаж и воскликнула:

— Я точно видела: учебники стояли там ровно! Они не могли сами упасть!

— Успокойся, — буркнула Велета, — они могли только выглядеть так…

— Да говорю же — это призрак!

— Какой ещё призрак? — усмехнулся Федя. — Начитаются всякого, а потом…

— Они правда стояли ровно, — согласился Тихон, неловко почёсывая затылок, Федя в ответ лишь прыснул.

— Давайте уже уберёмся тут и разойдёмся по домам, — прервал их Богдан, скучающе потягиваясь. — Я тут только из-за Тихона.

— Тоже мне добровольцы, — проворчала Велета и сунула тряпки в руки парням.

Так на протяжении мучительного часа ребятам пришлось потеть, чтобы хотя бы сделать вид, что в библиотеке проводилась уборка. На вопрос Светы, почему библиотекарша не контролирует процесс, Велета развела руками и уверила, что та предпочитает беседовать с другими преподавателями в учительской и надеется, что без неё помощники ничего тут не повредят.

Когда уборка подошла к концу, близняшки незаметно испарились, а Богдан не планировал покидать библиотеку без сопровождения Тихона. Не оборачиваясь на этих двоих, Света взглядом подала Феде знак. Тот сегодня на удивление охотно поддерживал командную работу и тут же кинул парням:

— Вы идите, меня Агата попросила какую-то книжку с собой взять, за неповиновение обещала расстрел.

— Догонишь, — бросил Богдан, не спеша прошагав в коридор.

Тихон помахал Свете на прощание и тоже скрылся. Федя вновь обернулся к ней, окидывая её привычным раздражённым, на грани с презрением взглядом. Вероятно, ожидал увидеть в её руках уже найденный дневник.

— Мы могли просто дождаться, когда все свалят. На кой чёрт я тут целый час зазря потратил? — Поняв, что Света на этот вопрос не ответит, он вздохнул и нехотя продолжил. — Что-нибудь нашла?

Отбросив пока недовольство и согласно кивнув, Света побежала в нужную часть библиотеки. Уже собиралась вновь вытащить кирпич, но когда Федя догнал её своей медленной ленивой походкой, дневника в её руках по-прежнему не было. Кирпич не вытаскивался!

Наблюдая, как девушка борется с кирпичной стеной, словно та была её смертельным врагом, и при этом натужно кряхтит, Федя не мог не усмехнуться вслух. Однако, заметив, как уверенно она продолжала бой, заподозрил неладное и нахмурился:

— Чё ты делаешь?

— Этот кирпич должен вытаскиваться! У меня получилось в первый раз, но из-за крика Евы пришлось вставить его обратно.

— Может, ты его так вставила, что теперь не вытащить? — ухмыльнулся Федя, оценив собственную догадку.

— Тогда он бы спокойно провалился внутрь. — Света, досадливо поморщившись, выпрямилась. — Дыры будто и не было вовсе.

— Галлюцинация?

Федя сказал это как нечто обыденное, но по лицу было видно, что он просто издевается. Света вперила в него убийственный взгляд, но против ничего сказать не могла. Что это было тогда? Скучные уроки настолько её вымотали?