Ночь с миллионером

Глава 6. Первый танец

Дамира

Я тряслась, как осиновый лист на холодном ветру, и не могла остановить эту дрожь, сколько ни пыталась. Передо мной раскинулся полный зал — море похотливых мужских взглядов, готовых щедро платить за каждый изгиб полуголого женского тела. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди и убежать подальше от этого кошмара.

Мне выдали красивый костюм изумрудного цвета, густо усыпанный мелкими блестящими стразами, которые переливались при каждом движении, словно капли росы на листьях. Губы накрасили ярко-алой помадой, а на лице закрепили маску того же насыщенного изумрудного оттенка. Передо мной поставили босоножки на невероятно высоком каблуке — не меньше пятнадцати сантиметров, с толстой платформой. К моему удивлению, они оказались неожиданно удобными и лёгкими, будто специально подогнанными под ногу. Но это ничуть не уменьшало того леденящего ужаса, стыда и отвращения, которые сжимали меня изнутри.

Я посмотрела на себя в большое зеркало гримёрки. Выглядела я действительно красиво — ничего не скажешь. Изумрудный цвет выгодно подчёркивал смуглую кожу и тёмные волосы, маска придавала загадочности, а стразы искрились, словно живые. Но вся эта красота была не для меня. Не для десятков чужих, жадных глаз. Я бы с удовольствием надела такой наряд для любимого мужчины — дома, за плотно закрытыми дверями, в мягком свете ночника. Но не здесь. Не в этом полутёмном клубе, пропитанном запахом алкоголя, дорогого парфюма и мужского желания. Да и мужчины у меня давно не было. Я уже и не вспомню, когда в последний раз занималась сексом. Год назад? Или больше?

Когда-то у меня были отношения. Они продлились всего полгода. Костя был хорошим мужчиной: подтянутое тело, спокойный характер, надёжный. Но он так и не смог принять тот факт, что у меня есть дочь. А для меня это было принципиально. Чтобы быть со мной, нужно сначала полюбить моего ребёнка всем сердцем. Нет? Тогда скатертью дорога. Ничто в этой жизни не важнее моей малышки Мейрам. Ради неё я готова стать монашкой и отказаться от секса навсегда, лишь бы никто и никогда не посмел причинить ей боль.

Именно поэтому я сейчас шла полуголая, под обжигающими взглядами сотен глаз, в самый центр зала. Там было моё место — место отработки чужого долга на неопределённый срок. Приговор, который никто не собирался обсуждать.

Я забралась на сцену, вцепилась в холодный металл шеста и начала крутиться, еле удерживая равновесие. Ноги дрожали, как ватные, руки тряслись, а в зале было довольно тепло. Меня же била настоящая дрожь озноба. Я старалась смотреть куда угодно — на потолок, на пол, на блики света, — только не в зал, где меня буквально пожирали глазами.

Боже, какой позор… Как хорошо, что этого не видят родители. А мой дорогой брат Миша… Как ты мог?! Телефон его до сих пор выключен, он не объявляется, влез в долги непонятно как и с кем, а отдуваться теперь мне. И таким способом! Никогда ему этого не прощу.

Первый танец получился ужасным. Я закончила его и почти выбежала из клетки, мечтая только об одном — поскорее скрыться за дверью гримёрки. Шагнула в полутёмный коридор, держась рукой за стену, потому что ноги едва слушались. Вдруг чья-то сильная ладонь грубо схватила меня выше локтя и с силой втолкнула в маленькое служебное помещение.

— Ты что мне тут устроила?! — заорал мне прямо в лицо Вадим, владелец этого заведения. Глаза его горели яростью. — Это, по-твоему, сексуальный танец? Отвечай!

— А вы что думали? — выкрикнула я в ответ, вскакивая. — Взяли учительницу с улицы и решили, что она сразу устроит вам грандиозное шоу?

— Ты что разоралась? — он наступал на меня, припирая к стене. — Я ведь про тебя всё знаю, сучка! Сколько лет ты танцами занималась — десять? Пятнадцать? Идиота из меня хочешь сделать?

Я похолодела. Конечно, ему было известно всё. Почему я об этом раньше не подумала?

— Это было давно… — пробормотала я, опустив глаза.

— Мне плевать. В следующий раз, когда выйдешь на сцену, вспомни о дочери, — он протянул руку и убрал прядь волос с моего лица. — Я и так пошёл тебе на уступки. Не забывай о моём хорошем отношении к тебе, кошечка.

Какой же он противный. Красивый, но до отвращения противный.

На второй выход я выкинула из головы все мысли. Думала только о Мейрам. С гордо поднятой головой я шагнула на сцену и полностью погрузилась в танец. Руки ласкали собственное тело, бёдра двигались в такт музыке, я кружилась вокруг шеста, забыв обо всём. В какой-то момент я даже сама увлеклась. Мне неожиданно стало нравиться то, что я делаю. Я закрыла глаза и отдалась ощущениям — прикосновениям своих ладоней, скольжению ткани по коже, ритму. Я перешла собственную грань дозволенного, но уже не могла остановиться.

Когда танец закончился, клетка была засыпана купюрами, а зал взорвался громкими аплодисментами. Я даже не знала, что в стрип-клубе стриптизёршам вообще хлопают. Это выглядело почти смешно.

На сегодня всё. Я выдохнула с облегчением, поспешила в гримёрку, чтобы переодеться и поскорее убраться отсюда. Но не успела я дойти до двери, как на моём голом животе оказалась чья-то горячая ладонь. Меня грубо схватили за талию и прижали к чужой груди, пропитанной запахом дорогого алкоголя.

— Горячая штука, — прохрипел пьяный голос. — Куда бежим? Посиди с нами.

— Я не имею права, — попыталась я вырваться. — Отпустите, пожалуйста.

Но этот извращенец только сильнее сжал пальцы на моей талии.

— Давай не ломайся!

Господи, за что мне всё это?

— Отпусти её, Громов, — раздался вдруг спокойный голос Вадима.

Я выдохнула с огромным облегчением.

— Мы заплатим, Вадим, не переживай, — всё ещё не отпускал меня пьяный.

— Она не продаётся. Она — эксклюзив. Только танец, и всё.

Меня наконец отпустили. Не теряя ни секунды, я бросилась в гримёрку.

В спешке натянула свою обычную одежду, схватила сумку и выбежала в коридор. И тут же уткнулась в твёрдую мужскую грудь.

— Молодец! Можешь, когда хочешь, — Вадим одарил меня оценивающим взглядом и ухмыльнулся. — Даже у меня встал.

От этих слов мне стало стыдно. Хотя… ладно, вру. Где-то глубоко внутри этот факт мне польстил.

— Когда твоему ребёнку угрожают, резко открываются невероятные способности, — съязвила я.

— Не умничай, — он сделал шаг назад. — Тебя отвезут домой. И с сегодняшнего дня охрана будет провожать тебя до гримёрки и обратно. А на следующей неделе у нас очень важное мероприятие. Готовься.

Можно ли вообще к такому готовиться?

Возможно.

Но я точно не была готова к тому, что встречу человека, с которым когда-то провела одну из лучших ночей в своей жизни. Человека, которого я так и не смогла забыть, сколько бы ни старалась. Из-за последствий той ночи.

Я сбежала тогда.

Он меня не узнал.

Не вспомнил.

Козёл.